Ерофей Трофимов 
Последний рейд: Последний рейд. Кровь за кровь

Последний рейд – 

Текст книги предоставлен правообладателем http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=69608242
«Последний рейд. Кровь за кровь. Сборник / Ерофей Трофимов»: АСТ; Издательский дом «Ленинград»; Москва, Санкт-Петербург; 2023
ISBN 978-5-17-156938-9
Аннотация

Пройдя многие схватки и повидав смерть друзей, хочется остаток жизни прожить спокойно. Но как быть? Как поступить, если твоя семья в опасности, а жизни твоих друзей и близких угрожают? Для настоящего мужчины на этот вопрос есть только один ответ. Взяться за оружие и встретить врага так, чтобы с тех пор не только он, но и другие больше не помышляли о подобном.

Ерофей Трофимов
Последний рейд
Кровь за кровь
Сборник 

* * *

Выпуск произведения без разрешения издательства считается противоправным и преследуется по закону. 

© Ерофей Трофимов, 2023
© ООО «Издательство АСТ», 2023

Последний рейд

Иногда человеческая жизнь преподносит такие сюрпризы, что поверить в подобную историю просто невозможно. Невозможно простому обывателю… Человеку же, повидавшему в своей жизни не только дорогу от дома до работы и обратно, а иные страны и миры, подобное не покажется странным.

* * *

Три луны ярко освещали синевшие вдали горы Бельсара, третьего спутника жёлтого солнца пятой галактики в системе Звёздных Псов. Флот межгалактической лиги открыл эту галактику всего несколько десятилетий назад и теперь внимательно изучал планеты, пригодные для жизни. Бельсар оказался именно такой планетой.
Группа косморейнджеров двигалась в абсолютной тишине, соблюдая боевой порядок и привычно прикрывая друг друга. Тройка бойцов постоянно сканировала окрестности. Животный мир этой планеты был ещё не изучен, но то, что уже стало известно биологам лиги, не приводило их в благодушное настроение.
Основная масса уже известных им хищников была просто ожившим кошмаром наркомана. Сильные, быстрые, оснащённые внушительным набором когтей и клыков, эти звери могли в считанные секунды уничтожить любое живое существо из плоти и крови. Единственное, что успокаивало учёных, небольшое количество подобных хищников.
Чем они питались, на кого охотились, пока оставалось загадкой. Экватор планеты был покрыт буйной растительностью, что давало учёным повод вдохновенно порассуждать о большом количестве травоядных животных, но ни один исследовательский зонд не смог подтвердить эти догадки.
После долгих споров было решено высадить на планету команду рейнджеров. В этом был определённый смысл. Если кто и мог выжить в подобных условиях, то только они. Риск потерять группу составлял что-то около семидесяти процентов.
Кто и как считал эти проценты, было загадкой, но именно из-за этой цифры группа оказалась на Бельсаре и уже вторые сутки, матерясь про себя, упрямо шла к точке рандеву.
Их высадили в спасательной капсуле, пообещав забрать на другой стороне материка после подачи сигнала. Группу снабдили по последнему слову техники. У них было всё, о чём мог только мечтать любой рейнджер.
Рации на солнечных батареях, скафандры с сервомоторами повышенной прочности, бластеры, не требующие замены энергетических кристаллов, ножи с монохромной заточкой, гранаты шумовые, световые, осколочные, термитные, кумулятивные и ещё многое другое, что только мог придумать пытливый человеческий ум для уничтожения себе подобных и не подобных.
Если бы не усиленные скафандры, утащить на себе такую кучу амуниции им ни за что бы не удалось. Посадка перегруженной спасательной капсулы больше напоминала падение, но командир смог посадить машину на песчаный пляж, не угробив при этом всю группу. Капсулу пришлось бросить. После посадки ремонту она уже не подлежала.
Группа состояла из трёх человек. Командир. Тридцатипятилетний капитан космодесанта, прошедший огонь, воду, медные трубы и чёртовы зубы почти во всех медвежьих углах лиги. Только несколько кампаний лиги обошлись без его участия, да и то не по его вине. Сам капитан в это время находился в реабилитационных танках.
Члены группы, увидев его раздетым, когда он выходил из душевой, тихо ахнули и переглянулись. Несмотря на молодость, это были опытные бойцы, но такого не видели даже они. Всё тело командира было покрыто шрамами. Рубцы наползали один на другой, образовывая странный и жуткий узор на коже.
Реабилитационные танки быстро вылечивали внутренние повреждения, но на регенерацию кожных покровов требовалось очень много времени. Разработчики танков объясняли это сложностью структуры и огромным количеством нервных рецепторов на человеческой коже.
Поэтому на полную регенерацию шли только те, кому некуда было торопиться, или завзятые модники, тщательно следящие за своей внешностью.
Солдаты, спасатели и остальные представители опасных профессий обычно прерывали процедуру сразу после восстановления внутренних органов.
Помимо экономии времени, среди бойцов этих профессий носить шрамы как доказательство участия в опасных предприятиях считалось особым знаком отличия. У самих бойцов группы тоже наличествовало по нескольку подобных отметин, но такого количества шрамов они не видели ни у кого.
Двадцатишестилетний сержант, побывавший в двенадцати кампаниях, задумчиво почесал в затылке и, пробурчав что-то себе под нос, быстро надел майку, пряча свои четыре шрама. Звание сержанта он получил несколько месяцев назад и был ужасно горд этим, даже в увольнение уходя в форме, чтобы продемонстрировать всем свои нашивки на рукаве.
Его напарник, двадцатипятилетний капрал, третий участник группы, удивлённо посмотрев на сержанта, тоже оделся и молча направился следом за приятелем получать оружие и снаряжение.
Расписавшись за полученное барахло, они, навьюченные как верблюды, двинулись на инструктаж, на ходу обмениваясь впечатлениями.
– Видел, как его разрисовали? – спросил сержант Алекс Тьери.
– Интересно, где это его так. Словно пропустили через кухонный комбайн, – ответил капрал Эндрю Пастринг.
– Точно. Похоже, он побывал во всех мясорубках лиги. Если его так разрисовало, то получается, что нам рассказывают не всю правду об этих боях. Хотелось бы знать, сколько народу положили в этих войнах.
– О каких войнах ты говоришь? Ведь в основном лига занимается только колонизацией планет.
– Да? А восстание шахтёров на Гристоле? А попытка аграриев Крокуса отделиться от лиги? Чёрт его знает, где тут правда, а где враньё. Проклятые политики никогда не скажут нам правды. Мы для них расходный материал, подопытные крысы, обученные драться и выживать.
– Эй, чего ты разошёлся?! Я ведь говорил о капитане, а не о политиках.
– Капитан – такой же расходный материал, как и мы. Вспомни его шрамы. Он просто научился выживать лучше других, а во всём остальном он, как мы.
– Тогда, может, и неплохо, что он ведёт нашу группу? – задумчиво проговорил капрал.
– Что ты имеешь в виду? – удивлённо оглянулся сержант.
– Он умеет выживать. Значит, и наши шансы повышаются.
– Может быть. Я слышал, что это его последняя вылазка. Потом он уходит на пенсию.
– Капитан… на пенсию? Не могу в это поверить. Люди, подобные ему, не могут жить на гражданке.
– Почему?
– Им просто не хватает опасности. Адреналина. Говорят, что через какое-то время они просто начинают бросаться на людей или кончают жизнь самоубийством.
– Ну в последнее мне не очень верится. Он всё-таки боевой офицер.
– Погоны не панацея от жизненных проблем. Думаешь, офицерская пенсия достаточна, чтобы безбедно дожить до старости? Хорошо, если у него есть дом и какие-то сбережения. Иначе пенсионные гроши – просто возможность не умереть с голоду.
– Алло! Подобные разговоры – прямая дорога на Геенну. У меня лично нет никакого желания оказаться в тюрьме или на какой-то богом забытой планете.
Геенной все жители лиги называли планету-тюрьму, на которую ссылали всех осуждённых за политические или особо тяжкие преступления. На самой планете отсутствовала какая-либо промышленность.
Осуждённые вынуждены были обрабатывать землю, чтобы добыть себе пропитание. Оружие только холодное, а любые попытки изготовить что-либо огнестрельное тут же пресекались бойцами спецназа службы внутренней безопасности лиги.
На каждого из заключённых надевался электронный ошейник с датчиками движения, мини-камерой и зарядом взрывчатки. При попытке избавиться от ошейника срабатывал детонатор, после чего узник прекращал своё существование.
Все перемещения заключённых отслеживались компьютером, находившимся на искусственном спутнике. Там же находились и спецназовцы, спускавшиеся на планету каждый раз, когда требовалось провести акцию.
Так они называли розыск и изъятие любого запрещённого предмета. Подобные акции частенько заканчивались дракой, но у любого спецназовца был с собой дистанционный взрыватель, позволявший активировать все ошейники в радиусе тридцати метров. Это держало заключённых в узде. Не многие из заключённых были готовы расстаться с головой.
Инструктаж проводила молодая женщина в форме майора космического флота лиги. Её новенький, с иголочки, мундир явно был сшит на заказ и сидел на майоре, словно вторая кожа, обтягивая и выгодно подчёркивая все достоинства фигуры, смоделированной специалистами института красоты.
На такое умозаключение рейнджеров навела сама фигура женщины. Уж очень всё в ней было правильно. Высокая грудь, осиная талия, крутые бёдра, идеальная, матового цвета кожа лица, прямой, тонкий нос, полные, чувственные губы, огромные, серые глаза и милые ямочки на щеках.
Внешне майорша напоминала топ-модель, наряженную в форму офицера космофлота ради очередной съёмки. Скептически взглянув на стоящих перед ней рейнджеров, майорша хмыкнула и, небрежно пожав плечами, заговорила:
– Итак, вы трое должны отправиться на эту богом забытую планету, провести разведку, пересечь материк по экватору и вернуться с необходимыми лиге данными. Снаряжение и оборудование вы уже получили, особых инструкций по действиям на самой планете я вам дать не могу. У меня их нет. Главное, чтобы лига получила собранные сведения. Как вы это сделаете, лигу не интересует, как не интересуют нас и трудности, с которыми вы столкнётесь.
– Кого это вас? – задал вопрос капитан тоном, которым можно было резать стекло. – Вы не лига, а всего лишь траханная штабная крыса, которая получила своё звание только благодаря умению быстро раздвигать ноги.
Майорша потянулась было к новенькой кобуре на форменном ремне, но капитан сделал одно неуловимое движение, и в руке у него появился древний, но явно исправный пистолет, в основу стрельбы из которого была положена химическая реакция вещества под названием порох.
– Только попробуй, – прошипел капитан, с ненавистью глядя в глаза майорше.
– Вы в своём уме, капитан? Вы хотя бы представляете, что с вами сейчас будет? Все ваши действия фиксирует камера службы безопасности…
– Не надейся, крыса. Сейчас мы, все трое, – это прима-балерины, с которых будут пылинки сдувать до тех пор, пока мы не окажемся на планете. Ну а после всем уже будет всё равно. Мы вернёмся победителями или вообще не вернёмся, – усмехнулся капитан, и от его усмешки майорша несколько побледнела, но, собравшись с духом, процедила сквозь зубы:
– Вы не посмеете выстрелить, капитан. Вам прекрасно известно, что нападение на старшего по званию карается самым жестоким образом.
– В случае смерти пострадавшего, майор, – презрительно произнёс её звание капитан и, оскалившись в волчьей усмешке, продолжил: – Убивать вас не имеет смысла, достаточно просто прострелить плечо…
– Не надо. Пожалуйста, – жалобно попросила она, вздрогнув от его улыбки. Медленно убрав руку от кобуры, майорша подняла руки вверх и, всхлипывая, продолжила:
– Мне приказали говорить с вами в таком ключе. Они считают, что после последнего ранения вы так и не смогли оправиться. Что вы просто погубите оборудование и людей, как это было на… – Она замолчала, испуганно посмотрев на молодых рейнджеров.
– Они считают, что я впустую погубил людей? – растерянно спросил капитан, невольно опустив пистолет. – Но ведь потери составили всего две единицы, а ранения – пятнадцать процентов от всего личного состава…
– Не людей. Они считали оборудование.
– Значит, потери людских ресурсов их не заботят? Их волнует только оборудование?
– В общем-то да. Людей всегда можно заменить, а техника стоит денег. Конгресс лиги снова сократил финансирование, и армии теперь приходится здорово экономить.
– Это их трудности. Меня волнуют только мои люди. Кроме того, это мой последний выход. Дальше пусть для них экономят другие. Я не променяю жизни моих солдат на груду железа, – резко ответил капитан и, молниеносным движением убрав пистолет, взял со стола толстый пакет, на лицевой стороне которого стояла пометка «совершенно секретно».
– Это, я думаю, предназначено мне для вскрытия после приземления? – полуутвердительно спросил он.
– Откуда вы знаете? – растерянно спросила майор, раскрыв от удивления рот.
– Я слишком давно служу, майор, и проходил подобные инструктажи больше полусотни раз, – пожал плечами капитан и, небрежно сунув пакет за бронежилет, повернулся к своей команде: – Пошли парни. У нас есть дело, и мы должны его сделать.
– Капитан, мне приказано проводить вас до трапа челнока, – пролепетала перепуганная майорша.
– Тогда не отставайте, – коротко ответил капитан, направляясь к дверям.
Рейнджеры дружно двинулись следом за командиром, на ходу пытаясь осмыслить услышанное. Десантники прогрохотали подошвами боевых сапог по коридорам базы и вышли с внутренней стороны здания, направляясь к стартовой площадке челноков.
У ворот площадки им навстречу шагнули трое гражданских в окружении восьми солдат военной полиции. Рейнджеры переглянулись и, перехватив оружие поудобнее, продолжили движение, на ходу перестраиваясь классическим «вороном», капитан впереди, а подчинённые по бокам, с отставанием в полшага.
Заметив эти перестроения, майорша тихо ойкнула и попыталась отстать от троицы рейнджеров, но сержант молча повёл стволом бластера, указывая ей на её место в строю. Сообразив, что сбежать не удастся, майорша молча кивнула и обречённо поплелась следом за бойцами.
– Похоже, нас решили проводить с оркестром, – усмехнулся капрал, поглядывая на своего друга.
– Спокойно, парни. Их всего восемь. Это не бойцы. Так, тыловые крысы, способные только пьяных разгонять по барам, – в полный голос произнёс капитан.
Его слова были услышаны. Полицейские, услышав слова капитана, дернулись было вперёд, но один из гражданских негромко кашлянул, возвращая их на место. Когда группы сошлись, гражданский, остановивший полицию, поднял руку и заговорил:
– Вы, как всегда, на высоте, капитан. Стоит вам появиться где-то в мирной обстановке, как тут же возникают проблемы. Причём возникают они у всех окружающих.
– Вы же знаете, советник, я не бью до тех пор, пока меня не трогают, – усмехнулся капитан, словно ненароком сдвигая оружие под руку, в положение, из которого проще было открыть огонь.
– Советник, я пыталась сделать всё, как вы велели, – пролепетала майор, пытаясь заранее избавиться от наказания.
– Я всё слышал, майор. К вам у меня нет никаких претензий. Больше того, вы можете идти, заниматься своими делами. Дальше группу проинструктирую я.
Радостно кивнув, майорша развернулась и понеслась к зданию базы со всей скоростью, которую только могла развить на своих неуставных каблуках. Советник сделал полиции знак отойти. Сержант, командующий отделением, передёрнул плечами и, шагнув вплотную к советнику, проговорил:
– Советник, я не могу оставить вас одного рядом с этими головорезами. Это неразумно.
– Сержант, выполняйте приказ. Эти ребята, конечно, головорезы, но не идиоты. Кроме того, им нет необходимости нападать на меня. Это всего лишь инструктаж. А теперь оставьте нас.
Хмуро глянув на рейнджеров, сержант отвёл своих людей в сторону.
– Ну вот, теперь можно спокойно поговорить, – с улыбкой произнёс советник, убедившись, что все посторонние находятся вне зоны слышимости. – Вас направили на планету, о которой все яйцеголовые лиги знают не больше, чем последний бродяга с Гристоля. Вы подобраны для этой операции не случайно. Вы, капитан, прошли самые страшные стычки почти во всех боевых операциях лиги. Ваши подчинённые смогли выбраться из тяжёлых передряг почти без потерь. Не скажу, что им было просто, но когда люди возвращаются с боевых операций раз за разом – это тенденция, которую не стоит игнорировать. Тем более в нашей ситуации.
– И что же это за ситуация? – настороженно спросил капитан. Его иссечённое шрамами лицо затвердело, превратившись в жёсткую маску.
– Откровенно говоря, не самая приятная, – мрачно ответил советник. – Мы нашли пригодную для жизни планету, но две посланные на неё экспедиции пропали без вести. Они благополучно высаживались на поверхность, добирались почти до середины материка и исчезали.
– Разве за ними не вёлся визуальный контроль со спутника?
– Было. Всё было. Но они исчезли ночью, когда визуальный контакт максимально ограничен.
– Вы подозреваете, что кто-то сделал это специально?
– Не знаю. Я уже ничего не знаю. Оба нападения были совершены около четырёх утра по межпланетному времени.
– Грамотно. Перед самым рассветом, луна уже почти зашла, а солнце ещё не взошло, – задумчиво произнёс капитан. Потом, помолчав, добавил: – У вахтенных возникает чувство полной безопасности, сильно хочется спать. Самое время для нападения.
– Вот именно так мне и ответили наши аналитики, – мрачно проговорил советник и неожиданно добавил: – Вернитесь оттуда, капитан. Привезите мне данные об этой планете, и я сделаю вас героями лиги. А если вам по пути удастся прикончить тех, кто уничтожил экспедиции, я обеспечу вас на всю оставшуюся жизнь так, что вы сможете раскуривать земные сигары от сотенных кредиток, а ваши люди станут генералами!
– Это очень щедрое предложение, советник, но в такой операции я не могу гарантировать сохранности оборудования, – усмехнулся капитан, а его люди чуть не застонали от разочарования.
– Плевать на оборудование. Это не важно в такой ситуации.
– А что тогда важно?
– Данные, которые вы должны привезти. Найдите данные сканеров экспедиций и привезите их мне. Больше мне ничего не нужно.
– У экспедиций было оружие?
– Обычный набор: парализаторы, пара лучевых ружей.
– И всё?
– Капитан, это обычные учёные, а не спецназ. Они толком не знали, с какой стороны за оружие держаться.
– М-да, – мрачно протянул капитан. – Вот за что я люблю гражданских, так это за их неистребимый оптимизм. Не важно, что, как, когда. Если что, шапками закидаем, интеллектом задавим. Тупицы яйцеголовые. Это я про участников экспедиций и тех, кто их туда отправил, – добавил он, криво усмехнувшись.
– Согласен. Мы сваляли дурака, отправив цивилов вместо специалистов по выживанию. Я с самого начала предлагал усилить экспедиции отделением внутреннего спецназа…
– И потеряли бы ещё больше людей, – перебил советника капитан. – Не надо далеко ходить за примерами, но практически на каждую колонизируемую планету рано или поздно высаживался отряд космодесанта.
– Верно, но что поделать, если такие головорезы, как вы, это товар штучной выделки, и заполучить в своё распоряжение хотя бы одного – большая удача, а уж троих – вообще из области фантастики.
– Но вы нас заполучили.
– Повезло. Вы, все трое, оказались в реанимационных танках. А когда я узнал, что на базе сам Генри-Берсерк, то понял, что это мой шанс. Пришлось пустить в ход всё. Уговоры, угрозы, подкуп, даже шантаж, но я заполучил вас.
– Для вас так важен результат этой колонизации, советник?
– Вы даже не представляете, насколько.
– Что там, советник? Уран, алмазы? Что?
– Ваше командование, капитан, это действительно стадо тупых идиотов. Из пятиминутного разговора вы поняли больше, чем они все вместе взятые за прошедший месяц. Вы правы. Я открою перед вами все карты. Это изумруды. А значит, огромные деньги. Я готов поделиться с вами, если вы выполните своё задание.
– Изумруды. Чёрт, они встречаются в природе намного реже, чем алмазы, это действительно большие деньги.
– Именно. Учтите, капитан, у меня на руках официальный приказ о вашем откомандировании в моё полное распоряжение. У вас есть два выхода. Или вы выполняете приказ, или сгниёте на Геенне…
– Или вообще не вернёмся. Потери вас не волнуют.
– Не будьте ослом, капитан. Специалистов вашего уровня найти не просто сложно, а невозможно. К сожалению, до отставки доживают единицы, да и те либо калеки, либо сумасшедшие. Выполните задание, ребята, и можете забыть о службе. Я возьму вас на работу, и вы сможете жить как короли. Подобными инструментами не разбрасываются. Ну мы договорились?
– В сложившейся ситуации у нас нет другого выхода, как отправиться на задание, ну а дальше будет видно, – задумчиво проговорил капитан, поглаживая пальцем шрам на щеке.
– Не только. Есть ещё один выход, капитан, – вступил в разговор сержант.
Советник отреагировал на его реплику так, как если бы к нему с речью обратился стул, на котором он сидел. Но капитан оказался быстрее и, пока советник приходил в себя, ответил:
– Нет, сержант. Сейчас не время для силового решения вопроса. Можно разнести здесь всё вдребезги, размотать по забору десяток метров кишок, но это не даст ничего, кроме проблем.
– О чём это вы, капитан? – удивлённо спросил советник, нервно оглядываясь на стоящих неподалёку полицейских.
– Обсуждаем возможные варианты. Сержант предлагает развесить ваших оловянных солдатиков по столбам, а вас отволочь в трибунал лиги.
– Думаете, у вас это получится? – спросил советник, облизывая пересохшие губы.
– Даже не сомневаюсь. Поймите, советник, ваши сторожа не успеют понять, в чём дело, как будут мертвы. Сделать это для нас не составит труда. Нас хорошо учили. Именно для таких дел. – Капитан помолчал и задумчиво добавил: – Но не сейчас. Вы всё правильно рассчитали, советник. Отказавшись сходить в свой последний рейд, я буду всю жизнь казнить себя не за потерянную возможность заработать, а за то, что не раскрыл тайну исчезновения экспедиций. Это ещё одна возможность проверить себя. Вы поманили меня, советник. Поманили тайной, а это намного интереснее денег.
– Господи! Капитан, по-моему, вы последний романтик в этой галактике, – облегчённо рассмеялся советник.
– А как, по-вашему, я оказался в спецвойсках? – улыбнулся в ответ капитан. – Теперь, советник, прошу нас извинить, я должен поговорить со своими людьми. В этот рейд пойдут только добровольцы.
– А если они откажутся?
– Значит, я пойду один, – усмехнулся капитан и обернулся к своей команде. – Ну, парни, что скажете?
Десантники переглянулись и, помолчав, по очереди, начали высказываться. Первым, по старинному обычаю спецподразделений, заговорил младший по званию.
– Я побывал в нескольких переделках, капитан, но ни разу у меня не было шанса не просто влезть в драку по приказу, но и выбраться из неё живым, да ещё и с наваром. Я с вами, – махнул рукой капрал и вопросительно посмотрел на сержанта. Кивнув, тот поправил лямку бластера и ответил:
– Мне всегда хотелось посмотреть в деле на человека, ставшего живой легендой. В реанимационном танке у меня было время подумать. Карьеру военного в современной армии сделать намного сложнее, чем казалось. Я ни за что не упущу шанс сменить работу.
– Ладно, парни. Вы приняли решение, а это значит, с этой минуты делаете то, что я приказал. Учтите, споров и неподчинения я не потерплю. Приказ должен быть выполнен любой ценой. Вопросы?
Оба десантника дружно качнули головами и, подтянувшись, выжидательно посмотрели на командира.
– Раз вопросов нет, тогда вперёд. У нас есть задача, и мы должны решить её.
Десантники развернулись и дружно направились к своему челноку. Советник остался стоять, глядя вслед трём ненормальным, способным сунуть голову в пасть дракону только чтобы убедиться, что смогут вынуть её оттуда без потерь.

* * *

После высадки, больше напоминавшей падение, бойцы экипировались и, сняв с капсулы всё самое ценное, направились в джунгли. Сержант, в последний раз обернувшийся на сине-зелёную гладь моря, догнал командира и, подстроившись под шаг, заговорил:
– Капитан, вы уверены, что мы сможем пройти через весь континент?
– А что тебя смущает? Расстояние или способ передвижения?
– Ни то, ни другое. Просто мы не знаем этой планеты. Достаточно наткнуться на горный кряж, и наше путешествие окончено. Наши скафандры не приспособлены для альпинизма или подводного плавания.
– Не переживай, солдат. Наша задача намного проще. Ты же слышал, что сказал советник, ему нужны данные с приборов экспедиций. Найдём их последние стоянки, выполним задание.
– Как вы надеетесь найти их? – не отставал от командира сержант.
– Маяки.
– Они успели оставить радиомаяки?
– Это входило в обязательную программу действий. Весь их маршрут помечен маяками, по которым должны пройти мы.
– Тогда почему мы не стали искать место их посадки? Почему не пошли до того места, где они вошли в джунгли?
– Ты решил параллельно с работой закончить курсы командиров?
– У кого же ещё учиться, как не у Генри-Берсерка? Вы единственный командир, за всю службу потерявший всего сорок семь бойцов, но так и не ставший майором, – весело проговорил сержант и осёкся, сообразив, что, возможно, наступил на больное. Грустно улыбнувшись, капитан ответил:
– Всё верно, сержант. Сорок семь бойцов. Наверное, в смерти каждого виноват я. Слишком плохо учил их. Позволил расслабиться больше необходимого. И майором я уже никогда не стану. Хотите знать, почему меня прозвали Берсерк? – неожиданно спросил капитан, резко остановившись.
– Конечно! – хором ответили десантники, навострив уши и затаив дыхание.
– Перекур. Джи-пи-эс на поиск, радары на охрану, сесть и перекурить. Слушайте внимательно, все вопросы потом. Повторять я ничего не буду, – отдал команду капитан и, оглядевшись, присел на кочку. Сержант настроил радар и опустился рядом с приятелем, не сводя глаз с лица капитана.
– Нас подняли по тревоге и прямо с базы отправили в созвездие Тау-сверхновой. Мы даже не знали, против кого идём. Знали только, что на шестом астероиде вспыхнули беспорядки. Горнорабочие сцепились с кем-то из пиратского экипажа. Наводить порядок был отправлен взвод лейтенанта Тривси.
– Тривси – кугуар?
– Он самый. Вы знали его?
– Он был нашим взводным в учебном центре. Офицер с изуродованным лицом и протезами вместо ног.
– Именно. Шрамы и протезы он получил там, на астероиде. Его взвод был блокирован в здании администрации горнодобывающей компании. Их отправили туда безоружными, только шокеры и резиновые дубинки. У пиратов было всё. Бластеры, лучевые ружья, даже гранаты. Сначала они разогнали по норам всех рабочих, а потом приступили к полномасштабному грабежу. Десантникам нечего было им противопоставить. Потеряв половину взвода, кугуар приказал занять здание администрации и забаррикадировать все окна и двери. Оттуда он смог отправить отчёт о нападении и попросить помощи. Пираты трижды атаковали здание и были отброшены. В рукопашной с нами никто не сравнится, – с законной гордостью произнёс капитан. Солдаты молча кивнули, признавая его правоту.
– Нас выбросили на астероид, даже не объяснив толком, что делать. Моя рота развернулась и с ходу принялась колошматить всех подряд. Мы даже не знали, что там есть женщины и дети, тем более что до нашего появления все стреляли во всё, что движется, лишь бы выжить. Мои парни разнесли на астероиде всё, что было можно и нельзя. Сам астероид чудом остался цел. Всех пиратов уничтожили. Парни озверели после того, как увидели, что эти твари сделали с группой девочек-школьниц.
Кугуара и его парней переправили на корабль. Они все получили ранения. Кугуар потерял ноги из-за нарушения сроков эвакуации. Осколки раздробили кости. Парни остановили кровь, но в реанимационный танк он попал только спустя двое суток. Для полной реанимации было уже поздно.
После того как нас сняли с астероида, туда высадилась комиссия из представителей горнодобывающей компании и двух снобов из штаба войск лиги. Увидев, что от астероида, а самое главное, от оборудования, мало что осталось, чиновники компании тут же заявили, что в убытках виновата моя рота. Ведь нас высадили с полной экипировкой.
Дубовые головы из штаба даже не задумались о том, что нас высадили через трое суток после начала волнений. Эти уроды вызвали меня в конференц-зал и в течение трёх часов наматывали мои нервы на кулак. В ход пошло всё, от уговоров до угроз. Я сорвался после того, как они сказали, что отправят меня под трибунал, а убытки будут высчитывать из жалованья моих парней.
Меня спасло только то, что после операции я проходил психоконтроль. Стандартная процедура для офицеров, вернувшихся с боевых операций. Сразу по возвращении врачи обвешали меня датчиками, как новогоднюю ёлку, того и гляди, током убьет.
Когда эти чинуши назвали меня идиотом с замашками маньяка-убийцы, у меня потемнело в глазах. Дальше я ничего не помню. Очнулся я после того, как на мне повисли шесть парней из моей роты.
Все, кто проводил допрос, находились в бессознательном состоянии и нуждались в срочной госпитализации. Они не знали, что конференц-зал находился на контроле лиги в режиме реального времени.
То есть всё, что они мне говорили, слышала и видела служба безопасности. Именно это и спасло меня от трибунала. Ведь я нанёс тяжкие телесные повреждения высшим чинам.
Но первыми в меня вцепились врачи. Датчики зафиксировали полное отключение сознания и бешеный выброс адреналина. Меня пытались скрутить в течение двадцати минут, и всё это время я разбрасывал нападавших, пытаясь добраться до обидчиков.
Всё это я узнал уже после, пока сидел в изоляционном боксе, обвешанный датчиками. Они не влезли мне в череп только потому, что командование выдало им меня ровно на две недели. После чего я должен был вернуться в строй.
Врачи требовали от меня полного подчинения, но я просто послал их подальше, пригрозив, что искалечу первого, кто сунется ко мне с иглой. Когда им потребовалась кровь на анализ, я сам порезал себе руку и налил полную колбу, пусть подавятся.
После госпиталя я вернулся на базу, и первым, кто меня встретил у проходной, был генерал Ванколлен. Именно он и дал мне это прозвище – берсерк. Только благодаря его протекции я остался в армии. Он сумел отстоять меня у врачей и службы безопасности, а когда вопрос о моей дальнейшей жизни был поднят на совете лиги…
– На совете лиги?! – поражённо переспросили хором солдаты.
– Да. Мою судьбу решал совет лиги. Они не знали, что со мной делать. То ли отправить на Геенну и забыть раз и навсегда, то ли оставить в армии и тихо дожидаться, когда я сверну себе шею на одном из их заданий. Благодаря генералу я остался в армии. Он честно предупредил меня, что о повышении после устроенного мордобоя мне лучше забыть.
Одним из пострадавших оказался племянник председателя совета лиги. Его жена задалась целью сжить меня со свету, и с тех пор я участвую во всех заварушках, во всех галактиках лиги.
Эта амбициозная стерва никак не может простить мне того, что, валяясь в реабилитационном танке, её муженёк упустил возможность стать председателем совета. Очень уж ей хочется стать первой леди лиги. Но это мой последний рейд.
Мотаясь по планетам, мне удалось собрать кое-какие деньги, и я решил осесть на какой-нибудь курортной планете. Купить дом, может, даже завести семью. Главное, заставить ту злобную сучку отстать от меня. Она уже восемь раз пыталась меня уничтожить. Подсылала убийц, нанимала каких-то громил, пыталась даже отравить, но пока мне везло. Я уходил из всех ловушек живым, в отличие от тех, кто их расставлял. По её милости погибло уже тридцать человек, а ей всё мало.
– Зачем вы рассказываете это, капитан? – настороженно спросил сержант.
– Вполне возможно, что вся эта история с исчезновением людей – её рук дело. Упрямства, злобности и ресурсов ей не занимать. Хочу, чтобы вы знали: находиться рядом со мной может быть очень вредно для здоровья.
– Почему вы пришли к такой мысли?
– Слишком всё гладко, парни. Я специально посадил капсулу в стороне от места посадок экспедиций и повёл вас параллельно радиомаякам. Взгляните на джи-пи-эс. Ближайший маяк находится в паре сотен метров отсюда. На поверхности мы уже четыре часа, а ещё ни разу не видели ни одно живое существо, хотя, по отчётам биологов, хищников здесь хватает. Что-то здесь не так.
– Это уверенность или интуиция? – настороженно спросил капрал.
– Интуиция, парни. Хотите верьте, хотите нет, но я нутром чувствую, что здесь что-то не так.
– Верю, капитан. Про ваше чутьё уже лет пять по дивизии легенды ходят.
– Тяжело быть живой легендой, – усмехнулся капитан. – Ладно, парни. Пора. Нам ещё очень многое надо сделать, включая разведку и фиксацию всего сущего на этом клочке суши.
Рейнджеры быстро убрали все следы своей стоянки и уже приготовились к движению, как вдруг неподалёку раздался яростный рёв и крики ужаса. Так реветь могло только сильное, свирепое животное из отряда плотоядных. В этом рычании было столько ярости, ненависти и злобы, что даже у видавших виды бойцов кровь застыла в жилах. Крики ужаса были явно человеческие.
Рейнджеры моментально растворились в зарослях, держа друг друга в поле зрения. В чаще раздался треск и грохот, словно по лесу ломился кто-то огромный и невероятно сильный. Через несколько минут на поляну выбежали двое. Затравленно оглядываясь, люди пытались определить направление дальнейшего бегства, когда следом за ними появилось нечто невообразимое.
Это было нечто среднее между динозавром, саблезубым тигром и современным дикобразом. Высотой четыре метра, на четырёх мощных ногах с длинными и кривыми, как ятаганы, когтями, огромными мощными челюстями тираннозавра, из верхней челюсти торчали два длинных клыка, напоминающие сабли, а шкура была усеяна длинными иглами серого цвета.
Кинув быстрый взгляд на поляну, зверь моментально заметил удиравших и, взревев, бросился в атаку. Два длинных прыжка, и один из преследуемых упал на землю, дико визжа от ужаса. Упавший даже не вспомнил о парализаторе, который сжимал в руках, продолжая орать, вытаращив от ужаса глаза. Второй убегавший развернулся и, вскинув парализатор, выстрелил.
Как и следовало ожидать, выстрел прошёл мимо, зацепив зверя только краем парализующего луча. Взревев в ответ, зверь яростно хлестнул длинным хвостом, усеянным длинными иглами. В момент, когда хвост животного достиг крайней точки своей амплитуды, из него вырвался пучок игл и, пролетев около пятнадцати метров, пронзил стрелявшего насквозь, пригвоздив бедолагу к дереву.
Капитан подал рукой сигнал, и рейнджеры вскинули бластеры. Зверь шагнул было к убитому, когда три луча пронзили его голову насквозь, моментально уничтожив мозг и глаза животного. Коротко всхлипнув, животное рухнуло на траву. Десантники моментально окружили спасённого, держа его на прицелах бластеров.
Молодой мужчина ещё не понял, что всё уже закончилось, и продолжал судорожно сжимать в руках парализатор и оглядываться по сторонам, не понимая, что произошло. Капитан, недолго думая, шагнул вперёд и аккуратно треснул спасённого по затылку прикладом бластера.
– Зачем вы так, капитан? – растерянно спросил сержант.
– Не хочу, чтобы он со страху пристрелил кого-нибудь из вас. Парализатор включен на полную мощность, а с такого расстояния для человека это верная смерть даже в скафандре. У вас забрала открыты, – ответил капитан, забирая оружие из рук поверженного.
– Осмотрите второго и проверьте, что там с этой зверюгой, – отдал он команду, отступая от лежащего в сторону.
Десантники моментально разбежались по поляне, быстро выполняя приказы командира. Убедившись, что и зверь и человек уже мертвы, они быстро вернулись к стоящему возле пленника капитану. Капрал успел по ходу действия набрать воды из крохотного ручья в пустую бутылку, найденную у погибшего, и, подойдя, выплеснул её в лицо лежащему.
Вздрогнув, мужчина застонал и медленно открыл глаза. Увидев стоящих перед ним десантников, мужчина сел и, потерев ладонью пострадавший затылок, спросил:
– Что случилось? Как я тут оказался?
– Эти вопросы хотел бы задать вам я, – ответил капитан. – Вы помните, что произошло с вами в последние сутки?
– Да. Мы сидели в лагере, дожидаясь какой-то отряд лиги. Утром Джек предложил сходить на разведку. Мы взяли оружие и отправились на маршрут, когда на нас налетело какое-то чудовище. Боже! Значит, это мне не приснилось? Где Джек? Что с ним? – Мужчина вскочил на ноги. Резкое движение отозвалось болью в ушибленной голове. Застонав, мужчина схватился за голову.
– Не делайте резких движений, и боль скоро пройдёт, – посоветовал капитан, небрежно переводя оружие в боевое положение. Заметив его жест, бойцы насторожились.
– Ваш друг мёртв. Вас мы успели спасти. Но это не значит, что вы избавлены от всех проблем. Я до сих пор не услышал ответа на свой вопрос, кто вы и что здесь делаете. Предупреждаю, что я и мои люди умеем добиваться ответов.
– Вы что, начнёте пытать меня? – иронично усмехнулся пленник.
– Если потребуется. Иногда раскалённый нож, приложенный к определённым местам, даёт более действенные результаты, нежели сыворотка правды. Кроме того, нам никто не мешает сделать вас ещё одной жертвой этой милой зверушки, – ответил капитан, пристально глядя в глаза пленнику.
Внимательно посмотрев в глаза капитану, пленник опустил глаза и содрогнулся, сообразив, что это была не шутка. Вздохнув, мужчина медленно поднялся на ноги и внимательно огляделся. Десантники, будучи опытными солдатами, окружили пленника так, чтобы контролировать не только его, но и пространство за спиной напарников.
– Похоже, вы и есть тот самый отряд, который мы должны были встретить, – мрачно проговорил спасённый и, махнув рукой, начал говорить. – Мне с самого начала не нравилась вся эта затея. Слишком много неясностей и слишком хорошие деньги. Так бывает только тогда, когда наниматель уверен, что некому будет предъявить счёт. Нас наняли на Новой Терре, в порту. Мы с парнями решили немного пощипать очередного купца, когда появилась эта троица.
– Кто там был?
– Два мужика и какая-то баба. Похоже, что всем заправляет именно она. Те двое против неё просто сопляки. Нам предложили контракт. Пятьсот тысяч за голову какого-то парня из отряда лиги.
– Как зовут этого бедолагу? – усмехнулся капитан, предвкушая ответ.
– Генри.
– Просто Генри?
– Да. Он должен командовать отрядом лиги, который пришлют сюда после того, как исчезнет экспедиция.
– И вы пошли на такое дело, не узнав толком, на кого охотитесь?
– Я же говорю, деньги серьёзные и, кроме того, что может сделать один человек против дюжины портовых цирюльников?
– Ну логика в таком рассуждении есть, – усмехнулся капитан. – Но ведь в лиге есть люди, способные уничтожить всю вашу дюжину раньше, чем вы успеете взяться за оружие.
– Ну на такое способны, пожалуй, только рейнджеры… О боже! Значит, она отправила нас охотиться за рейнджером? – изумлённо воскликнул пленный, до которого наконец дошло, к чему вёл разговор капитан.
– Позвольте представиться. Капитан гвардии косморейнджеров Генри-Берсерк. Это за моей головой вам поручено охотиться. Должен признаться, что она высоко оценила мою жизнь. Начиналось всё с пятидесяти тысяч.
– Командир, на пару слов, – окликнул капитана сержант.
Сделав капралу знак приглядывать за пленным, капитан отошёл в сторону и вопросительно посмотрел на сержанта.
– Я записал весь допрос на сканер скафандра. Мы можем зашифровать запись в пакетный сигнал и через спутник отправить его в штаб лиги. Думаю, после такого откровения этой стерве не поздоровится.
– Не получится, сержант. Он не назвал ни одного имени. Хотя идея хорошая, – ответил капитан. – Продолжайте всё фиксировать, может, что-нибудь и получится. Это было бы здорово.
Вернувшись к пленному, капитан быстро проверил показания сканера и задал очередной вопрос:
– Так сколько вас высадилось на эту планету?
– Пятнадцать человек.
– Где лагерь?
– В пяти километрах прямо по маякам. В пещере.
– Что за пещера? – быстро спросил капитан.
– Там какое-то нагромождение скал. Наш Головастик назвал его выходом скальных пород. Вот там мы и обосновались.
– Как вы нашли это место?
– Это стоянка первой экспедиции. Мы просто воспользовались плодами их поисков.
– Что стало с членами экспедиций? – задал капитан очередной вопрос, глядя пленнику в глаза.
В ответ тот посмотрел на капитана как на слабоумного и неопределённо пожал плечами.
– А что было с ними делать? Это же свидетели.
– А оборудование? – влез в допрос сержант.
– А что оборудование? – переспросил пленник. – Там валяется. Нам оно без надобности. Своего добра хватает.
– И вы не стали ничего проверять и снимать данные? – не поверил своим ушам капрал.
– Ну почему? Головастик чего-то там ковырялся. Всё чего-то бормотал про шифры и компьютеры. Но, похоже, так ничего и не добился. Кажется, все данные были зашифрованы.
– Как он снимал данные? – спросил капитан.
– Микрочипы вынул и все дела. Говорил, что за такие карты памяти он себе компьютер последней модели купит.
– Где сейчас этот Головастик?
– А где ему быть? Ползает, наверно, вокруг лагеря со сканерами и обнюхивает каждую травинку. Он у нас того. – Пленный сделал пальцами неопределённый жест.
– Чего того? – не понял капрал.
– С приветом. Его в своё время из какой-то исследовательской конторы попёрли, он к нам и прибился. Блаженный, а в компьютерах и различных науках рубит так, что любой профессор позавидует. Но по жизни просто блаженный. Его даже в магазин за пивом отправить одного нельзя. Или ограбят, или изобьют, или просто забудет, за чем послали, и все деньги на какую-нибудь ерунду спустит.
– Ладно. С вашим блаженным потом разберёмся. Сейчас меня другое интересует, – прервал его рассказ капитан, – вся ваша банда в пещере сидит или кого-то на маршрут отправили?
– Была такая мысль, но потом решили не мудрить. Всё равно каждая группа по маякам пойдёт. Зачем рисковать и придумывать колесо, если есть проторенный маршрут.
– Где сканеры установлены?
– По периметру лагеря и у последнего маяка.
– Браслет-определитель есть у всех?
– Соображаешь, – одобрительно усмехнулся пленник и закатал рукав на правой руке. Смуглое запястье плотно обхватывал металлизированный браслет с чипом для распознавания сигнала свой – чужой. Молча кивнув, капитан сжал руку пленника и, выхватив кинжал, одним движением срезал браслет.
– Эй, а как же я?! – попытался возмутиться пленник.
– А тебе он больше не понадобится, – коротко ответил капитан и вонзил кинжал в грудь бандита. Дёрнувшись, тот попытался что-то сказать, но в уголке рта показалась кровь, и на землю опустился труп.
– Зачем? – удивлённо спросил капрал. – Он же пленный. И мы ведь ещё не всё узнали.
– Значит, так, парни. В следующий раз вопросы задаю только я. Ваше дело слушать, смотреть и быть готовыми к действию. Это не пленный. Это бандит, которого отправили сюда за нашими головами. Мы на боевом задании и не можем обременять себя пленным. То, что он рассказал, у нас нет возможности проверить. И последнее. На подходе к лагерю он мог попытаться подать сигнал подельникам. Проблемы нам не нужны. Сержант, ты всё записал?
– До последнего слова, – кивнул сержант, задумчиво поглядывая на труп второго бандита.
– Хотите срезать второй браслет? – с усмешкой спросил капитан.
– Командир, вы что, мысли читаете? – растерялся сержант.
– Ты на тело смотрел, как старшеклассник на голые коленки соседки по парте, – ответил ему капрал.
Смущённо почесав макушку, сержант снова надел шлем и, вздохнув, двинулся к телу. Быстро избавив труп от браслета, он вернулся к группе и протянул добычу капитану.
– Оставьте у себя, сержант. Только не потеряйте.
Молча кивнув, сержант сунул браслет в специальный клапан на скафандре и, поправив бластер, вопросительно посмотрел на командира. Внимательно оглядев окружающие джунгли, капитан, недолго думая, скомандовал:
– Трупы подальше в кусты, сканеры на максимально расширенный поиск, оружие на боевом взводе. Будьте готовы к любым неожиданностям. От этих портовых крыс можно ожидать любой гадости.
– Это же просто банда цирюльников! – удивился капрал.
– Именно поэтому нам нужно быть предельно осторожными. Они привыкли бить в спину без зазрения совести. Открытого боя не ждите.
– Капитан, вы считаете, что нам придётся отлавливать их по одному? – насторожился сержант.
– Вполне возможно. Хотя, скорее всего, они постараются застать нас врасплох. Из-за угла.
– Ну это вряд ли, – рассмеялся сержант.
– Не расслабляйтесь, – оборвал его веселье капитан, – то, что это бандиты, не должно настраивать вас на благодушный лад. Для нас с вами это прежде всего враг. Враг, которого мы должны уничтожить. Это наша задача на ближайшее время. Всё остальное второстепенно.
– Командир, – удивился капрал, – как же так?! Ведь на инструктаже нам чётко сказали, что мы должны добыть данные сканеров, а не устраивать разборки с бандитами.
– Правильно. Но, чтобы получить эти данные, нам придётся отобрать их у Головастика, а он – один из членов банды. Значит, придётся уничтожить банду. Логика ясна?
– Вполне, – усмехнулся сержант, передёргивая затвор бластера.
– Тогда выдвигаемся, – скомандовал капитан, вскидывая оружие.
Десантники рассредоточились и направились по следам убитых. Различить их следы в густой траве было несложно. Преступники бежали, спасаясь от хищника, не разбирая дороги. Вдруг капрал растерянно остановился и послал в эфир два щелчка, вызов командиру группы.
– Слушаю, капрал, – тут же раздалось в наушнике шлема.
– Командир, здесь что-то не сходится. На инструктаже нам сказали, что экспедиции пропали где-то на середине материка, а мы только-только ушли с побережья.
– Вот чёрт! – выругался капитан и тут же подал сигнал о сближении.
Группа сошлась в километре от места стычки. Командир сделал знак соблюдать тишину и, откинув пластиковое забрало, тихо заговорил:
– Проклятие! С этой чехардой я совершенно забыл про расположение экспедиций.
– Потому на инструктаже и присутствует вся команда, – пожал плечами сержант.
– Ладно. Как бы то ни было, но Эндрю прав. Мы вышли на этих двоих сразу у побережья. Значит, это, скорее всего, разведгруппа. С этой минуты полная тишина в эфире. Приготовить хамелиноны. Друг друга держать в поле зрения. И самое главное, парни, не зевайте. От этих тварей всего можно ожидать.
Капитан не успел договорить последнюю фразу, как на группу напала огромная змея. Точнее, странная помесь змеи с крокодилом. Длинное, толщиной с торс человека безногое тело и огромные, усаженные зубами челюсти, способные отхватить человеку ногу.
Это чучело свалилось на группу с дерева, подмяв под себя сержанта и сбив с ног капитана. Капрал вскинул было бластер, но вовремя сообразил, что может зацепить кого-то из группы. Огромные кольца обвились вокруг сержанта, а челюсти попытались откусить голову капитану.
Скафандры косморейджеров были рассчитаны и не на такие передряги, но само нападение так разозлило капитана, что тот, недолго думая, ухватил рептилию за челюсти руками и со словами:
– Ты на кого хавальник разинул, чемодан-переросток, – принялся разрывать зверя, как мифический герой льва.
Сервоприводы скафандра чуть слышно взвыли, справляясь с внезапной нагрузкой, и рептилия судорожно забилась, пытаясь вырваться из мёртвой хватки десантника. Хрустнули кости, и агрессор просто взвился от боли.
Мощное туловище рептилии хлестало по земле как огромный кнут. Силу этих ударов капрал оценил, увидев разнесённое в щепки дерево. К яростному хрусту уничтожаемой растительности присоединился еле различимый свист, который давил на мозг десантников с силой шумовой гранаты.
Не выпуская из левой руки верхней челюсти рептилии, капитан выхватил правой кинжал и, не раздумывая, всадил его в горло чудовища. Десантный кинжал с монохромной заточкой вошёл в глотку зверя как в масло и, пронзив мозг, вышел из головы. Сил на удар Берсерк не пожалел. Очевидно, широкое, почти в три пальца, лезвие перерезало не только мозг, но и позвоночник рептилии. Сразу после удара чудовище затихло, и капитан, выдернув кинжал, отступил в сторону.
Капрал быстро огляделся в поисках приятеля. Отброшенный далеко в кусты сержант с треском выбирался обратно, ругаясь так, что трава под ногами вяла. То, что он именно ругается, капрал понял по мимике и жестам друга. Говорить в полный голос было запрещено, и сержант отводил душу шёпотом.
Вонзив кинжал пару раз в землю, чтобы очистить кровь, капитан с усмешкой посмотрел на свою команду и тихо спросил:
– Ну что, смертнички, все целы?
Десантники дружно кивнули.
– Проверить оружие, амуницию и, самое главное, скафандры. Без них нам тут кисло придётся.
Парни дружно провели сканирование оборудования и спецсредств. Личные компьютеры подтвердили исправность оборудования и готовность к его дальнейшей эксплуатации.
– Порядок, командир, – коротко доложил сержант, дождавшись утвердительного кивка от капрала.
– Порядок, говоришь? – усмехнулся капитан и, ткнув пальцем в землю, спросил: – А это тогда что такое? Подарок от инопланетян?
Десантники дружно опустили головы и еле сдержали готовые вырваться проклятия. Корпус индивидуальной аптечки сержанта был раздавлен всмятку, а все ампулы валялись в траве. Вздрогнув, сержант посмотрел на командира.
– Как же так? Ведь компьютер доложил о готовности всех систем, – тихо спросил он.
– У аптечки свой компьютер, не связанный с основным, – ответил командир, – иногда это не так уж и плохо, но вот в таких случаях это здорово сбивает с толку. Ладно. Соберите ампулы. Они маркированы. Можно будет зарядить две оставшиеся аптечки.
– А как же стерильность? – не понял капрал.
– Стерильность важна внутри. Ампулы целы, а это главное. Остальное ерунда. Их специально так разрабатывали. Заканчивайте сборы, парни. Нужно уходить. Не нравится мне здесь. Уж очень спокойно.
– Это, по-вашему, спокойно? – растерянно спросил капрал, указывая на лежащее рядом чудовище.
– Дай бог, чтобы это была самая большая наша неудача, – ответил капитан, цепким взглядом окидывая джунгли.
Сержант быстро собрал рассыпанные ампулы, и капитан дал команду к движению. Теперь они шли группой, страхуя и прикрывая друг друга по всем правилам. Маскировочные хамелеоны превращали их скафандры в странные сюрреалистические тени, бесшумно скользившие по джунглям.
Сами скафандры были разработаны таким образом, что могли скрывать тела десантников от всех видов радаров. Их не брали ни тепловизоры, ни инфракрасные сканеры, ни ультрафиолетовые излучатели. Специальное покрытие поглощало любые лучи, а встроенный термоконтроллер держал скафандр в режиме температуры окружающей среды.
Группа двигалась параллельно маршруту экспедиций, отслеживая маяки по джипиэсам, а наличие биологических организмов по пассивному радару, фиксировавшему любое живое существо больше средней собаки. Радиус действия радара составлял триста метров, чего вполне хватало, чтобы приготовиться к бою или уйти от нежелательной встречи.
Дважды дорогу десантникам заступали представители местной фауны, но предупреждённая группа легко уклонялась от встречи. Оба раза это были хищники, способные доставить несколько неприятных минут даже их группе. Воевать со всем, что движется, десантники не собирались и, благополучно миновав засады, продолжали быстро двигаться дальше.
На ночлег они расположились в корнях дерева, здорово смахивавшего на земной баньян. Огромный, в полтора десятка метров в обхвате ствол поддерживали толстенные корни, среди которых и устроились десантники.
Настроив радары на звуковую индикацию, рейнджеры быстро перекусили энергетическими кубиками из сухого пайка и, запив это дело глотком воды, дружно вытянули натруженные за день ноги.
Отключив все системы скафандров, кроме радаров и кондиционеров, десантники молча наслаждались тихими звуками ночных джунглей. Свежий воздух, тихий шелест листвы, шорохи ночных обитателей леса настраивали их на минорный лад.
Откинув забрала, троица дышала полной грудью, с упоением вдыхая чистый воздух планеты, не знавшей цивилизации. Тишину нарушил сержант, тихо спросив:
– Командир, можно вопрос?
– Только тихо, – разрешил капитан.
– Что вы будете делать на гражданке?
– Хочешь знать, чем я буду заниматься? – уточнил Берсерк и, не дожидаясь ответа, сказал: – Наша служба обучает нас многому. Вы, как и я, умеете управлять любым видом транспорта, являетесь экспертами по рукопашному бою, владеете компьютерной техникой. Выбор, конечно, невелик, но что-нибудь найти можно. Главное – не сидеть, сложа руки.
– А что привлекает именно вас?
– Я уже говорил. Хочу перебраться на какую-нибудь курортную планету, купить дом, остепениться. Посмотрим, какова будет оплата за наш рейд. Может, удастся купить хороший катер. Буду катать туристов.
– А почему не в охрану?
– Мы диверсанты. Боевики. Что каждый из нас знает о правилах охраны? Практически ничего. Нас этому не учат. Что толку от того, что каждый из нас способен влёт отстрелить москиту яйца и кулаком стол перешибить?
Распознать киллера ещё на подходе – это наука. Не имея подобных навыков, можно надеяться только на собственную реакцию, а в подобном деле этого слишком мало. А если честно, не хочу служить какому-нибудь снобу, считающему, что он пуп земли и может творить всё, что ему вздумается.
– Вы это о советнике? – осторожно спросил капрал.
– И о нём тоже, – усмехнулся капитан, – уж очень он мягко стелил нам про этот рейд. С самого начала у меня сложилось стойкое убеждение, что здесь далеко не всё так просто.
– Он многое недоговорил, – поддержал командира сержант, – но если он сдержит слово и даст нам места в своей свите, то мы, пожалуй, попробуем сохранить это тело.
Мирную беседу рейнджеров прервал дикий вой и перепуганные человеческие вопли. Не дрогнув, десантники быстро проверили показания радаров и, спокойно переглянувшись, остались лежать. Очередной хищник охотился далеко в стороне.
– Чем больше съедят, тем меньше нам возиться, – философски произнёс капрал.
– Это точно, – поддержал его капитан, переключая настройки радара.
Просканировав окрестности, капитан неопределённо хмыкнул и, посмотрев на подчинённых, тихо произнёс:
– Так, парни. Поблизости рыщет стая местных зверушек. Ушли в раковины, прикинулись булыжниками и не отсвечиваем.
На сленге рейнджеров это означало переход на автономное жизнеобеспечение в скафандрах. Скафандр выдерживал выстрел из тяжёлого лучевого ружья в упор. Перешедший на автономный режим десантник был практически неуязвим в нём.
Но подобное оборудование было слишком дорогостоящим и использовалось только в случаях заброски группы на новые неизученные планеты. Во всех остальных случаях десантникам приходилось обходиться лёгкими скафандрами, которые пробивались из обычных бластеров.
В ответ на реплику капитана прозвучали два щелчка захлопнувшихся забрал и тихие щелчки в наушнике рации, доклад о готовности к дальнейшим событиям. И они, эти самые события, не заставили себя долго ждать.
Радары показали приближающуюся группу биологических тел, весом от семидесяти до трёхсот килограммов. Причём меньшие тела неслись с солидным отрывом от больших.
Устроившись поудобнее, десантники с интересом принялись ждать. Из темноты джунглей выбежали три человека и, быстро оглядевшись, бросились в сторону дерева, под которым лежала группа. Пробежав буквально в двух шагах от лежащих десантников, троица принялась карабкаться по стволу с ловкостью обезьян.
В наушниках раздался тихий смешок.
– Что не так, капрал? – тихо спросил капитан.
– Перед нами прямое доказательство теории мистера Дарвина, – рассмеялся сержант, давно знавший своего друга.
– Это называется – у страха глаза велики, – усмехнулся в ответ капитан.
– Сейчас узнаем, кто их так напугал, – ответил капрал, следя за радаром.
Следом за беглецами к дереву выбежала стая хищников, отдалённо напоминавших земных гиен, только вместо известного хохота они издавали странные, кашляющие звуки. От нечего делать капрал провёл сканирование ближайшего к нему зверя и тихо присвистнул от удивления.
– Ну что опять? – проворчал капитан.
– Эти зверушки ядовиты, как сотня скорпионов, капитан.
– Ну и что?
– А то, что они способны плеваться своим ядом. Сам яд способен проесть железный лист толщиной десять миллиметров.
– Это уже не яд, а кислота какая-то, – проворчал сержант сонным голосом.
– В том-то и дело, – ответил капрал.
– Ладно, парни. Отдыхаем. Судя по всему, это ночные твари, и ориентируются они больше по запаху. Значит, нам в наших раковинах волноваться нечего. Покашляют и побегут другую добычу искать.
– Не думаю, командир. Похоже, наши ребятки придумали не самый лучший способ защиты. У этих тварей строение лап кошачье.
– Хочешь сказать, что они способны лазать по деревьям? – переспросил сержант.
– Ага, – коротко ответил капрал.
Словно в подтверждение его слов, несколько животных устремились к дереву и принялись быстро взбираться вслед за притаившимися беглецами. В кроне дерева раздались испуганные крики, и началась беспорядочная стрельба.
Четверо из пяти особей были уничтожены, но остальных это не остановило. Вонзая в кору дерева мощные кривые когти, ещё несколько зверей принялись рывками подниматься по стволу. Послышался тихий шипящий звук, и ночь огласилась диким воплем боли. С дерева рухнул один из убегавших.
Человек упал на землю в нескольких шагах от группы, и десантники увидели, как тело несчастного было буквально разорвано на куски. В мгновение ока от взрослого мужчины остались только кровавые ошмётки.
– Капитан, может, нам стоит вмешаться и взять «языка»? – лениво поинтересовался сержант.
– Побереги энергию, приятель, – отозвался капитан, с ленивым интересом наблюдавший за разворачивающейся драмой, – всё, что нам нужно, мы уже знаем, а спасать тех, кого послали нас убить, я не собираюсь. Глупый гуманизм из меня выбили ещё лет десять назад. Лучше снимай и записывай всё, что видишь. За такой материал наши яйцеголовые хорошие деньги выложат.
– Уже снимаю, – отозвался сержант.
Скафандры были оборудованы по последнему слову техники и имели несколько разнообразных камер, способных снимать даже в полной темноте. Всё отснятое фиксировалось на микрочипе, вмонтированном в спинную броню скафандра.
– Может, всё-таки стоит вмешаться? – неуверенно произнёс капрал.
– А зачем? – спросил капитан с нотками тихой усмешки в голосе.
– Посредством спасённых можно будет попробовать договориться с остальными.
– И получить выстрел в спину, когда совсем этого не ждёшь, – мрачно ответил капитан, – нет, ребята. Забудьте эту идею. Они знали, на что шли, высаживаясь на эту планету. Более того, они пришли за моим скальпом, а значит, и за вашими. Неужели вы всерьёз верите, что, добравшись до меня, они оставят вас в покое? Вы свидетели. Наш язык сам это сказал.
– Но хладнокровно смотреть, как их растерзают на части, мне тоже претит, – мрачно ответил капрал.
– Закрой глаза и отключи звук, капрал. Это приказ. Никто не шевелится. Всем отдыхать до утра. – Голос капитана обрёл стальные нотки, и рейнджеры разом заткнулись. Слово «приказ» было для них своего рода кодовой фразой, которая разом решала все проблемы в борьбе с совестью. Приказы отдавали командиры, а следовательно, именно они и должны были бороться со своими комплексами.
Отключив звук камер видеофиксирования, десантники уснули сном праведников. Только капитан продолжал наблюдать за трагедией, которая разворачивалась на поляне под деревом.
Огромные гиеновидные твари упорно продолжали атаковать засевших на дереве людей. Те отстреливались до тех пор, пока не истратили все энергетические кристаллы своих ружей. Основная часть стаи погибла, но того, что осталось, оказалось вполне достаточно, чтобы сожрать двух безоружных бандитов. В том, что это бандиты, капитан ни секунды не сомневался.
Твари покинули поляну с рассветом. Стоило только первым лучам солнца чуть осветить кроны деревьев, как остатки стаи, кашляя и странно подвывая, тут же устремились в джунгли. Скосив глаза на встроенный в шлем монитор, капитан понял, что до подъёма осталось почти два часа, что давало ему солидный шанс выспаться. Не выключая чувствительных микрофонов, Генри-Берсерк закрыл глаза и провалился в сон.

* * *

Разбудило его странное посапывание. Осторожно открыв глаза, капитан увидел прямо перед забралом шлема настороженно принюхивающуюся мордочку странного зверя.
Покрытая серой, шелковистой шёрсткой мордочка была просто очаровательна. Влажный нос, с чутким ноздрями. Огромные, миндалевидные глаза, короткие заострённые ушки. Высотой животное не превышало семидесяти сантиметров.
Стройные ноги животного заканчивались строенными копытцами, а графитового цвета спина казалась горбатой. Короткий хвост быстро метался из стороны в сторону, и напряжённые задние ноги ясно давали понять, что животное в любой момент готово броситься наутёк. Зверушка осторожно принюхивалась к непонятному булыжнику, лежащему на такой роскошной траве.
Быстро включив камеру, капитан убедился, что животных поблизости целое стадо, и решил проводить побудку. Десантники проснулись разом, словно и не спали. Увидев бродящее поблизости стадо грациозных животных, капрал не удержал вздоха восхищения:
– Они такие красивые!
– Да уж, мордашки у них само очарование, но пора прерывать идиллию. Нам нужно выдвигаться, – проворчал капитан, медленно поднимаясь на ноги.
Стоило только ему шевельнуться, как любопытная особь просто взлетела в воздух, подброшенная сильными задними ногами. В ту же секунду всё стадо сорвалось с места и понеслось в джунгли, совершая прыжки до пяти метров в длину и трёх в высоту. Десантники не успели сесть, как всё стадо уже исчезло в зарослях.
– Капитан, вы успели их заснять? – спросил сержант.
– Я не выключал камеру, так что всё записано. А теперь, парни, десять минут на оправку и завтрак. Сегодня мы должны добраться до стоянки.
Через десять минут группа бесшумно растворилась в джунглях. Капитан вёл десантников параллельно установленным маякам, стараясь держаться в сотне метров от маршрута.
К полудню группа упёрлась в узкую, но довольно длинную лощину, по дну которой протекал ручей. Сверившись с картой, капитан поднял голову и, мрачно посмотрев на сплошной потолок из листвы, выругался. Становилось понятно, почему на карте этой лощины не было. Кроны деревьев сплетались в сплошную массу на высоте в полтора десятка метров, и это переплетение могло быть толщиной ещё в десяток метров.
– Что будем делать, командир? – спросил сержант, с сомнением поглядывая на противоположную сторону лощины.
– Обойдём. Лезть туда – всё равно что лезть в мышеловку. Маяки от нас справа, значит, обходим левее.
– Надеюсь, они нас там не ждут, – проворчал капрал.
– Они предпочтут ждать нас на маршруте. Не забывайте, что они ждут экспедицию, а не отряд рейнджеров. Но осторожность на всякий удвоим. Уходим в раковины, связь только щелчками, – скомандовал капитан и первым захлопнул забрало.
Группа дружно развернулась налево и двинулась вдоль лощины, ища место, где её можно было легко перейти. Такое место нашлось через час пути. Лощина перешла в небольшую низину, у дальнего края которой блестело маленькое озеро.
Несколько звериных троп ясно сказали десантникам, что воду можно пить. Быстро миновав ручей, рейнджеры двинулись в обратном направлении. Затратив ещё час, они оказались напротив того места, где вышли к лощине.
Сделав подчиненным знак повысить бдительность, капитан снова двинулся вдоль маршрута. Ещё через три часа они увидели наконец искомые скалы. Серо-коричневый монолит голых камней возвышался над зеленью джунглей странным, чужеродным наростом.
Развернувшись веером, троица бесшумно двинулась в сторону скал, попутно высматривая возможную засаду. Пещеру они обнаружили сразу, как только подошли к краю леса.
Широкая проплешина из камней и щебня была завалена ящиками с оборудованием, пустыми банками, пластиковыми бутылками, окурками и ещё десятком предметов обихода цивилизованных людей. Бандиты не затрудняли себя вопросом складирования и утилизации отходов своей жизнедеятельности.
Отступив в глубь джунглей, капитан подал сигнал сбора и, откинув забрало, хищно усмехнулся.
– Ну вот и добрались.
– Да уж, свинарник они тут развели, прям как в своей клоаке, – усмехнулся в ответ сержант.
– И что будем делать дальше? – не удержался капрал.
– Подождём. Выясним, сколько их, а потом попросимся в гости, – усмехнулся капитан.
– А потом?
– А потом устроим засаду и снова будем ждать. Только ради всего святого, парни, никаких соплей и гуманизма. Помните, это бандиты. Убийцы, посланные за нами. Бить на поражение.
– Если их всего дюжина, то минус пять – семеро. Смешная цифра, – усмехнулся сержант.
– Если только нам сказали правду, в чём я лично несколько сомневаюсь.
– Думаете, их больше? – удивился сержант.
– Даже не сомневаюсь.
– Почему? – спросил капрал.
– Они рассредоточились на маршруте небольшими группами. Сколько всего групп, мы не знаем, но их должны менять, иначе зачем им базовый лагерь.
– И что будем делать?
– Пока понаблюдаем. Посмотрим, сколько народу бродит вокруг, а потом попробуем тихо войти в пещеру. Но только тихо. Стрелять можно только в пещере.
– Хотите собрать всех у входа? – первым сообразил сержант.
– Верно. Если тех, кто на маршруте, вовремя не сменят, они наверняка попрутся выяснять, кто в этом виноват. Здесь мы их и встретим.
– Теперь главное – понять, как тихо войти в пещеру, – задумчиво проговорил капрал.
– Войдём, – усмехнулся капитан, – у входа ящиков навалено столько, что роту спрятать можно. Работаем, парни, – скомандовал он, и десантники моментально растворились в зарослях, чуть слышно захлопнув забрала.
Рассредоточившись по периметру проплешины, группа вела наблюдение за пещерой в течение двух часов. За это время они успели сосчитать всех засевших в лагере бандитов и убедиться, что капитан был полностью прав.
Вскоре после начала наблюдения четыре группы вооружённых людей, по три человека в каждой, нехотя направились в джунгли. Это ушла смена.
В лагере остались четверо. Неопрятного вида толстяк, исполнявший обязанности повара, маленький, забитый азиат в роли слуги на всё, звероподобный верзила, не выпускавший из рук лучевой винтовки, и тот, кого бандиты называли Головастиком.
Опознать его было проще всего. Парень не расставался с компьютером и кучей различных приборов, в дисплеи которых он то и дело утыкался носом.
Очевидно, звероподобный исполнял при нём роль телохранителя, то и дело, разворачивая паренька в сторону, когда тот, увлёкшись показаниями приборов, упирался головой в дерево или скалу.
Дождавшись, когда группы уйдут подальше, капитан сделал десантникам знак начинать, и три тени бесшумно двинулись к лагерю. Как специально, в этот момент Головастик направился в сторону джунглей, выводя громилу прямо на сержанта.
Пропустив эту парочку, капитан медленно вытащил кинжал и, чуть приподнявшись, метнул его в спину повару. Чуть слышно икнув, толстяк мешком свалился за кучу ящиков. Азиат, тащивший ящик с отходами в сторону капрала, споткнулся о странного вида камень и забился в усиленных сервоприводами руках десантника. Послышался сухой треск, и со слугой было покончено.
Сержант, отступив за дерево, подпустил Головастика с охранником на расстояние вытянутой руки и одним резким движением перерезал здоровяку горло. Сам Головастик так и не понял, что остался один, пока могучая рука не ухватила его за воротник комбинезона и, приподняв над землёй, стукнула о ближайший ствол, отправив в беспамятство.
Ворвавшись в пещеру, десантники быстро проверили все углы и закоулки и, убедившись, что больше никого нет, принялись наводить порядок. Занеся трупы в пещеру, они моментально распределили места засады и приготовились ждать.
Капитан, недолго думая, вылил на многомудрую голову Головастика ведро воды и занялся игрой в вопросы и ответы. Прокашлявшись и продрав глаза, Головастик растерянно уставился на могучую фигуру в тяжёлом скафандре космодесанта, склонившуюся над ним.
– Вы кто? – растерянно проблеял парень.
– Важно ни кто я, а кто ты, парень, – ответил капитан, доставая кинжал. – Я буду задавать тебе вопросы, а ты будешь на них отвечать. Но только честно и быстро, иначе я рассержусь и начну делать тебе очень больно.
Чтобы тебе сразу стало всё понятно, добавлю, я не полиция, и мы не в твоём порту, где в дело сразу вмешаются правозащитники и прочие грамотеи. Я десантник, а это значит, что мне наплевать на гуманизм, права человека и прочую муру. В данный момент ты находишься в зоне боевых действий, и поступать с тобой будут соответственно. Всё понятно?
Головастик судорожно закивал. Капитан даже испугался, как бы парень в порыве рвения не сломал себе шею.
– Хорошо. Первый вопрос. Сколько человек высадилось на планете?
– Двадцать семь, – быстро ответил Головастик.
– Это вместе с вами?
Судорожный кивок в ответ.
– Хорошо. Где чипы памяти с приборов, которые ты раскурочил?
– Вы и это знаете? – удивлённо воскликнул парень.
– Мы многое знаем, но ты не ответил, – произнёс капитан с такой интонацией, что даже у бывалых десантников волосы зашевелились на стриженых затылках.
– В моей сумке! – завопил Головастик так, словно его уже режут.
– Где сумка?
– Вон там, в углу, где вся аппаратура, – скороговоркой ответил парень, указывая на место подбородком.
Капитан сделал капралу знак проверить. Быстро отыскав замызганную сумку, капрал, недолго думая, вывалил её содержимое на каменный пол пещеры и принялся быстро переворачивать вещи в поисках чипов. Вскоре шесть небольших прямоугольников из монокристалла лежали на широкой перчатке скафандра.
– Это всё? – спросил капитан, нагибаясь к Головастику и покачивая у того перед носом кинжалом.
Этот кошмар пацифиста мог нагнать страху и на более крепкого человека. Головастик же просто икнул и закатил глаза. Чуть кашлянув, чтобы привлечь внимание командира, капрал молча указал на мокрое пятно, расплывавшееся на штанах Головастика.
– Кажется, это всё, – подвёл итог капитан, сканируя организм несчастного.
Бедолага умер от страха. Чуть качнув головой, капитан ухватил покойника за шиворот и, оттащив к сложенным в углу подельникам, присоединился к группе.
Забрав у капрала чипы, он принялся проверять наличие информации на них. Убедившись, что все данные сканеров сохранились, рейнджер убрал чипы в герметичный карман скафандра и, вздохнув, уселся на камень.
– Ну вот, парни. Полдела сделано. Данные со сканеров мы получили. Осталось избавиться от банды, и можно уходить к точке рандеву.
– Может быть, пока ждём, немножко перевыполним планы? – задумчиво протянул сержант.
– Каким образом? – повернулся к нему капитан.
– Эндрю здорово соображает во всех этих компьютерах и сканерах. Мы ждём гостей, а он проводит исследования всего, чего только можно.
– Только в том случае, если ему не придётся выходить из пещеры, – сразу ответил капитан.
– Но командир, мы же в скафандрах! – удивился капрал.
– И что? Парни, здесь всё не так просто, – задумчиво проговорил капитан, – я, конечно, не претендую на звание эксперта в вопросах криминальной иерархии, но меня очень насторожил тот факт, что я нигде не заметил человека, который командует этой бандой.
– Но ведь они не армия. Им сказали, что делать, и они тупо исполняют, – пожал плечами сержант. Выглядело это очень комично. Не предназначенный для таких жестов скафандр взвыл всеми сервоприводами торса, добросовестно попытавшись воспроизвести жест носителя.
В итоге, растянувшись в поясе так, что над горловиной остался торчать только сержантский нос, скафандр вернулся в исходное положение, возмущённо заморгав сигналами предупреждения.
– Вот именно, сержант. Они не армия и при отсутствии постоянного контроля либо махнут рукой на все указания, либо, передравшись, отправили бы на маршрут пару шестёрок. Здесь всё не так. Даже этот красавчик, – капитан небрежно ткнул пальцем в лежащего в углу бандита, – ходил за Головастиком как привязанный, хотя в другое время с большим удовольствием размазал бы его по ближайшему дереву.
– Может быть, он на маршруте? – рискнул предположить капрал, но капитан отрицательно покачал головой.
– Вряд ли. Ни один главарь не станет делать то, с чем могут справиться его подчинённые. Он голова. И самое главное, я не видел ни одного средства связи. Никакого.
– Верно, я тоже, – согласился с командиром сержант. Капрал молча кивнул головой, присоединяясь к предыдущим ораторам.
– И что будем делать? – задал он вопрос, сам собой повисший в воздухе.
– То же, что и собирались. Ждём. Уничтожаем. Уходим.
– Но ведь мы уничтожим только тех, кто вернётся с маршрута, – принялся размышлять сержант, – остальные будут сидеть в джунглях. И если мы уйдём, то они, вернувшись сюда и разглядев весь этот бардак, кинутся за нами в погоню.
– А кто сказал, что мы уйдём, уничтожив только одну группу? – хищно усмехнулся капитан.
– И почему я не удивлён? – проворчал капрал, устраиваясь поудобнее за валуном у входа.
Усмехнувшись в ответ, сержант занял позицию с другой стороны от входа в пещеру и принялся обустраивать засидку. С улыбкой, посмотрев на подчинённых, капитан развернулся и принялся внимательно осматривать пещеру в поисках удобной позиции для стрельбы.
В дальнем конце пещеры, над кучей камней он нашёл вполне приемлемый выступ, на котором и устроился. С этого места капитан держал под прицелом практически всю проплешину перед пещерой.
Дело близилось к вечеру. На джунгли опускались сумерки, но десантники замерли на своих местах, ни одним жестом не выдав своего нетерпения. Умение сидеть в засадах было основной составляющей их работы, и они делали её так, как их и учили, а учили их на совесть. Недаром ведь они были элитой войск лиги.
Радары и сканеры рейнджеров были настроены на пассивный поиск. То есть обнаружение всего, что оказывалось в непосредственной зоне их действия. В очередной раз скосив глаза на экран, капитан вздрогнул и тихо щёлкнул микрофоном переговорного устройства, привлекая внимание десантников.
– Здесь, командир, – отозвался сержант.
– Я не совсем понял, в чём дело, но, похоже, у нас гость, парни, – тихо сказал капитан.
– Где? – так же тихо спросил капрал.
– Рядом с нами. Можно сказать, прямо в пещере, – отозвался капитан, быстро осматривая пещеру.
Неожиданно камни, сложенные под карнизом, на котором сидел капитан, пришли в движение и начали раздвигаться, словно кто-то толкал их от стены. Десантники замерли, удивлённо рассматривая то, что пыталось вылезти из какой-то дыры.
Наконец камни раскатились по полу пещеры, открыв внушительный провал, из которого в пещеру выползла какая-то непонятная тварь. Белёсое, студенистое тело, пара длинных антенн и полное отсутствие даже намёка на отдельные части тела.
Место, над которым торчали рога антенны, приподнялось, и десантники разглядели круглое отверстие, из которого торчало что-то вроде клюва. Качнув антеннами из стороны в сторону, чудовище быстро сориентировалось и уверенно поползло в сторону лежащих в углу трупов.
– Ну и чучело! – тихо проговорил капрал, наводя на чудовище камеру.
– Снимай и сканируй, чего от него ожидать можно, – проворчал сержант, медленно наводя на тварь бластер.
– Спокойно, парни, – отозвался капитан, не спуская с невиданного зверя глаз, – похоже, оно слепое и ориентируется по запаху. Значит, нам волноваться незачем.
– Не только, – ответил капрал, читая запись результатов сканирования. – Оно отлично слышит, прекрасно чувствует тепло и обладает клювом, снабжённым зубами. В задней части какая-то непонятная мускульная сетка. Приблизительно такая же есть у земных кальмаров. Они используют её для плавания.
– Но это-то чучело вылезло из-под земли?! – возразил сержант.
– Вот и меня это смущает, – отозвался капитан, успевший рассмотреть данные. – Будьте осторожны, по-моему, это у него какое-то оружие.
– Больше всего оно напоминает земного слизня, – проворчал сержант, не сводя глаз с твари.
– Улитка с зубами. Только этого не хватало, – отозвался капрал.
Тем временем головоногий представитель местной фауны добрался до сложенных в углу тел и, недолго думая, приступил к трапезе. Из передней части тела выдвинулся пресловутый клюв и, вцепившись в труп Головастика, принялся подтаскивать его прямо под туловище слизняка.
Острые зубы, усеивавшие клюв, легко разрывали плоть, отправляя огромные куски в глотку, или как там оно называется у головоногих. Недолго думая, сержант вскинул бластер, намереваясь пристрелить зверя, но его остановили.
– Сержант, кто отдал приказ на уничтожение? – раздался жесткий голос капитана в наушнике.
– Прошу прощения командир, но эта сволочь жрёт трупы людей! – удивлённо ответил сержант.
– Ну и что? Для него это только пища. Оставьте улитку в покое и приготовьтесь, банда возвращается, – ответил капитан, и оба десантника моментально уставились на экраны радаров.
К пещере приближалась группа из девяти биологических тел, массой от семидесяти до ста двадцати килограммов. Судя по тому, что группа шла как попало, не соблюдая строя и порядка перемещения по опасной местности, это возвращались дежурившие ночью бандиты.
Приготовившись к бою, десантники замерли, словно каменные изваяния. Маскировочные хамелеоны скрывали очертания скафандров, делая их похожими на окружающий ландшафт. Только из угла пещеры продолжали разноситься звуки разрываемой плоти и тихое уханье насыщавшейся твари.
Минуты тянулись, словно резиновые. Наконец послышался треск сучьев, ругань и громкий смех. Бандиты вышли на проплешину и практически в один голос потребовали ужина, окликая повара и слугу по именам.
Их вопли рассердили слизня, и не раздумывая тот устремился к выходу, шлёпая своей подошвой по камням и издавая возмущённое посвистывание. Изначально капитан планировал позволить бандитам войти в пещеру и тогда уже уничтожить их кинжальным огнём. Толстые стены пещеры должны были поглотить все звуки боя. Но того, что произошло, он не ожидал.
Выкатившись из пещеры, как приливная волна, слизень, недолго думая, свернулся в вертикальное кольцо, задрав заднюю часть тела над рогами, и, направив заострившийся конец на пришельцев, выстрелил странной белой нитью, больше похожей на паутину.
Опасность этой паутины десантники оценили только увидев, как ближайший ко входу в пещеру бандит оказался словно разрезанным поперёк груди. Эффект от попадания был сравним с действием боевого лазера. Человеческое тело просто распалось на две части.
Пока растерянные бандиты приходили в себя и пытались понять, что на них напало, слизень развернулся и снова выстрелил. Несмотря на слепоту, зверюга умудрялась разить без промаха. Бандитов спасало только то, что радиус действия этого биологического паутинометателя был ограничен. Лёгкая паутина летела не дальше пяти метров.
Очухавшиеся бандиты вскинули оружие, и в монстра полетело такое количество снарядов, что тяжко пришлось бы даже десантнику в тяжёлом скафандре. Но в этот раз простота оказалась сильнее брони. Отсутствие важных нервных окончаний и узлов сыграло с бандитами злую шутку.
Окончательно рассвирепевшее беспозвоночное рвануло к обидчикам со скоростью, которой никто не мог ожидать. Несмотря на два десятка попаданий, слизень вломился в толпу бандитов и принялся осыпать всё вокруг паутиной.
Спустя две минуты с бандой было покончено. Только последний из оставшихся в живых бандитов успел отбежать в сторону и выстрелом из лазерной винтовки почти перерезал монстра пополам. Но даже расчленённый слизень оказался смертельно опасным противником.
Располовиненная туша продолжала жить и воевать. Передняя часть тела слизня метнулась вперёд, и мощный, зубастый клюв сомкнулся на голове противника. Хрустнули кости, и последний бандит отправился в места вечной охоты.
Выйдя из пещеры, капитан молча обозрел учинённое монстром побоище и, неопределённо хмыкнув, принялся разряжать разбросанное оружие. Закончив это странное занятие, он приказал сержанту заснять останки и вернулся в пещеру.
Вернувшиеся следом десантники растерянно посмотрели на сидящего у кучи энергетических кристаллов капитана и недоумённо переглянулись.
– Пытаетесь понять, зачем я разрядил всё оружие? – усмехнулся капитан, посмотрев на подчинённых. Десантники молча кивнули.
– Там, у входа, остались куча тел и огромный монстр. Вернувшимся бандитам будет над чем поломать головы. Это приманка, у которой они обязательно соберутся. Вот тогда мы и начнём работать. Они и так неплохо вооружены, и я не собираюсь оставлять им боеприпасы.
– Где проведём ночь, командир? – угрюмо спросил капрал.
– Здесь, конечно, – ответил капитан, удивлённо посмотрев на него.
– А если ещё одно чучело вылезет? – задал сержант вопрос, волновавший их обоих.
– Не вылезет, – спокойно ответил капитан, – думаю, они одиночки.
– Почему вы так решили? – не унимался капрал.
– Ты же сам сказал, что у них отличный слух и нюх. Этот учуял добычу и вылез. Если бы был второй, думаю, он уже был бы здесь. Хотя мы можем сами убедиться в том, что второго нет.
– Каким образом? – спросил сержант, растерянно посмотрев на капрала.
– Вы собираетесь лезть туда? – спросил капрал, изумлённо вытаращив глаза.
– Сами мы туда в скафандрах не влезем, – поморщился капитан от их недогадливости, – но среди ящиков с оборудованием я видел мини-вездеход с манипулятором и дистанционным управлением. Запустим вездеход с камерой и посмотрим.
– Здорово! – радостно подскочил капрал.
– А вы думали, что у капитана совсем крыша потекла? – иронично усмехнулся командир и, поднявшись, скомандовал: – Ну что стоим, салаги? Команда не ясна?
Рассмеявшись, десантники выскочили из пещеры и принялись быстро осматривать ящики с оборудованием. Найдя нужные, они легко перетащили их в пещеру и начали готовить вездеход. Установив совершенно новые энергетические кристаллы, капрал несколько минут погонял вездеход по пещере, настраивая компьютер, и приготовился направить его в дыру, когда капитан подал новую идею.
– Переключите подсветку на внешнее питание, капрал. Сэкономим на запасе хода. Можно установить дополнительный свет. Кристаллов у нас больше чем нужно, – сказал он, указывая на снятые с оружия энергетические блоки.
Это была мудрая идея. Оружейные кристаллы были самыми мощными и могли намного дольше работать без подзарядки, а в абсолютной темноте пещеры дополнительный свет был совсем не лишним.
Быстро внеся изменения в работу вездехода, десантники прикрепили к нему две мини-камеры и запустили машину в пролом. Капрал уставился на экран монитора, словно малолетка на свою первую порнушку. Мягкими, почти нежными движениями направляя вездеход, он быстро скорректировал сигнал с камер, и рейнджеры дружно склонились над монитором.
Вездеход бодро катил по усыпанному щебнем полу, направляясь куда-то в глубь планеты. Извилистая пещера то сужалась, то снова расширялась, но нигде не было видно следов пребывания слизня. Добравшись до развилки, капрал вопросительно посмотрел на командира.
– Давай по-мужски, налево, – с усмешкой ответил тот на невысказанный вопрос.
Усмехнувшись в ответ, капрал направил вездеход в левый коридор. Прокатив ещё метров шестьдесят, аппарат въехал в огромный грот. Остановив машину, капрал принялся крутить её на месте, снимая панораму пещеры. Неожиданно что-то ярко блеснуло в свете прожектора.
– Верни обратно и подберись поближе. Посмотрим, что это за булыжник такой, – быстро скомандовал капитан.
Послушно развернув вездеход, капрал нашёл блеснувший предмет и направил к нему аппарат.
– Так, парни. Отключить запись. Работаем только в режиме прямого контакта, – неожиданно приказал капитан.
Удивлённо переглянувшись, десантники дружно отключили камеры видеонаблюдения. Загадочно усмехнувшись, капитан приказал капралу продолжать. Вездеход прокатил по пещере полтора десятка метров и остановился у странного вида камней.
Они все торчали из одного места, словно куст, выросший на крошечном пятачке возделанной земли. Все камни имели необычный вид. Это были не обкатанные голыши, а почти прозрачные кристаллы ровной, геометрической формы.
Осторожно действуя манипуляторами, капрал отломил несколько кристаллов и направил вездеход обратно к выходу. Не доехав до развилки, вездеход наткнулся на какой-то предмет и, круто накренившись, замер.
Капрал осторожно двинул вездеход задним ходом и, съехав с препятствия, навёл на него камеру. Под гусеницей вездехода оказался ещё один кристалл, но намного больше тех, что лежали в его грузовом отсеке.
– Подбери и выводи его оттуда, – приказал капитан, задумчиво постукивая пальцами по бластеру.
Молча кивнув, капрал выполнил приказ и лихо погнал вездеход по уже знакомому коридору. Выкатив вездеход, десантники дружно кинулись рассматривать находки.
Взяв из кузова вездехода камень величиной с лошадиную голову, капитан быстро просканировал его и, неопределённо хмыкнув, удивлённо посмотрел на подчинённых.
– Вот это да! – воскликнул капрал, прочтя показания сканера.
– Это же чистейшей воды изумруды, командир. Таких размеров на Земле не находили ни разу, – поддержал его сержант, сжимая в кулаке камень величиной с манго.
– Всё верно, парни. Это изумруды. И самое интересное, что все камни без малейшего изъяна. За такие булыжники все ювелирные дома лиги перегрызут друг другу глотки раньше, чем мы успеем назвать интересующую нас цену.
– Капитан, а разве мы не должны сдать все найденные образцы? – удивился капрал.
– Верно, капрал, должны. Но кто сказал, что мы не передали всё, что нашли? – спросил капитан, указывая на камни в руках десантников. Парни дружно опустили головы, следя за его рукой. Переведя взгляд обратно, они дружно ахнули. Капитан стоял, скрестив руки на груди и небрежно постукивая пальцами по броне.
– Э-э, капитан, а где же камень? – удивлённо протянул сержант.
– Какой камень? – деланно удивился капитан.
– Ну тот, большой.
– Ах, большой. И насколько же он большой? – усмехнулся капитан.
– Капитан, что вы задумали? – спросил капрал, сообразив, что командир не просто так задаёт вопросы.
– Это мой последний рейд, парни. Забудьте о том камушке, и я разделю всё, что выручу за него, на три равные части. В противном случае мне придётся начать всё отрицать, делая из вас пару дуболомов, не способных отличить драгоценный камень от обычного булыжника.
– Вы и вправду готовы поделиться, капитан? – задумчиво спросил сержант.
– Да, парни. Я привык заботиться о своих подчинённых. Вы оба пошли со мной в этот рейд добровольно, и я хочу обеспечить вам достойную жизнь после выхода в отставку.
– Тогда, может быть, нам имеет смысл загнать туда вездеход ещё раз? – лукаво усмехнулся капрал.
– Не надо, – покачал головой капитан, – слишком много камней разом привлекут к нам ненужное внимание. Того, что у меня, вполне хватит на три жизни каждому из нас, если, конечно, вести дело с умом.
– Поэтому вы приказали отключить запись? – усмехнулся капрал. – Вы знали, что мы должны найти эти камушки. Но откуда?
– В полёте я запросил все возможные данные по этой планете. Даже те, что идут под грифом совершенно секретно. Звание офицера, прошедшего все войны лиги, даёт свои преимущества. Пришлось, правда, воспользоваться своим старым кодом допуска, но он был принят, а это главное. Кто осудит командира, готовящегося высадиться на неизвестной планете? Здесь были найдены самые чистые и самые крупные камни во всех галактиках лиги.
– Тогда вы и подумали о нашем выходном пособии? – спросил капрал.
– Да, парни. Вы оба ещё слишком молоды, чтобы задумываться о таких вещах, а я начал обдумывать эту проблему сразу после того, как вылез из реанимационного танка. В последнем деле меня здорово потрепало, и я понял, что время для окончания военной карьеры не за горами. Но я хочу уйти не просто в никуда, а так, чтобы была возможность нормально жить.
– С этим, мы согласны, капитан. Но как вы собираетесь продать камень? Булыжник такого размера не так-то просто спрятать, – спросил капрал.
– Это верно. Но все ювелиры, впрочем, как и банкиры, предпочитают не афишировать источники своих приобретений. Главное, чтобы на камушек никто не попытался предъявить своих прав. А предъявлять их будет некому. Насколько мне известно, вся эта операция проводится без ведома совета лиги, а значит, нам никто не мешает позаботиться о себе.
– А ведь верно. Советник сам говорил, что лига не готова начинать плотное исследование планеты, – рассмеялся капрал.
– Именно. Так что, парни, забудем про камушек?
– Про какой камушек, капитан? – весело удивился сержант.
Кивнув головой, капитан развернулся и направился в глубь пещеры. Быстро осмотрев место пиршества слизня, он облил останки зажигательной смесью и щёлкнул зажигалкой.
Увидев его приготовления, десантники быстро захлопнули забрала шлемов, переведя скафандры на режим внутреннего жизнеобеспечения. Пламя уничтожило тела без остатка. На месте, где лежали трупы, осталась только горсть жирной сажи и пепла.
По команде командира десантники подняли огромный валун и завалили вход в подземелье. Быстро просканировав периметр, капитан дал команду отдыхать. Теперь им оставалось только ждать. Оставлять за спиной толпу озверелых бандитов было, по меньшей мере, глупостью.

* * *

Ночь прошла спокойно, если не считать воплей и рыка дерущихся у пещеры падальщиков. В пещеру не сунулось ни одно животное. Запах палёной плоти отбивал у них всякое желание лезть в грот.
Утро не принесло никаких новостей. Перекусив пищевыми кубиками, десантники молча побродили по пещере, разминая конечности, и снова заняли места для засады.
День полностью вступил в свои права. Солнце начало припекать, и по проплешине начал разноситься запах разложения. Падальщики усердно потрудились над телами, но кровь и кости, разбросанные по всей площадке, начали смердеть.
Десантники ждали возвращения бандитов молча, думая каждый о своём. Сержант и капрал периодически обменивались быстрыми знаками, значение которых было известно только им.
Эти ребята дружили ещё со времён учебной базы, где вместе проходили подготовку. Именно тогда сержанту и пришла в голову мысль разработать систему знаков, при помощи которой они могли общаться, не нарушая режима тишины.
Ближе к вечеру капитан, весь день просидевший как изваяние, неожиданно подал сигнал о приближении бандитов. Группа чуть встрепенулась и привела оружие в боевой режим. Через пятнадцать минут на площадку вышли бандиты, так и не дождавшиеся смены.
Двенадцать бандитов, обвешанных оружием от ушей до яиц, злые как сотня чертей, вышли на проплешину, сопровождая своё появление такой руганью, что десантники даже переглянулись и одобрительно кивнули головами.
Развернувшаяся перед ними картина заставила замолчать даже самых говорливых. Но спустя минуту площадка огласилась новыми проклятиями. Бандиты дружно поверили, что все их подельники были растерзаны местными хищниками.
В наушниках десантников раздался сдвоенный щелчок, и они дружно вскинули оружие. Залп трёх бластеров смёл половину банды, раскидав их ошмётками по всем ближайшим деревьям. Остатки банды попытались организовать подобие сопротивления, но против тренированных головорезов лиги у них не было ни одного шанса.
От выстрела из десантного бластера могла спасти только броня тяжёлого скафандра, стальная плита толщиной десяток сантиметров или скала. Разнеся всю банду в клочья, десантники вышли на поляну и быстро провели зачистку. Из двадцати семи человек в живых не осталось никого.
Убедившись, что правки не требуется, капитан приказал готовиться к выходу. Им предстояло преодолеть ещё пару тысяч километров. То, что советник назвал серединой континента, на поверку оказалось только его окраиной.
Среди брошенного экспедициями оборудования нашлись и несколько грузовых квадроциклов, но использовать их в непроходимых, неизведанных джунглях было сложно. Небольшая гравиплощадка решила все проблемы транспортировки нужного оборудования.
Четыре квадратных метра пластиковой плиты, вытянутой в длину и способной поднять пять тонн груза, весьма порадовали десантников. Теперь они могли смело загрузить всё необходимое и двигаться намного быстрее. Во включенном состоянии гравиплощадка зависала в метре над землёй и легко смещалась от любого незначительного усилия.
Десантники решили проблему транспортировки оборудования и быстрого перемещения по континенту. Установив оборудование, двое из них устроились на площадке, а третий, привязав площадку к поясу тросиком, пустился по джунглям бегом, выбирая дорогу по встроенному в скафандр радару.
Забитые в прибор параметры гравиплощадки позволяли бегущему быстро находить нужный просвет между деревьями. Сидевшие на площадке тоже не остались без дела. Один занимался снятием показаний с приборов, другой обеспечивал безопасность, наблюдая за окрестностями с оружием в руках.
Первым в импровизированные сани впрягся капитан, заявив подчинённым, что должен задать правильный темп движения и убедиться, что идея работает. Спустя два часа его сменил сержант, на смену которому пришёл капрал. Уже после первого круга десантники приспособились заменять друг друга на ходу, не останавливаясь.
Боевые скафандры позволяли развивать хорошую скорость, экономя силы. Специально разработанные сервоприводы увеличивали силу толчков во время бега, делая шаги в полтора раза длиннее, а удар ноги о землю намного мягче. При наличии определённых навыков можно было нестись, просто переставляя ноги.
За ночь рейнджеры успели отмахать почти две сотни километров и после короткого совета решили двигаться дальше. Четыре часа сна вполне восстанавливали силы, а оборудование работало исправно, получая данные о редкоземельных металлах и пустотах в коре планеты.
Четверо суток безумного бега по неизвестной планете закончились, когда сержант остановил площадку на краю обрыва, за которым начинался океан. Быстро просканировав окрестности, капитан приказал сворачивать направо, где обнаружился спуск к воде и широкая площадка, достаточная для приземления челнока.
Сняв с оборудования все монокристаллы с полученной информацией, капитан приказал обустроить лагерь и вышел на пляж готовиться к сеансу связи с кораблём.
Десантники загнали площадку в джунгли, установив по периметру лагеря лазерную стенку. Пройти через этот барьер безнаказанно мог только тот, кто имел на вооружении специальный зеркальный костюм, отражавший лучи лазера. Всё остальное исчезало в ослепительной вспышке.
Выйдя на пляж, капитан настроил рацию на волну связи с транспортным кораблём, болтавшимся всё это время на орбите. Вызвав корабль, капитан быстро доложил об успехах и потребовал направить за группой челнок.
Установив на пляже посадочный маяк, капитан убедился, что его сигнал прочно зафиксирован кораблём, и направился к скрывшейся в джунглях группе. До посадки челнока оставалось три часа. Включив лазерный барьер на полную мощность, десантники, недолго думая, завалились спать.
Спустя два часа их разбудил рёв двигателя челнока. Удивлённо глянув на часы, капитан обеспокоенно посмотрел на маневры летательного аппарата и быстрым движением, отключив барьер, сделал группе знак радиомолчания.
Чуть приподняв забрало шлема, капитан неотрывно следил за полётом челнока. Неожиданно лицо капитана исказилось гримасой гнева, и он, развернувшись, резко скомандовал:
– Бросить всё, быстро в джунгли!
Привыкшие моментально исполнять приказ десантники рванули в чащу. Они неслись, нисколько не заботясь о соблюдении тишины, выжимая из скафандров всё возможное. Сервоприводы гудели от напряжения, а индикаторы показывали перерасход энергии, но они продолжали бежать.
Неожиданно на пляже что-то грохнуло, и все трое рухнули в высокую траву. Землю ощутимо тряхнуло, а по деревьям пронеслась ударная волна взрыва. Десантники вжались в землю, ожидая продолжения, но всё стихло. Только высоко в небе раздавался гул улетающего челнока.
Приподнявшись, сержант растерянно посмотрел на командира и тихо спросил:
– Что это было, капитан?
– Кажется, нашу экспедицию списали ещё до её начала, – мрачно ответил капитан и, подняв забрало, направился к пляжу.
Рейнджеры молча последовали за командиром, на ходу недоумённо переглядываясь между собой. Выйдя к месту посадки, группа остановилась, и капрал, не удержавшись, издал долгий, удивлённый свист.
– Ни хрена себе! Чем это нас так шарахнули? – поддержал друга сержант.
– Единственное, что я точно могу сказать, это не ядерный заряд, – покачал головой капрал, – ударная волна слабая, и радиационный фон практически не изменился.
– Вакуумная бомба, – мрачно произнёс капитан, не сводя глаз со следа челнока, медленно растворявшегося в закатном небе. – Поганая штука. Выжигает весь кислород в одно мгновение, создавая вакуумную сферу. Потом в это место устремляется огромное количество воздуха, создавая эффект хлопка. В итоге всё, что не сгорело от взрыва, должно было просто расплющить.
– А скафандры? – неуверенно спросил сержант.
– Вместе со скафандрами, – ответил капитан, устало посмотрев на подчинённых. – Эта штука создаёт такое усилие, что не выдерживает даже спасательная капсула.
– Думаете, они выследили нас, перехватив сигнал? – насторожился капрал.
– Вариантов два. Либо они висят на орбите за какой-нибудь из лун, либо предатели на нашем корабле. В любом случае скоро мы это узнаем.
– Как? – хором спросили десантники.
– До посадки челнока ещё сорок минут. Оборудование уничтожено, но я могу переключить свою рацию на режим маяка, что и придётся сделать. Если флотские к этой шутке отношения не имеют, они прилетят.
– А если имеют? – тихо спросил капрал.
– Тогда мы тут и сдохнем, – коротко ответил капитан и принялся настраивать рацию.
– Капитан, а если, те кто нас бомбил, продолжают слушать эфир и решат вернуться? – предположил сержант.
– Значит, у нас будет шанс надавать им по загривку. На максимальной мощности залп наших бластеров выведет из строя навигационный компьютер челнока, а значит, им придётся сесть в режиме аварийной посадки. Вот тогда и посмотрим, кто из какого теста слеплен, – хищно оскалился капитан, не прекращая возиться с рацией.
– Это верно, но после такого залпа нашими бластерами можно будет только гвозди заколачивать, – растерянно усмехнулся капрал.
Усмехнувшись в ответ, капитан выдвинул боковой ящик своего ранца и молча раздал парням запасные энергокристаллы.
– Похоже, вы готовы к любым неожиданностям, – обрадованно улыбнулся капрал.
– Без такого запаса я с базы не ухожу. Новинки новинками, но так оно как-то спокойнее, – ответил капитан, включая рацию.
Вся троица дружно уставилась в небо, ожидая либо чуда, либо драки. Часы неуклонно отсчитывали время, и с каждой минутой росло напряжение. С самого начала подготовки десантников готовили к возможной смерти, и они постепенно свыклись с мыслью о ней.
Но это должна была быть смерть в бою, но то, что их могли просто бросить на произвол судьбы, на неизвестной планете, выбивалось из привычных рамок.
Неожиданно далеко в небе появилась знакомая белая полоска. След вошедшего в атмосферу планеты челнока, и парни дружно выдохнули, но, посмотрев на командира, покрепче стиснули рукояти бластеров, привычным жестом переведя их на максимальную мощность.
– Отойдите в джунгли, парни, и внимательно следите за мной. Как только я подниму оружие, будьте готовы стрелять. Но только по моей команде, – приказал капитан.
– А как вы узнаете, что они собираются делать? – задал сержант мучивший его вопрос.
– Челнок, заходящий на посадку, и челнок, готовящийся к бомбометанию, – это разные вещи. Это сразу станет ясно по его маневрам. А теперь идите, – тихо сказал капитан. – И будьте готовы, парни, – добавил он, переводя оружие в боевую готовность.
Отойдя на пару сотен метров в сторону, десантники остановились и замерли, не сводя глаз со стоящей на выжженном пляже фигуры командира. Наведя ствол бластера на приближающийся челнок, капитан замер.
Скинув скорость, челнок сделал круг и начал медленно заходить на посадку. Маневровые двигатели натужно взревели, плавно опуская его на песок. Вой двигателей сменился тихим свистом. Открылся боковой люк, и на песок начали выпрыгивать люди в форме космофлота.
Облегчённо переведя дух, десантники бегом направились к челноку. Тем временем на пляже происходило что-то непонятное. Прилетевшие окружили капитана плотным кольцом и направили на него оружие. В наушниках парней послышался условный сдвоенный щелчок, и они дружно переключили рации на общий приём.
– Как вы оказались на этой планете, капитан? – услышали они вопрос одного из флотских.
– Выполнял задание, – прозвучал короткий ответ.
– В чём заключалось ваше задание?
– Это допрос?
– Считайте, что так.
– В таком случае укажите ваши полномочия.
– А иначе?
– А иначе мы размажем вас по этому пляжу, – жёстко ответил капитан, – вы должны быть осведомлены, что допрашивать рейнджеров могут только лица, имеющие на это специальные полномочия. Во всех остальных случаях мы имеем право применить силу. Я жду спецкоды.
– Сдайте оружие, капитан. Вы задерживаетесь по подозрению в незаконном проникновении на неисследованную планету.
– Вы в своём уме, майор? – прозвучал удивлённый голос капитана. – Когда это десантники сдавали оружие, не доведя операцию до конца?
– Ваша операция закончена.
– Она будет закончена только тогда, когда я доложу результаты лицу, отдавшему мне приказ, и только тогда я сдам оружие. Вам это правило тоже должно быть известно.
– Чёрт бы вас побрал, капитан! Если вы не подчинитесь, я подниму челнок в воздух и оставлю вас подыхать на этой планете.
– Не в этот раз, майор. Челнок здесь. Так что лучше молитесь, чтобы мы не решили вас оставить здесь.
– Кто это мы? – сообразил наконец спросить майор.
– Оглянитесь, – усмехнулся капитан.
Окружившие его моряки медленно повернулись и растерянно уставились в два ствола наведённых на них бластеров.
– Сдайте оружие, майор. Не стоит нарываться на грубость. На вашу команду меня одного более чем достаточно, а нас тут трое. Не усугубляйте свое и без того незавидное положение.
– Капитан. Я как старший по званию требую уважительного отношения к себе и к своей команде, – чуть растерянно проговорил майор, не сводя глаз с десантников.
– Будь мы на базе, майор, я бы даже извинился, – иронично ответил капитан, – но мы находимся в боевом режиме, а это значит, что мы будем добиваться решения поставленной задачи любыми путями. Я беру командование вашим челноком на себя. А дальше будет видно, – принял решение капитан и скомандовал подчинённым: – Капрал, к штурвалу, сержант, изолируйте пилотов.
Не успела отзвучать его команда, как тяжёлые башмаки скафандров загрохотали по трапу. Из челнока послышались непонятная возня и глухие звуки ударов чего-то тяжёлого о стены. Приглушённые толстыми стенками стоны сменились звуком шагов, и из люка на песок вылетели два тела. Следом за ними в проёме появился сержант с бластером наперевес и, посмотрев на командира, весело доложил:
– Ваш приказ выполнен, капитан. Челнок готов к взлёту.
– Вы всё ещё не готовы сдаться, майор? – спросил капитан, переводя взгляд на побледневшего от злости офицера.
– Будьте вы прокляты, головорезы! – воскликнул майор, швыряя свой лучевой пистолет на песок.
– Это было правильное решение, майор, – одобрительно кивнул капитан, – мне очень жаль, но я на задании. Сержант, соберите оружие и проводите моряков в грузовой отсек. Они будут находиться там до момента стыковки с кораблём.
Молча кивнув, сержант спрыгнул на песок и принялся собирать всё оружие. Шипя ругательства сквозь стиснутые зубы и делая презрительные мины, моряки отдали штурмовые пистолеты и растерянно уставились на своего командира.
– А теперь, господа, я прошу вас пройти в челнок по одному. Не толкайтесь и не торопитесь, места хватит всем. Вас, майор, я прошу пройти в рубку. У меня есть к вам пара вопросов, – скомандовал капитан.
Моряки молча заняли указанные места, и сержант, задраив люк, отконвоировал майора в рубку, внимательно следя, чтобы тот не попытался что-нибудь включить. Такие фокусы уже имели место быть, когда разозлённые офицеры выводили из строя оборудование, что могло привести к поломке, а то и к гибели всего личного состава.
Рейнджеров уважали, боялись, но не любили. И эта нелюбовь частенько приводила к открытому противостоянию. Флотские не стеснялись сделать гадость любому десантнику за их независимость и силу. Подчиняясь суровой дисциплине боевых кораблей, они не могли не завидовать их автономности вне базы. Но самое главное, что десантники действительно могли использовать любую возможность для получения результата.
Подчиняясь команде капитана, капрал поднял челнок в воздух и, задав координаты корабля, на котором они прибыли к планете, развернулся к командиру.
Убедившись, что всё в порядке, капитан перевёл взгляд на майора и, отстегнув страховочную сетку, поднялся.
– Майор, вы прилетели сюда на боевом корабле?
– Да. Патрульный крейсер класса А, «Громовой».
– Ваша задача?
– Пресечь любую попытку высадки на планету.
– Кем отдан приказ?
– Советом лиги.
– Очень интересно, – удивлённо хмыкнул капитан, – сначала они губят там две экспедиции, потом отправляют нас выяснить, что случилось, а затем, не дожидаясь результатов, вообще закрывают планету. Ничего не понимаю.
– О каких экспедициях вы говорите? – растерянно спросил майор. – По моим данным, на этой планете ещё никого не было.
– От кого вы получали данные, майор? – быстро спросил капитан.
– От своего командования. Официальный пакет под специальной печатью доставлен фельдъегерской службой лиги, – ещё больше растерялся майор.
Капитан ненадолго задумался и, посмотрев на майора, тихо выругался.
– Похоже, нас с вами снова втянули в игры ВП, майор.
– Что такое ВП, капитан? – заинтересованно спросил капрал.
– Власть предержащие, сынок, – устало ответил майор, снимая лётный шлем.
Майор оказался седым мужчиной лет пятидесяти, сухим, жилистым, с неестественно тёмным загаром от регулярных посещений корабельного солярия. Усталое лицо с набрякшими от недосыпания веками выглядело мрачным и злым. Подняв на капитана карие глаза, майор тихо спросил:
– Что будете делать, если вашего корабля не окажется на месте?
– Придётся воспользоваться вашим крейсером. Полученные данные должны быть доставлены на базу. Это приказ, майор, – также тихо ответил капитан.
– Не думаю, что полковник согласится с вами, – мрачно усмехнулся майор.
– Мы постараемся его убедить, – ответил капитан, выразительно похлопав по своему бластеру.
– Это боевой корабль. Неужели вы всерьёз думаете, что сможете захватить его втроём? – изумлённо проговорил майор.
– Сможем, старина. Сможем. Вы даже не представляете, сколько мы всего можем, – вздохнул капитан.
– Что-то не так, капитан? – поинтересовался сержант.
– Просто не хочется заканчивать службу с ненужной кровью, – ответил капитан, откидываясь на спинку кресла. – Это мой последний рейд, – пояснил он майору, удивлённо уставившемуся на него.
– Но ведь вы ещё достаточно молоды и можете сделать карьеру, – удивлённо возразил майор.
– Карьера Генри-Берсерка закончилась пять лет назад, – мрачно ответил капитан.
– Вы Генри-Берсерк? – подскочил в кресле майор.
– Да, но я не помню, чтобы мы с вами встречались, – ответил капитан, внимательно посмотрев на майора.
– Простите мою реакцию, капитан, но не каждый день встречаешь человека, ставшего живой легендой всех вооружённых сил лиги.
– Ну на такую славу я не замахивался, – усмехнулся капитан.
– Но это правда, – пожал плечами майор, – после вашего мордобоя все чинуши стали намного осторожнее относиться к офицерам. И даже перестали придираться к потерям оборудования.
– Значит, я недаром спустил столько лет службы в унитаз, – грустно усмехнулся капитан.
– Вас выживают со службы?
– Нет. Меня отправляют в самые горячие точки, надеясь, что я наконец сверну себе шею.
– Капитан, мы на подлёте, но корабля нет, – доложил капрал, внимательно всматриваясь в показания приборов.
– Этого следовало ожидать, – мрачно ответил капитан, – разворачивай челнок, капрал. Летим на крейсер. Состыкуемся, поговорим с полковником, а дальше будет видно, – скомандовал он, посмотрев на майора.
Перехватив его взгляд, майор задумчиво кивнул и, взяв микрофон внутренней связи, вызвал своих подчинённых. Ему ответили. Убедившись, что с людьми всё в порядке, майор попросил их немного потерпеть, пообещав, что скоро всё закончится.
Уже на подлёте к крейсеру майор неожиданно попросил капитана не делать поспешных выводов и позволить ему самому поговорить с командиром крейсера.
– Для начала угомоните своих людей, – ответил капитан, – я хоть почти в отставке, но ещё жив.
Усмехнувшись в ответ, майор поднялся и направился в грузовой отсек. Он оставался там до самой стыковки, которую капрал провёл не хуже настоящего пилота. Дождавшись, когда закроются ворота стыковочного шлюза и автоматика закачает кислород, уравняв давление, капитан открыл люк челнока и первым спустился на палубу крейсера.
Следом за ним из челнока появились десантники. Отступив в сторону, они выпустили членов патруля. Моряки сгрудились за спиной майора и замерли, ожидая его дальнейших команд. Судя по косым взглядам, бросаемым на десантников, они с удовольствием попытались бы отыграться за всё случившееся, но репутация Генри-Берсерка заставляла их держаться в рамках. Кто знает, отчего этот капитан может взбеситься и начать уничтожать всё живое вокруг.
Майор подошёл к внутреннему переговорному устройству и связался с мостиком крейсера. Доложив о результатах патрулирования, майор попросил разрешения на личную встречу с командиром крейсера. Получив добро, он жестом пригласил капитана следовать за собой. Подав десантникам знак быть рядом, капитан двинулся следом за майором.
Прогрохотав ботинками скафандров по стальным плитам, покрывавшим пол, десантники поднялись на мостик и следом за майором вошли в рубку. Оставив обоих парней у входа, капитан подошёл к удивлённо уставившемуся на него полковнику и, коротко отдав честь, представился:
– Капитан Генри Джаскер, спецназ космодесанта.
– Почему они с оружием, майор? – вместо приветствия спросил полковник.
– Мы на задании, полковник, – ответил за майора капитан.
– Я не вас спрашиваю, или вы уже совсем не желаете соблюдать воинскую субординацию, пока ещё капитан, – резко ответил полковник.
– Жаль, – расстроенно качнул головой капитан, – я надеялся, что мы обойдёмся без применения силы.
– Вот именно, обойдёмся, если вы сейчас же сдадите оружие и отправитесь в карцер, где будете находиться до самого возвращения на базу, – ответил полковник, с вызовом глядя на десантников.
– Мне очень жаль, полковник, но вы не оставляете мне выбора, – ответил капитан, вскидывая бластер одним плавным движением. Десантники моментально взяли на прицел всю дежурную группу, и в рубке воцарилась мёртвая тишина, нарушаемая только сигналами приборов.
– Ч-что вы делаете?! – заикаясь, проговорил полковник, не отрывая испуганного взгляда от ствола нацеленного ему в лоб бластера.
– Беру командование крейсером на себя, – ответил капитан.
– Но на корабле почти тысяча человек, как вы собираетесь их подчинить? – решил использовать самый веский аргумент полковник.
– Полковник, на нас тяжёлые боевые скафандры. Как вы считаете, на вашем корабле есть оружие, способное пробить его броню? Правильно. Нет. А это значит, что нам достаточно просто запереть двери арсенала и обезоружить офицеров, чтобы они не наделали глупостей. С кораблём мы справимся и сами.
– Что вам нужно? – спросил полковник немного спокойнее.
– С этого и надо было начинать, – жёстко усмехнулся капитан, – мы должны срочно доставить на базу все полученные нами данные, включая те, на которых указано, как мы оказались на вашем корабле.
– Но это значит, что нам придётся прервать патрулирование! – возмутился полковник.
– Не обязательно, – спокойно возразил капитан, – в стыковочном шлюзе я видел шаттл дальнего радиуса действия. Вы прикажете загрузить в него всё, что я назову, и мы мирно покинем ваш гостеприимный крейсер.
– Но шаттл предназначен для спасательных операций! – попытался возразить полковник.
– На этой планете больше никого нет, – ответил капитан.
– Откуда вы знаете?
– Я там побывал. После нас обычно спасать некого. В крайнем случае, можете использовать челнок.
– Вы понимаете все последствия ваших действий, капитан? Всё, что вы сейчас делаете, записывается и будет передано на рассмотрение комиссии трибунала.
– Можете отправить копии этих записей со мной. Я лично передам их в трибунал, слово офицера. Поймите наконец, полковник, вы, находитесь в режиме патрулирования, а мы – в режиме прямого боестолкновения.
– С кем? – растерянно спросил полковник.
– С тем, кто всего несколько часов назад пытался уничтожить нас при помощи вакуумных бомб.
– Выжженный пляж – это оно? – растерянно спросил майор.
– Именно, старина. И кстати, прикажите снять копии записей с внешних камер челнока, майор, – попросил капитан.
Молча кивнув, майор вышел из рубки. Проводив его взглядом, капитан снова посмотрел на полковника и спросил:
– Так мы договорились, полковник?
– А это не шутка насчёт столкновения? – насупился полковник.
– Мне бы и самому хотелось, чтобы это оказалось шуткой, полковник, – покачал головой капитан.
– Хорошо. Можете забирать шаттл. Что мы должны в него загрузить?
– Прежде всего запас кислорода и запасную систему жизнеобеспечения, далее пищевой рацион из расчёта месячного автономного полёта и все записи камер слежения и показаний радаров. Извините полковник, но нам придётся проверить все записи и временно отключить вашу систему вооружения.
– Зачем? – недоумённо произнёс полковник.
– Чтобы помочь вам избежать соблазна, расправиться с нами одним залпом бортовых орудий. Я давно уже не обольщаюсь по поводу отношения к нам всех остальных воинских подразделений. Даже сейчас ваши пилоты готовы всадить мне в спину заряд из своих пистолетов, хотя они прекрасно понимают, что это бесполезно.
Услышавшие его слова пилоты растерянно переглянулись и, смутившись, перевели взгляды на приборы. Мрачно кивнув, полковник отдал приказ, и вся дежурная смена принялась дружно колотить по клавишам компьютеров.
Убрав бластер от головы полковника, капитан приказал сержанту заняться погрузкой оборудования, а капралу проверить копии, снятые с камер. Спустя два часа шаттл был готов к вылету. Ещё раз проверив оборудование, капрал доложил, что всё готово, и запросил мостик, потребовав открыть шлюз. Вернувшийся из машинного отсека сержант подтвердил готовность шаттла к полёту, и десантники расселись по креслам. Ворота шлюза медленно раздвинулись, и шаттл вытолкнуло в открытый космос. Капитан запустил двигатели, и крейсер словно отпрыгнул назад.
Соединив бортовой компьютер шаттла с системой связи своего скафандра, капитан перекачал в него параметры базы и, задав курс, расслабленно откинулся на спинку кресла.
– Ну вот и всё, парни. Теперь нам остаётся только ждать. Полёт займёт не меньше двух недель. Так что у нас есть время отдохнуть и подумать.
– Да уж, подумать нам есть о чём, – мрачно отозвался сержант, – кстати, капитан, что вы сделали с их системой наведения? Артиллеристы готовы были порвать вас на части голыми руками.
– Просто выдернул командные чипы, не отключая систему. Это вызвало сбой в работе всей системы управления огнём. Чтобы восстановить её, им потребуется часов шесть. Ровно столько уходит на перезагрузку всех компьютеров и настройку огневой системы.
– Значит, морячкам будет чем заняться, – рассмеялся капрал.
– Но с чего вы взяли, что они начнут стрелять? – спросил сержант.
– Такое уже было восемь лет назад. Погибла группа десантников, возвращавшихся с донесением о составе и месте дислокации пиратской банды, контролировавшей северный сектор торговых трасс. Из-за их амбиций все сведения пропали, а пираты продолжали развлекаться ещё два года. Правду узнали случайно, когда стали разбираться, куда делся десантный челнок. Именно поэтому на всех кораблях начали устанавливать систему наблюдения, которую нельзя отключить без специальных кодов. Можно только снять копии.
– Каким же идиотом нужно быть, чтобы уничтожить челнок с военнослужащими на борту?! – изумлённо спросил сержант.
– Дело не в идиотизме, а в неумении правильно оценивать реальность и подчиняться обстоятельствам. Совет лиги недаром пошёл на разрешение таких привилегий для наших подразделений.
Иногда вовремя доставленные сведения могут спасти сотни, если не тысячи жизней. Но, к сожалению, это понимают далеко не все. Чем выше чин, тем больше снобизма. Чтобы какой-то младший офицер смел требовать чего-то от целого полковника! Да лучше пусть вся лига провалится в тартарары, но его эго неприкосновенно. Тупые уроды. Кланяться штабным крысам для них не зазорно, а выполнить требование, вызванное острой необходимостью, это только под дулом бластера.
Ладно, парни. Вернёмся на базу, доложим обо всём в наш штаб, а дальше пусть они разбираются. Мы своё задание выполнили. Знаете, я только сейчас понял, что добрался до завершающей фазы без единой царапины. Осталось только пережить доклад и глубокое сканирование.
– Думаете, нам попробуют помешать? – насторожился капрал.
– А сам-то ты как думаешь? – усмехнулся капитан. – Не забудь, нас бомбили с челнока, отправленного кораблём, доставившим нас на планету.
– Получается, что советник в этом замешан? – развёл руками сержант.
– Не стоит делать поспешных выводов, – задумчиво ответил капитан, – хотя я такой возможности не исключаю.
– Жаль, – вздохнул капрал, – а я уже почти готов был перейти на службу к нему.
– Бросьте парни. Я давно уже пришёл к выводу, что работать нужно только на себя самого. Служба на благо лиги только внешне выглядит красиво и почётно, а на самом деле это банка с пауками, где выживает не самый сильный, а самый хитрый. Тот, кто сумел вовремя приспособиться.
– Значит, вы твёрдо решили уйти в отставку? – спросил сержант.
– Да. Получу деньги. – Капитан выразительно хлопнул по своему ранцу. – И отправлюсь куда-нибудь подальше. Катать туристов или ремонтировать мотоциклы. Заберусь в самую глушь, чтобы забыть всё это дерьмо, и попробую начать жить как человек.
– Думаете, получится? – задумчиво протянул капрал.
– А почему нет? Чем я хуже других? – удивился капитан.
– Не хуже, – качнул головой капрал, – дело не в том, кто лучше, а кто хуже. Дело в привычке. Нехватка адреналина, опасности, приключений, если хотите.
– Я устал от этого. Вы не поверите парни, но мне всё чаще хочется не опасностей, а тишины. Покоя. И детского смеха, – помолчав, добавил капитан.
– И куда вы думаете податься? – спросил сержант.
– Не знаю, – честно ответил капитан, – ещё не решил. Выберу какую-нибудь аграрную планету, где до ближайших соседей будет не меньше дня езды, и отправлюсь туда.
– Думаете, вам дадут так просто уйти? – не унимался сержант.
– Почему нет? – удивился капитан. – Выслуги у меня вполне хватает, по ранениям я давно уже должен быть в инвалидной команде, так что…
– А ваши допуски секретности?
– А что мои допуски секретности? Есть процедура ментальной блокировки, разработанная специально для таких случаев. Её проходят многие из наших ветеранов.
– Откровенно говоря, мне не верится, что командование позволит вам уйти. Боевой офицер, обладающий бесценным опытом командования группой в любых условиях. Такими кадрами не разбрасываются, – задумчиво ответил капрал.
– Я стал слишком неудобным. А кроме того, слишком известным. От таких, как я, избавляются с удовольствием, – усмехнулся капитан.
– Ладно, до этого ещё дожить надо, – ответил сержант и, повернувшись к командиру, задал более насущный вопрос: – Что будем делать по возвращении? Кому докладывать в первую очередь?
В ответ на его вопрос капитан молча приложил палец к губам и медленно обвёл кабину глазами, давая понять, что где-то здесь есть камеры наблюдения. Сообразив, что подобную информацию до поры лучше не озвучивать, сержант кивнул головой и, откинувшись в кресле, громко сказал:
– Впрочем, это забота командира. Наше дело беги – стреляй. Вы думайте, а я с вашего разрешения воспользуюсь бездельем и посплю.
– Валяйте, сержант. Шаттл на автопилоте, в случае проблем система безопасности нас разбудит. Так что, можем выспаться все хором, – ответил капитан и, вытянувшись в кресле, действительно закрыл глаза.
Следующие две недели вся троица действительно только и делала, что спала, просыпаясь, чтобы поесть. Десантники восстанавливались после выполнения задания. Нервное напряжение и стресс можно было снять при помощи стимуляторов и специальных психогипнотических программ, а можно было просто отключиться от всего окружающего и погрузиться в подобие транса, требующего тишины и изоляции, что они и сделали.
Каждый из десантников просыпался по мере необходимости. Принимал пищу, проверял показания приборов и снова погружался в сон. Все разговоры и проблемы были отодвинуты на второй план. На базу они должны были прибыть в полной готовности к любым неожиданностям.

* * *

На пятнадцатый день полёта система оповещения подала сигнал о прибытии в расчётную точку. Капитан, моментально сбросивший сонную одурь, пересел в кресло пилота и, настроив рацию на специальную частоту, принялся вызывать диспетчерскую службу базы. Получив ответ, назвал личный код и попросил разрешения на посадку в закрытой зоне, предназначенной только для десантных кораблей.
Получив разрешение на посадку, капитан направил шаттл в указанный квадрат. Войдя в плотные слои атмосферы, шаттл сделал контрольный круг над аэродромом и зашёл на посадку. Взвизгнули шасси, сжигаемые о бетонную полосу, и тяжёлая машина приземлилась на базе. Подчиняясь командам наземной службы, шаттл подрулил к воротам огромного ангара и встал, заглушив двигатели.
– Ну, кажется, прибыли, – вздохнул капрал.
– А вот и комитет по торжественной встрече, – отозвался сержант, показывая на десяток машин военной полиции, несущихся к шаттлу.
– Готовьтесь парни, сейчас начнётся, – грустно усмехнулся капитан и первым двинулся к люку.
Подкатившийся автотрап мягко ткнулся в опалённый во время посадки борт шаттла, и десантники быстро спустились на бетон аэродрома. Подъехавшие полицейские растерянно топтались перед закованными в тяжёлые скафандры фигурами, не зная, с чего начинать. Применять силу к людям в подобных доспехах всё равно что писать против ветра. Эта троица могла уничтожить половину базы, пока они доберутся до подходящего к случаю оружия.
Из затруднения их вывел комендант базы, знавший капитана в лицо. Подогнав к трапу специальный автобус, комендант распахнул двери и, усмехнувшись, махнул десантникам рукой.
– Забирайтесь парни, подвезу вас к штабу с ветерком. Всё в порядке, сержант, – обратился он к командиру патруля, – это именно те, кем они и назвались. Дальше я займусь ими сам.
– Но, полковник, нам приказано разоружить их и доставить немедленно в штаб, – попытался возразить сержант.
– Сынок, ты попробуй для начала головой подумать, – отозвался полковник, – как ты их разоружать собираешься? Хочешь, чтобы твою команду по забору развешали? Лучше грузитесь по своим машинам и катите следом. Хоть какое-то подобие конвоя будет.
Сообразив, что это лучше, чем ничего, сержант дал команду, и полицейские понеслись следом за автобусом, бодро катившим по бетону космодрома. Убедившись, что его совет принят, полковник повернулся к прибывшим и пальцами сделал знак, означавший опасность. Внимательно посмотрев на него, капитан молча кивнул и, приложив руку к груди, склонил голову в жесте благодарности. Грустно улыбнувшись, полковник кивнул и отвернулся, сделав вид, что ничего не произошло. До здания штаба они доехали, сохраняя молчание.
У парадного подъезда их снова встретили. Два офицера службы внутренней безопасности попросили каждого из прибывших откинуть забрало шлема и, убедившись в личности каждого, повели их в подвал здания.
Избавившись наконец от порядком надоевших скафандров, десантники направились в отчётный зал. Так называлась специальная комната, оборудованная системой звукоизоляции, полиграфом и ещё кучей всякого оборудования, позволявшего отчитаться перед начальством с использованием всех технических средств. Оружия они так и не сдали.
Заставить десантников расстаться с бластерами у офицеров не было никакой возможности. Специальная система распознавания свой-чужой, была настроена таким образом, что, попав в руки постороннего, бластер просто взрывался, уничтожая всё вокруг. Отключить его мог только носитель. Каждый бластер был настроен на конкретного десантника. Код отключения каждого бластера хранился в штабе. Использовались эти коды только в том случае, если у специально обученного офицера была возможность безопасно подойти к месту, где погиб десантник.
В отчётный зал каждого из прибывших вводили отдельно. Первым туда отправился капитан. Выложив на стол монокристаллы с полученной информацией, капитан коротко и обстоятельно доложил обо всём, что с ними случилось. Внимательно выслушав его доклад, майор службы безопасности молча кивнул и, отодвинув все записи в сторону, опёрся локтями о стол и долгим взглядом посмотрел на спокойно сидевшего перед ним капитана.
– Это всё хорошо, капитан, но меня сейчас интересует только один вопрос. Кто направил вас в этот рейд?
– Советник лиги, лорд Адамс, – прозвучал чёткий ответ.
– И на каком основании он отдал такой приказ?
– У него на руках был приказ об откомандировании нас троих в его распоряжение. Будучи членом совета лиги, он имеет право на отдачу подобных приказов.
– Всё верно, имел, – мрачно протянул майор. – Вы видели этот приказ?
– Копия этого приказа есть на записи камеры моего скафандра. Так же, как и сам пакет с заданием, полученным мною перед вылетом. Но почему имел? Что здесь вообще произошло, пока нас не было? – насторожился капитан.
– Сейчас вас должно интересовать не то, что произошло здесь, а то, что может произойти с вами, – мрачно ответил майор.
– Как это понимать, майор? Это угроза? – спросил капитан таким тоном, что майор вздрогнул и невольно отодвинулся от стола.
– Вы были отправлены в этот рейд в режиме полного молчания. Никто ничего не знал до тех пор, пока генерал Ванколлен не начал вас искать. У этого старого вояки хватило связей и нахальства, чтобы поставить на уши весь штаб. Была назначена специальная комиссия, которая после долгих разборов заявила, что вас всех можно считать дезертирами.
Генерал послал их подальше и направил в штаб группу своих головорезов. Те прокатились по коридорам штаба лиги как паровой каток и вытащили на свет такую кучу дерьма, что лучше бы вам и вправду оказаться дезертирами, – тихо рассказал майор, стараясь не смотреть капитану в глаза.
– Ну а при чём тут мы? Нам поставили задачу, и мы её выполнили. Всё то дерьмо, которое раскопали при выяснении нашего местонахождения, к нам не имеет никакого отношения.
– Это-то верно, – вздохнул майор, – но само ваше возвращение уже подтверждает всё то, что им удалось раскопать, а если вынести всю привезённую вами информацию, то это будет именно та соломина, которая сломает спину верблюду. Поймите, капитан, это бомба.
– Лично мне до этого нет никакого дела. Это был мой последний рейд. Я ухожу в отставку. Теперь копайтесь во всём этом сами.
– Вот как? – заметно оживился майор. – Это значительно меняет дело. В таком случае у меня есть к вам предложение.
– Какое именно? – настороженно спросил капитан.
– Вы докладываете о срыве проведения операции и уходите в отставку. Мы, со своей стороны, снимаем все обвинения и позволяем вам жить дальше, как вам хочется.
– Майор, вы хотя бы подумали, прежде чем предлагать мне такое?
– А что тут такого? – деланно удивился майор.
– Вы позволите мне жить?! – повторил капитан так, что майор в очередной раз вздрогнул и отодвинулся ещё дальше. – Это я позволю вам жить, твари. Где генерал сейчас? – прошипел капитан в лицо майору, перегибаясь через стол.
– Здесь, рядом, – раздался знакомый голос, и в открывшуюся дверь вошёл генерал в сопровождении пятёрки рейнджеров в полной экипировке.
Майор был тут же арестован и выведен из комнаты. Генерал молча уселся на место майора и принялся перебирать сваленные в кучу монокристаллы. Усевшийся на место капитан молча наблюдал за своим прямым командиром.
– Ну здравствуй, капитан, – усмехнулся Ванколлен, убрав кристаллы в карман.
– Здравствуйте, генерал, – тихо ответил капитан.
– Я рад, что ты смог вернуться, – сказал генерал, сложив могучие руки на столе. – Я с самого начала не верил, что ты мог дезертировать.
– Спасибо, генерал, – кивнул капитан и замолчал, выжидательно рассматривая командира.
– Тебе придётся повторить всё ещё раз, сынок. Это очень важно.
– Я уже это понял, генерал, – ответил капитан и принялся заново пересказывать всю историю этого похода. Но в отличие от первоначального варианта, он изобиловал подробностями и фактами.
Внимательно выслушав рассказ, генерал ненадолго задумался и, помолчав, спросил:
– Всё, что ты мне рассказал, подтверждено записями ваших скафандров?
– Да, за исключением небольших эпизодов, которые не имеют особого значения.
– Что за эпизоды? – тут же насторожился генерал.
– Осмотр прохода, из которого выполз слизняк-переросток, постоянный бег по джунглям.
– Понятно. Это и вправду неважно, – кивнул генерал и неожиданно спросил: – Ты действительно решил уйти?
– Да, генерал. Решил. Карьеры мне не сделать, орденов и медалей столько, что на мундире не умещаются, шрамов и не сосчитать. Чего ещё я могу ждать от службы?
– Уйдя из армии, ты окажешься уязвимым, сынок. Она снова попытается натравить на тебя каких-нибудь бандитов, и боюсь, в этот раз у неё всё получится.
– Я постараюсь выжить, – улыбнулся капитан. – Как оказалось, даже принадлежность к элитным частям уже не может быть защитой. Деньги – слишком большой соблазн.
– Тут ты прав, – скривился генерал так, словно проглотил лимон. – Что ж, я готов подписать твоё прошение прямо сейчас. Ты будешь отправлен в отставку с полным пансионом, с соблюдением всех почестей и привилегий. Даже открытый билет на любой рейс любого транспорта лиги будет составлен так, чтобы ты мог перемещаться по территории лиги, не регистрируясь на посадочных терминалах. Но это ещё не всё. Я дам тебе кейс, в котором находится много полезного оборудования, в том числе средство связи. Прямо со мной.
– Вы хотите превратить меня в законсервированного агента? – удивлённо спросил капитан.
– Нет. Просто я хочу быть уверенным, что в нужный момент могу рассчитывать на твою помощь.
– И чем же скромный отставник может помочь целому генералу?
– Советом, рукой, выстрелом наконец. Кто знает, как может сложиться жизнь каждого из нас в дальнейшем, – усмехнулся генерал.
– В таком случае я прошу передать мне мой скафандр и бластер. Привык я к ним, – усмехнулся в ответ капитан.
– Ранцем обойдёшься и наградным оружием, кинжал, так и быть, можешь забрать, – ворчливо ответил генерал, – ты хоть представляешь, какой вой поднимется в совете, если станет известно, что я раздаю такое дорогостоящее оборудование?
– Ладно. И на том спасибо, – покладисто согласился капитан, поднимаясь из-за стола.
– А может, останешься? – спросил генерал, задумчиво глядя на капитана.
– Не стоит лишний раз дразнить гусей, генерал. И так во всех вооружённых силах лиги ходят слухи, что вы мне покровительствуете, а если я ещё ввяжусь в споры высших сфер, вонь поднимется до небес.
– Это верно, – нехотя согласился генерал, вставая.
Достав личный коммуникатор, генерал связался со строевой частью штаба и приказал приготовить документы на капитана в течение двух часов. Молча, отдав генералу честь, капитан вышел из допросной и остановился, наткнувшись на парней из своей группы.
– Ну вот и всё, парни. Давайте прощаться. Через два часа я стану не капитаном, а капитаном в отставке, – сказал он, смущённо пожимая руки бывшим подчинённым. Переглянувшись, десантники перевели удивлённые взгляды на стоящего в дверях генерала.
– Чего глаза вылупили, салажата? – недовольно проворчал генерал.
– Просто удивлены, генерал, что вы так просто согласились отпустить такого офицера, – растерянно ответил сержант и тут же пожалел о своих словах.
– Ты ещё указывать мне будешь, кого отпускать, а кого нет, сынок? – прорычал генерал, нависая над перепуганным сержантом.
– Никак нет, генерал, – ответил тот, вытягиваясь в струнку. Экс-капитан негромко кашлянул, и генерал, отступив в сторону, проворчал, недовольно поглядывая на десантников:
– Думаете, парни, мне самому это нравится? У меня не так много офицеров, на которых я могу положиться как на самого себя, но он так решил, а переупрямить его не сможет даже упряжка мулов.
– Кого? – растерянно переспросил сержант.
– Я тебе потом объясню, – тихо ответил ему капрал.
– Ладно, парни. Прощайтесь и отправляйтесь в распоряжение коменданта базы. До моего особого распоряжения вы подчиняетесь только ему, – решительно приказал генерал и стремительно направился в сторону выхода.
Капитан сделал десантникам знак молча следовать за ним и вышел на улицу. Идя в направлении общежития, он тихой скороговоркой принялся объяснять им, что случилось и почему служба безопасности не мотает им нервы. Быстро посвятив ребят в суть событий, капитан замедлил шаг и тихо добавил:
– А теперь самое главное. Где-то месяца через четыре загляните в бар дядюшки Джека. Вполне возможно, что к тому времени у него для вас будет лежать очень интересный конвертик.
– А почему не прямо на базу? – удивлённо спросил капрал.
– Не стоит привлекать лишнее внимание к этому делу, – быстро ответил капитан. – Я постараюсь провернуть это дело с максимальной выгодой. Но на это потребуется время. На данном этапе у меня две задачи. Выжить и обеспечить наше будущее.
– У вас всё получится, капитан, – улыбнулся сержант.
– Ты стал провидцем, парень? – усмехнувшись, спросил капитан.
– Ну если вы не сможете провернуть это дело, значит, никто не сможет.
– Приятно, когда в тебя так верят, – улыбнулся капитан в ответ и направился в общежитие.
Молча, посмотрев ему вслед, десантники развернулись и отправились на поиски коменданта. Подойдя к двери своей комнаты, капитан внимательно осмотрел замок и саму дверь. С некоторых пор он стал устанавливать на двери специальные метки, сигнализировавшие о вторжении в комнату, если дверь открывалась. Кроме того, в дверях своей комнаты он установил механический замок собственной конструкции, секрет которого знал только он.
С первого взгляда ему стало ясно, что дверь пытались открыть. Поднеся к косяку небольшой, но мощный магнит, капитан открыл замок и, вставив в прорезь стандартного замка ключ-карту, толкнул дверь, делая шаг в сторону.
Раздалось резкое шипение, и противоположная стена обуглилась, сожжённая выстрелом из лёгкого лазерного пистолета. Упав набок, капитан взял на прицел возможного противника, но в комнате никого не было. Выстрел прозвучал из закреплённого на стуле пистолета, к рукоятке которого был прикреплён небольшой пусковой механизм. Датчик движения на двери и пусковое устройство на пистолете – вот и вся хитрость.
Выстрелом из личного штурмового пистолета капитан уничтожил датчик и, осторожно подойдя к занятному подарку, внимательно его осмотрел. Ничего интересного внешний осмотр не дал, и капитан снял пистолет со спинки стула.
Осторожно отсоединив пусковое устройство, он отложил его в сторону и, хозяйственно прибрав пистолет, принялся собирать вещи.
Переодевшись в парадную форму, как было положено по уставу, он быстро сложил всё в большую сумку и десантный ранец, с которым так и не расставался с момента сдачи скафандра. Присев перед дорогой, капитан обвёл взглядом внезапно опустевшую комнату и, вздохнув, вышел на улицу, прихватив со стола пусковое устройство.
Направляясь в строевую часть, капитан зашёл по пути в кабинет коменданта и, выложив ему на стол найденную игрушку, быстро рассказал о сюрпризе. Выругавшись, комендант вызвал дежурного по штабу и тут же отправил находку на экспертизу.
Разобравшись с последним делом, капитан вошёл в строевую часть и в полной мере ощутил на себе правильность поговорки, что служба в боевой части и служба в штабе – две большие разницы. Несмотря на прямой приказ генерала, штабные крысы даже и не думали шевелиться, предложив капитану зайти ещё часа через два, а лучше завтра.
Сидевший за конторским столом капитан смахивал на одетого в форму хомяка. Толстые щёки, блестящие бусины глаз и удобно покоившийся на жирных коленях живот. Мрачно посмотрев на нагло усмехавшегося служаку, экс-капитан опёрся кулаками о стол и тихо проговорил:
– Слушай меня внимательно, крыса. У тебя есть десять минут. Вам было дано два часа. Если через десять минут я не получу полный пакет всех перечисленных генералом документов, я размажу вас всех по стенам, начиная с тебя. И не будь я Генри-Берсерк, если не отмечу свою отставку таким благим делом.
Услышав прозвище знаменитого на всю лигу капитана, хомяк побледнел и как-то сразу стал меньше в объёме. Быстро закивав, он принялся лихорадочно молотить по клавишам компьютера. Не расслышавшие монолога Генри сослуживцы толстяка недоумённо уставились на своего приятеля, так и не сообразив, чем вызван такой взрыв трудолюбия.
Обведя помещение мрачным взглядом, Генри достал из ранца штурмовой пистолет и небрежно сунул его за ремень.
Доблестные служаки, заметив это, неожиданно занервничали и принялись дружно создавать видимость работы.
Через семь минут Генри расписывался в получении всех необходимых документов. Даже выходное пособие ему успели перевести за три минуты до закрытия банковского терминала. Получив пластиковую карту открытых перелётов, Генри задумчиво повертел её в руках и, взглянув на хомяка, спросил:
– Ты уверен, что оформил всё правильно? Мне не хотелось бы возвращаться сюда снова, но если у меня по твоей глупости возникнут какие-то проблемы, я вернусь.
– Всё в точности как приказал генерал, – пролепетал хомяк, испуганно тряся щеками.
– Молись, чтобы это было так, – проворчал Генри и вышел.
С трудом переведя дух и утерев струящийся по лбу пот, толстяк мрачно посмотрел вслед экс-капитану и сложил пальцы в известном жесте. Недоумённо посмотрев на его камлание, сослуживцы подошли поближе и с интересом заглянули в бумаги.
– Кто это был? – спросила самая любопытная из штабисток.
– Генри-Берсерк, – мрачно ответил толстяк.
– Что, тот самый?
– Тот самый. С чего я, по-вашему, принялся доделывать документы с такой скоростью? Этот псих пообещал всех перестрелять. И самое смешное, что ему за это ничего бы не было. Он только что вернулся с задания и даже не прошёл психологическую разгрузку.
– Получается, что ты только что всех нас спас? – растерянно протянул писарь.
– Получается, – кивнул толстяк и, кряхтя, вылез из-за стола, направляясь в туалет.
Покинув благословенную строевую часть, Генри не спеша направился к выходу с базы. Теперь он мог никуда не торопиться. Впрочем, ему и некуда было спешить. Закатное солнце весело пригревало отутюженную форму, медали тихо позвякивали в такт шагам ветерана, а в голове звенела пустота.
Выйдя за ворота базы, Генри встряхнулся и, поправив висевший на плече мешок, решительно направился в бар дядюшки Джека. Ему нужно было подумать и составить план действий. Проходя по улицам города, Генри неожиданно для себя заметил заинтересованные взгляды проходящих мимо женщин.
Это было новое, странное для него ощущение. Конечно, он и раньше не сторонился представительниц прекрасного пола, но его работа не позволяла ему завязывать долгие отношения. Нельзя давать обещания и надежды, которые не можешь исполнить.
Как следствие, все его отношения с женщинами сводились к общению с доступными девушками, регулярно посещавшими бар дядюшки Джека. Но сейчас на него внимательно и даже оценивающе смотрели обычные женщины.
Усмехнувшись про себя, Генри тихо порадовался новому открытию и зашагал в направлении бара. Заведение дядюшки Джека находилось в десяти минутах ходьбы от ворот базы. Хозяин бара, отставной пилот военного корабля, открыл это заведение, вложив в него всё заработанное за время службы.
Старик Джек делал ставку на ребят с базы и не прогадал, пустив слух, что все, кто носит форму, будут обслуживаться со скидкой. Это позволило ему не только удержать заведение на плаву, но и расширить дело.
Его бар стал знаменит на всю планету, после того как головорезы Ванколлена разнесли банду рэкетиров, попытавшихся наехать на старину Джека. В числе тех парней был и сам Генри.
Войдя в бар, экс-капитан обвёл взглядом помещение и, заметив старого Джека на своём обычном месте, в углу, у самой эстрады, направился прямо к нему.
– Привет, старина, – поздоровался Генри, опускаясь на стул у столика Джека.
– Кого я вижу! – радостно воскликнул Джек, пожимая потянутую руку. – А я уж решил, что мы больше не увидимся.
– С чего вдруг? – удивился Генри.
– Слухи, дружище. Странные, непонятные слухи.
– С каких это пор ты стал верить слухам, старина?
– Я и не верил. Но всё было слишком правдоподобно. Вспомни сам, ты всегда предупреждал меня, что уезжаешь, а в этот раз просто исчез. Растворился.
– Старина, ты же знаешь наши порядки. Приказ, команда, и ты уже в полёте. Но теперь всё кончено.
– Что ты имеешь в виду? – растерялся старик. – Боже всемогущий! Да ты же в парадной форме, со всеми орденами и с вещами. Ты в отставке?!
– Угадал, старый кухонный таракан, – рассмеялся Генри. – Я в отставке, и главное – я сумел дожить до этого момента.
– Это верно, и за это стоит как следует выпить, – весело отозвался Джек, делая официантке знак.
Девушка быстро подошла к их столику и, весело улыбнувшись, спросила:
– Что будете пить, капитан?
– Пот сирианской пантеры, Молли. И тащи сюда всю бутылку. Да скажи Сони, чтобы отнёс вещи капитана в четвёртую комнату, а ключ отдал ему. – Джек ткнул скрюченным артритом пальцем в сидевшего перед ним Генри. – Сегодня останешься у меня, – сказал он тоном, не терпящим возражений.
– Спасибо, старина, – улыбнулся Генри и не думая возражать.
– Это я перед вами в долгу. Ну да ладно. Расслабься и давай выпьем. За твою отставку, дружище.
– Твоё здоровье, старина, – ответил Генри, вливая в себя первую порцию спиртного, больше напоминавшего концентрированную кислоту.
Через пару часов, когда оба ветерана успели влить в себя почти по бутылке этой отравы, бар начал наполняться посетителями, и на эстраде появились первые танцовщицы.
Хорошо зная нехитрые пожелания солдат, Джек получил разрешение на демонстрацию эротических танцев. С тех пор заведение Джека никогда не пустовало.
Расстегнув китель, увешанный наградами, Генри с увлечением смотрел шоу-программу, чувствуя себя так, словно всё время мира принадлежало ему. Неожиданно сквозь гул голосов посетителей и музыку бара прозвучала фраза, разрушившая всё настроение.
– А какого чёрта здесь делает этот павлин?
Из толпы, окружавшей эстраду, вывалились трое индивидов в форме военных моряков. Подойдя к столику, они уселись, не спрашивая разрешения, и нахально уставились на экс-капитана.
– Джек, с каких это пор здесь принимают всякие отбросы? – спросил один из троих, очевидно, заводила. – Мы не желаем, чтобы в нашем баре ошивались всякие проходимцы из команды головорезов Ванколлена. Убирайся отсюда, или мы сами выбросим тебя.
– А ты ничего не перепутал, малыш? – неожиданно разозлился Джек. – Это мой бар, и только я буду решать, кому уходить, а кому остаться.
– Заткнись, старая крыса! Сиди молча и хлебай своё пойло, дольше проживёшь, – резко ответил заводила.
Генри аккуратно отставил свой стакан почти на середину стола и, посмотрев на Джека, развёл руками, словно извиняясь.
– Видит бог, старина, я этого не хотел.
– Только не до смерти, дружище. Постарайся никого не убить, – ответил Джек, благословляя Генри на дальнейшие действия.
Всё произошедшее после окружающие смогли понять только спустя несколько дней. Генри резко взмахнул руками, нанося удары рёбрами ладоней. Двое из трёх рухнули на пол в бессознательном состоянии.
Заводила вскочил на ноги и выхватил нож. Лениво наблюдая за размахивающим своим тесаком придурком, Генри нехотя поднялся на ноги и проворчал, обращаясь к Джеку:
– Ну что за молодёжь пошла? И чему их только учат?
Плавно, словно нехотя, он отмахнулся от широкого, режущего удара и, перехватив вооружённую руку, резко вывернул её в сторону, обратную движению тела противника.
Взвыв от боли в вывернутых суставах, заводила рухнул на пол, выпустив нож. Ногой, подтолкнув его к Джеку, Генри поднял заводилу и, сжав стальными пальцами шею, спросил:
– Кто тебя послал?
Заводила застонал, но не ответил.
– Кажется, ты не понял, с кем связался, болван. Я сейчас отволоку тебя на задний двор и пущу на фарш.
– Лучше ответь на его вопросы, малыш. Это Генри-Берсерк. Он всегда делает, что обещал, – усмехнувшись, посоветовал Джек.
Вздрогнув, заводила затравленно посмотрел на валявшихся в отключке приятелей, которых уже упаковывали вышибалы, и перевёл взгляд на Генри.
– Это правда? – хрипло спросил он, быстро облизывая неожиданно пересохшие губы.
– Что именно? – иронично поинтересовался Генри.
– То, что вы Генри-Берсерк?
– А ты ещё не понял? – откровенно удивился экс-капитан.
– Чёрт, вот это подставили! – растерянно проворчал моряк.
– Так, парень, у тебя есть только одна возможность уйти отсюда живым и почти невредимым. Рассказать мне всё. Твои наниматели далеко, а я вот он, рядышком. Так что начинай испражняться, пока я терпение не потерял.
– Нас нанял офицер из службы внутренней безопасности. Приказал найти в баре отставника и, спровоцировав драку, незаметно всадить ему нож в бок.
– И ты даже не поинтересовался, кого собираешься убить? – откровенно удивился Генри.
– А зачем? Ваши обычно уходят или инвалидами, или заторможенными после психобработки, – пожал плечами бандит.
– Это верно. Но не в этот раз, – усмехнулся Генри и поволок парня к дверям.
Выбрасывая нападавшего из бара, Генри пнул его в филейную часть с таким расчётом, чтобы основной удар пришёлся на вывернутую за спину руку. Тихо хрустнули кости запястья, и бандит надолго выбыл из строя.
Вернувшись обратно за столик, Генри молча выпил предложенный Джеком стакан и, задумчиво посмотрев на приятеля, заговорил:
– Завтра мне нужно будет убраться отсюда подальше.
– Дружище, только не говори мне, что ты испугался, – проворчал Джек, проглатывая очередную порцию выпивки.
– Дело не в страхе, старина, но беда ходит за мной по пятам. Я не хочу, чтобы из-за моих проблем пострадал кто-то ещё.
– Ерунда, – отмахнулся Джек, – даже если они рискнут спалить мой бар, я не проиграю. Он застрахован.
– Пойми, старина. Они не остановятся даже перед убийством. Это не шутки. Мне нужна информация.
– Какая именно?
– На какой из центральных планет можно без проблем продать драгоценные камни?
– Интересный вопрос, – задумчиво ответил Джек, глядя на Генри абсолютно трезвыми глазами. – Вот так, сразу, и не ответишь. Надо подумать.
– Только до утра, старина. Утром я улетаю.
– Частная торговля камешками проводится на Альфе-шесть, Сириусе-четыре и в поясе Стального Пса. Проблема в том, что, скупая всё подряд и не задавая неудобных вопросов, они дают в лучшем случае половину от настоящей стоимости.
– Меня это не устраивает. Мои камни честные и даже необработанные. Я – первый владелец.
– Ну тогда всё проще и сложнее одновременно.
– Как это?
– Проще в том плане, что, продавая такие камни, ты не привлекаешь к себе внимания полиции. Они не обработаны, а значит, ни у кого не украдены. Сложнее же в том, что такой товар берут только несколько фирм, и они заинтересованы в регулярных поставках. Заинтересоваться твоим предложением они могут только в том случае, если это крупные, чистые камни.
– Тогда они заинтересуются, – усмехнулся Генри.
– Ну тогда тебе прямая дорога на Терру-три или на Азор. На обеих планетах найдётся по нескольку фирм, занимающихся огранкой и торговлей ценными побрякушками.
– Отлично! Значит, туда и поедем, – ответил Генри, поднимая свой бокал.
– Будь осторожен. Добираться туда тебе придётся кружным путём. В портах неспокойно. Крысы снова оживились.
– Я учту это, старина, – усмехнулся Генри, незаметно показывая Джеку лазерный пистолет.
– Как всегда, – притворно вздохнул Джек, – без любимых игрушек ни шагу.
– Горбатого могила исправит, – рассмеялся Генри.
Приятели проболтали всю ночь, и с первыми лучами солнца экс-капитан, вызвав такси, направился в космопорт. Изучив расписание полётов, Генри сел на ближайший рейс до Аль-Таира-восемь.
Через три месяца, сойдя в порту Азора, Генри, одетый в гражданскую одежду, вышел из здания космопорта и, сев в такси, попросил отвезти его в гостиницу средней руки.
Таксист оказался человеком. Узнав в пассажире приезжего, он, заломил две цены, на что Генри ответил таким взглядом, что таксист поперхнулся и снизил цену до вполне приемлемой.
Этот странный человек умел внушать страх одним своим видом. Среднего роста, широкоплечий, покрытый шрамами мужчина смотрел на окружающих так, словно целился из пистолета.
Сняв номер в гостинице, Генри отправился в ближайший банк и, арендовав ячейку, оставил там свой ценный груз, заодно избавившись и от лишнего оружия. При себе он оставил только наградной пистолет.
Согласно межпланетным законам лиги, боевой офицер имел право носить при себе такое оружие, не получая разрешения в полиции каждой планеты. А благодаря документам, оформленным по приказу генерала, он теперь считался офицером внешней разведки, подконтрольным только совету лиги.
От такого удостоверения все полицейские и чиновники шарахались как чёрт от ладана. Кто знает, что делает на планете офицер такого ранга? Может, ловит шпионов, а может, расследует дело о коррупции. В любом случае лучше держаться подальше и не наживать проблем на собственную голову.
Разобравшись с сохранностью вещей, Генри купил телефонный справочник и, вернувшись в гостиницу, принялся внимательно его изучать. Убедившись, что ничего, кроме телефонов секретарей, там нет, он, сел за компьютер и, набрав текст письма, сбросил информацию с фотографией одного из камней на сайт самой крупной фирмы.
Через полчаса в номере раздался телефонный звонок. Сняв трубку, Генри чуть усмехнулся и ленивым тоном протянул:
– Я вас слушаю.
– Мы получили ваше письмо, сэр, – произнёс на том конце приятный баритон, – хотелось бы знать, что вы собираетесь делать с таким прекрасным камнем?
– Это не телефонный разговор, – ответил Генри.
– Согласен. Приезжайте в наш офис, и мы поговорим.
– Хорошо. Я буду через сорок минут, – коротко ответил Генри, специально прибавив время для поездки кружным путём. Он хотел убедиться, что в гостинице никто не связан с преступным миром.
Выйдя на улицу, он взял такси и, доехав до центрального парка, пошёл пешком. Пройдя два квартала, он сел в другое такси и назвал адрес офиса. К зданию в стиле земного модерна он подъехал за десять минут до назначенного времени.
Войдя в кафе на углу, он попросил стакан минералки и, медленно цедя воду, принялся наблюдать за зданием. Он и сам не знал, что именно хотел увидеть, но сработали годами вбитые навыки.
Прежде чем куда-то войти, осмотрись, как можно будет выйти. Именно это он и делал. Убедившись, что сможет без проблем вырваться из здания, Генри расплатился за воду и не спеша направился на встречу.
В здание офиса он вошёл ровно в назначенный час. Подойдя к стойке администратора, он, недолго думая, сказал:
– Мне назначена встреча. Я автор письма.
Молча кивнув, девушка-администратор нажала кнопку вызова, и к стойке подошёл молодой человек в отлично сидящем костюме. Смерив Генри внимательным взглядом, он жестом предложил ему пройти в соседнее помещение.
Ответив парню таким же внимательным взглядом, Генри отметил про себя чуть оттопырившуюся слева полу пиджака и, кивнув, двинулся в указанном направлении.
В небольшом зале сидели трое. Люди средних лет в дорогостоящих костюмах что-то весело обсуждали, но, увидев Генри, замолчали и принялись откровенно его рассматривать.
Не желая оставаться в долгу, Генри молча осмотрел сидевших, заставив каждого отвести глаза. Сообразив, что первый раунд переговоров они уже проиграли, троица встала, и самый старший наконец соизволил поздороваться.
– Простите за подобный приём, сэр, но не каждый день сталкиваешься с человеком, владеющим таким роскошным камнем. Хотя, признаться откровенно, вы не производите впечатление богача.
– Я тот, кто я есть. Давайте к делу. Я готов продать камень.
– И сколько же вы за него хотите? – последовал моментальный ответ.
– Назовите сумму сами, – ответил Генри, – но учтите, я догадываюсь о его истинной стоимости. И самое главное, это далеко не всё, что я могу предложить.
– Я почему-то так и подумал, – задумчиво ответил человек, начавший разговор. – Но вы не представились.
– Вам так важно моё имя? – усмехнулся Генри. – Я думал, вас больше интересует камень.
– Пожалуй, вы правы. Что ж, тогда начнём разговор. Я просмотрел спектральный анализ, приложенный к письму. Судя по параметрам, его делали на военном оборудовании. Надеюсь, эти данные соответствуют действительности?
– Вы сможете убедиться в этом сами, если мы придём к соглашению.
– Где вы его нашли? Только не говорите мне, что это фамильная драгоценность. Камни такого качества, а главное, размера мне ещё не встречались. Вы, судя по всему, бывший военный, которому повезло урвать кусок пирога, о котором ещё никто не знает. Я прав?
– Не совсем, – усмехнулся Генри, – о нём знают, но разработка начнётся ещё очень не скоро. У вас есть шанс получить то, чего нет ни у кого.
– Вот как? Может, поделитесь информацией?
– Я не торгую информацией. Я продаю камень.
– Хорошо. Необработанным этот камень стоит семьсот пятьдесят тысяч. Это средняя цена. Мы готовы заплатить вам девятьсот. Это хорошая цена.
– Я подумаю, – коротко ответил Генри и, развернувшись, направился к дверям.
– Когда мы узнаем о вашем решении? – быстро спросил его говоривший.
– Завтра, – бросил Генри и вышел из зала.
Быстро вернувшись в гостиницу, Генри поднялся к себе на этаж и, дойдя до двери своего номера, замер, так и не вставив ключ-карту в замок. Оставленная им метка была нарушена.
Бросив быстрый взгляд по сторонам, Генри скользнул к соседней двери и, повернув ручку, осторожно толкнул дверь. Ему повезло. Соседний номер был пуст.
Пройдя к балконной двери, Генри выглянул на улицу и, убедившись, что его никто не видит, одним прыжком перемахнул через ограждение, тут же присев на корточки и сжимая в руке пистолет.
Заглянув в свой номер через окно и убедившись, что номер пуст, Генри принялся внимательно осматривать помещение, пытаясь понять, кто здесь был и что искал.
Личные вещи в чемодане обыскали. Тот, кто это сделал, старался уложить всё на место, но экс-капитан знал, на что обращать внимание. Ранец не открыли, хотя явно пытались.
Осматривая номер, Генри всё больше убеждался, что работали не профи, а профаны. У него в гостях побывали ночные цирюльники и пришли они не просто так. Их явно кто-то навёл, и кандидатура на эту роль была только одна. Портье.
Чуть усмехнувшись, Генри уселся за компьютер и, раздумывая, отправил фотографию камня вместе с копией анализа по всем фирмам, обозначенным в телефонной книге. Но на этот раз он просил сделать приблизительную оценку.
Спустя час он получил кучу ответов, каждый из которых содержал предложение о продаже. В фирме, в которой он побывал, оказались не самые откровенные представители.
Такой камень действительно стоил около семисот тысяч, но предложили они за него меньше, чем стоило бы. В одном из ответных писем содержалось более щедрое предложение.
Использовав свой новый личный код, Генри проверил платёжеспособность компании, предложившей миллион сто, по полицейским каналам и, отстучав ответ с просьбой о встрече, принялся прикидывать, что делать с незваными гостями.
Ответ напрашивался сам собой. Ребята хотели пощупать его на прочность, значит, нужно было дать им такой шанс. Достав из ранца сканер, Генри вышел в коридор и, пристроив датчики, принялся настраивать прибор.
Самый простой вариант в подобном случае – настроить прибор на наличие оружия. В память сканера были занесены все известные в лиге виды оружия. От обычного ножа до самых экзотических лучемётов.
Уложив на кровать муляж из свёрнутого в рулон одеяла, Генри перетащил в угол кресло и, устроившись поудобнее, задремал. Приобретённые ещё в училище навыки спать в любом положении и моментально просыпаться не раз выручали его.
Часа в три ночи по среднему времени лиги его разбудил чуть слышный зуммер сканера, сообщивший о наличии в коридоре человека с оружием. Не меняя позы, Генри достал штурмовой пистолет и замер.
Пользоваться в такой ситуации незарегистрированным оружием было глупо. Кроме того, его штурмовик намного превосходил по мощности пистолет, доставшийся ему на память о базе.
Минуты бежали одна за другой, но никто так и не попытался вскрыть замок. Бросив взгляд на сканер, Генри убедился, что владелец оружия один и стоит в коридоре. Это было странно. На ограбление цирюльники не ходят в одиночку.
Спустя час неизвестный посетитель ушёл, оставив Генри теряться в догадках. Убедившись, что коридор снова пуст, экс-капитан убрал пистолет и, недоумённо пожав плечами, снова уснул.
Проснувшись с первыми лучами солнца, Генри умылся и вышел из гостиницы, направляясь в ближайшее кафе. Перекусив и узнав адрес интересующей его фирмы, бывший капитан взял такси и отправился осматривать город.
Это был не праздный вояж и не попытка убить время. Ещё не войдя в кафе, он заметил серого, незаметного человечка, идущего за ним от самой гостиницы.
Поводив за собой топтуна почти два часа, Генри избавился от него в торговом центре, смешавшись с толпой туристов. Взяв такси, капитан доехал до огромного бизнес-центра и, войдя в холл, набрал указанный в письме телефон.
Его уже ждали. После второго гудка к нему подошёл молодой человек с телефоном в руках и, коротко кивнув, предложил следовать за ним. Удивлённо посмотрев на крепко сложенного администратора, Генри молча кивнул и, повесив трубку, направился за ним.
На этот раз всё было по-другому. Генри встретил один человек, выкатившийся навстречу ему в инвалидном кресле. Протянув капитану сухую, узкую ладошку, старик весело улыбнулся и представился:
– Зовите меня Джесси Сталк. Простите, что здороваюсь с вами сидя, но, к сожалению, ноги – это моя самая большая проблема.
– Ничего страшного, мистер Сталк. Если позволите, я останусь инкогнито. Сами вы, безусловно, умеете молчать, а вот среди вашего окружения может оказаться человек, которому молчание просто невыгодно.
– Я похож на человека, не умеющего подбирать персонал? – удивлённо спросил старик.
– Дело не в этом, – отрицательно качнул головой Генри, – к любому человеку можно подобрать ключ. А чего не знаешь, не расскажешь.
– Похоже, вы умеете хранить свои тайны. Но мне кажется, что вы слишком усердствуете в этом деле. Люди с вашей внешностью – редкость.
– Я знаю, но приходить на встречу с голопроектором, по-моему, слишком.
– Хорошо. Давайте оставим этот вопрос. Меня больше интересует то, что вы предлагаете. Все данные камня подлинные?
– Абсолютно. Я и сам был поражён, увидев их.
– Хорошо. В таком случае я готов купить его.
– Камень находится в хранилище банка. Пусть ваш человек отправится со мной, имея в кармане чек на предъявителя, и сканер для проверки камня. В банке, убедившись в подлинности этого булыжника, он передаст мне чек и заберёт камень. Это будет нашей обоюдной гарантией.
– Хорошо придумано, – весело рассмеялся старик, – чувствуется военная косточка. План разработан до мельчайших деталей. Но ведь я могу приостановить платёж по чеку, – лукаво улыбнулся он, наблюдая за реакцией Генри.
– В таком случае вы потеряете возможность заключить более выгодную сделку и наживёте опасного врага, – спокойно ответил Генри, пожимая плечами.
– Ну у вас и выдержка! – восхитился старик. – Другой на вашем месте уже тряс бы меня за шиворот, грозя перерезать глотку.
– Какой смысл тратить время на пустые угрозы. Гораздо проще молча уничтожить ваш офис и сломать несколько костей вашим близким, – не меняясь в лице, ответил экс-капитан, и старик вздрогнул. Генри понял, что сумел нащупать слабое место этого странного человека.
– А ведь вы и вправду способны на такое, – задумчиво ответил старик, не сводя с Генри взгляда. Тот молча пожал плечами.
– Хорошо. Пусть будет по-вашему. Я согласен. С вами поедет Натали, моя помощница.
– Мне всё равно, кто это будет, – пожал плечами Генри и, помолчав, добавил: – На вашем месте я добавил бы к этому вооружённую охрану.
– В этом нет необходимости, – прозвучало в ответ, и в кабинет стремительно вошла девушка лет двадцати шести. Моментально развернув кресло, старик бойко покатил ей навстречу.
– А вот и она. Позвольте представить. Натали. Это мои ноги, глаза и знания в одном лице.
– Хорошо, – кивнул Генри и, шагнув к дверям, спросил: – Надеюсь, вы уже готовы?
– Полностью, – со скрытым вызовом ответила девушка и, подхватив со стула серебристый кейс, направилась к выходу.
У дверей их уже ждал бронированный лимузин. Тихо загудела антигравитационная подвеска, и тяжёлая машина мягко поплыла над мостовой. В движение эта техника приводилась двумя турбинами, позволявшими разгонять её до скорости гоночного болида.
Такие машины делались на заказ и стоили огромных денег. Это Генри знал из рекламных проспектов, валявшихся по всей базе. Подобные буклеты распространялись по всем точкам, где скапливалось больше ста человек.
Назвав адрес банка, Генри откинулся на спинку кресла, обитого натуральной кожей, и принялся рассматривать проплывающий за окном пейзаж, чувствуя, что его внимательно изучают. Молчание затягивалось, и нарушать его Генри не собирался.
– Вы всегда такой? – неожиданно спросила Натали.
– Какой?
– Не человек, а каменный истукан.
– Это отпечаток профессии, – мрачно ответил Генри.
– Разве бывшим военным запрещено быть любезными?
– Не думаю, что вам нужна моя любезность, – ответил Генри, чувствуя, что начинает непонятно почему злиться, – вы молоды, красивы, наверняка богаты, от поклонников отбоя нет. А я старый бирюк, привыкший спать не с женщиной, а с оружием. Не стоит испытывать на мне ваши чары.
– И не надейтесь! – возмущённо фыркнула девушка и отвернулась. Но спустя несколько минут заговорила снова.
– А что означает это слово?
– Какое?
– Бирюк.
– Так когда-то называли волков, живущих не в стае, а в одиночку.
– Волков?
– Это такой хищник, прародитель собак.
– Ну что такое волк, я знаю. Просто никогда не слышала такого слова.
– Это определение исчезло вместе с волками, – вздохнул Генри.
– Вы словно жалеете о них, – удивилась девушка.
– Иногда мне кажется, что я опоздал родиться, – ответил Генри, сам не понимая, зачем говорит ей это.
– Кажется, я поняла. Вы недавно уволились из армии и теперь не знаете, куда себя деть. Я права? – с интересом спросила Натали.
– Не совсем, – чуть улыбнулся Генри. – У меня есть кое-какой план, но насколько он окажется успешным, это вопрос. В цивильной жизни мне многое в новинку. Приходится приспосабливаться.
– Для начала научитесь улыбаться, – посоветовала девушка.
– Я умею. Просто повода к этому не вижу, – ответил Генри.
– Похоже, у вас и вправду проблема, – задумчиво ответила она.
– Какая? – удивился Генри.
– Проблема свободного общения. Вы даже не пытаетесь завязать знакомство, поухаживать. Вы делаете дело. И всё.
– Но я и вправду считаю, что вам мои ухаживания не нужны. Вокруг вас море молодых ребят, умеющих говорить, ухаживать, так что мои попытки заранее обречены. Зачем же тогда выставлять себя на посмешище?
– Боитесь показаться смешным?
– Я ничего не боюсь. Трудно чем-то напугать человека, которого хоронили столько раз, что он и сам со счёта сбился.
– Иногда моральные раны намного болезненнее, чем физические, – задумчиво ответила Натали.
– Это мне тоже хорошо известно.
– Честное слово, мне хочется взять отвёртку и вскрыть вам череп, чтобы попытаться понять, где у вас кнопка отключения.
– Отключения чего? – чуть улыбнулся Генри.
– Вашей железобетонности, – ответила девушка. – Или вы сейчас улыбнётесь, или я просто взбешусь и полезу драться.
– Не стоит. Чревато, – коротко ответил Генри, медленно растягивая губы в подобии улыбки.
– Нет, вы действительно какой-то робот, а не человек.
– Да человек я, человек, – вздохнул Генри, вытягивая ноги, – вот закончу все дела и тогда смогу расслабиться.
– Вы останетесь на Терре? – заинтересованно спросила Натали.
– Не знаю. Ещё не решил. Скорее всего, отправлюсь куда-нибудь подальше. На курортную планету. Азор или Сурр, ещё не решил. А может быть, рвану на Заповедник, подальше от цивилизации.
– И от людей?
– И это тоже.
– А семья?
– Что семья? – не понял Генри.
– У вас она есть?
– Нет, – коротко ответил экс-капитан.
Натали открыла было рот, чтобы задать очередной вопрос, но лимузин мягко остановился у дверей банка. Охранник не успел покинуть своё место рядом с водителем, а Генри уже выскользнул на улицу и решительно зашагал к банку.
Выскочив следом, Натали чуть ли не вприпрыжку кинулась его догонять. Распахнув входную дверь, Генри моментально сделал шаг в сторону, и разогнавшаяся девушка просто влетела в общий зал банка.
Пока она тормозила на скользком полу и разворачивалась с открытым ртом, чтобы начать возмущаться, Генри успел дойти до столика администратора и, предъявив ключ, в двух словах объяснить ситуацию.
Сообразив, что речь идёт о сделке, клерк быстро связался с охраной и, проводив прибывших до входа в хранилище, отправился готовить помещение, где они могли бы без помех обсудить свои дела.
Достав из ячейки сумку, Генри извлёк из неё самый маленький камень и, передав его Натали, незаметно переложил камень побольше в карман. Пока девушка ахала, проводя анализ камня, капитан молчал, сложив руки на груди.
– Это именно то, что вы предлагали, – удовлетворённо произнесла Натали, передавая ему подписанный чек.
– Отлично, – кивнул головой Генри, – тогда взгляните вот на это, – чуть улыбаясь, сказал он, доставая второй камень.
Ахнув, Натали взяла камень в руки и, уложив его в сканер, быстро провела анализ. Структура и плотность второго камня ничем не отличалась от того, что уже был куплен.
– Сколько, по-вашему, стоит этот камушек? – спросил Генри.
– Ну так сразу и не скажешь, – растерянно протянула Натали, разрываясь между желанием сказать правду и соблюсти интересы компании.
– Говорите правду, в противном случае я откажусь от следующей сделки, – мрачно произнёс Генри, заметив её терзания.
– Миллион триста, – решилась наконец назвать цифру девушка.
– Полтора, – коротко ответил Генри и протянул ей свой телефон, – звоните своему шефу. Я сейчас открою счёт в этом банке, пусть переведёт деньги на него.
Послушно кивнув, Натали быстро набрала номер и принялась рассказывать шефу всё, что увидела. Тем временем Генри передал полученный чек клерку, попросив его открыть на его имя счёт. Увидев сумму, проставленную на чеке, клерк подобострастно изогнулся и исчез, словно испарился.
Вернув телефон Генри, Натали удивлённо произнесла:
– Шеф велел внимательно проверить всё, что вы предложите, и соглашаться на указанную вами цену. Такое случилось впервые на моей памяти.
– Ваш шеф – умный мужик, – одобрительно произнёс Генри, – и к тому же быстро соображает. Мне действительно есть что вам предложить. Лишь бы у вас денег хватило.
– Не волнуйтесь, активы нашей фирмы достаточно велики, – обиженно вскинулась девушка.
Через пятнадцать минут вторая сделка была завершена. Убедившись, что названная сумма переведена, Генри достал третий камень, ещё больше предыдущих.
– Вы сюда целый рудник притащили? – удивлённо проворчала Натали, делая анализ.
– В этом нет необходимости, – усмехнулся Генри, – вполне достаточно того, что есть.
Третий камень был оценен в два миллиона кредитов, и деньги были переведены на счёт Генри без лишних проволочек. Получив подтверждение, Генри весело посмотрел на замершую в предвкушении чуда Натали и выложил на стол последний камень.
– Этого не может быть! – прошептала девушка, не сводя с камня восхищённых глаз.
– Как видите, может, – усмехнулся Генри, наслаждаясь произведённым эффектом.
– Сколько вы за него хотите? – пролепетала Натали, нарушая все правила и каноны подобных сделок.
– Этот камень уникален сам по себе, – ответил Генри, пожимая плечами, – признаюсь честно, его стоимость я даже представить себе не могу.
– Я тоже, – тихо отозвалась Натали.
– Ну так и не мудрите, а просто сбросьте параметры со сканера своему шефу, и пусть он принимает решение, – посоветовал Генри.
Молча кивнув, Натали быстро подключила карманный компьютер к сканеру и передала всю информацию по сети. Ровно через три минуты раздался звонок её телефона.
Выслушав всё, что ей говорили, Натали отключила телефон и, посмотрев на Генри странным взглядом, сказала:
– Шеф просил подождать немного. Он хочет проконсультироваться у специалистов.
– И как долго нам придётся ждать? – насторожился Генри.
– Минут пятнадцать. Может быть, полчаса, – пожала плечами Натали.
– Хорошо. Тогда я попрошу администратора заказать нам кофе, – предложил Генри.
Девушка молча кивнула, не сводя глаз с камня. Чуть улыбнувшись, Генри понимающе улыбнулся и накрыл камень куском материи, в который он был завёрнут.
Время тянулось словно резиновое. Оба молчали, думая каждый о своём. Спустя двадцать минут зазвонил телефон Генри. В образовавшейся тишине звонок прозвучал так резко и неожиданно, что Натали вздрогнула.
Генри ответил на звонок. Это был шеф Натали, Джесси Сталк. Недолго думая, энергичный старик с ходу взял быка за рога.
– Сэр, я прошу вас немного подождать. Мы покупаем ваш камень за тридцать миллионов. Надеюсь, эта цифра вас устроит?
– Вполне, – ответил Генри после недолгого молчания.
– Тогда дайте мне ещё сорок минут, и деньги будут переведены на ваш счёт, – ответил старик и отключился, не дожидаясь ответа Генри.
– Он попросил ещё сорок минут, – сказал Генри, убирая телефон.
– Чем бы заняться, чтобы убить время? – задумчиво протянула Натали. – Терпеть не могу сидеть и ждать.
– А я отношусь к этому спокойно. Моя профессия учит терпению.
– Завидую. А мне его вечно не хватает. Хочется всё побыстрее, а получается, как специально, наоборот.
– По крайней мере, вы можете попросить кого-то двигаться побыстрее, а мне приходилось сидеть в засадах не часами, а сутками. Причём молча и почти без движения.
– С ума сойти можно, – проворчала Натали, зябко передёрнув плечами.
– Нет, если уметь правильно занимать мозги.
– Чем, например? Таблицей умножения? – иронично спросила девушка.
– Не обязательно. Кто-то мечтает, кто-то вспоминает. У каждого это по-своему. Главное, чтобы мозги делали одно, а тело другое, иначе можно так увлечься, что пропустишь самое главное.
– А чем занимались вы?
– Мечтал.
– О чём, если не секрет?
– Вам так это интересно?
– Откровенно говоря, да. Хочется знать, о чём может мечтать такой мужчина, как вы?
– Какой такой? – не понял Генри.
– Сильный, суровый.
– Издеваетесь? – неожиданно насупился Генри. – Думаете, если военный, то все мысли только о выпивке и о шлюхах?
– Да нет же! Вы меня неправильно поняли, – искренне ответила девушка, – мне и вправду очень интересно. И я прекрасно понимаю, что вы не обычный флотский младший чин, который только и умеет, что распускать перья как павлин. В конце концов, я не идиотка и могу отличить человека, побывавшего в переделках, от обычного пустозвона.
– Хорошо, – неожиданно успокоился Генри, – в конце концов, в моих мечтах нет ничего постыдного. В засадах я всегда мечтал о море.
– О море?! – удивлённо переспросила Натали.
– Да. Мечтал оказаться на пляже, под тёплым солнцем. Слушать шелест волн, вдыхать морской воздух. И главное, чтобы никто не мешал.
– Интересно, – задумчиво протянула девушка, – а почему не о семье, не о горах, например?
– Я родился на Сарбонусе, а это, как известно, морская планета. А о семье я тоже мечтал. Домик на берегу, жена, дети, которые с воплями носятся по песку.
– Но опять у моря?
– Только там, – упрямо качнул головой экс-капитан, – если я где и осяду, то только у моря.
– А если ваша будущая жена не захочет уезжать из цивилизации? – лукаво улыбнулась Натали.
– Я сначала построю или куплю дом, а уж потом займусь семьёй. Да и жену я буду искать не из таких, что будет упрямо диктовать свои условия.
– Вы домашний тиран?
– Вряд ли. Просто давно уже привык решать всё сам.
– Но семья – это не только отдача приказов, это ещё и умение прислушиваться к мнению супруга.
– Вот именно поэтому и буду искать жену на периферии. Там и нравы попроще, и женщины не так избалованы, как в городах.
– Получается, что на первое место вы ставите не чувства, а умение женщины подчиняться?
– При чём здесь подчинение? – откровенно удивился Генри. – Мы не в армии, и приказывать я не собираюсь, но и глупого самоуправства терпеть не собираюсь.
– А что вы понимаете под словом самоуправство?
– Когда живёшь семьёй, делишь всё на двоих, – принялся объяснять Генри, – и мне совершенно непонятно, когда жена уходит к подругам, ничего не сказав мужу. Или принимает решение, не посоветовавшись.
– Ну в этом я могу с вами согласиться.
– Соглашаться или нет – это ваше дело. Я знаю только одно: имея семью, нужно ставить её интересы на первое место, а уж потом придаваться своим амбициям.
– Знаете, – неожиданно улыбнулась Натали, – если вам удастся найти женщину, которая решится на подобное отшельничество, то, по-моему, она будет очень неплохо жить.
– Что вы хотите сказать? – не понял Генри.
– У вас в программе заложена забота о семье, о доме – а всё остальное, потом.
– Ну да. А разве здесь как-то по другому?
– К сожалению, у большинства современных мужчин на первом месте они сами, а уж потом семья.
– А зачем тогда жениться? – удивлённо спросил Генри, пожимая плечами.
Их беседу прервал клерк, прибежавший с известием, что деньги переведены и уважаемый сэр может сам в этом убедиться. Усмехнувшись, Генри молча поднял со стола камень и почти торжественно уложил его в сумку, где уже лежали три первых.
Отключив сканер, Натали задумчиво посмотрела на кейс и на сумку, понимая, что утащить и то и другое ей просто не под силу. Чуть усмехнувшись, Генри закинул на плечо свою сумку и, прихватив её поклажу, направился к выходу из хранилища.
Выйдя в зал, он первым делом передал вещи сопровождавшему Натали охраннику и, отойдя в сторону, начал о чём-то шептаться с клерком. Передав ему какую-то бумагу, Генри вернулся к стоявшей посреди зала Натали и, вздохнув, сказал:
– Ну вот и всё. Ваше маленькое приключение закончено. Рад был познакомиться.
– Вы собираетесь уезжать? – чуть растерянно спросила девушка.
– Да. Меня здесь больше ничего не держит. Я свои дела закончил. Теперь можно заняться поиском тихого уголка, ну и всем остальным.
– Знаете, а я никогда не видела моря, – неожиданно призналась Натали. – Я родилась на Хлайбе. Горы, пустыни, реки, а моря нет.
– Что ж. Где вас искать, я знаю. Устроюсь, построю дом и приглашу вас в гости. Увидите, что такое море, – неожиданно улыбнулся Генри, и Натали растерялась. Эта улыбка была так неожиданна и так резко изменила его лицо, что девушка просто потеряла дар речи.
Неожиданно к стоявшей паре подошли четверо мужчин, один из которых оказался тем самым представителем фирмы, с которым Генри пришлось иметь дело.
– Итак, сэр, мы всё ещё ждём вашего ответа, – произнёс он с откровенной угрозой.
– Ваше предложение меня не заинтересовало, – коротко ответил Генри.
– И кто же посмел перебить нашу цену?
– Я, – раздался неожиданный ответ, и в зал вкатилось кресло шефа Натали. – Я посмел это сделать. Вы проявили непростительную глупость, господа. Жадность и глупость. Можно быть жадным. Я сам жаден, но нельзя быть глупым.
В нашем деле это непростительно. За эти камушки я выручу в полтора раза больше.
– Камушки? – удивлённо переспросил конкурент, зло посмотрев на Генри.
– Именно, – весело ответил Джесси Сталк. – Этот господин оказался достаточно умён и не стал показывать весь товар сразу. Но я подумал, что человек, сумевший найти один такой камень, на этом не успокоится и постарается найти ещё. И не ошибся. Теперь, даже заплатив завышенную цену, я всё равно получу свою выгоду.
– Мы были первыми. Так дела не делаются, – свирепо прорычал мужчина, разворачиваясь к Генри.
– Вы предложили цену, она меня не устроила. Вопрос закрыт, – ответил Генри и, чуть поклонившись старику, вышел из банка.
У входа в банк его остановил охранник старика и попросил задержаться, так как мистер Сталк хотел обсудить с ним ещё один вопрос. Удивлённо посмотрев на бодигарда, Генри сел в знакомый уже лимузин и принялся ждать.
Через пять минут из дверей банка вышли Натали, охранник и сам старик на своей каталке. Погрузившись в машину, старик весело усмехнулся и, хлопнув Генри по плечу, сказал:
– Ну и рожи у них были! За такое зрелище стоило переплатить.
– Это ваши конкуренты?
– Это даже не конкуренты, а просто бандиты. Шушера. Ни умения, ни деловой хватки. Одни инстинкты хищников. Схватить, урвать. Даже противно.
– А разве они не могут доставить вам неприятности?
– Кишка тонка, – рассмеялся старик. – Мои фирмы разбросаны по всей лиге, а они орудуют только на одной планете. Начнут путаться под ногами, вызову своих парней и просто спущу всю эту банду в канализацию.
– А вы задира, – улыбнулся Генри.
– Бросьте, – отмахнулся старик, – это раньше я был задирой, а теперь просто старик в инвалидном кресле, с трудом зарабатывающий себе на пропитание.
– И с большим трудом, – в тон ему ответил Генри.
Рассмеявшись, старик открыл бар и, плеснув в бокалы бренди, спросил:
– Скажите, Генри, вы случайно не курите?
– Откуда вы знаете моё имя? – спросил капитан, в котором моментально проснулись все его инстинкты.
– Друг мой, нельзя иметь такую внешность и рассчитывать на сохранение анонимности. Скажу откровенно, информация о вас досталась мне незаконно, но после того, как я прочёл ваше краткое досье, мне на некоторое время стало плохо.
– С чего вдруг? – удивился Генри, не сводя со старика настороженного взгляда.
– Я, старый дурак, рискнул отправить с вами бедную девочку в сопровождении только одного охранника. Хотя, после недолгих размышлений, понял, что можно было вызвать всю национальную гвардию, а результат был бы один и тот же.
– Что вы имеете в виду? – удивлённо спросила Натали.
– Девочка моя, – это не просто бывший рейнджер, – вздохнул старик, – это живая легенда всех элитных войск лиги. Познакомься, деточка, Генри-Берсерк, собственной персоной. Могу сказать только одно, если даже половина того, что о нём говорят, правда, то нам очень повезёт, если наш несчастный городишко останется стоять после того, как он тут погуляет.
– Не порите чушь, мистер Сталк. Я солдат, а не монстр, и не воюю с мирными людьми. Тем более что я в отставке, – мрачно отозвался Генри.
– Не обижайтесь на старика, Генри, – устало ответил Сталк, – и называйте меня Джесси.
– Вы хотели со мной поговорить, – жёстко ответил Генри, – я вас слушаю.
– Друг мой, мы уже говорим, – улыбнулся Джесси.
– Пока что вы только показали свою осведомлённость. Хорошо. Вы знаете, кто я. И что же дальше? Решили получить и камни и деньги? Не выйдет. В этом случае я действительно начну уничтожать всё живое, что имеет к вам хоть какое-то отношение, – жёстко произнёс Генри.
– Ты на кого рот открыл? – неожиданно вызверился сидевший в углу охранник и, тут же икнув, рухнул на пол лимузина. Никто из сидевших в машине не понял, что произошло.
Натали растерянно переводила взгляд с охранника на Генри и обратно.
Грустно вздохнув, старик поморщился и, переведя взгляд на девушку, сказал:
– Обидно, когда тебя держат за дешёвого бандита. – И, повернувшись к Генри, озабоченно спросил: – Надеюсь, вы не совсем зашибли парня? Не хотелось бы терять толкового работника.
– Жив. Скоро очнётся, – коротко ответил Генри, продолжая держать всех находящихся в салоне в поле зрения.
– Успокойтесь, друг мой. Я не собираюсь вам вредить. Наоборот, если мы договоримся, вы сможете очень серьёзно пополнить свой счёт, – медленно заговорил старик, глотнув из своего бокала. – Но вы не ответили на мой вопрос.
– Какой именно?
– Вы курите?
– Редко. Только в том случае, если попадается хороший табак.
– Отлично! – разом повеселел старик, доставая из бара резную, деревянную коробку. Откинув крышку, он молча протянул её Генри: – Угощайтесь, прошу вас.
– А почему сами не пробуете? – иронично спросил экс-капитан.
– Мне врачи запретили, – обиженно скривившись, пожаловался старик, – даже подобная порция бренди – непозволительная роскошь, одна радость, если рядом кто-то пьёт или закурит.
Молча кивнув, Генри выбрал сигару из тех, что лежали в нижнем ряду, и, аккуратно обрезав конец, закурил. Это действительно был настоящий табак. Каждая такая сигара стоила треть его офицерского жалованья.
По салону машины поплыл аромат настоящего, хорошего табака, и старик, прикрыв глаза, с упоением вдыхал этот запах. Сделав пару затяжек, Генри вопросительно посмотрел на старика. Тот ничего не замечал, наслаждаясь запахом запретного.
Генри перевёл взгляд на Натали и был неприятно удивлён. Девушка смотрела на него с явной укоризной. Растерянно пожав плечами, Генри хотел было погасить сигару, но старик поспешил остановить его.
– Пожалуйста, курите дальше. И не обращайте внимания на взгляды Натали. Она беспокоится за меня, хотя отлично знает, что в этом мире нет ничего вечного.
– Джесси, перестань, – попросила Натали, ласково погладив старческую ладонь, – ты обещал мне, что не умрёшь.
– До тех пор, пока ты не выйдешь замуж, – усмехнулся старик, ласково похлопав девушку по руке.
– Значит, я никогда этого не сделаю, – быстро ответила Натали.
– Это всё очень интересно, но вы так и не сказали, какого чёрта вам от меня нужно? – зло проговорил Генри.
– Ваша помощь, капитан. Вы не поверите, но она мне чертовски нужна, – нехотя проворчал старик.
– И в чём же?
– Натали в скором времени придётся отправиться на Оливер-три. Знаете, что это такое?
– Планета в созвездии Жемчужины. Колонизована после проведения терраформирования. Основные источники дохода – туризм, игровой бизнес. Рай для желающих отдохнуть, повеселиться и потратить большие деньги.
– Всё верно. По сути дела, это не просто планета. Это центр отдыха и развлечений. Акционерное общество, владельцем которого является моя корпорация.
– Ваша корпорация? – удивлённо переспросил Генри. – Погодите. Корпорация «Сталк и сыновья»? Это вы?
– Верно. Это я. К сожалению, её давно пора бы переименовать в «Сталк и внучка», но рука не поднимается.
– Значит, Натали…
– Да. Это моя внучка. Именно она и есть моя самая большая проблема.
– Не понимаю, – пожал плечами Генри. – По-моему, она вполне серьёзная и ответственная девушка, которая умеет принимать решения и может о себе позаботиться.
От услышанных похвал Натали потупилась и чуть порозовела.
– Это всё так. Но ей в скором времени придётся отправиться именно на ту планету, и я хочу, чтобы в этой поездке её сопровождали именно вы.
– Если мне не изменяет память, несколько минут назад вы сами сказали, что способны поднять по тревоге целую армию охранников. Зачем же тогда я? И что может один человек такого, с чем не справится армия?
– Капитан, не стройте из себя идиота, – поморщился старик. – Натали придётся иметь дело со сворой самых настоящих крокодилов. И я хочу быть уверен, что в нужный момент рядом с ней окажется человек, способный без долгих проволочек размазать по стене любого, кто попытается причинить ей вред. А что касается охранников, то это просто сторожа. Они способны решить мелкую проблему, но в случае возникновения настоящего боя, требующего применения оружия, они просто щенки. Не нужно далеко ходить за примером. – Старик небрежно ткнул пальцем в лежащего на полу охранника.
– Дедушка, я и сама могу прекрасно справиться, – начала возражать Натали, но старик не дал ей продолжить.
– Это не оговаривается, девочка. Или ты будешь находиться под присмотром капитана, или вообще туда не поедешь, – резко ответил старик, и девушка замолчала, зло посмотрев на Генри.
– Признаюсь откровенно, Джесси. У меня были другие планы. Я собирался покинуть планету первым же рейсом. Вы были правы, говоря, что я боевик. Это так, и именно поэтому я не гожусь в телохранители. Я просто не знаю, как это делается. Кроме того, Натали уже ненавидит меня, как будет ненавидеть любого, кто станет ограничивать её свободу, и будет делать всё с точностью до наоборот, лишь бы досадить мне. В таких условиях я просто не смогу защитить её.
Старик перевёл задумчивый взгляд на внучку и, помолчав, ответил:
– Натали, если я узнаю, что ты сделала что-то вопреки приказу капитана, я откупорю бутылку коньяку, закурю сигару и вызову самую дорогую проститутку. Это будет мой последний загул, но я это сделаю. Ты меня знаешь.
– Не стоит, Джесси. Я не давал своего согласия и, скорее всего, не дам. Уйдя со службы, я дал себе слово, что больше никогда не стану никому служить. Я буду работать только на себя.
– Генри, я прошу, нет, я умоляю вас помочь мне, – неожиданно взмолился старик. – Я не переживу, если с ней что-нибудь случится.
– Да что со мной может случиться? – возмущённо произнесла девушка.
– Девочка моя, эта планета давно уже превратилась в пристанище для подонков всех мастей. Там может случиться всё, что угодно, – устало, ответил Джесси. Похоже, подобный спор возникал не впервые.
– Генри, чего вы хотите? Я готов заплатить любые деньги, удовлетворить любые требования, чтобы добиться вашего согласия.
– Основное в этом деле – не моё, а её согласие, – усмехнулся Генри.
– Он мечтает о доме у моря, – ответила за Генри Натали, на что тот ответил ей мрачным взглядом.
– Отлично! Вы заботитесь о безопасности моей девочки до тех пор, пока она не вернётся под мою опеку, а я покупаю вам дом на любой планете содружества. За любые деньги.
– Поймите, Джесси. Я не могу находиться рядом с ней круглые сутки. При таком раскладе мы убьём друг друга уже через неделю.
– Это и не потребуется. Вы должны быть рядом только тогда, когда она выходит на улицу. Всё остальное время можете делать, что хотите. Пейте, веселитесь, кутите, трахайте всё, что шевелится. Главное, чтобы в нужный момент вы были рядом с ней. На работе, при деловых встречах, светских приёмах о ней позаботится служба безопасности, но на улице, в поездках это только ваша обязанность. Естественно, все ваши расходы будут оплачены корпорацией. Это даже не оговаривается.
– Мне нужно подумать, – неопределённо ответил Генри.
Старик решил применить последний аргумент.
– Генри, я знаю, что вы разделили свой счёт на три части и две из них перевели на счета двух парней. Судя по всему, это ребята из вашей команды, с которыми вы вместе добыли эти камни. Я прав?
– А какое вам до этого дело? – неожиданно набычился Генри.
– Только одно. Я готов увеличить эти счета в два раза, если вы примете моё предложение. Ваш счёт я увеличу в три раза. Как-никак, это вы будете делать всю работу.
– Да как вы не поймёте, Джесси, я же ей неприятен, – неожиданно ответил Генри.
– С чего вы это взяли? – растерянно спросила Натали.
– С того, что вы не сводите глаз с моих шрамов. Вам неприятен их вид. Вам неприятна сама мысль, что кто-то может уметь что-то лучше вас. Вы брали уроки рукопашного боя, стрельбы, вождения скоростных глидеров, но на самом деле вы не умеете ничего. И сами это знаете. Именно это и приводит вас в такую ярость. Уже сейчас вы готовы вцепиться мне в горло. Но самое главное – это ваш брезгливый интерес ко мне. Как к таракану.
– Это, это неправда! – воскликнула девушка со слезами на глазах.
– Генри, прошу вас, – повторил старик. – Уверяю, в ней нет того, что вы сказали. Она хорошая, добрая девушка. Немного избалованна, самоуверенна, но в ней нет злости или презрения к другим сословиям или прослойкам общества. Я клянусь вам.
– Дайте мне время до завтра, – нехотя ответил Генри, понимая, что готов согласиться на эту работу.
– Хорошо. Завтра утром я жду вас в своём офисе. Возьмите. – Старик протянул ему пластиковую карточку. – Это специальный ключ. Покажите его охране, и вас проведут прямо ко мне.
Молча кивнув, Генри сунул карточку в карман и попросил остановить лимузин. Джесси предложил довезти его до гостиницы, но он отказался, сославшись на желание пройтись пешком.
Генри действительно ощущал потребность побыть одному и как следует всё обдумать. Выйдя из машины, он огляделся и не спеша побрёл по улице, стараясь привести мысли в порядок.
С одной стороны, это действительно был шанс как следует заработать и получить в полное владение собственный дом в любой точке лиги. А с другой – это был, как минимум, год постоянного напряжения. Год постоянной грызни и стычек с этой девицей. Хотя, подчиняясь решению деда, она могла просто сделать вид, что не замечает его.
Размышляя таким образом, Генри добрался до гостиницы. Блуждания привели капитана к узкому переулку, пройдя через который, он мог выйти прямо ко входу в гостиницу.
Бродя по улицам, Генри не заметил, как зашло солнце и улицы города погрузились в темноту. Встряхнувшись и отбросив размышления в сторону, Генри решительно зашагал к гостинице.
Он уже дошёл до середины переулка, когда навстречу ему вышли пятеро крепких парней. Быстро оглянувшись, Генри увидел ещё четверых, точную копию тех, что шли навстречу.
Сомнения были излишни. Вся эта компания искала именно его, и то, что они встретились в этом переулке, означало только одно. За ним следили, а он был так погружен в свои размышления, что не заметил этого.
Придя к подобному выводу, Генри решил действовать на опережение. Не раздумывая, экс-капитан выхватил из-за пояса штурмовой пистолет и, перекатом уйдя к стене, открыл огонь на поражение.
Шедшая навстречу пятёрка прекратила своё существование раньше, чем успела понять, что он делает. Перекатившись к противоположной стене, Генри перенёс огонь на шедших следом, оставив для допроса одного, которому он прострелил обе ноги.
Вообще-то говорить о простреле при стрельбе из штурмового пистолета – это сильное преувеличение. Армейский штурмовик прожигал стальной лист пять сантиметров толщиной.
Раненый бандит с воем ползал по переулку, волоча за собой обгоревшие обрубки ног. Подойдя к пленному, Генри придавил его ногой к асфальту и спросил, уперев ствол пистолета в глаз:
– Кто вас послал?
– Клан Джованни, – простонал раненый.
– Кто это такие и что им нужно?
– Те самые парни, которым ты отказался продавать камни. Они не терпят отказа.
– Пора привыкать, – усмехнулся Генри и, убрав пистолет, просто свернул парню шею.
Дойдя до конца переулка, Генри осторожно выглянул на улицу и, убедившись, что стрельба в городе – дело привычное, быстро вошёл в гостиницу.
Портье, сидевший за стойкой, оказался тем самым, что регистрировал Генри. Увидев вошедшего постояльца, парень засуетился, преувеличенно вежливо подавая ключи от номера. Генри насторожился.
Поднявшись на этаж, он решил повторить вчерашний приём и войти в комнату через балкон. И на этот раз чутьё его не подвело. В номере его ждали.
Решив не устраивать в гостинице канонаду, Генри убрал пистолет в карман и, глубоко вздохнув, ринулся в номер прямо с балконной дверью. Хлипкая пластиковая дверь не рассчитывалась на столь варварское с ней обращение и слетела с петель.
Влетев в номер как торнадо, Генри принялся молотить всё, что движется. В ход пошли приёмы, которым обучают только офицеров элитных подразделений. Смертников. Боевые, страшные, каждый из которых был рассчитан на быстрейшее выведение противника из строя.
Номер огласился криками и воплями боли, быстро переходившими в стоны и предсмертный хрип. Пятеро цирюльников, ждавших его в номере, были уничтожены за несколько минут.
Замерев у стены, Генри внимательно вслушался в наступившую тишину. Всё стихло. Осторожно включив свет, Генри осмотрел поле боя. Правки не требовалось, вся пятёрка уже переселилась в страну вечной охоты.
Сняв телефонную трубку, Генри позвонил вниз и попросил портье принести всё необходимое для влажной уборки. Растерянно проблеяв что-то утвердительное, портье повесил трубку. Через минуту раздался осторожный стук в дверь.
Резким движением распахнув створку, Генри втащил перепуганного портье в номер и, захлопнув двери, прижал парня к стене.
– Как они сюда вошли? – прорычал он прямо в перепуганную физиономию.
– Не знаю, – с трудом пролепетал тот, пытаясь заглянуть в комнату.
– А если я сейчас начну тебя ломтями строгать, подонок? – переиначил свой вопрос капитан, поднося к носу портье свой десантный кинжал.
Увидев подобную штуку возле своего драгоценного организма, портье принялся рассказывать всё. Даже то, что Генри не интересовало. Убедившись в справедливости своих подозрений, Генри заставил парня сбросить трупы в переулок, где уже лежали тела бандитов, и замыть кровь на полу.
Дав портье закончить уборку, он вывел парня в номер, с балкона которого тот сбрасывал трупы и, двинув его кулаком в висок, сбросил к друзьям.
– Чем больше непонятного, тем лучше, – проворчал капитан, возвращаясь в свой номер.
Заперев дверь, Генри, не раздеваясь, завалился на койку и с чувством выполненного долга уснул. Все перипетии этого длинного дня несколько утомили его, а завтрашний день обещал быть не легче.
Проснувшись, как обычно, с первыми лучами солнца, Генри быстро собрал вещи и, перекусив в кафе по соседству, пешком направился к знакомому зданию бизнес-центра.
Шагая по уже знакомым улицам города, Генри окончательно решил отказаться от предложения Сталка и немедленно покинуть планету. Благо, проблема билетов перед ним не вставала.
Дойдя до здания центра, Генри на секунду остановился и, вздохнув, решительно шагнул в холл. В ту же минуту перед ним, словно из-под земли, вырос охранник.
Генри молча достал полученную от самого Сталка карточку. Охранник вставил её в прорезь терминала и, разглядев, что на ней написано, неожиданно усмехнулся.
– Ты где её украл, оборванец? – спросил он, убирая карточку во внутренний карман.
– Ты давно здесь работаешь? – спокойно спросил Генри, чувствуя, что начинает свирепеть.
– Не твоё дело, – послышался грубый ответ, – я спросил, где ты украл карточку Сталка.
– Похоже, ты так и не понял, с кем имеешь дело, урод, – ответил экс-капитан тоном, которым можно было резать стекло.
В следующую секунду он ухватил охранника левой рукой за отворот пиджака, а правой нанёс ему такой удар, что парень моментально перешёл в состояние лёгкой прострации.
Не желая терять время на долгие поиски, Генри просто оторвал полу пиджака вместе с карманом и, стремительно подскочив к лифту, хлопнул ладонью по кнопке вызова.
Из соседних помещений уже выбегали трое напарников пострадавшего хама. Охранники кинулись к Генри, на ходу доставая дубинки, но техника оказалась быстрее отвыкших от физических нагрузок сторожей.
Двери лифта распахнулись, и капитан, шагнув в кабинку, нажал кнопку седьмого этажа. Именно там произошла их первая встреча со Сталком. Охранники успели только к закрытой двери.
Презрительно усмехнувшись, Генри поправил ранец, переведя лямки в боевое положение, из которого он мог моментально его сбросить, и приготовился к дальнейшим событиям.
Двери лифта распахнулись, и Генри одним прыжком выскочил в коридор, сбив с ног ждавших его охранников. Отлетев от толчка в сторону, один из парней разнёс вдребезги журнальный столик, стоявший у противоположной стены.
Второй, с трудом удержавшись на ногах, попытался достать его дубиной, на что Генри ответил стремительным ударом ноги, сработав на опережение. В итоге дубина и её владелец разлетелись в разные стороны.
Прекрасно помня, в какой стороне находятся офисы, принадлежащие Сталку, Генри развернулся и, в два прыжка добравшись до нужной двери, вышиб её плечом. Он не хотел калечить и уж тем более убивать охранников, но они не отставали.
Вломившись в офис следом за Генри, они, не рассуждая и не задавая вопросов, бросились в драку. Окончательно разозлившись, Генри быстро сбросил с плеч ранец и метнул его в ноги нападавшим.
Тяжёлый ящик из сталепласта с силой ударил двоих охранников по ногам, свалив их на пол. Бежавшие следом не успели отреагировать, и на полу образовалась свалка.
Подскочив к куче вяло шевелящихся тел, Генри несколькими ударами привёл их в бессознательное состояние и, несколько секунд полюбовавшись делом своих рук, отправился искать Сталка.
Старик нашёлся в одном из дальних офисов. Раскатывая по кабинету, он яростно спорил со своей внучкой. Увидев Генри, старик замолчал и попытался изобразить улыбку, но капитан не дал ему заговорить. Бросив на колени старику оторванный кусок пиджака, Генри отставил ранец и сказал:
– В кармане ваша карточка. Я вынужден отказаться от вашего предложения и сейчас же улетаю.
Удивлённо посмотрев на кусок материи, Джесси снова попытался заговорить, но ему опять помешали. Дверь с треском распахнулась, и в кабинет ввалились охранники.
– Вот он! Хватай! Не двигаться! – раздались истошные вопли.
Чуть усмехнувшись, Генри качнул головой и со словами: «Вы ребята хорошего обращения не понимаете», – выхватил штурмовой пистолет.
Наличие подобного оружия в руках нарушителя порядка повергло охранников в ступор. Бестолково вертя в руках дубинки, доблестные сторожа принялись сжиматься в размерах и застенчиво прятаться друг за друга.
– Кто-нибудь объяснит мне, что здесь происходит? – стукнул сухим кулачком по подлокотнику кресла Джесси.
– Вы сказали, что, предъявив вашу карточку, я буду направлен прямо к вам, а вместо этого меня обвиняют в воровстве и пытаются избить, – мрачно ответил Генри. – Не думаю, что после такого обмана я захочу иметь с вами дело.
– Что за ерунда? Кто вас обвинял? – растерянно спросил старик.
– Ищите остатки пиджака, не ошибётесь, – ответил Генри, собираясь уйти.
– Подождите, Генри, – поспешно ответил старик, – это какое-то недоразумение. Я сейчас разберусь.
– Разбирайтесь, – пожал плечами Генри, – но без моего участия. Мне это всё неинтересно.
– Немедленно приведите сюда владельца этого пиджака или уволю всех! – яростно рявкнул старик охранникам, и в ответ послышался топот десятка ног.
Развернувшись к Генри, старик удивлённо развёл руками.
– Ничего не понимаю. Все мои охранники в курсе, что человек с такой карточкой должен быть без промедления направлен ко мне.
– Во всяком случае, мне был задан вопрос, где я её украл, – ответил Генри, опускаясь в стоящее у стола кресло. – Ничего не скажешь, начало дня весёлое. Посмотрим, что будет дальше.
– Похоже, у вас и ночь выдалась весёлая, – вступила в разговор Натали.
– Ничего особенного, – пожал плечами Генри.
– Ну да. Уничтожить банду рэкетиров и банду ночных цирюльников – это так, мелочи. Вы же герой, – неожиданно зло произнесла девушка.
– А при чём тут героизм? – удивился Генри. – Это же просто бандиты.
– Ага, а вы великий супермен, спаситель галактики, – съехидничала она.
– Послушайте, Натали. Что я вам сделал? С чего вы так на меня взъелись?
– Болван меднолобый, да я вас просто ненавижу! – неожиданно завопила девушка, выскакивая из кабинета.
– Ничего не понимаю, но видит бог, я не пытался её обидеть, – развёл руками Генри.
Старик открыл было рот, чтобы что-то ответить, но его снова прервали. В кабинет ввалились начальник охраны и двое дежурных.
– Мистер Сталк, мы не нашли парня, который встретил вашего посетителя. Внутренние камеры слежения показали, что это был кто-то посторонний.
– Как это понимать? – удивился старик. – Что это значит?
– А это значит, что кто-то знал, что я сегодня буду здесь, и попытался мне помешать встретиться с вами. Кроме нас троих, в лимузине был только охранник, которого я приложил. В любом случае оставаться здесь опасно. И вам и мне, – ответил Генри за начальника охраны.
Словно в ответ на его слова, из соседней комнаты послышался звон разбитого стекла и истошный крик Натали. В следующую секунду Генри уже вышиб дверь и кубарем влетел в комнату. По пятам за ним мчался начальник охраны.
Картина, открывшаяся глазам ворвавшихся, могла вселить ужас. За разбитым окном кабинета завис лёгкий глидер, из распахнутой дверцы которого высовывался ствол лучевого ружья. По полу кабинета, визжа и рыча, как стая разъяренных кошек, каталась куча народу. Извернувшись на пятой точке, Генри с ходу выстрелил в глидер. Что-то хлопнуло, задымилось, и лёгкая машина стремительно рухнула вниз.
Вскочив на ноги, Генри метнулся к мешанине тел и, перехватив руку со стилетом, одним движением сломал её. В ответ раздался вопль боли, и куча распалась на три отдельных составляющих.
Второй нападавший сунул руку под куртку, но Генри оказался быстрее. Недолго думая, он пнул стоявшего на коленях бандита в голову. Охнув, тот мешком повалился на ковёр и, дёрнувшись, затих.
Однорукий попытался было проскочить к окну, но был моментально скручен начальником охраны. Раздался очередной хруст, и однорукий превратился в безрукого.
Отскочившая в сторону Натали замерла у стены в воинственной позе, не обращая внимания на разорванную почти до пояса юбку.
– С вами всё в порядке? – спросил Генри, за что получил возмущённый взгляд и презрительное фырканье. – Значит, в порядке, – констатировал он, разворачиваясь к пленнику.
Задержанного уже поставили на ноги и приводили в чувство, хлопая по щекам. Застонав, тот попытался пошевелиться и снова вскрикнул. Несмотря на переломы, ему надели наручники.
– Ну и как это всё понимать? – устало спросил Генри, подойдя к пленнику.
– Тебя это не касается. Ты здесь вообще лишний, – простонал тот.
– А кого касается? – задал Генри следующий вопрос.
– Только этой семейки.
– Продолжай, – подбодрил Генри пленника.
– Ничего больше не скажу, – неожиданно решил проявить характер пленник.
– Глупо, – мрачно отозвался Генри, – очень глупо. Дело в том, что своими выходками вы испортили мне настроение.
А когда мне портят настроение, я становлюсь очень опасным, особенно с утра. Сейчас они все выйдут, и я начну отрабатывать на тебе приёмы, которым меня учили на службе. Ты ведь знаешь, кто я такой?
Побледнев, пленник судорожно кивнул.
– Хорошо, – кивнул Генри, – значит, ты хорошо понимаешь, что после нашего спарринга ты будешь не просто телом, а куском парного мяса с бойни. Ты этого хочешь?
Уже белый до синевы пленник отчаянно замотал головой.
– Тогда начинай говорить. И учти, я не люблю долго ждать. У тебя ровно три секунды. Раз, два…
– Хорошо! – вздрогнув, заговорил бандит. – Чёрт, я ведь с самого начала говорил, что это плохо кончится. Мы должны были захватить её и живой доставить на космодром. Там её должны были вывезти с планеты. Это всё, что я знаю.
– Кто заказчик? – спросил Генри, не отрывая от пленника тяжёлого взгляда.
– Не знаю. Два мужика и какая-то баба. Они договаривались с паханом.
– Косишь под местного бандита? – усмехнулся Генри. – Напрасно. Ты говоришь по-другому. У местных прослушивается лёгкий акцент. Эдакое местное арго, а у тебя его нет. Да и не похож ты на простого бандюка. Интеллект на роже написан. Мозги, их спрятать сложно. Будем и дальше дурака валять или начнёшь всерьёз колоться?
– Гад! Как же ты не вовремя появился, – зло оскалился пленник.
– Ну это всё лирика. Неинтересно. Кажется, ты решил со мной в молчанку поиграть?
– Нет. Знаю, что бесполезно. Только одного не пойму, как ты умудрился от взрыва уйти?
Услышав последнюю фразу, Генри моментально подобрался и полоснул пленника таким взглядом, что тот поспешил отшатнуться в сторону. Внимательно слушавший их диалог Джесси подкатил поближе и настороженно уставился на Генри.
– Вот значит как? – прошипел Генри. – Значит, ты из этой компании?
– Мистер Сталк, я расскажу вам всё, только уберите от меня этого монстра подальше! – неожиданно взвыл пленник, пытаясь отойти в сторону.
– Придурок. Когда это было, чтобы я выпустил из рук информатора? Скорее они отсюда уйдут, когда я начну с тобой работать, – улыбнулся Генри, и от этой улыбки все находившиеся в кабинете шарахнулись в стороны.
– Нет! Не надо! Я работаю на корпорацию Макартур, и мне было приказано похитить девчонку, чтобы задержать старика на планете. Он не должен знать, откуда доставлены камни. Корпорация готовит документы на разработку этой планеты.
– А Макартур принадлежит жене одного из советников лиги. И я даже знаю, кому именно, – кивнул Генри.
– Верно. Знаешь, – отозвался пленник, – ты уже однажды сломал ей все планы, а теперь снова оказался на её пути, да ещё связавшись с одним из главных её конкурентов. Такое она не прощает.
– Господи, как же вы мне все надоели! – вздохнул Генри, отходя в сторону.
– Уведите его, – приказал Джесси, и пленника уволокли.
Задумчиво посмотрев на Генри, старик медленно прокатился по кабинету из стороны в сторону и, резко остановившись, спросил:
– Вы всё ещё хотите уехать?
– Именно поэтому я и хочу найти какой-нибудь богом забытый уголок и осесть там. С такими деньгами, а самое главное, властью, мне не тягаться. Я могу уничтожить их физически, но это означает пожизненное заключение на Геенне. Я этого не хочу.
– Всё верно. Но теперь мы можем помочь друг другу. Вы принимаете моё предложение, и я вступаю в игру. Мы с этой стервой в равных весовых категориях. Я хоть и не член совета лиги, но среди моих друзей их большая часть от всего совета.
– Тогда я вам тем более не нужен, – безразлично пожал плечами Генри.
– В том-то и дело, что нужны.
– Дедушка! – неожиданно сказала Натали. – Зачем ты его уговариваешь? Он же не хочет этой работы.
– Вы не правы, Натали. Я готов был взяться за неё, но вы с такой яростью отстаивали свою свободу, что я решил не наживать себе ещё одного врага из сильных мира сего, – усмехнулся в ответ Генри.
Смутившись, Натали замолчала и, отступив в сторону, задумалась. В кабинете наступила гнетущая тишина. В очередной раз вздохнув, Генри поднялся и направился к двери.
– Капитан, постойте, – неожиданно окликнула его девушка. Остановившись, Генри обернулся и вопросительно посмотрел на неё.
– Дедушка прав. Вы действительно нужны нам. Сегодня я это поняла. Наша охрана слишком медленно соображает и ещё медленнее действует. Обещаю, я не буду спорить с вами и делать всё наоборот, если вы не будете вмешиваться в мои поездки и встречи. Помогите нам. Пожалуйста.
– Попробую, – усмехнулся Генри, протягивая ей руку.
Мило улыбнувшись, Натали попыталась пожать протянутую руку. Попыталась, потому что её крошечная ладошка утонула в широкой лапе Генри. Осторожно сжав тонкие пальцы, капитан внезапно ощутил, что, несмотря на размеры, эта ручка оказалась неожиданно сильной.
В этот момент Генри вдруг понял, что по-настоящему, видит её впервые. Среднего роста, спортивная, подтянутая, с короткой, мальчишеской стрижкой, открывавшей тонкую, гибкую шею.
Гордый разворот плеч, уверенная осанка, тонкая талия и неожиданно широкие бёдра, словно созданные для материнства. Сильные ноги, небольшая грудь, прямой нос, красиво очерченные губы и огромные, в пол-лица, серые глаза, оттенённые пушистыми ресницами.
Глубоко вздохнув, Генри с трудом вынырнул из этих клубов ночного тумана и, чуть тряхнув головой, повернулся к старику. В этой девушке чувствовалась порода.
Весело рассмеявшись, Джесси радостно потёр руки и, лихо крутнувшись на своей каталке по кабинету, сказал:
– Отлично! Вот теперь я могу полностью посвятить себя драке.
– Вам так нравится драться? – удивился Генри.
– Не очень. Но я не привык спускать подобные оскорбления. Согласитесь, что попытка похитить мою внучку – это оскорбление.
– Согласен, – усмехнулся в ответ Генри и, взяв со стола блокнот и ручку, начал что-то быстро писать. Вырвав исписанный листок, он протянул его старику.
– Думаю, при оформлении заявки на разработку планеты вам это очень пригодится.
– Данные расположения планеты?! Проклятие, Генри, я и мечтать не смел, что вы расскажете мне об этом, – воскликнул старик, заглянув в листок. – Я сделаю даже больше, чем обещал. Вы станете акционером новой фирмы. Но всё, что я обещал, остаётся в силе.
– Надеюсь. Очень не хочется разочаровываться, – произнёс Генри с кривой ухмылкой.
– Не сомневайтесь, – очень серьёзно ответил старик, – а теперь самое главное. Я уверен, что вы легко можете справиться не только с оружием, но и с любым транспортным средством.
Генри молча кивнул, не понимая, к чему он клонит.
– Прямо отсюда вы отправляетесь на космодром. Моя яхта уже готова к отлёту. Капитан, я прошу вас проверить все данные, которые будут введены в бортовой компьютер, и если вас хоть что-то насторожит, выбросьте за борт весь экипаж. Вы должны исключить любую, самую призрачную возможность нападения. Применяйте оружие, не задумываясь. Всю ответственность я беру на себя. Защитите её, Генри. У меня больше никого не осталось, – тихо произнёс старик, глядя на Генри с болью и надеждой.
– Я сделаю всё, что в моих силах, – коротко ответил Генри и, повернувшись к девушке, сделал жест рукой, предлагая ей следовать вперёд.
Спустившись на парковку, Натали подошла к маленькому спортивному глидеру.
– Вы умеете управлять этой игрушкой? – спросил Генри, быстро осматривая парковку.
– Я выиграла планетарные гонки, – гордо ответила Натали, протягивая ему ключ.
– Тогда вы и поведёте, – коротко ответил Генри.
– А что будете делать вы? – не удержалась она от вопроса.
– Смотреть вокруг и в случае необходимости стрелять. Да и город вы лучше знаете, – ответил Генри, закидывая вещи на сиденье и усаживаясь в машину.
– Логично, – ответила Натали, усаживаясь за штурвал и запуская двигатель.
– Натали, давайте договоримся, – сказал Генри, дав девушке вывести машину на улицу, – я не вмешиваюсь в ваши дела, а вы не спорите со мной и не задаёте лишних вопросов. Если я сказал «падай», сначала упадите, а уж потом спрашивайте зачем. У меня просто может не оказаться времени на долгие объяснения.
– По-моему, вы требуете слишком многого, – надулась девушка.
– Вы хотите жить? – прямо спросил Генри.
– Конечно, – растерянно ответила она.
– Тогда вам лучше делать так, как я говорю. Я не стал огорчать вашего деда и говорить, что, даже заполучив меня, он не может быть спокоен за вашу жизнь. И что, даже заперев вас в бетонном бункере, он всё равно рискует. Тем более что, как я уже говорил, я солдат, а не телохранитель. Так что давайте вместе попробуем сохранить вам жизнь.
– Вы специально меня запугиваете? – попыталась возмутиться девушка.
– И не собирался, – мрачно ответил Генри, – я действительно считаю вас трезво мыслящим и умным человеком. Потому и говорю всё это. Поймите наконец, если кого-то хотят убить, его всё равно убивают. Невозможно предусмотреть всё. В данном случае нам несколько легче. Вас хотят похитить и тем самым влиять на вашего деда. Но давно уже известно, что практически любое похищение заканчивается смертью жертвы. Живые свидетели похитителям не нужны.
– Я знаю, – мрачно ответила девушка, немного подумав, – просто я не готова вот так, сразу, начать подчиняться человеку, которого вижу впервые в жизни. И потом, вы меня здорово обидели.
– Я, вас?! Когда?! – откровенно удивился Генри.
– Вчера. Когда сказали, что я брезгую вами.
– Ах вот вы о чём! Признаюсь откровенно. У меня действительно возникло такое ощущение, что вы испытываете что-то вроде брезгливой жалости, видя мои шрамы.
– Что угодно, но только не это! – горячо запротестовала Натали. – Я смотрела на вас и думала, через что же вам пришлось пройти и в каких мясорубках побывать, если вас так разукрасили. А ещё я думала, как это больно, – добавила она, чуть покраснев.
– Если это правда, то я готов принести свои извинения, – вздохнул Генри.
– Не стоит. Мне и вправду не стоило так на вас пялиться.
– Ладно. Тогда давайте забудем это недоразумение и постараемся подружиться, – предложил Генри.
– Только подружиться?! – лукаво улыбнулась Натали, сверкнув милыми ямочками на щеках.
– Для начала, – ответил Генри, лихорадочно соображая, как побыстрее свернуть со скользкой темы.
– Это обнадёживает, – продолжала упрямо гнуть свою линию девушка.
– Послушайте, – не выдержал наконец Генри, – ведь вы действительно красивы, богаты. Вы имеете всё, что только может пожелать девушка в вашем возрасте. Так зачем вам я? Мы же вместе смотримся, как герои сказки – красавица и чудовище.
– А мне всё равно, – тихо ответила Натали после долгого молчания. – У меня и вправду много поклонников. Но все они хотят одного – добраться до моего наследства. Что сложного – вскружить голову молоденькой девчонке? Но мне нужно другое.
– И что же это? – не удержался Генри.
– Надёжность. Мне нужен человек, с которым бы мне было спокойно, как с отцом, в детстве.
– Простите, Натали, но вам разве никто не говорил, что это попахивает комплексом Электры? – осторожно спросил Генри.
– Вы просто ничего про меня не знаете, – покачала головой девушка.
Тем временем они добрались до стоянки частных летательных аппаратов. Охрана космодрома, отлично зная все глидеры своих клиентов, пропустила их без единого вопроса.
Покрутившись по переходам и стоянкам, Натали лихо подкатила к небольшой, но роскошной яхте. Объехав её с кормы, Натали загнала глидер в грузовой отсек и, выскочив из машины, зашагала навстречу высокому, импозантному мужчине в костюме командира корабля.
Выйдя из машины, Генри достал вещи и, быстро осмотревшись, двинулся следом за ней.
– Познакомьтесь, Симс, это мой личный телохранитель и человек, которому будут подчиняться все, когда я рядом. Генри.
– Меня предупредили о ваших особых полномочиях, – ответил пилот, и руки мужчин сошлись в рукопожатии.
– Надеюсь, вы не имеете ничего против. Тем более что это ненадолго, – ответил Генри, напрягая руку.
Прошло несколько секунд, и улыбка начала медленно сползать с загорелого лица пилота. Генри усилил нажим, и ладонь капитана яхты явственно захрустела.
– Ничего, – сделав над собой усилие, ответил пилот, понимая, что ещё немного, и Генри просто оторвёт ему руку.
– Я рад, – ответил экс-капитан, расслабляя ладонь.
– Ну, парни, если вы закончили меряться членами, то нам пора взлетать, – ангельским голоском пропела Натали и, развернувшись, направилась в салон яхты.
Чуть усмехнувшись, Генри направился следом за ней. Угрюмо посмотрев ему вслед, капитан встряхнул пострадавшей рукой и начал отдавать команды, готовя яхту к вылету.
Пройдя по коридору к середине яхты, Натали небрежно толкнула одну из дверей и, отступив в сторону, сказала:
– Это ваша каюта, Генри. Я буду в соседней. Располагайтесь и приходите в салон. Это дальше по коридору. Думаю, после взлёта мы наконец сможем спокойно выпить кофе и поговорить.
– Мы обязательно поговорим, – пообещал Генри, – как только мы ляжем на курс и я проверю бортовой компьютер.
– Надеюсь, вы не собираетесь допрашивать его с пистолетом в руках? – не замедлила поддеть его Натали.
– Ну что вы, – не остался в долгу Генри, – я просто пощекочу его отвёрткой.
Звонко расхохотавшись, Натали скрылась в своей каюте. Войдя в отведённые ему апартаменты, назвать эту каюту по-другому было сложно, Генри уложил вещи в прикрученный к палубе рундук и прошёл в туалет.
Умывшись холодной водой, он несколько минут смотрел на своё отражение в зеркале и вслух спросил:
– Ну что, капитан, не мог не влезть в очередную авантюру? И чем всё это закончится? Вот и я не знаю, – вздохнул он и вернулся в каюту.
Несмотря на небольшие размеры, яхта действительно была роскошной. Кожа, дерево, позолота, зеркала, всё это радовало глаз, но при этом не выглядело вульгарно или кричаще. Скорее это была дань необходимости. Соблюдение правил игры, принятых в подобных кругах.
Но сейчас Генри больше интересовала не начинка для гостей, а технические параметры этой игрушки. Выйдя в коридор, Генри быстро сориентировался и направился в машинное отделение.
Похоже, капитан, несмотря на свой снобизм, был человеком грамотным и поддерживал на яхте почти армейский порядок и чистоту. В машинном отделении двое молодых механиков проводили последние приготовления, понукаемые старым, седым крепышом, яростно размахивавшим масляной тряпкой.
Услышав шаги, крепыш оглянулся и, увидев Генри, недолго думая, послал его так, что капитан даже заслушался. Дед, так на флоте называли главного механика, был, безусловно, прав. Посторонним не место в машинном отделении. Но в этот раз всё было иначе.
Не задумываясь, Генри ответил крепышу такой тирадой, что тот открыл от удивления рот и восхищённо уставился на пришедшего. Установив необходимый контакт, Генри в двух словах описал деду возникшую ситуацию, и тот, неопределённо пожав плечами, махнул рукой.
– Ну смотри, раз такое дело.
Молча кивнув, Генри нырнул в узкий проход между генераторами и, внимательно осматриваясь, принялся вслух проговаривать всё, что видел.
Яхта оказалась не просто дорогой игрушкой. Её снабдили самыми мощными при таких размерах двигателями, генераторами и системой регенерации.
Услышав, что Генри безошибочно определяет марку частей и механизмов, дед одобрительно крякнул и принялся лично показывать ему своё хозяйство. Это была высшая похвала. Двое механиков следили за ними, раскрыв от удивления рты.
Быстро закончив осмотр, Генри крепко пожал руки механикам и направился в рубку. Стюард, заметивший его в коридоре, презрительно скривился, но отступил в сторону, уступая дорогу.
До рубки Генри дойти не успел. Раздался сигнал, и капитан объявил минутную готовность к взлёту. Войдя в свою каюту, Генри улёгся в разгрузочный гамак и, застегнув страховочную сетку, приготовился к взлёту.
Яхта слегка завибрировала. Двигатели сменили звук, перейдя с воя на рёв, еле слышный благодаря суперсовременной системе изоляции. Вибрация усилилась. Компьютер уравнял давление, и Генри почувствовал момент старта.
Капитан действительно был виртуозом, подняв яхту с ускорением в два Же. Привыкший к огромному давлению в боевых кораблях Генри по достоинству оценил мастерство пилота.
Через десять минут капитан объявил по громкой связи об окончании взлёта и возможности покинуть каюты. Спрыгнув с гамака, Генри отправился прямиком в рубку.
Сидевшие в пилотских креслах капитан, второй пилот и навигатор мрачно уставились на вошедшего телохранителя. Понимая, что должен что-то сделать, чтобы разрядить обстановку, Генри вздохнул и заговорил:
– Отличный взлёт, капитан. А теперь, господа, я должен исполнить самую неприятную часть своего задания. Ничего личного, парни, это приказ.
Вопросительно посмотрев на капитана, пилоты дождались его молчаливого кивка и покинули рубку. Усевшись за консоль навигатора, Генри быстро замолотил пальцами по клавишам компьютера, выводя на монитор все имеющиеся данные.
Но стоило ему добраться до личных файлов экипажа, как в рубке раздалось мелодичное женское сопрано. Голос, мечта юных онанистов, с лёгкой хрипотцой и игривыми нотками произнёс:
– Джек, что это за нахал решил влезть в наши с тобой отношения?
С трудом удержав разбиравший его смех, Генри откинулся в кресле и, мельком взглянув на капитана, задумался, как быть. ИРы, компьютеры с искусственным разумом, ещё не нашли широкого применения во флоте. Им доверяли общие действия и начальный расчет траектории полёта, но всё остальное делали люди. Не придумав ничего толкового, Генри решил действовать по обстановке.
– Прости, милая, но, к сожалению, у меня приказ проверить бортовой компьютер, – ответил Генри, еле сдерживая смех.
– И кто же такое приказал? – возмущённо произнёс ИР.
– Тот, кому принадлежит яхта, солнышко. Поверь, мне и самому не нравится вторгаться в чужие секреты, но работа есть работа.
– Интересно, что такого должно было произойти, чтобы Сталк отдал такой приказ? – не унимался ИР.
– Сегодня утром его внучку пытались похитить, – ответил Генри, плюнув на хитрости и дипломатию. – Пойми, детка, мы с трудом отбились от нападавших, и старик потребовал, чтобы я лично проверил всё. Так что, если ты начнёшь упрямиться, мне придётся взять армейский сканер. А ты ведь знаешь, как это неприятно? Я не хочу ссориться, но это приказ, милая.
– А он душка, Джек. Другой бы сразу за сканер взялся. Ладно, не мозоль пальцы, сейчас выведу всё на монитор, – вздохнул ИР.
– Спасибо, милая. Ты просто лапа, – ответил Генри, незаметно переводя дух.
Капитан, внимательно слушавший их диалог, чуть заметно скривился, но промолчал, понимая, что в данной ситуации Генри действительно выполняет приказ.
Быстро пробежав глазами ровные столбцы данных, Генри облегчённо вздохнул и, проверив объём информации, сверился с общими цифрами. Всё совпадало.
Облегчённо вздохнув, Генри поднялся и, поблагодарив капитана, вышел из рубки. Второй пилот и навигатор, топтавшиеся в коридоре, тут же вернулись на свои места. Следом за Генри из рубки вышел капитан. – Скажите, Генри, – остановил он экс-капитана, – это правда, про нападение?
– К сожалению, да. И кстати, можете передать своим парням, что я не стану никому говорить про те несколько файлов, которых в компьютере быть не должно, – улыбнулся Генри.
Сообразив, о каких файлах идёт речь, капитан смутился и, благодарно кивнув, хотел вернуться обратно, но тут Генри в голову пришла оригинальная мысль.
– Капитан, вы хорошо знаете своих людей?
– Офицеры со мной с первого дня, их я подбирал сам. Матросы тоже давно, вот только стюарды набраны год назад. Но их набирал не я.
– А кто?
– Прислали из фирмы по подбору кадров. Этим вопросом занимался менеджер по кадрам. А в чём дело?
– Пока не знаю, но привык доверять интуиции, – задумчиво ответил Генри.
– Понятно, – коротко ответил капитан. – Недавно уволился?
– Пару месяцев назад.
– Значит, ещё не успел растерять навыки, – удовлетворённо произнёс капитан.
– Что вы имеете в виду? – удивился Генри.
– Видел я таких, как ты, – вздохнул в ответ капитан, – ты же бывший рейнджер, верно?
Молча кивнув, Генри быстро сопоставил все факты и усмехнулся.
– Командовал десантным кораблём? Приходилось смертников сбрасывать?
В ответ капитан молча развёл руками. Этим двоим слова были не нужны. Каждый из них успел повидать такое, что иному и на три жизни хватит.
– Чем могу помочь? – решительно спросил капитан.
– Сейчас посмотрим, – ответил Генри, решительно направляясь в рубку.
Экипаж удивлённо воззрился на вошедших. Сделав подчинённым жест, что всё в порядке, капитан вопросительно посмотрел на Генри. Кивнув, тот чуть усмехнулся в ответ и заговорил:
– Милая, ты меня слышишь?
– Конечно, дорогой. Решил познакомиться со мной поближе?
– Не думаю, что это понравится твоим друзьям, – усмехнулся Генри. – Мне нужна твоя помощь.
– Всё, что хочешь, дорогой, – ответил ИР с такой интонацией, что все присутствующие не удержались от улыбки.
– Мне нужно просканировать яхту. Ты не могла бы отключать цепи, чтобы они не создавали помех?
– Ширина луча твоего сканера? – деловым тоном отозвался ИР.
– Четыре метра.
– Не вопрос, милый. Я перейду на внешнюю связь, и ты просто будешь называть положение луча.
– Отлично! Ты и вправду прелесть, – рассмеялся Генри и стремительно рванул в свою каюту.
Капитан догнал его только в коридоре, когда Генри уже настраивал сканер на поиск посторонних предметов. Увидев в руках Генри армейский сканер, капитан растерянно покрутил головой и молча двинулся следом за ним.
Проходя помещение за помещением, Генри методично обследовал яхту на предмет мин, маяков, дымовых шашек и тому подобной ерунды. Неожиданно, в служебном коридоре, проходившем вдоль внешней обшивки, сканер высветил сигнал обнаружения.
Попросив ИР отключить весь коридор полностью, Генри определил место расположения предмета и принялся вскрывать внутреннюю обшивку. Капитана, главного механика и двух матросов он заставил отойти в сторону, подозревая, что там может оказаться мина.
Открутив пластиковую панель, Генри облегчённо перевёл дух. Это был радиомаяк, выдававший в космос сигнал о местонахождении яхты. Осторожно достав его из ниши, Генри переключил сканер на полицейский режим.
Сняв отпечатки пальцев и остаточные следы ДНК с пото-жировых следов, Генри зафиксировал все заводские данные маяка и, повернувшись к капитану, сказал:
– Похоже, интуиция меня не подвела. Придётся снять отпечатки у всего экипажа.
Кивнув, капитан молча положил ладонь на сканер. Как Генри и ожидал, никто из экипажа, подобранного капитаном, к маяку не прикасался. Когда очередь дошла до стюардов, тот, который встретил Генри презрительной ухмылкой, неожиданно попытался начать возражать, но матросы моментально пресекли все попытки к сопротивлению, скрутив предателя. В том, что это именно он принёс маяк на яхту, уже никто не сомневался. Проведённый сравнительный тест подтвердил это со стопроцентной точностью.
– Что будем с ним делать? – мрачно спросил капитан.
– А что тут раздумывать? – пожал плечами Генри. – У меня есть конкретный приказ на данный случай, я намерен его выполнить.
Засунув маяк за пазуху предателю, Генри приказал вести его к шлюзу. Подойдя к шлюзовой камере, он, недолго думая, открыл люк и, швырнув туда предателя, хлопнул по кнопке включения.
Стальная дверь с шипением закрылась, и компьютер, уравняв давление, открыл внешний люк. Центробежная сила искусственной гравитации выбросила парня в открытый космос.
– Круто, – удивлённо проворчал один из матросов, растерянно посмотрев на суровое лицо телохранителя.
– Другого выхода нет, – мрачно ответил Генри. – Маяк выдавал нас с головой. Карцера или какого-то подобного помещения здесь нет, а оставлять его свободным, просто глупость. Из-за этого предателя нас могли найти и атаковать. Думаю, после этого мы все были бы там. Свидетели им совсем не нужны.
– Вы всерьёз считаете, что нас собирались атаковать? – насторожился капитан.
– Вполне. Иначе зачем им маяк?
– Думаете, они станут нас преследовать?
– Скорее всего. Точного маршрута следования не было даже у вас. Хотя я бы сделал по-другому.
– Как?
– Оставил бы на орбите корабль с включенным приёмником. Как только взлетел корабль с маяком, тянись за ним.
– Мы покинули орбиту два часа назад, и сканирование не показало ни одного корабля рядом, – ответил капитан, напряжённо размышляя над создавшейся ситуацией.
– Можно просто дрейфовать в открытом пространстве и ждать сигнала, – ответил Генри, задумчиво вертя в руках сканер.
– Что вы предлагаете? – не унимался капитан.
– Удирать. Прикажите рассчитать максимально возможный расход топлива и переведите двигатели на три четверти от максимально возможной скорости. Оставим запас для непредвиденных ситуаций. Оружия-то у нас всё равно нет.
Расстроенно кивнув, капитан ушёл в рубку. Экипаж разошёлся по местам, а Генри отправился в кают-компанию, где и нашёл Натали, рассерженно бродившую из угла в угол.
– Послушайте, где вас носит? Я тут чуть с ума от скуки не сошла, – возмущённо накинулась на него девушка.
– Выполнял приказ вашего деда.
– Какой именно?
– Искал предателя.
– И как, нашли?
– Нашёл.
– И кто же это? Надеюсь, не капитан? – ехидно поинтересовалась Натали.
– Нет. Не он. Это один из ваших стюардов.
– Откуда вы знаете? – растерялась девушка.
– У меня есть армейский сканер. Очень удобная штука. Благодаря ему я обнаружил на яхте радиомаяк и, сняв с него отпечатки, нашёл того, кто его принёс.
– И где же он? – испуганно спросила Натали.
– Как ваш дед и приказал, за бортом, – коротко ответил Генри.
– Вы это серьёзно? – опешила она.
– Я всегда серьёзен, когда дело касается службы. Можете расспросить экипаж. Тому есть полдюжины свидетелей.
– Вы сумасшедший, – покачала головой Натали.
– Я на службе, – коротко ответил Генри.
– Но даже ваша служба не даёт вам право брать на себя роль судьи.
– А я и не пытался играть в судью. Ваша яхта не предназначена для содержания арестованных. Оставлять его на борту означало подвергнуть опасности весь корабль. Мои действия продиктованы необходимостью. Жизнь полутора десятков людей против жизни одного, – ответил Генри устало, садясь в кресло.
– Но почему вы решили, что не можете просто запереть его в каюте? – не унималась девушка.
– Я повторюсь. Ваша яхта не предназначена для перевозки арестованных. Все замки на дверях – профанация. Кроме того, я не знаю, какие инструкции он получил на подобный случай и что он мог придумать, попав в ловушку. Загнанная в угол крыса может быть смертельно опасной. А так нет человека, и нет проблемы.
– Но вы же его даже не допросили.
– В этом нет необходимости. Я всё равно не могу проверить его показания.
– Но, но…
– Хватит, – резко оборвал её Генри. – Хватит, Натали. Я не учу вас, как действовать в бизнесе, так не надо учить меня, как мне делать мою работу.
– Знаете, теперь я понимаю, почему вас называют головорезами, – резко ответила девушка.
Молча поднявшись, Генри вышел из кают-компании. Ему был неприятен этот разговор, но и скрывать правду он не видел необходимости. Генри ни секунды не сомневался в правильности своего решения. Сомневаться и колебаться его давно уже отучили. Напротив, он привык доверять своим порывам. Слишком часто они спасали ему жизнь.
Обидно было другое. Она не захотела понять его, поддавшись глупым правилам либерализма. Прощать своих врагов можно тогда, когда уверен в их бессилии. Оставлять же за спиной живого врага – верх глупости.
Это был один из основных постулатов спецназа, и Генри ни разу не изменил ему, понимая, что в условиях войны либеральничать с врагом не просто глупо, а преступно.
Машинально прислушавшись к работе двигателей, Генри понял, что яхта значительно увеличила ход. Упав на койку, экс-капитан заложил руки за голову и принялся прокручивать в уме возможные варианты развития событий.
Где их могли ждать? Какого класса корабль был отправлен на охоту за яхтой? Был ли он один? Все эти вопросы не давали Генри покоя. Как бы то ни было, теперь им оставалось только ждать. В случае, если преследователи догонят эту роскошную игрушку и пойдут на абордаж, им остаётся только взорвать яхту, прихватив с собой всех нападавших в страну вечной охоты.
Связавшись с капитаном яхты по внутренней связи, Генри попросил его настроить внешние датчики на широкий поиск, чтобы получить предупреждение о любом летающем объекте, который появится в зоне обнаружения.
Остатки дня и ночь прошли спокойно. Яхта неслась к установленной точке кратчайшим путём, нарушая все правила и регламенты полётов. Все офицеры экипажа несли вахту на мостике, сменяя друг друга каждые четыре часа.
Проснувшись, Генри первым делом отправился умываться. Окончательно сбросив сонную одурь, он натянул тренировочные штаны и направился в спортзал как был, босиком и голым по пояс.
Проделав комплекс упражнений на разогрев, Генри выбрал свободный от тренажеров пятачок и начал бой с тенью. Увлёкшись, он устроил в зале такое показательное выступление, что Натали, вошедшая для утренней зарядки, замерла у дверей, восторженно наблюдая за ним.
Заметив застывшую у дверей с раскрытым ртом девушку, Генри остановился и, сухо поздоровавшись, собрался было уйти, но Натали остановила его, попросив провести с ней спарринг.
– Здесь слишком мало места, – проворчал Генри, не желая больше переступать границу отношений телохранителя и охраняемого.
Но Натали продолжала настаивать. Наконец ему это надоело, и, отступив в сторону, он сделал приглашающий жест рукой. Сверкнув радостной улыбкой, девушка стремительно ринулась в атаку.
Она была быстрой. Очень быстрой. Но недостаточно быстрой для него. Кто-то грамотный и знающий сумел обучить её спортивной разновидности рукопашного боя. Поставить удар, вбить комплекс приёмов, но против него – этого было мало.
Легко уходя с траектории её атак, он много раз оказывался у неё за спиной, где достаточно было одного удара, чтобы оборвать её жизнь. Ограничиваясь только короткими, лёгкими подзатыльниками, он уже через три минуты довёл её до белого каления, заставляя без конца делать ошибки.
Ему уже начала надоедать эта игра. В очередной раз пропустив её удар мимо себя, Генри ловко подсёк ей ноги, заставив шлёпнуться на пятую точку. Ойкнув от неожиданности, Натали замерла, растерянно уставившись на него. Её огромные серые глаза стремительно наполнились слезами, и он растерялся.
Генри умел многое. Очень многое. Но он не умел такой простой вещи, как утешать. Этому его никто никогда не учил. Растерянно присев перед ней на корточки, Генри тихо спросил:
– Я сделал вам больно?
– Нет, – срывающимся от слёз голосом ответила девушка, – мне стало очень обидно. Я была лучшая в зале. Мною занимались специально, а в спарринге я не смогла даже прикоснуться к вам. Почему?
– Вас учили спортивной борьбе, а я всю жизнь занимался боевой. В этом и вся разница, – растерянно ответил Генри, понимая, что должен сказать что-то другое. Но вот что? Этого он не знал.
– Вы научите меня? – неожиданно спросила Натали, утерев набежавшие слёзы.
– Это не так просто, как кажется, – ответил Генри.
– Почему? – тут же задала она вопрос.
– Всё дело в мышлении. Вам всю жизнь внушали, что делать людям больно нельзя. Даже сцепившись с преступником, вы должны победить его так, чтобы не нанести сильных повреждений.
Меня учили с точностью до наоборот. Любой мой контакт с противником должен быть коротким и смертельным для нападающего. Нельзя оставлять за спиной живого врага.
– Вас этому учили специально? – изумлённо спросила Натали.
– Да. Нас учат убивать. Спецназ почти никогда не берёт пленных. Только чтобы получить сведения.
– Военных армии лиги учат убивать, причинять боль специально? – повторила она так, словно не могла поверить.
– Мы же солдаты. Мы сражаемся и убиваем, – пожал плечами Генри.
– Но во всех роликах по телевидению говорят, что военные применяют только специальные средства, не приводящие к смерти противника, а только парализующие их.
– Натали, вы же взрослая женщина! Неужели вы всерьёз верите этой рекламой бредятине? – поразился Генри.
– Но ведь это передают на всю лигу.
– Ну и что? – удивился Генри. – Вам нужны доказательства? Тогда просто внимательно посмотрите на меня, – неожиданно разозлился он и выпрямился в полный рост.
Растерянно открыв глаза, Натали внимательно рассматривала его покрытый шрамами торс. Медленно поднявшись, она несмело поднесла к нему руку и осторожно, словно боясь причинить боль, коснулась шрамов.
Тонкие пальцы медленно прошлись по всем линиям, изрезавшим кожу. Генри замер, боясь разрушить то незримое, что вдруг возникло между ними. Многие женщины касались его шрамов, но ни одна из них не делала это так осторожно.
Им было интересно, им было странно и страшно, но никто из них не сочувствовал ему. Их интересовали только его рассказы о местах, где он получил такие украшения.
– Это же должно болеть, – неожиданно произнесла Натали.
– Теперь уже нет, – тихо ответил Генри. – Больно было только вначале.
– Вначале?
– Когда ранили, – пояснил он. – Потом реанимационные танки. Но там ты уже в отключке.
– Сколько же раз тебя ранили? – спросила Натали, от волнения переходя на ты.
– Много, – ответил Генри, – очень много.
– Не хочешь говорить?
– Не хочу вспоминать. В каждой из этих стычек я терял друзей.
Молча кивнув, Натали опустила руку и, медленно отступив, задумчиво прошлась по залу.
– Что с нами будет, Генри? – неожиданно спросила она.
– Я не провидец, – пожал он плечами в ответ, – пока всё идёт нормально. Но в случае атаки шансов у нас практически нет. Яхту возьмут на абордаж, тебя захватят, а всех остальных просто уничтожат. Я не хочу врать и говорить, что у нас есть шансы отбиться.
– И какой же выход?
– Лично я вижу только один. Позволить им состыковаться с яхтой и взорвать всё к чёртовой матери. Чтобы прихватить их с собой. Но это выход для таких сумасшедших, как я.
– Это выход для всех, – неожиданно ответила Натали. – Они всё равно убьют меня. Но пока я буду жива, дед вынужден будет подчиняться им, а если меня не станет, он объявит войну. И тогда им всем не поздоровится.
– С чего ты взяла, что старик начнёт войну? – растерялся Генри.
– Он сам так сказал. Из всей нашей семьи в живых остались только он и я. Всех остальных убили.
– Как это убили? Кто?
– Всё было подстроено как несчастный случай. Наш клан всегда был одним из самых могущественных. У деда было трое сыновей. Младший был убит во время ограбления. Ему не исполнилось и девятнадцати. Полиция так ничего и не выяснила.
Средний разбился на гонках глидеров. Его машина взорвалась, потеряв управление и врезавшись в скалу. Дед с самого начала заявил, что это было подстроено. Он слишком хорошо знал моего дядю и не верил, что он мог допустить какую-то оплошность.
Старший, мой отец, десять лет назад утонул вместе с мамой, катаясь на морской яхте, на том самом Оливере-три, куда мы и направляемся. С тех пор я живу с дедом. Именно поэтому я и не видела моря. Я его боюсь.
Я первый и последний ребёнок в семье, и если меня не станет, деду незачем будет контролировать расходы. Собрав все деньги, он наймёт армию наёмников и примется уничтожать всех, кто, по его мнению, имеет к моей смерти хоть какое-то отношение.
– Мне очень жаль, – ответил Генри дежурной фразой. Ничего нового ему на ум не пришло. – Но зачем ты летишь на Оливер?
– Официально – проводить аудиторскую проверку, неофициально – расследовать дело о гибели моих родителей.
– Не думаю, что у тебя что-то получится. Прошло десять лет. За это время все свидетели, даже если они были, могли всё забыть, уехать, умереть наконец. Какой в этом смысл?
– Мне в руки попала тревожная карта. На таких береговая служба отмечает место последнего выхода на связь и предположительное место происшествия. Я подняла архив и обнаружила, что место крушения яхты не соответствует течениям в тех местах. Кто-то специально указал другое место, вводя полицию в заблуждение.
– И ты надеешься заставить их снова открыть это дело?
– Если они этого не сделают, я просто уничтожу их. Дед дал мне полный карт-бланш на любые действия. А если вспомнить, что две трети всех фирм на планете принадлежат нам, то я думаю, они не просто откроют его, а ещё и поблагодарят меня, что я не привезла с собой полк морской пехоты.
– Ну толку от этих дуболомов не много. Только под ногами путаться будут, – презрительно ответил Генри.
– К сожалению, даже дед не смог выбить из совета роту вашего спецназа.
– Неудивительно, – усмехнулся Генри, – рота спецназа – это выжженная планета. В лучшем случае.
– Теперь, познакомившись с тобой, я готова в это поверить, – ответила Натали, посмотрев на Генри непонятным взглядом.
Раздавшийся неожиданно сигнал баззера заставил Генри моментально забыть обо всём на свете и сломя голову кинуться в рубку. Натали неслась следом за ним.
Влетев на мостик, Генри с разбегу запрыгнул в кресло капитана и, хлопнув ладонью по кнопке активации ИРа, спросил:
– Докладывай детка, что случилось?
Стоявший на вахте навигатор мрачно покосился на него, но, вовремя вспомнив полученные от капитана указания, промолчал.
– Не хотелось вас прерывать, милый, но у нас гости, – раздался нежный голос компьютера.
Услышав такой ответ, Натали вскинулась и полыхнула яростным взглядом, но, быстро оглядевшись, сообразила, что что-то не так.
– Можешь определить класс судна, детка? – быстро спросил Генри, выводя на монитор данные с внешних датчиков.
– Аналог торпедного катера. Судя по тепловому следу, двигатели работают почти на полную мощность.
– Попробуй определить наличие вооружения.
– Торпедные порты заварены, но в наличии имеются лазерная спарка и плазменная пушка.
– Ни хрена себе, – не удержался навигатор.
– Как давно они идут за нами?
– Судя по всему, милый, уже часа три. Что думаешь делать?
– Если за три часа они смогли добраться только до границы действия твоих датчиков и если ты не ошиблась, то у нас ещё есть шанс. Прибавь-ка ходу, милая. Давай заставим их пыль глотать.
– Выдать полную мощность? – спросил ИР, и Генри готов был поклясться, что вопрос прозвучал задумчиво.
– Не стоит сжигать двигатели. Дай треть от резерва. Оставим кое-что про запас. Просто подкинь уголька в топку, – усмехнулся Генри, переходя на сленг.
– Уболтал, шалунишка, – ответил ИР, заметно наращивая скорость.
В рубку вбежал капитан. Быстро введя его в курс дела, Генри вышел из рубки, оставив экипаж заниматься своими прямыми обязанностями. Но в коридоре его догнала Натали и, резко забежав вперёд, остановилась, уперев в бока сжатые кулачки.
– Как это понимать?
– Что именно? – не понял Генри.
– Что это за баба говорила с тобой там, в рубке?
– ИР. Искусственный Разум. Компьютер.
– А почему так фамильярно? Вы что, знакомы?
– С кем? С компьютером?
– С той бабой, чьим голосом он говорит.
– Мы незнакомы, – улыбнулся Генри. – Просто компьютер настроен на подобный диалог. Парням надоедает видеть без конца одни и те же рожи, вот они и развлекаются.
– Они могут развлекаться как им вздумается, но почему она обращается к тебе так вольно? – продолжала бушевать Натали.
– Он ко всем так обращается, – терпеливо продолжал объяснять Генри.
– Не смей с ней больше разговаривать, – топнула девушка изящной ножкой.
– Натали, а вы ничего не перепутали? Во-первых, это только компьютер, во-вторых, с кем и как мне говорить, я решу сам, и в-третьих, разговаривать со мной в подобном тоне я вам не советую. Если я согласился работать на вас, это не значит, что вы можете диктовать мне условия. Я вам не муж.
Задохнувшись от возмущения, Натали отступила в сторону и, возмущённо фыркнув, с независимым видом направилась в свою каюту. Удивлённо посмотрев ей вслед, Генри отправился в кают-компанию.
В данной ситуации им оставалось только одно. Ждать. Ждать и наблюдать за преследователем, стараясь вовремя отреагировать на его действия. Курс, выбранный капитаном, был самым коротким, но и самым опасным.
Пролегая в стороне от основных космических трасс, он мог привести к тому, что у нападавших будут развязаны руки. Появления в этих местах постороннего судна, а уж тем более – патрульного корабля, можно было не ожидать.
Единственное их спасение заключалось в скорости. Яхта, оборудованная по последнему слову техники, могла развить действительно фантастическую скорость. Догнать её мог только боевой крейсер флота, но после такой гонки двигатели можно смело списывать на помойку.
Кроме того, расход топлива при максимальных режимах превышал все мыслимые пределы. Генри в очередной раз попросил капитана проверить местонахождение преследователя. Катер заметно отстал, но упрямо продолжал двигаться следом.
Это заставило Генри задуматься. Потеряв визуальный контакт, катер не может продолжать преследование. Какой смысл нестись в неизвестность? Но если они могут определить, куда летит яхта. Если у них есть возможность определить направление полёта? Это нужно было обсудить.
Выскочив из кают-компании, Генри быстро прошёл на мостик и, вызвав капитана, поделился с ним своими мыслями. Засунув руки глубоко в карманы, капитан покачался с носка на пятку.
– Есть один способ, – задумчиво начал он, внимательно поглядев на Генри. – Если перенастроить армейский сканер на режим узконаправленного поиска остаточных частиц выхлопа, то можно найти ушедший корабль по ионному следу.
– Странно, – удивился Генри, – я впервые слышу о таком способе. И потом, как может сканер фиксировать остаточный выхлоп, находясь внутри корабля?
– Достаточно подключить его к внешним датчикам.
– Тогда нам остаётся только одно. Продолжать двигаться с прежней скоростью, надеясь на встречу с военным судном. Надеюсь, ваш ИР успел зафиксировать все данные нашего преследователя?
– Конечно, – усмехнулся капитан, – мы передадим все параметры первому же встреченному военному кораблю.
– Надеюсь, у вас не будет проблем в связи с нашим полётом?
– У меня всегда есть возможность сослаться на приказ старика, – усмехнулся в ответ капитан.
– Похоже, это у вас не первый подобный демарш?
– И даже не третий. Старик не любит долгих перелётов. И откуда только силы берутся?
– Он из категории людей, не способных жить спокойно, – улыбнулся Генри, – ему скучно без драки. Отними у него бизнес, и он умрёт.
– Это верно, – ответил капитан и, кивнув Генри, вернулся на мостик.
С усмешкой, посмотрев ему вслед, Генри принялся бродить по коридорам яхты, обдумывая полученную от капитана информацию. Добредя до машинного отделения, экс-капитан развернулся, собираясь идти обратно, но его перехватил главный механик.
Выскочив в коридор как чёрт из табакерки, дед вцепился в Генри как клещ и, не давая вставить даже слово, принялся требовать ответа, когда закончится эта гонка и что ему отвечать хозяину, если двигатели сгорят.
Речь деда состояла из смеси технической терминологии, междометий и ненормативной лексики, причём последней он владел виртуозно. Дождавшись паузы, Генри аккуратно отцепил от себя руки деда и, отступив в сторону, спросил:
– Думаете, что сможете отчитаться перед хозяином с того света? По-моему, лучше сжечь двигатели, чем стать пылью.
Не ожидавший такого ответа дед, разом умолк, недоверчиво глядя на Генри.
– Ты всерьёз считаешь, что нас могут уничтожить?
– А с чего тогда мы устроили такую гонку по всей галактике? Оружия у нас нет. Так что выход только один. Удирать. И молиться, чтобы ваши двигатели не подвели. В противном случае нам всем конец.
Подумав, дед решительно ухватил Генри за рукав и потащил за собой в машинное отделение. Подойдя к ближайшему двигателю, он быстро свинтил крышку системы ручного управления и, тыча пальцем в переплетение проводов, принялся объяснять:
– На этих движках установлены ограничители. Ещё с завода. Снять их можно. Только боюсь, после этого их снимут с гарантии. По регламенту это может сделать только представитель фирмы. В противном случае вся ответственность за вмешательство ложится на лицо, отвечающее за эксплуатацию двигателей.
– А что нам это даст? – заинтересовался Генри.
– Эти ограничители не позволяют двигателю работать на полную мощность и устанавливают определённый расход топлива. Я могу его уменьшить, одновременно увеличив мощность. Есть у меня кое-какие хитрости, но не знаю, как на это посмотрит капитан.
– А вот сейчас и узнаем, – усмехнулся Генри, вызывая капитана по внутренней связи.
Быстро пройдя в машинное отделение, капитан внимательно выслушал старшего механика и, задумчиво почесав макушку, неопределённо пожал плечами.
– Ты уверен, что твои изобретения сработают? – спросил он у деда.
– Абсолютно. Вы же знаете, капитан, я с двигателями всю жизнь вожусь. Все эти разработки новых двигателей рассчитаны на усиленное использование топлива. Есть такая договорённость между топливными компаниями и заводами.
– Откуда ты знаешь? – удивился капитан.
– Мой старший работает на заводе инженером. Так вот, каждый раз, как только они придумывают что-то, что позволяет здорово экономить топливо, разработка сразу убирается в стол.
– Хорошо, – решившись, ответил капитан, – что тебе нужно?
– Три часа времени и толковый помощник.
– Время у тебя есть, а в помощники возьмешь своих парней.
– Кеп, я же сказал, толковый, – недовольно поморщился дед. – Мои олухи могут только гайки крутить, и то только под надзором.
– Я подойду? – усмехнулся Генри.
– С тобой мы и быстрее справимся, – довольно улыбнулся дед.
Быстро переодевшись, Генри следом за механиком нырнул в стальное нутро двигателя, и через несколько минут оттуда раздались такие выражения в два голоса, что капитан только головой покрутил.
Молодые механики, изумлённо переглянувшись, приготовились подавать инструмент и выслушивать понукания сразу с двух сторон. Двигатели работали почти на полную мощность, и температура внутри изоляционных кожухов была соответствующая.
Поочерёдно обходя управляющие цепи, они смогли перенастроить двигатели на новый режим, устранив ограничители. Спустя два часа они зафиксировали расход топлива и принялись отслеживать режим настроек.
Связавшись с мостиком, Генри запросил скоростные данные и был приятно удивлён, узнав, что скорость выросла ещё на десять процентов. Усмехнувшись, дед с довольным видом потёр руки и, хитро покосившись на Генри, принялся колдовать над компьютером.
Неожиданно в машинном отделении раздался голос ИРа, весело поинтересовавшегося, что за псих рискнул влезть в работающий движок. Услышав знакомый голос, дед недовольно поморщился и тихо попросил Генри отвлечь эту девицу.
– Ты что-то спросила, милая? – нейтральным тоном отозвался он.
– Я спросила, что за псих рискнул лезть в двигатели на ходу? Милый, я думала, ты умнее и не пойдёшь на поводу у этого динозавра.
– Солнышко, не стоит так расстраиваться. Нам сейчас важна любая капля мощности. Согласись, ведь у нас всё получилось. Мы доберёмся до места быстрее и не с пустыми баками.
– Это верно, – буркнул в ответ ИР, – но могли бы и у меня спросить, прежде чем влезать в цепи.
– Прости милая, но у нас слишком мало времени. Ты же не хочешь превратиться в кучу космического мусора, если нас догонят.
– Ну ладно. Если так, то я не сержусь, – сменил ИР гнев на милость, – но в следующий раз обязательно посоветуйся сначала со мной.
– Обещаю, дорогая, – ответил Генри, втихаря давясь от смеха.
ИР отключился, и Генри отправился смывать грязь и масло, оставив деда колдовать над своими изобретениями. Добравшись до своей каюты, он сбросил комбинезон и, встав под душ, принялся старательно намыливать голову. Запах масла будил в экс-капитане давно забытые воспоминания.
Отмывшись почти до скрипа, Генри вышел из душевой, на ходу вытираясь. Полотенце скрыло от него помещение каюты, но инстинкт и чутьё не подвели. Не закончив шага, Генри замер и, моментально развернувшись, приготовился к бою.
В ответ на его движение раздалось удивлённое оханье и глухой звук падения тела на койку. Быстро обвернувшись полотенцем, Генри вопросительно посмотрел на сидящую на его постели Натали.
– Что вы тут делаете? – растерянно спросил он.
– Я заходила несколько раз, но вы куда-то пропали. А когда я зашла опять и услышала, что вы в душе, то решила подождать, чтобы не упустить снова.
– Я был в машинном отделении, – коротко доложил Генри.
– Я уже поняла, увидев комбинезон, – ответила девушка, ткнув в лежащий на полу комок, покрытый масляными пятнами. – Вы решили стать нашим новым механиком?
– Нет. Но ваш механик внёс очень толковое предложение. Вот его мы и претворяли в жизнь.
– А сами они справиться не могли?
– Бывают случаи, когда лучше всё сделать самому, – пожал плечами Генри.
– Наверно, – пожала плечами девушка, – но я пришла сюда не за этим.
– А зачем?
– Я пришла извиниться. Вы были правы. Глупо ревновать к компьютеру, тем более не мужа и даже не жениха, а телохранителя.
– Ревновать вообще глупо, – отозвался Генри, – ревность приводит к последствиям, исправить которые бывает очень сложно.
– А разве вы не ревнивы?
– Не знаю, – честно признался Генри.
– И что вы сделаете, если ваша подруга или жена начнёт флиртовать с другим у вас на глазах? – не унималась Натали.
– Уйду и найду другую.
– Но женщина должна нравиться. Это заложено в нашей природе.
– Нравиться – да. Но это не значит, что она должна вести себя так, словно готова уйти с другим, оставив меня дожидаться её. Я не стану ждать.
– Жёстко, – задумчиво протянула она.
– Зато честно. Я ничего не запрещаю, но и не позволю делать из себя посмешище.
– А если ваша жена и вправду заведёт себе любовника?
– Тогда мы тем более расстанемся.
– И вы даже не попытаетесь вернуть её?
– А зачем? Если женщина решилась на измену, значит, её что-то не устраивает, и она нашла это в любовнике. Вот пусть и живёт с ним. А я буду искать ту, которую всё устроит во мне.
– Но ведь это может быть мимолётное увлечение, которое вскоре закончится, и она решит снова вернуться к вам.
– Я не привык делить свою женщину с кем-то.
– Значит, женщина, которая решится выйти за вас замуж, окажется в полной изоляции? Вы не воспринимаете женских посиделок с подругами, не одобряете лёгкого флирта. Да вы просто домашний диктатор!
– Я так не считаю, – пожал плечами Генри. – Я воспитан в старых традициях, где в семье всё общее. Проблемы, радости, трудности. Я готов принимать её подруг, если она примет моих друзей. Они могут встретиться где-то и поболтать, но это не значит, что я не имею на это право. В этих отношениях главное – честность.
– А если у вас есть подозрения, но вы не уверены в них? Что тогда?
– Тогда я постараюсь выяснить правду.
– Каким образом? Устроите слежку?
– Возможно. Я не вдаюсь в такие дебри. Работа на вас отбросила меня от моих планов как минимум на год.
– Вы так воспринимаете свою работу? – спросила Натали с неожиданной грустью.
– А как ещё я должен её воспринимать? – удивился Генри.
– Ну, сопровождая меня, вы автоматически войдёте в высшее общество, где много красивых, незамужних женщин. Вы молоды, сильны, надёжны и далеко не бедны. У вас есть все шансы закрепиться там.
– Как вы не поймёте, Натали. Брак с любой из этих женщин – нонсенс. Всё это стадо воспримет подобный брак как моветон. Для них это мезальянс.
– Погодите, Генри. Вы просто засыпали меня терминами, половину из которых я даже не поняла. Вы хотите сказать, что для вас важно, что они подумают?
– Не для меня. Для той, которая решится иметь со мной дело. Посудите сами. Кто я такой? Отставной военный, которому удалось полузаконно заработать какие-то деньги, который вошёл в общество всего лишь как телохранитель. Плебей и дикарь, которому место среди всего остального быдла.
– Почему вы так резко настроены против высшего общества?
– Потому что мне приходилось сталкиваться с этими снобами. Я видел, какими глазами они смотрят на нас, простых людей. А ведь тогда я был в числе элитный бойцов армии.
– Знаете, я никогда не сталкивалась с подобным.
– Разве? Вспомните, как часто вы обращаете внимание на прислугу, обслуживающую вас. Особенно на приёмах. Нет, Натали. Это общество не для меня. Точнее, не для таких, как я.
– Но вы можете просто войти в общество, как привыкли входить в осаждённый бункер. Силой. Хотела бы я посмотреть на того, кто попробует этому помешать.
– Это значит снова воевать. А мне это не нужно. Кроме того, я мечтаю о тихой жизни. А это значит проживание в стороне от всех этих приёмов и балов.
– А что вы будете делать, если какая-то девушка начнёт оказывать вам знаки внимания?
– Не стану обращать внимания. Ей это скоро надоест, и она найдёт другую кандидатуру.
– Значит, просто отмахнётесь от неё, как от мухи?
– Ну если вам так проще, то значит так, – ответил Генри, уже устав от этого разговора.
– И вам не будет обидно за упущенный шанс?
– Господи! Ну как вы не поймёте, что я для них человек второго сорта. Меня никогда не примут в этом обществе.
– Но почему? – продолжила допрос Натали.
– Вы издеваетесь надо мной? – не выдержал Генри. – Да потому, что это сборище снобов. У каждого из них денег столько, что мне и за всю жизнь не заработать. Они владеют поместьями и планетами уже несколько поколений подряд, и мой брак с любой из этих женщин будет воспринят как попытка добраться до её денег.
– Когда я вас слушаю, – мрачно протянула девушка, – у меня складывается стойкое убеждение, что вы страдаете комплексом неполноценности.
– Почему? – окончательно растерялся Генри.
– Да потому, что у вас есть шанс выбиться в высшее общество, а вы упорно стараетесь забиться куда-то в угол.
– Хорошо. Я попробую объяснить вам по-другому, – вздохнул Генри, усаживаясь на кровать рядом с ней, – я родился в обычной семье. Мы никогда не были богаты. Родители всю жизнь работали, мечтая дать мне хорошее образование. Но им не повезло.
Планетарные власти допустили промах, позволив трём синдикатам захватить все ключевые источники доходов. Начались беспорядки. Вспыхнул бунт, и мои родители погибли. С двенадцати лет я рос в армии. Кадетское училище. Военное училище. Академия. Служба.
То, что мне удалось заработать, я должен сохранить и приумножить, чтобы мои дети имели возможность выбрать, какой жизнью им жить. Я не хочу, чтобы они повторили мой путь.
Войдя в ваше общество, я буду вынужден тратить всё заработанное на то, чтобы соответствовать вашим стандартам. Самые дорогие глидеры, лимузины, яхты, поместья. Ну и на кой чёрт мне всё это нужно? Гораздо проще и умнее построить свой дом, завести семью и жить тихой, спокойной жизнью, зная, что будущее твоих детей обеспечено.
– Проще говоря, вам это просто не нужно? – подвела итог Натали.
– Вот именно. Я мечтаю о семье, но совершенно не желаю растить снобов, не способных самостоятельно даже подтереться. Мои дети пойдут в обычную школу, будут жить обычной жизнью. Я хочу, чтобы они знали, что такое зарабатывать себе на жизнь своими руками.
– Интересная позиция, – протянула Натали. – Но почему вы не допускаете мысли, что какая-то из девушек этого общества может разделять её?
– Потому, что они привыкли жить по-другому. Они не знают другой жизни и не смогут приспособиться к ней.
– С чего вы это взяли? Я, например, точно знаю одну такую девушку.
– Какую?
– Которая сможет жить такой жизнью.
– Может быть, – пожал плечами Генри, – хотя я в этом сомневаюсь. Бросить старые привычки, безделье, возможность менять тряпки каждый день и уйти в глушь, чтобы посвятить себя семье, воспитанию детей. Нонсенс.
– Ну она и так не часто бывает в обществе. Ей это неинтересно. Можно даже сказать, скучно. Многие считают её дикаркой.
– Жизнь в глуши тоже не блещет развлечениями. А воспитание детей – это серьёзная работа, требующая полной отдачи. Особенно пока дети маленькие. Хотя если она и вправду может бросить всё это, то, может быть, у неё и получится.
– Но почему вы так упорно хотите уехать куда-то в глушь? Вам так нравится провинция?
– Всё просто. В таких местах меньше соблазнов, чище воздух, а значит, дети здоровее.
– Значит, вы согласитесь попробовать создать семью с такой девушкой?
– Вы твёрдо решили меня женить? – не удержался Генри от шпильки.
– Можно сказать и так, – нахально заявила Натали, с вызовом глядя ему в глаза.
– Только вы забыли об одной мелочи.
– Это о какой же?
– Для создания семьи нужно, чтобы люди, по меньшей мере, нравились друг другу. А ещё лучше, чтобы между ними появились чувства. Тогда это будет семья. А соглашаться на брак заочно, не видев невесту в глаза, по крайней мере, глупо. Ещё не известно, что скажет она, увидев такое чудовище, как я.
– Генри, почему вы упорно считаете себя чудовищем?
– Натали, вы плохо видите? – раздражённо спросил Генри.
– Нет, со зрением у меня всё нормально, – удивлённо ответила девушка, – а почему вы спросили?
– Вы же видели меня раздетым. Это нормально в армии, но ужасно на гражданке. На мне же живого места нет. Потому и чудовище, – ответил Генри, поправляя полотенце на коленях.
– Слушайте Генри. Я что-то не поняла, у вас все части тела на месте?
– Конечно, – пришла очередь Генри удивляться, – с чего вы взяли, что со мной что-то не так.
– Вы сидите голышом рядом с девушкой и никак на это не реагируете. То, что я права, мне хорошо видно.
– Натали. В нашем с вами случае между работником и нанимателем не может быть отношений.
– Почему?
– Хотя бы потому, что ваш дед примется преследовать меня по всей галактике. Для него вы останетесь маленькой девочкой, которую совратил старый извращенец. У меня нет никакого желания ввязываться в подобную вендетту. Это будет война на уничтожение.
– С чего вы взяли, что дед будет возражать?
– В его понятии вы должны иметь всё самое лучшее. А я таковым не являюсь.
– Почему вы так решили?
– Как?
– Почему вы решили, что вы не лучшее? Кто сказал, что вы человек второго сорта? С чего вы вдруг вообще решили, что можете претендовать на истину в последней инстанции?
– Я не плохо знаю, как мыслят богатые. Я видел, как относится к вам ваш дед. И наконец, я знаю, чего хочу от жизни и что я могу получить, – ответил Генри, аккуратно поднимаясь с кровати и направляясь к стенному шкафу, в котором висела его одежда.
Со вздохом разочарования Натали отвернулась, позволив ему одеться.
Быстро натянув брюки и рубашку, Генри украдкой перевёл дух и развернулся к Натали. Молчание начало затягиваться, и Натали, не выдержав, заговорила снова.
– Знаете, Генри, когда я смотрю на вас, у меня складывается впечатление, что ваши шрамы постоянно болят.
– Нет, – помрачнел Генри, – они давно уже не болят. Только иногда болит здесь, – добавил он, ткнув себя пальцем в грудь.
– Сердце? – удивлённо спросила Натали.
– Нет. Не сердце. Воспоминания, – угрюмо ответил Генри.
Их разговор прервал сигнал вызова по внутренней связи. Выскочив в коридор, Генри кинулся на мостик. Новости были ободряющие. В нескольких километрах от яхты, параллельным курсом двигался патрульный крейсер флота.
Представившись, капитан яхты быстро рассказал капитану патруля о возникших проблемах и причине, по которой они несутся с бешеной скоростью. Скинув на бортовой компьютер данные преследовавшего их катера, капитан распрощался с дежурной вахтой крейсера и снова прибавил ходу.
Их стремительное бегство имело и положительную сторону. Путешествие длиной в неделю закончилось за три дня.
Вихрем, ворвавшись на орбиту Оливера-три, яхта сделала два оборота по орбите и, получив разрешение на посадку, устремилась к планете.
Встречала их целая делегация. Губернатор планеты, начальник полиции, представители всех компаний, принадлежащих корпорации Сталк. Всё свободное пространство перед приземлившейся яхтой было запружено народом.
– Какой идиот сообщил им, – проворчал Генри, мрачно оглядев собравшуюся толпу.
– Дед, – коротко ответила Натали.
– Не самый мудрый ход, – поморщился он.
– Почему? – удивилась она.
– Здесь полно мест, где может устроиться снайпер. Один выстрел, и все наши проблемы будут позади.
– И что же делать? – спросила она дрогнувшим голосом.
– Держитесь поближе ко мне, а ещё лучше – у меня за спиной. И не позволяйте никому становиться между нами, – мрачно проговорил Генри, быстро оглядывая все возможные точки, пригодные для стрельбы.
Дождавшись, когда первые лица планеты выразят свои верноподданнические чувства, Генри тихо велел Натали потребовать машину прямо к трапу. Тут же был подогнан роскошный лимузин, и Генри смог перевести дух, запихнув Натали в роскошный салон почти что силой.
Встречавшие быстро расселись по своим лимузинам, и длиннющий кортеж направился в сторону столицы. Натали приказала водителю отвезти их домой. У главы корпорации на каждой планете имелся собственный дом, где всё было устроено под его нужды.
Приняв душ и переодевшись, Натали вышла из своих апартаментов свежая и довольная жизнью. Скептически глянув на сменившего рубашку Генри, она усмехнулась и весело прощебетала:
– Нужно заказать вам несколько костюмов. Пора сменить ваш имидж. А то вы выглядите как бандит с большой дороги.
– Началось, – угрюмо вздохнул Генри.
– Что началось? – не поняла Натали.
– То, чего я боялся. Нужно выглядеть, нужно соответствовать. Да плевать я хотел на мнение этих снобов. Мне удобно, а это главное. Может, мне ещё парадный мундир со всеми орденами одевать? Буду как павлин среди стаи индюков, – вызверился Генри.
– Господи, да ради бога, ходите хоть голышом, я не против, – удивлённо пожала плечами Натали.
– Вот и хорошо. Прикажите привезти несколько таких же рубашек и брюк. Больше мне ничего не нужно. Куртки я себе потом сам подберу.
– А почему не сразу?
– Нужно выбрать такие, под которыми можно легко спрятать оружие.
– Пожалуй, тогда вам действительно лучше заняться этим самому, – легко согласилась Натали.
– Какие у вас планы? – спросил Генри.
– Собираюсь съездить в одну из наших фирм, потрясти их бухгалтерию.
– Когда?
– Часа через полтора.
– Не хотите отдохнуть?
– Хочу. Но не хочу давать им время навести лоск в документах.
– Верная постановка вопроса, – усмехнулся Генри. – Тогда давайте быстренько перекусим и в путь.
– Вы хотите ехать со мной?
– Не хочу, но должен. Именно для этого меня и наняли.
– Но ведь я буду ездить в лимузине. От дверей до дверей. Какой смысл вам ездить со мной?
– Смысл в том, что, доехав с вами до места, я не буду сидеть в приёмной, а пойду бродить по соседним кафе и магазинам. Если кто-то хочет добраться до вас, то он начнёт с меня. Единственное, о чём я вас настоятельно прошу, это не покидать офисы без меня и не подходить к окнам. В случае, если этого не избежать, закрывайте шторы, жалюзи или что там у вас есть. Мы договорились?
– Договорились, – вздохнула Натали.
Раздавшийся звонок коммуникатора заставил её вздрогнуть и вопросительно посмотреть на Генри. Подскочив к крошечному прибору, Генри отступил в угол комнаты и настороженно включил его.
Убедившись, что всё в порядке и взрыва не последовало, он передал коммуникатор Натали, деликатно отойдя в сторону. Поговорив, Натали отключила прибор и, посмотрев на Генри удивлённым взглядом, сказала:
– Это дед. Он просил поблагодарить вас за то, что вы сделали на яхте, и первым делом заехать в нашу штаб-квартиру. Там для вас что-то приготовлено.
– Что именно?
– Не знаю. Он не сказал. Сказал только, что это должно значительно облегчить вам работу.
– Что ж. Значит, начнём оттуда. Надеюсь, это не займёт много времени.
– Интересно, что он такого вам приготовил? – заинтересованно протянула Натали.
– Скоро узнаем, – усмехнулся Генри, направляясь в столовую.
Наскоро перекусив, они уселись в лимузин и, следуя указаниям деда, направились в штаб-квартиру корпорации. Дорога заняла минут пятнадцать, но всё это время Генри не покидало чувство опасности.
Внимательно присматриваясь к следующим за ними машинам, Генри механически поглаживал пальцами рукоять штурмового пистолета. Заметив его настроение, Натали насторожилась и затихла. Забившись в угол салона, девушка не сводила глаз со своего телохранителя.
Дождавшись, когда лимузин влетит на внутреннюю парковку, предназначенную только для работников корпорации, Генри взял трубку переговорного устройства и приказал водителю подогнать машину прямо к дверям лифта.
Выйдя из машины, Генри внимательно осмотрелся и, нажав кнопку вызова, заставил Натали сидеть в машине до того момента, пока двери лифта не распахнулись.
Быстро пересадив её в лифт, Генри встал в дверях так, чтобы полностью контролировать всё помещение. Напряжение росло, заставляя девушку нервно вздрагивать от каждого резкого звука.
Сам Генри тоже был на взводе. Натали поняла это, когда экс-капитан чуть не ударил клерка, попытавшегося войти в лифт без спросу. Как оказалось, они уже добрались до нужного им этажа, и рвавшийся в лифт клерк должен был встретить их на парковке.
Отодвинув встречающего в сторону, Генри вывел Натали и двинулся рядом с ней, стараясь держаться так, чтобы успеть прикрыть девушку от возможного нападения.
Торжественный комитет по встрече высоких гостей был в полном составе. Скептически посмотрев на собравшихся в кабинете индюков, Генри отступил в сторону, давая Натали возможность свободно заняться делами. Но, как оказалось, здесь ждали именно его.
К стоявшему у стены телохранителю подошёл крепкий, жилистый мужчина средних лет, с короткой стрижкой и аккуратной щёточкой седых усов. Внимательно посмотрев на Генри, мужчина протянул руку и представился:
– Начальник службы безопасности Дик Вильямс. Кто вы, я знаю. Старик связался со мной час назад. Всё уже приготовлено.
– Что именно? – сдержанно спросил Генри, не подавая вида, что удивлён.
– Транспорт, оружие, личный коммуникатор с выделенной линией, кредитная карточка. Здесь, на планете, вы личный телохранитель Сталка. Это означает, что любой полицейский, увидев эту карточку, будет обязан оказать вам любую помощь.
– Что за оружие?
– На ваш выбор, – коротко ответил Вильямс.
– Тогда я попрошу вас найти запасные энергокристаллы к армейскому штурмовику. Привык я к нему, – добавил Генри, словно извиняясь.
Молча кивнув, Вильямс ненадолго задумался, но потом, встряхнувшись, ответил:
– Найдём. Но не сразу. Такое оружие у нас редкость.
– Сколько времени это займёт?
– Пару дней.
– Ну столько я готов потерпеть. Войну я устраивать не собираюсь. Что за транспорт?
– Тоже на выбор. Этого добра у нас хватает.
– Хорошо. Тогда мне нужен спортивный глидер. Титановый корпус, бронированные стёкла и независимые турбины.
Две машины сопровождения. По три вооружённых охранника в каждой. Парни должны уметь стрелять.
– Других у нас нет, – ответил Вильямс и тут же пожалел о своей несдержанности.
– Я проверю людей сам, – ответил Генри.
Вздохнув, Вильямс кивнул и передал ему пакет с документами на машину и кредитками. Сталк сдержал своё слово. Все расходы Генри брала на себя корпорация.
Пока Натали обсуждала с индюками вопросы аудита фирм, Генри успел проверить несколько парней на умение владеть оружием и осмотрел глидер. Машину заправили и полностью приготовили к эксплуатации.
Вывозить девушку Генри решил под прикрытием. Усадив её за штурвал новенького глидера, он приказал ей держаться сразу за лимузином. Машина сопровождения шла впереди, ещё одна замыкала кортеж.
Расчет Генри был прост. Никому и в голову не могло прийти, что такая важная персона согласится стать водителем при собственном телохранителе. По всем канонам, её место было в лимузине.
Как оказалось, хитрость была не лишней. Стоило им покинуть стоянку и вырулить на магистраль, как в воздухе пронеслось что-то непонятное, и лимузин вспух огненным шаром. В роскошную машину всадили ручною ракету.
Вскрикнув от неожиданности, Натали изо всех сил нажала на тормоз. Уперевшись рукой в переднюю панель, Генри успел отследить дымовой след и, выхватив штурмовик, рявкнул:
– Вверх и вправо!
Растерявшаяся Натали автоматически вдавила педаль ускорителя в пол, рванув штурвал на себя. Взвыв форсированными турбинами, глидер свечкой взмыл в небо. Заложив крутой вираж, девушка прошла над самой крышей, с которой была выпущена ракета.
Генри успел заметить, как захлопнулась дверь, ведущая на лестницу. Связавшись по коммуникатору с группой сопровождения, он приказал перекрыть все выходы и, отключившись, велел Натали посадить машину.
Не дожидаясь, когда глидер полностью остановится, он выпрыгнул на бетон крыши и рванулся к двери. Как он и ожидал, стрелявшие не стали устраивать боевик с засадами и перестрелками, а цинично решили смыться.
Уже сбегая по ступеням, ведущим к площадке лифтов, Генри понял, что эта затея обречена на провал. Блокировать здание полностью он не мог. Так же как не мог полностью его прочесать. Свой армейский сканер он оставил в доме, надеясь, что ему не придётся в очередной раз определять следы и отпечатки.
Вздохнув, он остановился и, выругавшись для облегчения души, двинулся обратно. Выйдя на крышу, Генри прошёл по периметру, ища место, откуда был произведён запуск ракеты.
Подойдя к переносной установке с выносной камерой наведения, Генри внимательно осмотрел её и, убедившись, что без специальной экспертизы ничего узнать не удастся, сделал Натали знак приземлиться.
Повинуясь его команде, девушка подняла глидер на сотню метров над крышей и медленно облетала её по периметру. Заметив знак, глидер стремительно опустился на крышу. Усевшись в салон, Генри убрал пистолет и, повернувшись к девушке, тихо спросил:
– Ну как ты?
– Не знаю, – честно ответила Натали, – ещё не поняла.
– Тогда полетели отсюда. Не стоит тут торчать, – сказал Генри, внимательно осматривая соседние крыши.
Кивнув, Натали подняла глидер в воздух и, аккуратно вернувшись на магистраль, направила машину в сторону дома. Связавшись по коммуникатору с группой сопровождения, Генри велел им бросать поиски и догонять.
Всю дорогу до дома, Генри молчал, только иногда поглядывая на девушку странным взглядом. Натали держалась. Чего ей это стоило, он понял, заметив судорожно сжавшиеся на штурвале руки.
Не выдержав молчания, Натали переключила глидер на автопилот и, повернувшись к Генри, спросила:
– Что ты на меня так смотришь?
– Пытаюсь решить, что нам делать дальше. Объявить тебя погибшей или посмеяться над убийцами и ожидать нового нападения.
– А сам ты как считаешь?
– Не знаю, – честно признался Генри. – Чтобы объявить тебя умершей, нужно иметь убежище, где тебя точно не найдут. Это означает, что тебе придётся сидеть там безвылазно. Провоцировать их на новое покушение я не могу и не хочу.
– Почему?
– Если они взялись за тяжёлое вооружение, значит, уже не остановятся.
– Но я не могу сидеть, сложа руки. У меня есть дела. Да я там со скуки с ума сойду! – добавила она, зябко передёрнув плечами.
– Лучше сойти с ума от скуки, но остаться живой, чем сгореть во взрыве ракеты, – мрачно ответил Генри. – Хотя можно и ускорить события, – сказал он, ненадолго задумавшись.
– Каким образом? – насторожилась Натали.
– Я спрячу тебя, объявив всем, что ты жива. Но место твоего нахождения известно только мне. Они так сильно желают избавиться от тебя, что, не задумываясь, заявятся за ответом ко мне. Ну а дальше дело техники.
– А чем это может тебе грозить?
– Не думаю, что они будут придумывать колесо, – пожал плечами Генри. – Им нужна ты. Информация. Значит, они попытаются выбить её из меня. А сделать это далеко не просто.
– Ты так уверен, что им это не удастся?
– Понимаешь, у меня есть блокировка от всех видов химических соединений, применяемых при допросах. От так называемой сыворотки правды. Даже если они рискнут применить пытки, толку не будет. Терпеть я умею. Но самое главное, им нужно захватить меня живым, а мне это не нужно. Единственный, кому я готов сохранить жизнь, это главарь.
– Почему? – удивилась Натали.
– Это единственный источник информации. И если он что-то знает, это буду знать я.
– План хороший, – вздохнула девушка, – но я не могу позволить тебе рисковать из-за меня.
– Чушь! – фыркнул он. – Я с самого начала шёл на риск, соглашаясь на эту работу. Мне приходилось рисковать всё время. Пока служил. Немного риска теперь мне не повредит.
– Ну если так уверен, то, наверное, стоит попробовать, – осторожно ответила Натали.
– Отлично! – воскликнул сразу повеселевший Генри. – Главное, сиди тихо и без моей команды не пытайся высунуться. Если, конечно, хочешь жить.
– И где ты намерен меня спрятать?
– А вот это самый главный вопрос, – ответил Генри, задумчиво потирая шрам на щеке. – Пожалуй, самое безопасное место на яхте. Нужно проверить, может ли она выйти на орбиту? Если да, то это самый лучший вариант.
– А если нет?
– Придётся придумывать что-то ещё.
– Может, стоит попросить помощи в штаб-квартире?
– Я сделаю это. Но только когда ты будешь далеко. Пока я никому там не верю.
– Почему?
– Уже забыла, что стало с твоим лимузином? А ведь маршрут движения не знал практически никто.
– Ну здесь всё просто. Мимо штаб-квартиры идёт только одна магистраль, и чтобы вернуться в центр города, нужно выехать на неё.
– Я это заметил. Как заметил и то, что ракету наводили при помощи радара. Вручную. Это значит, что стрелок точно знал, в какую машину ему нужно попасть.
– То есть получается, что информацию они получили в последний момент?
– Именно! Разворачивайся, – неожиданно скомандовал Генри.
– Куда? – растерялась Натали.
– В космопорт. К яхте. Сделаем всё быстро, пока они не оправились.
Покорно развернув глидер, Натали направила машину по указанному адресу. Подъехав к самому борту яхты, Генри оставил девушку сидеть в машине, а сам направился на борт.
Быстро переговорив с капитаном, он приказал открыть грузовой шлюз и, загнав глидер в яхту, вышел на улицу. Пересев в одну из машин сопровождения, Генри облегчённо вздохнул, и велел водителю отвезти его в штаб-квартиру.
Первым, кто встретил его на пороге, был начальник охраны. Спокойный, сдержанный Вильямс нервно сжимал в пальцах нож для резки бумаги, периодически перехватывая его боевым захватом.
Усмехнувшись про себя, Генри подошёл к нему вплотную и тихо сказал:
– Мы можем где-то поговорить?
Молча кивнув, Вильямс развернулся и двинулся по коридору. Войдя в кабинет, он откинул кусок столешницы, под которой оказалась панель управления, и, щёлкнув несколькими переключателями, удовлетворённо кивнул.
– Порядок. Теперь вы можете говорить спокойно. Это мой личный кабинет, и я проверяю его каждые два часа. Клопов нет.
– Это радует. Итак, первое. Она жива. Второе, кто-то здесь работает на них. Не спрашивайте, на кого, не знаю, но информацию они получили сразу, как только мы выехали со стоянки. Третье, мне нужен глидер. Требования вы знаете. Четвёртое, где она, знаю только я. Пятое, завтра пришлёте к дому лимузин с автопилотом. Жертвы мне больше не нужны. Это всё. Вопросы?
– Только один, она в безопасности?
– Относительно. В данной ситуации я ничего не могу гарантировать. Но это лучшее место, которое я смог придумать.
– Что я должен сообщить работникам и прессе?
– Что она жива и место её нахождения знаю только я. Разыграем спектакль.
– Хотите выманить их на себя, – кивнул головой Вильямс.
– Хочу. Именно поэтому группа останется в моём распоряжении. Обеспечьте их оружием и новыми коммуникаторами со сменным режимом частоты.
– Сделаю. Ваш коммуникатор чист. Эту линию связи обеспечивают мои люди.
– Хорошо, но рисковать не будем. Смена частот каждый час в автоматическом режиме. И ещё, постарайтесь сделать так, чтобы никто не понял, каким образом она выжила.
– Это будет сложно объяснить.
– Знаю. Придумайте что-нибудь.
– Что?
– Ну например, что в момент взрыва она высунулась в окно и её просто выбросило. Отделалась синяками.
– Это звучит настолько дико, что может сработать, – усмехнулся Вильямс.
– И последнее. Нам нужно вычислить стукача. Сделаем так, проверьте, кто был в комнате, когда мы говорили о способе её перемещения. Затем, каждому в отдельности сообщите, что она спрятана в отеле, в мотеле, дома. И в каждую точку пошлите своих людей. Где объявится команда ликвидаторов, тот и стукач.
– Когда начинать?
– Завтра. На сегодня у нас другие дела, – ответил Генри, поднимаясь на ноги и выходя из кабинета.
Пройдя в конференц-зал, он подошёл к коммуникатору и громко потребовал, чтобы Вильямс связал его с капитаном яхты. Несколько человек из команды встречавших их с Натали растерянно затоптались в дверях. Настроив коммуникатор, Вильямс связался с яхтой и отошёл в сторону, делая Генри знак, что всё готово.
– Капитан, – сразу взял Генри быка за рога, – мне нужно, чтобы вы завтра с утра были на орбите. Это возможно?
– Конечно, сэр, но что мы будем там делать?
– Обеспечивать мне пакетный сигнал связи с мистером Сталком. Здешней связи я больше не доверяю. Я даже не уверен, что этот канал не прослушивается. Завтра, в пять утра, вы должны быть на орбите. Оттуда вы выйдете со мной на связь, и я расскажу вам о ваших дальнейших действиях. Но самое главное в данной ситуации это прямая связь со стариком.
– Я понял, сэр. Связь будет, – ответил капитан, и Генри отключил коммуникатор.
Пока они с Вильямсом разыгрывали первый акт своего спектакля, охрана успела позаботиться о новой машине для Генри. Выйдя на парковку, Генри быстро осмотрел машину и, усевшись за штурвал, сделал группе знак выдвигаться следом. Силки были расставлены, и охотникам осталось только дождаться добычи.
Благополучно добравшись до дома, Генри расставил парней из охраны по ключевым точкам, велев внимательно смотреть вокруг, и отправился к себе в комнату. За сканером. Из всего, что ему досталось в наследство от службы, сканер и пистолет оказались самыми нужными предметами.
Настроив прибор на широкий поиск оружия, Генри быстро перекусил и отправился осматривать дом. Ему требовалось место, куда вёл только один ход.
Спустившись в подвал, Генри нашёл заваленный старым хламом чулан и, выбросив оттуда всё, устроил там свой штаб. Парни из охраны помогли ему перетащить туда кровать, стол, два стула и, получив последние указания, отправились по местам.
Ночь прошла спокойно, хотя сканер несколько раз фиксировал наличие оружия рядом с домом. Его тихий зуммер срывал Генри с кровати, но ничего не происходило. Парни из охраны явно расслабились, но у него не было никакого настроения благодушествовать.
Привычным командирским рыком наведя порядок в рядах подчинённых, Генри перенастроил сканер на поиск клопов и, обойдя дом, удовлетворённо вздохнул. Ни одного подслушивающего устройства прибор не зафиксировал.
Это означало, что он смог опередить противника. Его не смогли просчитать. Вернувшись в свой бункер, Генри уселся за стол и принялся просчитывать возможные варианты развития событий. Вся эта суета действовала на нервы, но ему было не привыкать ждать и играть с противником в подобные игры.
День прошёл почти спокойно, если не считать нашествия репортёров, жаждавших получить у него интервью. Охранникам пришлось пригрозить применением силы, если они не отойдут от ворот. Самого хитрого даже сбросили со стены дома, куда он забрался, пытаясь проникнуть внутрь через окно.
Убедившись, что выходить к ним Генри не собирается, репортёры расселись по своим мобильным станциям, готовясь к долгой осаде. Это Генри не устраивало. Наличие посторонних могло отпугнуть тех, кого он ждал.
Недолго думая, Генри вызвал одного из парней и, усадив его в свой глидер, приказал съездить в штаб-квартиру, узнать у Вильямса, как идут дела. Ворота гаража распахнулись, и спортивная машина, лихо взревев турбинами, вихрем унеслась в сторону магистрали.
Один из охранников, недоумённо посмотрев на выскочивших из своих машин репортёров, спросил:
– А чего вы здесь ждёте?
– Когда наконец ваш командир соизволит с нами поговорить, – ответила ему крашеная блондинка спортивного вида.
– А-а, – понятливо кивнул головой парень, – долго же вам ждать придётся.
– Почему? – разом насторожилась та.
– А он уже уехал, и когда будет, теперь неизвестно, – усмехнулся охранник и захлопнул ворота.
Выругавшись от возмущения, блондинка галопом кинулась к своей машине. Заметив её маневры, остальные тоже принялись разворачиваться и поспешно выруливать на магистраль. Спустя пять минут у ворот не осталось никого.
Наблюдавший за этой сценой Генри рассмеялся и отошёл от окна. Парни хорошо сыграли свои роли. Теперь можно было спокойно ждать. Вернувшись в свой чулан, Генри снова настроил сканер на обнаружение оружия и завалился на кровать.
В том, что за ним придут, Генри не сомневался. Судя по их последним действиям, старик сумел здорово разворошить это осиное гнездо. Они хотели остановить его, и Натали была единственным инструментом, который мог им в этом помочь.
Даже вариант силового решения их не мог устраивать, так как девушка была прямой наследницей Сталка и наверняка подняла бы большой шум, который привлечёт внимание к той злосчастной планете. Им нужно было устранить старика, не прибегая к убийству. Сам старик был далеко не тем человеком, которого можно было легко устранить. Это было слишком влиятельное семейство.
Играя в эти шахматы, Генри так увлёкся, что чуть было не пропустил сигнал сканера. Бросил взгляд на экран, но усмехнулся и, достав пистолет, тихо произнёс:
– Начинается.
Дав по внутренней связи сигнал опасности, Генри быстро перевернул кровать, подтащил к ней стол и, встав за дверь, приготовился к бою. Получившие его сигнал охранники забились в заранее приготовленные укрытия, ожидая начала веселья.
По плану Генри открыто маячили только двое. Каждый из охранников был в лёгком бронежилете. Открывать стрельбу раньше времени нападавшие побоятся, следовательно, воспользуются лёгким оружием. Это давало парням серьёзный шанс выжить.
Сканер показал приближение пяти биологических объектов, общей массой от семидесяти до ста двадцати килограммов. Бандиты быстро обыскивали каждую комнату, направляясь сверху вниз. Как они проникли в дом, Генри собирался выяснить позже. В данный момент его интересовало другое. Сколько человек ждут на улице.
То, что группа поддержки существует, Генри не сомневался ни секунды. В планы нападавших входило не устройство боевых действий, а быстрое похищение и такой же быстрый отход.
Группа нападавших быстро приближалась. Отступив в глубь чулана, Генри приготовился к драке. Прежде чем начинать пальбу, ему нужно было выявить главаря. Генри вполне допускал, что главарь может оказаться на улице, в группе прикрытия. Но другого выхода не было.
Нападавшие спустились в подвал и, пройдя по узкому коридору, остановились у входа в чулан. Эта задержка насторожила Генри. Быстрое перемещение по коридору, тихое, явно сдерживаемое дыхание. Напряжение росло, и Генри, до хруста сжав зубы, напружинился, готовясь к прыжку.
– Эй, телохранитель, – неожиданно раздался негромкий голос одного из нападавших. – Отойди от стены и брось оружие. Сдавайся. Ответишь на несколько вопросов и можешь быть свободен. Ты нам не нужен.
– А если нет? Что тогда? – зло оскалился Генри, понимая, что раскрыт.
– Всё равно возьмём, но в этом случае жизнь тебе никто не гарантирует.
– А если сдамся, гарантируешь?
– Если сдашься, обсудим эту тему. Я же сказал, ты нам не нужен. Где девчонка?
– Ищите. Ищущий да обрящет, – усмехнулся Генри и ринулся в атаку.
Тянуть резину было бесполезно. Нападавшие смогли определить его местонахождение, а значит, вся группа охранников погибла. Эта мысль привела Генри в ярость.
Кровь ударила в голову, время словно замерло, а противник казался роем мух, попавших в сироп. Нет. Не напрасно генерал прозвал его Берсерком. Это была истинная ярость воина, ярость, заставившая его кровь вскипеть и броситься в драку, не считая врагов.
Удары сердца заменили секундную стрелку часов. Удар, и тело, покорное воле, взвилось в длинном прыжке, вылетая в коридор. Удар, и прицел штурмового пистолета находит самого дальнего из противников. Удар, и узкий коридор освещается серией вспышек от выстрелов.
Трое из пяти были уничтожены. Один с воем полз по коридору в сторону выхода. Пятый, зажимая ладонью остатки правого плеча, медленно оседал на пол. Оторванная выстрелом рука лежала в метре от раненого, сжимая иглопистолет.
Усилием воли вынырнув из боевого транса, Генри присел над раненым и, уткнув ему пистолет под челюсть, тихо спросил:
– Кто главный?
Раненый вздрогнул и, с ненавистью посмотрев на него, хрипло ответил:
– Я.
– Вот и хорошо, – усмехнулся Генри и, одним движением наведя пистолет на ползущего, выстрелил, тут же прижав ещё горячий ствол к челюсти пленника.
– Кто вас послал? Не стоит играть со мной в стойкого солдатика. Я могу быть очень опасным. И очень жестоким.
– Я уже понял, – хрипло ответил раненый, покосившись на своё плечо.
Выстрел оторвал ему руку, одновременно опалив край раны. Крови не было, но была боль, сильная, дикая. Боль от потери конечности и от ожога нервных окончаний.
– И где только они тебя откапали, такого шустрого? – с ненавистью прохрипел пленник.
– Места надо знать, – усмехнулся в ответ Генри. – Но ты не ответил на вопрос. Кто вас послал?
– Самого главного я не знаю. Мне приказы отдаёт номер три. Связь с ним односторонняя. Он выходит на меня, отдаёт приказ и назначает время связи. В указанное время я должен ответить на вызов и доложить об исполнении.
– Куда вы должны были меня отвезти?
– Никуда. Ответ я должен был получить здесь, а потом избавиться от тебя.
– Когда следующий сеанс связи?
– Завтра. В полдень по среднему времени.
– Куда поступит звонок?
– На мой коммуникатор.
– Где он?
– На мне, конечно, – бледно усмехнулся пленник.
Быстро обыскав раненого, Генри нашёл в кармане коммуникатор и, хозяйственно переложив его себе в карман, задумчиво посмотрел на него.
– Решаешь, что со мной делать? – устало поинтересовался пленник.
– Нет. Думаю, если спросить тебя, сколько ещё уродов на улице торчит, ты ответишь или соврёшь?
– Смысла нет врать. Ты для них слишком быстрый. Да и пушка у тебя не простая. Из такого можно и глидер подбить.
– Верно. Именно это я и собираюсь сделать, – ответил Генри, выпрямляясь и спуская курок.
Быстро поднявшись наверх, Генри проскользнул на улицу и, быстро осмотревшись, заметил две машины, стоявшие в тени придорожных кустов. Проскользнув по другой стороне улицы, он вскинул пистолет и быстро сделал четыре выстрела. По два в каждый глидер.
Последовавшие за этим два взрыва почти слились в один. Взорвавшиеся машины осветили улицу. Скользнув в кусты, Генри быстро осмотрелся, ожидая увидеть поздних гуляк или пронырливых репортёров.
Не заметив ни тех, ни других, Генри вернулся в дом. Пройдя по этажам, он попытался выяснить, кто из охранников жив. На вызов по коммуникатору не отозвался никто.
Убедившись, что выживших нет, Генри связался с Вильямсом, попросив его срочно приехать, захватив с собой людей, которым он доверяет. Не задавая лишних вопросов, Вильямс ответил, что будет через сорок минут, и отключился.
Медленно переходя из комнаты в комнату, Генри пытался понять, что за заноза не даёт ему покоя. Резко остановившись посреди комнаты, Генри звонко хлопнул себя ладонью по лбу и бегом кинулся в подвал.
Чтобы обнаружить человека, стоящего за стеной, нужен сканер вроде того, что был у самого Генри. Включив свет в коридоре, Генри принялся тщательно обыскивать все трупы, надеясь найти знакомый прибор.
Добыча была самая обычная. Мелочь, ключи, оружие. Только у главаря за отворотом лёгкого бронежилета Генри обнаружил то, что искал. Армейский многофункциональный сканер последней модели. Таких Генри ещё не видел, хотя спецназ всегда обеспечивался самыми передовыми разработками науки.
В холле послышались громкие шаги и гомон множества голосов. Генри окрикнули. Услышав голос Вильямса, он отозвался, на всякий случай приготовив оружие.
Увидев знакомое лицо, Генри опустил пистолет и, кивком ответив на приветствие, молча отступил в сторону, давая Вильямсу возможность как следует рассмотреть тела.
Крикнув своих людей, Вильямс приказал перенести трупы наверх. Приказав уложить всех нападавших в ряд, начальник охраны внимательно осмотрел каждого, пытаясь найти знакомое лицо.
Парни из охраны молча стояли вокруг, пытаясь понять, что здесь произошло. Выпрямившись, Вильямс посмотрел на Генри и отрицательно покачал головой.
– Никого из них я не знаю.
– Есть возможность что-то выяснить, не привлекая внимания полиции?
– С полицией мы разберёмся. Но привлечь их к делу всё равно придётся.
– Ладно. Делайте, как считаете нужным. Главное, быстро выяснить, кто эти парни.
– Насколько быстро?
– До полудня. У них хорошо поставлена иерархия, и каждый исполнитель знает только своего непосредственного начальника. Со всеми вышестоящими связь осуществляется только по коммуникатору.
– Сеанс связи в полдень?
– Да.
– Коммуникатор у вас?
– Вот он, – ответил Генри, доставая прибор.
– Отлично. Попробуем сделать финт ушами, – усмехнулся Вильямс.
– Это как? – не понял Генри.
– Увидите, – ответил Вильямс и, отдав парням нужные распоряжения, повернулся к Генри. – Поехали. Времени у нас немного, но я думаю, мы успеем.
– Куда?
– Нужно встретиться с одним приятелем, – ответил Вильямс, запрыгивая в свой глидер. Генри только успел сесть на пассажирское сиденье, как Вильямс рванул машину с места.
Заехав в производственную часть города, начальник охраны принялся петлять по узким улицам, ловко крутя штурвал и не стесняясь покрывать матом каждую встречную машину.
У Генри сложилось стойкое убеждение, что Вильямс специально пытается запутать его, крутясь по этим трущобам. Наконец Вильямс остановился у какого-то старого склада и, выключив двигатели, сказал:
– Пошли. Мы на месте. Только имей в виду, о том, что увидишь, никто не должен знать.
– Обещаю, – коротко ответил Генри.
– И вообще, зови меня Дик.
– Генри, – ответил экс-капитан, – тогда, может, перейдём на ты?
– По-моему, уже перешли, – усмехнулся Дик.
Усмехнувшись в ответ, Генри вышел из машины и направился следом за Вильямсом. Пройдя через пустое помещение, они вошли в лифт и, поднявшись на второй этаж, оказались в странном бункере. Напротив лифта находилась мощная бронированная дверь, снабжённая видеокамерой и кучей датчиков.
Вильямс подошёл к дверям и, положив ладонь на прямоугольник сканера, тихо сказал:
– Это я малыш, открывай.
Дверь тихо щёлкнула и отошла в сторону. Перед посетителями открылось огромное помещение, разделённое на несколько отдельных комнат пластиковыми перегородками.
Сразу за дверью располагалось нечто вроде холла, в котором стояли длинный стол, диван у стены и несколько мотоциклов в ряд. Как на выставке. Раздалось тихое гудение, и из-за перегородки выплыла маленькая гравиплатформа, на которой стояло кресло-качалка.
Насторожившийся Генри внимательно присмотрелся к сидящему в кресле существу. На первый взгляд, его можно было принять за худенького подростка.
Короткая стрижка, узкие плечи, тонкие руки. Но когда Генри разглядел лицо, все вопросы отпали сами собой. Тонкие черты лица, прямой нос, красиво очерченные губы и большие синие глаза, обрамлённые длиннющими ресницами, созданными разбивать юношеские сердца. В кресле сидела девушка.
– Привет, дорогая, – тепло поздоровался Вильямс, нежно поцеловав девушку в высокий чистый лоб. – Познакомься, это Генри. Он охраняет внучку нашего старика.
– Я уже поняла, – ответила девушка чистым, звонким голосом. – Генри-Берсерк. Второго такого психа во всей лиге нет. После его ухода из армии всё командование вздохнуло облегчённо.
– Сенди, что это значит?! Генри, не обижайся. Она, наверное, что-то не так поняла! – воскликнул Вильямс, увидев, как окаменело лицо Генри.
– Знаешь, Дик, я думал, что твоя дочь окажется умнее и не станет повторять всякую чушь, – ответил Берсерк деревянным от злости голосом.
– Откуда вы знаете, что я его дочь? – растерянно спросила девушка.
– Я умею не только убивать, – ответил Генри.
– Простите, капитан. Мне и вправду не следовало повторять всю эту ерунду. Раз Дик привёл вас сюда, значит, вы не только псих с замашками маньяка-убийцы, как описывают вас в официальных резюме.
– Как ты догадался, что Сенди – моя дочь? – спросил Дик, не сводя с Генри настороженного взгляда.
– Увидел, как ты с ней поздоровался. Интонации голоса и, наконец, сходство во внешних чертах. Но это меня не касается. Я здесь по делу.
– М-да, – задумчиво протянула девушка, – кажется, ваше командование действительно стадо тупиц. Боевой офицер, способный анализировать и делать правильные выводы на основании столь скудных сведений. И они просто отправляют вас в отставку. С ума сойти можно.
– Мне повезло. Моё прошение об отставке было принято в течение двух часов. Даже не пришлось проходить процедуру блокировки специальных навыков. Но это к делу не относится.
– Верно. Сенди, мне нужно определить, откуда придёт звонок на этот коммуникатор, – сказал Дик, доставая из кармана прибор.
– И проверить, что может этот сканер, – добавил Генри, доставая из куртки добытый у главаря прибор.
– Пошли в мастерскую, – деловито ответила девушка, направляя свою платформу в глубь помещения.
Пройдя следом за ней, они вошли в комнату, под самый потолок забитую запасными частями к компьютерам, мотоциклам и сканерам. Одну стену занимали куча мониторов и два десятка компьютеров.
Сенди подогнала платформу к столу и, ухватив отвёртку, принялась стремительно разбирать коммуникатор на части. Руки девушки сновали туда-сюда со скоростью, достойной восхищения.
– Так. Система воспроизведения… Блокировка резонанса… микрочип, – тихо бормотала она, раскладывая внутренности прибора по всему столу.
Что-то, куда-то подключив, что-то отсоединив и быстро перепаяв пару проводов, она удовлетворённо вздохнула и, отодвинувшись от стола, весело подмигнула Дику.
– Порядок. Можете смело говорить. Я засеку сигнал в момент звонка. Можете не стараться и не удерживать абонента на проводе. Говорить вот сюда, слушать отсюда, – ткнула она изящным пальчиком с обкусанными ногтями, ехидно посмотрев на Генри.
– Вы не поверите, Сенди, но я даже умею управлять теми раритетами, что стоят у вас в холле. Так что куда говорить и куда слушать, разберусь.
– Шутите?! – изумлённо спросила девушка.
– Насчёт чего? – спросил Генри.
– Вы действительно умеете управлять мотоциклами?
– Умею. И не только ими.
– А чем ещё? – не унималась Сенди.
– Этим, – ответил Генри, доставая из-за пояса автоматический пистолет с патронами.
– Не может быть! Оружие, стреляющее пулями. Где вы взяли такую древность? – восхитилась девушка, как зачарованная потянувшись за пистолетом.
– Случайно достался в одном из рейдов, – ответил Генри, выщёлкивая обойму и передёргивая затвор. Спустив курок, он протянул пистолет девушке.
– Какое чудо! – восхищённо произнесла Сенди, нежно поглаживая оружие.
– Сенди, ты ещё не закончила, а у нас мало времени, – остудил её восторги Дик.
Расстроенно вздохнув, девушка вернула оружие Генри и принялась разбирать сканер. На этот раз всё несколько затянулось. Пару раз перепроверив данные, девушка отложила отвёртку и, повернувшись к Дику, сказала:
– Вам повезло, господа, что вы додумались отключить эту штуку. В неё встроен датчик слежения. Включаете, и он автоматически начинает передавать сигнал на спутник.
– Можешь его обезвредить? – спросил Дик.
– Уже, – усмехнулась в ответ Сенди, показывая ему крошечный чип.
– Умница, – оценил её сообразительность отец.
– Знаю, – ответила девушка, быстро собирая прибор. – Сейчас проверю калибровку и попробую выяснить, с какого склада его спёрли.
– Это новая разработка. На складах её не должно быть. Скорее всего, опытный образец, – подсказал ей район поисков Генри.
Удивлённо взглянув на него, девушка развернулась к компьютеру и лихо забарабанила по клавишам.
– Господа. Вы можете выпить кофе и перекурить в холле, пока бедная девушка трудится вместо вас. Терпеть не могу, когда стоят над душой, – сказала она, и Дик, рассмеявшись, сделал Генри знак следовать за ним.
Мужчины вышли в холл. Дик, принялся варить кофе, а Генри от нечего делать уселся на один из мотоциклов. Покачав его на амортизаторах, он покрутил руль и, убрав подножку, принялся катать мотоцикл по платформе.
– Только не пытайся его завести. Наживёшь себе смертельного врага, – сказал Дик, передавая ему кружку.
– И не собираюсь, – усмехнулся Генри. – Эта техника стоит целое состояние. Где она их взяла?
– Наследство, – коротко пояснил Дик. – Мой дед владел магазином старинной техники. Мастер был, каких поискать. Отец нас бросил, а я решил стать военным. Вот она и увлеклась мотоциклами под его руководством.
– А её мать?
– Умерла. Ей тогда было всего четыре года.
– Извини, – тихо сказал Генри.
– Ничего. Я уже привык, – вздохнул Дик.
– Может, тебе стоит связаться со своими людьми? Узнать, что им удалось выяснить?
– Ещё рано, – покачал головой Дик. – Начальник полиции уже в курсе дела. Ими занимаются, но мало просто выяснить, кто они. Нужно отследить их связи.
– Жаль, что это не армейская операция, – проворчал Генри, – в этом случае я бы уже приказал арестовать всех их знакомых, семьи, родителей, детей и даже всех домашних животных.
– И что дальше?
– Ствол бластера к голове и ответы.
– А если нет?
– А если нет, расстреливать по одному.
– Кажется, не всё, что о вас говорят, выдумки, – сказала Сенди, въезжая в холл.
– Это не я придумал, – мрачно ответил Генри, – эту тактику лига применяет на всех планетах, где проводятся операции спецназа.
– Это тактика лиги? – растерянно спросила девушка, замерев от неожиданности.
– Да. Должен признать, что в некоторых случаях она оправданна, но далеко не всегда, – ответил Генри, слезая с мотоцикла.
– И кто же, по-вашему, может решать, когда применять её, а когда нет? – жёстко спросила девушка.
– Командир подразделения, руководящий операцией. Тот, кто находится в эпицентре событий. Кто видит, что на самом деле происходит.
– И как часто вам приходилось ею пользоваться? – не отставала Сенди.
– Это вас не касается. Есть вещи, о которых я говорить не вправе, – отрезал Генри.
– Что тебе удалось узнать? – перевёл разговор на другую тему Дик.
– Этот сканер разработан на военном заводе Макартур. Разработка действительно новая и в войска не поступала. Самое интересное, что о пропаже никто никуда не сообщал. Я случайно наткнулась на доклад начальника службы охраны председателю совета директоров.
– И что в нём?
– Где?
– В докладе.
– Председатель ставится в известность, что партия из четырёх сканеров отправлена на полевые испытания по указанию владельца компании. И что в подобной ситуации он, в смысле начальник, снимает с себя всякую ответственность.
– Понятно, – мрачно протянул Генри, – что ж, это уже зацепка. Маленькая, но зацепка. Вы можете распечатать копию этого доклада? – спросил он у Сенди.
– Уже, – протянула она отцу лист бумаги, – а это – технический паспорт и список серийных номеров всех сканеров, покинувших завод. Ваш – третий.
– Отлично. Вы просто молодец, Сенди, – улыбнулся Генри.
– Не стоит расточать на меня ваше обаяние. Я вам не верю, – ответила девушка с неожиданной злостью.
– За что? Что я вам сделал? – удивился Генри.
– Я никогда не поверю человеку, способному поднять оружие против беззащитных людей. Даже если он действовал по приказу, – отрезала она.
– Жаль. Я надеялся, что мы сможем подружиться, – вздохнул Генри. – Я не буду вас ни в чём переубеждать. Это бесполезно. Но я скажу только одно. Вашему отцу тоже приходилось выполнять приказы, и он знает, что на службе бывают моменты, когда приходится делать то, с чем ты категорически не согласен.
Сенди удивлённо посмотрела на отца. Мрачно кивнув, тот вздохнул и, усевшись на диван, укоризненно посмотрел на Генри.
– Я всегда надеялся избежать этого разговора, девочка, но, похоже, от судьбы не уйдёшь. Генри прав. Иногда солдату приходится быть не только защитником, но и палачом. Это война. И не важно, сражаешься ты с внешним врагом или с бандой экстремистов. Есть приказ, который ты должен выполнить любой ценой. И никого не интересует, что ты чувствуешь. Ты должен.
– Ты никогда не говорил мне об этом, – тихо ответила Сенди, растерянно переводя взгляд с отца на Генри.
– Мы не большие любители говорить о таких вещах, – ответил ей Генри.
– Кто мы? – не поняла девушка.
– Те, кто побывал в серьёзных переделках. Об этом не хочется говорить. А кроме того, об этом запрещено говорить.
– Хорошо, – подумав, ответила девушка, – я больше не буду об этом говорить. Наверное, вы правы, и я пытаюсь судить о том, чего не знаю. Давайте закроем эту тему.
Мужчины молча кивнули. Каждый из них испытал явное облегчение от подобного завершения спора.
– Капитан, вы сказали, что хотите подружиться со мной.
– Это так, – кивнул Генри.
– Зачем вам это? Увидели калеку и решили пожалеть её?
– Нет. Я не умею жалеть. Просто мы оба интересуемся старинной техникой и могли бы быть полезны друг другу.
– Чем же?
– У меня кое-где хранится пара мотоциклов. Попроще ваших, но тоже на ходу. Я давно ищу место, куда мог бы их переправить. Сами понимаете. Такой технике нужен надлежащий уход. А когда увидел вашу выставку, даже обрадовался. Думал, получится. Но, видать, не судьба.
– А что ещё у вас есть?
– Коллекция старинного стрелкового оружия.
– Вроде этого? – спросила девушка, ткнув пальцем на пояс Генри.
– Да, и даже старше.
– И вы умеете ремонтировать мотоциклы?
– Умею.
– И где вы этому научились?
– Это долгая история, – вздохнул Генри. – Теперь это не имеет значения.
– Подождите, капитан. Не обижайтесь на меня. У меня всегда так. Я сначала заведусь, наговорю гадостей, а потом сама не знаю, как уладить дело. Отец говорит, что у меня язык быстрее мысли работает.
– Это верно, – усмехнулся Вильямс, – она умудряется даже мне за пять минут наговорить столько, что хочется снять ремень и всыпать ей горячих.
– Я терпеть не могу, когда меня начинают жалеть, – вздохнула Сенди, – многие считают, что стоит только меня пожалеть и я буду делать для этих людей всё, что они захотят.
– Бред! – пожал плечами Генри. – Мне придётся долгое время провести на этой планете, и я хотел найти место, где мог бы проводить время, ковыряясь в своей коллекции. Хотя теперь я и не знаю, как сложатся дела.
Согласно кивнув, Дик поднялся и, отставив чашку, смачно потянулся. Глядя на него, Генри усмехнулся и, переведя взгляд на часы, сказал:
– Время. Через три минуты должен быть звонок. Надеюсь, их главарь ещё не знает, что стало с командой.
– Да уж. Шуму ты наделал много. Я понимаю, идти в рукопашную смысла не было. Но всё же не стоило так сильно светиться.
– Будь здесь хотя бы пара моих ребят, всё было бы по-другому. Твои парни мне не помощники. Теперь мне придётся делать всё самому. И так было слишком много ненужных смертей.
– Ну один ты точно не будешь, – упрямо качнул головой Дик.
– Нет, старина. Ты должен позаботиться о ней. Это я одиночка, а тебе рисковать нельзя, – ответил Генри, направляясь в мастерскую.
Устроившись на краю стола, он надел на голову гарнитуру и вопросительно посмотрел на Сенди. Быстро пробарабанив пальцами по клавишам, девушка проверила готовность системы и, усмехнувшись, кивнула, показав ему большой палец.
В ту же секунду раздался сигнал вызова. Генри поднял руку и, дождавшись третьего сигнала, дал Сенди отмашку, включая коммуникатор. В наушнике что-то прошуршало, и бархатный баритон произнёс:
– Четвёртый, это третий, что за дурная привычка отвечать не сразу?
– Нужно было убедиться, что рядом всё тихо, – хрипло проворчал Генри.
– Что у вас с голосом?
– Не могу говорить в полный голос, – тихо ответил Генри.
– Вам удалось? – раздался нетерпеливый вопрос.
– Что вы имеете в виду?
– Чёрт возьми, вы узнали, где девчонка?!
– Да.
– Ну так говорите, чтоб вас черти взяли!
– Я не уверен, что эта линия безопасна. Нужно встретиться.
– Это исключено. Это полностью противоречит нашей системе безопасности. И с чего вы вдруг взяли, что линия небезопасна?
– Нас ждали. Мне всё удалось, но нас там ждали. Я всё расскажу только при личной встрече.
– Прекратите паниковать. Я же сказал, встреча исключена. Говорите.
– Нет. Встретимся через два часа на магистрали, ведущей к белому пляжу. Возьмите с собой людей, но только тех, кому действительно доверяете. Через два часа, – повторил Генри и отключился.
Сняв гарнитуру, он вопросительно посмотрел на девушку. Усмехнувшись в ответ, она откинулась в кресле и, качнувшись, пропела:
– Итак, джентльмены, вы должны бедной девушке роскошный ужин в роскошном ресторане.
– Вы определили его местонахождение?
– И не только. Я записала весь ваш разговор. Теперь у вас есть возможность предъявить ему обвинение на основании голосовой записи. Я даже сделала модель звуковых диапазонов голоса.
– Сенди, ты просто чудо, – рассмеялся Дик.
– Но ужин с вас обоих.
– Как только закончим это дело, – улыбнулся Генри.
– А почему не сегодня? – расстроилась Сенди.
– Пока мы не обезвредим эту банду, я слишком опасный попутчик. На меня идёт охота, и эти люди не терзаются моральными угрызениями.
Дик, молча кивнул, подтверждая его слова. Забрав со стола сканер, Генри поднялся и, посмотрев на часы, вышел из мастерской. Через минуту Дик присоединился к нему.
Уже в дверях Генри развернулся и, внимательно посмотрев на Сенди, сказал:
– Постарайтесь побыстрее избавиться от того маячка. Не стоит хранить его. Кто знает, какие ещё в нём есть фокусы.
– Не волнуйтесь, капитан. Я разберусь, – с улыбкой превосходства ответила Сенди.
Мужчины спустились к глидеру. Усевшись в салон и запустив двигатель, Дик начал выруливать на улицу. Генри молчал, сосредоточившись на предстоящей операции.
Дик по коммуникатору отправил парней для наблюдения за всеми группами машин, выезжающих со стоянки штаб-квартиры. Именно оттуда раздался звонок на трофейный коммуникатор.
– Что планируешь делать? – спросил Дик, уладив вопрос с наблюдением.
– Поеду навстречу, – пожал плечами Генри, – другого выхода всё равно нет. Звонить в полицию я не собираюсь. Пока их убедишь. Пока они соберутся, пока приедут. Да ещё и ехать будут с мигалками и сиренами. Придётся действовать жёстко и быстро. Группу охраны устраню, третьего возьму. Ну а дальше придётся делать то, чего я делать не люблю. Мне нужны ответы.
– Что делать мне?
– Обеспечь заслон. Пусть твои ребята прикроют меня, но в дело не влезают. И мне потребуется место, где я смогу без помех побеседовать с языком.
– Сделаем, – коротко ответил Дик. – Может, всё-таки возьмёшь пару ребят. Стрелками.
– Не надо, – качнул головой Генри. – Твои стрелки слишком много думают, а в таком деле это вредно.
– Ты прав. Это охранники, а не бойцы. К сожалению, ребята из серьёзных подразделений не хотят снова брать в руки оружие, а тех, кого приходится набирать, без серьёзной драки к крови не приучишь.
– Я знаю, – вздохнул Генри, – знаю. Мне жаль твоих ребят.
– Мне тоже, – разом помрачнев, ответил Дик.
– Почему ты не хочешь поставить здесь пару парней? – перевёл разговор на другую тему Генри.
– Этот склад не так просто найти. Он принадлежит Сенди. Фамилия у неё другая, так что связать его со мной сложно. Да и попасть в её царство далеко не так просто, как кажется. Я там приготовил кое-какие сюрпризы для незваных гостей.
– Пулемётное гнездо я заметил. Но что будет, если отключат питание?
– Там есть генератор. Запускается автоматически. А лучевой пулемёт – это только начало. Кстати, ты первый, кто смог его заметить.
– Я знаю, куда смотреть, – пожал плечами Генри.
Глидер выскочил на магистраль и понёсся к деловой части города, стремительно набирая скорость. Мужчины молчали, обдумывая каждый своё. Уже подъезжая к штаб-квартире, Дик неожиданно предложил перекусить. Подумав, Генри согласно кивнул, и Дик ловко съехал на дорогу, ведущую к придорожному кафе.
Войдя в кафе, Генри окинул помещение быстрым, цепким взглядом, отмечая всех присутствующих. Народу было немного, но его не покидало ощущение чьего-то внимательного, злого взгляда.
Заметив его настороженность, Дик тоже огляделся и, не заметив ничего необычного, молча пожал плечами. Они уселись за столик, и, сделав заказ, Генри ещё раз огляделся.
– Что-то не так? – не выдержал Дик.
– Странное ощущение. Словно кто-то целится мне в спину из снайперской винтовки, – тихо ответил Генри.
– И давно?
– С того момента, как мы выехали на магистраль. Понимаю, что этого не может быть, но это так.
– Может быть, ты и не ошибся, – задумчиво ответил Дик. – Ещё на службе я не раз слышал истории об интуиции, развивавшейся у парней, много раз побывавших в переделках.
– Они не должны идти на физическое устранение. Им нужна Натали. А я единственный, кто действительно знает, где её искать. Значит, они должны сделать всё, чтобы добраться до меня живого. Мёртвый, я им не нужен.
– Может, они пытаются установить за тобой наблюдение?
– Тогда тебе нужно сваливать. Я слишком опасное соседство.
– Вот поем и отвалю, – усмехнулся Дик, – и потом, как ты доберёшься до места без меня? Такси здесь поймать сложно.
– А кто говорит, что ты должен уходить прямо сейчас? – усмехнулся Генри. – Вот подкинешь меня до места, и в сторону. Дальше я уж сам буду разбираться.
– Как? А если там будет ещё дюжина уродов с оружием. И не стоит делать вид, что ты об этом не думал. Кроме того, что ты будешь делать, если этот третий ничего не будет знать о втором?
– В принципе это не так важно, знает он второго или нет.
– Почему?
– В данной ситуации для нас главное – избавиться от шпиона. Убрав их уши из корпорации, мы получаем широкое поле для деятельности.
– Какой именно?
– Пока не знаю. Видно будет.
– Как сказал кто-то из древних, война – это не кто кого уничтожит, а кто кого передумает.
– Вот именно, – усмехнулся Генри.
За разговором они быстро покончили с едой и, расплатившись, снова уселись в глидер. Дик вырулил на магистраль и принялся кружить по городу. Доехав до белого пляжа, Дик остановил машину.
– Может, всё-таки поехать с тобой? – в очередной раз предложил Дик.
– Нет. Я сам, – покачал головой Генри, – просто держись поблизости и будь готов подогнать машину.
– Где ты собираешься их встретить?
– Как и договаривались, по дороге сюда, – улыбнулся Генри, указывая рукой на пляж.
– Слишком много народу, для того чтобы безболезненно устраивать боевик.
– По дороге сюда я заметил небольшую поляну. Как раз то, что нужно.
– Успеешь дойти туда сам?
– У меня ещё двадцать минут. Я там буду. Главное, чтобы ты и твои ребята были поблизости.
– Мы там будем, – кивнул Дик.
– Тогда я не прощаюсь, – кивнул Генри и решительно зашагал в сторону города.
Выйдя на пешеходную дорожку, Генри шёл уверенным шагом человека, спешащего по своим делам. Когда до сеанса связи осталось пять минут, он надел гарнитуру коммуникатора и приготовился к разговору.
Сигнал вызова прозвучал ровно в назначенный час. Дождавшись второго сигнала, Генри ответил. В наушнике прозвучал уже знакомый баритон.
– Четвёртый, где вы?
– Двигайтесь в сторону пляжа. С правой стороны по ходу движения будет небольшая поляна. Ждите меня там. Я подойду, как только проверю, всё ли в порядке.
– Что за паранойя, четвёртый?
– Потерпите до встречи. Я всё расскажу, – ответил Генри быстрой скороговоркой.
Выйдя к поляне, Генри быстро осмотрелся и засел в густых зарослях акации, росшей по её краям. Вскоре два серых глидера приземлились на поляну, подняв тучи пыли.
Заглушив двигатели, машины замерли. Пассажиры, дождавшись, когда пыль осядет, вышли на поляну и принялись оглядываться в поисках нужного человека.
Генри насчитал шестерых охранников, включая водителей. Сам третий остался в салоне, не желая покидать кондиционированный салон глидера. Убедившись, что больше никого нет, Генри вскинул штурмовой пистолет и показал класс скоростной стрельбы.
Шесть выстрелов слились в одну сплошную очередь. Седьмой уничтожил глидер охранников. Подбежав к оставшейся машине, Генри рванул дверь кабины и, недолго думая, нанёс удар ногой.
Сидевшего в салоне человека впечатало в противоположную дверь. Потеряв на некоторое время ориентацию в пространстве, третий выронил иглопистолет и со стоном схватился за голову. Ухватив его за шиворот, Генри выдернул предателя из машины, как пробку из бутылки.
Над поляной раздался вой турбин. Обернувшись, Генри увидел глидер Дика, стремительно заходивший на посадку. Не дожидаясь, когда стойки шасси коснутся песка, Дик распахнул дверцу, и Генри просто забросил пленника внутрь. Запрыгнув следом, он захлопнул дверь и скомандовал:
– Уходим отсюда.
– Уже ушли, – весело отозвался Дик, стремительно набирая высоту.
В хвост ему тут же пристроились ещё два глидера. Третий, сев на поляне, выпустил двух охранников и стремительно взлетел.
– Парни отгонят машину на нашу базу. Не стоит оставлять технику без присмотра, – усмехнулся Дик, заметив удивлённый взгляд Генри.
– Ну это твоя епархия, я не лезу, – отмахнулся Генри, поворачиваясь к пленнику. – Ну, дружок, сам начнёшь говорить или мне придётся вспомнить, чему меня учили?
– Что вы себе позволяете?! – попытался возмутиться пленник. – Мистер Вильямс, как это понимать?! Я летел на пляж и попросил ребят остановиться, чтобы немного подышать воздухом, а этот ненормальный их убил. Всех! Вы слышите, Вильямс?! Всех!
– Хватит! – резко оборвал его Дик. – Я не такой дурак, как кажусь. У тебя в кармане лежит коммуникатор. Позвонив с него, я наберу номер коммуникатора, который лежит в кармане Генри, а он отобрал его у напавших на дом старика бандитов. Лучше расскажи ему всё.
– Я ничего не буду говорить без адвоката! – дёрнулся пленник.
– Идиот, – ответил ему Дик, – ты, похоже, так и не понял, что это не полицейская операция. Это операция службы внутренней безопасности. Тебе не повезло. Мы не станем выносить мусор. Мы просто выбьем из тебя всё дерьмо и сбросим в море с грузом на шее. Понял?
– Вы не посмеете… – растерянно пробормотал предатель.
– Ты так думаешь? – усмехнулся Генри своей фирменной ухмылкой. – Я похож на человека, который побоится выбить из тебя дерьмо? Нет. Значит, у тебя только два выхода. Начать говорить сейчас, и тогда, возможно, я оставлю тебя в живых. И второй – молчать. Тогда я просто выбью из тебя ответы, но у меня не будет ни одного повода отнестись к тебе хорошо. Выбирай.
– Они убьют меня, если я заговорю, – почти простонал пленник.
– Ну это ещё вопрос, кто кого убьёт, если я доберусь до них первым, – ответил Генри.
– А, моя семья?! Они же убьют всех!
– Тогда тем более, не стоит резину тянуть. Чем быстрее я смогу до них добраться, тем больше шансов у твоей семьи. Ну?
– Хорошо. Спрашивайте, – обречённо ответил пленник.
– Кто такой второй?
– Я не знаю. Я действительно его никогда не видел. Как и четвёртого. Я получал приказы по коммуникатору и передавал их исполнителям.
– Сколько всего исполнителей?
– Три команды по восемь человек. Теперь уже две, – исправился пленник.
– Команды связаны между собой?
– Нет. Вся связь только через меня.
– Где может находиться второй?
– Он не на планете. Со мной он связывался пакетным сигналом, через спутник.
– Очень интересно, – хмыкнул Дик. – Дело принимает межпланетный масштаб.
– Вот именно, – ответил Генри. – Кто набирал исполнителей?
– Я. Все команды наняты мной по компьютерной сети. Точнее, я набирал главарей. Остальное они делали сами.
– Тогда кто может угрожать твоей семье?
– Сюда прибыли трое. Они все от второго. Профессионалы. У них даже оружие своё. Полностью автономны, ничего не требуют, ничего не спрашивают. Их интересует только информация. Всё остальное решают сами.
– Взрыв лимузина – это их работа?
– Да. У нас такого оружия даже на планете нет.
Генри вопросительно посмотрел на Дика.
– Всё верно, – кивнул тот, – здесь ничего крупнее ручного оружия нет и никогда не было. Это курортная планета. Даже национальная гвардия не имеет ничего мощнее лучевых пулемётов.
– А если контрабанда? – не унимался Генри.
– Возможно, конечно, но зачем? С такими ракетами только переворот устраивать. Местные банды к власти не рвутся. Понимают, что здесь добывать нечего, а в случае возникновения военного конфликта туристы просто перестанут приезжать. Нет туристов, нет и доходов.
– Всё равно нужно проверить, – продолжал настаивать Генри.
– Сделаем, – кивнул Дик.
– Где базируется эта троица?
– Не знаю. Я же сказал, они полностью автономны.
– Хорошо, – мрачно произнёс Генри, – тогда давай думать и строить предположения. У них есть всё необходимое, включая оружие. Так?
– Да, – кивнул пленник.
– От тебя они требуют только информацию. Узнав, что Натали отъезжает от штаб-квартиры на лимузине, они устроили засаду. Чтобы настроить ракетный комплекс, нужно минут десять. Ещё час на то, чтобы привезти его и поднять на крышу. Пять минут на связь и ещё пять на всякие непредвиденные обстоятельства. Итого час двадцать.
– Незаметно поднять такой груз на крышу можно только одним способом, – вступил в рассуждения Дик, – глидер.
– Именно, – поддержал его Генри. – Но глидер с грузовым отсеком. Где такой можно взять напрокат?
– Нигде, – усмехнулся Генри. – Правительство планеты отказалось от подобных услуг после того, как туристы начали устраивать гонки на арендованных машинах. Несколько человек погибли, и все конторы прекратили своё существование.
Всякое перемещение по планете осуществляется только на такси или наёмных лимузинах. Но обязательно с водителем – человеком. Можно заказать с автопилотом, но это только одноразовые поездки по заранее оговорённому маршруту.
– Получается, что они и глидер с собой приволокли?
– Выходит, так.
– А на чём можно притащить такую кучу оборудования и техники?
– Шаттл, – тут же ответил Дик.
– Или личная яхта, – закончил мысль Генри.
– Без помощи полиции космопорт не проверишь, – проворчал Дик.
– Проверим, если начальнику полиции позвонит старик, – усмехнулся Генри.
– Да уж. После такого звонка он лично помчится все борта проверять, – усмехнулся Дик.
– Значит, так. Упрячешь нашего гостя подальше. Желательно под замок. И займёшься бандами. А я свяжусь со стариком. Попробую убедить его в полезности звонка начальнику полиции.
– Сделаем, – усмехнулся Дик.

* * *

Уже к концу дня Дик связался с Генри, доложив, что пленник надёжно спрятан, а обе банды уничтожены. На что Генри поведал ему о результатах своих переговоров со Сталком.
Старик не только согласился поговорить с начальником полиции. Он тут же позвонил ему и в ультимативной форме потребовал немедленно направить отряд полиции на осмотр и арест подозреваемых. В противном случае старик пообещал не просто сместить, а уничтожить его.
На космодром тут же была направлена рота полиции. Все взлёты были запрещены, а любое неповиновение или сопротивление пресекалось электрошокерами полиции.
В итоге были задержаны не только трое подозреваемых во взрыве лимузина, но и несколько контрабандистов, ввозивших на планету наркотики, стрелковое оружие и проституток.
Увлёкшись, начальник полиции перевернул все окрестные города, поставив на уши всё планетарное дно.
Преступные кланы, чья деятельность резко пришла в упадок, в срочном порядке устроили сходку, пытаясь определить план дальнейших действий. Полиция озверела до такой степени, что пускала в ход дубинки по любому поводу.
После долгих переговоров главари кланов направили к начальнику полиции своего парламентёра. Единственный вопрос, который он должен был прояснить, что нужно сделать, чтобы на планете всё вернулось в прежнее русло.
Парламентёром был выбран ловкий юрист из молодых да ранних, способный не только лихо цитировать законы, но и рискнуть предложить взятку должностному лицу.
Записавшись на приём, тот задал свой вопрос начальнику полиции и получил исчерпывающий ответ. Любая попытка причинить вред семье Сталк будет приводить к подобным репрессиям, как и помощь пытающимся причинить такой вред.
Парламентёр немедленно передал эти слова пославшим его главарям. Не сговариваясь, те подняли на ноги всех своих осведомителей, и через два дня в главный департамент полиции привезли двенадцать человек, сопроводив гражданский арест неоспоримыми доказательствами.
Всё это время Генри и Дик мотались по планете, выясняя, уточняя и арестовывая. В рядах корпорации была проведена большая чистка. За это время на них было совершено два покушения с применением оружия и одна попытка уничтожения при помощи превосходящих сил противника.
В итоге они потеряли глидер, оба были легко ранены и усердно сводили дюжину различных синяков. Вернувшись в столицу через три недели, они дружно отправились по домам принимать ванну и отсыпаться.
Вернуться Натали на планету Генри разрешил только после того, как были арестованы последние подозреваемые. Встречая приземлившуюся яхту, Генри с нетерпением ждал новостей. Больше всего ему хотелось закончить эту историю и заняться своими делами.
Приземлившуюся яхту встречала не только служба безопасности корпорации, но и почти весь руководящий совет планеты. Прибыли даже лидеры криминальных кланов, желавшие лично убедиться, что вселенский шмон окончен и можно безбоязненно крутить свои делишки.
Дождавшись, когда яхта отключит маневровые двигатели и опустит трап, вся делегация дружно двинулась к кораблю. Но как они ни торопились, Дик и Генри оказались у трапа первыми.
В распахнутом проёме люка появился капитан яхты, сжимавший в руке лазерный пистолет. Обведя встречающих настороженным взглядом, он заметил стоявших у трапа телохранителей и, удовлетворённо кивнув, отступил в сторону.
Быстро сбежав по металлическим ступеням, Натали решительно направилась к встречавшей её делегации, не удостоив мужчин даже взглядом. Удивлённо переглянувшись, они дружно пожали плечами и двинулись следом за ней.
Обоим без всяких объяснений стало ясно, что Натали злится на них, но за что, было неизвестно. Махнув рукой и проворчав себе под нос что-то о месячном цикле, Дик устремился вперёд и, обогнав её, пошёл чуть впереди, держа руки так, чтобы в любой момент иметь возможность выхватить оружие. Генри прикрыл девушку с другого бока.
Когда до встречавших осталось всего несколько шагов, привычные шумы космодрома разорвал выстрел. Мужчины взвились в воздух одновременно, сбивая Натали с ног и прикрывая своими телами.
Но в тот момент, как Генри оттолкнулся от бетонного покрытия, что-то ударило его в правую лопатку словно кувалдой. От удара его развернуло в воздухе и отшвырнуло в сторону как тряпичную куклу.
Вся правая половина тела моментально онемела. Дыхание спёрло, а в голове раздался тихий звон. Усилием воли подавив подступивший к горлу комок, Генри, выхватил свой штурмовик левой рукой и, подняв голову, попытался определить место, с которого был произведён выстрел.
Все встречавшие в панике носились по космодрому в поисках укрытия. Полиция металась из стороны в сторону, пытаясь выполнить все команды, сыпавшиеся из начальников, как из рога изобилия. По полю, завывая, неслись несколько глидеров скорой помощи.
Убедившись, что повторных выстрелов не будет, Генри перевёл взгляд на лежащих в паре метров от него Дика и Натали. Прижимая девушку к бетону и не давая ей пошевелиться, Дик внимательно осматривал окрестности, сжимая в руке лазерный пистолет. Переведя взгляд на Генри, Дик неожиданно вскочил и бросился к нему.
– Проклятие! Старина, да ты же ранен! – воскликнул Дик, пытаясь осторожно перевернуть Генри на бок.
– Дружище, я догадался. Боюсь, от этой штуки даже наши бронежилеты не помогут, – скривился Генри.
– Ты знаешь, из чего стреляли? – удивлённо спросил Дик.
– Догадываюсь, – ответил Генри, теряя сознание.

* * *

Очнулся он под ровное гудение реанимационного танка. За долгие годы службы этот звук стал для Генри почти родным. Ровное гудение, жужжание сервоприводов, чуть слышные укусы шприцов, впрыскивавших в тело необходимые лекарства, и парение в питательной жидкости он воспринимал как неотъемлемую часть своей работы.
Зафиксировав усиление функций мозга, компьютер подал сигнал на диспетчерский пульт, сообщая дежурной смене врачей о том, что пациент очнулся и может покинуть танк.
Открыв глаза, Генри принялся наблюдать сквозь толстое боковое стекло танка, как бригада медиков открывает крышку его саркофага, готовя диагностическое оборудование. Наступал момент, который Генри терпеть не мог. Ему предстояло выдержать очередной спор с бригадой медиков, считавших, что их приборы знают о нём больше, чем он сам.
Дождавшись, когда крышка будет полностью откинута, Генри ловко извернулся и начал медленно подниматься из питательной среды, давая медикам возможность отцепить от себя датчики.
Как только последний провод был отцеплен, он уселся на край танка и, забрав у одного из медиков простыню, принялся обтираться. Это была обязательная процедура. Питательный раствор имел маслянистую консистенцию и мог запросто спровоцировать падение пациента, что могло повлечь за собой возврат в исходную точку.
Стерев раствор, Генри отбросил простыню и, спустившись с помоста, на котором был установлен танк, сделал несколько пробных движений рукой, внимательно прислушиваясь к своему телу.
Рука слушалась хорошо, хотя движения были несколько заторможены. Так бывало только в тех случаях, когда в питательный раствор вводилась большая доза обезболивающего и снотворного.
Удивлённо посмотрев на стоящих рядом медиков, Генри направился к висящему на дальней стене зеркалу. Внимательно осмотрев место ранения, он повернулся к молча смотревшей на него бригаде и спросил:
– Где мои вещи?
– Вам придётся надеть вот это, – ответил совершенно лысый врач в очках с роговой оправой, протягивая Генри больничный халат.
– Я задал вопрос, приятель. А на мои вопросы принято отвечать. Иначе я очень сильно рассержусь и вышибу тебе мозги, – хрипло проговорил Генри, сгребая врача за отвороты халата и приподнимая над полом.
– Но я не могу вас отпустить. Я должен обследовать вас. Вы обязаны исполнять все мои предписания… – заблеял было яйцеголовый, но Генри не дал ему закончить.
– Слушай меня внимательно, парниша, – прошипел Генри, тряся очкарика за грудки. – Меня никто не обследует, и я никому ничего не должен. Все мои данные есть в медицинских файлах спецвойск. Хочешь что-то узнать, связывайся с ними. А теперь ты велишь принести мне мою одежду или я добуду её сам. Понял?
Говоря всё это, Генри встряхивал бедолагу с такой силой, что с того свалились очки. Судорожно сглотнув, тот быстро закивал головой в знак того, что всё понял.
Один из санитаров стремительно выскочил за дверь. Спустя пару минут он вернулся обратно, неся в руках несколько пластиковых пакетов. Быстро одевшись, Генри проверил карманы и, развернувшись к медикам, спросил:
– Где мой пистолет?
– Ношение оружия на планете запрещено! – возмутился яйцеголовый.
– Слушай, придурок. Я личный телохранитель леди Сталк, а мой пистолет имеет именную табличку. Это наградное оружие, которое я имею право носить на любой планете лиги. Если я не получу его обратно через три минуты, с вами будет разбираться комиссия по исполнению решений совета лиги. Где оружие?
– В моём кабинете. В сейфе, – мрачно ответил очкарик. – Послушайте! Вы должны позволить мне обследовать вас! – неожиданно завопил он. – Вы даже представить себе не можете, как это важно. Для науки, для человечества, наконец.
– Слушай, псих, что тебе от меня нужно? – мрачно спросил Генри.
– Когда вас привезли, вы были почти трупом. Но в крови было столько адреналина и тестостерона, что вы продолжали жить, хотя ваше сердце должно было просто взорваться. Так не бывает. Этого просто не может быть. Вы должны были умереть!
– Не дождёшься, придурок, – огрызнулся Генри и, ухватив его за шиворот, поволок по коридору, распахивая все двери подряд.
– Я должен вас обследовать! – продолжал вопить очкарик, слабо трепыхаясь в железной хватке бывшего спецназовца. Наконец Генри это надоело. Слегка стукнув яйцеголового о стенку, Генри в очередной раз приподнял его над полом и прорычал в лицо:
– Слушай, ты, ненормальный. Мне плевать на твою науку, и мне плевать на человечество. Никто, слышишь, ты, падаль, никто не будет исследовать меня как лабораторную мышь. Заруби это на своём кривом носу и заткнись. Повторяю в последний раз, верни оружие или сядешь в тюрьму.
Полузадушенный очкарик прохрипел что-то утвердительное и, пошатываясь, побрёл в свой кабинет. Открыв небольшой стенной сейф, он предпринял последнюю попытку убедить Генри. Выхватив из сейфа пистолет, он навёл его на Генри и, решительно сверкнув очками, приказал:
– Раздевайтесь. Вы никуда отсюда не уйдёте, пока я не получу все необходимые мне данные.
– Дурашка, ты хоть стрелять-то умеешь? – усмехнулся Генри, с одного взгляда оценив положение. – Прежде чем хвататься за чужое оружие, убедись, что можешь с ним справиться, – усмехнулся он, подходя к очкарику.
– Нечего мне лапшу вешать. Нажимаешь вот на это и стреляешь, – рискнул блеснуть знаниями яйцеголовый.
– Эта пушка настроена на меня. А ты, хоть сдохни, не выстрелишь. Именно поэтому именное оружие и разрешено носить, – жёстко усмехнулся Генри, отбирая у очкарика пистолет и пресекая всякую попытку сопротивления жёстким тычком напряжённых пальцев в живот. Охнув, очкарик сполз на пол и затих, пытаясь восстановить дыхание.
Дверь кабинета распахнулась, и на пороге появилась целая процессия. Дик, Натали и сам старик Сталк. Увидев его, яйцеголовый воспрял, как легендарная птица Феникс. Кое-как поднявшись на ноги, он просеменил вперёд и прохрипел, глядя на старика фанатично пылающим взглядом:
– Мистер Сталк, вы обязаны заставить его подчиниться. Я должен обследовать этого человека. Он должен немедленно вернуться в лабораторию…
Договорить ему Генри не дал. Шагнув вперёд, он нанёс резкий, без замаха удар. Икнув, яйцеголовый рухнул на пол как подкошенный, отправившись в беспамятство. Охнув, Натали бросилась приводить его в чувство.
– Зачем же так сильно бить?! Он же не может вам противостоять! – воскликнула она, хлопая очкарика по щекам.
– Из-за таких вот фанатиков я пятнадцать лет болтаюсь по всей галактике и ночую в реанимационных танках чаще, чем с женщиной, – ответил Генри, с трудом сдерживая злость.
– Мистер Генри, давайте не будем нагнетать обстановку. Натали, не стоит обвинять людей в чём-то, не разобравшись в проблеме до конца, – остановил их перепалку старик. Дождавшись, когда они оба успокоятся, старик продолжил: – Капитан, я весьма признателен вам за вашу работу. Вы сделали то, о чём я даже не просил. Натали жива, здорова, а моя корпорация избавилась от предателей. Со своей стороны, я тоже не терял времени. У наших оппонентов неожиданно возникли серьёзные неприятности, и это дело будет рассмотрено верховным судом лиги. Но есть и неприятные новости. Эта тварь сумела сбежать. В данный момент её и её прихвостней ищут все агенты национальной безопасности. Исходя из событий прошедшей недели, я думаю, что она здесь. Судя по всему, последний выстрел предназначался не Натали.
– Я знаю, – мрачно ответил Генри. – Понял по некоторым признакам.
– Каким именно, если не секрет? – живо поинтересовался старик.
– Траектория выстрела, точка, с которой он был произведён, и, наконец, само оружие.
– А что с оружием? – не понял Дик.
– Это был не современный ствол, старина. Не знаю, в каком музее они откопали эту штуку, но, судя по шраму и по силе удара, это ружьё российского производства. Такие изготавливали в конце двадцатого века специально для подобных акций. Дальность выстрела до пяти километров. Заряжается одним патроном, а калибр пули…
– Мистер Генри, я вас умоляю, не надо технических подробностей, – взмолился старик, делая умоляющий жест руками. – Тем более что эта штука находится в багажнике моего лимузина. Можете забрать её себе, если хотите.
– Так вам удалось найти точку, с которой стреляли?
– Через десять минут после выстрела, – ответил Дик. – Вся полиция города до сих пор рыщет по всем притонам и злачным местам, выискивая стрелка. Но пока ничего. Оружие он бросил, но полиции удалось зафиксировать его ДНК. Осталось только ждать. Все вылеты с планеты запрещены. Взлетают только туристские шаттлы, но все пассажиры проходят тестирование.
– Даже те, кто имеет открытый билет на все пассажирские рейсы галактики?
– Без исключения, – коротко ответил старик, – я предположил, что у стрелка может оказаться такой же билет, как у вас. Поэтому проверяют всех.
– Справиться с такой бандурой мог только профи, – добавил Дик. – Именно поэтому мы решили проверять всех подряд. Рано или поздно ему придётся вылезти из своей норы, и тогда ему конец.
– Боюсь, его уже нет на планете, – устало покачал головой Генри, – это профи. Ты правильно оценил его, Дик, но это значит, что он продумал пути отхода и ушёл с планеты сразу после выстрела. Сколько времени вы ему дали?
– Запрет на взлёты вышел через два часа после выстрела, – ответил Дик.
– Сколько кораблей за это время взлетело?
– Три, – мрачно ответил Сталк.
– Его уже здесь нет. Это действительно профи. Думаю, он работает один и только на себя самого. Получает заказ, отрабатывает его и уходит. Судя по тому, как легко он бросил оружие стоимостью несколько сотен тысяч, он использует ствол только один раз. Грамотный стервец, – задумчиво проговорил Генри.
– Так что, мы можем снимать ограничения? – удивлённо спросил Сталк.
– Пока не стоит. Недельки три можно подержать на всякий случай. Я совсем не претендую на изречение истин в последней инстанции.
– Те не менее вы самый компетентный из нас в подобных делах, – ответил старик.
– В любом случае теперь мне лучше будет убраться отсюда подальше. Сезон охоты на меня в самом разгаре.
– Должен признать, что находиться рядом с вами действительно опасно для здоровья, – покачал головой Сталк, – но это не значит, что я готов выгнать вас на улицу. Деньги на ваш счёт уже переведены. Осталось только приобрести вам обещанный дом, и моя совесть будет чиста. Но вас никто не торопит. Можете остаться в моём доме, путешествовать по планете. Все ваши расходы будут оплачены. Если захотите уехать с планеты, просто дайте знать о своём местонахождении Дику. Он всё устроит. К сожалению, в свете последних событий я вынужден увезти отсюда Натали, а дела требуют моего присутствия в суде лиги.
– Не стоит оправдываться, мистер Сталк, – чуть улыбнулся Генри, – вы всё делаете правильно. С вашего разрешения я на некоторое время задержусь здесь. Нужно немного восстановиться после ранения.
– Вам требуется что-нибудь специальное? – тут же встрепенулся Сталк.
– Ничего. Обычный тренажёрный зал, тир и десяток спарринг-партнеров. Всё это, я думаю, Дик сможет обеспечить без проблем.
– Это точно, – усмехнулся Дик, – и даже смогу извлечь из этого выгоду.
– Какую именно? – заинтересованно спросил Сталк.
– Он надеется благодаря мне натаскать своих ребят в стрельбе и рукопашном бою, – усмехнулся Генри.
– А у кого ещё учиться как не у мастера? – развёл руками Дик.
– Кажется, вы, ребята, успели не только найти общий язык, но и подружиться? – покрутил головой Сталк.
– Мы из разных конюшен, но тянули одну упряжку, – усмехнулся Дик.
Натали, обиженно молчавшая всё это время, нетерпеливо дёрнула Генри за рукав, привлекая его внимание.
– Он так и не пришёл в себя, – сказала она, указывая на лежащего на полу очкарика.
Присев на корточки, Генри быстро ощупал шею и челюсть лежащего. Чуть усмехнувшись, он выпрямился и, небрежно пожав плечами, ответил:
– Нокаут, перешедший в здоровый сон. Так бывает. Скоро очнётся.
– Послушайте, вы громила! Даже ваши усилия по спасению моей жизни не дают вам права так обращаться с людьми, работающими на нас, – неожиданно вызверилась Натали.
Удивлённо посмотрев на девушку, Генри вздохнул и, еле сдерживаясь, ответил:
– Знаете, Натали, как это ни прискорбно, но я действительно рад, что всё закончилось и я могу оставить вас. Больше у вас не будет причин злиться на меня. Наверное, правду говорят про богатеньких детишек.
– И что же о них говорят? – произнесла девушка срывающимся от злости голосом.
– Что такие, как вы, и благодарность – понятия несовместимые, – жёстко отрезал Генри и, развернувшись, вышел из кабинета.
Проводив его взглядом, Сталк молча покачал головой и, взглянув на Дика, сделал ему жест рукой, приказывая отправляться следом. Заметившая это Натали удивлённо посмотрела на деда. Дождавшись, когда Дик выйдет, старик укоризненно покачал головой.
– Тебе пора уже научиться сдерживать свои эмоции, девочка. Я прекрасно понимаю, что ты неравнодушна к этому человеку, но это не повод выводить его из себя. Пойми наконец, он опасен.
– Настолько, что я должна бояться его в собственном доме? И потом, с чего ты взял, что он мне нравится?
– Отвечу по порядку, – вздохнул старик, – его нужно не бояться, а опасаться. И не только в собственном доме, а даже на собственной планете. Этого человека отпустили со службы в течение двух часов, не отправив даже на спецобработку. Таких, как он, единицы. Стоит ему рассвирепеть, и спаси господь эту несчастную планету. Пойми наконец, его специально готовили для подобных акций. Ему даже оружие особое не требуется. Он сам оружие. Ну а что до того, кто кому нравится, тут и решать нечего. Прожив на этом свете столько лет, я давно уже научился определять симпатии и антипатии людей. А у тебя, солнышко, всё на физии написано. Вот такими буквами, – улыбнулся старик, разведя руки в стороны.
Чуть покраснев от смущения, Натали потупилась. Помолчав несколько минут, она упрямо тряхнула головой и вскинулась, как норовистая кобылка.
– Всё равно он не имеет права избивать наших людей.
– Думаю, доктор сам нарвался на эти неприятности. Даже преданность науке не даёт ему права заставлять людей делать что-то против их воли. Я догадываюсь, почему наш бравый капитан столь негативно отнёсся к предложению доктора.
– И почему же? – не сдержала любопытства Натали.
– Думаю, за время службы ему приходилось бывать в подобных ситуациях не два и даже не три раза. Но там он вынужден был исполнять приказ. Отсюда и подобная злость. Я совсем не уверен, что все эти тесты и опыты полностью безболезненны.
– Но зачем же так бить?
– Нужно знать, когда требуется вовремя остановиться. Наш доктор этого не знает. За что и поплатился.
– Думаешь, если бы доктор перестал настаивать, он не стал бы его бить?
– Уверен. Генри совсем не жесток, как это ни удивительно, если вспомнить его прежнюю работу. К сожалению, многие из этих парней постепенно превращаются в законченных садистов. Именно поэтому и был введён курс специальной обработки при выходе на пенсию.
Им ставится специальный психологический блок, не позволяющий причинять людям вред. Помимо всего прочего.
– Откуда ты столько знаешь об этом?
– Пришлось срочно проявить любопытство, связавшись с нашим другом, – чуть улыбнулся старик.
– По-моему, ты сейчас поделился закрытой информацией, – улыбнулась Натали в ответ.
– Ты моя внучка и моя правая рука. А также ноги, глаза и уши. Как же я могу не рассказать тебе того, что узнал? – усмехнулся старик, беря девушку за руку и медленно выкатываясь из кабинета.

* * *

Решительно шагая по коридору к выходу из здания госпиталя, Генри размышлял, рисуя себе планы дальнейших действий. У самых дверей его догнал Дик и, чуть придержав за рукав, спросил:
– Куда тебя закинуть, старина?
– Старик испугался за целостность своего имущества?
– Перестань, – чуть поморщился Дик, – он действительно благодарен тебе, а на девчонку просто не обращай внимания. Она ещё маленькая.
– Ничего себе маленькая! – рассмеялся Генри.
– Я имею в виду мозги, – пожал плечами Дик.
– Да я понял. Просто неприятная ситуация получилась. Ненавижу таких фанатиков.
– Забудь о нём, – отмахнулся Дик, – поехали, перекусим, а то за всей этой беготнёй я даже поесть не успел.
– Согласен. Правда, после танка мне придётся несколько дней соблюдать диету, так что, не удивляйся.
– Я бывал в танке – не напугаешь.
– Тогда поехали. Поедим, а заодно и обдумаем план дальнейших действий.
Приятели направились к стоянке глидеров, попутно обмениваясь ничего не значащими фразами. Серьёзный разговор, по молчаливому соглашению, они отложили до того момента, когда усядутся за стол в ресторане.
Дик уселся за штурвал своей машины и, ловко лавируя, вывел её улицу. Выбрав нужный уровень, он повёл глидер в сторону делового квартала. Генри всю дорогу отмалчивался, внимательно слушая новости, которые Дик не спеша пересказывал, опуская лирику и выдавая только полезную информацию.
Мужчины решили посетить один из самых фешенебельных ресторанов в деловой части города. Попасть в это заведение можно было только заказав предварительно столик, но оно принадлежало концерну Сталка, а следовательно, для Дика и его друзей места были всегда.
Дик велел принести крабовый салат и хорошо прожаренный стейк, а Генри пришлось довольствоваться молочным коктейлем с большим количеством сахара. После реанимационного танка его желудок не был готов воспринимать жёсткую пищу.
За обедом Дик поведал приятелю все подробности произошедшего на планете за время его отсутствия. Изменилось многое. Не только концерн избавился от предателей.
Даже криминальные кланы резко сократили свою деятельность, старательно избегая прямого противостояния с полицией. После того вселенского шмона, что устроила на планете эта парочка, преступники держались тише воды и ниже травы.
Внимательно выслушав всё, что Дик рассказал, Генри небрежно пожал плечами и, чуть усмехнувшись, ответил:
– Ну, по крайней мере, планета осталась цела. Даже трупов немного. Старею, наверное.
Изумлённо посмотрев на приятеля, Дик, сообразив, что он пошутил, разразился весёлым смехом. Услышавший реплику экс-капитана официант вздрогнул и недоумённо уставился на откровенно веселящегося Дика.
– Ну если поставить на уши всю планету и перевернуть весь концерн с ног на голову для тебя мелочи, то тогда ты, наверное, действительно стареешь, – ответил он, утерев набежавшие от смеха слёзы.
Усмехнувшись в ответ, Генри глотнул свой коктейль и, скривившись, посмотрел на стакан так, словно он был в чём-то виноват.
– Теперь придётся неделю мучиться с этим пойлом, пока всё восстановится, – проворчал он.
– Ну не так всё плохо, старина. Скажу откровенно, когда тебя отправляли в госпиталь, я уже был готов к тому, что ты останешься без руки.
– Что, всё было так плохо?
– Очень. Плечо было полностью разворочено. Рука болталась только на сухожилиях.
– Теперь понятно, почему тот яйцеголовый кричал, что я должен был умереть, – мрачно кивнул Генри. – Что ж, это ещё один повод найти стрелка. Да и к его хозяйке у меня накопилось порядочно претензий.
– А вот с этим я попрошу тебя подождать, – быстро ответил Дик.
– Почему?
– Она объявлена в официальный розыск и сначала должна предстать перед судом лиги. Личные счёты только после решения суда.
– Но это не мешает мне разобраться со стрелком, – ответил Генри.
– А вот это сколько угодно, – усмехнулся Дик. – Но я хочу предложить тебе один вариант.
– Какой же?
– Не гоняться за ним по всей галактике, а пригласить его сюда.
– Как это?
– Я распространю по официальным каналам весть о твоём воскрешении. Это означает, что заказ не выполнен. Ему придётся вернуться и завершить начатое. Этого потребует его профессиональная заинтересованность. Кто захочет иметь дело с человеком, не доводящим дело до конца. И как только он объявится на планете, мы его возьмём.
– Кто мы? Полиция? В этом случае ему также будут выдвинуты обвинения, суд назначит наказание, а ловкий адвокат сделает так, что через полгода он снова будет на свободе.
– Дружище, такой вариант событий возможен в том случае, если его возьмут на другой планете. А здесь полиция будет делать то, что прикажет старик. А уж убедить старика сделать так, как нужно нам, моя задача.
– Думаешь, у тебя это получится?
– Даже не сомневаюсь. Не забывай, я начальник его службы безопасности. Больше всего на свете он боится потерять внучку, и я его понимаю. Поэтому стоит мне только заикнуться, что убийца такого уровня может стать потенциальной угрозой её жизни, как старик тут же отдаст его мне.
– И ты готов сделать это для меня?
– Знаешь, старина, – задумчиво ответил Дик, – я уже много лет живу на этой планете, но так и не завёл настоящих друзей. Таких, которым я по-настоящему могу доверять. С того дня, как мы с тобой начали работать по этому делу, я понял, что впервые мне работается легко. Что я могу доверить тебе спину и не бояться, что ты про это забудешь. Знаешь, я готов сделать всё, что угодно, лишь бы уговорить тебя остаться на планете. Как ни смешно это звучит, но пока ты лежал в танке, я неожиданно понял, что мне тебя не хватает.
Генри задумался. Признание Дика прозвучало так неожиданно, что он растерялся. Имея по природе весёлый, общительный характер, Генри легко заводил приятельские отношения, когда это не касалось службы, но настоящих друзей у него не было. Точнее, их не осталось.
Служба в спецназе никогда не была лёгкой, но лига вела активную колонизацию диких планет, воевала с пиратами, усмиряла бунты, и бойцы гибли. Так постепенно служба забрала всех, с кем Генри когда-либо дружил.
– Знаешь, дружище, я только что понял одну не очень приятную вещь. У меня ведь тоже никого не осталось. Я, пожалуй, останусь на этой планете, – ответил он после недолгого молчания.
– Так ты согласен? – спросил Дик, радостно улыбнувшись.
– От таких предложений не отказываются, старина, – улыбнулся Генри в ответ.
– Отлично! – весело потёр ладони Дик. – Мы с тобой наконец наведём порядок на этой помойке.
– О чём это ты, старина? – не понял Генри.
– Мне давно нужен был такой инструктор, как ты. Я официально найму тебя на службу в корпорацию, и ты будешь тренировать моих ребят. Это всё, что от тебя требуется. Ну и небольшая помощь в таких ситуациях, как у нас была.
– Личная охрана для ВП?
– Только для старика и девчонки. Все остальные обойдутся службой охраны. Да и их мы будем сторожить только во время перемещений по планете. Но можешь не беспокоиться, они бывают здесь не больше одного-двух раз в год. Всё остальное время мы предоставлены сами себе.
– А что об этом скажет старик?
– Он знает. А кроме того, если его что-то не устроит в твоей кандидатуре, то пусть найдёт мне другого инструктора твоего уровня. Нет, он будет только за.
– Хотелось бы в это верить, – вздохнул Генри. – Хотя чем чёрт не шутит. Может, и получится. В конце концов, он ещё должен мне дом.
– Не вопрос. Покажи только, где строить, – живо ответил Дик.
– Вот этим мы с тобой сейчас и займёмся, – ответил Генри, – прокатишь меня по окрестностям, покажешь живописные места. Вместе что-нибудь и подберём. Извини, но своим транспортом я так и не обзавёлся.
– Без проблем, старина. Это всё мелочи. Как только заключим договор, получишь и транспорт, и все возможные льготы. Благо подобные вещи я имею право решать самостоятельно.
– Похоже, ты здесь очень влиятельное лицо, – усмехнулся Генри.
– В некоторых вопросах у меня полный карт-бланш. Хотя совету директоров это как ножом по яйцам.
– Не сомневаюсь, – кивнул головой Генри.
Друзья покончили с едой и, выйдя из ресторана, снова уселись в глидер. Дик запустил двигатель и, вырулив на нужный уровень, решительно направил машину к окраине города. В спальный район.
Прокатившись по предложенным местам возможной постройки или покупки дома, Генри был неприятно поражён количеством народа, постоянно проживающего в этих местах.
– Похоже, всё увиденное тебя не возбуждает? – спросил Дик несколько растерянно.
– Откровенно говоря, я надеялся, что мы найдём что-то более уединённое и живописное, – мрачно ответил Генри.
– Похоже, ты страстно желаешь поселиться в каком-нибудь медвежьем углу и не видеть никого живого вокруг?
– Честно говоря, это именно то, что мне нужно. Не хочу, чтобы рядом постоянно кто-то крутился и совал нос в мои дела. А кроме того, жить рядом со мной просто опасно.
– Это кто такое сказал?
– Забыл, что на меня открыт сезон охоты?
– Нет, но это не значит, что ты должен забиться в такую глушь, куда можно только на собаках добраться.
– На собаках?
– Не слышал такого выражения?
– Ни разу.
– Это старинная присказка. Её умудрилась откопать где-то моя Сенди. Она вообще очень многое выкапывает непонятно где и использует по своему усмотрению.
– Я всегда придерживался мнения, что древние были мудрее нас, – отозвался Генри. – К слову о Сенди, если мне память не изменяет, мы обещали ей роскошный ужин в роскошном ресторане.
– Помню, но, откровенно говоря, очень не хочется светить её перед широкой общественностью.
– Ты чего-то боишься?
– Не то чтобы боюсь, – задумчиво протянул Дик, – просто она – это всё, что осталось от моей семьи.
– А что вообще произошло? Если, конечно, ты не против поделиться. Если я лезу не в своё дело, просто скажи. Я не обижусь.
– Нет. Всё в порядке. Это было давно, и я уже успокоился. Почти. Ярче вспоминается, только когда вижу дочь. – Дик замолчал, сосредоточенно ведя глидер.
– Извини, что спросил, – тихо произнёс Генри, – я не хотел причинять боль.
– Всё в порядке, – отозвался Дик, – просто вспоминаю и не знаю, с чего начать. Я только сейчас понял, что ещё никому не рассказывал об этом.
– Как это? А полиция, служба спасения? Расследование?
– Меня там не было. Я в это время болтался в космосе, в составе патрульной команды, отлавливавшей пиратов. Ты наверняка помнишь о пиратской эскадре, орудовавшей в туманности Омеги-пять. Это была громкая история.
Наша разведка выяснила, кто и как передаёт пиратам данные о маршрутах и грузах купеческих судов. Мы провели операцию захвата и уже через неделю имели все данные по местам их базирования.
Пираты отреагировали на эту акцию в своём духе. Семьи всех офицеров, участвовавших в этой операции, были уничтожены в течение одного месяца. Они предупреждали нас, что в случае, если мы попытаемся сунуться туда, они это сделают.
Но наши бравые генералы решили не поддаваться на угрозы и отказались обеспечить безопасность нашим семьям. Пираты пустили в ход всё. Взрывчатку, стрелковое оружие, поджоги. За один месяц своих семей лишились почти сорок офицеров высшего и среднего звена.
Как только это началось, я попытался спрятать свою семью, отправив их на Альфу-три. Но их нашли и там. Они собирались ехать на пляж. Все уже сели в машину, и только Сенди продолжала капризничать, не желая ехать без своей собаки. Я подарил ей на день рождения щенка лабрадора, и с тех пор они всегда были вместе.
Пёс убежал куда-то, и Сенди продолжала искать его. Мой отец запустил двигатель глидера, и раздался взрыв. Они погибли все. Сразу. Никто ничего не успел понять. Спаслась только Сенди. Осколок перебил ей позвоночник в районе костей таза.
Этот взрыв в одно мгновение лишил меня всего. Родителей, жены. И нашего нерождённого малыша. Жена была беременна вторым ребёнком. Даже собака погибла. Спасла мою Сенди и погибла.
Дик замолчал, снова переживая те страшные минуты трагедии. Молчал и Генри. Ему просто нечего было сказать. Он помнил эту операцию, но от них, как всегда, скрыли все побочные проблемы, связанные с ней.
– Узнав о случившемся, я словно взбесился, – продолжил Дик свой рассказ после долгого молчания, – самое паршивое, что официальные власти планеты даже не попытались вылечить Сенди, отправив её не в серьёзный госпиталь, где есть реанимационные танки, а просто сунув в больницу для неимущих.
Я ушёл с базы, как был, в скафандре и с оружием. Угнав шаттл, я отправился на Альфу-три. Как я туда добрался и как выяснил, где находится Сенди, это отдельная история. Скажу только, что после моего визита властям в срочном порядке пришлось объявлять набор на вакансии чиновников среднего звена.
Я пришёл слишком поздно. Для реанимационного танка раны Сенди уже не подходили. Мне осталось только одно. Забрать дочь и, подав в отставку, уехать. Мне пришлось пойти на сделку. Я не поднимаю шума по поводу болезни Сенди, а власти не выдвигают против меня обвинения во множественном убийстве.
– Значит, к военным медикам ты не обращался?
– Мне не дали такого шанса. Да и кого интересует болезнь какой-то девчонки? Я в отставке, а она не имеет к армии никакого отношения.
– Не буду ничего обещать, старина. Но я попробую кое-что сделать. Только мне потребуются все её медицинские файлы. Заключения врачей, анализы, показания диагностического оборудования.
– Без проблем, – пожал плечами Дик, – открой бардачок и достань синий диск. Это последние данные её обследования. Хотя, признаюсь честно, я слабо верю в то, что тебе удастся пробить заслон армейских чиновников.
– Посмотрим, – чуть улыбнулся Генри. – Так куда мы едем?
– К Сенди. У неё есть полная карта всей планеты. Выберешь что-нибудь так, а потом посмотрим на всё вживую.
– Хорошая идея, – улыбнулся Генри, – надо было с этого начать, не потеряли бы столько времени впустую.
– Не так уж и впустую, – качнул головой Дик, – по крайней мере, у нас было время поговорить.
Согласно кивнув, Генри принялся рассматривать пролетающие за окном пейзажи. Вскоре Дик загнал глидер на знакомый уже склад и заглушил двигатель.
Поднявшись на лифте на второй этаж, Дик поднял голову и весело произнёс:
– Это мы, девочка. Настала пора исполнять обещанное.
Бронированная дверь распахнулась, и друзья вошли в знакомый холл. Сенди вплыла в холл, сидя на своей платформе с растерянным видом.
– Ну и как понимать ваше внеплановое посещение?
– Приехали за тобой, а заодно пороемся в твоём компьютере, – улыбнулся Дик, поцеловав дочь.
– Чёрта с два! – тут же заявила девушка. – В моём компьютере копаюсь только я. Что вам нужно?
– Ничего особенного. Просто хочу показать Генри все заповедные уголки в округе. Он ищет место для постройки дома. Подальше от людей и поближе к природе.
– Вы решили остаться на планете? – удивлённо спросила Сенди.
– А вы против? – улыбнулся Генри.
– Нет. Наоборот. Похоже, вы с папой подружились, и меня это радует. Во всяком случае, вы первый, кого он привёл сюда дважды. И ещё, он стал чаще улыбаться. Это мне тоже нравится.
– Будем надеяться, что скоро он будет улыбаться всегда, – загадочно усмехнулся Генри.
– Ладно, – пожала плечами девушка, – пойдёмте, я запущу программу, и пока вы любуетесь пейзажами, я успею переодеться.
Ловко развернув платформу, Сенди направилась в свой кабинет. Друзья дружно направились следом, войдя в её святая святых. Сенди запустила нужную программу и отправилась одеваться.
Пока девушка чистила пёрышки, мужчины успели осмотреть почти все потаённые уголки вокруг центра. Неожиданно Генри замер и ткнул пальцем в экран монитора так, что чуть не сбросил его со стола.
– Где это?
Вздрогнув от неожиданности, Дик удивлённо уставился на экран.
– Знаешь, приятель, даже если тебе очень понравилось место, это ещё не повод крушить оборудование. Ты чуть монитор пальцем не проткнул, – усмехнулся он, выводя на экран нужные данные.
В комнату вплыла Сенди. У Генри язык не поворачивался сказать о её способе передвижения по-другому.
– Нашли что-то интересное? – спросила девушка, заглядывая через плечо отцу.
– Генри приглянулась вот эта лагуна, – ответил Дик, ткнув пальцем в карту.
– Серьёзно? – удивилась Сенди.
– А что тут такого? – не понял Генри.
– Просто мне самой очень нравится это место. Давно мечтаю попасть туда и увидеть всё своими глазами.
– Что ж, теперь у вас есть такой шанс. Мы отправимся туда завтра с утра, и я хочу пригласить вас с собой. Если, конечно, ты не против, старина.
– Я, что, похож на отца-садиста? Лишить удовольствия собственного ребёнка! Надо ж такое придумать! – возмутился Дик.
– Прости, дружище, просто ты говорил, что не хочешь светить её.
– Ну, думаю, мы сумеем сделать так, чтобы никто не понял, где мы её взяли и есть ли она в машине вообще. Не говоря уже о личной безопасности в нашем присутствии.
– Не сомневайся, дружище, – ответил Генри.
Пока мужчины строили планы, Сенди успела распечатать все нужные данные и, передав лист Генри, сказала:
– Надеюсь, вы не уедете туда без меня? Вы обещали.
– Я же сказал. Завтра с утра. А теперь если вы готовы, то нам пора отправляться.
– Я давно уже готова, – кокетливо улыбнулась девушка, – это вы, мужчины, никак не можете оторваться от своих планов.
Чуть улыбнувшись, Генри элегантно поклонился и подал ей руку. Улыбнувшись в ответ, Сенди легко опёрлась на поданную руку, и они дружно двинулись к выходу.

* * *

Столик в ресторане «Империал» Дик заказал прямо из глидера, как только друзья решили исполнить данное обещание. Заскочив по дороге в магазин готового платья, мужчины переоделись и теперь были полностью готовы к веселью.
Теперь оба они выглядели как солидные члены совета директоров крупной корпорации. Заказывая столик, Дик представился и теперь, подогнав специально оборудованный глидер ко входу в ресторан, мрачно оглядывал все подходы и подъезды к зданию.
– Что-то не так, дружище? – мгновенно насторожился Генри.
– Не знаю, – покачал головой Дик, – странное ощущение. Словно что-то должно случиться.
– Не переживай. Предупреждённый вооружён. А уж мы с тобой вооружены трижды, – скупо улыбнулся Генри.
– Это точно, – кивнул Дик, медленно успокаиваясь.
– В любом случае будем просто поглядывать и ждать подвоха. Если что, хватай дочь и уходи, я прикрою. Ни в коем случае не пытайся вмешаться. Я разберусь сам. Просто уходи.
– Я не смогу тебя просто бросить… – начал было спорить Дик. Генри жёстко оборвал его:
– Сможешь. Ты не бросаешь меня. Ты будешь выполнять приказ. Спасай дочь. Это приказ.
Посмотрев в глаза Генри долгим, тяжёлым взглядом, Дик медленно кивнул головой и, вздохнув, открыл заднюю дверь машины, выпуская Сенди. Не доверяя глидер подскочившему было перегонщику, Дик сам отогнал машину на стоянку и быстро вернулся к поджидавшим его на входе друзьям.
Пройдя в зал, Дик представился метрдотелю, и тот проводил их к заказанному столику. По просьбе Дика им отвели места в отдельной кабинке, где создавалась иллюзия уединения.
Троица расположилась за столиком и приготовилась сделать заказ, просматривая карту вин. Дик окинул зал внимательным взглядом, мгновенно выделяя знакомые лица.
В зале ресторана находилась почти вся руководящая верхушка планеты. Они что-то весело отмечали, регулярно поднимая бокалы. В дальнем углу зала гуляла ещё одна компания.
Этих людей Генри не знал и, автоматически отметив про себя мелькнувшее на лице Дика неудовольствие, решил приглядывать за ними.
Троица дружно принялась за еду. Дик наконец-то позволил себе расслабиться и даже выпил пару бокалов вина, когда на эстраде заиграл живой оркестр.
Компания в углу активизировалась. На паркете танцевальной площадки появились первые пары. Даже от компании власти предержащей, ВП, как называл их Генри, отделилось несколько пар, закачавшись в ритме медленного танца.
Сенди с удовольствием болтала с отцом и Генри, с интересом осматривая интерьер зала и посетителей, когда у их столика появился странный, дорого, но небрежно одетый субъект. Мужчины тут же насторожились. Дик, сделал приятелю пальцами знак, означавший опасность.
Чуть кивнув, Генри сдвинулся так, чтобы контролировать всё пространство у входа в кабинку. Основательно поддатый тип лет двадцати пяти презрительно оглядел сидящих мужчин и, перегнувшись через столик, заговорил с Сенди.
– Привет, красавица. Не хочешь потанцевать? Я приглашаю.
– Друг мой, эта девушка не танцует, – ответил Дик с угрозой в голосе.
– Я не тебя спрашивал, старый пердун. Сиди молча, пока по соплям не получил, – ответил подошедший.
– Сынок. У тебя есть три секунды, чтобы исчезнуть, иначе ты уже никогда не будешь танцевать, – тихо прорычал Генри, заметив, что к их кабинке приближаются ещё трое.
– Я сказал, заткнись, старик. Расплачивайся и мотай отсюда, пока я не приказал выбросить вас, – резко ответил парень.
Это было последней каплей. В следующий момент произошли сразу три события. Отбросив тяжёлый деревянный стул коленями так, чтобы он стукнул одного из подходящих по ногам, вскочил Генри, одновременно нанося удар кулаком пьяному хаму. Подлетев от удара, тот рухнул на второго наступавшего, вследствие чего перед кабинкой собралась куча человеческих тел.
Вырвавшись на открытое пространство, Генри, недолго думая, приложился к организму третьего парня, после чего тот надолго забыл, зачем пришёл. Лежащая на полу троица кое-как поднялась на ноги и решительно бросилась в атаку, выхватывая из карманов ножи и кастеты.
Вот теперь Генри разозлился по-настоящему. То, что посетители ресторана увидели дальше, повергло их в настоящий шок. Рассвирепевший рейнджер двигался с такой скоростью, что за ним не успевали уследить.
Спустя несколько секунд вся троица лежала на полу, не подавая признаков жизни. Только зачинщик драки ещё был в сознании, издавая тихие стоны. Ухватив его за волосы, Генри приподнял парня над полом и яростно прорычал ему в лицо:
– Это было предупреждение. Запомни сам и передай всем своим приятелям: любой, кто посмеет косо посмотреть на эту девушку, будет иметь дело со мной! Любой! Слышишь, ты, мразь?!
– Пожалеешь, – тихо прохрипел парень, – ты хоть понимаешь, с кем связался, старый дурак? Ты уже покойник.
– Я ещё жив, а вот ты теперь точно покойник, – ответил Генри, нанося парню удар в висок.
В тишине зала раздался едва слышный хруст, и парень, дёрнувшись, замер. Спешивший к месту происшествия метрдотель громко охнул и схватился руками за голову. Вбежавшая в зал охрана ресторана растерянно замерла, не зная, что делать.
Растерянную тишину нарушил начальственный голос и топот ног. К месту драки решительным шагом направлялся начальник планетарной полиции. Подойдя к поверженным, он набрал было в грудь воздуху, чтобы начальственным рыком нагнать страху на нарушителей спокойствия, но, разглядев, кто перед ним, замер, не зная, что делать дальше.
Он с первого взгляда узнал Дика и Генри и теперь лихорадочно соображал, как выйти из создавшейся ситуации с наименьшими потерями. Опустив взгляд, он принялся внимательно разглядывать лежащих. Неожиданно его лицо исказилось растерянной миной.
– Похоже, вы узнали этих подонков, господин начальник полиции, – зло проговорил Дик, сжимая в руке лазерный пистолет.
– Да, мистер Вильямс, – мрачно ответил тот, ссутулившись так, словно ему на плечи упал неожиданный груз.
– Кто это такие? – резко спросил Генри.
– Отпрыски самых влиятельных криминальных семейств, – тихо ответил полицейский чин, медленно покрываясь потом. – Скажите, вы их всех, это?
– Что это? Ликвидировал? – жёстко спросил Генри.
– Да, – через силу выдохнул полицейский.
– Всех. В порядке самообороны, согласно действующему законодательству, принятому советом лиги, – твёрдо ответил Генри, отбросив полу модного френча и демонстрируя полицейскому штурмовой пистолет.
Увидев столь мощное оружие, так и не покинувшее кобуру, тот молча кивнул и, вздохнув, повернулся к метрдотелю.
– Прикажите принести копии с камер наблюдения и вызовите полицию и «скорую». Нужно также сообщить их родственникам.
Кивнув, метрдотель исчез, словно факир из сказки. Развернувшись обратно, полицейский медленно подошёл к Генри и тихо спросил:
– Скажите честно, вы могли не делать этого?
– Не делать чего?
– Ну, например, не бить с такой силой?
– Нет. Я не умею убивать наполовину. Я рейнджер.
– Это я знаю. Но я также знаю, что теперь у вас возникнут серьёзные проблемы.
– У меня? – удивлённо переспросил Генри.
– Да, чёрт возьми! – взорвался полицейский. – Неужели вы не понимаете, что эти люди не простят вам этого. Из-за вашей выходки мы оказались на грани криминальной войны.
– Из-за меня? А по-моему, эта ситуация возникла из-за вашей некомпетентности и нежелания бороться с криминалом. Это из-за вашего попустительства честные граждане рискуют быть избитыми и даже убитыми подобным отребьем.
– Знаете, капитан, ваши методы совершенно не годятся для работы и жизни на нашей планете. Я это понял, еще когда вы проводили свою операцию по ликвидации угрозы жизни мисс Натали. Я буду вам очень признателен, если вы немедленно покинете планету.
– Чёрта с два, – нахально усмехнулся ему в лицо Генри, – мне нравится эта планетка. Я решил поселиться здесь и даже присмотрел место, где будет построен мой дом. А если кто-то вздумает мне мешать, то я его уничтожу, просто вызвав на планету десяток моих парней. Думаю, мистер Сталк не будет против, если я наведу здесь порядок.
– Мистер Сталк уже благословил эти действия. Ему совершенно не понравилась обстановка на планете. Ваши подопечные взяли себе слишком много воли. С этим пора кончать, – неожиданно вступил в разговор Дик.
Услышав подобное заявление от начальника охраны хозяина планеты, главный полицейский чин резко побледнел и принялся что-то быстро бормотать о готовности полиции решить все поставленные Сталком задачи.
Мрачно кивнув, Дик забрал из рук подошедшего метрдотеля копии записей с камер наблюдения и, протянув руку Сенди, сделал Генри знак уходить. Забрав со стоянки глидер, Дик принялся кружить по городу, сбивая со следа возможный хвост.
Наконец доставив девушку домой и пересев в свой глидер, друзья снова начали колесить по городу, обдумывая план дальнейших действий. Первым затянувшееся молчание нарушил Дик:
– Прости, старина.
– За что? – растерянно спросил Генри.
– Это я втянул тебя в эту историю.
– Ерунда. Ты был прав, когда говорил, что на этой помойке давно пора навести порядок.
– Это всё верно, но боюсь, у тебя теперь могут возникнуть серьёзные неприятности. Я говорю не о бандитах. Из-за этой истории многие чиновники могут начать отравлять тебе жизнь, науськанные своими хозяевами.
– Ну в таком случае мне придётся отправить отчёт в оперативный штаб лиги и затребовать сюда батальон пехоты. Открою тебе маленький секрет. Я не только отставник, но и офицер службы внешней разведки с очень широкими полномочиями. Повесим криминальных главарей, расстреляем пару десятков чинуш, и на планете наступит покой и порядок.
– Хочешь перевести планету на военное положение?
– Если сами не справимся.
– Ты действительно из разведки?
– Переведён специальным приказом начальника оперативного штаба лиги.
– Тогда с чего начнём?
– Для начала поехали в дом Сталков. Мне нужно кое с кем связаться. А потом будем просто ждать. Пусть они сами сделают первый шаг. А мы отреагируем по обстановке. Нам спешить некуда.
– Это верно, – усмехнулся Дик, выруливая на нужную магистраль.
Спустя двадцать минут друзья вошли в дом. Усадив Дика в кресло, Генри достал комплекс оперативной связи и, положив его на стол, устроился на диване. Приложив большой палец к сканеру замка, он быстро набрал кодовое число.
Тихо зажужжав, сканер ввёл информацию в память замка, и тот, тихо щёлкнув, открылся. Откинув крышку чемодана, Генри ввёл свой личный код и вызвал генерала Ванколлена, включив громкую связь.
Генерал отозвался на вызов после четвёртого сигнала. Увидев физиономию Генри, он кивнул и, устало усмехнувшись, сказал:
– Ну наконец-то ты соизволил вспомнить про нас, капитан.
– Простите генерал, но обстоятельства не позволяли мне выйти на связь раньше.
– О, да. Я уже наслышан о твоих подвигах. Похоже, тебе и на гражданке спокойно не живётся. За какие-то полгода ты умудрился перетряхнуть целую планету, поставить на уши одну из самых мощных корпораций лиги и натравить на свою подружку одного из самых влиятельных людей галактики. Ты не мелочишься.
– Видит бог, генерал, я этого не хотел. Просто всё завязалось в один большой и поганый узел…
– Который ты, по своей любимой привычке, просто разрубил, – весело закончил за Генри генерал. – Ладно, приятель, это всё ерунда. Сейчас меня больше всего интересует только один вопрос. Где ты решил осесть?
– Это имеет какое-то значение?
– Очень большое. Секретным решением срочного совета лиги было решено создать оперативную группу по борьбе с коррупцией и организованной преступностью. Основная задача – борьба с торговлей оружием, наркотиками, людьми. Принято решение не церемониться со всей этой сволочью и просто пускать их в расход при первом же появлении оперативных данных. То есть вы становитесь просто ликвидаторами.
– Чистильщиками, – тихо проговорил Генри.
– Что? – живо переспросил генерал.
– Чистильщиками. Будем подчищать за полицией хвосты.
– Не так. Вы будете чистить планеты одну за другой. Кражи, разбой, проституция – это всё работа полиции. Ваша задача – борьба с теми, кто имеет возможность вырваться из любой западни. Терпеть подобное положение вещей больше нельзя. Так что ты решил?
– Мне понравилась эта планета. Я решил остаться здесь.
– Хорошо. Я на это надеялся. Это одна из самых тяжёлых планет, но ты справишься. Запоминай. С этой минуты ты полностью автономен в своих решениях. Контроля за тобой нет. Ежедневные отчёты будешь сбрасывать мне пакетным сигналом.
– А на что я буду жить?
– Ну ты нахал, капитан! – рассмеялся генерал. – Помимо пенсии, тебе будет начисляться повышенное жалованье офицера, работающего в полевых условиях. Хотя ты мог бы и сэкономить мне бюджет. Не знаю, что за афёру ты провернул, но денег у тебя на три жизни хватит.
– И после этого я нахал! – возмутился Генри. – Вообще-то я собираюсь создать семью, а значит, должен оставить детям приличный капитал. Кроме того, генерал, мне потребуется особый транспорт.
– Этот вопрос уже решается. Тебе пригонят яхту. Патрульный крейсер даже не проси, не получишь. Обойдёшься и яхтой, тем более что на ней будут установлены новейшие двигатели и четыре генератора. Из вооружения три лазерные спарки, импульсная пушка и щит. Хватит, чтобы разнести в пыль любой шарик в галактике.
– Когда ждать прибытия?
– Две недели на подготовку и месяц на дорогу.
– В таком случае я хочу попросить вас приказать отправить на яхте мой грузовой модуль. Старина Джек знает, где он находится.
– Я тоже, – усмехнулся генерал, – не могу же я допустить, чтобы мой лучший офицер лишился того немногого, что успел нажить за всю жизнь.
– Тут вы правы. В этом модуле всё, что у меня есть.
– Не волнуйся, ты его получишь. Ещё что-нибудь?
– Личная просьба, генерал. Для меня это очень важно.
– Сделаю что смогу, – коротко ответил генерал.
– Дочь моего друга стала инвалидом вследствие теракта. Она не может ходить. Её отец тоже отставник. Морская пехота. Наши чинуши отказались помочь ему, а она ещё почти ребёнок.
– Я понял, капитан. Перебрось мне её данные, – решительно приказал генерал.
– Отправляю, – ответил Генри, загружая в компьютер полученный от Дика диск.
Спустя несколько минут генерал удовлетворённо кивнул и, попросив Генри подождать на связи, принялся куда-то звонить. После короткого, но очень эмоционального разговора он лихо забарабанил по клавишам, переправляя полученную информацию кому-то ещё. Закончив, он бросил трубку и, развернувшись к экрану связи, окликнул Генри:
– Порядок, капитан. Я озадачил нашего главного коновала. Думаю, завтра мы уже будем точно знать, что он сможет сделать. Пришлось пообещать ему новый диагностический компьютер. С тобой одни расходы.
– Эти расходы я готов оплатить, – мрачно ответил Генри.
– Не обижайся капитан, я просто шучу. Компьютер я ему давно обещал. Постой, у меня звонок.
Генерал снова отвернулся и, взяв трубку, принялся что-то горячо обсуждать. Бросив трубку на рычаг, он задумчиво покачал головой и вернулся к разговору.
– Знаешь, сынок, если уж ты что и умеешь, так это повергать людей в шок. Первый раз в жизни вижу, как наш коновал брызжет от ярости слюной. Твоей подружке можно помочь.
Наш профессор успел просмотреть файлы и готов принять её. Она будет ходить. Больше того, он обещал восстановить все функции организма, включая репродуктивные. Можешь отправлять её сюда.
– Я посажу её в корабль и сообщу все данные.
– Её встретят. Можешь не беспокоиться.
– Спасибо, генерал.
– Не стоит. Ты же сказал, это для тебя важно. А теперь докладывай, что там у вас творится.
Следующие десять минут Генри подробно рассказывал генералу обо всём, что с ним произошло с момента его отставки. Выслушав его доклад, генерал кивнул и, уточнив несколько деталей, закончил разговор короткой фразой:
– Всё, капитан. Завтра жду отчёта. До связи.
– До связи, генерал, – ответил Генри и отключился.
Захлопнув чемодан, он устало протёр глаза и, посмотрев на Дика, спросил:
– Всё слышал?
– Всё.
– Всё понял?
– Я понял главное. Они готовы взяться за лечение Сенди. На остальное мне наплевать.
– Не горячись, старина, – покачал головой Генри, – если я ничего не упустил, то нам выдан полный карт-бланш. Лицензия на убийство. Согласно тем документам, которые мне должны переслать, я имею полное право выйти на улицу с базукой в руках и начать палить во всех главарей криминальных кланов.
– Чёрт, это же разрешение на открытый отстрел бандитов. Не представляю, кому можно позволить такое? Такой человек может запросто превысить свои полномочия и не понесёт за это никакой ответственности.
– Не так всё просто, старина. Боюсь, что после открытия сезона охоты на криминал наши ВП могут объявить охоту на охотников. Такое уже не раз бывало. Поэтому придётся хорошенько готовиться к каждой акции. Иметь комплект неопровержимых доказательств вины клиента.
– Думаю, будет достаточно иметь комплект видеозаписей акции, – задумчиво проговорил Дик.
– Возможно. Но тогда на записи должно быть чётко видно, из-за чего проводилась акция.
– Ящики с оружием и чемоданы с наркотой?
– Именно, старина, именно, – проворчал Генри, устало откидываясь на спинку дивана.
– Что будем делать дальше? – также устало спросил Дик.
– Пойдём-ка спать, дружище. Завтра у нас будет суматошный день.
– Может, мне лучше отправиться к себе?
– Чтобы с утра снова возвращаться сюда? Не стоит. Дом громадный, места больше чем достаточно.
– Да уж, домик и вправду немаленький, – чуть улыбнулся Дик. – Ладно, тогда покажи, где я могу устроиться, и давай отдыхать.
Улыбнувшись в ответ, Генри поднялся с кресла и молча направился на второй этаж. Поднявшись, Дик двинулся следом за ним. Проходя по коридору, Генри небрежно распахнул двери нескольких спален подряд и, развернувшись, предложил:
– Выбирай любую, старина. Только держи оружие под рукой.
– Ты ждёшь гостей? – насторожился Дик.
– Всё может быть. Не забудь про наше сегодняшнее приключение.
– Не думаю, что они смогут найти нас так быстро. Мы сменили глидер.
– Это не имеет значения. Мы с тобой слишком известны на этой планете. Я больше чем уверен, что они прекрасно знают, где мы оба живём.
– Значит, настало время вспомнить, как спать одним глазом.
– Точно, – ответил Генри и скрылся в своей комнате.
Недолго думая, Дик последовал его примеру, ввалившись в ближайшую спальню. Сбросив изрядно надоевший френч, он разулся и, достав из поясной кобуры пистолет, улёгся на кровать прямо поверх покрывала. Положив оружие так, чтобы в нужный момент оно оказалось под рукой, Дик устроился поудобнее и закрыл глаза.
Оказавшись в своей комнате, Генри быстро настроил свой сканер на широкий поиск и, усевшись в кресло, стоявшее в углу, положил на колени пистолет. Чутьё подсказывало, что выспаться им не дадут.
Уже через минуту он затих, глубоко и ровно дыша. Привычка спать где и когда угодно снова, как и всегда, помогла ему восстановить силы. Отвыкшее от экстремальных нагрузок тело давно требовало отдыха.
После реанимационного танка Генри не успел полностью восстановиться. Схватка в ресторане показала это очень ясно. В нормальном состоянии ему никогда не требовалось бить одного человека дважды.
Доведённые до автоматизма удары всегда достигали своей цели, уничтожая практически любого противника. Все приёмы рукопашного боя были специально разработаны для подразделений спецназа и были рассчитаны так, чтобы вывести из строя максимальное количество противников с наименьшими затратами сил.
Каждый удар наносился в жизненно важные точки на человеческом теле. Главным в этих приёмах были сила и точность удара. Для каждого участка тела они были свои.
Но сегодня экс-капитану пришлось затратить больше одного удара на каждого нападавшего. Это выводило Генри из себя. Он терпеть не мог чувствовать себя слабым.
Спустя час Генри проснулся от тихого, но настойчивого зуммера. Сканер разбудил его сообщением о приближении десяти биологических объектов, имеющих массу, соответствующую весу взрослого человека.
Моментально проснувшись, Генри быстро определил место расположения нападавших и, бесшумно выскользнув в коридор, отправился будить Дика. Легко найдя спальню, в которой тот обосновался, Генри проскользнул в комнату и осторожно сжал плечо спящего. Чуть вздрогнув, Дик моментально проснулся.
– У нас гости? – спросил он одними губами.
– Я просто поболтать зашёл, – также тихо ответил Генри.
– Где? Сколько? – задал Дик главные вопросы.
– Десять. Во дворе, – ответил Генри.
– Пустим в дом или пойдём встречать?
– Встретим. Ребята невоспитанные, ещё посуду побьют, – усмехнулся Генри, выскальзывая в коридор.
Быстро обувшись, Дик выскользнул следом за ним. Вернувшись к себе, Генри убедился, что посетители всё ещё во дворе, и, показав их Дику, предложил:
– Ты сзади, я в лоб. Только рад всего святого, не церемонься. Бей на поражение.
– Не сомневайся, теперь я хочу внуков увидеть, – ответил Дик и стремительно метнулся в сторону задней двери.
Хорошо зная расположение комнат, он бесшумно добрался до двери и, чуть приоткрыв её, тенью выскользнул во двор. Генри начал двигаться одновременно с ним.
Быстро сбежав в холл, он нырнул под лестницу и приготовился. Бандиты собирались взять их спящими и не стали разрабатывать грандиозных планов. Они даже не стали разделяться, направившись к передней двери скопом. Именно на это Генри и рассчитывал.
Дождавшись, когда широкая стеклянная дверь распахнётся, он вскинул свой штурмовик и открыл огонь. Первые же выстрелы нанесли противнику сокрушительный урон.
Штурмовой пистолет, рассчитанный на поражение противника, одетого в лёгкую броню, просто прожигал тела бандитов насквозь. Сгустки раскалённой плазмы легко проникали сквозь кости и плоть, оставляя за собой аккуратные опалённые дыры.
В то же мгновение к басовитому рявканью штурмовика присоединилось змеиное шипение лазерного пистолета Дика. Не успевшие ничего понять бандиты были уничтожены.
Быстро обыскав тела, друзья стали обладателями четырёх игломётов и шести лазерных пистолетов гражданского образца. Это было оружие, разрешённое к ношению гражданскими лицами. Ни документов, ни каких-либо мелочей, способных вывести их на след, у нападавших не было.
Мрачно оглядев устроенное ими побоище, друзья задумчиво переглянулись и, не сговариваясь, выдали одну и ту же фразу:
– Поехали к Сенди.
Чтобы собрать вещи и запереть двери дома, друзьям потребовалось ровно четыре минуты. Сообщить о случившемся в полицию было решено из машины, на подъезде к складу Сенди.
Друзья запрыгнули в глидер, и Дик, в нарушение всех правил, стремительно повёл его строго вверх, выводя машину сразу на нужный уровень. Выскочив на магистраль, Дик вдавил педаль ускорителя в пол, выжимая из глидера всё возможное. Мощный двигатель взревел, и глидер понёсся по магистрали с ужасающей скоростью.
Заметивший этот манёвр полицейский патруль бросился было вдогонку, но тут же безнадёжно отстал. Машина Дика была оборудована самым мощным двигателем, который только можно было воткнуть в эту модель.
Уже через шесть минут этого безумного полёта они ворвались в промышленный квартал. Не тратя времени на лишние манёвры, Дик взлетел над магистралью и, выписав головокружительный пируэт, стремительно влетел прямо в помещение склада.
Они успели вовремя. Четверо бандитов безуспешно пытались попасть в заблокированный автоматикой лифт. Лихо развернувшись, Дик остановил глидер, и друзья начали стрелять, едва двери машины распахнулись. Всё было кончено меньше чем через минуту.
Введя код в систему блокировки, Дик со всех ног бросился к дверям. Мужчины ввалились в холл и замерли, внимательно оглядывая помещение. Сенди встретила их в своём любимом кресле. В пижаме, но с пистолетом в руке.
– Ты цела, девочка? – обеспокоенно спросил Дик, бросаясь к дочери.
– Вы вовремя. Хотя, думаю, часа два я бы продержалась, – решительно ответила девушка.
Она была напугана, хотя и старалась не показывать это. Одобрительно кивнув, Генри быстро прошёлся по комнатам, осматривая окна. Теперь он был готов к любым неожиданностям.
– Как они могли узнать об этом месте? – мрачно спросил он Дика.
– Ума не приложу, – растерянно ответил тот.
– Подумай, кто из посторонних здесь бывал? Нам нужен полный список.
– У меня есть фотографии всех приходивших. Их не так много, и я решила сохранить эти записи. Подумала, вдруг пригодятся, – смущённо пояснила она, глядя на отца.
Молча кивнув, тот решительно направился в её комнату. Огорчённо вздохнув, Сенди отправилась следом за ним. Включив один из компьютеров, она вывела на экран нужный файл и отодвинулась, уступая место мужчинам.
Посетителей действительно было не много. Молча просматривая фотографии, друзья пытались понять, кто из них мог оказаться предателем. В основном это были люди, не проживавшие на планете постоянно. Большинство из них были далеко и не могли иметь к нынешним событиям никакого отношения.
– Давай-ка пока отложим этот вопрос, – предложил Генри, – у нас ещё будет время поломать себе головы.
Кивнув, Дик отодвинулся от экрана и, повернувшись к дочери, улыбнулся:
– У меня для тебя есть хорошие новости, девочка. Ты летишь на военную базу в туманность Сверхновой.
– Зачем? Что я там забыла? – растерянно спросила Сенди.
– Ты летишь в лучший военный госпиталь лиги. Они готовы помочь тебе, – срывающимся голосом ответил Дик.
– Но как? То есть почему? Ведь они отказались помогать нам, – растерянно спросила девушка, не веря в такую удачу.
– Это он. – Дик, коротко ткнул пальцем в молча стоящего Генри. – Это он смог пробить тебе место в госпитале.
Сенди круто развернула платформу и в упор посмотрела Генри в глаза, словно пытаясь прочесть его мысли. После короткого молчания она тихо спросила:
– Зачем вам это?
– Что именно? – не понял Генри.
– Почему вы решили помочь мне?
– Не знаю, – честно ответил Генри. – Наверное, потому что мне это показалось правильным. И, наверное, потому что дети не должны страдать из-за разборок взрослых. А может быть, потому что у меня впервые за многие годы появился друг. Не знаю, – вздохнул Генри и растерянно улыбнулся, чуть разведя руками.
– Спасибо, – тихо сказала Сенди.
– Об этом говорить ещё рано, – покачал головой Генри.
– Даже если не получится, всё равно спасибо. Вы хотя бы попытались, – грустно ответила девушка и, развернувшись, неожиданно прижалась к отцу, пряча набежавшие слёзы.
– Давайте оставим лирику на потом, – смущённо проговорил Генри, – тебе нужно как следует приготовиться. Собрать нужные вещи, документы. Готовься, ты улетаешь рано утром. Нет смысла отправлять её обычным рейсом, – сказал он, посмотрев на Дика. – Наймём чартер для прямого перелёта.
– Но это же очень дорого, – вскинулась Сенди.
– Деньги не проблема. Этот вопрос я беру на себя. Сейчас главное – отправить тебя ближайшим рейсом. Чем скорее, тем лучше, – решительно ответил Генри.
– А вы? – неожиданно спросила девушка.
– Что мы? – удивился Дик.
– Ведь они начнут охотиться на вас.
– Именно этого мы и ждём, – улыбнулся Генри. – Отправив тебя, мы будем спокойны и мобильны. У нас будут развязаны руки. И вот тогда мы посмотрим, кто на кого охотится.
– Вы просто сумасшедшие. Оба, – помолчав, ответила Сенди и, развернув кресло, отправилась собираться.

* * *

Через два часа, когда Сенди после долгих споров и уговоров наконец собралась, друзья понеслись на космодром. В багажнике глидера лежал только небольшой чемоданчик с одеждой и документами девушки.
Мужчинам с большим трудом удалось уговорить её не брать с собой компьютер, лэптоп и другие электронные устройства. Генри едва сумел убедить её, что пользоваться ими ей будет некогда. Решающую роль в этом сыграли его шрамы.
Устав от бесконечного спора, экс-капитан просто распахнул рубашку, обнажив торс и продемонстрировав свои шрамы. С таким аргументом было сложно спорить. Генри явно знал, о чём говорит.
Растерянно охнув от увиденного, Сенди перестала спорить и принялась быстро собираться. Все её вещи уместились в одном небольшом чемоданчике, который Генри быстро закинул в багажное отделение.
Друзья давно уже готовы были мчаться в космопорт и не скрывали своего нетерпения. Дик вывел глидер на нужную магистраль и стремительно помчался к выезду из города.
– Папа, ты несёшься так, словно тебе не терпится от меня избавиться, – недовольно проворчала девушка после очередного крутого виража.
– Не говори ерунды, девочка, – ответил Дик, уверенно сжимая штурвал, – просто я не хочу, чтобы у наших друзей появилось время лишить тебя твоей удачи.
– Ты думаешь, за складом следили? – насторожилась Сенди.
– Не знаю, но рисковать не хочу. В любом случае в твою берлогу им не попасть. Я переключил компьютер на уничтожение любого объекта, сделавшего попытку проникнуть внутрь, – ответил Дик с мрачным удовлетворением на лице.
– Надеюсь, заминировать склад вы не додумались? – ехидно поинтересовалась Сенди.
– Это же наша собственность! Я не настолько богат, чтобы принимать такие кардинальные меры, – возмутился Дик, но прозвучал этот ответ довольно фальшиво.
– Та-ак, – протянула Сенди, заметно помрачнев, – предупреждаю вас обоих, господа, если мои компьютеры взлетят на воздух, я с вами перестану разговаривать.
Эта угроза прозвучала так по-детски, что мужчины дружно расхохотались. Смех наконец разрядил обстановку, и в космопорт они прибыли почти в хорошем настроении. Оставив Генри и Сенди на стоянке, в глидере, Дик отправился искать капитанов частных яхт и грузовиков, ищущих выгодные рейсы.
В диспетчерской таможенного терминала было людно и шумно. Владельцы и капитаны воздушных судов самого разного класса толпились у стойки бара, терпеливо ожидая нового фрахта.
Выбрав из толпы капитанов одного, Дик отозвал его в сторону и, узнав тип его судна, начал разговор. Капитан, пожилой, солидного вида мужчина, явно побывавший в самых разных переделках, изначально назвал завышенную цену.
Дик убавил её вполовину, и начался торг. Капитан торговался яростно, явно получая удовольствие от этого процесса. Дик, не имевший в подобных делах столь солидного опыта, начал уставать.
Продолжая спорить, они вышли на улицу. Увидев их, Генри, недолго думая, вышел из глидера и, подойдя поближе, вступил в разговор. Капитану не нравилась спешка, с которой он должен был покинуть планету. Ещё ничего не зная о характере груза, он заподозрил неладное.
Уловив его сомнения, Генри сделал то, чего делать не собирался. Мрачно посмотрев в глаза капитану, он неожиданно согласился на названную цену. К тому моменту Дик успел сбить её до сорока тысяч кредитов.
– Я не буду долго спорить, капитан. Вы получите свои сорок тысяч по прибытии на место. Я увеличу ваше вознаграждение ещё на десять тысяч, если ваш пассажир сообщит мне, что полёт прошёл чисто и она всем довольна.
– Она? – удивлённо переспросил капитан.
– Да. Ваш пассажир, дочь моего друга. Мы отправляем её на лечение в военный госпиталь лиги.
– Понятно, – задумчиво протянул капитан, – теперь ясно, зачем такая спешка, но моя яхта не прогулочное судно. Чем больна ваша дочь? Это не праздный вопрос. Если ей требуется особый уход, то я буду вынужден отказаться.
– Нет, – быстро ответил Дик, – девочка полностью адекватна и не требует особых условий. Её проблемы физического характера.
– Это хорошо. Но я смогу принять окончательное решение только познакомившись с ней, – ответил капитан, не доверявший никому на свете.
Молча кивнув, Дик вернулся к глидеру и, открыв дверцу, помог Сенди выбраться на улицу. Ловко подогнав свою платформу к стоящим у терминала мужчинам, девушка с любопытством посмотрела на капитана и улыбнулась.
– Теперь вы понимаете, почему нам требуется быстрая и надёжная яхта? – чуть улыбнулся Генри, внимательно наблюдая за реакцией капитана.
Облегчённо вздохнув, тот внимательно осмотрел площадку, на которой стояло кресло Сенди, и, задумчиво почесав макушку, кивнул.
– В жилом отсеке она пройдёт везде, а вот в грузовое и машинное ей лучше не соваться. Может застрять. Честно говоря, я и сам там еле прохожу, – усмехнулся он, выразительно похлопав себя по объёмистому животу.
– Ну в тех отсеках мне делать просто нечего, – улыбнулась Сенди в ответ.
Мужчины ударили по рукам, и капитан отправился получать разрешение на взлёт и оформлять бумаги на перевоз пассажира. Друзья остались ждать его на улице.
Сенди предложила пройти в терминал, но мужчины, не сговариваясь, в один голос ответили нет. Удивлённо посмотрев на них, девушка неопределённо пожала плечами и, развернув платформу, принялась с интересом рассматривать стоящие на лётном поле суда.
Стоя рядом с ней, друзья внимательно рассматривали все прилегающие окрестности, держа руки так, чтобы иметь возможность в любой момент выхватить оружие.
Наконец спустя полчаса на пороге терминала появился капитан и, победно тряхнув пачкой бумаг, решительно зашагал к стоящим.
– Сколько себя помню, всю жизнь проклинал бюрократов, – проворчал он, попутно проверяя полученные документы.
– Разве вылет с планеты ограничен? – настороженно спросил Генри.
– Нет, все ограничения сняты, но эти бюрократы делают всё, чтобы честные капитаны держались от этой планеты подальше.
– С чего вы это взяли? – спросил Дик, выразительно посмотрев на Генри.
– А как ещё расценивать их полное нежелание оформлять вылет в ночное время? А ведь я могу найти клиента в любое время и в любом месте. Вот, например, как с вами.
– Они не хотели выдавать вам разрешение на взлёт? – продолжал допытываться Дик.
– Они из меня всю душу вынули, требуя назвать имя клиента.
– И что вы ответили?
– Что имени я не знаю, но девушке требуется срочно попасть в госпиталь, на лечение.
– Вы назвали место назначения? – осторожно спросил Дик.
– А они не спрашивали, – с усмешкой пожал плечами капитан.
Облегчённо кивнув головой, Дик улыбнулся дочери и, посмотрев на Генри, замолчал. Подойдя к старенькой, но ещё очень крепкой яхте, Генри передал чемодан Сенди капитану и, улыбнувшись девушке, сказал:
– Ни о чём не беспокойтесь, вас будут встречать прямо у трапа. По прибытии на планету свяжитесь со мной, чтобы я знал, что можно перевести деньги. Всё будет хорошо.
Растерянно кивнув, Сенди испуганно посмотрела на отца. Только теперь до неё дошло, что всё это вполне серьёзно.
– Папа, мне страшно, – тихо проговорила Сенди, не сводя с Дика глаз, полных слёз.
– Не бойся, девочка. Всё будет хорошо. Я всегда с тобой, – ответил Дик внезапно охрипшим голосом.
– Не волнуйтесь, мистер. Я постараюсь присмотреть за ней. Всё равно мне придётся искать там новый фрахт. Вот я и… – смущённо развёл руками капитан, так и не договорив своей фразы.
– В госпиталь вас не пропустят, капитан. Но всё равно спасибо, – тихо ответил Генри.
– Надеюсь, ей там и вправду помогут, – так же тихо ответил капитан.
Отведя капитана в сторону, Генри принялся вполголоса обсуждать с ним вопрос оплаты и варианты перевода денег. Воспользовавшись деликатностью Генри, Дик обнял дочь и, нежно поглаживая её по голове, шептал что-то успокаивающее на ушко.
Наконец, вздохнув, он отодвинулся в сторону, осторожно высвободившись из объятий Сенди. Взглянув на стоящих в стороне мужчин, старательно делавших вид, что они внимательно рассматривают горизонт, Дик чуть улыбнулся и громко сказал:
– Пора. Не стоит терять времени больше, чем нужно.
Одобрительно крякнув, капитан быстро выдвинул из яхты аппарель, и Сенди решительно направила свою платформу вовнутрь. Помахав ей на прощание, друзья крепко пожали руку капитану и быстрым шагом направились к оставленному на парковке глидеру.
Дождавшись, когда яхта поднимется в воздух, Дик вывел машину со стоянки и не спеша направился в город. Друзья молчали, обдумывая каждый своё. Дождавшись, когда глидер окажется на территории города, Генри повернулся к приятелю и спросил:
– Куда сейчас?
– Ещё не решил, – пожал плечами Дик. – Откровенно говоря, у нас не так много вариантов.
– Почему?
– На нас объявлена охота. Забыл?
– Так что теперь? Забиться в угол и бояться собственной тени? Это не по мне.
– Не сомневаюсь, – усмехнулся Дик, – но подставлять голову под выстрел я тоже не собираюсь.
– Тогда давай по порядку. Сейчас едем на склад. Нужно отправить данные по нашей яхте пакетным сигналом. Потом заскочим к тебе на работу. Ты проверишь дела, оформим необходимые документы, а потом отправимся смотреть на приглянувшуюся мне бухту.
– Хочешь устроить на складе временную базу?
– По-моему, такой выбор напрашивается сам собой, – пожал плечами Генри. – Место уединённое, здание хорошо укреплено, и в случае нападения можно не стесняться в средствах защиты.
– Согласен. По крайней мере, можно будет попытаться уберечь компьютеры Сенди, – усмехнулся Дик и, заложив лихой вираж, направил глидер в сторону складского квартала.
Тела нападавших друзья вывезли, бросив их в нескольких кварталах от склада Сенди и вызвав полицию. Быстро осмотрев помещение и убедившись, что незваных гостей больше не было, Дик разблокировал систему охраны, и друзья вошли в жилище девушки.
Быстро набрав на компьютере связи сообщение для генерала, Генри отправил его пакетным сигналом, длящимся всего пятнадцать миллисекунд. Такой сигнал невозможно было ни засечь, ни расшифровать без специального оборудования.
Снова заперев склад, друзья отправились в штаб-квартиру корпорации Сталка. Уже на входе в здание начались проблемы. В холле их остановил наряд полиции под предводительством самого капитана участка.
– Господа, я должен просить вас сдать ваше оружие и следовать за нами.
– В чём дело, капитан? – спросил Дик, удерживая Генри на месте, взяв его за рукав.
– Вы обвиняетесь в нападении и преднамеренном убийстве четырнадцати граждан.
– Граждан? – переспросил Генри таким тоном, что полицейский вздрогнул и на всякий случай отодвинулся подальше. – А то, что эти ваши граждане проникли в дом владельца планеты, для вас уже не имеет никакого значения? А то, что они были вооружены? Сколько вам заплатили, господин капитан?
– Оскорбление должностного лица при исполнении? – возмущённо спросил капитан.
– Оскорбление?! – яростно переспросил Генри. – Да я вас уничтожу, твари!
Бешенство Генри было неподдельным. Глаза экс-капитана налились кровью, а жилистые кулаки сжались в смертоносные приспособления. Вся поджарая, жилистая фигура бывшего спецназовца превратилась в комок напряжённых мускулов.
– Оружие рейнджера можно получить только после его смерти. Попробуйте возьмите меня, продажные шкуры, – прорычал Генри и бросился в драку.
Точнее, он просто исчез оттуда, где стоял, чтобы моментально появиться сразу во всех местах. У полицейских создалось впечатление, что он раздвоился, расчетверился или даже больше.
Удары сыпались сразу во все стороны с такой силой, что взрослые, здоровые люди разлетались словно кегли, попутно снося всё, что попадалось на пути их полётов.
Спустя минуту стоящими на ногах остались только трое. Генри, Дик и капитан полиции. Последнего стоящим можно было назвать только условно. На ногах он удержался только потому, что его удерживал Генри, делая это довольно специфично. Руками за горло.
– Кто тебя послал, мразь?! – прорычал Генри, встряхивая его словно куклу.
Почувствовав, что гортань, сжатая стальными пальцами, готова сплющиться, капитан судорожно засучил ногами и на последнем издыхании прохрипел:
– Мне приказали.
– Кто?! – продолжал трясти его Генри.
– Старина, думаю, он быстрее заговорит, если ты его поставишь, – спокойно посоветовал Дик, держа под прицелом поверженных полицейских.
Вняв толковому совету, Генри швырнул капитана в угол и, выхватив свой штурмовик, прицелился в пленника. Увидев у него в руках оружие, не оставляющее противнику ни одного шанса, капитан икнул и, побледнев ещё сильнее, а точнее, резко позеленев, заговорил:
– Я получил приказ арестовать вас и, вывезя за территорию города, уничтожить при попытке к бегству.
– Кто отдал приказ? – резко спросил Дик.
– Я получил его по служебной связи.
– То есть у тебя даже нет официального ордера на наш арест? – растерянно спросил Дик.
Капитан отрицательно помотал головой. Друзья растерянно переглянулись. Подобной связью могли пользоваться только лица, входившие в комитет планетарного управления. Правящая верхушка планеты.
– Вот значит как! – мрачно протянул Дик. – Высоко же они забрались.
– Кто они? – устало переспросил капитан.
– Бандитские главари, – хищно усмехнулся Генри. – Плевать. Я всю жизнь ходил по краю закона и не побоюсь оказаться вне его. Они хотят войны? Они её получат. Ты, капитан, полный кретин, если решил, что сможешь справиться с человеком, выжившим там, где выживал один из десяти. Передай всем. С этой минуты я стану тенью, фантомом, и вернусь только тогда, когда все верхушки всех правящих кланов будут уничтожены. И ещё. Не посылай против меня своих людей. Иначе их смерти будут на твоей совести.
– Вы не имеете права брать закон в свои руки! – попытался возразить капитан.
– И не собираюсь, – усмехнулся в ответ Генри, – в этой войне я буду просто защищать свою жизнь. На меня объявлена охота. Но кто сказал, что охотиться может только одна сторона? Предупреди всех, кто служит в полиции. Видит бог, я не хочу ненужных смертей.
Круто развернувшись, Генри вышел из здания корпорации. Убрав пистолет, Дик выскочил следом за ним. Усевшись в глидер, друзья выехали с парковки и, не сговариваясь, отправились на склад.
– Что будем делать? – мрачно поинтересовался Дик.
– Выход один. Переходить на нелегальное положение.
– Но как?
– Исчезнуть. Сейчас нам нужно только одно. Информация. И получить мы её можем только в берлоге Сенди. Кстати, где та пушка, из которой меня подстрелили?
– Я прихватил с собой, когда шеф решил отдать её тебе. Как знал, что пригодится, – усмехнулся Дик.
– Патроны к ней есть?
– Целая упаковка. Тридцать штук.
– Отлично. Осталось только собрать их всех в кучу.
– Кого? – не понял Дик.
– Местных заправил теневого бизнеса. Хотя с таким оружием этого можно и не делать.
– Тогда что за информация тебе требуется? – не понял Дик.
– Насколько я понял, компьютеры Сенди имеют доступ практически ко всем системам планеты. К системам безопасности в том числе.
– И что?
– А то, что благодаря этим системам мы можем точно установить, где в данный момент находится тот или иной объект.
– Хочешь просто выйти на объект в реальном времени и сразу преступить к ликвидации? – наконец сообразил Дик.
– Именно, – усмехнулся Генри.
– План конечно хорош, но проблема в том, что объект может уехать раньше, чем мы туда доберёмся.
– Постараемся успеть, – мрачно усмехнулся Генри.
– Ты действительно псих, – усмехнулся в ответ Дик и, помолчав, добавил: – Впрочем, я не лучше. Как ты собираешься контролировать перемещение объекта?
– Это будешь делать ты, сидя на складе. Станешь моими глазами и ушами, пока я буду добираться до места и искать подходящую точку для работы.
– Чёрт, ты уже даже говорить начал как профессиональный ликвидатор.
– Что поделать, не я придумываю правила игры. Я им просто следую. Но если для спокойной жизни мне требуется убрать несколько подонков, я их уберу и даже не потеряю аппетит.
– Откровенно говоря, я тоже, – чуть усмехнулся Дик и прибавил скорость.
Вернувшись на склад, друзья, не сговариваясь, бросились включать компьютеры. После получаса проб, поисков и дружного мата им удалось активизировать нужную программу, и друзья молча прилипли к экрану монитора.
Уже через десять минут они смогли установить местонахождение двух из пяти искомых людей. Убедившись, что эта парочка не собирается покидать свои дома, Генри поднялся и отправился готовиться к акции.
Настроив личные коммуникаторы, он достал из машины трофейное ружьё и принялся подгонять его под себя. Быстро проверив ударно-спусковой механизм, экс-капитан установил оружие на сошках и приступил к тщательной пристрелке.
Взяв стреляную гильзу, Генри вставил в неё лазерную указку и, выведя контактные провода на курок, закрепил на стене мишень. Улёгшись на пол, Генри тщательно прицелился в мишень и плавно нажал на спуск.
Внимательно следивший за его манипуляциями Дик недоумённо посмотрел на мишень. Красная точка лазерного луча уткнулась чуть ниже и левее центра мишени.
– Так и знал, что прицел собьется, – проворчал Генри, подкручивая барашки на длинной трубке прицела.
– А я думал, что для такой дуры пара миллиметров не имеет значения. Это же артиллерийский ствол, а не дуло ружья, – пожал плечами Дик.
– На близком расстоянии да. Но у этой штуки дальность прицельного выстрела до пяти с половиной километров, а калибр четырнадцать миллиметров. На таком расстоянии отклонение будет составлять не менее метра, а то и больше.
– Собираешься стрелять издалека?
– Глупо лезть под пули, имея в руках такое оружие, – ответил Генри.
– Ну и слава богу, а то я уж собрался уговаривать тебя не рисковать понапрасну.
– Ещё чего! – усмехнулся Генри. – Теперь, когда у меня есть возможность пожить в своё удовольствие, я попусту рисковать не собираюсь.
– Вот и отлично. Нам с тобой ещё нужно кучу дел переделать.
– Это каких? – не понял Генри.
– Отдать Сенди замуж, дождаться внуков мне, жениться и завести детей тебе, – усмехнулся Дик.
– Да уж, с такой постановкой вопроса не поспоришь, – усмехнулся Генри, в очередной раз приникая к прицелу.
На этот раз красная точка указки возникла прямо по центру мишени. Удовлетворённо кивнув, Генри быстро зафиксировал прицел и принялся складывать ружьё.
– Прицел снимать не будешь? – удивлённо поинтересовался Дик.
– Нет, – коротко ответил Генри, – не хочу терять время на сборку.
Удовлетворившись его ответом, Дик молча развернулся и направился к компьютеру. Бросив беглый взгляд на мониторы, Дик удивлённо замер. Теперь на экранах появились все пятеро бандитских главарей. Трое на первом и двое на втором.
– Старина! – окликнул он Генри. – По-моему, сама судьба сегодня за нас.
– Что ты имеешь в виду? – спросил Генри, входя в комнату.
Дик молча ткнул пальцем в мониторы.
– Они? – коротко спросил Генри.
– Все пятеро, – ответил Дик.
– Значит, и вправду судьба, – зло оскалился Генри и, круто развернувшись, стремительно вышел из комнаты.
Спустя несколько минут Дик услышал рокот мощного двигателя и свист турбин. Экс-капитан отправился на охоту. Чтобы не терять времени даром, он просто заложил в маршрутный компьютер глидера нужный адрес и включил автопилот.
Первыми его жертвами должны были стать те, кто собрался на большой совет. Трое. Дик сидел у монитора, не отходя ни на шаг. Но к тому времени, когда Генри добрался до места, диспозиция переменилась.
Намеченная троица снялась с места и дружно отправилась в гости. Генри пришлось срочно менять маршрут. К месту сбора двух оставшихся бандитов он добрался одновременно с первой троицей.
Сообразив, что вся пятёрка бандитов оказалась в одно время в одном месте, Дик так завопил, что не ожидавший такой реакции Генри дёрнулся и обложил приятеля таким матом, что тот растерянно замолчал.
– Ты чего орёшь? – удивлённо спросил Генри после короткого молчания.
– Они собрались.
– Где?
– Все пятеро там, у двоих.
– Отлично! Значит, не придётся терять времени на поиск. Решим всё одним ударом.
– Справишься? Тебе придётся сделать пять выстрелов подряд.
– Попробую уложиться в три.
– Каким образом?
– Воспользуюсь мощностью заряда.
– С ума сошёл?! Тебе же придётся подойти к ним вплотную!
– Достаточно будет километра, – с усмешкой ответил Генри.
– Я тебя умоляю, не лезь на рожон, – почти простонал Дик.
– Не переживай, дружище. Я не собираюсь подставлять лоб под выстрел. Ты просто наблюдай за ними и вовремя сообщай мне обо всех изменениях. С остальным я справлюсь.
– Имей в виду, охрана бросится на тебя сразу, после первого же выстрела. А вооружены они основательно.
– Что-нибудь армейское?
– Не уверен, но вполне возможно.
– Значит, придётся пустить в ход мой штурмовик.
– Ты успел его зарядить?
– И не только. У меня с собой запасной энергетический кристалл.
– А вот это просто здорово.
– Думаешь, эти сторожа сумеют так быстро меня обнаружить, что мне придётся с ними хлестаться?
– Не знаю, старина, – честно признался Дик, – но вместе с хозяевами рухнет и весь их привычный мир. Они потеряют не только тёплые места, но и, скорее всего, жизни. А вот за это они будут драться.
– Ну пусть попробуют, – мрачно ответил Генри, и на Дика неожиданно повеяло могильным холодом.
Друзья прервали связь, и каждый сосредоточился на своём деле. Генри, наконец добравшийся до места, остановил глидер и принялся осматриваться. Место сбора главари выбрали не случайно.
Трёхэтажный дом, утопающий в зелени и обнесённый высоким забором, стоял в отдалении от остальных коттеджей. Главари собрались на заднем дворе, у бассейна.
Плюнув на предосторожности, Генри медленно повёл глидер по кругу на минимально допустимой высоте. Остановив машину прямо над чьим-то двором, он достал винтовку и принялся выцеливать бандитов.
Ему повезло. В узкий просвет между двух стволов пальм Генри увидел всю пятёрку, сидящую у стола. Бандиты что-то горячо обсуждали. Что именно, Генри не интересовало. Он даже не пытался читать по губам, хотя прекрасно владел подобным способом добычи информации.
В любом случае все их планы так и останутся планами. Хищно оскалившись, Генри чуть сместился и, тщательно прицелившись, спустил курок. Отдача выстрела крепко лягнула его в раненое плечо.
Моментально открыв затвор, он вставил новый патрон в патронник и снова прицелился. Оставшиеся в живых главари ещё растерянно топтались у стола, когда прозвучал второй выстрел. Третий выстрел был намного проще.
Голова последнего из бандитов просто разлетелась кровавыми ошмётками по всей террасе, перепачкав даже воду в бассейне. Растерянные охранники бестолково метались по двору, размахивая оружием, заливались лаем сторожевые псы, а Генри, не обращая внимания на устроенный им же переполох, плавно поднимал глидер на нужный уровень.
– Старина, переходи на ручной режим и жми сюда на всю железку, – срывающимся от волнения голосом произнёс Дик.
– У нас проблемы? – спокойно поинтересовался Генри.
– Можно сказать и так. Туда уже несётся усиленный наряд полиции, а тебе ещё нужно избавиться от ствола.
– С чего это они бросились полицию вызывать?
– Это не они. Это соседи. Охрана начала с перепугу палить во все стороны и умудрились попасть в соседское окно. Вот обиженные и вызвали полицию.
– А какое это всё имеет отношение ко мне?
– Не будь дурнее, чем ты есть на самом деле. Твой глидер болтался там, как воздушный шарик на детском празднике. Так что шевели задницей и чеши сюда как можно быстрее.
– Подготовь хороший тайник. Не хочу терять ствол.
– Куркуль чёртов. На нём два преступления висят.
– Плевать. Спрячем как следует и лишим полицию самого весомого аргумента. А болтался я там, выбирая место для дома. Пусть докажут, что это было не так. А вообще, думаю, нам имеет смысл выйти в свет и показать всем, что не мы имеем к этой акции никакого отношения.
– Наглец, – рассмеялся Дик.

* * *

Спустя полчаса друзья входили в один из самых известных ресторанов планеты. Оба были веселы, можно даже сказать, беспечны. Генри рассказывал какой-то армейский анекдот, а Дик откровенно над ним смеялся.
Усевшись за столик, мужчины сделали заказ и с аппетитом принялись за еду. Но не успели они закончить с закусками, как у их столика вырос взвод полиции под руководством лейтенанта.
Подойдя к их столику, молодой офицер, явно кичившийся недавно полученным званием, многозначительно откашлялся, привлекая внимание обедавших.
Друзья ответили полицейскому недоумёнными взглядами и вернулись к трапезе. Сообразив, что его просто проигнорировали, лейтенант чуть покраснел и, шагнув вплотную к столу, громко произнёс:
– Господа, я вынужден просить вас рассчитаться за заказ и следовать за мной. Вы задержаны по подозрению в совершении тяжкого преступления.
– А ордер на наше задержание у вас есть? – небрежно поинтересовался Дик.
– Вас приказано задержать сразу по обнаружении. Ордер вам будет предъявлен в участке, – ответил лейтенант, заметно помрачнев.
– Ну уж нет, дружок, – презрительно усмехнулся Генри, – или ты предъявляешь выправленный по всей форме ордер, или можешь проваливать отсюда ко всем чертям. Мы тебе не уличные босяки, а солидные граждане. Так что или показывай бумагу, и тогда я поеду в управление полиции планеты, но никак не в участок, или пошёл к дьяволу. Не порти аппетит, сопляк.
– Оскорбление представителя власти! – взвизгнул лейтенант от избытка чувств.
– Я сказал, пошёл вон, щенок! – прорычал Генри, медленно поднимаясь.
Окружившие их столик полицейские испуганно шарахнулись в стороны. Очевидно, утренний инцидент с попыткой их задержания стал достоянием широкой огласки.
– Вы намерены оказать сопротивление властям?! – в очередной раз взвизгнул лейтенант.
– Парень, ты действительно такой тупой или прикидываешься? – презрительно поинтересовался Дик. – Тебе же ясно сказали: или ордер, или катись ко всем чертям.
– Значит, вы не намерены подчиниться? – растерянно переспросил лейтенант, так и не сумевший поверить, что кто-то смеет его не бояться и так презрительно относиться к его требованиям.
– И где они только берут таких болванов?! – рассмеялся Генри, усаживаясь на место.
Ситуация была настолько неправильной, что вызывала смех даже у сторонних наблюдателей. За развитием событий внимательно следили все посетители ресторана.
Дик был достаточно известной личностью на планете, а благодаря последним событиям, связанным с прибытием самого её владельца, стал известен и Генри. Репортёры не упустили случая во всех подробностях осветить его ранение.
Убедившись, что ни стоящие рядом полицейские, ни он сам на сидящих не производят никакого впечатления, лейтенант, растерянно потоптавшись, достал коммуникатор и сделал попытку связаться со своим начальством.
В нескольких словах описав создавшуюся ситуацию, лейтенант потребовал инструкций. Что он ожидал услышать и какой ответ получил, друзья не знали, но ответ прозвучал такой, что несчастный лейтенант вздрогнул и, покраснев как варёный рак, отключил коммуникатор.
Бросив на стоящих вокруг подчинённых полный отчаяния взгляд, лейтенант обречённо вздохнул и, сделав им знак следовать на выход, первым покинул ресторан. Проводив процессию удовлетворённым взглядом, друзья молча переглянулись и громко, от души расхохотались.
Но, судя по всему, им было не суждено пообедать в спокойной обстановке. Едва друзья приступили к десерту, как на пороге ресторана выросла новая команда полицейских. На этот раз ими командовал целый полковник из управления планетной безопасности.
Рота полицейского спецназа полностью блокировала ресторан. У каждого окна, у каждой двери и у каждого вентиляционного коллектора торчало по нескольку полицейских, бдительно пялившихся на указанный объект. Остальные, численностью не менее двух взводов, быстро разбежались по залу, приведя посетителей в шоковое состояние.
Недоумённо посмотрев на это действо, Дик повернулся к Генри и, чуть пожав плечами, усмехнулся:
– Хорошо хоть никого мордой в пол не начали тыкать.
– Погоди, ещё не вечер, – мрачно усмехнулся Генри в ответ.
– Думаешь, рискнут? – удивлённо спросил Дик.
– Это же полиция, – пожал плечами Генри, – ни ума, ни фантазии. Одно слово – дуболомы.
Ответ экс-капитана прозвучал в мгновенно наступившей тишине как гром. Его слова услышали все, кто находился в зале. Полицейские моментально напряглись и взяли сидевших за столом на прицел. Подошедший к столику полковник, услышав высказывание Генри, неприязненно поморщился.
– Похоже, вы не любите полицию? – произнёс он вместо приветствия.
– А за что мне вас любить? – ответил вопросом на вопрос Генри. – Не далее как сегодня утром ваш коррумпированный офицер пытался вывезти нас с другом за пределы города и расстрелять при попытке к бегству. А полчаса назад какой-то выскочка лейтенант пытался уволочь нас в вонючий участок, как каких-то бомжей, а не солидных членов общества. Так за что я должен вас любить?
– Вы уверены, что офицер, встретивший вас утром, должен был действовать именно так, как вы сказали? – растерянно пробормотал полковник.
– Он сам так сказал, – пожал плечами Генри.
Окружившие столик полицейские растерянно переглянулись. Признание в подобном деянии бросало тень на них всех. Это было так неожиданно, что рядовые недоумённо опустили оружие. Теперь любое их действие могло быть расценено присутствующими в ресторане как попытка убийства, а не ареста.
– Это не может быть правдой, – проворчал полковник.
– По-вашему, я это придумал?! – мрачно спросил Генри, медленно поднимаясь из-за стола.
– Подобные заявления, мистер, требуют неоспоримых доказательств, – воспрял духом полковник.
– Затребуйте копии с камер наблюдения из планетного офиса корпорации Сталка. Там вы найдёте доказательства, – мрачно ответил Дик, повергая полковника в очередной ступор.
– Значит, это правда, что вы вдвоём избили усиленный наряд полиции? Вы признаёте это? – с надеждой спросил полковник.
– Не избили, а защищали свою жизнь всеми доступными нам способами, – чуть усмехнувшись, ответил Дик. – У вас не получится обвинить нас в нападении на представителей власти.
– Ладно, – мрачно проговорил полковник, – это дело в данный момент находится вне моей компетенции.
– А что тогда в вашей? Для чего вы вдруг решили полностью блокировать ресторан? – спросил Дик, не давая полковнику собраться с духом.
– У меня на руках приказ о вашем задержании и препровождении к начальнику планетарной полиции.
– И для этого вам потребовалась рота спецназа? – презрительно усмехнулся Генри.
– Думаю, вы совершенно напрасно побеспокоили ваших людей и оторвали их от службы. Мы собирались встретиться с начальником после обеда, – окончательно добил полковника Дик.
– Значит, вы готовы последовать за нами добровольно, не оказывая сопротивления? – с надеждой спросил полковник.
– Думаю, это вам придётся последовать за нами, полковник, – в очередной раз усмехнулся Дик. – Раз уж вы здесь, будете исполнять роль охраны. Как вам известно, на нас объявлена охота. Было уже два покушения, так что ваше присутствие будет не лишним.
– То есть как? В смысле, вы не можете… Мы же, это… – растерянно проблеял полковник и, окончательно запутавшись, умолк.
– Хватит мямлить, полковник, – решительно прорычал Генри. – Вам поставлена ясная и конкретная задача. Так будьте добры исполнить её так, как положено. Девиз полиции – служить и защищать. Так защищайте.
– Да, сэр. Так точно, – окончательно растерявшись, ответил полковник.
– Отлично. В таком случае можете подождать нашего выхода на улице. Мы скоро закончим, – не упустил момента выпроводить полицейских из ресторана Дик.
Растерянно кивнув, полковник развернулся и в сопровождении полицейских покинул ресторан. Посетители успокоенно перевели дух и с интересом уставились на друзей. Не обращая внимания на заинтересованные взгляды, они не спеша закончили обед и, рассчитавшись, вышли на улицу.
Встретивший их у входа полковник с облегчением перевёл дух. Видимо, он решил, что друзья обманули его и, несмотря на оцепление, собираются попросту сбежать из ресторана.
Друзья молча уселись в глидер и, не обращая внимания на попытки полковника присоединиться к ним в машине, взяли курс на здание планетного управления.
Растерянно посмотрев вслед не спеша взлетающей машине, полковник вздохнул и, длинно, от души выругавшись, приказал немедленно следовать за ними. Запрыгнув в полицейский глидер почти на ходу, он приказал немедленно догнать машину друзей, не заботясь об остальных членах своего отряда.
Дик вёл глидер не спеша, словно специально давая полицейским возможность догнать себя. Отлично зная, на что способен его приятель за штурвалом этой машины, Генри вопросительно покосился на Дика.
– Не думаю, что сейчас есть смысл устраивать ралли, – ответил Дик на немой вопрос приятеля.
– Если они решат избавиться от нас, то сейчас самое время. В этой калоше мы как прыщ на заднице, – недовольно проворчал Генри.
– Так чешемся или так выделяемся? – рассмеявшись, спросил Дик.
– И то и другое, – не поддержал шутки Генри. – Чешутся от нашего присутствия местные власти, а выделяемся мы, сидя тут. Один выстрел из солидного ствола, и можно смело заказывать панихиду.
– С чего вдруг такие упаднические мысли? Всё вроде идёт неплохо. Сейчас надерём холку начальнику полиции, и можно будет вернуться к своим делам.
– Думаешь, на этом всё кончится? – задумчиво спросил Генри.
– А ты считаешь, нет?
– Такие места долго не пустуют. На место ушедших придут наследники, и всё начнётся сначала.
– Что ты предлагаешь? – помолчав, тихо спросил Дик.
– Пока не знаю, но, кажется, мы что-то упускаем.
– Что именно?
– Если бы я знал, старина. Если бы я знал, – тихо ответил Генри, задумчиво глядя в боковое окно глидера.
– Тогда давай решать проблемы по мере их поступления, – ответил Дик, направляя глидер к VIP-стоянке.
Не обращая внимания на возмущённо размахивавших руками охранников, Дик посадил машину, и друзья не спеша направились к лифту. Полиция моментально перекрыла всю парковку, разогнав охранников по углам и блокировав всё здание целиком.
«Кто знает, чего можно ожидать от этих монстров в человеческом обличье?» – здраво рассудил бравый полковник, отдав приказ никого в здание не впускать. Единственное, что он мог сделать, это блокировать этих убийц, не дав им возможности вырваться в город. И пусть господь пощадит души его несчастных начальников, если они не смогут договориться с этими зверями.
Но время шло, а в здании всё было тихо. Не вылетали из окон люди, никто не стрелял и не взывал о помощи. Уставшие от бесплодного ожидания полицейские расслабились и, собравшись небольшими группами, принялись оживлённо что-то обсуждать.
Наблюдая за этим вопиющим безобразием, полковник вздохнул и, махнув на всё рукой, решительно направился в здание. Лучше уж быть убитым, чем так долго выглядеть идиотом в глазах собственных подчинённых. А идиотизма на сегодняшний день и так хватало.
Чего только стоила утренняя попытка захвата, не говоря уже о бедном лейтенанте, которого эта парочка размазала по стене, даже не вставая из-за стола. Они умудрились сделать из него посмешище для всех находившихся в ресторане.
Да и у самого полковника, если быть откровенным перед самим собой, этот арест не очень-то удался. Точнее, совсем не удался. Им снова удалось повернуть дело так, что полиции пришлось следовать за ними, а не наоборот.
Размышляя таким образом, полковник вошёл в лифт и, нажав кнопку, прислонился к стене, пытаясь сообразить, что он скажет первым лицам планеты, когда войдёт в кабинет. И что он там увидит вообще.
Лифт мелодично звякнул, с тихим шуршанием распахнув дверцы, и полковник, машинально подтянувшись и проверив, все ли застёжки находятся в надлежащем состоянии, шагнул в приёмную почти парадным шагом.
Рыжая секретарша, чудо пластической хирургии, вопросительно уставилась на полковника огромными голубыми глазищами. Одарив её мрачным взглядом, полковник хмуро кивнул и устало произнёс:
– Запросите у начальника полиции информацию о пребывании в здании роты спецназа.
– Не поняла? – удивлённо вздёрнула тоненькие, инкрустированные стразами брови секретарша.
– Спросите его, могу ли я отправить спецназ обратно на базу, или нет, – перефразировал свой вопрос полковник.
– А-а-а! – сообразила наконец рыжая и прижала изящным пальчиком кнопку внутренней связи.
Выслушав вопрос, начальник полиции послал и её и полковника так, что даже у видавшего виды полицейского заалели уши. Секретарша, очевидно, уже привыкшая к подобным словесным изыскам начальства, только повела точёными плечиками и, отключив связь, спросила:
– Всё слышали?
– Всё, – мрачно подтвердил полковник.
– Вот и идите, а мне работать надо, – заявила рыжая нахалка, демонстративно развернувшись к экрану монитора.
Вздохнув, полковник запустил в потолок фразу, мало уступавшую той, что прозвучала из переговорного устройства, и, круто развернувшись, решительно шагнул в лифт. В конце концов, не получив конкретных указаний, он, как любой опытный служака, мог со спокойной совестью вернуться на базу и там дожидаться дальнейших распоряжений.
Спустя два часа рыжая секретарша в очередной раз получила весомое подтверждение своей теории о том, что самый страшный человек не тот, кто много кричит и грозится, а тот, кто способен тихим голосом довести до истерики её могущественного шефа.
Из его кабинета не спеша вышли те двое, что приехали в сопровождении полиции, и, учтиво попрощавшись, вошли в лифт. Вышедший следом за ними шеф утёр пот с бледного как бумага лица и, мрачно посмотрев им вслед, тихо произнёс:
– Спаси господи нашу бедную планету.
Не обращая внимания на растерянно уставившуюся на него секретаршу, он шагнул в кабинет, хрипло предупредив, что его нет, и громко захлопнул за собой тяжёлую деревянную дверь.
Выйдя из кабинета начальника полиции, Генри мрачно посмотрел вокруг и, презрительно сплюнув, длинно и витиевато выругался. Ответив приятелю таким же мрачным взглядом, Дик кивнул и негромко ответил:
– Вот именно, приятель, вот именно.
– Других слов для нашей ситуации просто не подобрать, – сказал Генри, сунув руки в карманы и расставив ноги. – Просто не могу поверить, что эти придурки осмеливаются вот так просто взять и устраниться от проблемы! «Мы не можем позволить себе развязать на планете войну. Это просто невозможно», – передразнил он кого-то.
– И что теперь делать? – устало спросил Дик.
– Ну раз от властей помощи не дождаться, придётся действовать самим.
– И каким же образом? – разом насторожился Дик.
– Придётся принимать кардинальные меры, – устало вздохнул Генри.
– Именно этого я и боялся, – схватился за голову Дик.
– Есть другие предложения? – развернулся к нему Генри.
– Нет. Только давай сразу договоримся, никакого тяжёлого вооружения, ядерных ракет и тому подобных прелестей из ваших арсеналов.
– Старина, ты не забыл? Я в отставке. Какие на хрен ракеты?! У меня даже серьёзного лучемёта нет. Всё, что я могу использовать, это ручное оружие. В лучшем случае взрывчатку.
– И что будем делать? Ты планируешь что-то конкретное?
– Давай рассуждать логически, – вздохнул Генри. – Что у нас в активе? Мы с тобой и немного оружия, которое у нас есть. А что в пассиве?
– Пять обиженных мафиозных семейств, готовых порвать нас на клочки. Мы здорово испортили им настроение, да ещё где-то на планете болтается твоя старая подружка, мечтающая сшить себе перчатки из твоей шкуры, – ответил Дик.
– Значит, при наличии отсутствия помощи от властей нам остаётся только одно. Постараться избавиться от этих семейств, – грустно усмехнулся Генри.
– Каким образом?
– Лучше всего одним махом.
– Что, ото всех?
– Да.
– И как ты собираешься это сделать?
– Думаю, на похоронах соберётся вся эта шайка. Вот там мы их и достанем.
– Но как?
– Самый удобный вариант – заминировать тела. По паре килограммов пластида в каждый труп, и дистанционный взрыватель.
– Но ведь там будут не только бандиты!
– А кто ещё?
– Их родственники, женщины, дети…
– Вот что, старина, – перебил его Генри с неожиданной злостью, – их дети – это будущие враги наших детей. Я не могу позволить, чтобы кто-то из них через много лет вдруг начал мстить моим детям. Кто угодно, но не это отребье.
– Знаешь, старина, – тихо проговорил Дик, с ужасом глядя на друга, – твои методы просто кошмарны.
– Избавить своих детей от преследования торговцев наркотиками – ужасно?
– Нет, но твои методы слишком циничны даже для меня.
– Хочешь сказать, что ты отходишь в сторону? – спросил Генри. Он растерянно замолчал, с грустью глядя на друга. Генри просто не мог поверить, что человек, спокойно вышедший с ним плечом к плечу против вооружённой банды, бросит его сейчас. Не выдержав этого взгляда, Дик опустил глаза, и немного помолчав, ответил:
– Если я уйду сейчас, то никогда себе этого не прощу. Но и участвовать в этом лично я тоже не могу. Это выше моих сил.
– В таком случае я вижу только один выход из ситуации. Ты займёшься взрывчаткой и техническим обеспечением, а всё остальное сделаю я. К тому же мне будет нужен доступ в морг. Согласен? Справишься?
– И ты не будешь презирать меня за трусость? – растерянно спросил Дик.
– Это не трусость. Это разница в подготовке, – усмехнулся Генри.
– И это не встанет между нами?
– Нет. Просто займись обеспечением и ни о чём не думай. Остальное я сделаю сам. Так что, справишься?
– Справлюсь, – облегчённо улыбнулся Дик. – Что тебе требуется?
– Двенадцать кило взрывчатки, детонаторы, дистанционный взрыватель и пять кило гвоздей.
– Ты решил не оставлять им ни единого шанса?
– Именно, старина.
– И где ты собираешься это сделать?
– Ещё не знаю. Надеюсь, они не вздумают их кремировать. Это может создать некоторые сложности.
– Серьёзные?
– Не очень. Просто к массовому убийству прибавятся ещё и большие разрушения, – мрачно усмехнулся Генри.
– Всё ясно, – развёл руками Дик, – ты не убийца. Ты просто маньяк.
– Нет, дружище, – покачал головой Генри, – просто я хочу очистить эту планету от грязи. Она мне нравится, и я хочу, чтобы мои дети жили в безопасности. Так что если для этого мне потребуется стать чудовищем, я им стану.
– Тебе мало того, что родители уже пугают своих детей появлением рейнджеров?
– Они могут пугать своих детей чем угодно, если мозгов нет. Я знаю, что людям, не совершившим ничего криминального, бояться нечего.
– А как же те, кого ты собираешься взорвать? – не удержался от вопроса Дик.
– Как по-твоему, старина, кто придёт на похороны? – развернулся к нему всем телом Генри.
– Друзья, родственники, – удивлённо перечислил Дик.
– Вот именно! Друзья криминальных авторитетов и их родственники. Не понимаешь?
– Нет, – покачал головой Дик.
– Те, кто знает, чем занимаются эти люди. Те, кто знает, что они имеют к торговле дурью прямое отношение, или, по крайней мере, догадывается. Но им всё равно. Им выгодно такое родство или знакомство, и они делают вид, что ничего не происходит. А следовательно, они имеют прямое отношение ко всем тем проблемам, что связаны с наркотой.
– И поэтому ты готов уничтожить их?
– Люди, способные спокойно жить рядом с торговцами дурью, не обращая внимания на то, каким образом заработаны их деньги, могут не задумываясь заменить их.
– Но ведь там будут женщины и даже возможно дети!
– Если тебе так будет легче, я поясню, – устало ответил Генри, – зачастую женщины оказываются намного жёстче и злее мужчин. Ну а по поводу детей я уже говорил.
– Всё равно не могу поверить, что ты готов это сделать, – вздохнул Дик.
– Такое впечатление, что я разговариваю не с бывшим боевым офицером флота лиги, а со слюнявым либералом, ратующим за уничтожение оружия, – покрутил головой Генри.
– Прости, – тихо ответил Дик, – после гибели жены я терпеть не могу взрывчатку и всё, что с ней связано.
– Именно поэтому я и не настаиваю на твоём непосредственном участии, – ответил Генри, положив руку на плечо Дику, – от тебя требуется только обеспечить меня всем необходимым. Остальное я сделаю сам.
– Думаешь, у тебя получится? – не унимался Дик.
– Я должен, – просто ответил Генри. – Пойми наконец! Я не хочу и не могу жить, поминутно оглядываясь и опасаясь получить выстрел в спину. В конце концов, у меня есть приказ. Ты сам всё слышал.
– Слышал, – согласился Дик, – но я не думал, что это будет так.
– Как так? – не понял Генри.
– Кроваво. Жестоко, – тихо отозвался Дик.
– Ты можешь мне не верить, но я и сам не в восторге от всего происходящего. Выходя в отставку, я надеялся, что мне больше не придётся участвовать в подобных операциях, но я ошибся. Мне и в голову не могло прийти, что на этой райской планете всё настолько прогнило.
– Мне тоже, – слабо усмехнулся Дик. – До твоего появления я занимался только обеспечением безопасности корпорации, не влезая в дела полиции, но так сложилось, что криминал начал проникать и в нашу систему. Я вынужден помогать тебе. Но неужели нет другого выхода?
– К сожалению, – покачал головой Генри, – если пойти по пути стандартных мероприятий, то очень скоро упрёшься в тот же тупик, что и полиция. Нет свидетелей, доказательств, оснований и так далее. Это шанс обрубить все концы разом. Уничтожить не только верхушку этой пирамиды, а разнести её почти до середины.
– Середины?! – поражённо переспросил Дик.
– А ты надеялся, что этим всё кончится? – развёл руками Генри. – Нет, приятель, нам ещё предстоит перекрыть каналы поставки дури на планету. И это станет нашей второй задачей.
– И как ты собираешься это сделать? – устало спросил Дик.
– У них наверняка есть свои люди на таможне. Оставшись без главарей, поставщиков и связи, они тут же кинутся искать новых покровителей, и вот этим мы и должны воспользоваться, чтобы вычислить их.
– И что потом?
– Всё просто, либо они убираются с планеты, либо умирают. В любом случае работать в серьёзных структурах они больше не будут никогда.
– Ты собираешься перетряхнуть весь космодром?
– Если потребуется, я перетряхну всю планету. Тем более что мы уже это делали.
– Откуда такая ненависть к торговцам наркотиками? – не удержался от вопроса Дик.
Помолчав, Генри вздохнул и нехотя ответил:
– Ещё в училище я познакомился с девушкой. Мы встречались почти два года, а на четвёртом курсе нас отправили в войска, на полевую обкатку. Меня не было ровно полтора года. За это время она успела сесть на иглу. Но это ещё не всё. Как выяснилось, она ждала ребёнка. Моего ребёнка. Но когда началась серьёзная ломка, она продала её «людоедам». Это была моя дочь.
Услышав страшное название, Дик судорожно вздохнул. «Людоедами» называли группы бандитов, специализировавшихся на торговле человеческими органами.
Это была целая индустрия, с которой безуспешно боролись все силовые структуры лиги. По негласному разрешению властей любое военизированное подразделение, столкнувшееся с группой «людоедов», имело право открывать огонь на поражение без всяких церемоний и предупреждений. Их уничтожали, как бешеных зверей, но они всё равно были.
– И что ты сделал, когда узнал? – осторожно спросил Дик.
– А что я мог сделать? – грустно переспросил Генри. – Когда я вернулся, она уже была на грани. О ребёнке я узнал от её бывшей соседки по квартире. А когда пришёл за ответом, она уже умирала от передозировки.
– И ты не пытался найти девочку?
– Как? Я даже не знал, как она выглядит. У Нисси не было ни одной голограммы с её изображением. Все деньги уходили на дозу.
– Теперь понятно, почему ты до сих пор не женат, – кивнул головой Дик.
– И поэтому тоже, – согласился Генри. – Но мы отвлеклись от темы. Так ты поможешь мне?
– А разве у меня есть выбор? – усмехнулся Дик.
– Нет, – усмехнулся Генри в ответ.
– Вот именно.
– Значит, пора заняться делом.
– С чего начнём? – спросил Дик, вынимая из кармана коммуникатор.
– С главного, – ответил Генри, – ищи взрывчатку. Потом соорудишь мне пропуск в морг.
– Может, не стоит идти официальным путём? Это будет ненужный след.
– Предлагаешь пришить охранника?
– Охранник-то тебе чем помешал, душегуб?
– Мне потребуется не меньше трёх часов, чтобы зарядить все тела.
– Знаю. Поэтому мы сделаем проще. У меня в офисе есть немного сонного зелья. Прыснем в систему вентиляции, откроем дверь и работай.
– Сонный газ – это хорошо, но если его окажется мало и сторож проснётся? Что тогда?
– А на этот случай у меня есть армейская программируемая аптечка, а в ней есть транквилизатор…
– Но для этого тебе придётся пойти со мной. Даже при всей своей кошмарной крутости я не могу находиться в двух местах одновременно, – перебил приятеля Генри.
– Знаю. И поэтому пойду с тобой, – усмехнулся Дик. – Но только до помещения охраны, – тут же внёс он поправку.
– Годится, – рассмеялся Генри.
– А как ты собираешься найти свою добрую знакомую? – продолжил импровизированный допрос Дик.
– Я и не собираюсь её искать.
– Почему? – не понял Дик.
– А она сама меня найдёт. Как только наберёт новых исполнителей, – небрежно пожал плечами Генри.
– И ты так спокойно говоришь об этом?
– По-твоему, я должен биться в истерике и посыпать голову пеплом? Пойми, старина, я отлично помню о её существовании, но мне совершенно неизвестно, где она окопалась. Можно, конечно, бросить всё и отправиться на её поиски. Но сколько времени это займёт?
Тратить жизнь только на то, чтобы избавиться от одной злобной сучки, я не хочу. Сейчас у меня есть вполне определённая задача, и я должен её решить. И потом, гораздо проще и дешевле не метаться по всей галактике, ища вчерашний день, а сидеть на одном месте и быть готовым к тому, что она появится сама.
– Ты так уверен, что она появится?
– Поверь, старина, после всего, что она уже пыталась сделать, я в этом не сомневаюсь. Думаю, она и на эту планету прилетела только затем, чтобы лично полюбоваться, как меня прикончат. Ну а так как я официально не воскрес, то и делать здесь ей больше нечего. Результаты выстрела были более чем убедительные.
– Это точно, – проворчал Дик, – весь космодром был твоей кровью заляпан.
– Вот видишь, – улыбнулся Генри. – Думаю, сейчас она занята более насущными делами.
– Это какими же? – не унимался Дик.
– Все её счета заблокированы. Сама она находится в межпланетном розыске. Это значит, что скрываться она может только в космосе или на какой-то закрытой планете.
– Может, ты и прав, – устало вздохнул Дик. – Ладно, чёрт с ней. Появится – прихлопнем, а не появится – пусть с ней полиция разбирается.

* * *

Где и как Дику удалось раздобыть такое количество взрывчатки, осталось тайной за семью печатями. Как Генри ни пытался выяснить у друга его источник, но тот только отмалчивался и хитро улыбался.
Но как бы то ни было, Дик умудрился достать всё необходимое. Пластиковую взрывчатку, электродетонаторы, дистанционный взрыватель и даже гвозди. Получив всё это добро, Генри надолго закрылся в мастерской на первом этаже.
Нарубив длинные гвозди мелкими кусками, он принялся тщательно нашпиговывать куски пластида этой самодельной шрапнелью. Увязав бруски взрывчатки проволокой, он снабдил каждую мину детонатором. Получилось пять мин по три килограмма каждая.
Упаковав мины в большую сумку, Генри поднялся в кабинет Сенди. Дик сидел за монитором, тщательно изучая какую-то схему.
– Что это? – спросил Генри, бросив взгляд на монитор.
– Схема расположения помещений морга, – задумчиво ответил Дик, не отрываясь от экрана.
– И что ты хочешь там найти? Не думаю, что на ней отмечены места, где находятся наши друзья.
– Не отмечены, – согласился Дик, – но знать расположение прозекторской и хранилища нам не помешает. Во всяком случае не придётся бродить по всему зданию.
– Согласен, – кивнул Генри, устраиваясь рядом с другом. – Ты приготовил свои зелья?
– Угу, – содержательно ответил Дик.
– Сканер уложил? – не унимался Генри.
– Угу, – не порадовал его разнообразием ответов приятель.
– Что происходит, Дик? – спросил после короткого молчания Генри.
– Просто сам не могу поверить, что участвую в этом, – ответил Дик, поднявшись со стула и прохаживаясь по комнате. – Мне никак не смириться с тем, что мы собираемся сделать. Это же просто какой-то террористический акт…
– Ну вот что! – зарычал Генри, вскакивая на ноги и сгребая приятеля за грудки. – Мне надоело это нытьё. Я выжигал по приказу целые планеты, так неужели ты думаешь, что я постесняюсь уничтожить шайку подонков, чтобы остановить поток этой гадости? Запомни. Я уничтожу любого, кто помешает мне жить здесь тихо и спокойно. Понятно?!
– Я понял, понял, отпусти, – задушенно прохрипел Дик. – Совсем озверел, псих ненормальный, – проворчал он, потирая шею.
– Прости, – мрачно извинился Генри, – но мне действительно надоело слушать эту ерунду. Я это сделаю, и это не оговаривается. Пойми наконец, у меня нет людей, средств, техники, а самое главное – времени, чтобы идти законным путём. У меня ничего нет. Только ты и приказ, который я должен исполнить. А ещё очень большое желание сделать так, чтобы хоть на одной планете больше не было этой гадости.
– Я всё понимаю, – ответил Дик, падая на стул, – но вся эта акция очень сильно напоминает мне о моём прошлом.
– Потому я и прошу тебя заняться только материальным обеспечением. Сама акция за мной, – ответил Генри.
– Генри, я могу спросить? – неожиданно робко произнёс Дик.
– Конечно, – кивнул экс-капитан.
– Тебе они никогда не снились?
– Кто они?
– Ну те, кого ты… – замялся Дик.
– Кого я ликвидировал? – договорил за него Генри.
– Да.
– Нет. Понимаешь, старина, я никого не убил просто так, из прихоти. Только в бою или по приказу, когда на рассуждения нет ни времени, ни места. Есть только приказ, который ты обязан выполнить любой ценой. Во всех остальных случаях или я, или меня.
– А я думал, это только благодаря спецподготовке, – задумчиво протянул Дик.
– Это, конечно, тоже, но подготовка не главное. Основное – это быть уверенным, что все твои действия обоснованны и необходимы.
– И ты уверен, что завтрашняя акция необходима? – с потаённой надеждой спросил Дик.
– Уверен, старина, – тихо ответил Генри, – и не надейся меня отговорить.
– Это я уже понял, – вздохнул Дик.
– Ладно, – сказал Генри, неожиданно подобравшись, – хватит лирики. Через час выходим.
– Но это будет только полночь, – удивился Дик.
– Плюс время на дорогу, время на устранение охраны. Учти, мне ещё предстоит сделать всё так, чтобы никто ничего не заметил, а это требует времени, – жёстко ответил Генри.
– Ну значит, через час, – покорно кивнул головой Дик.
– И ещё одна просьба, старина. Постарайся сделать так, чтобы охрана ничего не заподозрила. В противном случае ты обречешь их на смерть. Не стоит мучиться дурацким гуманизмом. Я всё равно сделаю то, что задумал, даже если мне придётся сделать это вручную, – тихо проговорил Генри, глядя Дику прямо в глаза.
– Ты решил, что я попытаюсь помешать тебе? – растерянно спросил тот.
– Прости, приятель, но я пытаюсь избежать ненужных телодвижений с твоей стороны. Просто отключись от всего и делай то, что должен.
– Хорошего же ты обо мне мнения, – мрачно проворчал Дик, усаживаясь в кресло.
– Сам виноват, – коротко ответил Генри.
– М-да. Пожалуй, ты действительно мог прийти к такому выводу после моего нытья, – грустно улыбнулся Дик и после короткого молчания добавил: – Но всё равно, сволочь. Я никогда не был предателем.
– Знаю, – кивнул Генри, – именно поэтому я и не меняю план. Охрана по-прежнему за тобой.
– Знаю. Сделаю, – коротко ответил Дик, поднимаясь с кресла.
Друзья провели последнюю проверку оружия и экипировки, доводя всё оборудование до идеального состояния. Оставшееся время они посвятили себе.
Разойдясь по разным комнатам, друзья принялись настраиваться на предстоящую акцию, каждый по-своему. Дик уселся перед компьютером и принялся в очередной раз прогонять все стадии акции. Генри, усевшись на пол, вошёл в состояние транса, полностью отключившись от всего окружающего.
Ему предстояло работать, и таким образом он избавлялся от всех ненужных мыслей и эмоций. Ему предстояла грязная работа, и он готовился сделать её так, как должен был.
Старинные механические часы на стене пробили полночь, и друзья, не сговариваясь, поднялись. Быстро экипировавшись, они молча вышли в помещение склада и, усевшись в глидер, направились к зданию морга.
Сидевший за штурвалом Дик специально направил машину кружным путём. Сделав несколько неожиданных поворотов и виражей и убедившись, что хвоста нет, он повёл глидер к исходной точке.
Было решено оставить машину на общественной парковке на улице игровых заведений. После акции им предстояло пройтись по нескольким казино, создавая себе алиби.
Выйдя из глидера, друзья не спеша осмотрелись и, просканировав стоянку, медленно направились в сторону игровых заведений. Оказавшись вне зоны действия камер слежения, они невесомыми тенями скользнули в переулок и быстрым шагом отправились к моргу.
Спустя двадцать минут друзья замерли в тени огромного грузового глидера, брошенного нерадивым водителем прямо посредине улицы. Внимательно осмотрев подходы к зданию, друзья зафиксировали все камеры слежения и осторожно проскользнули к задней стене.
Быстро раскрутив небольшую кошку, Генри закинул её на крышу и, убедившись, что стальной якорь прочно зацепился, начал подъём. Спустя пять минут друзья были на крыше.
Подбежав по крыше к большому вентилятору кондиционера, Дик вытащил из сумки небольшой баллон со сжатым газом и, быстро перекрутив насадку от всасывающего коллектора к горловине баллона, повернул вентиль.
Послышалось тихое шипение, и Дик бросил взгляд на часы. Повернувшись к напарнику, он дал отмашку, и Генри склонился над замком пожарного выхода. У него было четыре минуты, за которые экс-капитан должен был успеть вскрыть замок.
Количество запущенного в вентиляционную систему газа было слишком мало, чтобы охрана отключилась надолго, поэтому друзьям требовалось срочно пробраться в здание и продлить их сон при помощи армейской фармакологии.
В том, что охранники отключатся, Генри ни секунды не сомневался. Это были обычные сторожа, не прошедшие специальной подготовки и не имеющие никаких подкожных ампул, которые впрыскивают в кровь противоядие при первой же опасности отравления.
Замок тихо щёлкнул, и узкая железная дверца открылась, скрипнув давно не смазанными петлями. Генри развернулся к напарнику и подал сигнал. Дик, уже успевший хозяйственно прибрать использованный баллон, вырос рядом с ним как чёртик из табакерки.
Быстро просканировав лестницу и все прилегающие помещения, Генри удовлетворённо кивнул и скользнул в здание. Дик, шедший следом за ним, аккуратно прикрыл за собой дверь, и друзья включили приборы ночного видения.
Все три охранника отключились там, где их застала газовая атака. К радости друзей, первый отключился в рекреации на верхнем этаже. Второго нашли сидящим на стуле у входа. Третий уснул прямо за столом, уставленным мониторами.
Каждому из них Дик вкатил дозу транквилизатора, обеспечившую охранникам здоровый сон в течение ближайших четырёх часов. К тому времени Генри уже был в прозекторской, высматривая нужные тела.
Интересующие его трупы были полностью подготовлены к церемонии. Роскошные гробы, костюмы, стоившие бешеных денег, огромное количество живых цветов. Всё это подавляло и вызывало у Генри злость. Он прекрасно понимал, на какие деньги всё это было куплено.
Аккуратно расстегнув пиджак и рубашку первого пациента, Генри развёл полы одежды в стороны и, взяв десантный кинжал, принялся осторожно разрезать швы. Разведя надрезанные рёбра в стороны, он натянул на лицо респиратор и неопределённо хмыкнул.
Им повезло. Внутренности были удалены из тел. На их место был уложен особый материал, который при соприкосновении с воздухом начинал ускорять процесс разложения трупа.
Удалив основную массу материала, Генри уложил в труп мину и, накрыв её тонким слоем «гнойника», так специалисты называли этот материал, принялся ловко зашивать тело, пользуясь уже готовыми проколами и пытаясь в точности имитировать разрезанный шов.
Вернув всё на свои места, Генри чуть отступил в сторону и внимательно оценил полученный результат. Заряженный труп ничем не отличался от нетронутых. Удовлетворённо кивнув, Генри приступил к зарядке следующего тела.
Три часа кропотливой работы, и Генри, устало сняв респиратор, отступил в сторону. Всё было готово. Собрать освободившийся материал и навести идеальный порядок, скрывая все следы своего вторжения, заняло у него ещё почти сорок минут.
Уложив всё ненужное в сумку, Генри направился к двери. На пороге, перед тем как отключить свет, он ещё раз обернулся и внимательно осмотрел зал. Везде был идеальный порядок. Ни один, даже самый придирчивый взгляд не нашёл бы, за что зацепиться.
Пройдя в комнату охраны, Генри бросил вопросительный взгляд на сидевшего за пультом Дика. Молча кивнув, тот поднял вверх большой палец, поясняя приятелю, что всё в порядке.
В ответ Генри изобразил пальцами идущего человечка, давая понять, что он готов уходить. Бесшумно поднявшись, Дик осторожно передвинул кресло вместе с охранником обратно за пульт и, аккуратно прикрыв входную дверь, направился следом за напарником.
Уходили они так же, как пришли. Через крышу. Выпустив напарника, Генри тщательно обрызгал лестницу и дверь специальным составом из аэрозольного баллончика, уничтожавшим все возможные отпечатки. Вся акция проводилась с максимальной осторожностью, но предосторожность была не лишней.
Заперев дверь пожарного выхода, Генри обернулся и тихо окликнул напарника. Присев за высоким парапетом, Дик внимательно сканировал окрестности. Случайные свидетели друзьям были не нужны.
Убедившись, что всё в порядке, Дик передал сканер напарнику и быстро соскользнул на землю. Перебросив верёвку через толстую трубу пожарного водовода, Генри ещё раз проверил показания сканера и начал спускаться.
Хотя назвать это едва контролируемое падение спуском было сложно. Закрепив один конец верёвки на поясе, он перебросил тело через парапет и, зажимая яростно засвистевшую верёвку в кулаке, начал спуск. Через несколько секунд ладони начало жечь даже через кожаные перчатки.
Бросив взгляд вниз и прикинув высоту, Генри просто отпустил верёвку и перешёл в режим свободного падения. Приземлившись на согнутые ноги, он моментально перекатился через плечо, гася инерцию удара, и, встав, принялся быстро сматывать верёвку.
Наблюдавший за его трюком Дик только покрутил пальцем у виска, высказывая своё отношение к подобным шуткам. Неопределённо пожав плечами, Генри убрал смотанную верёвку в сумку, и друзья бесшумно растворились в темноте.
Оказавшись в переулке, друзья быстро скинули широкие чёрные комбинезоны с нашитыми на них ленточками, снова оказавшись в своей повседневной одежде.
Упаковав одежду, респираторы и пустые баллоны в сумку, Генри достал из кармана небольшой плоский диск и, пощёлкав клавишами, сунул его туда же.
– Что это? – насторожился Дик.
– Термитная мина. Через два часа полыхнёт так, что ничего обнаружить не удастся даже при проведении спектрального анализа, – ответил Генри, закидывая сумку в мусорный бак.
– А если кто-то позарится на сумку? – мрачно спросил Дик, зная, какой ответ может услышать.
– Некому зариться, – ответил Генри, передавая ему сканер. – Помойщики здесь уже побывали. Следующая смена только после завтрака.
– Откуда такие сведения? – удивился Дик.
– Подготовка, – усмехнулся экс-капитан, пожимая плечами. – Ну что, пойдём светиться?
– Пора, – бросив взгляд на часы, ответил Дик и решительно зашагал к одному из казино.
Удивлённо посмотрев на приятеля, Генри неопределённо хмыкнул и направился следом. Войдя в здание, Дик, недолго думая, прошёл сквозь строй игровых автоматов и, подойдя к двери служебного хода, трижды постучал. Два раза быстро, и ещё раз, после паузы.
Дверь моментально распахнулась, словно сидевший за ней охранник этого ждал. Молча кивнув ему, Дик решительно двинулся по коридору. Дойдя ещё до одной двери, он, не останавливаясь, распахнул её и в полный голос произнёс:
– В этом заведении наливают или как?
Навстречу ему поднялся огромный, кряжистый как дубовый ствол мужик с неожиданно тонкими, почти нежными чертами лица и, распахнув медвежьи объятья, пробасил:
– Старый бродяга! Ну наконец-то ты зашёл меня проведать. Где тебя только черти носили столько времени? – продолжал гудеть он, сжимая Дика так, что стоявший в трёх шагах Генри ясно услышал хруст сминаемых рёбер.
– Отпусти, задавишь, – пискнул Дик, практически невидимый из-за огромных рук мужика.
– Прости, дружище, – смущённо проворчал мужчина, осторожно возвращая Дика на пол. – Ты даже представить себе не можешь, как тут тоскливо. Даже подраться не с кем, не то что выпить.
– Ты так и не нашёл себе собутыльника, Зак? Неужели среди всей этой толпы не нашлось хотя бы одного достойного противника? – усмехнулся Дик, пожимая огромную, как лопата, ладонь.
– Ты смеёшься, – возмущённо вскинул руки гигант, – да эти мозгляки после третьего стакана русской водки под стол падают, а ты говоришь – собутыльника.
– Ну значит, мы пришли вовремя. Не дадим тебе засохнуть от жажды. Познакомься, – улыбнулся Дик, отступая в сторону, – это Генри, мой друг.
– Значит, это правда, что тебя видели в компании бывшего головореза? – неожиданно насупился Зак.
– Спокойно, старина, – сказал Дик, положив руку на плечо гиганта, – во-первых, этому человеку ты можешь доверять как мне, а во-вторых, я его должник.
– Не говори ерунды, Дик. Какие счёты между нами? – возмутился Генри.
– Заткнись, – коротко отмахнулся Дик и перевёл взгляд на Зака. – Я за него ручаюсь.
– И что ты ему задолжал? – удивлённо спросил тот, не сводя тяжёлого взгляда с Генри.
– Свою жизнь и здоровье дочери, – спокойно ответил Дик.
– Ты это серьёзно? – растерянно проворчал Зак.
– Я не шучу такими вещами, – качнул головой Дик.
– Значит, Сенди…
– Отправлена в лучший военный госпиталь лиги на базе спецназа в туманности Сверхновой. Он этого добился.
– И сколько генералов вы для этого расстреляли? – чуть усмехнувшись, спросил Зак.
– Ни одного, – улыбнулся Генри, – вы не поверите, Зак, но даже среди командующих головорезами есть нормальные люди. Я одного такого знаю лично.
– А что по поводу жизни? – не унимался Зак.
– Мы так и будем болтать на сухое горло или нам всё-таки нальют? – усмехнулся Генри.
– Деловой подход. Мне нравится, – ответил Зак и, ткнув в Генри пальцем толщиной с женское запястье, добавил: – Но это не значит, что я готов с тобой пить.
– Тебя обидел кто-то из рейнджеров? – резко спросил Генри, перехватив огромную руку.
– Не надо, Генри, – вклинился между ними Дик. – Зак, я же сказал, это мой друг. Что на тебя нашло?
– Не знаю, – смущённо пожал могучими плечами Зак. – Просто непривычно как-то. Рейнджер. Не калека, не заторможенный, не отмороженный, как все они. Даже не верится. Да ещё и твой друг.
– Ну насчёт последнего я бы не обольщался, – ехидно усмехнулся Дик, – но в остальном наш человек.
– Это правда – ну насчёт Сенди? – удивлённо проворчал Зак.
– Правда. Больше того, он сам оплатил перелёт. И всё остальное тоже правда. Я ему по гроб жизни должен, – ответил Дик, твёрдо глядя Заку в глаза.
– Ну раз ты так говоришь, тогда ладно, – неожиданно успокоился здоровяк.
– Теперь-то мы можем выпить? – весело спросил Дик.
– Не можем, а должны! – усмехнулся Зак, развернувшись, и повёл друзей куда-то в глубь здания.
Пятнадцать минут плутания по каким-то катакомбам и переходам, и друзья оказались в жилом помещении, которое было под стать своему хозяину.
– Бывший склад в подвале здания казино. Это единственное место на планете, где я могу чувствовать себя как на родине. Не люблю яркого солнца, – пояснил Зак, заметив удивление Генри.
Молча кивнув, Генри принялся не спеша обходить помещение по периметру, привычно фиксируя всё увиденное. Оставив его осматриваться, друзья занялись приготовлениями к попойке.
То, что это будет серьёзная попойка, Генри понял сразу, как только увидел выставленное на столе количество спиртного. Сам стол тоже производил серьёзное впечатление.
Стальная плита сантиметровой толщины трёх метров в длину и двух в ширину. Сваренные из швеллера ножки и такие же великанские стулья. Кровать была изготовлена по тому же принципу. Просто и очень надёжно. Хотя, посмотрев на хозяина этого жилья, любой сразу перестал бы удивляться.
Зак был не просто большим. Он был огромным. Огромным по любым меркам. Около двух с половиной метров роста, плечи, не проходившие ни в один дверной проём, и такие же огромные руки, перевитые толстыми канатами мышц.
Прогуливавшийся по складу Генри неожиданно остановился и, развернувшись, стремительно подошёл к Заку. Внимательно посмотрев ему в глаза, он удовлетворённо кивнул и отступил в сторону.
С интересом наблюдавший за ним Дик поинтересовался:
– Ну и что ты там увидел?
– То, что и ожидал, – пожал плечами Генри.
– А чего ты ожидал? – удивлённо спросил Зак.
– Ты герд. Планета Герда в созвездии Тау-пять. Кислородная атмосфера, повышенная гравитация в четыре «же», постоянные ураганные ветры, делающие жизнь на поверхности невозможной, и слабая солнечная активность. Именно поэтому ты и не любишь яркого солнца. Оно раздражает глаза. Хоть ты и носишь контактные линзы, но при внимательном рассмотрении вертикальные зрачки всё равно заметны. Не сильно, но если знать, как смотреть, то видно. Я думал, вас всех уничтожили во время пиратской войны.
– Кое-где мы ещё остались, – мрачно проворчал Зак, – но это ненадолго. Наши виды несовместимы, а женщин почти не осталось. Так что скоро мы просто вымрем.
– Я и не знал, что ты так хорошо разбираешься в гуманоидных расах, – удивился Дик.
– Нас хорошо учили, – пожал плечами Генри. – Но дело даже не в обучении. Одно дело – прочесть о виде в обучающей программе, и совсем другое – общаться с ними.
– Ты встречал гердов? Где? – подскочил от удивления Зак.
– На базе, – улыбнулся Генри. – Их было трое. Спецкоманда по решению особо каверзных задач. Двое были парой, а одна жила отдельно и жаловалась на те же проблемы, что и ты. Кстати, когда я выходил в отставку, все они были живы и здоровы. Больше того, были переведены на инструкторскую работу. Так что, если хочешь, могу подкинуть адресок.
– Это не шутка? – растерянно пробасил Зак.
– Это не та тема, на которую стоит шутить, – покачал головой Генри. – Если решишь лететь в туманность Сверхновой, запомни, ступай к базе спецназа. В двух кварталах от КП найдёшь бар «У дядюшки Джека», спросишь хозяина, скажешь, что тебя прислал Генри-Берсерк. Он познакомит тебя с ними.
– Чёрт, это действительно царский подарок, – растерянно проговорил Зак. – И вот ещё что. Спасибо тебе. За Сенди.
– Не надо, – тихо ответил Генри, – за это не благодарят. Я должен был это сделать. Дети не должны страдать в подобных играх.
Мужчины замолчали, думая каждый о своём. Тишину нарушил Дик, преувеличенно громко спросивший:
– Ну мы сегодня пить будем или в гляделки с бутылками играть?
– Пить, – решительно ответил Зак, одним движением распечатывая бутылку и разливая спиртное по стаканам.

* * *

Это была самая странная пьянка, какую только Генри мог вспомнить за всю свою беспокойную жизнь. Сидя в этой великанской гостиной, они пили напитки, содержание алкоголя в которых было не ниже сорока градусов. Повышение градуса только приветствовалось. В идеале был чистый спирт.
После шестой порции Дик предложил использовать для посиделок авиационное топливо, но собутыльники от этой затеи отказались. Продукта под рукой не оказалось, а идти было лень. Решили ограничиться спиртом.
Откуда великан Зак достал такое количество чистейшего медицинского спирта, осталось загадкой, но к утру, когда он выволок на свет очередную бутыль, Генри после недолгого молчания задумчиво изрёк:
– Ты или бутлегер, или контрабандист?
– С чего ты взял? – искренне удивился Зак.
– Ни один нормальный индивид не станет держать в доме такое количество спирта просто так.
– Фигня, – решительно отозвался Зак. – По мне, так пить нужно только его. Всё остальное – морсик для девочек.
– Генри, не вздумай пить с ним на равных, – поспешил предупредить приятеля Дик.
– Я похож на идиота? – небрежно поинтересовался Генри.
– А при чём здесь идиотизм? – не понял Зак.
– Я же знаю, что ты герд, – пожал плечами Генри, – а перепить герда ещё никому не удавалось. Во всяком случае, по моим данным.
– Чёрт! Обидно. А я уж собрался пошутить, – огорчился Зак.
– Не в этот раз, дружище. Я слишком хорошо знаю, чем это кончится и что со мной будет утром. Кстати, никогда не понимал, почему вы не страдаете похмельем? – улыбнулся Генри.
– Похоже, ты и вправду тесно общался с гердами, – одобрительно кивнул Зак. – Таким вопросом может задаться только тот, кто видел, как мы пьём.
– Похоже, ты так и не поверил моим словам, – усмехнулся Генри.
– Я за десять лет на этом проклятом шарике не встретил ни одного герда, а тут вдруг сразу трое, да ещё и женщина. В такое не сразу поверишь. А по поводу похмелья всё просто. У нас метаболизм другой. Алкоголь растворяется полностью и практически без остатка. Мне чтоб всерьёз надраться, знаешь сколько нужно?
– Даже представить себе не могу, – улыбнулся в ответ Генри.
– Четыре литра чистяка.
– Охренеть! – взялся за голову экс-капитан.
– Ладно, парни, давайте веселиться, – произнёс Зак с неожиданной грустью и грохнул бутыль на стол.
– Судя по тому, как ты это сказал, настроение у тебя не самое весёлое. Что случилось, старина? – отреагировал на его фразу Дик.
– Даже не знаю, что сказать, – вздохнул гигант.
– Ты случаем не заболел? – настороженно спросил Дик.
– Да нет, – отмахнулся Зак, – со здоровьем всё в порядке, – проворчал он, для демонстрации завязывая в узел кусок арматуры, мирно стоявший в углу.
– Тогда что тебя мучает? Что-то не так на работе? – продолжал допытываться Дик.
– Там тоже всё нормально. Лучшего начальника охраны им всё равно не найти. Они это знают и потому терпят все мои выходки. Тут другое, – задумчиво протянул он, не зная, с чего начать.
– Говори как есть, – с улыбкой посоветовал ему Генри. – Мы не на светском приёме. Всякое повидали. Разберёмся.
– Понимаешь, до сегодняшнего дня я жил просто так. Ну жил и жил. День прошёл и ладно. А сегодня, после того, что ты рассказал, я вдруг задумался. Что мне делать? Как быть? Я так понял, они служат в рейнджерах. В элите. А я?
– А что ты? – не понял Генри. – Нормальный здоровый отставник, имеющий помимо грошовой пенсии ещё и солидное место работы. И вообще, при чём тут служба?
– Ну вы же всегда были элитой и с нами, флотскими, никогда и знаться не хотели. Мы же для вас так, рабочая скотинка, – смущённо прогудел Зак.
– Бред сивой кобылы, – презрительно фыркнул Генри.
– Почему? – возмутился было Зак, но Генри не дал ему договорить.
– Ты где именно служил?
– Разведвзвод морской пехоты.
– В скольких высадках участвовал?
– В тридцати, – недоумённо ответил гигант, не понимая сути этих вопросов.
– И каждый раз вы шли после того, как там побывали мы. Верно? – медленно проговорил Генри.
Зак молча кивнул.
– Вот именно. Вы были вторым эшелоном. А в пекло всегда шли мы. И видели вы нас только перед высадкой, когда нам не до разговоров и не до знакомств. Для любого из нас каждое десантирование может стать последним. И мы это знаем.
А вообще всю эту бодягу разводят старшие чины. Им как серпом по яйцам, что, находясь в свободном патрулировании, мы не подчиняемся никому, кроме своего прямого командира, и что в случае срочной необходимости мы можем использовать любой подвернувшийся под руку транспорт, независимо от того, кто в нём передвигается. Плевать, кого высаживаешь, главное – быстрее доставить данные на базу.
Сделать они ничего не могут, вот и гадят исподтишка. Не важно как, лишь бы своё мерзкое я потешить. Ну а так как база у нас своя, то и с флотскими мы пересекаемся редко. Отсюда и все эти непонятки. А по сути мы такие же люди. Только со смертью в обнимку ходим намного чаще других, – тихо закончил свои пояснения Генри.
– Может, ты и прав, – задумчиво протянул Зак.
– Прав, старина. Прав, – вздохнул Дик. – Ведь мы же сидим тут, у тебя, спокойно разговариваем, выпиваем. И никто не требует к себе особого отношения.
– Значит, ты считаешь, что у меня получится? – с надеждой спросил Зак.
– Даже не сомневаюсь, – ободряюще усмехнулся Генри. – Вас ведь и вправду осталось очень мало. Не думаю, что в данной ситуации будет правильно нос воротить. А дураков у нас никогда не держали. И кстати, дядюшка Джек – бывший флотский, так что своему он точно поможет.
– Знаешь, если это дело выгорит, я тебя всю оставшуюся жизнь поить буду, – проворчал Зак, почёсывая макушку.
– Должно выгореть, – решительно ответил Генри. – Главное, не забудь сказать Джеку, что это я тебя прислал. Так и говори, мол, Генри-Берсерк велел приехать.
– Крутовато берёшь. Велел. Может и не поверить, – усомнился Зак.
– Поверит, – усмехнулся Генри, – он меня давно знает.
– Ну тогда за это и выпьем, – махнул рукой Зак и основательно приложился к своему стакану.
Собравшиеся молча поддержали его в сём благородном начинании, дружно приложившись к своим бокалам. С этого момента пьянка быстро переросла из мирной в активную. От полного разрушения здание спасло только то, что собутыльники принялись демонстрировать друг другу умение пользоваться холодным оружием.
Появись на свет огнестрельное, и заведению пришлось бы искать себе новое пристанище. Установив у дальней стены широкий лист пластика, господа бывшие военные принялись метать в него кинжалы, изощряясь самыми различными способами.
Сколько продолжалось это безобразие, не знает никто, пока веселье не было прервано появлением самого начальника планетарной полиции в сопровождении роты полицейских.
Удивлённо вытаращившись на ввалившихся в зал полицейских, Зак почесал в затылке и глубокомысленно изрёк:
– Мы ж вроде никого не били.
– За каким дьяволом вы сюда припёрлись, господин главный полицейский? – неожиданно проявил агрессию Дик. – Что, испугались, что мы напьёмся и начнём гонять ваших торговцев дурью?
– Перестаньте, мистер Вильямс, – скривился начальник полиции. – Лучше скажите, как давно вы здесь находитесь?
– А какое сегодня число? – задумчиво спросил Генри, продолжая крутить в пальцах кинжал.
– А когда вы начали? – в свою очередь спросил полицмейстер.
– Кажется, в пятницу вечером, – добросовестно попытался вспомнить Дик.
Скорчив брезгливую мину, начальник полиции повернулся к сопровождавшему его человеку в цивильном костюме и приказал:
– Доктор, проверьте количество алкоголя в крови этих двоих. – Он жестом указал на заметно покачивавшихся друзей.
– Какого хрена! – неожиданно зарычал Генри, перехватывая кинжал.
Несчастный врач с перепугу чуть не выронил чемодан с оборудованием для экспресс-анализа. Сообразив, что сейчас может начаться, полицмейстер заметно побледнел и, отступив в сторону, быстро проговорил:
– Ничего особенного, господа. Просто доктору потребуется по нескольку капель вашей крови, чтобы провести небольшой тест.
– И всё? – подозрительно насупившись, спросил Генри.
– Всё, – решительно ответил доктор, явно давно уже пожалевший, что согласился участвовать в этом безумии.
– А с чего вдруг такое внимание к нашим персонам? – неожиданно разозлился Дик. – Что такого произошло, что вы кинулись разыскивать нас лично? А? Вы, господин главный полицейский чин, не способный защитить собственную планету от торговцев дурью.
– Погоди, Дик, – остановил друга Генри. – Мы дадим ему крови, раз он так просит. А потом, если он не ответит, в чём дело, устроим им всем разборки по-нашему. – С этими словами он надрезал себе ладонь и щедро нацедил крови в мензурку, обрызгав заодно и врача.
Вздрогнув от обещанной перспективы, полицмейстер вжался в стену и, не дожидаясь результатов анализа, заговорил:
– Сегодня вечер субботы. День похорон пятерых убитых глав мафиозных кланов.
– А мы здесь при чём? – удивился Генри. – Вы чего, даже зарыть их без нашего участия не можете?
– Дело в том, что во время церемонии похорон произошёл взрыв, от которого пострадали все находившиеся на кладбище люди.
– И чего? Так сильно рвануло? – удивлённо спросил молчавший до сих пор Зак.
– Погибли все. Родственники, друзья. Досталось даже нескольким семьям, пришедшим на кладбище почтить родственников, хотя они стояли в полусотне метров от места взрыва.
– Вот этих действительно жаль, – мрачно проворчал Генри. – Много стороннего народу погибло?
– Нет, – презрительно отмахнулся полицмейстер. – Две старухи и собака. Да чёрт с ними. Речь не о них…
– А о ком? О тех подонках, что жирели на торговле дурью? Вот их мне совершенно не жалко. Сдохли, туда им и дорога! – решительно оборвал его Генри.
– Но это не объясняет, зачем вы припёрлись сюда, – жёстко сказал Дик.
– Вы первые в списке тех, кто мог решиться провернуть такую операцию, – дрожащим голосом проговорил полицмейстер.
– Чушь собачья, – презрительно фыркнул Генри. – На планете негде взять такого количества взрывчатки. Вот если бы здесь была военная база, тогда имело бы смысл нас подозревать, а так… – Он неопределённо пожал плечами. – Вы просто впустую тратите время. Ещё и веселье нам испортили.
– Что там у вас, доктор? – растерянно спросил полицмейстер, понимая, что Генри прав.
– Ничего не понимаю, – растерянно развёл руками врач.
– Чего вы не понимаете? – окрысился полицмейстер.
– По показаниям прибора, в этом вермуте кровь не обнаружена.
– Что это значит? – не понял чиновник.
– От такого количества алкоголя они уже должны быть трупами. А они стоят, да ещё и разговаривают, – растерянно пролепетал врач.
– Проверьте ещё раз, – потребовал полицмейстер.
– Я уже трижды всё проверил, – обиженно ответил врач, – благо, материала хватает.
– Это моя кровь, а не материал, козёл! – неожиданно разозлился Генри.
– Спокойно, старина, – вступился за врача Дик, – парень понятия не имеет, с кем связался. Забудь о нём. Надо разобраться вот с этим. – Он жестом указал на прячущегося за спинами подчинённых полицмейстера.
– То есть вы хотите сказать, доктор, что они пьют как минимум сутки? – сделал вывод полицмейстер, старательно делая вид, что не замечает решительно направившихся к нему друзей.
– Я бы сказал, даже больше, – быстро ответил врач и, в рекордные сроки свернув своё оборудование, исчез за дверью.
– При сложившихся обстоятельствах, господа, мне остаётся только принести вам свои извинения и откланяться, – скороговоркой протарахтел полицмейстер, пытаясь просочиться за дверь.
– Не так быстро, господин полицейский чиновник, – прорычал Дик, направляясь к быстро отступавшему полицмейстеру. – Ваши извинения не принимаются. Будьте добры вернуться и объяснить своё поведение. В противном случае я буду вынужден прислать вам официальный вызов.
Услышавшие это полицейские вздрогнули и растерянно оглянулись на своего начальника. Получить официальный вызов на дуэль означало, что приславший его готов драться насмерть. Подобные меры среди офицеров и чиновников лиги применялись редко, но каждая дуэль означала чью-то смерть.
Дуэльный кодекс в вооружённых силах лиги был принят под влиянием часто возникавших среди молодых офицеров споров, решавшихся при помощи оружия. Ни запреты, ни суды, ни ссылки спорщиков не могли пресечь этих дуэлей.
Поэтому правительство лиги пошло по пути наименьшего сопротивления, решив, что офицер, выживший в смертельном поединке, достоин служить дальше хотя бы потому, что умеет хорошо стрелять.
Был детально разработан и принят дуэльный кодекс, в котором строго регламентировалось, как, когда и кого можно вызывать на поединок, а когда требовалось обратиться в суд. Любое отступление от этого кодекса сурово каралось.
Так, например, запрещалось присылать вызов лицу другого пола, лицу старше восьмидесяти лет или тому, кто отказался выполнить требование вызывающего по долгу службы. Все ограничения и правила самого поединка были прописаны так детально, что не оставляли шансов даже на малейшее отклонение.
Отказ от поединка без уважительной на то причины тоже карался. Поединок можно было перенести, отложить, но не отказаться. Лицо, отказавшееся от поединка, лишалось всех званий, чинов, имущества и ссылалось на границы лиги.
Услышав обещание Дика, полицмейстер замер. Понимая, что попал в опасную ситуацию, он лихорадочно пытался сообразить, как выбраться из неё с наименьшими потерями.
В данном случае он не мог даже отдать приказ об аресте этой бешеной троицы, ведь его подозрения не подтвердились, и он уже пытался принести свои извинения. Теперь у него был только один выход. Плыть по течению, пытаясь заговорить зубы всей пьяной компании.
– Послушайте, господин Вильямс, мне очень неприятно, что вы оказались под подозрением, но в данном случае нет ничего личного. Это просто долг службы, – начал он, нехотя выбираясь из-за спин подчинённых.
– Долг службы? – мрачно переспросил Генри, медленно подходя ближе. – Значит, долг службы. А почему же тогда вы не бросились так рьяно исполнять ваш долг, когда было совершено нападение на меня и Дика? Что-то я не заметил, чтобы вы и ваши работнички принялись носом землю рыть, когда на нас напали. Зато теперь, когда уничтожена вся эта свора, вы вдруг забегали. С чего бы это? Кормушку потеряли?
Услышав брошенное ему в лицо обвинение в коррупции, да ещё и в присутствии подчинённых, полицмейстер попытался возмутиться, но это возмущение прозвучало не слишком убедительно.
– Что вы хотите сказать, господин охранник? – возмущённо взвизгнул чиновник, становясь в позу.
– Вы тупой или глухой? – злобно оскалился Генри. – Я сказал, что вы кормились из рук торговцев наркотиками.
– Да как вы смеете?! – попытался напугать его полицмейстер.
– Смею. Иначе как объяснить ваше нежелание проводить обыски и аресты? Или то, что вы не пожелали принять наше предложение и обратиться за помощью к войскам?
– Я не хотел устраивать на планете бойню и превращать полицейскую операцию в локальную войну, – неуверенно проблеял полицмейстер.
– Нет, – жёстко усмехнулся Дик, – потому что знали, что армия выметет с планеты эту мразь в течение двух, максимум трёх суток и вы лишитесь очень серьёзного источника дохода.
– Вы можете это доказать? – возмутился чиновник.
– Элементарно, – усмехнулся Генри. – Если мы не правы и вы ни в чём не замешаны, то завтра вы пришлёте мне свой вызов. А если нет, составите подробный отчёт о ваших делах, с указанием имён, и срочно покинете планету. Мы не станем искать вас. И здесь работы хватит. Это всё. Теперь можете убираться на все четыре стороны. Мы ещё не закончили веселиться. Но учтите, если завтра, в шесть вечера я не получу или вызова, или отчёта, то сделаю всё, чтобы доказать вашу причастность к наркоторговле, и тогда вы отправитесь на Геенну пожизненно.
Вздрогнув и забыв в очередной раз возмутиться, полицмейстер с ужасом посмотрел в злые, абсолютно трезвые глаза экс-капитана и понял, что тот выполнит все свои угрозы от первого до последнего слова.
Эта парочка была слишком опасна и слишком смертоносна, чтобы пытаться избавиться от них при помощи оружия или при помощи близких к чиновнику подчинённых, входящих в его особый, внутренний круг.
Полицмейстер понял, что попался. Бросить Генри вызов прямо сейчас означало покончить жизнь самоубийством. К этому он был не готов. Уйти, оставив решение вопроса до завтра, означало, что к утру об условиях будет знать вся планета, а значит, устранить их втихую не удастся. Всё будет указывать на него.
Молча развернувшись, полицмейстер вышел из комнаты. Расступившиеся перед ним офицеры полиции переглянулись, не зная, что делать. Неожиданно один из стоявших в переднем ряду полицейских, невысокий, но крепкий мужчина средних лет шагнул вперёд и, задумчиво посмотрев на приятелей, спросил:
– Вы действительно уверены в том, что сказали?
– Потерпите до завтра, офицер, – усмехнулся Дик, – сами всё увидите. Только сделайте нам одно одолжение. Расскажите обо всём всем офицерам планетарной полиции. В конце концов, здесь не было ничего запрещённого.
– Зачем вам это? – удивился офицер.
– Не хочу, чтобы он попытался устранить нас вашими руками. В этом случае пострадают невинные, а мы стараемся избегать ненужных смертей, – ответил Генри, продолжая машинально играть кинжалом.
Внимательно посмотрев на его манипуляции, полицейский кивнул и, развернувшись, направился к выходу. Остальные потянулись следом. Спустя минуту помещение опустело, и друзья, дружно развернувшись к заинтересованно наблюдавшему за разворачивавшимися событиями Заку, хором произнесли одно слово:
– Наливай!
С усмешкой посмотрев на них, Зак молча наполнил бокалы и, подняв свой, прогудел:
– Не знаю, что вы там натворили, парни, но хочу за это выпить. Уж больно мне понравилось, как запрыгал этот индюк.
– Гореть нам в аду за наши выкрутасы, – вздохнул Дик и проглотил порцию чистейшего спирта как воду.
– Нет там ничего, – устало ответил Генри, выпив свою порцию. – Только холод и темнота.
– Ты-то откуда знаешь? – удивился Зак.
– Я там трижды побывал, – грустно улыбнулся Генри. – В последний раз все рукой махнули, даже реанимационный танк выдал сигнал о смерти. Но, видать, мне туда ещё рановато. Не приняли. Сердце само завелось.
– Как это? – не понял Дик, растерянно уставившись на приятеля.
– Не знаю, – пожал плечами тот, – просто завелось и всё. Видать, сильно я разозлился, что меня хоронить собрались.
– Поэтому тот очкарик в такой экстаз впал и пытался тебя под дулом пистолета обратно в танк запихнуть? – неожиданно вспомнил Дик.
– Ага, – с усмешкой кивнул Генри. – Есть у моего организма такое свойство. В минуту опасности или крайней злости я отключаюсь и начинаю действовать как автомат. Ничего не помню, что творил. Меня потому и прозвали Берсерк. Говорят, в такое состояние древние воины впадали. Не знаю, как там и что происходит, только в крови столько адреналина, что я перестаю вообще что-либо чувствовать и понимать. Остаются только боевые навыки. Даже кровь из ран еле сочится.
– Ни хрена себе, – уважительно проворчал Зак. – Теперь я понимаю, почему ты так упорно не давал мне его заводить, командир.
– Командир? – удивлённо переспросил Генри.
– Зак служил на моём корабле. В отставку мы ушли в разное время, но случайно столкнулись в коридорах штаба, когда я пытался пробить место в госпитале для Сенди. Мы перебрались сюда. Я пристроил его в это казино начальником охраны. С тех пор так и живём, – коротко пояснил Дик.
– Иногда я ненавижу нашу систему, – мрачно отозвался Генри.
– Давно хочу тебя спросить, – неожиданно заговорил Зак, – как получилось, что тебя отпустили без блокировок и обработки? Я же вижу, все навыки при тебе, соображаешь так, что только позавидовать можно, и помнишь всё.
– В тот момент, когда я подал прошение об отставке, на базе произошёл маленький переворот и меня освободили от службы в течение трёх часов. Подробностей, сам понимаешь, я раскрыть не могу. Скажу только, что мне здорово повезло.
– Это точно, – усмехнулся Зак.
– Не только тебе, – улыбнулся Дик, – но и нам с Сенди.
– Теперь нам остаётся только ждать? – неожиданно спросил Зак.
– Нам? – удивлённо посмотрел на него Генри.
– Неужели ты и вправду считаешь, что я упущу такую возможность подраться? – весело прогудел тот, сжимая огромные кулаки.
– Боюсь, старина, это будет не драка в прямом её смысле, а скорее шахматный поединок, – задумчиво отозвался Дик.
– Тоже ничего, – рассмеялся Зак. – Всё интереснее, чем сутками следить за стадом алчных идиотов, мечтающих обыграть казино. Или вы против моего участия?
– В этой драке мы можем потерять не только свободу, но и головы, – тихо проворчал Генри. – С того момента, как она началась, нам постоянно приходится перемещаться, прятаться, появляться на людях. В общем, полный набор игрищ в стиле плаща и кинжала. Зная твою нелюбовь к яркому солнцу… – пожал плечами Генри.
– Это действительно может стать проблемой, – задумчиво кивнул Зак. – Но ведь ночью я могу больше, чем даже ты. С моим-то зрением.
– Тут я с тобой согласен, – кивнул Генри.
– А что если использовать его как диспетчера? – неожиданно предложил Дик.
– Как это? – не понял гигант.
– Днём ты будешь сидеть за компьютерами и отслеживать перемещения интересующих нас лиц. А ночью – с нами на акции. Если, конечно, возникнет такая необходимость.
– Это мысль, – улыбнулся Генри, – но тогда его придётся перевести в берлогу к Сенди.
– Не проблема, – пожал плечами Дик. – Он там не раз бывал и отлично знает, что к чему.
– Так вы меня берёте? – радостно подскочил Зак.
– А на чью помощь ещё можно опереться, как не на помощь старых друзей? – улыбнулся Генри.
– Тогда я быстренько оформляю отпуск, и можем ехать, – решительно поднялся гигант. – А что касается головы, так мне её могли оторвать в сотне мест и сотню раз, пока служил. Чего ж теперь-то вздрагивать.
– Думаешь, тебя так просто отпустят? – удивился Генри.
– Пусть попробуют не отпустить, – усмехнулся Зак, направляясь к дверям. – Посидите пока тут, парни. Я быстро.
– Надеюсь, ты ему полностью доверяешь? – спросил Генри, задумчиво глядя вслед Заку.
– Если уж кому доверять, так это ему, – чуть усмехнулся Дик. – Ради Сенди он всю планету по камушку разберёт и снова соберёт в другой галактике. У него, кроме нас, никого нет. А у гердов в природе заложено клановое проживание.
– Может, тогда нам имеет смысл всем в той бухте поселиться? – неожиданно спросил Генри.
– Вот закончим эти разборки, а там посмотрим, – улыбнулся Дик, – а вообще недаром говорят, что у психов мысли сходятся.
– Я такое про дураков слышал, – удивлённо отозвался Генри.
– Ну на дураков мы не тянем, а вот психи – это точно, – усмехнулся Дик. – Я о той бухте начал думать сразу, как только узнал, что она Сенди тоже нравится. Можно даже общее дело организовать.
– По ремонту и продаже старинных мотоциклов, – закончил за него Генри.
– Я же говорю, что у психов мысли сходятся, – расхохотался Дик.
Друзья весело рассмеялись, сбрасывая напряжение и с удовольствием строя всё новые и новые планы. Их веселье прервал неожиданно появившийся Зак. Удивлённо посмотрев на весело хохочущих друзей, гигант задумчиво почесал макушку и, осторожно усевшись на стул, спросил:
– Вы чего ржёте? Я, что ли, опять чего-то отчудил?
– Нет, дружище, ты тут ни при чём, – ответил Дик сквозь смех. – Просто мы в очередной раз убедились, что таким, как мы, самое место в дурдоме.
– Это ещё почему? – удивился Зак.
– Понимаешь, мы с ним уже даже думать одинаково начали, – ответил Генри.
– Так это же здорово! – ответил Зак, удивлённо разводя руками. – У нас в клане, ещё до службы, многие так общались, и всем это нравилось. Всегда можно понять близкого тебе человека. При чём же здесь дурдом?
– Но в клане-то вы все всех с самого детства знаете, а мы всего несколько месяцев знакомы, – пояснил Дик.
– Ну тогда тем более здорово. Не понимаю, что вам не нравится? – откровенно удивился гигант, вызвав своим неподдельным удивлением очередной приступ смеха.
Отсмеявшись и кое-как успокоившись, Генри вопросительно посмотрел на гиганта и спросил:
– Ну как, получилось?
– Конечно, – пробасил тот с законной гордостью. – Шесть лет беспорочной службы без единого отпуска. Отпустили, даже не пикнув. Дали четыре месяца на обустройство всех дел с возможностью продления в случае крайней необходимости. Только сообщить заранее просили.
– Там хоть один здоровый остался? – усмехнулся Дик.
– Все здоровы, даже обидно, – в тон ему ответил Зак.
– Ну тогда в путь, – решительно поднялся Генри. – Ещё нужно обустроить всё под него, поставить задачу и приготовиться к сюрпризам.
– Думаешь, рискнут? – удивлённо спросил Дик.
– Даже не сомневаюсь, – пожал плечами Генри, – глидер придётся бросить. Они наверняка успели его зарядить.
– А тебе не кажется, что у тебя очередной приступ паранойи? – спросил Дик.
– Лучше быть живым параноиком, чем мёртвым оптимистом, – ответил Генри. – Как по-твоему, они нас нашли?
– По камерам слежения, – растерянно отозвался Зак.
– Верно. Но нужна была отправная точка. Откуда начинать поиск. Мы могли оказаться где угодно.
– Нашли глидер и подключились ко всем камерам казино, – кивнул Дик. – Похоже, ты снова прав. Но это мы можем проверить.
– Как? – удивился Генри.
– Вот, – улыбнулся Дик, показывая ему небольшой пульт. – Все мои машины оборудованы дистанционным управлением. Запустим двигатель и узнаем.
– Отлично! – щёлкнул пальцами Генри. – Если я ошибся, заберём машину, а если я прав, получим весомый шанс предъявить обвинение в попытке убийства.
– А если это не он? – настороженно спросил Зак.
– А какая разница? Пусть покрутится и попотеет, доказывая свою невиновность, – пожал плечами Генри.
– Ну и методы у тебя, – растерянно покрутил головой Зак.
– Это ещё цветочки, – тут же отозвался Дик, – от его методов у меня волосы дыбом встают, и не только на голове.
– Ладно, хватит болтать. Работать пора, – прервал их Генри и решительно направился к дверям.
– Не туда, командир, – остановил его Зак. – На улице уже утро. Светло. Возьмём мой глидер, – пояснил он, направляясь в другую сторону.
Потянув за головку болта, торчащего из стены, гигант открыл потайную дверь, и друзья оказались в гараже. Четыре грузовых глидера стояли в ряд, словно в ангаре на военной базе.
Распахнув водительский люк, Зак уселся за штурвал и принялся уверенно щёлкать тумблерами, готовя машину к взлёту. Забравшись в салон, друзья с интересом принялись рассматривать машину.
Здесь всё было переделано под хозяина. Усиленная рама, полностью переделанный салон, видоизменённый штурвал и пульт управления. Даже кресло пилота было сделано под хозяина.
Зак запустил двигатель, и друзья удивлённо переглянулись. Судя по звуку, в моторном отсеке этого монстра был установлен двигатель от баллистической ракеты.
– Ты что сюда запихнул, изверг? – не удержался от вопроса Дик.
Хитро усмехнувшись, Зак пожал плечами и коротко ответил:
– Увидишь.
Передняя стена ангара медленно откатилась в сторону, и Зак вдавил педаль ускорителя в пол. Друзей отбросило к спинке сиденья, и огромная машина стремительно рванулась вперёд. Судя по ускорению, Зак действительно использовал нестандартный двигатель.
Вылетев в переулок, Зак стремительно развернулся и, прибавив газу, рванул к стоянке, до смерти перепугав немногих прохожих. Две минуты немыслимого полёта, и глидер, выписав дикую петлю, приземлился на парковке, в сотне метров от машины Дика.
– И после этого они называют меня психом, – проворчал Генри, с усилием отклеиваясь от кресла, в которое его вжало ускорением.
– А ты разве так не умеешь? – удивлённо спросил Зак, развернувшись к нему всем телом.
– Умею, но к чему так светиться? Не на пожар летим, – пожал плечами Генри.
– Я просто встряхнуться хотел, – смущённо пробормотал Зак.
Махнув рукой, что всё в порядке, Генри принялся с интересом наблюдать за манипуляциями Дика. Выбравшись из салона, тот быстро подошёл к своей машине и, медленно обойдя её по кругу, заглянул под днище.
Не найдя ничего нового, он не спеша вернулся к глидеру Зака и, достав из кармана пульт, принялся медленно, почти торжественно нажимать на клавиши.
Дверцы глидера распахнулись с лёгким свистом исправно сработавших сервоприводов. Машина приподнялась на стойках шасси, двигатель заработал, послышался свист запустившихся турбин, и тут же прозвучал взрыв.
Небольшая, стремительная машина моментально превратилась в огромный огненный шар, из которого во все стороны полетели обломки стали, пластика и огненные капли горящего топлива.
Ожидавший чего-то подобного Дик успел нырнуть под глидер Зака и теперь, выбравшись наружу, мрачно смотрел на жалкие остатки, медленно догоравшие на бетоне парковки.
Где-то вдалеке послышался вой сирен. Мрачно посмотрев на приятеля, Дик уселся в салон и, вздохнув, спросил:
– И что дальше?
– А дальше у нас два варианта, – пожал плечами Генри, – исчезнуть, и пусть нас считают трупами, или нахально остаться в живых и в очередной раз наехать на начальника полиции.
– И что лучше? – тихо спросил Зак.
– В данной ситуации нам лучше продемонстрировать свою неуязвимость и перейти к активным действиям, – задумчиво ответил Генри.
– Почему? – удивился Дик.
– В историю с нашей гибелью они могут и не поверить. Мы уже проворачивали такое с Натали, а учитывая вчерашние события, нам лучше остаться в живых. Больше эффекта.
– Тогда ждём пожарных? – утвердительно спросил Зак.
– Скорее полицию, – усмехнулся в ответ Генри.
Те и другие прибыли к месту происшествия спустя десять минут после взрыва. Такая задержка в пути требовала отдельного разговора с начальниками отделов. Но друзьям было не до того.
Выдернув из толпы прибывших полицейских старшего, друзья припёрли его к глидеру и, не давая опомниться, принялись выяснять, что он знает о состоявшейся ночью ссоре и что может сказать об отданных ему приказах.
Растерявшийся от такого напора лейтенант попытался было взбрыкнуть, но, увидев Зака, моментально увял и принялся подробно отвечать на вопросы. Как Генри и ожидал, всем подразделениям была отдана команда не оказывать им никакого содействия, что вызвало среди рядовых полицейских волну удивления и неприятия.
Впервые за много лет полиция смогла навести на планете хоть какое-то подобие порядка, убрав с улиц основную массу банд и торговцев дурью. Даже местные жители начали относиться к полицейским с большим почтением. И тут приказ, идущий вразрез со всем, что происходило раньше.
История о возможном вызове на дуэль была принята с серьёзным воодушевлением. Многие средние чины давно уже были убеждены, что работать с таким масштабом наркоторговцы могли только в одном случае: если им покровительствовал кто-то из планетарного правительства.
Убедившись, что рядовой полицейский состав на их стороне, Генри посоветовал лейтенанту сообщить о случившемся всем сослуживцам и сделал друзьям знак отправляться.
Зак поднял свой монструозный глидер в воздух и решительно направил его в сторону штаб-квартиры корпорации Сталка. Там их уже ждали. Слишком много событий произошло за очень короткий промежуток времени.
Все чиновники, от обычного клерка до членов совета директоров, находились в состоянии, близком к панике. Трое из двенадцати директоров погибли при взрыве на кладбище. Ещё четверо покинули планету в такой спешке, что даже не стали передавать дела и полномочия кому-то из оставшихся.
Остальные решительно не понимали, что происходит, и не менее решительно требовали от Дика объяснений, почему погибли отправившиеся на кладбище и что он собирается предпринять для защиты оставшихся.
Обведя это испуганно блеющее стадо презрительным взглядом, Дик молча прошёл в конференц-зал и, дождавшись, когда поток вопросов иссякнет, заговорил:
– Буду отвечать на ваши вопросы по мере их поступления, господа. Во-первых, отправиться на кладбище, чтобы проводить в последний путь глав мафиозных кланов, было личным делом погибших, и к делам корпорации это никакого отношения не имело. Заводя подобных знакомых, нужно быть готовым к тому, что их связи могут рикошетом ударить и по вам. Во-вторых, я отвечаю за безопасность самой корпорации и её главы, когда он находится на планете. Личная безопасность каждого из членов совета вне стен штаб-квартиры – личное дело каждого. Мне за это не платят. И последнее. Сбежавшие с планеты попросту оказались умнее тех, кто отправился на кладбище, и их возвращения можно не дожидаться. Бросив корпорацию в трудный для неё момент, они тем самым ясно дали понять, что их это всё больше не интересует. Мне остаётся только поблагодарить оставшихся и пообещать, что у тех, кто не имеет отношения к торговцам дурью, проблем не возникнет. Это абсолютно точно. Все сохранившие лояльность к корпорации и соблюдавшие законность могут спать спокойно. Их жизни ничего не угрожает.
Короткая речь Дика произвела эффект разорвавшейся гранаты. Неожиданно все сидевшие в зале поняли, что рассчитывать на защиту со стороны подчинённых Дика им не приходится и решать подобные вопросы им придётся самостоятельно.
Не вдаваясь в дальнейшие споры и объяснения, Дик вышел из зала и решительно направился в свой кабинет. Генри, с интересом наблюдавший за приятелем, молча двинулся следом.
Войдя в кабинет, Дик запер дверь и, включив глушитель, снял трубку коммуникатора. Связавшись со стариком, он коротко описал ситуацию на планете и, доложив о своих планах, замолчал, внимательно выслушивая указания.
Положив трубку, он задумчиво посмотрел на Генри и, неопределённо хмыкнув, открыл дверь. Не успевший ничего понять Генри открыл было рот, но тут же закрыл его снова. В кабинет решительно вошёл один из членов совета директоров и с ходу взял быка за рога. Уперев палец в грудь экс-капитану, он в ультимативной форме потребовал, чтобы Генри немедленно приступил к охране его барского тела.
Молча взяв барина за упёртый в грудь палец, Генри вывернул наглецу руку и пинком выставил его за дверь. Но поговорить им с Диком так и не дали. Спустя пять минут дверь снова открылась, и на пороге возник очередной член с таким же требованием. Разница была только в том, что этот не рискнул тыкать в Генри пальцем.
Выставив его за дверь более гуманным способом, Генри снова попытался начать разговор, но его снова прервали. Они шли косяком, один за другим с интервалом в три минуты. Но требования были у всех одинаковые. Все они были уверены, что Генри просто обязан немедленно озаботиться защитой именно его тела, а все остальные обойдутся наёмными охранниками.
Последнего посетителя Генри даже не стал слушать, молча взяв за шиворот и выставив за дверь. Захлопнув дверь так, что чуть не расквасил посетителю нос, он резким поворотом ключа запер дверь и, развернувшись к приятелю, спросил:
– Что он сказал?
– Кто именно? – сделал вид, что не понял Дик.
– Не издевайся, – почти прорычал Генри.
– Не собираюсь, – улыбнулся Дик. – Если учесть сложившуюся ситуацию, это может плохо для меня закончиться.
– Дик! – взвыл от избытка эмоций Генри.
– Всё! Всё! Рассказываю, – рассмеялся Дик, поднимая руки. – Все мои действия полностью одобрены. Я получил очередной карт-бланш и имею полное право нанимать, увольнять и заключать контракты с нужными мне людьми. Все наши действия одобряются, и на всё будущее мы получили полное добро.
– Получается, что старик готов взять на себя все наши грехи? – с усмешкой спросил Генри.
– Открою тебе маленький секрет. Старик давно уже мечтает вычистить эту планету и перевести сюда весь свой штаб.
– А смысл? – задумчиво спросил Генри. – По-моему, ему давно уже пора на покой. Перевёл бы свои активы в чистые финансы и развлекался по мере возможности.
– Провидец, твою мать, – проворчал Дик.
– В каком смысле? – не понял Генри.
– В прямом. Именно это он и хочет сделать. У старика только одна мечта – дождаться правнуков. А Натали всё носом крутит. Сама не знает, чего хочет. Тот ей не такой, этот не такой, – проворчал Дик.
– У женщин вечно всё не как у людей, – вздохнул в ответ Генри.
– Это ещё не все новости, – усмехнулся Дик. – У нас с тобой снова грядут трудовые будни.
– То есть? – насторожился Генри.
– Сюда летит Натали.
– Зачем? – насупился Генри.
– Он не сказал, но я могу предположить, – усмехнулся Дик.
– И? – выгнул бровь Генри.
– Думаю, она несётся сюда, чтобы в очередной раз убедиться, что с одним её большим другом всё в порядке.
– Что-то я не припомню здесь ни одного её друга, – задумался Генри.
– Есть один, – усмехнулся Дик, – старый, покрытый шрамами псих, которого она готова расцеловать и расстрелять одновременно.
– Иди ты к дьяволу со своими шуточками! – возмутился Генри. – Нашёл время шутить.
– А кто сказал, что я шучу? – пожал плечами Дик. – Это ты, старый бирюк, ничего не видишь и не замечаешь.
А мне, отцу взрослой девушки, такие вещи просто положено видеть.
– Бред сивой кобылы! – возмутился Генри. – После нашей последней стычки она меня терпеть не может. Я же её любимого врача в нокаут отправил.
– Чушь это всё, – рассмеялся Дик, – это была очередная попытка заставить тебя обратить на неё внимание.
– Дик, я тебя умоляю, прекрати это, – почти простонал Генри.
– В каком смысле? – удивился Дик.
– В прямом. Она и я! Как ты себе это представляешь?
– Плохо представляю, – честно признался Дик. – Точнее, никак не представляю. Красавица и чудовище.
– Вот именно, – воскликнул Генри. – Именно это я ей и сказал. Не говоря уже о том, что всё её окружение вскинется на дыбы и подвергнет нас остракизму.
– Чему? – удивлённо переспросил Дик.
– Проклятию и изоляции, – перевёл Генри.
– Ну и словечки. А ещё офицер, интеллигентный человек, и так выражаешься, – проворчал Дик, – стыдно, господин капитан. Стыдно.
– Заткнись, Дик. Мне не до шуток, – взвился Генри. – Она свяжет нас по рукам и ногам. Вместо того чтобы заниматься бандитами и той старой сукой, нам придётся таскаться по всяким встречам и раутам.
– Тут я с тобой полностью согласен, – разом помрачнев, ответил Дик. – Но деваться всё равно некуда. Старик отпустил её, и послезавтра она будет здесь.
– Летит на яхте? – мрачно спросил Генри.
– Угу, – коротко ответил Дик.
– И когда встречаем?
– Завтра.
– Чёрт, как же она не вовремя, – вздохнул Генри, постукивая кулаком о ладонь.
– А что делать? – пожал плечами Дик. – Не выпихивать же её обратно в космос. Придётся встречать.
– А собственно говоря, встречать её придётся тебе. От моих услуг в последнюю нашу встречу старик отказался, – ехидно усмехнулся Генри.
– Ты не можешь бросить меня одного в такой момент! – возмутился Дик.
– Возьмёшь с собой Зака. А мне нужно быть свободным и мобильным.
– Ты что опять задумал, старый душегуб? – неожиданно насторожился Дик.
– Нельзя упускать такую возможность, – пожал плечами Генри.
– Хочешь сделать из неё приманку и ловить их на живца? – полуутвердительно проворчал Дик.
– Я её сюда не звал, – пожал плечами Генри, – но это шанс решить всё в один раз. Одним выстрелом.
– Как планируешь действовать? – спросил Дик, сев за стол и положив подбородок на кулаки.
– Достану наш ствол и буду следовать за вами на расстоянии. Точнее, ты будешь сообщать мне точки следования, а я буду контролировать вас на маршруте.
– Что тебе потребуется?
– Три экипажа по четыре стрелка и лучший водитель, которого ты сможешь отыскать среди своих парней. И машину, само собой.
– Это всё решаемо, – вздохнул Дик, – но я не совсем понял, как ты собираешься действовать?
– Ничего нового. Не будем изобретать колесо. Ты сообщаешь мне о направлении её движения и маршруте следования. Я отправляю парней на патрулирование, а сам мчусь в конечную точку и встречаю вас там.
– Чем вооружить ребят?
– Самым мощным из того, что сможешь достать, – решительно ответил Генри. – Хватит разводить церемонии и рисковать. Полное и решительное уничтожение.
– Ты меня совсем разорить решил? – сварливо спросил Дик.
– Не ворчи, – усмехнулся Генри, – закончим дело, пополнишь свои арсеналы.
– Если бы это было так просто, – не унимался Дик.
– Теперь будет проще, – неожиданно усмехнулся Генри.
– Хочешь сказать, что нам позволят порыскать в армейских арсеналах? – заметно оживился Дик.
– Возможно, – пожал плечами Генри, – всё будет зависеть от нашего успеха. Зачем давать оружие людям, которые боятся его использовать?
– В таком случае мы уже давно заслужили это право, – пожал плечами Дик.
– Давай сначала разберёмся с нашими проблемами, – остудил пыл приятеля Генри.
Выразив своё согласие простым кивком головы, Дик занялся текущими делами. Тем временем Генри, предоставленный самому себе, прошёлся по кабинету и выглянул в окно, желая убедиться, что с Заком, оставленным в глидере на стоянке, всё в порядке.
В следующую секунду Генри уже вылетел из кабинета, по пути снеся с ног оказавшегося у дверей чиновника. Дик, не сразу сообразивший, что произошло, швырнул коммуникатор на стол и выскочил из кабинета следом за приятелем, задержавшись только, чтобы захлопнуть дверь.
Выбежав на парковку перед зданием, Дик растерянно замер, не зная, что делать дальше. Картина, развернувшаяся перед ним, человека со слабой психикой могла довести до нервного срыва.
Огромный Зак увлечённо молотил нескольких парней, действуя сразу всеми конечностями, а пришедший ему на помощь Генри старательно втаптывал в бетон ещё одного индивида. Причём рядом с лежащим Дик разглядел предмет, очень сильно напоминавший связку пластида.
Выбив могучим пинком последнее дыхание из кучи человеческих тел, Зак удивлённо посмотрел на развлечение Генри и, подойдя поближе, вежливо попросил:
– Можно, и я разок приложусь, он же, паскуда, мою машину взорвать хотел.
Молча отступив в сторону, Генри сделал приглашающий жест и, бросив быстрый взгляд по сторонам, склонился над миной. Радостно усмехнувшийся Зак примерился, шагнул вперёд и нанёс такой удар, что лежащего просто впечатало в борт глидера.
Быстро обезвредив мину, Генри окинул поле боя взглядом выигравшего битву маршала и, подойдя к лежащей на бетоне куче, принялся извлекать из неё одного из нападавших.
Понаблюдав за его мучениями, Зак просто поднял приглянувшегося Генри парня за шиворот, попутно стряхнув остальных обратно на бетон. Хлопнув парня пару раз по физиономии, Генри привёл его в чувство и приступил к допросу.
– Вы кто такие?
Парень промычал что-то неудобоваримое и попытался плюнуть в Генри. В результате розовая от крови струйка растеклась по комбинезону верблюжьего потомка, а Зак, недолго думая, шваркнул его головой об глидер.
– Дружище, следующего не головой, а корпусом и, пожалуйста, не со всей дури, – вежливо проговорил Генри, делая Заку знак поднять следующего.
Ему пришлось произнести подобную просьбу после того, как первый пленник забрызгал собственными мозгами капот машины.
– Я постараюсь, – искренне пообещал гигант, поднимая следующего пленного.
– Ты видел, что случается с теми, кто не хочет быть вежливым? – спросил у него Генри, с интересом рассматривая болтающегося в воздухе парня.
Судорожный кивок в данной ситуации мог послужить ответом.
– Говорить будешь? Просто да или нет, – задал Генри очередной вопрос и, дождавшись отрицательного мотания головой, попросил: – Зак, будь так любезен, открой ему рот.
– Зачем? – удивлённо спросил гигант, с лёгкостью выполняя его просьбу.
– Если человек не хочет говорить, значит, язык ему не нужен. А я предпочитаю избавлять людей от ненужных им частей тела, – спокойно пояснил Генри, запихивая в глотку пленнику детонатор, изъятый из мины.
Сообразив, что сейчас произойдёт, Зак, недолго думая, врезал парню кулаком под дых и отбросил практически бесчувственное тело метров на пять в сторону. Мрачно усмехнувшись, Генри нажал на кнопку взрывателя. Несильного хлопка детонатора хватило, чтобы лежащая на бетоне компания оказалась облита кровью подельника.
После этого говорить захотели все. Генри пришлось даже останавливать особо рьяных, чтобы понять, кто и зачем их прислал. Как выяснилось, эту банду наняли ещё неделю назад, чтобы избавиться от них с Диком. Кто был нанимателем и сколько он за это заплатил, так и осталось тайной. Человек, отправивший их на дело и знавший заказчика, был убит самим Генри. Это был один из главарей кланов.
Задумчиво потерев шрам на щеке, Генри посмотрел на друзей и неожиданно спросил:
– Ну и что с этими придурками делать?
– Может, полицию вызвать, – осторожно предложил Дик.
– Нет, – покачал головой Генри, – возни много. Объяснения, протоколы. Долго.
– Тогда, может, я их это… За ноги, и головами об бетон. И быстро, и лезть больше не будут, – внёс своё предложение Зак.
– Да ну, ещё грязь разводить, – презрительно скривился Генри. – Тебе и так на мойку ехать придётся. Вон всю машину изгваздали.
– А чего тогда делать-то? – развёл руками Зак, старательно игравший роль очень большого и очень тупого.
– Ладно, – махнул рукой Генри, – некогда с ними возиться. Эй, вы, уроды. Забирайте свою падаль и валите отсюда. Но имейте в виду, ещё раз встанете у меня на пути, отдам ему. – Генри показал пальцем на стоящего рядом Зака.
Судорожно кивая в знак того, что всё поняли, оставшиеся в живых трое бандюков ухватили лежавшие на бетоне трупы за ноги и, еле сдерживая рвотные позывы, потащили их с парковки в переулок. Минёру тоже не повезло. Один из ударов Генри пришёлся прямо в переносицу. Тонкая перегородка носа сломалась, пробив мозг.
Подкинув на ладони перетянутые скотчем бруски взрывчатки, Генри устало вздохнул и, обведя друзей мрачным взглядом, спросил:
– Какие есть соображения, господа офицеры?
– А какие тут могут быть соображения? – пожал плечами Дик. – На нас охотятся. Это для нас не новость. Я только одного не пойму, с чего ты вдруг стал таким милосердным?
– Нет смысла размазывать их по бетону, – отмахнулся Генри. – Это солдатики. Тупые торпеды, которых отправили заложить мину. Если ты заметил, главного фигуранта я успел ликвиднуть.
– Минёра? Заметил. Хороший удар, – мрачно усмехнулся Дик.
– А я его вначале и не заметил, – огорчённо проворчал Зак.
– Ну да, дорвался до драки, – кивнул Дик, хлопая приятеля по плечу.
– Да какая это драка? – огорчённо махнул рукой гигант. – Так, развлёкся малость. Даже разогреться не успел.
– Не огорчайся, старина. Может, ещё и подерёмся, – усмехнулся Генри. – Ты и вправду, смотайся на мойку, а мы пока с делами закончим.
Кивнув косматой головой, Зак молча залез в машину и, запустив двигатель, поднял глидер в воздух. Проводив его взглядом, друзья молча вернулись в здание штаб-квартиры.
Пройдя в кабинет Дика под прицелом сотен оценивающих глаз, которые наблюдали за расправой над минёрами, друзья заперли дверь и попытались вернуться к прерванному разговору.
Спустя два часа всё необходимое для встречи Натали было готово. Собрав отобранных людей в своём кабинете, Дик провёл инструктаж и раздал подчинённым штурмовые винтовки.
Увидев столь мощное оружие в руках простых охранников, Генри не удержался и вопросительно посмотрел на приятеля. Уловив его сомнения, Дик отступил в сторону и, подойдя к приятелю, тихо спросил:
– Тебя что-то не устраивает?
– Просто я не уверен, что твои оловянные солдатики решатся использовать эти винтовки, – проворчал Генри, мрачно оглядывая своё воинство.
– И что делать? – устало спросил Дик.
– У тебя тир оборудован? – неожиданно спросил Генри.
– По последнему слову. Таких симуляторов даже у полиции ещё нет, – ответил Дик с изрядной долей гордости.
– Отлично. Пойдём, посмотрим, на что они годятся. Но учти, любого, кто меня не устроит, тебе придётся заменить.
– Значит, заменим, – решительно ответил Дик, возвращаясь к подчинённым.
Дик не шутил, когда сказал, что тир оборудован по последнему слову техники. Надев шлем и настроив симулятор на самый высокий уровень сложности, Генри первым прошёл весь этап, превысив норматив скорости в два раза.
Скептически ухмылявшиеся охранники растерянно затоптались, пряча глаза, когда на табло высветился результат. Скинув шлем, Генри обвёл бойцов медленным, оценивающим взглядом и проворчал:
– Ну вот что, салаги. Тот, кто хочет работать в моей группе, должен это повторить. Вариантов два. Или вы работаете как заведённые и отстреливаете всех, кто хотя бы мысленно угрожает объекту охраны, или проваливаете к чёрту.
– Куда? – осмелился спросить один из парней.
– Искать работу, – мрачно ответил Дик. – Завтра прилетает мисс Натали, и я отобрал вас в команду телохранителей. Надеюсь, все помнят, что было в прошлый её приезд?
Охрана дружно закивала головами.
– Очень хорошо. Значит, вам не нужно объяснять, что ваши жизни напрямую связаны с ней. Попытка устранить её – это прямая попытка убить вас. Чтобы выжить, вам нужно научиться стрелять первыми. Никакой жалости, никаких раздумий и никаких розовых соплей. Стрелять только на поражение. И учтите, если с ней что-то случится, можете сразу покончить с собой. Старик уничтожит всех, кто находился рядом с ней и не смог сделать свою работу. Не напрягайтесь, то же самое в полной мере относится и к нам обоим. – Дик кивком головы указал на Генри. – С этой минуты мистер Генри – ваш инструктор по стрельбе и рукопашному бою. Надеюсь, вы не упустите такой уникальной возможности. А теперь на исходную, – скомандовал он, и началась работа.
Друзья гоняли парней до седьмого пота, доведя их до исступления. Ставка была сделана на рефлексы. Через четыре часа парни начали палить во всё, что хотя бы отдалённо могло напоминать оружие. Убедившись, что больше добиваться нечего, Дик отправил парней по домам, отдав последние указания.
Друзья снова вернулись в офис Дика и застали в приёмной молодого полицейского, с мрачным видом таращившегося в окно. Увидев друзей, полицейский шагнул вперёд и, отдав им честь, достал из небольшого кейса плотный пакет.
– Что это? – настороженно спросил Дик.
– Личный пакет от начальника планетарной полиции. Прошу вас расписаться в получении, – чётко, как на параде, доложил полицейский.
– Откройте его, – жёстко приказал Генри.
– Но это же лично! – удивился офицер.
– А я не прошу вас его читать. Я прошу вас его распечатать, – ответил Генри.
Пожав плечами, полицейский сорвал пластиковую печать и, откинув клапан конверта, достал из него пачку роскошной бумаги, покрытой ровными записями, сделанными от руки.
Забрав у офицера пакет, Дик быстро расписался в указанном месте и, многозначительно посмотрев на друга, шагнул в кабинет. Заперев дверь на ключ, друзья принялись увлечённо изучать полученный документ.
Здесь было даже больше, чем друзья рассчитывали узнать. Господин полицмейстер не только признался в своей связи с преступным миром, но и постарался заработать себе заочное прощение, подробно указав контакты, номера счетов, имена и другую подобную информацию о связях мафиозных кланов.
– Ну и как тебе этот роман? – спросил Генри после двух часов неотрывного чтения.
– Да уж, похлеще исторической классики будет. Но каков подонок?! Сдал всех, не глядя, – усмехнулся Дик.
– Своя шкура дороже, – пожал плечами Генри.
– Значит, преследовать его мы не будем?
– Мы. Не будем, – хитро усмехнулся Генри. – Я ему это обещал. Но я не обещал, что всё это не попадёт к генералу. А уж что он решит предпринять, меня не касается.
– Теперь я понимаю, почему ты так легко выпустил его с планеты, – рассмеялся Дик. – Но как ты догадался, что он связан с ними?
– Понимаешь, старина. После того вселенского шухера, что мы с тобой навели на этом шарике с его помощью, он вдруг неожиданно начал вставлять нам палки в колёса. Работа полиции в чём-то очень схожа с нашими рейдами. Нельзя разгрести помойку и не запачкаться.
Бандиты начали терять серьёзные деньги, а мы начали давить на него, требуя довести дело до конца. Он попал под жёсткий прессинг сразу с двух сторон. Ну а когда мы одним ударом обезглавили все кланы, он попросту испугался.
Наш ответ на попытку нашего физического устранения был слишком крут для него. Подобной наглости он от нас не ожидал. В общем-то все наши действия оказались для него неожиданными. Мы всё делали наоборот. Вместо того чтобы прятаться, болтались по ресторанам, а вместо того чтобы просить защиты, требовали продолжения зачистки планеты.
Последней каплей стала твоя попытка вызвать его на дуэль. Он просто усмотрел в этом желание открыто его уничтожить и понял, что теперь осталось только бежать. Но и тут ему пришлось действовать по моим правилам. Не просто сесть в шаттл и улететь с планеты, а предварительно накропать сей опус, чтобы избавиться от преследования в лице нас с тобой.
– Значит, у тебя не было ни одного доказательства? Только твои измышления и догадки?
– Но ведь они оправдались, – усмехнулся Генри, загружая листы в сканер и переводя рукописный текст в печатный.
– Итак, что мы имеем? – подводя итоги, спросил Дик.
– Обезглавленную полицейскую систему, кучу доказательств в виновности чиновников самых различных служб и рангов и Натали с попыткой её устранения в довесок, – ответил Генри.
– Ну если забыть об охоте на нас самих, то всё верно, – согласился Дик. – Что будем делать дальше?
– Сейчас подготовлю копии для передачи пакетным сигналом и всё. Ужинать и спать. Завтра у нас подготовка к торжественной встрече, сама встреча и долгие разборки с мисс Сталк. Ну а дальше видно будет.
– Согласен, – вздохнул Дик, – денёк сегодня был ещё тот.
Закончив возиться с документами, друзья спустились на стоянку, где их давно уже дожидался Зак в отмытой и отполированной до блеска машине.

* * *

Первый звук, который Генри услышал, ещё не успев открыть глаза, был зуммер коммуникатора Дика. Выбравшись из кресла, в котором провёл ночь, Генри осторожно перебрался через огромный холм, под названием лежащий Зак, и не спеша прошёл в мастерскую, где Дик что-то обсуждал по коммуникатору.
Увидев вошедшего Генри, Дик приложил палец к губам и продолжил разговор. Убедившись, что ничего экстраординарного не произошло и бежать никуда не надо, Генри отправился в ванную.
Умывшись и окончательно проснувшись, он вернулся в холл, предвкушая чашку утреннего свежезаваренного кофе. Но вместо вожделенного напитка застал там Дика, с мрачным видом бродящего из угла в угол.
– Изображаешь тень отца Гамлета? – улыбнулся Генри.
– Погоди шутить, – мрачно отозвался Дик.
– Что случилось? – мгновенно подобрался Генри.
– Не знаю, но с этим звонком что-то не так.
– А кто звонил?
– Натали.
– И что тебе не понравилось?
– Во-первых, голос. Говорила она, но тон, интонации… Такое впечатление, что она чем-то сильно напугана. Во-вторых, она потребовала, чтобы я встречал её один, полностью исключив присутствие в порту официальных лиц. И самое странное, она потребовала, чтобы я срочно нашёл тебя и привёз в космопорт, даже если для этого придётся применить силу. Здесь что-то не так.
– У меня есть позывные коммуникатора Симса. Капитана яхты. Может быть, есть смысл связаться с ним? – предложил Генри.
– А кто будет разговаривать? Наши голоса хорошо известны.
– Зак. Его точно никто не знает, – усмехнулся Генри.
– С кем это мне надо разговаривать? – неожиданно прогудел Зак, с трудом протискиваясь в двери.
Дик коротко обрисовал гиганту ситуацию, объяснив план действий.
– Весело денёк начинается, – проворчал Зак, набирая номер.
Прождав впустую несколько минут, Зак отключил комм и, мрачно разведя руками, проворчал:
– Не отвечают. Что будем делать?
– Вызывай группу, – решительно скомандовал Генри, – пусть приезжают уже экипированными. Расчётное время прибытия?
– Два часа, – коротко ответил Дик.
– Отлично. Есть время на подготовку. Дик, мне нужен коммуникатор с узко направленным лучом.
– Зачем? – не понял Дик.
– На яхте старика установлен навигационный ИР. После посадки попробую связаться с ним напрямую, – пояснил Генри.
– А что мне делать? – мрачно спросил Зак.
– На улице тебе будет сложно действовать. Поэтому засядешь здесь, влезешь в систему камер слежения космопорта и будешь тщательно изучать каждый его сантиметр. Если яхта захвачена, то у нападающих может оказаться на планете группа поддержки. Найти их – твоя задача, – ответил Генри.
Группа телохранителей появилась спустя час после объявления общего сбора. Спустя ещё десять минут четыре глидера неслись в сторону космопорта, нарушая все мыслимые правила движения.
Влетев в зону прибытия частного флота, Дик связался с охраной порта и потребовал немедленно очистить самую дальнюю площадку, оцепив её по периметру. Генри приказал своему водителю править прямо к диспетчерской вышке. Это была самая высокая точка порта, с которой он мог контролировать все подходы к яхте.
Начальник охраны порта, хорошо знавший Дика, тут же принялся отдавать приказания, попутно предложив заткнуться и не лезть не в свои дела начальнику диспетчерской смены.
Растерявшийся от такого напора начальник смены даже забыл обидеться и, пожав плечами, вернулся на своё место. Быстро приготовив свою доисторическую винтовку, Генри вошёл в помещение диспетчерской и, прислонившись к стене, приготовился ждать.
Напуганные охраной диспетчеры удивлённо поглядывали на замершую как каменный монумент фигуру. Яхты взлетали и приземлялись. Отпускники торопились потратить заработанные деньги, а те, кто уже успел истратить всё до последней кредитки, спешили вернуться на работу, чтобы пополнить изрядно похудевшие счета.
Наконец из динамика связи прозвучал позывной яхты Сталка. Сделав два широких шага вперёд, Генри положил руку на плечо принимающего диспетчера и негромко приказал:
– Направьте её на оцеплённую площадку.
Скосив взгляд на начальника смены, девушка-диспетчер дождалась его молчаливого кивка и принялась лихо выстукивать на клавиатуре необходимые данные.
На экране монитора высветилась указанная площадка, и Генри, одобрительно кивнув, вышел из диспетчерской. Связавшись с Диком, он сообщил о прибытии яхты и, выбрав самый тенистый уголок на балконе вышки, улёгся на пол, осматривая в прицел подходы к посадочной площадке.
Последние несколько минут перед приземлением яхты тянулись словно резиновые. Генри трижды проверил все возможные точки появления снайпера, подходы к площадке и проходы между ангарами. Всё словно вымерло. Как специально, в движении частных кораблей появилось заметное окно.
– Старина, а мы не перестарались с нашими мерами безопасности? – раздался в наушнике коммуникатора задумчивый вопрос Дика.
– Не думаю, – тихо ответил Генри. – Всё слишком гладко. Не нравится мне такая тишина. И потом, ты же сам сказал, что она была напугана.
– Это верно, но как-то всё непонятно. Даже портовые бичи попрятались.
– Ну за этих можешь не волноваться. У них нюх на опасность как у дворняжек. А вообще это самый первый признак, что что-то происходит. Проверь своих балбесов, чтобы не расслаблялись. В любом случае наши действия вполне соответствуют нашим первоначальным планам.
– Командир, у дальней стены какое-то шевеление, – тихо прогудел Зак, – шесть гуманоидов, внешний вид не самый благонадёжный.
– Оружие? – тут же отозвался Дик.
– В руках не видно, но комбезы в определённых местах многозначительно оттопырены, – усмехнулся Зак.
– Развлекаешься? – неодобрительно проворчал Генри.
– Я тут уже озверел от скуки, командир, – извиняясь, ответил гигант.
– Ладно, но как начнём работать, поменьше текста, – усмехнулся Генри.
– Не сомневайся, командир. Работа есть работа, – очень серьёзно ответил Зак.
Друзья замолчали, продолжая внимательно фиксировать всё происходящее в порту. Наконец встречающие почувствовали низкий, давящий на уши гул заходящего на посадку летательного аппарата. В небе над космопортом возникла крошечная точка, стремительно направляющаяся к посадочной площадке.
Встречающие внимательно наблюдали за манёврами заходящей на посадку яхты. Зависнув в паре десятков метров над бетонным покрытием, яхта выпустила опорные стойки и плавно приземлилась.
Гул двигателей сменился постепенно затихающим воем, плавно перешедшим в тихий свист. Опалённый в плотных слоях атмосферы борт треснул, выпустив люк, превратившийся в трап.
Глубоко вздохнув, Дик шагнул к трапу, но, не дойдя до него нескольких метров, замер, с присвистом выпустив воздух сквозь плотно сжатые зубы. Заметив, как он напрягся, Генри быстро перевёл прицел на проём люка.
Свет в шлюзе был отключен, и рассмотреть, что там происходит, из-за яркого солнца было сложно. Кроме того, яхта приземлилась так, что её продольная осевая линия располагалась под углом к траектории выстрела, и Генри видел только небольшой кусочек шлюза.
– Что там, Дик? – тихо спросил он.
– Полное дерьмо, – коротко ответил Дик. – Яхта захвачена.
– Кто?
– Пока вижу только одного грендалианина.
– А Натали?
– Рядом с ним. Под стволом.
– Что за ствол?
– Армейский лазерный лучевик.
– Ещё что-нибудь есть?
– Пока больше ничего не вижу.
– Ладно. Могло быть и хуже, – мрачно прошипел Генри, сливаясь с винтовкой в одно целое.
– Они пока молчат, но я даже приблизительно не понимаю, как действовать.
– Тяни время и попробуй выманить их хотя бы на трап. Под выстрел. Сейчас главное – освободить Натали. Надеюсь, ты не с пустыми руками? – спросил Генри.
– Ствол есть, но стрелять в подобной ситуации рискованно, – быстро ответил Дик.
– Постарайся выманить их и прикрывай девчонку. Пальбу оставь мне.
– Попробую, – вздохнул Дик, медленно приближаясь к люку.
– Переключи комм на внешнее восприятие, – попросил Генри, настраивая узколучевой коммуникатор, который ему привезли из офиса.
Пощёлкав клавишами и убедившись, что связь с бортовым компьютером установлена, Генри быстро надел гарнитуру на ухо и тихо позвал ИР управления яхты.
– Лапуля, если слышишь меня, отзовись.
– Кто это? – раздался в ответ сексуальный, но тихий, словно напуганный, голос ИРа.
– Мы с тобой однажды летали. Парень в шрамах, которому ты помогла найти маяк.
– Генри! Рада тебя слышать, милый. Ты даже представить себе не можешь, сладкий, какой это был кошмар!
– Не сомневаюсь, милая, но сейчас мне нужно знать, что там у вас происходит? Помоги мне, солнышко.
– Что я должна делать? – тут же насторожился ИР. – Не жди от меня многого. Я ограничена базовым блоком и практически не могу влиять на систему навигации.
– В данный момент мне это и не нужно. Просто переключи вентиляторы кондиционеров в обратном порядке, чтобы выхлопные газы всосались в салон.
– Хочешь выгнать их на улицу? – догадался ИР.
– А разве они тебе не надоели? – усмехнулся Генри и, переключившись на Дика, скомандовал: – Приготовься, сейчас они могут рвануть наружу.
Чуть кивнув, Дик развернулся так, чтобы быть готовым к стрельбе. Неожиданно в проёме люка появилась Натали, горло которой было захлёстнуто пластиковой петлёй. Конец этой удавки сжимала костлявая, сухая рука грендалианина.
Другой лапой гуманоид прижимал к затылку девушки пистолет. Удерживая девушку прямо перед собой, грендалианин остановился в проёме и, глядя на Дика, спросил:
– Это ты Дик Вильямс?
Ограничившись коротким кивком, Дик замер, внимательно наблюдая за противником.
– Где капитан Джаскер?
– В последний свой визит мистер Сталк решил, что больше не нуждается в его услугах, и капитан уехал.
– Не ври мне, охранник, – проскрипел гуманоид. – Я знаю, что он на планете. Не пытайся меня обмануть, иначе я эту сучку на тебя клочками навешаю, – прорычал грендалианин, и из проёма вылетел какой-то круглый предмет.
Глухо стукнувшись о бетон, предмет подкатился к ногам Дика и, покачнувшись, замер. Дик опустил глаза и скрипнул зубами от злости. Это была голова капитана яхты, Симса.
– Я и не говорил, что он покинул планету, – пожал плечами Дик, взяв себя в руки и отбросив эмоции. – Он где-то здесь, но где именно, никому не известно. Может, охотится в горах, а может, рыбачит в море. Он свободный человек и не обязан никому отчитываться. Мои люди ищут его, но когда найдут, неизвестно.
– Хочешь сказать, что он забился в какую-нибудь дыру и сидит там безвылазно? – рассмеялся грендалианин.
От этого звука даже Генри поморщился. Смех гуманоида больше напоминал треск стекла в мясорубке. Но, несмотря на веселье, руки бандита не дрогнули, а пистолет ни на миллиметр не отодвинулся от затылка девушки.
Планету Грендаль открыли около двухсот лет назад, и с тех пор это была постоянная головная боль совета лиги. Обитатели планеты, гуманоидные существа, на поверку оказались злобными, агрессивными тварями. Их любовь к страданиям пленных приводила в ужас даже инструкторов спецподразделений, повидавших настоящие ужасы во всех уголках вселенных.
С большим трудом добившись от правительства планеты подобия пакта о ненападении, лига сделала всё, чтобы изолировать Грендаль от доступа к космическим технологиям. От очередной глобальной войны лигу спасало только отсутствие на планете космических кораблей.
С тех пор грендалиан рисковали использовать только те, кто сам был не в ладах с законом. В основном это были пираты и «людоеды». В абордажных командах этих банд грендалиане были к месту как нельзя лучше.
Быстрые, стремительные, почти не чувствительные к боли, они врывались на палубы атакованных кораблей, сметая всё на своём пути. Остановить их можно было только одним способом, всадив заряд из бластера в голову.
Глубокие нервные окончания и крепкая как броня шкура делали их практически неуязвимыми. Генри был свидетелем, как грендалианин с оторванной рукой продолжал драться, отстреливаясь от десантников до тех пор, пока озверевшие спецназовцы не изрешетили его из тяжёлых бластеров.
В ответ на вопрос бандита Дик неопределённо пожал плечами.
– Он может оказаться где угодно. Как я уже говорил, работать ему не нужно, а значит, он может делать что хочет.
– Сколько вам нужно времени, чтобы найти его? – мрачно спросил бандит.
– Я не возьмусь называть какой-то определённый срок. Планета большая, и неизведанных уголков на ней сотни. Я предлагаю вам перебраться в гостиницу и просто подождать. Как только мои люди его найдут, он сразу же будет доставлен к вам, – продолжал уговаривать бандитов Дик, делая ставку на любовь грендалиан к комфорту и пышности.
Но в этот раз всё шло не так. Грендалианин оказался каким-то неправильным. С усмешкой посмотрев на Дика, он неожиданно встряхнул сжимавшую горло девушки петлю и, рассмеявшись, ответил:
– Не надейся, охранник. Мы не покинем яхту. Мне рассказали, что ты хитёр как лис. Но не в этот раз. Или ты делаешь, что я приказал, или получаешь кусочек от своей хозяйки. С чего ты предпочитаешь начать? С пальца или с уха?
– Чего вы добиваетесь? – быстро заговорил Дик. – Я и так в точности выполняю ваши требования. Вам только нужно немного подождать. Появление капитана зависит не от нас. Мы даже не знаем, где он.
– Почему? – неожиданно спросил грендалианин.
– Что почему? – растерялся Дик.
– Почему вы не знаете, где он?
– После того как мистер Сталк уволил его, он стал нам неинтересен, и мы перестали отслеживать его передвижения, – растерянно пояснил Дик.
– Похоже на правду, – задумчиво протянул бандит, – но от этого тебе не легче. У тебя только сутки, чтобы найти его. Ровно через сутки я начну выдавать тебе её по частям, начиная с пальцев ног, – проскрипел грендалианин.
В этот момент его просто выбросило из люка вместе с Натали, словно к спине бандита с размаху приложился великан. Следом за ним, беспрерывно кашляя и утирая градом катящиеся слёзы, из проёма горохом посыпались пираты.
Генри успел только порадоваться, что все они были людьми. Дальше ему стало не до эмоций. Теперь он был прицельно-наводящей приставкой к своей старинной винтовке. Первый выстрел прозвучал, как только грендалианин отвёл пистолет от головы девушки.
Генри хватило тех трёх секунд, что бандит потратил, удивлённо оглядываясь на своих подельников, стремительно выбегавших из яхты. Толчок в спину оказался столь неожиданным, что грендалианин вынужден был поспешно отвести пистолет в сторону и, выпустив удавку, оттолкнуть девушку от себя, чтобы ухватиться за перила трапа.
Тяжёлая четырнадцатимиллиметровая пуля ударила гуманоида в затылок, разворотив массивный череп и выйдя через висок. Моментально перезарядив винтовку, Генри выцелил самого здорового бандита и, выбрав момент, всадил ему пулю в грудь.
Дальше он действовал как в тире. Перезарядка, выстрел, перезарядка, выстрел. В дело вступили парни Дика, и посадочная площадка превратилась в поле боя. Выстрелы гремели сплошной канонадой, перекрывая все звуки космодрома.
Дик начал движение в тот момент, как грендалианин толкнул девушку с трапа. Взвившись в воздух, он прыгнул ногами вперёд, целя в грудь бандиту, но удара не потребовалось. Тяжёлая пуля отбросила гуманоида в сторону, и Дику пришлось прямо в воздухе менять траекторию полёта.
Упав на бетон, он моментально заплёл ногами ноги девушки и, мягко уронив её на себя, быстро перекатился, прикрывая девушку телом. Испуганно забившись, Натали попыталась сбросить с себя телохранителя, но Дик, недолго думая, рявкнул ей прямо в ухо:
– Замри, дура! – и прижал голову девушки к бетону.
Несколько минут яростного боя показались Натали часами. Выстрелы стихли так неожиданно, что тишина с силой ударила по ушам. Приподнявшись на локте, Дик быстро осмотрелся и, откатившись в сторону, встал, сжимая в руке лучевик.
Убедившись, что вестерн окончен, он осторожно поднял девушку и принялся освобождать её от удавки. Отбросив в сторону пластиковую петлю, Дик отступил в сторону и, окинув девушку быстрым взглядом, убедился, что с ней всё в порядке. Синяки и царапины не в счёт.
Не дожидаясь окончания перестрелки, Генри подхватился с балкона и сломя голову кинулся вниз, к глидеру. Охранник, приставленный к Генри в качестве водителя, взволнованно ёрзал на сиденье, сжимая руками штурвал машины.
Глидер рванул в сторону посадочной площадки, едва Генри успел закинуть винтовку на заднее сиденье и запрыгнуть в салон. Выхватив штурмовик, экс-капитан выпрыгнул из несущегося глидера, не дожидаясь, пока водитель остановит машину.
Подбежав к стоящим на площадке, он быстро огляделся и, убедившись, что воевать больше не с кем, повернулся к Дику.
– Как она?
– В порядке. Шок, царапины, синяки. В общем, жить будет, – бледно усмехнулся Дик, убирая пистолет в кобуру заметно подрагивавшей рукой.
– Господа, а вы не хотите спросить у меня, как я себя чувствую? – неожиданно пришла в себя Натали.
С усмешкой посмотрев на Дика, Генри пожал плечами и, вздохнув, проворчал:
– Жить точно будет.
– Хорошая работа, парни, – неожиданно произнёс удивительно знакомый голос, и Генри, медленно развернувшись, увидел катящую по бетону коляску Сталка.
Неугомонный старик стремительно подкатил к замершей в растерянности троице и, заложив лихой вираж, остановился рядом с внучкой. Окинув её быстрым взглядом, старик нежно пожал крошечную ладошку внучки и сурово посмотрел на стоящих перед ним друзей.
– Это действительно было хорошо сделано. Но как вы допустили, что она вообще могла оказаться в такой ситуации? – неожиданно спросил он.
– Вы в своём уме, мистер Сталк? – разозлился Генри. – Я, конечно, понимаю, переживания за жизнь единственной внучки и всё такое, но это вы отправили её сюда в этой жестянке. Мы с Диком не вылезали с этой планеты и понятия не имели, где находитесь вы оба и что вообще происходит за пределами планеты.
– Чёрт! Ну у вас и психика! – весело рассмеялся старик. – Простите, Генри, это была ещё одна проверка. Я имею в виду мой вопрос. А что касается её прилёта, то вы полностью правы. Мне не стоило отправлять её в это путешествие.
– Дедушка! – неожиданно возмутилась Натали. – Не начинай всё сначала. Я сказала, что разберусь с этим делом, и сделаю это.
– Если вы говорите о расследовании обстоятельств гибели ваших родителей, то, боюсь, у вас ничего не получится, – вступил в разговор Дик.
– Это ещё почему? – заинтересовался старик.
– Все, кто так или иначе имел отношение к этому делу, погибли или давно уже покинули планету.
– Думаю, в архиве начальника планетарной полиции мы сможем найти всё, что может нас заинтересовать по этому вопросу. Кроме того, он обещал взять этот вопрос под свой личный контроль, – пожал плечами Сталк.
– Некому больше контролировать, – махнул рукой Генри, устало присаживаясь на бетон.
– Как вас понять, Генри? Что у вас тут вообще происходит? – возмутился Сталк.
– Помойку вашу разгребаем, – коротко ответил Дик.
– Хотите сказать, что он тоже…
– Тоже, – мрачно кивнул Дик. – Когда Генри припёр его к стенке, он такой эпистоляр нарисовал, прямо настоящий детективный роман.
– Надеюсь, он жив и в состоянии предстать перед судом? – спросил старик, с сомнением поглядывая на Генри.
– Жив и даже покинул планету, – усмехнулся Генри.
– Вы его отпустили? – удивился Сталк, растерянно посмотрев на Дика.
– Загнанная в угол крыса может стать смертельно опасной, – пожал плечами Генри. – Я переправил документы заинтересованным людям. Они займутся этим вопросом.
– Это всё хорошо, но у меня к вам есть один очень серьёзный вопрос, капитан, – неожиданно заговорила Натали.
– Это какой же? – проявил вялый интерес Генри.
– Почему вы приняли участие в моём спасении только в последний момент?
– Я же говорил, – пожал плечами Генри, обращаясь к Дику.
Сделав ему жест не заводиться и помолчать, Дик, медленно развернулся и, взяв девушку под руку, подвёл её к лежащим на бетоне телам.
– Посмотрите на тела внимательно, мисс. Что вы видите? – терпеливо спросил он.
– Трупы, – удивлённо ответила девушка.
– Это понятно. Но как они стали ими? Из какого оружия убиты вот эти трое? Вам уже приходилось видеть такие раны, – подсказал он.
– Старинное ружьё! – сообразила она и, покраснев, повернулась, чтобы что-то сказать, но Генри уже был далеко.
Медленно бредя по посадочной площадке, он с интересом разглядывал стоящие суда и мечтал о тех временах, когда сможет с законной гордостью сказать, что одна из стоящих здесь красавиц принадлежит ему.
Из чистого любопытства связавшись с ИРом яхты, Генри поинтересовался, что же всё-таки произошло и как они оказались захваченными пиратами. Переключив кондиционеры яхты и врубив их на полную мощность, чтобы побыстрее очистить салон от газов, компьютер поведал Генри очень занимательную историю, в очередной раз убедившую его, что самодеятельность до добра не доводит.
– Ты представить себе не можешь, милый, какой это был кошмар! – ахал ИР своим сексуальным голоском. – Я вела яхту по регулярной трассе, когда в двух парсеках от планеты нас догнал торпедный катер. Откровенно говоря, я только потом поняла, что он был когда-то торпедным, но в тот момент я просто ничего не соображала. Только представь себе, дорогой, они блокировали мой бортовой навигатор направленным высокочастотным лучом, загнав меня в базовый блок. Я даже словечка вставить не могла.
– Я же предупреждал, милая, это просто мерзавцы, – улыбнулся Генри.
– Знаешь, сладкий, я даже представить себе не могла, что это будет так страшно. Когда отключился навигатор, мне пришлось тормозить в аварийном режиме. Нестись сломя голову по трассе, не видя куда, я просто не могла.
– Я понимаю, милая. Тем более что это заложено в твоей программе, – ответил Генри.
– Милый, ты просто душка. Ты всё совершенно правильно понял. Заставив меня остановиться, они провели принудительную стыковку и шлюзование. Это было так неприятно. Но им этого оказалось мало. Они просто внаглую принялись избивать всех подряд и даже убили Джека, нашего капитана. Но самое неприятное, что они не постеснялись вломиться в мой блок памяти, нагло вскрыв его при помощи армейского сканера. Милый, это было так омерзительно! Я чувствую себя просто изнасилованной.
Улыбнувшись этому определению, прозвучавшему от компьютера, Генри едва сдержал смех и продолжил допрос.
– Лапуля, а ты случайно не сообразила между делом записать все их разговоры?
– Конечно, милый. Я же не полная дура. Все записи с момента нападения катера и до твоего триумфального появления находятся в моём личном блоке памяти. Я спрятала их от сканера, защитив файл специальной оболочкой. Этому чудовищу понравился мой голос, и он запретил влезать в мои личные блоки своим подручным. Я сказала ему, что любое вмешательство в них приведёт к моему отключению, потому что так задумали мои разработчики. Представляешь, милый, этот дикарь поверил.
– Значит, абордажной группой командовал этот зверь?
– Конечно.
– А ты, случайно конечно, не слышала, кто их послал и что они собирались делать?
– Дорогой, если бы этот вопрос задал мне кто-то другой, я бы обиделась, но тебе милый, признаюсь. Слышала.
– Сладенькая, ты просто прелесть. Рассказывай, но, пожалуйста, очень подробно.
– Этот дикарь обмолвился, что, забрав отсюда какого-то капитана Джаскера, они отправятся на Грендаль. Там его ждёт какая-то тётка, мечтающая содрать с него кожу живьём.
– Ты уверена, что он сказал именно Грендаль? – моментально насторожился Генри.
– Сладкий, я не глухая. Тем более что все файлы у меня под рукой.
– Я и не думал в тебе сомневаться, милая, но эта история звучит слишком невероятно.
– Почему?
– Грендаль находится под эдиктом. Посадка на планету кораблей, принадлежащих лиге и вообще любой космической державе, запрещена.
– Ну это я хорошо знаю. Все эти данные есть в моём навигационном блоке. Но если ты сомневаешься, то можешь его проверить. Этот зверь успел заложить в компьютер координаты планеты.
– Я тебе безусловно верю, но другие могут не поверить мне. Поэтому, милая, я попрошу тебя скинуть все эти файлы на мой личный комм. Сделаешь?
– Только для тебя, милый, – проворковал ИР, запуская процессор.
В наушнике коммуникатора раздались характерный шорох и шуршание. Спустя пару минут всё закончилось, и нежный голос ИРа произнёс:
– Готово, сладкий. Все файлы, как ты и просил.
– Спасибо, милая. Я всегда говорил, что ты просто прелесть, – ответил Генри, усмехаясь.
Отключив коммуникатор, он снял наушник и, засунув руки в карманы, двинулся дальше. Теперь ему было над чем хорошенько подумать и чем удивить генерала. Посадка частного корабля на закрытую планету могла привести к самым неожиданным последствиям.
Посмотрев вслед другу, Дик неожиданно повернулся и, сжав локоть Натали, медленно, с расстановкой произнёс:
– Знаете, мисс. Я сейчас сделаю то, чего никогда бы не сделал из опасения потерять работу. Но кто-то должен вам это сказать.
– Дик! – с угрозой в голосе произнёс Сталк.
– Да идите вы к чёрту со своими угрозами, мистер Сталк. Этот парень уже столько раз спасал её очаровательную шкурку, что вы ему по гроб жизни обязаны. Научитесь наконец элементарному чувству благодарности и не задавайте дурацких вопросов, если ни черта не понимаете в этой работе, – прорычал он и, махнув рукой, стремительно двинулся следом за Генри.
– Как это понимать?! – возмущённо спросила Натали, разворачиваясь к деду.
– Это значит, что ты умудрилась вывести из себя даже Дика, – задумчиво ответил тот.
– И ты оставишь это просто так? – не унималась она.
– Знаешь, девочка, – устало ответил старик, – по-моему, тебе и вправду лучше заткнуться.
– Но дед!
– Я сказал, заткнись, – резко оборвал её Сталк. – Я не собираюсь терять своих лучших людей из-за твоих бабьих бредней. Дик прав. Сколько раз я тебе повторял, сначала разберись, а потом открывай рот.
Растерявшись от такой отповеди, Натали обиженно замолчала. Это было впервые, когда дед так яростно и решительно ткнул её носом в допущенную ошибку. Ещё более обидно было то, что в этот раз он защищал не её.
К яхте подогнали лимузин, и семейство Сталков дружно отправилось в штаб-квартиру выяснять отношения с оставшимися директорами корпорации.
Дик догнал приятеля уже на выходе из порта и, подстроившись под шаг, не спеша зашагал рядом. Удивлённо покосившись на него, Генри сунул руки в карманы и, подумав, негромко спросил:
– Ну и какого чёрта ты тут делаешь?
– Как и ты, иду домой, – усмехнулся в ответ Дик.
– А как же охрана барских тел? – удивился Генри.
– Да ну их к чёрту, – небрежно отозвался Дик. – Надоели. То им не так, это не эдак. Я был начальником службы безопасности, а не нянькой. Не понимают, пусть охраняют себя сами.
– Был? – удивлённо переспросил Генри.
– Ага, – усмехнулся в ответ Дик, – думаю, после моего сегодняшнего демарша меня уволили, даже не дожидаясь письменного заявления. Завтра заеду в офис, заберу вещи, и пропади оно всё пропадом. Займёмся наконец строительством домов. Я решил поселиться рядом с тобой, в той бухте. Будем потихоньку гонять зажравшихся чинуш, зарабатывая себе на жизнь более интересным способом.
– Даже не знаю, что и сказать, дружище, – растерянно проговорил Генри.
– И не надо, – пожал плечами Дик.
– Боюсь, после сегодняшнего нам с тобой просто не позволят здесь поселиться. Сталк – слишком сильный противник. А ведь это его планета.
– Он конечно силён и может быть очень злопамятным, но нужно отдать ему должное, старик всегда платит по счетам. Открою тебе маленький секрет. За всей этой суматохой я успел отправить заявку на покупку корпорацией понравившейся нам бухты. Документы на право собственности оформлены на твоё имя. Все бумаги лежат в моём сейфе, в берлоге.
– Ты с ума сошёл? – растерянно спросил Генри. – На хрена мне сразу столько земли? На одних налогах разоришься.
– Мы поселимся там все втроём, если ты, конечно не против. Ты, я и Зак. Мы все ветераны и имеем право на налоговые льготы. При таком раскладе сумма налогов довольно приемлемая. Втроём осилим, не особо напрягаясь.
– Ты нанял адвоката? – спросил Генри, заинтересованно выслушав друга.
– Зачем? – не понял Дик.
– Ну откуда-то ты это всё узнал?
– Для этого адвокат не нужен, – улыбнулся Дик. – Нечто подобное я давно уже планировал, да всё руки не доходили. Только тогда мы с Заком были вдвоём. Решение старика пришлось как нельзя кстати.
– А он не аннулирует сделку? Всё-таки это не дом и не просто кусок земли, а целый кусище.
– Он её давно одобрил, документы на собственность уже оформлены, так что оспорить сделку можно только в судебном порядке, а на это старик не пойдёт. Ему репутация дороже. Кроме того, вчера пришли документы на твоё участие в проекте разработки полезных ископаемых на планете Бельсар. Ты в совете директоров и второй после старика держатель акций.
– Лихо. И почему я такие вещи последним узнаю? – усмехнулся Генри.
– Да с этой суетой всё из головы выскочило, – виновато пожал плечами Дик.
– Ну и хрен с ним, – махнул рукой Генри. – Главное, что всё получилось. Остальное – ерунда.
– Значит, ты не против, если мы с малышом поселимся рядом? – радостно спросил Дик.
– Старина, ты когда девчонку ронял, случайно сам головой о бетон не приложился?
– Нет, всё нормально прошло. А что?
– Значит, ты слишком долго с этой семейкой общаешься, раз начал задавать дурацкие вопросы, – усмехнулся Генри, радуясь, что ему удалось поддеть приятеля. – Ну как я могу быть против?! Можно подумать, у меня на этом шарике ещё кто-то есть.
Друзья вышли за территорию порта и, весело болтая, направились вдоль магистрали. Разговор крутился вокруг домов, катеров, рыбалки и тому подобных дел, когда неожиданно рядом с ними остановился до боли знакомый лимузин. Пассажирская дверца распахнулась, и друзья увидели улыбающуюся физиономию старика.
– Господа, я могу вас подвезти? – любезно предложил он.
– Если вы решили сообщить нам неприятные новости, то я предпочитаю выслушивать их стоя, – настороженно ответил Генри.
– Почему? – искренне заинтересовался старик.
– Так бить удобнее, – не удержался Генри от хамства.
– Ну бить вы умеете из любого положения, – ещё шире улыбнулся старик и, сообразив, что тот хочет сказать, продолжил: – Если вы беспокоитесь о своей собственности, Генри, то, уверяю вас, совершенно напрасно. Ваш друг должен был сказать вам, что я всегда плачу по счетам и никогда не отступаю от своего слова.
– Он-то сказал, но чёрт его знает, что вам в голову взбредёт, – проворчал Генри.
– Дружище. Я хоть и стар, но не маразматик, – пожал плечами Сталк. – Парни, садитесь в машину, нам стоит поговорить и обсудить создавшееся положение.
– Какое положение? – удивился Дик. – Я так понимаю, что я уволен. Чего же тут ещё обсуждать?
– Чёрта с два! – весело отозвался старик. – Я не получал вашего заявления об увольнении, а если бы и получил, то сразу же отправил бы его в корзину. Вы мне нужны, парни. Оба.
– Зачем? – удивился Генри.
– А вот это нам и предстоит обсудить, – ответил старик, делая приглашающий жест.
– Садись, всё равно не отвяжется, – усмехнулся Дик, ныряя в прохладное нутро роскошного глидера.
– Это точно. Не отвяжусь, – рассмеялся старик, весело потирая руки и подмигивая сидевшей в углу с надутым видом внучке.
– Ты собираешься покорно сносить такую фамильярность? – презрительно спросила она.
– Больше того. Мне это нравится, – не задумываясь, ответил ей дед.
– Не понимаю, – пожала она изящными плечиками.
– Похоже, ваша внучка решительно не согласна с вашими методами ведения дел, – усмехнулся Генри.
– Это её проблемы, – неожиданно жёстко ответил старик. – А ты, девочка, запомни. Есть люди, которых не просто выгодно, а жизненно необходимо иметь на своей стороне. И пусть они будут грубы, фамильярны, вульгарны, главное, чтобы в нужный момент они были готовы прийти тебе на помощь. Не далее как час назад эта парочка спасла тебе жизнь, а ты вместо спасибо начала предъявлять какие-то претензии.
На твоём месте я бы с них пылинки сдувал, а не сидел бы в углу с надутым видом.
– Ещё чего! – фыркнула Натали. – Не дождутся.
– Не будь дурой, – презрительно ответил старик. – Бывают ситуации, когда от тебя ничего не зависит и все твои таланты не могут тебе помочь. Остаётся только положиться на профессионализм и мастерство работающих на тебя людей.
Ты много раз мне повторяла, что способна сама за себя постоять, но на поверку это оказалось совсем не так. Пойми наконец, есть любители, а есть профессионалы, и не надо вмешиваться в их работу. Позлись, позлись. Я специально завёл этот разговор при них, чтобы тебя наконец проняло. До самого нутра. До самых печёнок. Пойми наконец, я не вечен, девочка. Завтра меня не станет, и тебе придётся самой решать подобные проблемы. И что же я вижу? Из-за своих глупых выходок ты готова потерять лучших профессионалов, каких только можно найти в нашей богоспасаемой лиге. Не нужно далеко ходить. Я задам только один вопрос. Что ты знаешь об этих людях?
– Я читала их досье, – недоумённо ответила девушка.
– Вот именно, только досье. А ты знала, например, что наш молчаливый мистер Дик один воспитывает дочку-инвалида? Девочка пострадала во время теракта, в котором погибла вся его семья. И что Дик много лет искал возможность поместить её на лечение в военный госпиталь, но его отфутболивали только потому, что он осмелился пристрелить нескольких снобов, из-за которых, в общем-то, она и стала инвалидом. Ты знала, что наш свирепый Генри ради того, чтобы помочь другу, взял за горло самого генерала Ванколлена, заставив его помочь девочке? И что он сам оплатил её перелёт до военной базы? А то, что наш отставной капитан не только бывший военный? Он ещё и майор службы внешней разведки, полномочия которого позволяют ему действовать по своему усмотрению и не отчитываться в своих действиях ни перед кем.
– Это правда? – растерянно спросила Натали.
– Всё верно. Кроме одного. Я капитан, – задумчиво кивнул Генри, удивлённо глядя на старика.
– Теперь уже майор, – усмехнулся Сталк. – Приказ о присвоении звания получите вечером, во время сеанса связи.
– Понятно, – кивнул Генри.
– Похоже, Генри, мне так и не удалось вас удивить? – растерянно спросил старик.
– Такую информацию вы могли получить только от одного человека. Моего прямого командира, генерала Ванколлена, – пожал плечами Генри.
– Чёрт! Вот что значит профи. Я ещё не успел договорить, а он уже всё понял и сделал выводы, – восхищённо проговорил Сталк.
– Это всё очень занятно, но совсем не объясняет, что вы собирались обсуждать с нами, – сказал Дик.
– Прежде всего я должен извиниться перед вами, господа, за поведение моей внучки, – начал старик.
– Считайте, что извинились, – проворчал Дик.
Открыв бар, Сталк достал свои знаменитые сигары и, разлив по бокалам бренди, принялся угощать друзей. Закурив и отпив по глотку отличного напитка, мужчины устроились поудобнее и приготовились слушать.
– Господа, насколько мне известно, вы собираетесь поселиться в удалённом, но очень живописном уголке нашей планеты и ради этого готовы оставить любую службу. Вполне понятное и оправданное желание. В связи с этим у меня созрело такое предложение. Я построю для нас с Натали дом чуть дальше по побережью, и мы с ней будем проводить там отпуск.
Вы же в свою очередь можете делать всё, что угодно, но охрану моей внучки, пока она на планете, осуществляете только вы. Всё остальное время ваше. Естественно, жалованье вам будет выплачиваться ежемесячно, как и отдельная доплата за риск и за каждый скальп нападавшего.
– Дед, ты сегодня точно не в себе! – растерянно воскликнула Натали. – По поводу охраны я не спорю. Она мне нужна, но оплачивать убийства – это слишком!
– Натали, я в последний раз тебе повторяю, не можешь сказать ничего умного, тогда лучше заткнись, – неожиданно рявкнул Сталк.
– Ваш дед прав, – неожиданно проговорил Генри.
От такого заявления замолчали все. Убедившись, что добился внимания всей аудитории, Генри продолжил:
– Если охотники за головами будут знать, что их попытка может закончиться не тюремным сроком, а смертью, они откажутся от заказа. Ваш дед решил использовать сложившуюся ситуацию на полную катушку. Имея статус офицера внешней разведки, я могу применять оружие по своему усмотрению. Особенно если это будет сделано для предотвращения особо тяжкого преступления. Как ваш официальный телохранитель, Дик может делать то же самое, если преступление направлено против вас. В этом случае здесь, на планете, вы будете в полной безопасности. Чего я не могу сказать о вашем пребывании вне её, – закончил он и вопросительно посмотрел на старика.
– Только что, девочка, ты получила наглядный пример мышления профессионала. Тебе требуются ещё какие-то примеры? – просиял Сталк.
– Дед, я давно уже всё поняла и даже согласилась с тем, что мне нужна охрана. Чего тебе ещё не хватает? – возмутилась девушка.
– Твоего сотрудничества, – решительно ответил старик. – Выйди замуж и роди мне правнука. Больше я в этой жизни ничего не хочу.
– Дед! – смущённо воскликнула Натали.
– Двадцать пять лет дед, – проворчал старик, – хватит. Надоело. Я перевожу наши активы в наличность и устраиваю центральный офис здесь.
– А Бельсар? – растерянно спросила Натали.
– Право на разработку планеты у корпорации Сталк и сыновья. Две планеты, самые крупные и доходные производства оставим. Остальное продаём к чёртовой матери. Я хочу покоя. Может быть, перестав болтаться со мной по всей галактике, как хризантема в проруби, ты наконец-то решишь этот насущный вопрос, и я смогу спокойно поиграть с правнуками на пляже. Не поверите, господа, но это просто навязчивая мечта старого идиота, – грустно усмехнулся старик.
– Не вижу в этом ничего идиотского, Джесси, – покачал головой Генри. Дик поддержал его молчаливым кивком.
– Генри, назвав меня по имени, вы тем самым выразили своё согласие? – радостно оживился старик.
– Даже не знаю, что вам ответить, Джесси. Дело в том, что у меня есть своя работа, о которой вы, похоже, хорошо осведомлены. Я помогал вам только потому, что всё это было созвучно с моими делами. Но теперь, когда вы оба здесь, я буду вынужден тратить всё своё время на вас, что пойдёт в ущерб моим делам, – принялся объяснять Генри.
– Пусть вас это не беспокоит, – перебил его старик. – Сегодня вечером ваш командир передаст вам сообщение, которое полностью развяжет вам руки. А после нашего переезда мы сформируем на планете своё управление, которое будет полностью подчинено моей корпорации. Это значит, что у вас в руках будет сосредоточена вся система охраны и контроля за порядком. Что автоматически будет работать на исполнение вашей задачи.
– Похоже, вы всё заранее продумали, – усмехнулся Генри.
– У меня было время подумать, – улыбнулся старик. – Так вы согласны?
– По рукам, – усмехнулся Генри.
– Само собой, Дик, всё сказанное Генри в полной мере касается и вас, – тут же добавил Сталк, протягивая руку бывшему начальнику охраны.
– Но при таком раскладе мне хотелось бы знать, как вы оказались на планете, при этом ничего не сообщив нам? И почему вы рискнули отправить внучку одну, без надлежащей охраны? – спросил Генри.
Смущённо потерев лоб, старик посмотрел на Генри странным взглядом и, пожевав губами, решительно махнул рукой.
– Вы как всегда задаёте самые насущные вопросы, Генри. Признаюсь, я откровенно свалял дурака, поддавшись на её уговоры. Идеей разобраться с гибелью родителей она бредит уже больше трёх лет, с тех пор как ей в руки попала эта злосчастная карта.
Я был серьёзно занят. Верховный суд совета лиги рассматривал дело хорошо известного вам кандидата в председатели. К слову сказать, он отстранён от дел и сослан на свою родовую планету без права покидать её пожизненно. Все внепланетные активы этой семьи конфискованы. Счета его супруги заморожены до её поимки и судебного разбирательства.
Должен признать, что ваш командир проделал огромную работу. Доказательств её виновности в коррупции, махинациях на биржевом рынке и связях с криминальным миром столько, что простому обывателю хватит на четыре пожизненных срока.
Если говорить откровенно, то всем бизнесом заправляла именно она. Её благоверный не более чем ширма. Самый настоящий, затюканный бабой подкаблучник. Вся реальная власть в делах принадлежала именно ей. Это стало ясно после первого же дня разбирательств.
Но самое главное, что, будучи постоянно занятым на этих заседаниях, я не мог полностью контролировать её передвижения, и в итоге моя благовоспитанная внучка принялась со скуки чудить.
Компания богатых бездельников, попойки, гонки на глидерах, стрельба из спортивных пистолетов по запущенным в небо воздушным шарам. В общем, все прелести развлечений золотой молодёжи.
– Дед! – смутилась Натали.
– Помолчи. Из-за твоих выкрутасов я вынужден был бросить все дела и нестись сюда на первом же корабле, который мне удалось достать. Это просто счастье, что у меня в войсках столько друзей. По приказу командующего флотом мне выделили патрульный крейсер, который и доставил меня на планету.
На мою удачу, в этом секторе галактики проводятся масштабные учения. Только поэтому мне удалось уговорить командующего выделить корабль. Капитан крейсера повёл корабль напрямую. Вспомнив ваш прошлый перелёт, я потребовал от капитана повторить эту гонку. Но всё равно не успел.
– Не успели куда? – сухо спросил Дик. – Подставить лоб под выстрел или давать советы?
– А чёрт его знает? – неожиданно улыбнулся старик. – Я и сам не знаю, зачем мчался сюда сломя голову. Сам не знаю, что бы я делал.
– Но почему вы вообще сорвались с места? Как узнали, что яхта захвачена? – продолжил допрос Генри.
– А вот это самый странный момент во всей этой истории. После того как мне надоело оплачивать ущерб пострадавшим от её эскапад гражданам, а ещё больше устав слушать её бесконечное нытьё, я согласился на её вылет сюда. Отправив яхту, я связался с вами, Дик, и, сообщив, что она прилетает, со спокойной душой отправился делать свои дела. Но буквально на следующий день на мой комм пришёл совершенно непонятный ультиматум.
Мне совершенно недвусмысленно приказывали отозвать свой иск, отказаться от права на разработку Бельсара и подготовить мои активы для передачи другой, крупной корпорации. В противном случае я больше никогда не увижу внучку. Сами понимаете, что после этого я первым делом попытался связаться с яхтой и, не получив ответа на вызов, естественно ударился в панику.
– Откуда пришёл приказ?
– Неизвестно. Он был отправлен пакетным сигналом. Единственное, что смогли выяснить специалисты из службы разведки, он был отправлен откуда-то с окраины галактики.
Мрачно посмотрев на старика, Генри молча кивнул и выразительно посмотрел на Дика. Ответив ему таким же взглядом, тот кивнул и, глотнув бренди, перевёл взгляд на старика.
– Так, парни, похоже, вы что-то знаете, – моментально сообразил старик, – колитесь, что всё это значит?
Подумав, Генри медленно, с расстановкой спросил:
– Джесси, вы внимательно рассмотрели пиратов?
– Да, – удивлённо ответил старик.
– И вам ничего не показалось странным?
– Один из пиратов был гуманоидом, – задумчиво ответил старик.
– Это грендалианин. Именно он командовал операцией по захвату яхты. Сюда они прилетели за мной. Он должен был захватить меня живым, чтобы доставить на Грендаль. Там меня ждала тёплая встреча с нашей старой знакомой. В планы торжественных мероприятий было включено такое развлечение, как снятие с меня кожи. С живого. Зная, на что способны эти так называемые гуманоиды, в правдивости этих сведений я не сомневаюсь.
– Значит, она там? – растерянно спросил старик.
Молча кивнув, Генри перевёл взгляд на девушку. Натали смотрела на него широко распахнутыми глазами, от испуга вжавшись в спинку сиденья.
– Этого не может быть, – хрипло произнесла она, обретя наконец дар речи.
– Чего именно? – не понял Дик.
– Женщина не может быть такой жестокой!
– Эта может, – мрачно ответил ей старик.

* * *

После этого судьбоносного рукопожатия друзья попросили высадить их прямо на трассе и, поймав такси, отправились в берлогу приводить себя в порядок после всех приключений.
Приняв душ и переодевшись, друзья отправились отмечать счастливое избавление от очередной банды и удачное спасение Натали. Несмотря на тихое ворчание Зака, больше напоминавшее гудение шмеля величиной с собаку, они вызвали такси и, устроившись за столиком ресторана, заказали всё самое лучшее, устроив себе маленький праздник живота.
На этот раз никто не пытался испортить им настроение. Наевшись до состояния полной осоловелости, друзья выбрались на улицу и не спеша отправились обратно в берлогу, решив выпить кофе и всё остальное дома. Пора было выходить на связь с начальством и докладывать об успехах.
Ввалившись на склад, каждый занялся своим делом. Дик отправился варить кофе, Зак занялся выпивкой, а Генри принялся настраивать свой компьютер связи. Убедившись, что вызов пошёл и связь устойчива, экс-капитан переключил компьютер на внешнюю связь и вызвал генерала.
Спустя несколько секунд генерал отозвался, включив монитор видеофона.
– Привет, сынок, – улыбнулся Ванколлен, устало потерев ладонями лицо. – Ну рассказывай.
Быстро изложив генералу историю с захватом, Генри включил передатчик, отправляя свой отчёт. Кивнув, что передача прошла успешно, Генерал отложил распечатанный лист в сторону и, с усмешкой посмотрев на своего подчинённого, сказал:
– Это всё здорово. Операция по освобождению заложницы проведена на высшем уровне. Признаюсь откровенно, мне бы и в голову не пришло попытаться взаимодействовать с ИРом. Но сейчас речь не об этом. В связи с тем, что благодаря твоим усилиям нам в руки попали весомые доказательства вины большого количества чиновников планеты, я вынужден просить тебя на некоторое время сдержать свою активность.
– Надолго? – настороженно спросил Генри.
– На две недели.
– А что потом?
– Мы перебрасываем на планету батальон морской пехоты. Теперь этим делом будут заниматься они.
– А что делать нам?
– Постараться уберечь Сталка и его внучку. В данной ситуации его жизнь очень важна.
– Чем это? – растерялся Генри.
– Ты многого не знаешь, а у меня нет времени рассказывать. Просто поверь мне на слово.
– Конечно, генерал, – мрачно ответил Генри.
– Не обижайся, парень, – развёл руками генерал, – я не скрываю информацию и не пытаюсь использовать тебя втёмную. Всё действительно настолько сильно запутано, что без него не разобраться, а разрубить этот узел в твоём любимом стиле я просто не могу. Не тот уровень.
– ВП? – криво усмехнулся Генри.
– Они самые, – кивнул генерал.
– Ну тогда я преподнесу вам ещё один орешек. Наша с вами подружка обосновалась на Гределе.
– Это точно? – разом помрачнел генерал.
– Настолько, насколько это возможно при моих скудных возможностях. Все данные получены от бортового ИРа, установленного на яхте Сталка.
– Странно, что они её на рагу не пустили сразу после приземления, – криво усмехнулся генерал, – насколько я помню, они предпочитают именно женское мясо, считая его более сочным.
– Это же не баба, а конь с яйцами, – сварливо ответил Генри. – А вообще, вспоминая то немногое, что мне о ней известно, могу сделать только одно предположение, почему она смогла там не только выжить, но ещё и задержаться.
– Технологии, – тихо ахнул генерал.
– Именно, командир. Космические технологии. Это единственное место во всей галактике, откуда её не смогут достать даже наши ребята. Думаю, за такой подарок они не только сохранят ей жизнь, но ещё и охранять будут, как своё первородное яйцо.
– При таком раскладе жизнь старика становится для нас ещё более важной. Это твоя первоочередная задача. Про всё остальное можешь забыть.
– Хорошо. Сделаю что смогу, – ответил Генри, ничего не обещая.
– А вот такой ответ меня совершенно не устраивает, – ответил генерал неожиданно жёстко. – Он должен быть жив. Любой ценой, любыми средствами ты должен этого добиться.
– Генерал, я же сказал, я всё понял, – не менее жёстко ответил Генри.
Задумчиво посмотрев на подчинённого, генерал кивнул и, помолчав, продолжил:
– Ну будем считать, что необходимый инструктаж я провел и ты должным образом проникся важностью задачи. Это был кнут. А теперь пряник. С сегодняшнего дня ты майор внешней разведки со всеми втекающими и вытекающими последствиями. Поздравляю.
– Благодарю, генерал, – чуть улыбнулся Генри.
– Не слышу ликования в голосе, – усмехнулся в ответ генерал.
– С определённого момента меня перестали интересовать подобные вещи, – пожал плечами Генри.
– Понимаю и поэтому решил немного добавить от себя, – рассмеялся генерал, весело потирая руки. – Для начала твоя яхта уже находится в пути и должна прибыть на планету приблизительно в то же время, что и группа. Далее, твой грузовой модуль в ней в целости и сохранности. Чартер, что ты нанял для своей подопечной, должен прибыть послезавтра. Девочку встретят и доставят прямо в госпиталь. Я уже отдал все необходимые распоряжения. Доволен?
– Вполне, – улыбнулся Генри.
– Тогда переключайся на приём, отправлю тебе все документы по новому назначению, – скомандовал генерал, закладывая бумаги в сканер. – Кстати, майор. Почему бы тебе не присмотреться к внучке старика?
– Вы решили по совместительству заняться сватовством, генерал, – иронично улыбнулся Генри.
– Хамло армейское, – рассмеялся генерал в ответ.
– Кстати, генерал, надеюсь, те герды, что служили у нас на базе, ещё служат и с ними всё в порядке?
– Конечно, – пожал плечами генерал, – что с ними сделается?
– В таком случае, если вас не затруднит, передайте им, что вскоре в баре старины Джека появится один из их соплеменников.
– Майор, вы решили по совместительству заняться сватовством? – поддел его генерал.
Рассмеявшись, Генри поднял вверх большой палец, показывая, что оценил шутку.
– Хорошая новость, – продолжил генерал, отсмеявшись, – эти ребята стоят того, чтобы за них беспокоиться. Когда ждать гостя?
– Постараюсь побыстрее выпихнуть его с планеты, но это же упрямцы, каких поискать, – ответил Генри, не обращая внимания на ворчание Зака.
– Добро. Я передам, – кивнул генерал и закончил сеанс.
Отключившись, Генри посмотрел на друзей и, пожав плечами спросил:
– Слышали?
– Угу, – задумчиво кивнул Дик.
– Зачем ты сказал ему про меня? – неожиданно насупился Зак.
– Да потому что теперь у тебя нет другого выхода, как просто отправиться туда и познакомиться с ними. В противном случае ты ещё год собираться будешь, но так и не соберёшься, – пожал плечами Генри.
– С чего ты это взял? – растерялся Зак.
– Вижу, – коротко ответил Генри. – Откровенно говоря, я бы на твоём месте тоже растерялся. Столько лет не иметь сведений ни об одном представителе своего вида, а тут сразу трое. Но это не повод откладывать дело в долгий ящик. Собирайся с духом и вперёд.
– Страшно, – неожиданно прошептал Зак одними губами.
– Перестань, дружище, – ответил Дик неожиданно тепло. Подойдя к ссутулившемуся приятелю, он положил ему руку на плечо и тихо сказал: – Ну не убьют же они тебя. Съезди, познакомься, развейся. В конце концов, это просто знакомство и ничего больше. Получится, значит, всё будет отлично, не получится, будем искать других, но, по крайней мере, ты будешь знать, что ты пытался.
– По-твоему, у меня есть шанс? – спросил Зак, глядя на Генри с надеждой в глазах.
– Есть, – решительно ответил Генри. – И вот ещё что. Мы завтра же едем в порт и нанимаем тебе чартер прямо до туманности. Нечего резину тянуть.
– Завтра?! – растерянно переспросил Зак.
– Да, дружище. Завтра. С утра заедем в твою пещеру, соберёшься и в порт.
– А работа? Генерал приказал сделать всё…
– Я знаю, что приказал генерал. Но генерал там, а я здесь, и командую этой операцией я. Основное мы уже сделали. Осталась только рутина. Поэтому ты завтра улетаешь, – пресёк его попытку выкрутиться Генри.
– Но ведь…
– Хватит, Зак, – остановил его Дик. – Генри прав. Ты волнуешься, это понятно, но чем дольше ты будешь тянуть, тем меньше у тебя шансов.
– Это почему? – удивился Зак.
– Потому, что они уже ждут твоего появления, – ответил Генри, – насколько я знаю генерала, он уже сообщил новость ребятам.
– С чего ты это взял? – не унимался Зак.
– Генерал относится к той редкой породе командиров, которые заботятся о своих подчинённых не на словах, а на деле. Он любит лично сообщать подчинённым хорошие новости и очень радуется, если у них всё складывается хорошо, – ответил Генри.
– Значит, придётся ехать, – вздохнул Зак с таким видом, словно получил приглашение на казнь, где он будет главным действующим лицом.
– Выше голову, старина, – рассмеялся Дик. – Всё не так страшно.
– Может, ты и прав, – философски отозвался Зак.
Покончив с делами, друзья отправились спать. Закончился ещё один длинный день, полный тревог и волнений.
Утро разбудило их требовательным звонком коммуникатора. Выругавшись, Дик ответил на звонок. Выслушав всё, что говорил звонивший, он отключил комм и, посмотрев на проснувшихся друзей, проворчал:
– Собираемся. Старик требует нас в офис.
– Какого чёрта ему не спится в такую рань? – проворчал Генри, направляясь в ванную.
Быстро собравшись, друзья заперли берлогу и, отправив Зака собираться к отъезду, отправились на встречу со своим работодателем. Старика они застали бодро раскатывающим по коридорам штаб-квартиры и разносящим всё и всех, попадавшихся на пути.
– Что за пожар, мистер Сталк? – с порога спросил Генри, глядя на старика мрачным взглядом.
– Парни, мы же договорились. На время нашего пребывания на планете вы обеспечиваете охрану Натали.
– Верно. Но вы забыли поставить нас в известность, когда она встанет и что собирается делать. И, кроме того, я должен был получить указания от своего непосредственного начальства, – ответил Генри.
– Получили? – хитро усмехнулся старик.
– Получил, – ответил Генри.
– Надеюсь, они не помешают вам исполнять свои прямые обязанности?
– Не знаю, Джесси, что и как вы сказали генералу, но даже его распоряжение не означает, что я принадлежу вам, – ответил Генри неожиданно жёстко.
– Так, – разом остановился старик, – кажется, я действительно немного увлёкся. Давайте начнём сначала, друзья. Хотите кофе?
Молча кивнув, друзья уселись на большой кожаный диван, стоявший в приёмной, и выжидательно посмотрели на старика. Медленно прокатившись по приёмной, старик подогнал кресло к дивану и, задумчиво посмотрев на сидящую парочку, спросил:
– Скажите друзья, вам и вправду так неприятна эта работа?
– С чего вы взяли? – удивился Дик.
– Глядя на вашу реакцию. Вы оба бесспорные профи. По-настоящему крутые бойцы. И именно поэтому я до сих пор не послал вас к дьяволу с вашими выходками. Я даю вам шанс заработать хорошие деньги, а вы упираетесь, как бараны. В чём дело?
– Я попробую объяснить, – задумчиво ответил Генри. – Уходя в отставку, я мечтал осесть на какой-нибудь тихой планете, завести семью, открыть своё дело и работать только на себя. Не исполняя больше ничьих приказов.
Мне жутко надоело исполнять команды и зависеть от чужого настроения. В последний раз, когда я вылезал из реанимационного танка, я неожиданно понял, что мне всё это дико надоело и моя жизнь принадлежит только мне.
Согласившись помочь вам, я хотел уберечь вашу внучку от беды, но в ответ получил только претензии и выговоры. Причём непонятно за что. Вчера я получил прямой приказ. Любой ценой обеспечить вашу безопасность. А это значит, что я опять должен рисковать своей жизнью непонятно во имя чего.
Я хочу иметь семью. У Дика есть хотя бы дочь. А у меня во всей галактике не осталось никого. Но я умею выполнять приказы. Я выполню и этот. Но не требуйте от меня радостных улыбок и веселья.
– Понятно, – задумчиво ответил старик. – Бесспорно, Натали повела себя вчера, как самый настоящий поросёнок. Такие выходки простительны подростку, но не взрослой девушке. Но есть обстоятельства, по которым ей можно это простить. Скажите, Генри, вы никогда не задавались вопросом, почему она так себя ведёт?
– Откровенно говоря, у меня не было на это времени, – покачал головой Генри.
– Понятно. Всё, как у любого нормального мужика. Сначала дело, а всё остальное потом. Включая чувства и эмоции, – кивнул старик.
– А как по-другому? Начав размениваться на эмоции, я бы не сделал всего того, что сумел сделать. Включая вчерашнюю операцию, – ответил Генри.
– Я знаю. Именно поэтому и говорю сейчас с вами на эту тему.
– Так, что это за обстоятельства? – неожиданно спросил долго молчавший Дик.
– А вы не догадываетесь? – хитро прищурился старик. – Вы, как отец взрослой дочери, должны замечать такие вещи.
– К сожалению, в силу определённых обстоятельств моя дочь вынуждена была вести замкнутый образ жизни, – мрачно ответил Дик.
– Простите, – огорчённо скривился старик, – я сморозил глупость. Все эти выходки и нападки преследуют только одну цель, Генри. Привлечь ваше внимание. Она по уши влюблена в вас, – выпалил старик одним махом.
– Чего? – оторопело произнёс Генри, глядя на старика как на привидение.
– Вы не ослышались, старина. Признаюсь, сначала я не придал этому значения. Ну подумаешь, у девочки новое увлечение. Перебесится. Но когда она начала задавать мне вопросы, выясняя, как я к вам отношусь, я насторожился. Поначалу меня это разозлило.
– И почему я не удивлён? – усмехнулся Генри. – Рисковать за неё и подставлять башку под пулю – это пожалуйста. А заводить отношения – так рылом не вышел. Ничего нового. Всё старо как мир. Как видишь, старина, я был прав. Это особая порода людей. Небожители, которые относятся ко всем остальным только как к средству достижения своих целей, – закончил он, обращаясь к Дику.
– Откровенно говоря, я и сам не ожидал от себя такого снобизма, – смущённо ответил старик. – Но, подумав, пришёл к другому выводу.
– К какому же? – криво усмехнулся Дик.
– Моя девочка со своей женской интуицией оказалась намного мудрее меня. Из всего известного мне окружения она смогла выбрать именно того, кто сможет действительно позаботиться о ней. В конце концов, деньги и титулы не панацея от паршивой наследственности. Я хочу правнуков, а от вас должны быть хорошие дети. Вы оба сильны, здоровы. А кроме того, вы теперь и сами имеете хороший доход, значит, проблема поиска больших денег просто отпадает.
– К чему вы клоните? – растерянно спросил Генри.
– Что это с ним? – удивлённо спросил старик у Дика.
– Растерялся, – развёл тот руками. – Не каждый день получаешь такое признание.
– Наверно, – кивнул старик. – В общем, так, – взял он быка за рога, – если вы вдруг решите сойтись с Натали поближе, я не буду против.
– Охренеть! – произнёс Генри, взявшись за голову.
– Что-то не так? – удивлённо спросил старик.
– Ему просто надо немного подумать, – ответил Дик, поднимая Генри с дивана, – осмыслить всё услышанное.
Выведя приятеля в коридор, Дик молча вставил ему в зубы одну из сигар старика и, щёлкнув зажигалкой, подождал, когда тот сделает пару глубоких затяжек, медленно приходя в себя. Убедившись, что Генри очухался и в состоянии мыслить логически, Дик сунул руки в карманы и, качнувшись с носка на пятку, спросил:
– Ну привёл мысли в порядок? Думать и говорить можешь?
Генри молча кивнул.
– Отлично, – продолжил свой монолог Дик. – Если я ничего не путаю, то девочка тебе нравится. Так?
Генри снова кивнул.
– Ну, в общем-то, это и неудивительно. Молодая, красивая, всё при всём. Мимо такой трудно пройти. Верно?
Генри попытался отделаться очередным кивком.
– Ты долго тут мне будешь китайского болванчика изображать? – неожиданно разозлился Дик. – Я с тобой разговариваю или с той вазой? Если с тобой, так будь добр открыть рот и произнести что-нибудь членораздельное.
– Что ты хочешь услышать? – медленно проговорил Генри.
– Что-нибудь путное. И не надо смотреть на меня мутным взором маньяка-убийцы. Объясни мне, что тебя вообще в данной ситуации не устраивает? Между прочим, не далее как пару дней назад я уже тебе описывал эту ситуацию. И почти в тех же самых выражениях.
– Просто так не бывает, – пожал плечами Генри.
– Как так? – не понял Дик.
– Понимаешь, дружище. Она мне с самого начала очень понравилась, но я отлично осознавал, что эта девочка не моего круга. Точнее, я не из их круга, и дорога туда мне заказана раз и навсегда. Ну ты сам слышал, что старик говорил. Зная это, я старался держаться на расстоянии. Зачем пытаться заводить отношения, если они ни к чему не приведут. А сейчас, после того что он сказал, я вдруг понял, что совершенно не представляю, как мне быть. Я ведь даже толком ухаживать не умею.
– Так, – задумчиво проговорил Дик, – то есть ты хочешь сказать, что не знаешь, с чего начать?
– Если грубо, то да, – кивнул Генри и, сделав очередную затяжку, выпустил клубы дыма.
– Тогда просто начни с самого начала, – посоветовал Дик.
– Это как? – не понял Генри.
– Очень просто. Купи букет цветов, отправляйся к ней и попытайся помириться.
– Так я с ней вроде не ссорился, – удивился Генри.
– Слушай, майор, ты меня достал! – неожиданно разозлился Дик. – Тебе же ясно сказали, что все её выходки не более чем попытки привлечь твоё внимание. Вот и покажи ей, что она тебе небезразлична. Ссорились, не ссорились – какая к чертям собачьим разница? Просто иди к ней и постарайся быть человеком, а не офицером на службе. Пригласи в ресторан, на пляж, в театр. Ну куда там ещё можно?
– А я-то откуда знаю? – развёл руками Генри. – Я с самого первого дня на этой планете только и делаю, что воюю и планирую операции. Даже столицы толком не видел.
– Вот и попроси её показать тебе город, – тут же нашёлся Дик. – Возьми свой глидер с водителем и вперёд. И главное, не забудь комм включить. А то, похоже, у тебя от всей этой катавасии с чувствами совсем крыша поехала.
– Думаешь, у нас получится? – спросил Генри с неожиданной робостью в голосе.
В ответ Дик неожиданно расхохотался. Недоумённо посмотрев на приятеля, Генри пожал плечами и, отвернувшись, проворчал:
– Не вижу ничего смешного.
– Прости дружище, – простонал Дик сквозь смех, – просто сейчас ты мне очень живо напомнил Зака. Я с вами с ума сойду. Это же надо! Здоровенные, сильные мужики, убийцы. У каждого личное кладбище за спиной, и такой страх перед простым свиданием.
– В том-то и дело, что это не боевая операция и все мои навыки ничего не стоят, – смущённо улыбнулся Генри.
– Старина, просто будь самим собой, – хлопнул его по плечу Дик.
– Погоди, нам же ещё Зака нужно отправить, – неожиданно вспомнил Генри.
– Нашёл о чём думать, – усмехнулся Дик. – Езжай к ней, а с медвежонком я сам разберусь.
– Ну уж нет, – неожиданно упёрся Генри. – Сделаем так: я сейчас встречусь с Натали, а потом вместе отправимся за Заком.
– Совсем сбрендил! – взялся за голову Дик. – Я ему предлагаю отправиться на свидание, а он собрался тащить девушку в космопорт.
– Это просто повод, – попытался пуститься в объяснения Генри. – Выберемся в город, проводим Зака, ну а дальше по обстановке.
– Так. Стоп, – остановил его Дик, – мне абсолютно всё равно, что и как ты собираешься делать. Главное, чтобы вы проводили время вместе.
– Похоже, ты загорелся этой идеей, – проворчал Генри.
– А почему бы и нет? Ты же мечтал о семье. Вот и действуй.
– Ладно, – сдался наконец Генри, – сейчас я отправляюсь за ней, потом мы вместе отправляемся провожать Зака.
– Да вали уже, Ромео, – рассмеялся Дик, вталкивая приятеля в лифт.
Вызвав своего водителя, Генри запрыгнул в глидер и, мрачно посмотрев на парня, приказал гнать туда, где можно купить цветов. Удивлённо посмотрев на шефа, тот молча кивнул и вывел машину на трассу.
Цветы Генри купил в одном из самых известных на планете магазинов. Выбрав роскошный букет, он велел упаковать его в коробку и, получив покупку, приказал охраннику отвезти себя в дом Сталков.
Дверь ему открыл один из охранников Дика, входивший в группу, которую готовил сам Генри. Узнав своего инструктора, парень молча отворил двери и, отступив в сторону, вытянулся в струнку, отдавая мастеру дань уважения.
Благодарно кивнув, Генри бросил быстрый взгляд вокруг, отмечая грамотное расположение охранников в доме. Убедившись, что всё в полном порядке, он позволил себе немного расслабиться и тихо спросил:
– Где она?
– В спортзале, – коротко ответил охранник.
Кивнув, Генри не спеша двинулся по коридору. За те несколько дней, что он провёл в доме, Генри успел тщательно изучить расположение всех его помещений и мог с закрытыми глазами найти любую комнату.
Заглянув в приоткрытую дверь спортзала, он увидел Натали, старательно отрабатывавшую удары на манекене. Нанося удары, девушка что-то тихо приговаривала. Прислушавшись, Генри растерянно покачал головой.
– Дубина армейская. Да как он смеет меня не замечать?! Что он вообще о себе возомнил? Спаситель чёртов! Ненавижу! – выговаривала она после каждого удара.
– Может, мне стоит подарить вам свою фотографию, чтобы удары были более точными? – улыбнулся Генри, шагнув в зал.
Ойкнув от неожиданности, девушка резко развернулась и, удивлённо посмотрев на Генри, залилась краской.
– Это вам, – улыбнулся Генри, протягивая девушке коробку с цветами. Точнее, он попытался улыбнуться, чувствуя себя так, словно стоял перед расстрельным взводом.
Небрежно сорвав с коробки обёртку, Натали откинула крышку и, взглянув на букет, растерянно перевела взгляд на Генри.
– Мне сказали, что это самый лучший букет, – пробормотал Генри, испугавшись, что она сейчас швырнёт коробку ему в голову. – Вам не нравится?
– Дело не в этом, – качнула она головой, – просто я не знаю, как это понять. Вы то не замечаете меня, проходя как мимо пустого места, то вдруг приносите цветы. Я запуталась.
– Честно говоря, я и сам запутался, – неожиданно для себя признался Генри. – Я давно уже вас заметил, ещё в самый первый раз. Но я всегда думал, что не подхожу вам.
– И что же вдруг изменилось? – пожала она плечами.
– Многое, – ответил Генри, не зная, как быть дальше.
Аккуратно отложив коробку в сторону, Натали подошла вплотную к нему и, ухватив за отвороты френча, принялась трясти, проговаривая каждое слово.
– Слушай меня внимательно, ты, меднолобый, упрямый армейский дуболом. Или ты на мне женишься, или я тебя собственными руками пристрелю, чтобы никому не достался.
– Маленькая ревнивица, – тихо прошептал Генри, сжимая её в объятиях.

Кровь за кровь

– Папа! Папа! Я попал в нее! – раздался звонкий детский голос.
– И я! И я тоже попала! – вторил ему голосок чуть повыше, но от этого не менее звонкий.
– Попали, вы оба попали в нее, – весело рассмеялся Генри, подхватив детей на руки и стремительно закружившись по пляжному песку.
Ответом на это действие стал радостный детский визг. Детвора обожала, когда он начинал устраивать им такую карусель. Усевшись на широких ладонях отца, они вцеплялись ручонками в его предплечья и, визжа от восторга, просили: «Папа, сильнее! Еще быстрее!»
Генри обожал такие моменты, когда мог послать подальше все дела и вот так, беззаботно поиграть на пляже с детьми. Нередко к их шкодливой компании присоединялись еще несколько малышей, и тогда на белом песке лагуны начиналось нечто невообразимое.
У взрослых, с улыбкой наблюдавших за этой неудержимой ватагой, создавалось стойкое убеждение, что на пляже не пятеро, а как минимум пятьдесят детей. С такой скоростью и гомоном они носились по пляжу.
Частенько такие игры заканчивались ссадинами и разбитыми коленками, но, даже несмотря на рев и жжение от антисептиков, дети продолжали терроризировать Генри, требуя продолжения игры. Их не могло остановить даже справедливое негодование разгневанных мамаш, яростными воплями пытавшихся навести хоть какое-то подобие порядка на пляже.
На все их требования прекратить подобные игры Генри только отмахивался и весело заявлял, что ребенок, ни разу в жизни не рассадивший коленок, ни лечивший ссадин на локтях и не размазывавший по щекам кровь из расквашенного носа, был просто лишен нормального детства.
Только Натали, глядя на их развлечения, умудрялась не хвататься за сердце и не лететь сломя голову к своим отпрыскам, случись им упасть или предъявить ей вечером свежую царапину. Больше того, она и сама с удовольствием включалась в эти игры и носилась с детворой по пляжу.
Вот и в этот раз Генри не нашел ничего лучше, чем установить на пляже мишень и начать обучать собственных детей правилам стрельбы из легкого лучевика – оружия, разрешенного к ношению простым гражданам лиги. Этот легкий лазерный пистолет был облегченной модификацией пистолета, принятого на вооружение в армии лиги. Более слабый луч и энергетическая батарея малой мощности не позволяла нанести противнику серьезные повреждения. Хотя боль от ожога заставляла даже очень сильных людей спасаться бегством.
Лениво наблюдавший за этим безобразием Дик с довольной усмешкой повернулся к стоявшей рядом дочери и спросил:
– Не хочешь пострелять с ними?
– Я, по-твоему, совсем безрукая, с малышней упражняться? – удивленно отозвалась Сенди.
– Не ворчи, – весело отмахнулся Дик, – он преподает азы правильной стрельбы. Посмотри, ребятки только второй день как оружие в руки взяли, а уже есть хорошие результаты. Так что тебе тоже не мешало бы послушать.
– Но зачем? – непонимающе развела руками девушка.
– А так, – пожал плечами Дик, – чтоб было.
– Что было? – окончательно растерялась Сенди.
– Умение. Навык. Кто знает, что нам эта жизнь может еще преподнести? – задумчиво отозвался Дик.
– Но ведь я умею стрелять! Ты же сам меня учил, – не унималась она.
– Я учил тебя так, на скорую руку, а Генри может научить тому, чего даже я не знаю, – ответил Дик, не сводя глаз с фигуры друга, показывавшего детям правильную стойку.
– Ну, не знаю, – мрачно отозвалась Сенди, поглядывая на пляж, – по-моему, давать оружие в руки детям, которым на двоих нет и десяти лет, просто извращение.
– А, по-моему, он все правильно делает. Ваше поколение растет слишком слабым. Беззубым, – решительно тряхнул головой Дик.
– Это что, очередной приступ паранойи? – ехидно отозвалась Сенди, с улыбкой посмотрев на отца.
– Считай, как хочешь, но стрелять ты у него научишься, – решительно отозвался Дик, разворачиваясь к дочери и засовывая руки глубоко в карманы. Посмотрев в глаза дочери долгим, задумчивым взглядом, Дик тихо добавил: – Неспокойно мне, Ежик. Сам не понимаю, почему.
Увидев стоящих неподалеку Дика и Сенди, Генри помахал им рукой и, остановив увлеченно палящих в мишени детей, направился к ним.
– Не присмотришь за моими сорванцами немножко? – спросил он девушку, пожимая руку Дику, – нам нужно переговорить.
Молча кивнув, Сенди направилась к нетерпеливо топтавшимся ребятишкам. Убедилась, что оружие они держат правильно, и даже четырехлетняя Линда с серьезной рожицей решительно сжимает пистолет тоненькими пальчиками. Присев рядом с ними на песок, Сенди начала командовать, подражая Генри:
– На исходную, целься, огонь.
С улыбкой посмотрев на детей, Генри повернулся к другу и тихо спросил:
– Признайся откровенно, старина, у тебя никаких странных мыслей не возникает?
– Что? И ты тоже? – растерянно произнес Дик, удивленно глядя на друга.
– Что я тоже? – не понял Генри.
– У тебя тоже паранойя разыгралась? – перефразировал свой вопрос Дик.
– Это Сенди так сказала? – грустно усмехнулся Генри.
– Она, – кивнул в ответ Дик, – и не знаю, права она, или действительно что-то назревает?
– Боюсь, второе, – мрачно буркнул Генри. – Сам знаешь, с ума по одиночке сходят. Хором делать это как-то не принято.
– Знаю, – коротко кивнул Дик, – но ничего с собой не могу поделать. Еще неделю назад все было в порядке, а вчера как нашло что-то.
– Не расстраивайся, – хлопнул друга по плечу Генри, – я сам уже второй день как пустым мешком из-за угла стукнутый хожу.

* * *

Эта история началась шесть лет назад, когда ушедший в отставку капитан спецназа косморейнджеров Генри Джаскер, по прозвищу Берсерк, сумел ловко продать несколько громадных изумрудов, найденных им и его группой во время своего последнего рейда на планету Бельсар в созвездии Звездных Псов.
Получив солидную сумму, Генри Берсерк, недолго думая, разделил ее на три части, обеспечив безбедное будущее не только себе, но и своим парням, добровольно отправившимся с ним в этот рейд. Купивший у него изумруды старик Сталк, не вдаваясь в долгие размышления, предложил экс-капитану занять должность телохранителя при его внучке. Что тот и сделал, после того как спас девушку от похищения.
Попав на Оливер-три, Генри сошелся с бывшим морским пехотинцем космофлота Диком Вильямсом, уже много лет работавшим начальником службы безопасности корпорации «Сталк и сыновья». В течение следующих шести месяцев эта бешеная парочка умудрилась поставить с ног на голову всю чиновничью братию планеты и уничтожить всех глав мафиозных кланов. Это была война на уничтожение, которую они умудрились выиграть.
Пользуясь статусом офицера внешней разведки, полученный при выходе в отставку, Генри получил от генерала Ванколлена полный карт-бланш на подобные действия. Действия же Дика одобрил сам хозяин планеты, старик Сталк. Он давно уже планировал перебраться на эту курортную планету, в надежде понянчиться с правнуками.
Внучка старика Сталка Натали, молодая, красивая девушка, по уши влюбилась в экс-капитана. Не зная, как поступить, Генри пытался уйти со службы в корпорации, но у него ничего не получилось. К вящему удовольствию Сталка, он и сам был влюблен в Натали. В итоге все это закончилось их свадьбой.
Уже через год довольный, как упырь, счастливый до розовых соплей старик, бережно качал на руках их первенца.
Юный Грег Джаскер родился крепким, горластым малышом, пятидесяти двух сантиметров ростом и четырех килограммов весом. Натали, растерянно пытавшаяся изображать из себя заботливую маму, была отогнана в сторону свирепым рыком прадеда, а Генри, бродивший по дому с глуповатой улыбкой на лице, похоже, так и не понял, что стал папой. До него осознание этого факта дошло только через неделю. После чего он превратился из Генри Берсерка, грозы чиновников и бандитов, в сумасшедшего папашу, часами не сводящего глаз со своего чада.
Единственное, в чем молодые родители были единодушны и сумели убедить даже своего упрямого пращура, было только то, что воспитывать юного Грега Джаскера нужно не в тепличных условиях, а в суровых старых традициях, когда мальчишка рос мальчишкой. Что он должен быть настоящим сорванцом, умеющим не только ловко выкручиваться из любых ситуаций, но и парнем, способным заступиться за сестру.
В том, что у него в скором времени появится сестра, молодые супруги не сомневались. Работа над этим вопросом велась регулярно и с большим энтузиазмом. Уже через год счастливый прадед нежно баюкал на руках девочку, которую не задумываясь назвал Линдой. В честь своей покойной супруги. Спорить с ним молодые не стали, отдавая дань уважения человеку, сумевшему одним волевым усилием преодолеть все классовые и социальные устои, делавшие их брак мезальянсом.
И вот теперь, спустя шесть лет, после всех этих знаменательных событий, они стояли на берегу собственной лагуны и тихо обсуждали свои ощущения. Об умении бойцов спецподразделений предчувствовать ситуацию во всех родах войск лиги ходили легенды. Но это были не просто рассказы во время долгих дежурств.
Лучшие психиатры и психологи лиги долгие годы бились над разрешением этой загадки, надеясь создать прибор, который будет предупреждать бойцов об опасности. Это чувство развивалось спонтанно. У каждого из бойцов индивидуально. Но оно было, и более того, оно работало, частенько спасая своих носителей от смерти.
Именно об этом и говорили друзья, стоя на пляже. Несколько дней подряд Генри не находил себе места, изводя вопросами службу планетарной безопасности и самого генерала Ванколлена. Но как будто специально и на планете, и во всех галактиках лиги царило абсолютное сонное спокойствие.
Неожиданно из-за кустов, скрывавших вход в огромную, искусственную пещеру, вышел человек огромных размеров. Зак, гуманоид с планеты Герда. В свое время Зак служил в разведке морской пехоты под командованием Дика. Позже, выйдя в отставку и оказавшись не у дел, он долгое время оббивал пороги различных чиновничьих учреждений, пытаясь найти себе хоть какое-то применение. Там его и нашел Дик, предложив бывшему подчиненному работу на Оливере-три и пристроив приятеля начальником охраны в одном из планетарных казино.
Зак вынужден был согласиться. Возвращаться ему было просто некуда. Его родная планета была уничтожена во время пиратской войны. Основная масса гердов была уничтожена. Выжить смогли только те, кто на момент катастрофы оказался вне планеты, как это случилось с Заком. Разбросанные по самым дальним уголкам галактик лиги, герды были обречены на медленное вымирание. Из-за разницы строения организмов люди и эти добродушные гиганты были несовместимы.
На удачу Зака, Генри был знаком с тремя гердами, служившими на базе десанта инструкторами. Двое были парой, а одна из гердов нередко жаловалась капитану на свою судьбу. Познакомившись в Заком, Генри, недолго думая, отправил его на базу, снабдив всеми необходимыми инструкциями. Эпопея женитьбы Зака достойна записи в скрижали истории.
Наняв чартер до Туманности сверхновой, друзья с большим трудом, чуть ли не силой впихнули растерянного гиганта в яхту. Добравшись до планеты, Зак прямым ходом отправился искать знаменитый бар дядюшки Джека. За время своих блужданий по планете он дважды подвергся нападению наркоманов, почему-то решивших, что легко смогут справиться с бывшим разведчиком.
Найдя, наконец, бар, Зак не раздумывая ввалился в помещение и, ухватив за плечо ближайшую официантку, принялся выяснять, где он может найти старого Джека. Ткнув пальцем в стоящий у эстрады столик, та не нашла ничего лучше, как позвать вышибал.
Подойдя к сидящему за столом хозяину заведения, Зак вежливо поздоровался и поинтересовался, того ли он нашел? Заинтригованный Джек, сделав вышибалам знак подождать, медленно поднялся и принялся оглядываться. Увидев столпившихся за спиной громил, Зак поставил на пол свой дорожный чемодан, больше напоминавший железный сейф, и, разведя руками, смущенно пробасил:
– Парни, вы только в драку не лезьте. Я сюда по делу приехал.
– Я готов выслушать вас, молодой человек, но боюсь, разговаривать нам придется стоя. В моем заведении просто нет такой мебели, которая смогла бы выдержать ваш вес, – растерянно пожал плечами Джек.
– Ничего, старина, – весело отозвался Зак, – я вон на своем чемоданчике пристроюсь.
С ужасом посмотрев на то, что гигант назвал чемоданчиком, Джек не нашел ничего лучше, чем молча пожать плечами и, сделав приглашающий жест, усесться в свое кресло. Наполнив чистый стакан «потом сирианской пантеры», старик подал его посетителю и с интересом принялся наблюдать, что будет дальше.
Проглотив налитую порцию одним глотком, гигант одобрительно крякнул и, аккуратно поставив стакан на стол, смущенно почесал в затылке.
– Тут вот какое дело, – растерянно начал он, – мне Генри сказал, что вы можете связаться с базой спецназа.
– Какой Генри? – тут же насторожился Джек.
– Ну, в общем, меня Генри Берсерк прислал, – сообразил, наконец, произнести кодовую фразу Зак.
– Дружище! С этого и надо было начинать, – весело развел руками Джек и тут же наполнил оба стакана. – Чем могу помочь, друг мой? – спросил Джек, опустошив свою тару.
Удивленно посмотрев на него, Зак тихим шепотом прогудел старику свою просьбу. Усмехнувшись, тот, недолго думая, достал старенький коммуникатор и принялся куда-то названивать. Двадцать минут долгих переговоров и переадресаций – и, наконец, отключив прибор, Джек хитро усмехнулся и, весело подмигнув растерянному гиганту, произнес:
– Сегодня они вырваться не смогут, а вот завтра, с утра, они все свободны. Единственная проблема, это куда вас поселить. Ничего кроме пустующего гаража мне на ум не приходит.
Осмотрев предложенное помещение, Зак попросил старика найти ему сварочный аппарат и выделить несколько матрацев. Четыре часа работы, и заброшенный гараж превратился в малое подобие однокомнатного номера в мотеле. Ловкий гигант умудрился из кусков старого хлама сварить кровать, стол и два стула.
Проведя в гараже бессонную ночь, Зак от волнения опустошил несколько бутылок спиртного и с рассветом ввалился в помещение бара. Здесь его и застали соплеменники. В просторном зале сразу стало почему-то очень тесно, а все вышибалы принялись скромно прятаться по углам.
Весь день Зак не сводил взгляда с сильной смуглой женщины, смотревшей на него узкими, вертикальными зелеными глазами. Периодически потряхивая длинной гривой черных, завитых мелким бесом волос, Лана улыбалась, задумчиво слушая рассказ Зака о его прошлой жизни. После дня плотного общения Зак и Лана решили не расставаться.
Подав прошение об отставке, Лана не задумываясь собрала вещи и, дружески обняв растерянного генерала Ванколлена, отчего тот долго не мог потом отдышаться, отправилась за своим женихом в бар. Молодым не терпелось попасть на Оливер-три и приступить к обустройству нового жилья.
Вырубив в скале, окружавшей лагуну, полдюжины огромных залов, герды принялись обживаться. Зак, толком не тративший в предыдущей жизни свою зарплату, на радостях накупил для нового дома такое количество бытовой техники, что Лана периодически растерянно его спрашивала, что это такое и откуда оно взялось.
Спустя два года после отставки стройная, мускулистая Лана, наконец, почувствовала, что беременна. В обычной ситуации герды имели в семьях по одному, максимум двое детей. Но Лана решила полностью опровергнуть все догматы, рожая по ребенку каждый год. К тому моменту, как друзья почувствовали тревогу, по пещерам носилось уже трое маленьких силачей.
Подойдя к стоящим на пляже друзьям и пожав им руки, гигант смущенно пробасил:
– Слушайте, парни, что-то у меня на душе неспокойно. Второй день какой-то черт покоя не дает.
Переглянувшись, друзья растерянно развели руками и, не сговариваясь, произнесли одно и то же слово:
– Мистика.
– О чем это вы? – растерянно почесал в кудлатом затылке гигант.
– Ты только что подтвердил наши ощущения, – смущенно отозвался Дик.
– Откровенно говоря, я уж было решил, что начинаю сходить с ума, – проворчал Генри, поглядывая на друзей.
– Значит, вы тоже это чувствуете? – радостно спросил Зак.
Это выглядело так, словно обычный человек вздумал заорать во всю глотку. Голос огромного герда с легкостью перекрывал рев боевого баззера во время атаки. Его бас резко ударил друзей по ушам.
– Тихо ты, труба иерихонская! – поворчал Дик, болезненно сморщившись.
Смутившись проявления собственных чувств, Зак потупился и развел руками, тихо проговорив:
– Извини, командир. Просто меня уже моя Лана из дому гонит. Ей тоже неспокойно.
– А гонит-то зачем? – не понял Генри.
Ответить ему Зак не успел. К стоящим на пляже друзьям присоединились еще двое. Бывший сержант Алекс Тьери и бывший капрал Эндрю Пастринг. Последняя команда, которой командовал Генри Берсерк. Подав прошение об отставке, оба бойца были переведены в службу внешней разведки и отправлены на Оливер-три, в помощь своему бывшему командиру. Перегнав на планету выданную им приказом генерала яхту, оборудованную тяжелым вооружением, парни с удовольствием приняли предложение Генри поселиться в бухте.
Окинув растерянным взглядом собравшийся на пляже импровизированный военный совет, друзья переглянулись, и, потоптавшись, подошли поближе.
– Тут, это, капитан, – начал было Алекс, но осекся, вспомнив, что их капитан давно уже полковник внешней разведки.
– Похоже, у вас тоже глюки начались, парни? – усмехнулся в ответ Генри.
– Откуда вы знаете? – пролепетал Эндрю, открыв от удивления рот.
Ответом ему послужил раздавшийся дружный хохот.
– А что мы тут, по-твоему, обсуждаем? – прохрипел сквозь смех Дик.
– Значит, вы тоже это чувствуете? – не поверил своим ушам Алекс.
– А вы думали, служба в спецподразделении пройдет для вас бесследно? – криво усмехнулся в ответ Генри. – Что делать будем, парни?
– А что мы можем сделать? – удивленно развел руками Дик. – Ведь ничего не происходит.
– Не происходит, – согласился Генри, мрачно глядя в бездонную синеву неба. – Но что-то обязательно произойдет, – уверенно добавил он.
– Не каркай, – скривился Дик.
– Я не каркаю, я высказываю то, что мы все дружно учуяли, – отозвался Генри, внимательно рассматривая следы трех идущих на посадку яхт тяжелого класса.
– Ты чего там увидел? – тут же насторожился Дик, знавший друга как никто другой.
– Сам посмотри, – кивком головы указал ему в небо Генри. – Ничего не напоминает?
Посмотрев в указанном направлении, Дик задумчиво склонил голову набок и после короткого молчания выругался:
– Черт! Да это же…
– Вот именно, – коротко кивнул Генри, напряженно всматриваясь в следы яхт.
– Что там такое? – не удержался Зак.
– Эти яхты заходят на посадку классической лесенкой. Ведущий и два ведомых, – мрачно пояснил Дик, не сводя глаз со следов.
– Так, парни. Не знаю, чем это может нам грозить, но стоять тут, пялясь в небо, мне надоело. Зак, собирай все семьи и уводи в свои пещеры. Вы, двое, готовьте оружие, Дик, свяжись с космопортом и выясни, что за яхты заходят на посадку, и попроси приготовить нашу посудину к взлету. Компьютер проведет предполетную подготовку и без нас. Код задания начальник службы охраны знает. А я попробую связаться с генералом, узнаю, какие здесь поблизости есть войска, – начал отдавать приказания Генри.
– Ты с кем воевать собрался, – попытался остудить его пыл Дик, – еще ничего не известно. Потерпи, а то только панику разведем.
– Я тебе уже однажды говорил, старина. Лучше быть живым параноиком, чем мертвым оптимистом. Все, работаем! – рявкнул Генри так, что ноги сами понесли всех собравшихся выполнять полученные приказания.
Быстро пройдя к истощившим в пистолетах энергетические кристаллы детям, Генри забрал у них оружие и, подхватив обоих отпрысков на руки, легко зашагал к дому, сообщив Сенди, что с ней хочет поговорить отец.
На пороге, поставив детей на пол, Генри окликнул жену. Натали, увлеченно возившаяся на кухне, выглянула в холл, удивленно посмотрев на мужа. Обычно в это время дня всех троих невозможно было затащить домой даже при помощи бульдозера. Заметив серьезное лицо Генри, Натали насторожилась и, подойдя к мужу, тихо спросила:
– Что случилось?
– Откровенно говоря, пока ничего, – вздохнул в ответ Генри, предвидя тяжелый разговор. – Просто нам всем сразу вдруг стало тревожно. Это даже Лана почувствовала. Поэтому я хочу, чтобы ты взяла детей, отца и ушла к ним. В пещеры.
– Но если ничего не случилось, то зачем нам уходить? – вполне резонно возразила Натали.
– Пойми, милая, это не приступ паранойи и не бред сумасшедшего, – принялся объяснять Генри, попытавшись набраться терпения. – Мы все побывали в разных переделках и у всех присутствует чувство опасности. Сейчас оно сработало, а я привык доверять своим инстинктам.
– Я не спорю, что ты мог что-то почувствовать, – пожала плечами Натали, – но ведь не происходит ничего такого, что должно заставить нас бежать из собственных домов. Может, проявится очередная банда контрабандистов, а мы забьемся в щели, как мыши.
– Это не контрабанда, – покачал головой Генри. – Это что-то другое. Не знаю, что, не спрашивай. Но это что-то очень опасное.
– Откуда ты знаешь? – не унималась Натали.
В очередной раз вздохнув, Генри обнял жену и, нежно чмокнув ее в перепачканный мукой нос, тихо попросил:
– Ната, родная моя, пожалуйста, собери вещи, документы, возьми детей и ступай к Заку. Это все, о чем я тебя прошу.
Ласково прижавшись к широкой груди мужа, Натали вздохнула и, покорно кивнув, ответила:
– Никогда не могла тебе отказать, когда ты вот так меня обнимаешь. Сейчас соберу наших бандитов и пойду, – при этом не делая даже попытки высвободиться из объятий мужа.
Собравшись с духом, Генри осторожно отодвинул жену и, пресекая ее попытку вернуть все в исходное положение, в очередной раз поцеловал в нос.
– Собирайтесь. Мне еще нужно кое-что сделать, – пробормотал он, чувствуя, что с большим удовольствием перевел бы их объятия в горизонтальную плоскость. Ласково посмотрев на мужа, Натали вдруг с непостижимой женской логикой заявила:
– А я тесто начала готовить. Хотела пирог испечь.
– Прекрасно! – не растерялся Генри. – Вот там и закончишь. В крайнем случае устроим небольшой совместный ужин.
В этот момент наверху, в одной из детских комнат что-то звучно грохнуло и покатилось. Прислушавшись к этим звукам, Генри многозначительно посмотрел на жену и, разведя руками, проворчал:
– И не спускай с них глаз. Иначе эта банда весь дом разнесет.
– Не удивительно, – пожала плечами Натали, – им есть в кого быть такими. Если мне память не изменяет, их папаша умудрялся разносить целые планеты, – произнесла она с изрядной долей ехидства.
– Сама вредина, – рассмеялся в ответ Генри и стремительно метнулся на второй этаж, в свой кабинет. Вслед ему зазвенел веселый, заразительный смех жены.
Пройдя в дальний угол комнаты, Генри открыл стенную панель, за которой скрывался специально оборудованный чулан. Набрав на цифровом замке код и прижав большой палец к сканеру, он распахнул стальную дверь и вошел в собственный арсенал.
Здесь было все, что только можно было найти на армейских складах. Любое ручное оружие, которое он смог выторговать у генерала, сделавшего самую большую ошибку в своей жизни и запустившего его и Дика в арсенал. Эта психованная парочка умудрилась загрузить яхту так, что бортовой компьютер вынужден был подать сигнал перегрузки. Узнав об этом, генерал схватился за голову и отправился лично проверять состояние складов.
В итоге все гранатометы, наземные зенитные комплексы, лучевые пулеметы и тому подобное тяжелое вооружение было возвращено на склад. После чего генерал вынужден был долго и нудно уговаривать друзей не злиться и не готовиться к полномасштабной войне. Добрые отношения были восстановлены только после того, как он выделил им два десятка штурмовых пистолетов нового образца, из собственных запасов.
Рассовав по карманам восемь энергетических кристаллов к штурмовым пистолетам, Генри принялся вооружаться. Два штурмовика на бедра, лучевик в наплечную кобуру, один кинжал в ножны на плече, нож в ножны сзади на поясе, короткий нож для метания в ботинок. И тяжелый армейский бластер напоследок. Прихватив еще пару кристаллов для лучевика и винтовки, он вышел в комнату и, откинув крышку чемодана комплекса прямой связи с генералом, собрался ввести личный код доступа, когда из коммуникатора, висевшего на шее, прозвучал сигнал вызова. Вставив гарнитуру в ухо, Генри нажал на кнопку ответа.
– Плохие новости, старина, – быстро проговорил Дик, не тратя времени на приветствия. – В порту большая стрельба. Большинство охранников убито, людей уничтожают, как крыс.
– Кто? – спросил Генри так, что даже у говорившего с ним Дика мурашки по коже побежали.
– Ты не поверишь, старина. Это грендалиане.
– Не может быть, – пораженно выдохнул Генри.
– Я и сам не поверил, но начальник охраны успел скинуть мне запись с камеры наблюдения, – устало ответил Дик.
– Перебрось их мне, – быстро приказал Генри, переключая комм на прием данных, одновременно набирая код на комплексе связи.
Генерала он застал на каком-то приеме, в момент, когда тот уверенно флиртовал с какой-то пышной блондинкой. Получив сигнал вызова в самый неподходящий момент, генерал ответил таким тоном, что у кого-то другого уже случился бы инфаркт. Разглядев, от кого поступил сигнал, генерал сменил гнев на милость и сказал уже почти нормальным тоном:
– Ну, ты как всегда вовремя, полковник.
– Радуйтесь, что я не отложил звонок на пару часов, – не остался в долгу Генри. – Если вы стоите, генерал, то вам лучше присесть.
– Что случилось? – тут же насторожился старый вояка, прекрасно понимая, что Генри не стал бы беспокоить его во внеурочное время просто так.
– Космопорт Оливера-три атакован бандой грендалиан, – в нескольких словах доложил Генри, одновременно просматривая полученные от Дика записи.
– Я же говорил, потребление спиртного в компании герда до добра не доведет, – рассмеялся в ответ генерал.
– Я бы хотел, чтобы это оказалось белой горячкой, – без улыбки ответил Генри. – Переключитесь на прием. Я сброшу вам копии записей с камер службы безопасности космопорта.
– Значит, это все-таки не розыгрыш и не пьяная шутка? – растерянно спросил генерал.
– Не припомню, чтобы позволял себе так шутить со старшим по званию, – пожал плечами Генри. – Не мой стиль, генерал.
– Что планируешь делать? – спросил генерал, быстро просматривая записи.
– А что я могу планировать? – пожал плечами Генри. – Сейчас соберу команду и рвану к порту. Попробуем организовать серьезное сопротивление. Хотя, если быть до конца откровенным, с нашими вояками мы можем только попытаться удержать их в порту до подхода наших бойцов. И то не долго.
– А потом? – потребовал продолжения генерал.
– А потом нас просто сомнут и начнут полномасштабный грабеж, со всеми вытекающими, – хмуро ответил Генри. – Что вы сможете сбросить им на головы?
– Батальон морской пехоты через неделю. Это все, что у меня есть в твоем секторе, – ответил генерал, в ужасе взявшись за голову.
– Весело, – усмехнулся Генри. – А наши?
– Самая ближайшая группа будет добираться до вас почти десять дней, – развел руками генерал, судорожно соображая, что можно предпринять в подобной ситуации.
– Готовьте большую панихиду, – коротко резюмировал Генри и, посмотрев в окно, закончил: – На связь я выходить пока не буду. Комплекс за мной таскать некому. Позвоню, как разберусь тут. Если будет кому отсюда звонить, – мрачно закончил он и отключился.
Спустившись вниз, Генри быстро закрыл дом и направился к собравшимся у входа в пещеру обитателям бухты. Все уже были в курсе происходящего и теперь с надеждой смотрели на подходящего к ним Генри. Внутренне поежившись от этих взглядов, Генри обнял жену и, посмотрев на друзей, тихо сказал:
– Дела паршивые. Все, что они могут сделать быстро, это батальон морской пехоты через неделю. Все остальное не раньше, чем через десять дней. Так что придется разбираться самим.
Вздрогнув от былых воспоминаний, Натали растерянно посмотрела на мужа и неожиданно спросила:
– А нельзя их с яхты чем-нибудь шарахнуть?
– Да нее еще добраться надо, – усмехнулся в ответ Генри и, помолчав, приказал: – Зак, Лана, вы в охране. На вас самое дорогое, что у нас есть. И не спорить. Днем от вас толку мало, а ночью посмотрим. Будьте на связи. Из пещеры выходить только в случае крайней необходимости, предварительно проверив периметр сканером. Имейте в виду, у этих тварей метаболизм, как у рептилий. В прохладную погоду и ночью температура тел понижается. В общем, сами разберетесь, не маленькие. И берегите себя, – тихо добавил он, поцеловав жену и детей.
Сталк, растерянно глядевший на его экипировку, неожиданно спросил:
– А если попробовать откупиться от них?
– Не получится, – покачал головой Генри. – Эти звери убивают ради самого процесса, а не ради наживы. У них другая система ценностей.
– Это верно, но золото всегда будет золотом. Если попробовать связаться с их вождями и предложить достаточно много, может сработать, – продолжал настаивать старик.
– Прежде всего им нужны рабы и мясо, – мрачно ответил Генри. – Вождями у них становится не тот, кто имеет больше золота или других человеческих ценностей, а тот, кто сможет убить больше противников. В крайнем случае дольше будет убивать конкурента на трон.
– Разве у них монархия? – пораженно спросил старик.
– Они живут кланами, – пояснил Генри, – каждый клан имеет свою территорию и какое-либо производство. Одни занимаются металлами, другие электричеством, третьи транспортом и так далее. Каждый вождь клана считает себя непревзойденным воином и втайне мечтает о захвате в плен специалистов из другого клана. Но так как все кланы практически равны по численности и количеству бойцов, то им приходится сохранять нейтралитет. В противном случае они давно уже уничтожили бы друг друга.
– Но как такое может быть? – не унимался старик. – Ведь при отсутствии централизованного управления они не могут принять элементарных правил поведения даже при встрече на дороге!
– При встрече на дороге они пытаются убить друг друга, – пожал плечами Генри, – а единственное централизованное управление у них, это большой сбор вождей кланов. Там они и решают все серьезные проблемы, затрагивающие интересы всех кланов. Прошу прощения, Джесси, но нам пора. С вашего разрешения я закончу эту лекцию в следующий раз.
В очередной раз обняв близких, бойцы потянулись к стоянке глидеров.
Бросив быстрый взгляд им вслед, Эндрю смущенно затоптался рядом с Сенди. Ему давно уже нравилась эта колючая, тоненькая девушка с огромными синими глазами.
Обняв на прощание отца, Сенди бросила на парня быстрый взгляд из-под длиннющих ресниц и, чуть улыбнувшись, спросила:
– А ты не торопишься?
– Я… Это… Я тороплюсь, конечно. Я просто хотел сказать… – растерянно начал было Эндрю, но девушка не дала ему собраться с мыслями.
Шагнув поближе к здоровенному десантнику, способному кулаком проломить столешницу, она сделала ему тоненьким пальчиком знак нагнуться и в тот момент, когда парень, решивший, что она хочет ему что-то сказать, подставил ухо, звонко чмокнула его в щеку. Чуть толкнув парня в плечо, она с ехидной улыбкой добавила:
– Иди уже, ухажер. Вот вернешься, тогда и поговорим.
Растерянно погладив нежданно обласканную щеку, Эндрю с глуповатой улыбкой кивнул, развернулся и, закинув на плечо штурмовую винтовку, рысью понесся сладом за остальными.
С улыбкой наблюдавший за этой сценой Дик посмотрел на Генри и, пожав плечами, вздохнул:
– Кажется, пора начинать отваживать ухажеров.
– Только попробуй вмешаться, – сунув ему под нос пудовый кулак, отозвался Генри. – Пусть сами разбираются.
– А если?.. – начал было Дик.
– А вот когда если, тогда и будем решать, – категорично ответил Генри.
– Это моя дочь, – растерянно напомнил Дик.
– Ну, мне она тоже не чужая, – пожал плечами Генри. – Нормальный парень. Что тебя не устраивает? – неожиданно спросил он. – Хотел внуков? Ну, так не лезь, куда не просят, – решительно закончил он, дождавшись короткого кивка друга. – Парню и так нелегко, – продолжил он, глядя на подбегающего Эндрю. – У нашего Ежика и так язык как бритва. А тут еще ты полезешь.
– Это точно, – растерянно вздохнул Дик. – Язык у нее, действительно, как помело. Такого наговорит, что иной раз пришибить хочется.
– Не грусти, старина, – хлопнул его Генри по плечу, – вот вернемся, тогда уж будем думать, что лучше, свадьбу затевать или пьянку для вывода обоих из депрессии. А пока давай о деле думать.
Подбежав к глидеру, Эндрю закинул в салон винтовку и, запрыгнув следом, хлопнул дверцей. Было решено ехать на двух машинах, поддерживая постоянную связь. Так было проще маневрировать, и в случае попадания в одну машину экипаж другой имел возможность прийти на выручку. В первой машине шли Генри и Дик, во второй Алекс и Эндрю.
Подняв машину в воздух, Дик по старой привычке стремительно набрал высоту и, презрев все правила, понесся прямо в сторону космопорта, облетая его по широкой дуге, чтобы зайти со стороны технических служб, где по всем расчетам Генри противников должно было быть очень мало.
Опираясь на опыт прошлых лет, Генри решил, что атакующие первым делом отправятся грабить и захватывать рабов. На языке грендалиан рабы и свежее мясо были синонимами. Мужчины становились рабами, только если они были специалистами в каких-либо областях производства.
Он не ошибся. Высадившись из яхт, нападавшие просто разогнали обслуживающий персонал по щелям, уничтожив всех, кто не успел скрыться, и предприняли попытку прорваться за территорию космопорта. Не растерявшийся начальник охраны сумел организовать людей и, блокировав выходы, удерживал бандитов в порту.
Послав сигнал тревоги по всем каналам связи, он делал все, что мог в данной ситуации. Но силы охраны стремительно таяли. Не имеющие боевого опыта охранники космопорта лупили в белый свет как в копеечку. Нападавшие, пользуясь легкими штурмовыми винтовками, уничтожали их прицельным огнем.
Очень скоро войско охранников было просто ополовинено. Сообразив, что такими темпами бандиты скоро вырвутся на территорию города, начальник охраны в срочном порядке связался с силами планетарной безопасности и, доложив обстановку, в ультимативной форме потребовал помощи.
Примчавшиеся к космопорту полицейские оказались настолько растерянными, что чудом избежали столкновения глидеров у ворот. Кое-как разобравшись с парковкой, полицейские обнажили оружие и вступили в бой.
Но их легкое оружие не могло причинить нападавшим серьезного вреда. Толстая кожа грендалиан и глубокие нервные окончания сводили все усилия полиции на нет. Результаты появились только после того, как кто-то из офицеров додумался перенести огонь с туловищ на головы нападавших.
Посадив глидеры прямо на территории космопорта, группа Генри стремительным броском переместилась под прикрытие ангаров. Окинув быстрым взглядом происходящее на выходе из порта, Генри повернулся к своему маленькому отряду и, глубоко вздохнув, приказал:
– Так, парни. Там особей семьдесят-восемьдесят. Винтовки переключить на полную мощность. Целиться в головы или в середину груди. Попадание в остальные части тела большой пользы не принесут. Только даром потратите энергию. И берегите головы, друзья, – добавил он напоследок, одним прыжком вылетая на открытое пространство и бегом устремляясь к стоящим недалеко от ворот грузовым глидерам.
Нападавшие не сразу сообразили, что по ним ведется огонь со стороны ангаров. Группа успела уничтожить около тридцати особей, когда один из более сообразительных грендалиан удосужился оглянуться и посмотреть, что же все-таки происходит.
Поднять тревогу он не успел. Заметив оглянувшуюся тварь, Алекс одним выстрелом разнес ему башку и, спрятавшись за какой-то лестницей, принялся быстро перезаряжать винтовку. Сменив разрядившийся кристалл, он снова высунулся наружу и еле успел пригнуться. Кто-то из промахнувшихся охранников всадил заряд из лучевика в лестницу, прямо у него над головой.
В этот момент нападавшие прорвали кольцо обороны и с радостными воплями ринулись в рукопашную. Ворвавшись в ряды полиции, грендалиане устроили настоящую бойню. Растерянные охранники и полицейские не решались стрелять, боясь попасть в своих. Это и решило исход схватки.
Когда группа Генри, наконец, добралась до ворот, от кольца обороны остались жалкие ошметки. Нападавшие успели рассредоточиться, и теперь силам безопасности оставалось только пытаться отлавливать их по одному. Злобно пнув попавшийся под ногу лучевик кого-то из погибших охранников, Генри оглянулся и растерянно спросил:
– Что делать будем?
– Их нужно остановить, – запальчиво воскликнул Эндрю.
– Кто бы спорил? – пожал плечами Дик. – Но как теперь это сделать? Пока мы ищем одних, другие успеют натворить бед.
– Разделимся, – предложил Алекс, воинственно потрясая винтовкой.
– Яхты, – неожиданно произнес Дик, глядя на друга.
Сообразив, что он хочет сказать, Генри задумчиво посмотрел на стоящие на посадочных площадках суда и, подумав, решительно произнес:
– Выводим из строя две, самые большие.
– А почему? – начал было Алекс, но Дик перебил его, не дав задать вопрос до конца.
– Загнанная в угол крыса смертельно опасна. Оставив им маленькую яхту, мы заставим их бросить все награбленное и, самое главное, рабов. В саму яхту можно будет пристроить маяк, чтобы знать, откуда они взялись.
Согласно кивнув, Генри вскинул винтовку и рысью помчался к стоящим судам. Бросаясь в атаку, грендалиане не удосужились даже закрыть люки своих судов. Ворвавшись в рубку, десантники несколькими выстрелами уничтожили навигационную консоль и прошлись прикладами по экранам мониторов.
Покончив с самой большой яхтой, они ворвались во вторую и, повторив все операции, выскочили на бетон посадочной площадки. Дик, подключившийся к полицейской волне, сообщил, что силам безопасности удалось блокировать большую группу пиратов в ближайшем от космопорта казино и теперь они истошно вопят, требуя помощи.
Оскал Генри, который по замыслу его создателя должен был означать усмешку, ясно объяснил Дику их дальнейшие действия. Запрыгнув в ближайший полицейский глидер, друзья понеслись к указанному казино. За штурвалом, как всегда в таких случаях, оказался Дик, лучше всех знавший планету, город и все игровые заведения в нем.
Не обращая внимания на истеричные сигналы женщины-полицейского, безуспешно пытавшейся навести хоть какое-то подобие порядка у стоянки казино, Дик заложил сумасшедший вираж и стремительно посадил глидер у самого входа. Не дожидаясь, пока стойки машины коснутся асфальта, бойцы распахнули двери и бегом кинулись к беспорядочно палившим в распахнутые двери полицейским.
Рассвирепевший до умопомрачения Генри с ходу ворвался в холл и, вертясь волчком, принялся поливать все вокруг огнем из штурмовой винтовки. Бывшие десантники поддержали его огнем, не давая противнику высунуться. Разрядив кристалл винтовки, Генри отбросил ее к выходу и взялся за пистолеты.
Сгустки раскаленной плазмы прожигали резную пластиковую балюстраду балконов, сметая прятавшихся за ними бандитов. Постоянно перемещаясь и совершая неимоверные прыжки, Генри умудрялся при этом поражать намеченные цели. Любой грендалианин, хоть раз рискнувший высунуться из своего укрытия, тут же был уничтожен.
Уловив, что ответный огонь заметно ослаб, десантники ринулись вперед, прикрывая своего командира плотным огнем и давая ему найти укрытие, чтобы перевести дух. Следом за ними кинулись набравшиеся, наконец, храбрости полицейские.
Упав за перевернутый старинный рояль, Генри быстро осмотрелся и заметил Дика, ведущего прицельный огонь по засевшим на самом верхнем балконе казино бандитам. Неподалеку от него валялась винтовка Генри. Окликнув приятеля, Генри ткнул пальцем в свое оружие. Сообразив, чего он хочет, Дик вскинул оружие и принялся поливать балкон беспрерывным огнем.
Воспользовавшись его прикрытием, Генри метнулся через холл и, подхватив винтовку, закатился за лестницу. Выбросив использованный кристалл, он перезарядил оружие и присоединился к своим бойцам. Снайперская стрельба трех десантников быстро свела сопротивление бандитов к нулю.
Оставшиеся в живых трое грендалиан, израсходовав всю энергию своих винтовок, были вынуждены сдаться. Понимая, что сцепиться с полицией врукопашную им не дадут, они бросили оружие и покорно улеглись на пол, заложив руки за головы. Прижав стволы винтовок к затылкам бандитов, полицейские надели на них наручники и, ухватив за локти, поволокли в ближайшую тюрьму.
Устало переведя дух, Генри опустил винтовку и, присев на ступени, нашел взглядом Дика.
– Что там еще на очереди? – спросил он хриплым от пережитого напряжения голосом.
Переключившись на полицейскую волну, Дик быстро прослушал сообщения и удивленно развел руками.
– Ничего не понимаю. Везде тишина и благолепие. Они словно вымерли.
– Прикажи быстро пересчитать убитых. Мы не могли уничтожить всех, – быстро отозвался Генри, поднимаясь на ноги.
Стремительно развернувшись, Дик кубарем бросился вниз, искать старшего в этом бедламе. Сообразив, кто перед ним и чего требует, полковник полицейского спецназа отдал приказ, и офицеры принялись вытаскивать на улицу трупы, укладывая их в ряд и готовя к вывозу.
Наконец, пересчитав погибших бандитов, полковник доложил, что всего в казино было уничтожено пятьдесят семь бандитов. Пятнадцать из них погибли от винтовок полицейских, остальные были на совести десантников.
Вышедший из казино Генри, услышав от Дика доклад о потерях бандитов, начал быстро производить подсчеты:
– Штук десять в порту положили, пятьдесят семь здесь, трое арестованы. Итого шестьдесят. Где остальные?
– Какие остальные? – растерянно переспросил подошедший к друзьям полковник.
– Еще как минимум десять голов где-то хулиганят, – мрачно пояснил Дик, не сводя встревоженного взгляда с приятеля.
– Объявить всепланетный поиск, – приказал Генри полковнику, – проверять все поступающие данные. Собирай ребят, – повернулся он к Дику, – возвращаемся.
Коротко кивнув, Дик вызвал по коммуникатору десантников и, встретив их у входа, бегом повел к сидящему за штурвалом полицейского глидера Генри. Стоявший у машины полицейский, видевший, на что способен этот человек, растерянно пытался выяснить у бывшего спецназовца, зачем он залез в полицейскую машину и что собирается делать.
Дождавшись, когда его группа рассядется по местам, Генри запустил двигатель и, рявкнув полицейскому: «Отвали!», – стремительно поднял машину в воздух. Мрачно посмотрев вслед улетевшей команде, полицейский махнул рукой и, выругавшись, отправился разгонять осмелевших зевак, вылезших посмотреть на последствия этого вестерна.
Плюнув на все правила, Генри выжимал из машины все возможное, с головокружительной скоростью несясь в сторону бухты. Уже на подлете он попросил Эндрю перезарядить его винтовку, напряженно всматриваясь в открывшийся пейзаж.
Выглянув в окно, Дик вздрогнул и втянул воздух сквозь стиснутые зубы. Ни секунды не раздумывая, Генри посадил машину прямо перед входом в пещеру Зака. Выскочив из машины, бойцы моментально рассыпались, блокируя выход. Но воевать уже было не с кем.
Обведя растерянным взглядом побоище на пороге пещеры, Генри закинул винтовку за спину и шагнул ко входу. Неожиданно из груды лежащих на пороге тел послышался тихий басовитый стон.
– Зак! – воскликнул Генри, бросаясь разбирать завал.
Оттащив в сторону с дюжину трупов, друзья добрались до тяжело раненного гиганта. Вчетвером, надсаживаясь и шипя сквозь зубы, они вытащили его на свет и принялись осматривать раны. Достав из полицейского глидера аптечку первой помощи, Алекс поднес ее к груди раненого. Пискнув несколько раз, компьютер затребовал личные данные раненого. Введя в него расу Зака, Алекс сделал еще одну попытку.
На этот раз из рабочей части аптечки выдвинулось сразу четыре иглы. Введя раненому какие-то препараты, компьютер снова пискнул и выдал сообщение, что пострадавший нуждается в срочной госпитализации с помещением его в реанимационный танк.
– Грузим его в глидер, – приказал Генри.
После долгих мучений им удалось погрузить бесчувственное тело в машину, и Дик, прыгнув за штурвал, понесся в сторону лучшего планетарного госпиталя. Если кто и мог заставить местных эскулапов шевелиться, так это только он.
Мрачно посмотрев на оставшихся бойцов, Генри шагнул в пещеру. В двух последующих залах они нашли только кровь и опаленные выстрелами стены. В следующем зале, на полу, у стены лежала Лана. Присев рядом с телом, Генри осторожно перевернул женщину на спину и принялся искать раны.
Не найдя ничего, что могло бы указать ему на ранение сослуживицы, Генри аккуратно ощупал ее шею и голову. Когда пальцы десантника коснулись макушки, Лана вздрогнула и тихо застонала. Отдернув руку, Генри увидел на пальцах кровь и, осторожно раздвинув густые, спекшиеся от крови волосы, принялся рассматривать рану.
– Жива. Контузия, – коротко проинформировал он стоящих рядом парней и попросил принести воды.
Кинувшись на кухню, Алекс быстро набрал воды в первую попавшуюся под руку кружку, и бегом вернулся обратно. Смочив найденное тут же полотенце, Генри приложил его к голове Ланы. Тихо застонав, женщина открыла глаза и, посмотрев на Генри еще расфокусированным взглядом, попыталась что-то сказать.
– Молчи. Тебе пока лучше помолчать. Попозже все скажешь, – быстро проговорил Генри, поднося кружку к губам Ланы.
Из соседнего зала послышались быстрые шаги, и к Генри подошел Эндрю.
– Командир, там какая-то стальная дверь, без ручек и замка. Но за ней кто-то есть, – взволнованно доложил он.
Одним движением вскочив на ноги, Генри метнулся в указанную комнату. Подойдя к двери, он приложил к ней ухо и прислушался. Затем, отступив в сторону и положив руки на рукояти пистолетов, громко окликнул:
– Джесси, Грег, Линда! Откройте, это я, Генри!
– Папа! – раздался радостный детский крик, и за дверью загремело что-то железное.
– Папа, папа! – радостно кричали малыши, пулей вылетая из распахнутых дверей. Это было бы радостно и умилительно, если бы юный Грег и старик Сталк не сжимали в руках лучевые пистолеты.
– Генри! Наконец-то! – облегченно выдохнул старик, откладывая в сторону пистолет.
– Где Натали и Сенди? – спросил Генри, прижимая детей к груди. Он даже не подумал отобрать оружие у Грега.
– Как? Разве они не с вами? В смысле не здесь? – растерянно спросил старик.
– Что здесь произошло? – тихо спросил Генри упавшим голосом.
– Я могу рассказать только то, что видел, пока не началась пальба, – устало отозвался старик, проводя по лицу старческой подрагивающей рукой.
– Говорите, – тихо попросил Генри.
– На пляж сели четыре глидера. Из них выскочили эти твари и два человека. Руководили, кажется, люди. Они сначала бросились в дома, но, никого не найдя, бросились сюда.
– То есть они не искали пещеру, а именно шли к ней? – разом насторожился Генри.
– Да. Они точно знали, где расположен вход, – кивнул головой старик.
– Хорошо, давайте дальше, – попросил Генри.
– А вот дальше я могу только догадываться, – грустно пожал плечами Сталк. – Ваш Зак отвел нас в этот чулан и показал, как правильно запереться. Кажется, там у него целый арсенал. Мы с малышом вооружились и приготовились достойно встретить их на пороге.
– Что еще вы слышали? – не отставал от него Генри.
– Оставь его в покое, – услышал он надтреснутый голос, обернувшись, увидел стоящую в дверях Лану. – Я сама расскажу, – добавила она, болезненно сморщившись.
– Присядь, – тихо ответил Генри, и дождавшись, когда она выполнит указание, спросил: – Что тут было?
– Прости нас, брат, – вдруг проговорила Лана со слезами на глазах, – прости. Мы сделали все, что могли. Но их было слишком много для нас двоих.
– Говори, – произнес Генри таким тоном, что вздрогнули даже прижимавшиеся к Лане дети.
– Зак встретил их у входа. Мы отстреливались, прикрывая друг друга, пока не иссякли кристаллы. Потом они пошли врукопашную. Зак отправил меня и девочек в ту комнату, а сам попытался остановить их. Когда они прорвались, в драку вступила я. Четверых я успела порвать голыми руками, но потом меня стукнули по голове, и я упала. Помню только, что люди ругались, что из-за двух сучек пришлось положить столько здоровых бойцов.
– Ты точно помнишь, что они говорили именно это?
– Да. Их связали и потащили на пляж. Больше я ничего не помню. Один из этих зверей несколько раз ударил меня по голове прикладом. Если бы не прочность костей, мои мозги сейчас украшали бы стены. Но, впрочем, это теперь неважно. Зак погиб, – проговорила она, вытирая слезы.
– Зак жив, – устало отозвался Генри. – Дик повез его в госпиталь. Он тяжело ранен, но жив. Почему они остались с вами? – неожиданно спросил он.
– Девочки неплохо стреляют и могли помочь нам в обороне, – пожала плечами Лана, – а потом спорить с ними у меня просто не было времени.
– Сколько раз можно повторять, что упрямство до добра не доводит, – вздохнул Генри, усаживаясь прямо на пол.
– Прости, брат, – в очередной раз извинилась Лана.
– Не надо, девочка. Ты сделала все, что могла. И Зак тоже, – покачал головой Генри.
– Что вы собираетесь делать? – тихо спросил старик.
– Мчаться в космодром и взлетать куда ни попадя нет смысла. Мы потеряли слишком много времени. Уйти они могут только на маленькой яхте. Мы успели приладить к ней маяк. Сейчас вернется Дик, и мы постараемся обнаружить их местоположение в космосе. Остается только дождаться, когда они прибудут на место, и попробовать достать их оттуда.
– А почему вы не хотите догнать их яхту? – не понял старик.
– В случае опасности их могут убить. Грендалеане и так слишком злы. Этот поход не принес им ни славы, ни рабов. Только потери.
– Что еще вы можете сделать? – не отставал от него Сталк.
– Пока не знаю. Мне нужно знать конечную точку их полета, тогда можно будет что-то планировать. А пока я могу только связаться с генералом и попросить у него кое-какое оборудование.
– Генри. Смело тратьте любые деньги, покупайте все, что угодно, только верните ее, – срывающимся голосом проговорил старик.
– Джесси, это не только ваша внучка, но и моя жена, – ответил Генри, медленно поднимаясь на ноги. – Сейчас нам нужно набраться терпения и приготовиться к решительным спорам с чиновниками самых разных рангов.
– Как вас понимать, Генри? Вы считаете, что генерал позволит себе отказать нам в помощи? – возмущенно вскинулся старик.
– Генерал не всесилен. Над ним куча приказов, распоряжений, циркуляров. И именно эту стену придется прошибать вам, старина. Эта цитадель не для меня. Дети, останьтесь с Ланой, – добавил он, выходя из пещеры.
Сталк, сменивший свою любимую каталку на гравитационную площадку, которую ему великодушно подарила Сенди, решительно направился следом за ним. Подойдя к дому, Генри мрачно скрипнул зубами, увидев выбитые двери и осколки разбитого стекла.
Поднявшись в свой кабинет, Генри достал из арсенала комплекс связи и, набрав нужный код, переключил компьютер на громкую связь. Дождавшись ответа, он мрачно посмотрел на генерала и вздохнул, не зная, с чего начать.
– Что там? – спросил генерал, напряженно вглядываясь в Генри.
– Мы отбились, – коротко ответил он.
– Ну, слава богу! – истово перекрестился генерал. – Потери большие?
– Не знаю.
– Да что случилось-то?! Ну, не тяни ты кота за хвост! – не удержался генерал.
– Натали и Сенди похищены. Зак тяжело ранен, Лана контужена, – медленно перечислил Генри.
– А дети? – быстро спросил генерал.
– С ними все в порядке, – кивнул Генри.
– Дружище! Мне очень жаль, – искренне произнес генерал и тут же насторожился. – Что собираешься делать?
– Если их повезли туда, куда я думаю, мне потребуется ваша помощь, – ответил Генри.
– Что ты имеешь в виду?
– Мне нужны будут наши тяжелые скафандры. Максимум три, минимум один.
– Прости, старина, но я не могу отдать их, – тихо ответил генерал, пряча глаза.
– Генерал, сколько стоят эти скафандры? – вступил в игру Сталк.
– Дело не в деньгах, мистер Сталк. Вы же знаете, я всегда готов пойти вам навстречу, не говоря уже о моем офицере, но я просто не имею права это сделать.
– Почему? Что вам мешает? – решительно спросил Сталк.
– Решение совета лиги. Это оборудование может быть использовано только в случае высадки группы на неисследованную планету или объявления войны. Во всех остальных случаях используются легкие скафандры.
– Спишите их, генерал, – неожиданно улыбнулся Сталк, – спишите как пришедшие в негодность, устаревшие, как угодно. Я переведу стоимость нового оборудования на счет вашего подразделения, и вы совершенно официально приобретете новые скафандры.
– Это может сработать, только если не будет официальной проверки комиссии лиги. В этом случае я закончу свою службу на Геенне и не в качестве офицера, а в качестве поселенца, – грустно улыбнулся генерал.
– Если провернуть все быстро, то количество скафандров не изменится, – продолжал настаивать Сталк.
– Мы обязаны передавать списанное оборудование на завод и получать от них уведомление о получении.
– Кому принадлежит этот завод?
– Члену совета лиги, лорду Моргану.
– Старый пират еще жив? – удивленно присвистнул старик.
– Глядя на вас, у меня складывается впечатление, что вы оба вечны, – усмехнулся генерал.
– Если я улажу вопрос о списании с Морганом, вы нам поможете? – усмехнулся Сталк в ответ.
– С удовольствием, – кивнул в ответ генерал.
– Что вам еще нужно, Генри? – повернулся к нему Сталк.
– Установить на мою яхту систему бомбометания и еще одну лазерную спарку.
– С ума сошел?! – схватился за голову генерал. – Ты собираешься уничтожить саму планету?
– Я не прошу ядерных зарядов. Только десяток вакуумных бомб, – пожал плечами Генри.
– Что ты задумал, парень? – растерянно спросил генерал.
– Я заставлю их вернуть девочек, иначе просто выжгу эту вонючую планетку дотла, – ответил Генри таким тоном, что даже отлично знавший его генерал шарахнулся от экрана.
– Хорошо. Если мистер Сталк обеспечит мне прикрытие, я все сделаю, – тихо произнес генерал, глядя в глаза экс-капитану. – Делай, что решил, дружище.
– Спасибо, генерал, – также тихо ответил Генри.
– Надеюсь, когда меня с треском выгонят со службы, ты позволишь мне поработать у тебя дворецким, – грустно пошутил генерал.
– Когда вы уйдете в отставку, я с радостью поселю вас в своей бухте, в доме, который будет построен по вашему проекту, – решительно ответил Генри.
Удивленно посмотрев на него, генерал кивнул и отключил связь.
– Что будем делать? – вопросительно посмотрел на Генри старик.
– Сейчас переговорим с парнями и отправляемся на Терру. Там вы будете улаживать вопросы с лордом Морганом, а я ходить за вами следом и ждать вашей команды.
Прихватив со стола комплекс связи, Генри решительно направился на пляж. У входа в пещеру его встретил Дик, замерший у кромки воды с потерянным видом. Подойдя к другу, Генри положил руку ему на плечо и, сжав пальцы, тихо сказал:
– Еще ничего не кончено, друг.
– Она же еще ребенок, – тихо всхлипнул Дик.
– Я знаю, друг. Но они вместе, а значит, они справятся. Еще не родился человек, который переупрямит наших девчонок.
– Именно этого я и боюсь, – покачал головой Дик.
– Пошли в пещеру, нужно переговорить со всеми, – подтолкнул его Генри.
Друзья вошли в пещеру. Обведя собравшихся взглядом, Генри поставил чемодан на пол и, вздохнув, заговорил:
– Значит так, друзья. Из того, что мы знаем, девочек повезли на Грендаль. То, что эта планета под эдиктом, и посадка на нее запрещена, знают все. Но скажу откровенно, мне глубоко наплевать на всю политику, вместе взятую. Это моя жена и дочь моего друга. Я отправляюсь туда. Генерал Ванколлен обещал помочь нам с необходимым оборудованием. Скажу сразу. Этот рейд будет смертельно опасным. Поэтому со мной пойдут только добровольцы. Мы давно уже не в армии, и я не могу приказывать вам. Я могу только просить. Тот, кто согласится, получит мою вечную благодарность. Если кто-то откажется, я пойму. По большому счету это дело касается только меня и Дика.
– Капитан, вы нас обидеть хотите? – неожиданно набычился Алекс. – Да если бы не вы, я до сих пор гнил бы где-нибудь в казарме, на самых задворках лиги. Я с вами, и это не оговаривается, – решительно закончил он, закинув винтовку на плечо.
– Он прав, капитан. От себя я могу только добавить, что Сенди мне давно нравится, и сделаю все, чтобы заслужить если не любовь, то хотя бы ее уважение, – поднялся со своего места Эндрю.
– Дай мне пару дней отлежаться, брат, и я полечу с тобой, – подала голос Лана.
– А дети? – задумчиво спросил ее Генри.
– Детей оставим одной моей знакомой, – отозвался Алекс. – Она работала барменом в казино, где была перестрелка. Думаю, после того погрома, что эти твари там устроили, она осталась без работы. Хорошая девушка из большой семьи. Сама мечтает иметь кучу детей, но все упирается в деньги.
– Этот вопрос я решу сразу после возвращения. Немедленно свяжитесь с ней, – решительно произнес старик. – Если до моего возвращения с детьми все будет в порядке, я обеспечу ее и ее внуков. Пусть берет такси и немедленно приезжает сюда. Дорогу я оплачу в любом случае.
Достав коммуникатор, Алекс вышел из пещеры. Повернувшись к Дику, Генри задумчиво произнес:
– Пожалуй, не стоит увозить детей отсюда. Проще блокировать бухту катерами береговой охраны, а на въезде поставить пост полиции. Вызови ребят из охраны корпорации. Пусть подежурят в домах, пока нас не будет.
Молча кивнув, Дик тоже вышел из пещеры. Повернувшись к Лане, Генри присел на комплекс связи и, посмотрев на нее, тихо спросил:
– Ты уверена, что хочешь лететь, сестра?
– Я слишком многое тебе задолжала, брат, – тихо ответила женщина, – ты спас мне жизнь, там, на астероиде, ты вытащил меня из дерьма, взяв на себя мою вину, ты подарил мне семью, а я не смогла уберечь от беды твою жену. Я должна лететь.
– Ты ничего мне не должна, сестра. Я делал это, ничего не требуя от тебя. Просто потому, что считал это правильным. Между нами нет долгов.
– Я лечу, брат. И не спорь со мной, – решительно ответила Лана, скривившись от головной боли.
– А твоя голова? – попытался сделать еще одну попытку Генри.
– А моя пустая башка заживет через пару дней. Череп цел, а шкуру залижем, – усмехнулась Лана в ответ. – Меня моя грива спасла. Половина ударов на нее пришлась.
– Похоже, у тебя сотрясение, – проворчал, улыбнувшись Генри.
– Брат, я же сказала, башка у меня пустая и сотрясаться там нечему.
– С чего вдруг такая самокритика? – не удержался Генри.
– Была бы умная, запихнула бы этих упрямых ослиц в арсенал силой, и все было бы в порядке. Так нет, взыграла женская солидарность. Дура пустоголовая, – от души выругалась Лана.
– Перестань себя корить, – вздохнул в ответ Генри, – теперь уже поздно волосы рвать. Что случилось, то случилось.
– Ты и правда не сердишься, брат? – с надеждой спросила Лана.
– Если честно, то хотел тебе сначала врезать от души, но потом понял, что у тебя просто не было времени их убеждать, – признался Генри.
– Я же говорю, дура я пустоголовая. Нет бы запихнуть их в арсенал и сказать, чтобы детей защищали, а я решила, мол, девочки хотят показать своим мужчинам, что и они не пальцем деланы, – честно призналась Лана.
– Вот кого я действительно бы от души выдрал, так это их, – грустно усмехнулся Генри. – За глупую браваду и тупое упрямство.
– Надеюсь, у тебя будет такой шанс, – бледно улыбнулась Лана. – А меня можешь выпороть прямо сейчас.
– Тебя-то за что? – удивился Генри.
– За глупую дурь, – коротко ответил она.
– Перестань, – отмахнулся Генри. – С тобой пусть твой мужик разбирается. А то еще зашибешь ненароком, – добавил он с усмешкой.
– Спасибо, брат. Спасибо, что зла не держишь.
– Перестань. Я знаю, что ты свою ошибку исправишь, сестра. И больше об этом не говорим.
У входа раздались шаги, и в комнату вошли Дик, Алекс и молодая смуглая девушка лет двадцати пяти. Генри с одного взгляда заметил иссиня-черные волосы, полные губы, мягкий овал лица, огромные карие глаза и нежную оливковую кожу. Латинский тип, с примесью еще какой-то крови, решил про себя Генри, медленно поднимаясь на ноги.
Притихшая детвора с интересом уставилась на девушку.
– Знакомьтесь, командир, это Анна, – представил подругу Алекс.
– Вообще-то меня зовут Марианна, но я предпочитаю укороченный вариант, – улыбнулась девушка, сверкнув милыми ямочками на щеках.
– Генри, – коротко представился экс-капитан, осторожно пожимая маленькую ладошку. – Эта банда малолетних сорванцов срочно нуждается в хорошем пригляде, – указал он на сбившихся в кучку детей. – Это Грег, это Линда, а эти просто по номерам. Первый, второй и третий.
– А почему по номерам? – растерялась Анна.
– Мы герды, – пояснила Лана, – у нас половая принадлежность детей определяется только после пяти лет. Тогда и даются имена.
– То есть сейчас… – начала Анна.
– То есть сейчас они еще бесполые, – утвердительно кивнула женщина.
– А чем их кормить? – забеспокоилась девушка.
– Это не проблема. Мы едим то же, что и вы, – улыбнулась Лана, – вообще, различий у нас не так и много, даже состав крови почти идентичен. Только не вздумайте с ними бороться или пытаться применить силу. Могут покалечить.
– Я вообще не признаю применение силы к детям, – чуть обиженно пожала плечами Анна.
– Не обижайтесь, – улыбнулась Лана, – просто они еще не умеют правильно рассчитывать свои силы, и действительно могут вас покалечить. Чтобы это правильно понять, просто внимательно посмотрите на меня, – сказала она, медленно поднимаясь во весь рост.
От удивления глаза и рот Анны превратились в три ровных кружочка. С улыбкой посмотрев на ее реакцию, Генри сделал Лане знак сесть на место и чуть тронул девушку за плечо, привлекая ее внимание.
– Что вы хотите за свою работу? – спросил он, переводя дело на финансовые рельсы.
– Я даже не знаю, – растерянно пожала плечами девушка, – дело в том, что сегодня вы, сами того не зная, спасли мне жизнь.
– Как это? – растерялся Генри.
– Я была в баре, когда начался весь этот кошмар. Один из бандитов схватил меня и попытался прикрыться, когда вы ворвались в казино. Не знаю, как это у вас получилось, но вы отстрелили ему башку уже через две секунды. Я даже толком испугаться не успела. До меня только потом дошло, что было бы, промахнись вы всего на пару сантиметров. Так что теперь я даже не знаю, как мне быть. Тем более что меня попросил помочь Алекс. Решайте сами. Думаю, так будет правильно, – снова улыбнулась девушка.
– Хорошо, – вздохнув, ответил Генри, – я поставлю вопрос по-другому. У вас есть мечта? Есть что-то, чего вам очень хочется?
– Есть, – застенчиво кивнула Анна. – Я мечтаю иметь свой бар, где-нибудь на белом пляже.
– Отлично! – радостно потер руки неугомонный Сталк. – Если к моему возвращению с детьми все будет в полном порядке, вы получите свой бар. В любой точке, которую сами и укажете. Это моя планета, и этот вопрос я решу, даже не вылезая из постели.
– Мистер Сталк!? – растерянно воскликнула девушка, наконец узнав старика, не веря своим ушам.
– Он самый, деточка. А это мои правнуки. Сами понимаете, если с ними что-то случится, я буду вынужден принять самые крутые меры. Но если все будет в порядке, я гарантирую вам исполнение вашей мечты.
– Для начала заберите у них оружие, – попросила Анна.
– Грег, сдай оружие, – коротко скомандовал Генри.
Подойдя к отцу, малыш нехотя отдал пистолет.
– И учебный тоже, – не унимался Генри.
Тяжело вздохнув, Грег достал из-за спины лучевик, из которого учился стрелять на пляже.
– И запасной кристалл, – продолжил Генри, заметив оттопырившийся карман.
– Как ты узнал? – пораженно уставился на отца сорванец.
– Малыш, ты мой сын, а значит, мне нужно просто вспомнить, что я делал в таких случаях, – усмехнулся в ответ Генри, целуя сына и подзывая к себе дочь. – А вы, юная мисс, не желаете разоружиться? – спросил он, пряча довольную ухмылку.
Тяжело вздохнув, Линда покорно сдала свой учебный лучевик и вложила в ладонь отца очередной запасной кристалл, который они с братом свистнули из арсенала Зака.
– Ну, кажется все, – с улыбкой сказал Генри, передавая оружие Лане. – Хотя, Джесси, мне придется вас немного побеспокоить, – сказал он, подходя к креслу старика.
Удивленно посмотрев на него, старик покорно откинул плед, покрывавший его колени. Присев перед площадкой на корточки, Генри заглянул под кресло старика и, удовлетворенно кивнув, достал оттуда штурмовой пистолет. Качнув тяжелое оружие в руке, он вопросительно посмотрел на своих отпрысков и перевел взгляд на потупившихся крепышей Ланы.
– Так, бандиты, признавайтесь, чья работа? – строго произнес он, еле сдерживая смех.
– Моя, – угрюмо пробурчал первый.
– Зачем тебе такое тяжелое оружие? – не удержался старик.
– Это для них оно тяжелое, – мотнул кудлатой головой ребенок, указывая на детей Генри – а мне как раз по руке. Отдача только сильная, а так то, что нужно.
– Нахватался от отца, паршивец, – проворчала Лана, пряча довольную улыбку.
– Ну, что скажете, Анна? Справитесь с этой группой малолетних экстремистов? – с улыбкой спросил Генри.
– Нормальные дети, – улыбнулась в ответ девушка, – нас у мамы девятеро. Я вторая по счету от начала. Так что мне не привыкать с детьми управляться. Только что мне на работе сказать?
– Сейчас решим, – кивнул головой Дик, включая коммуникатор.
Быстро переговорив с кем-то, он отключился и, повернувшись к девушке, начал объяснять:
– От вас требуется только постоянная забота о детях. Вас будут охранять круглосуточно. Все, что вам потребуется, вы просто заказываете охране, и больше вас это не заботит. Парни из корпорации будут во всех домах на этом пляже. Можете смело обращаться к любому. Вам придется остаться здесь. Герды плохо переносят яркий солнечный свет. Можете смело выводить их на пляж, но старайтесь держаться в тени деревьев. Я вызвал бригаду уборщиков, они наведут здесь порядок. Одежда Грега и Линды в доме. Можете смело входить и брать все, что будет необходимо. Шкафы гердов вам покажет сама хозяйка. Если что-то непонятно, спрашивайте. Не нашли или не знаете, как использовать, отправляйте охрану за тем, что нужно. Людей я предупредил, они сделают все, как надо.
– А если я захочу икры и шампанского для себя? – лукаво улыбнувшись, спросила девушка.
– Если это не помешает вашей работе, получите, – коротко ответил за Дика сам Сталк.
Сообразив, что он не шутит, Анна удивленно ахнула и залилась густым румянцем.
– Простите, мистер Сталк. Я просто пошутила, – испуганно пролепетала она.
– Зато я абсолютно серьезен, девочка. Главное для меня это мои правнуки. Все остальное не имеет никакого значения. Хотите икры и шампанского, получите, хотите бар, он у вас будет, хотите глидер самой престижной модели, вам его пригонят. Только сделайте свое дело, – решительно рубанул воздух ладонью старик.
– Я все сделаю, мистер Сталк, обещаю, – очень серьезно произнесла Анна.
– Очень надеюсь на это, – ответил старик и выехал из пещеры.
– Пошли собираться, – подвел итог Генри.
Бойцы вышли из пещеры и разошлись по домам, готовиться к долгому походу.

* * *

Собрать и уложить все необходимое, вооружиться и приготовиться к долгой дороге заняло у бывших бойцов не много времени. Уже через полчаса они снова собрались на пляже. К тому времени бухта уже была полностью блокирована, а по пляжу рассредоточились две дюжины охранников из корпорации. В очередной раз объяснив им задачу, Дик назначил старших смен и подошел к стоящим в стороне спецназовцам.
– Порядок. Парни поняли, что от них требуется, думаю, пару недель ребятишки проживут без проблем.
– Нам только до Терры добираться почти неделю, – отозвался Генри.
– Это если по трассе, – кивнул Дик, – мы пойдем напрямую. Есть у меня кое-какие наработки.
– Это здорово, – ответил Генри, задумчивым взглядом посмотрев на приближающегося старика. – Меня старик беспокоит. Он может не выдержать перегрузок.
– Взлетим на двух жэ, а потом начнем наращивать скорость, – пожал плечами Дик, – времени немного потеряем.
Генри задумчиво кивнул, внимательно наблюдая за стариком. Подогнав свою площадку к стоящим, Сталк обвел их внимательным, острым взглядом и коротко проинформировал:
– Я готов.
– А ваши вещи? – не понял Генри.
– Все, что мне нужно, здесь, – похлопал старик по стоящему под креслом комплексу жизнеобеспечения. – Это и врач, и нянька, и аптека. Все остальное есть в доме на Терре. В крайнем случае куплю.
– Но вы даже не переоделись, – растерянно проговорил Дик.
– Мне в этом очень удобно, а остальное не важно, – махнул рукой старик. – Не на светский прием едем. Успею еще и переодеться и лоск навести.
– Ну, раз вы готовы, тогда в путь, – кивнул головой Генри, пряча довольную усмешку.
Старик Сталк всегда напоминал ему старого бойцового пса. Спокойного, умного, уверенного в своих силах и знающего, как и каким приемом можно победить более молодого, сильного, но слишком самонадеянного противника. А самое главное, всегда умеющего найти в себе силы встряхнуться и, поднявшись после очередной неудачи, надрать уши кому угодно.
После рождения правнуков старик словно помолодел. Он часами не отходил от их кроваток, тихо напевая им что-то и осторожно баюкая. Он целыми днями возился и играл с ними на пляже, придумывая все новые игры и с удовольствием участвуя в старых.
Бойцы загрузились в огромный глидер Зака. За штурвал этого монстра сел Дик, знавший все изменения, внесенные гердом в систему управления машины. Подняв машину в воздух, он уверенно повел ее в сторону космопорта. Время у них было.
Теперь, сопоставив факты, Генри мог с уверенностью сказать, что вся эта акция являлась не просто пробой сил. У нее было сразу две цели. Пощупать силы безопасности лиги на прочность и захватить его семью и его самого. Кто именно мечтал об этом, Генри знал слишком хорошо.
Достав из своего старого ранца армейскую аптечку, Генри посмотрел на страдальчески морщащуюся Лану и негромко сказал:
– Нагнись, посмотрю, что там у тебя.
– Да ничего особенного, – попыталась отмахнуться та.
– Нагнись, говорю, – рыкнул на нее Генри.
Покорно наклонившись, Лана попыталась в очередной раз отговориться.
– Командир, не пляши с валерьянкой. Мало у меня отметин на шкуре?
– Нашла чем хвастаться, курица, – беззлобно проворчал Генри, ловко обрабатывая рану, – ложись давай, тут несколько швов наложить нужно, а то зарастет неровно, и будет шкура как рог торчать.
– Вечно ты меня латаешь, брат, – грустно усмехнулась Лана, осторожно устраиваясь на сиденье и опуская голову ему на колени.
– Да уж, – усмехнулся в ответ Генри, – тебя, сестра, я латал больше всех своих подчиненных.
Обработав рану антисептиком, Генри ловко наложил швы и, вколов ей болеутоляющее, отложил аптечку. Лана попыталась было подняться, но он легонько придавил ее плечо, тихо проговорив:
– Полежи, пусть подсохнет.
Устало вздохнув, Лана снова опустила голову и прикрыла глаза, пытаясь расслабиться. С интересом наблюдавший за ними Сталк не удержался от вопроса.
– Простите, Генри, но, глядя на вас, я не могу не спросить. Вы случайно, не…
– Хотите знать, не любовники ли мы, – улыбнулась Лана, не открывая глаз. – Нет. Это невозможно. В этом плане между нашими расами слишком большая разница.
– Джесси, а вам не кажется, что существа, называющие друг друга братом и сестрой, не могут быть любовниками? – спросил Генри с жесткой улыбкой. – Это по меньшей мере отдает извращением.
– Кажется, я вас обидел. Простите, Генри. Просто глядя на то, как вы друг к другу относитесь, возникают именно такие мысли, – смущенно пробормотал Сталк.
– У гердов принято очень теплое отношение к близким родственникам и членам клана, – с усмешкой пояснила Лана.
– Да, но ведь он человек?! – растерянно ответил старик.
– Он мой кровный брат, – ответила женщина, устраиваясь поудобнее.
– Но как такое может быть? – не унимался Сталк.
– В драке всякое бывает, – пожал плечами Генри.
– Генри, расскажите, иначе я просто умру от любопытства, – искренне взмолился старик.
Усмехнувшись в ответ, Генри осторожно погладил Лану по голове и заговорил:
– Это случилось на астероиде, в поясе Стального Льва. Чтобы понять, как группа гердов оказалась в рядах спецназа, вам придется выслушать все с самого начала. Дело в том, что планета Герда была очень суровым миром. Повышенное тяготение в четыре жэ, сплошные скалы и песок, глубокое залегание воды и напоследок постоянные ураганные ветра, несущие огромные массы песка. За три минуты такой ветерок мог ободрать всю краску с вашей яхты.
Поэтому герды были вынуждены адаптироваться к жизни под землей. Такие условия привели к тому, что любой, даже очень маленький герд с легкостью может определить плотность, структуру и даже породу камня. Они прирожденные горняки. Проводя разработку редкоземельных руд, они успешно торговали с лигой и считались самыми дружелюбными существами в галактиках.
Когда начались пиратские войны, лиге пришлось срочно искать специалистов, способных легко ориентироваться в шахтных лабиринтах. Очень часто пираты устраивали диверсии и саботаж именно на таких планетах, надеясь перекрыть поставку в лигу металлов и руд. Именно тогда кому-то и пришла в голову мысль нанимать на службу в армию гердов.
Сильные, выносливые, умеют подчиняться, легко работают в команде. Почти идеальные солдаты. Только одна проблема, они слишком мирные. Решено было брать в армию только молодые особи, которых можно было обучить сражаться. Так, в нашей бригаде появилась группа гердов, решавших задачи по выявлению и разминированию подземных разработок.
Для прикрытия и обеспечения их безопасности группу всегда сопровождала команда людей. Головорезы, в задачу которых входила доставка группы к месту минирования и вывод их обратно. Так мы с ней и познакомились.
Нас забросили на астероид, с приказом найти и обезвредить ядерную мину, предназначенную для уничтожения всего оборудования и самого астероида. Нам не везло с самого начала. Как только мы высадились на астероиде, нас атаковали пираты. Кое-как отбившись, мы ушли в шахты. Из моей группы не пострадал никто, а вот ее напарникам не повезло. Легкие скафандры не выдерживают прямого попадания из лучевой винтовки.
Мне пришлось принять решение об эвакуации двух гердов в сопровождении моей тройки. На астероиде остались только мы двое. Нам повезло. Группу, заложившую мину, блокировали на астероиде наши войска. Становиться камикадзе пираты не собрались и тянули со взрывом, надеясь ускользнуть. В итоге вся операция превратилась в долгую игру в прятки.
Мы прятались друг от друга, ползая по катакомбам и пытаясь уничтожить противника ручным оружием. Обнаружив здание администрации шахты, мы попытались проникнуть в него, но пираты нас опередили. Уже на подходе нас встретили шквальным огнем. Пришлось срочно искать укрытие.
– Меня ранило осколком гранаты, – неожиданно вступила Лана, – взрыв не только разворотил мне левый бок, но и сломал опорную колонну. Здоровенную стальную балку, державшую свод шахты. Упав на землю, она одним концом придавила меня к земле. Не окажись я между двух бетонных блоков, там бы и сдохла. Эта штука весила тонн восемь. Лежу и слышу, пальба такая стоит, что весь астероид трясется. Я тогда совсем еще девчонкой была. Чувствую, в ушах звон от потери крови, вылезти не могу, прищемило, бок болит и жить так хочется, что хоть вой. Я и завыла.
Лежу, вою, реву как ненормальная. Вдруг чувствую, вроде как балка шевельнулась. Голову повернула, а он за упавший конец ухватился и сдвигает ее. Скафандр гудит, выстрелы прямо в него лупят, а он прет эту железку проклятую и ругается. Я таких выражений даже в учебных казармах не слышала. Балку он сдвинул, пистолет выхватил и такую стрельбу на скорость показал, что ствол докрасна раскалился. Потом на руки меня поднял и в шахту понес. Дальше ничего не помню. Очнулась уже в пещере какой-то. Лежу, а из вены трубка торчит, и аптечка его кровь в меня перекачивает.
– Но как такое может быть, – удивленно развел руками старик, – вы же принадлежите к разным расам.
– Верно, – кивнул в ответ Генри, – но весь фокус в том, что состав крови у нас практически одинаков. Разница только в том, что у гердов нет деления на группы и резус-фактор. Их кровь имеет уникальную способность к адаптации. То есть можно смело вливать любую кровь, и она будет принята. Человеку ее тоже можно перелить, но в небольшом количестве.
– Так мы и породнились, – тихо улыбнулась Лана.
– А ваш Зак знает об этом? – осторожно спросил Сталк.
– Конечно. Потому он и встал у входа в пещеру. У нас принято платить такие долги, – улыбнулась в ответ Лана.
– Натали я тоже все рассказал, – усмехнулся Генри, предвосхищая вопрос старика. – Мы побывали с ней в одиннадцати переделках. Некоторые прошли спокойно. В некоторых я помогал ей, в некоторых наоборот. Это наша работа, Джесси. Человеку, не видевшему ее изнутри, сложно нас понять.
– Но ведь все уже кончилось. Вы оба в отставке, и можете жить, как вам нравится, – пожал плечами Сталк.
– Мы так и живем. Просто слишком мало нас осталось. Тех, кто прошел весь этот никому не нужный ад и остался жив.
– Вы считаете, что все эти войны были не нужны? – удивленно спросил Сталк.
– Да, – решительно ответил Генри. – Из всех конфликтов, в которых я участвовал, по-настоящему необходимыми были только пиратские войны. Все остальное не более чем схватки за жирный кусок, где разменной монетой были наши жизни.
– Подъезжаем, – коротко информировал Дик друзей, прерывая готовый разгореться спор.
Разом подобравшись, команда приготовилась к быстрой погрузке и взлету. С сомнением посмотрев на старика, Генри неожиданно предложил:
– Джесси, может, вам лучше взять свою яхту?
– Они полетят следом, чтобы привезти меня обратно, – категорично отозвался старик.
– Но там есть все для вас необходимое. Наша посудина это просто переделанный из боевого катера транспорт, в котором даже отдельные каюты больше напоминают кабины лифта.
– Ничего, потерплю, – отмахнулся Сталк. – Я должен быть в курсе всех событий, чтобы успеть отреагировать. Или вы против моего присутствия?
– Не говорите ерунды, – пожал плечами Генри. – Я беспокоюсь о вашем самочувствии. На Терре нам без вас не обойтись.
– Не волнуйтесь, дружище, – усмехнулся Сталк, – я как старый боевой конь, пока бродит по пастбищу, кляча клячей, но как только прозвучала труба, сразу и силы появились, и стать откуда-то взялась.
– Наша труба уже пропела, – улыбнулся в ответ Генри. – Теперь остался только бой.
– Тогда вперед! – решительно потряс сухим кулачком старик и, лихо выкатив из глидера гравиплощадку, стремительно погнал ее к яхте Генри.
С усмешкой покачав головой, Генри закинул на плечо ранец, винтовку и широким шагом двинулся следом за стариком. Предполетная подготовка была уже проведена. Загрузившись в яхту, все быстро разошлись по каютам, укладываясь в разгрузочные гамаки и накидывая страховочные сетки.
Пройдя в каюту, которую облюбовал для себя Сталк, Генри застал совершенно неожиданную картину. Огромная Лана осторожно, словно ребенка, укладывала старика в гамак. Накрыв его сеткой, она повернулась к дверям и, увидев Генри, смущенно развела руками:
– У тебя сейчас другие заботы, а мне не сложно.
– Спасибо, сестра, – тепло улыбнулся ей Генри, – надеюсь, твоя рана не открылась.
– Все в порядке, брат, что-что, а шкуру латать ты умеешь, – усмехнулась она в ответ, – да и весит он меньше моего первого.
– Это точно, – усмехнулся в ответ Генри, вспомнив, как однажды попытался поднять маленького герда. Ребенок весил чуть меньше самого экс-капитана.
Убедившись, что со стариком все в порядке, Генри вернулся в ходовую рубку. Присев в кресло второго пилота, он начал помогать Дику готовить яхту к полету. Быстро щелкая тумблерами и переключателями, Дик ловко запустил двигатели и, прогрев их до полетной готовности, запросил у диспетчера разрешения на взлет.
Получив разрешение, Дик объявил по громкой связи о старте и плавно поднял машину в воздух. Генри в очередной раз удивился мастерству друга, сумевшего поднять тяжелую машину с усилием всего в полтора жэ. Выведя яхту за пределы орбиты, он переключил навигационный компьютер на заданный курс и принялся плавно наращивать скорость.
Взглянув на монитор, Генри с удовлетворением понял, что Дик проложил курс без малейшей оглядки на стандартные трассы. Это был полет прямой как стрела, без малейшего отклонения. Переключив управление на автопилот, Дик объявил всем об окончании взлета.
Дружно поднявшись, друзья покинули рубку и перебрались в маленькую кают-компанию. Вскоре к ним присоединились и остальные участники этой экспедиции. Рассевшись за столом, друзья решили открыть военный совет. Разговор начал старик Сталк:
– Генри, вы так и не рассказали нам, откуда вы так хорошо знаете жизненный уклад грендалиан?
– Это еще одна длинная и не очень приятная история, – чуть усмехнулся в ответ Генри.
– Не очень приятная? – вопросительно изогнул бровь старик.
– Да. Именно тогда я узнал, что грендалиане людоеды.
– Вы говорите это в буквальном смысле слова, или они употребляют человечину для ритуального использования? – быстро спросил старик.
– В буквальном смысле, – скривился от отвращения Генри. – Болтаясь по различным планетам и мирам, мне приходилось есть все, от гусениц и жуков до животных, напоминающих динозавров. Но человечина всегда была для меня под запретом. Даже подыхая с голоду в пустынях Вилиора, я и мысли не допускал о подобном. Но они, не задумываясь, пускают на мясо рабов, предпочитая женщин. Считается, что женское мясо более сочное и нежное. Рабов они используют на различных работах. Единственное, что рабам дается без ограничений, так это еда. Мясо должно быть в теле.
– Судя по всему, вы видели это собственными глазами? – осторожно спросил Сталк.
– К сожалению, да, – мрачно кивнул Генри.
– Но как? В смысле, каким образом вам это удалось? – пораженно спросил старик. – Ведь Грендаль с самого начала был закрытой планетой.
– Да, но чтобы ввести этот эдикт, лиге нужна была информация о жителях планеты. Именно эти сведения мы и добывали, ползая по планете в легких скафандрах и постоянно рискуя оказаться схваченными. Мы провели на Грендале почти четыре месяца. За это время я насмотрелся такого, что хватит на три жизни. Никогда не забуду всей той мерзости, что мы увидели на этой планете. Вот тогда я и получил все свои познания о Грендале и грендалианах.
– Но как вам это удалось? Как вы смогли выжить на чужой, совершенно незнакомой планете? Без поддержки! Без обеспечения! Без всего! – воскликнул старик, растерянно переводя взгляд с Генри на его бойцов.
Молодые отставники и сами не могли поверить во все услышанное. Конечно, их готовили точно так же, как когда-то готовили его. Но то, что совершил этот человек, не вписывалось ни в какие, даже самые расширенные рамки.
Эти парни прошли многое, но услышанное ими от их капитана делало все их собственные подвиги не более чем легкой прогулкой. Выжить на чужой, совершенно не изученной планете, с враждебно настроенным населением, было не только сложно, а очень сложно.
– Подождите, – неожиданно сообразил старик, – но ведь вы оказались на только что открытой планете. Откуда же там могли тогда взяться рабы? А тем более женщины?
– А вот этот вопрос вам лучше задать совету лиги, – усмехнулся Генри, одобрительно кивнув старику.
– Вы хотите сказать, что совет лиги скрывал информацию о новой планете, зная, что там есть захваченные в плен люди? – от возмущения Сталк так разошелся, что начал подпрыгивать вместе с креслом.
– Пираты попали на Грендаль задолго до флота лиги. Именно они открыли торговлю рабами, извлекая выгоду из торговли пассажирами и членами экипажей захваченных кораблей. Вы должны помнить, Джесси, перед началом пиратских войн большое количество людей, захваченных вместе кораблями, пропали без вести. Пираты выдвигали требования о выкупе только один раз. Если лига не соглашалась или пыталась торговаться, люди пропадали.
– Откуда вы это знаете? – не мог поверить старик.
– Мне удалось поговорить с одним из пленных, – нехотя ответил Генри, – он пытался бежать и наткнулся на нашу стоянку. Это был помощник капитана торгового судна, захваченного пиратами за три года до нашей встречи. Ему повезло родиться в семье столяра-краснодеревщика, и он умел хорошо работать с деревом. Только поэтому ему сохранили жизнь. Он провел на планете три года, за которые из молодого, полного сил мужчины успел превратиться в седого, измученного работой старика.
– Ему удалось спастись? – тут же подскочил Сталк.
– Нет. Он погиб, – мрачно ответил Генри. – Мы находились в режиме полной секретности, и не могли обременять себя неподготовленным человеком.
– Хотите сказать, что вы его?.. – растерялся старик, глядя на Генри глазами, полными неподдельного ужаса.
– Да, – жестко ответил Генри, не опуская глаз. – Мы получили все необходимые сведения, но они должны были быть подтверждены видеоматериалом. Именно его мы и добывали еще три месяца.
– Но как это подтверждает, что совет лиги знал об этой работорговле? – медленно спросил Сталк, с трудом переваривая услышанное.
– Совет лиги не только скрывал информацию о существовании планеты, но и некоторым образом поощрял действия пиратов, – неожиданно вступил в разговор Дик. – Трижды наша разведка приносила сведения о расположении пиратских баз, но каждый раз, когда наши корабли попадали туда, на них уже никого не было. Пираты всегда знали заранее, когда и куда именно будет нанесен удар.
Я убедился в этом, когда сам оказался в роли курьера, доставившего эти сведения. Все оказалось настолько явно, что я даже сначала не поверил самому себе. Мы подобрали разведчиков и тут же взяли курс на Терру. Всю дорогу, от точки рандеву до дворца совета лиги, парни просидели в кубрике, ни с кем не общаясь. Во дворец их доставили под усиленной охраной. Были постоянно включены глушители, исключавшие любой вид связи. Совет получил информацию из первых рук. Но когда наши корабли вышли на расстояние ракетного удара, оказалось, что там никого нет. А через два часа после заседания совета из дворца был отправлен пакетный сигнал.
– Но это могло быть простым совпадением, – пожал плечами Сталк.
– Нет. Приказ о начале боевых действий был отдан письменно и направлен с нашим кораблем. Куда, как именно и, главное, когда, не знал даже совет. Этот вопрос должен был решить сам командующий флотом.
– Вы кому-нибудь рассказывали об этом? – растерянно спросил старик.
– Такая информация стоила бы жизни мне и всей моей семье, – грустно улыбнулся Дик. – К сожалению, семью я так и не спас. Да и кто бы мне поверил?
– Скажите, Генри, а разве то, что вы сейчас рассказали, не является закрытой информацией? – повернулся к нему старик.
– Теперь уже нет. Пристрастие грендалиан к человечине давно уже не секрет. А все остальное и так понятно. Кто-то же должен был добыть всю известную о них информацию, – улыбнулся Генри.
– Как вы собираетесь действовать, получив нужное оборудование? – неожиданно сменил тему Сталк.
– Жестко, жестоко, нагло, – коротко ответил Генри.
– А если точнее? – не унимался старик.
– У меня есть отличный пилот, классный стрелок и пара проверенных в деле ребят, прошедших такую же, как и я, подготовку. Действуя нагло и согласованно, мы заставим совет кланов не только вернуть девочек, но и выдавить с планеты того, кто все это затеял.
– Откуда такая уверенность? – не отставал от него старик.
– Все хотят жить, старина. Одно дело, когда вы знаете о гибели нескольких десятков человек где-то в соседнем городе, и совсем другое – стать одним из участников такого спектакля. Когда кровь и мозги стоящего рядом вдруг заливают тебе лицо, и ты понимаешь, что будешь следующим. Что после этого для тебя уже никогда не наступит завтра. Что все кончится здесь и сейчас, – не дрогнув, ответил Генри.
Медленно обведя взглядом сидящих перед ним ветеранов, Сталк неожиданно вздрогнул и, передернувшись, опустил глаза.
– Оказывается, я вас всех совсем не знаю, – тихо проговорил он.
– Вы знали простых, незатейливых ребят, мечтавших просто жить и радоваться жизни, старина. А сейчас вы познакомились с теми, кто когда-то были бойцами самого сильного и опасного спецподразделения лиги. Со смертниками, не привыкшими щадить никого, даже самих себя, – тихо ответил Генри и, медленно поднявшись, направился к кухонному роботу, сварить кофе.
– Да уж, простые и незатейливые, – одними губами усмехнулся старик.
– Вас что-то не устраивает в подобном определении? – удивился Дик.
– Я только сейчас понял. У вас у всех, даже у этих мальчиков, взгляды убийц. Холодные, внимательные и твердые, – растерянно ответил Сталк, – даже у вас, Дик. А ведь вас я знаю уже много лет.
– Чужая душа – потемки, – пожал плечами Дик.
– Наверное, мне лучше воздержаться от вопросов, касающихся самой операции, и сосредоточиться на материальном ее обеспечении, – устало проворчал старик.
– В принципе, вам нужно решить только один вопрос, – пожал плечами Генри, – как добыть оборудование и не подставить при этом генерала.
– Генри, позвольте дурацкий вопрос? – развернулся к нему Сталк.
– Ну, попробуйте, – усмехнулся тот.
– Почему вы потребовали именно тяжелые скафандры? Неужели легкие настолько слабы, что не могут защитить бойца?
– Да, – кивнул в ответ Генри. – Легкие скафандры были разработаны для высадки бойцов на неизвестные планеты с агрессивной внешней средой. Они мягкие, эластичные, хорошо работают на разрыв, но совершенно не выдерживают прямых попаданий даже из гражданского оружия.
– То есть это даже не боевые скафандры, а исследовательская спецодежда? – удивленно протянул Сталк.
– Именно, – усмехнулся Генри.
– Сумасшедший дом какой-то, – схватился за голову старик. – Много лет обучать людей, тратить на них огромные средства, только чтобы потерять в первом же бою. И все это только потому, что тяжелые скафандры слишком дороги?
– Ну, вы же сами слышали, что сказал генерал. Их даже списать сложно, – пожал плечами Генри.
– Ладно. Разберемся, – мрачно пообещал старик.
Распределив между собой вахты, бойцы разошлись по каютам. Им всем нужно было отдохнуть и прийти в себя после всего пережитого. Наконец, этот очень длинный день закончился. Первую вахту взял на себя Дик, сославшись на то, что все равно не сможет уснуть.
Усевшись в кресло первого пилота, Дик задумчиво смотрел в широкий панорамный экран, на котором ярко светились мириады звезд и созвездий. Неожиданно прозвучали тихие шаги, и в кресло второго пилота медленно опустился Генри. Молча посмотрев на экран, он вздохнул и перевел взгляд на друга.
– Думаешь, у нас получится? – тихо спросил Дик.
– Должно получиться, дружище, – так же тихо отозвался Генри.
Друзья замолчали, мрачно переживая общее горе и стараясь настроиться на лучшее. Бросив взгляд на голову друга, Генри неожиданно увидел, что Дик стал совсем седым. Это открытие больно резануло его по душе. Они давно уже не молоды. Не дряхлые старики, но и не отчаянные юноши, способные сутками сидеть в засаде, волчком вертеться в драке, а потом всю ночь кувыркаться с новой подружкой.
Тяжело вздохнув, Генри постарался отогнать панические мысли, стараясь переключиться на что-то хорошее, что было еще вчера.

* * *

Этот сумасшедший полет без правил длился ровно четыре дня. Все это время маяк, оставленный на яхте грендалиан, уверенно двигался к другому концу галактики, туда, куда и думал экс-капитан. То, что яхта не делала ни одной остановки, обнадеживало. Значит, пираты спешили попасть домой и доложить о результатах разведки.
Ворвавшись на орбиту Терры, как спятившая ракета, яхта десантников сделала два оборота вокруг планеты и, получив разрешение на посадку, стремительно ринулась вниз. Дик проявлял чудеса пилотирования судна, посадив яхту на крошечный пятачок свободного пространства стоянки без помощи посадочного робота.
Оборудованная самыми мощными двигателями и генераторами, яхта не уступала в скорости боевому истребителю, на что и делал ставку Генри, планируя операцию по освобождению пленниц.
Прямо из космопорта Сталк, в сопровождении десантников, направился во дворец лиги. Дика и Лану было решено оставить на судне, во избежание всяких недоразумений. После всего произошедшего старик отказывался верить даже собственному дворецкому.
Заскочив по пути в ближайший магазин готовой одежды, делегация переоделась в более приличествующую случаю одежду и решительно направилась дальше. Охрана на входе во дворец попыталась было их остановить, но удержать рассерженного Сталка было равносильно попытке остановить голыми руками взлет боевого крейсера.
Приложив к сканеру узкую сухую ладошку, старик назвал свое имя и, ткнув пальцем в надпись на мониторе, гласившую пропуск в любое время, Сталк стремительно понесся по коридору, буркнув растерявшимся охранникам:
– Это моя охрана.
Удивленно посмотрев вслед сердитому инвалиду, охранники махнули на все рукой и, проводив трех десантников мрачными взглядами, вернулись к своим делам.
Старик, недолго думая, ворвался в зал заседаний совета лиги и, не давая никому опомниться, заговорил, перебивая какого-то павлина, читавшего невообразимо скучный доклад:
– Поздравляю вас, господа! Грендалиане в космосе! Дождались, – громовым голосом произнес старик.
Его слова подействовали как взрыв гранаты. Все члены совета разом побледнели и принялись нервно переглядываться.
– Поясните ваши слова, мистер Сталк, – нашелся, наконец, председатель совета. – Что вы хотите этим сказать?
– То, что сказал, – решительно ответил старик, воинственно вздергивая подбородок. – Не далее как четыре дня назад на принадлежащую мне планету Оливер-три было совершено нападение. Похоже, вам мало моего слова? В таком случае я прошу вас взглянуть на доказательства, – сказав это, он сделал знак Генри, и тот, быстро подключив свой коммуникатор к компьютеру, включил воспроизведение.
Совет лиги с ужасом смотрел на все происходящее на экране. Просмотрев запись без единого слова, члены совета растерянно переглянулись и вопросительно уставились на председателя. Смущенно откашлявшись, тот посмотрел на старика и медленно сказал:
– Мы понимаем ваше возмущение, мистер Сталк, но что совет может теперь сделать? Думаю, вопросы о причинении убытков должны решаться страховыми компаниями.
– Вы ни черта не понимаете, господа! – решительно отмахнулся Сталк. – С этого дня никто из вас не может больше чувствовать себя в безопасности. Убытки, это ерунда. Самое главное, похищена моя внучка. И этот вопрос приводит меня просто в бешенство.
– Но чего вы хотите от нас? – развел руками председатель.
– Действий, – коротко ответил старик. – Хватит уже болтать. Настала пора действовать. Я давно уже отошел от дел и не вмешивался в ваши игры, но этот случай перешел всякие границы. Или вы даете мне возможность действовать по своему усмотрению, или можете готовиться к таким же проблемам.
– Это угроза, мистер Сталк? – удивился один из членов совета.
– Не будьте дурнее, чем вы есть, – презрительно отозвался Сталк, – если сейчас не предпринять ответных действий, то завтра пострадавшим может оказаться один из вас. И кто же это будет? Может быть вы, господин председатель? Если я не ошибаюсь, одна из ваших планет находится всего в сутках полета от Грендаля. Или вы, лорд Морган? На ваши оружейные заводы они с удовольствием наведаются.
– Как вы собираетесь действовать? – мрачно спросил председатель.
– Жестко, жестоко, нагло, – не задумываясь, ответил старик.
– Как вас понимать? – продолжал настаивать на ответе председатель.
– В прямом смысле. Мы не можем спускать подобное этим людоедам. Они должны испугаться и понять, что нападать на планеты, населенные людьми, не просто опасно, а смертельно опасно сразу для всех. Даже для тех, кто не принимал в этом участия.
– Но, мистер Сталк! – попытался возмутиться председатель. – Это уже геноцид. Лига не может действовать такими методами.
– В таком случае лигу просто съедят, – не остался в долгу старик. – Хотите стать бифштексом, господин председатель? Хотя, насколько я знаю, эти твари предпочитают пускать на мясо женщин. Из мужчин же они делают рабов, отбирая тех, кто умеет что-то делать руками. Так что вы, господа члены совета лиги, будете просто убиты. И не обязательно из огнестрельного оружия. Вы сами видели, как действуют эти существа. Вспарывают жертве живот грубым стальным кинжалом и, засунув руку под ребра, вырывают еще живое сердце. Каково это? Увидеть собственное сердце в руке подобной твари? – продолжал он нагнетать обстановку.
Один из членов совета не выдержал и, прижав ладонь ко рту, бросился в боковую дверь. Старик тем временем не унимался.
– Если я ничего не путаю, у вас три дочери, господин председатель. Хотите посмотреть, как их будут потрошить, словно животных на бойне? Попробуйте представить, как это будет выглядеть.
Вздрогнув, председатель на минуту задумался и, содрогнувшись, ринулся следом за самым слабонервным. Стоявший у компьютера с каменным лицом Генри мысленно аплодировал старику. За короткие десять минут он успел довести до истерики большинство членов совета.
Вернувшись минут через пять, председатель тяжело уселся на свое место и, одарив старика мрачным взглядом, спросил:
– Чего вы хотите?
– Разрешения совета лиги на привлечение к этому делу военных специалистов, – быстро ответил старик. – В частности, парней из бригады косморейнджеров.
– Это исключено. Лига не ведет никаких боевых действий, и поднимать эту бригаду мы не можем, – покачал головой председатель.
– Хорошо, – мрачно отозвался Сталк, – я постараюсь обойтись своими людьми, но мне потребуется соответствующее оборудование. Дайте мне разрешение на покупку нужного оборудования со складов бригады, и я оставлю вас в покое.
– Какое именно оборудование вы собираетесь покупать? – насторожился председатель.
– А какая разница? – удивился Сталк. – Я готов заплатить полную его стоимость, остальное не должно вас беспокоить.
– Мы должны будем указать его в своем разрешении, – быстро нашелся один из членов совета, очевидно секретарь.
– В этом нет необходимости. Укажите просто – все необходимое, – легко переиграл его старик.
– А если вы вздумаете покупать ядерные заряды? – не отставал секретарь.
– Насколько мне известно, в арсеналах бригады не содержится ядерных зарядов, – ехидно улыбнулся Сталк.
Этот рекламный трюк был запущен лет десять назад, когда в туманности сверхновой вспыхнули волнения пацифистов, требовавших убрать базу с планеты и мотивировавших свои требования боязнью ядерного оружия.
Сообразив, что крыть ему нечем, секретарь неопределенно пожал плечами и сделал последнюю попытку.
– Не понимаю, что вы пытаетесь скрыть? Ведь и так всем ясно, что будет пролита кровь.
– Я ничего не собираюсь скрывать. Просто на составление подробного списка уйдет куча времени, а мы его и так много потеряли. Документ нужен мне немедленно. Получив его, я сегодня же вылетаю на базу бригады.
Мрачно переглянувшись, члены совета дружно закивали головами, выражая свое согласие на выдачу подобного документа. Это было простейшим выходом для всех. Финансируя эту экспедицию, Сталк автоматически брал всю ответственность за ее последствия на себя. Совет лиги в любом случае оказывался в выигрыше, независимо от исхода экспедиции.
Быстро набрав текст на компьютере, секретарь распечатал его в двух экземплярах и подсунул председателю на подпись. Коротко черкнув золотой ручкой, он достал из ящика стола большую круглую печать лиги и, звучно пришлепнув ее к документу, протянул старику.
Взяв документ, тот с улыбкой подал его секретарю. Ответив ему мрачным взглядом, тот с явной неохотой поставил свою подпись и небрежным жестом толкнул бумагу через стол. Подхваченный струей воздуха из кондиционера лист взлетел и чуть было не упал на пол, но рядом оказался Генри.
Сделав два широких шага, он поймал документ на лету и, передав его Сталку, мрачно посмотрел в глаза растерявшегося секретаря.
– Не стоит так небрежно бросаться государственными бумагами, – тихо произнес он.
Вздрогнув, секретарь быстро отодвинулся от стола и заметно дрогнувшим голосом спросил:
– Кто вы?
Пробежав текст документа глазами, сверив дату и подписи, старик с довольным видом сложил документ и, убирая его во внутренний карман, ответил:
– Господин секретарь, позвольте представить вам моего телохранителя, бывшего капитана косморейнджеров, действующего полковника внешней разведки и мужа моей внучки, Генри Джаскера, по прозвищу Берсерк.
Услышав прозвище прославленного капитана, секретарь принялся беззвучно, как выброшенная на берег рыба раскрывать рот. Придя в себя и обретя голос, секретарь вскочил и завопил неожиданно противным фальцетом:
– Немедленно аннулируйте этот документ. Это самый опасный головорез из всех известных бывших офицеров спецназа! Если он окажется на планете, то это будет настоящий геноцид.
– Каким образом один человек может устроить геноцид? – иронично спросил Сталк. – И с чего это вы вдруг так разволновались, господин секретарь?
– Я, я… – начал заикаться секретарь, не зная, чем мотивировать свое поведение. – Я читал его досье, – наконец, нашелся он.
– И что? – пожал плечами Сталк. – Я тоже читал. И, тем не менее, отдал за него свою внучку. Должен признаться, я не прогадал. Правнуки у меня просто загляденье. Крепкие, здоровые малыши. Именно из-за них я и отправился на пенсию. И кстати, он уже бывал на этой планете, и она до сих пор цела. О чем я лично теперь очень сожалею, – иронично ответил Сталк и, откланявшись, стремительно покинул зал.
Влетев в кабинет секретариата лиги, старик в срочном порядке зарегистрировал документ, потребовав придать ему статус срочного и обнародованного. Это означало, что для аннуляции его ликвидности требовалась очень серьезная и основательная мотивировка. Утром общие данные по этому документу должны были попасть в печать.
Быстро двигаясь следом за стариком, Генри не уставал поражаться уму и ловкости, с которой он решил столь сложный вопрос. Покинув здание дворца, друзья почти бегом понеслись снова в космопорт. Генри успел по дороге сообщить Дику, что вопрос решен и нужно готовить яхту к взлету.
Обрадованный Дик успел заправить корабль и получить разрешение на взлет еще до их появления. С трудом дождавшись, когда пассажиры разместятся по гамакам, он поднял яхту в воздух и, выбравшись в открытый космос, лихо прибавил газу.
В очередной раз собравшись в кают-компании, друзья весело принялись обсуждать результаты поездки и наперебой хвалить старика. Обведя молодежь задорным взглядом с заметной хитринкой, старик небрежно пожал плечами и весело ответил:
– Просто нужно хорошо знать, чего боится подобная категория людей.
– И чего же они боятся? – с улыбкой спросила Лана.
– Понести убытки, – предположил Эндрю.
– Не-а, – усмехнулся в ответ старик, – убытки это мелочи. Потеряли, приобрели. Они умеют делать деньги.
– Разориться, – пожал плечами Алекс.
– Близко, но тоже не то, – покачал головой Сталк.
– Тогда чего? – сдался наконец Дик.
– Больше всего они боятся лишиться жизни. Не старости, не смерти, а страшной, насильственной гибели раньше времени. У них есть все, и они могут этим пользоваться, и вдруг появляется кто-то, кто легко может лишить их этого. Не завтра, не когда-нибудь, а вот прямо сейчас. Главное, заставить их в это поверить. Я недаром начал свою речь именно со страшилки. Переключив их внимание на опасность, я начал нагнетать обстановку, заставив их представить, как это выглядит, и как себя почувствуют они сами, если вдруг эти звери окажутся перед ними. Записи с камер наблюдения мне сильно помогли. Без них мы бы провозились намного дольше.
– Но зачем вы объявили им, кто я такой? – удивленно спросил Генри.
– Для пущего эффекта. Пусть знают, что, даже уйдя на пенсию, я остаюсь очень зубастым. Благодаря вам, конечно, – хитро прищурился старик.
– Осторожно, во дворе злая собака, – криво усмехнулся Генри.
– Старина, не стоит так шутить, – растерялся Сталк, – ваша репутация послужит достаточным предупреждением, если вдруг кто-то из них решит предпринять что-то против вас и Натали. Я не вечен, Генри, – устало закончил старик.
– Ну, придется положиться на ваше мнение. С этими крокодилами вы знакомы намного дольше меня, – постарался скрасить свою реакцию Генри.
– Очень точное определение, друг мой, – рассмеялся старик. – Это настоящее болото с крокодилами. Сколько нам добираться до туманности? – неожиданно повернувшись к Дику, спросил Сталк.
– Пятеро суток, – коротко ответил Дик.
– Значит, успею отдохнуть и собраться с силами, – кивнул старик и задал очередной вопрос: – Дик, давно собираюсь вас спросить, где вы научились так лихо пилотировать корабли?
– Я всегда мечтал стать пилотом истребителя, – грустно улыбнулся Дик, – но не прошел по конкурсу. Плохо сдал экзамен по межязыку. Мои документы заинтересовали приемную комиссию из училища морской пехоты, и я перешел туда. Но мне удалось отомстить.
– Как это? – не понял старик.
– На соревнованиях между училищами я занял первое место по пилотированию среди курсантов, а потом вызвал на поединок инструктора. Любого, на их выбор. В итоге мастер-пилот шваркнулся о землю, не успев выполнить маневр взлета. Сражались мы, конечно, на симуляторах, но от этого ему было не легче. Курсант второго года службы смог загнать мастера носом в землю. Это был фурор, – с явным удовольствием рассказал Дик.
– И вас не перевели в летное училище? – растерянно спросил Сталк.
– Нет, – покачал головой Дик. – Сделав это, означало признать свою ошибку, а господа венные чиновники не могут ошибаться.
– Господи! Ну и порядочки у вас в армии, – развел руками старик.
– Между прочим, эти порядочки продиктованы внешней жизнью, – усмехнулся Генри. – Рыба всегда гниет с головы.
– Как это ни прискорбно, но вы правы, дружище, – смущенно усмехнулся старик. – До сих пор не могу без содрогания вспомнить свою реакцию на вас. Когда понял, в кого Натали влюбилась.
– Боюсь, снобизм и бюрократия – беды, от которых человечество не избавится никогда, – неожиданно произнес Алекс.
– Очень хочется верить, что вы ошибаетесь, юноша, – грустно улыбнулся Сталк. – А теперь позвольте мне откланяться, господа. Нужно проделать кое-какие манипуляции с моим древним организмом, иначе он может нас подвести.
– Вам помочь? – поднялся с кресла Генри.
– Если вас не затруднит, дружище, – нехотя ответил Сталк, – есть несколько операций, которые мне самому проделать очень сложно.
– Давайте лучше я это сделаю, – поднялась со своего места Лана. – Он здорово умеет латать чужие шкуры, но забота о больных это женское дело. Тем более что с таким комплексом, как у вас, я уже имела дело.
– Ну, если вам это не будет противно, – растерянно протянул старик, – то я буду очень признателен.
– Не беспокойтесь, – улыбнулась Лана, – в этой жизни очень мало найдется такого, что будет мне по-настоящему противно.
Покорно вздохнув, старик медленно покатил в сторону своей каюты. Проводив их удивленным взглядом, Дик неопределенно пожал плечами и, махнув рукой, развернулся к другу.
– Что у нас по плану?
– Пять суток безделья и наблюдения за маяком, – задумчиво отозвался Генри.
Кивнув, Дик молча направился в рубку. Отправив ребят отдыхать, Генри пошел за другом. Усевшись в пилотских креслах, друзья вперили взгляды в монитор навигационного компьютера, где красной пульсирующей точкой был отмечен маяк.

* * *

Добравшись до Туманности сверхновой, экипаж яхты связался с генералом и, доложив о результатах посещения Терры, попросил подготовить площадку для переоборудования яхты. Весело усмехнувшись в ответ, генерал тут же набрал на коммуникаторе номер ремонтной базы и приказал подготовить док.
Уже на орбите планеты Генри набрал свой личный код доступа на территорию базы и, получив разрешение на посадку, ввел в навигационный компьютер необходимые данные. Автопилот мягко посадил яхту в указанной точке и заглушил двигатели.
Встречал группу сам генерал. Подъехав на посадочную площадку на специальном автобусе, он легко выскочил из машины и быстрым шагом направился к спускавшимся по трапу бойцам. Радостно пожав им руки, генерал пригласил группу к себе.
Перед тем как войти в автобус, Дик закрыл яхту, заперев люк личным кодом, который знали только он и Генри. Проследив за его манипуляциями, генерал перевел взгляд на Генри и вопросительно приподнял бровь. Коротко кивнув в ответ, Генри чуть пожал плечами. Этот безмолвный диалог сказал им обоим больше, чем кому-то другому сказали бы долгие разговоры.
Только попав в кабинет генерала, друзья позволили себе немного расслабиться. Переключив какие-то кнопки, Ванколлен обвел взглядом собравшихся в кабинете и, вздохнув, заговорил:
– Итак, друзья мои, давайте расставлять все точки над ё. Прежде всего, я хочу знать, с чего вдруг вы начали играть в конспирацию? Далее, получить список того, что вам необходимо, и наконец, что вы собираетесь делать, попав на планету?
Переглянувшись, бойцы дружно перевели взгляды на Генри, безоговорочно признавая в нем командира группы. Нахмурив брови, Генри помолчал несколько минут и, собравшись с мыслями, начал говорить:
– С вашего разрешения, генерал, отвечать на ваши вопросы я буду не в порядке их поступления, а по мере их сложности. Что мы будем делать на планете, я еще и сам не знаю. Скорее всего, придется действовать по обстановке. Требуется нам то, что я уже просил. Тяжелые скафандры, самые мощные бластеры с десятком энергокристаллов к каждому, систему бомбометания на яхту, еще одну лазерную спарку туда же и кое-что по мелочи. Аптечки, чистые коммуникаторы, сканеры, ну и так далее.
Ну, а теперь по поводу конспирации. Я убежден, что это не спонтанное нападение. Три яхты шли именно на Оливер-три. И направлялись они туда не просто так, а именно за нашими головами. Моей, Натали и детей. То, что захватить им удалось только Натали, чистой воды случайность. Сенди они прихватили довеском. Те, кто планировал эту операцию, не учли сущности грендалиан. Вырвавшись из закрытого пространства судов, они ринулись убивать и грабить. С этого момента все пошло вразнос. Те, кто руководил операцией, смогли удержать рядом с собой наиболее дисциплинированных бойцов и, захватив глидеры, направились прямиком в нашу бухту. У них был точный план расположения домов и пещеры гердов. Заметьте, генерал, они не искали пещеру, а точно знали, где она расположена. Такие данные они могли получить только в одном месте. Регистрационная палата частной недвижимости. Со спутника такие данные не получить. Всю эту историю задумали и претворяли в жизнь люди. Подтверждение тому мы получили непосредственно во дворце совета лиги. Секретарь совета пытался сделать все, чтобы помешать нам получить этот документ, – Генри кивком головы указал на лежащую перед генералом бумагу.
– Это очень серьезное обвинение, капитан, – тихо, с расстановкой произнес генерал, глядя прямо в глаза бывшему десантнику.
– Я готов подписаться под каждым его словом, – решительно вклинился в разговор Сталк. – Этот мозгляк попытался даже аннулировать уже готовый документ, когда узнал, кто именно стоит перед ним. Именно поэтому я прошу вас, генерал, дать приказ к началу работ немедленно.
– Такие работы займут как минимум три дня, – задумчиво протянул генерал.
– Значит, мы тем более не можем больше тянуть, – настойчиво ответил старик.
– Сделаем так, – принял решение генерал, прихлопнув широкой ладонью документ. – Кто пилот яхты?
– Я, – шагнул вперед Дик.
– Хорошо, сейчас вас проводят на посадочную площадку, и дежурный офицер покажет док, в который вам придется перегнать яхту. Останетесь там. Проследите за ходом работ лично.
– Я тоже пойду, – сказала Лана, шагнув к столу. – Нужно будет сразу сделать калибровку и настройку орудий.
Молча кивнув, генерал вызвал дежурного офицера и, отдав нужные распоряжения, повернулся к оставшимся в кабинете:
– Теперь вы, господа. Ваши скафандры уже нашли. Их еще даже не перепрограммировали. Понимаю ваше удивление и отвечу сразу, из совета лиги пришел приказ законсервировать это оборудование для длительного хранения. Но дело не в этом. Пользуясь этим документом, я могу выделить вам скафандры новой модели. Это последняя разработка, которую мы получили всего месяц назад.
– Не стоит, генерал. Эти модели еще не были испробованы в серьезном деле, и чего от них ожидать, неизвестно. Зато мы хорошо знаем наши скафандры и можем в них даже кое-что переделать, – решительно ответил Генри.
– Господи! – растерянно ахнул генерал. – Ты и туда влезть умудрился?
– Что-то не так, генерал? – заинтересованно спросил старик.
– Наш с вами разлюбезный друг имеет дурную привычку влезать в сложнейшее оборудование и вносить свои изменения в его работу. Самое удивительное, после этого оно работает даже лучше, чем до его вмешательства, – сварливо проворчал генерал.
– Но это же здорово! – удивленно воскликнул старик.
– Это было бы здорово, если бы инженеры завода изготовителя, проводящие контрольные проверки, не начинали визжать и топать ногами каждый раз, как только натыкаются на его переделки, – ответил генерал.
– Так пошлите их подальше. Вы не обязаны следить за тем, что делают ваши подчиненные с оборудованием, находясь вне базы. Чем попусту визжать, лучше бы использовали его наработки, – усмехнулся в ответ Сталк.
– Они никогда этого не сделают, – ответил за генерала Генри.
– Почему? – задал старик свой любимый вопрос.
– Им невыгодно передавать в армию оборудование, не требующее постоянного обслуживания и замены некоторых узлов.
– Это их постоянный и регулярный доход, – мрачно добавил генерал.
Помолчав, он внимательно посмотрел на своих бывших подчиненных и, устало, вздохнув, продолжил:
– В общем, так, парни. Отправляйтесь на склад и получайте доспехи.
Коротко кивнув, десантники привычно щелкнули каблуками и широкими шагами вышли из кабинета. Проводив их взглядом, генерал повернулся к старику и, в очередной раз вздохнув, продолжил:
– Ну, мистер Сталк, теперь с вами. Что я могу сделать, чтобы помочь вам в этом деле?
– Вы уже сделали все, что было нужно. Теперь мне осталось только молиться, чтобы у них все получилось, – грустно улыбнулся старик.
– Получится, – убежденно ответил генерал. – У этого парня всегда все получается. Он выбирался из таких переделок, что у всех наших аналитиков глаза на лоб лезли от удивления. По всем показаниям, по всем данным и выкладкам, его должны были похоронить, а он возвращался. И не просто возвращался, а выполнив задание.
– Дай-то бог, генерал, – вздохнул в ответ старик и, помолчав, добавил: – Ну, а теперь давайте о деле. Сделайте копию этого документа. Не компьютерный файл, а именно бумажную копию. Так вам будет легче доказать свою невиновность в случае, если возникнут какие-то вопросы.
– Разве вы не оставите его мне? – растерянно спросил генерал.
– Нет, – решительно ответил старик, – оригинал будет храниться у меня. Так будет лучше для нас обоих. В случае возникновения проблем с документом вы всегда сможете отправить всех проверяющих ко мне. Ну, а там я их встречу по-своему.
– Ну, будем надеяться, что все обойдется и мне не придется никого к вам присылать, – грустно усмехнулся генерал. – Что-нибудь еще, мистер Сталк?
– Только одно, но это уже после отлета группы, – улыбнулся в ответ старик. – Хочу попросить у вас помощи в одном очень деликатном деле. Мне срочно требуется провести процедуру полной регенерации и омоложения. Признаюсь откровенно, это будет первая такая процедура в моей жизни, и я знаю, что лучше, чем в вашем госпитале, этого не сделают нигде.
– Ну, это не сложно, – облегченно вздохнул генерал. – Наш главный коновал с удовольствием решит эту проблему.
Проделав все необходимые манипуляции с документом, генерал пригласил старика поужинать в соседнем ресторане, пока бойцы занимаются подготовкой к операции. Согласно кивнув, старик ловко развернул свою площадку и покатил к дверям.
Погрузив полученные на складе скафандры на грузовые тележки, бойцы отвезли их в лабораторию подготовки и приступили к расконсервации. Ловко сняв смазку, десантники принялись проверять работу моторов, приводов и электрических цепей.
Провозившись почти до полуночи, Генри, убедившись, что скафандры в полной исправности и могут быть использованы немедленно, устало разогнулся и приказал заканчивать. Заперев лабораторию на ключ, он пристроил к дверям пару своих секреток, для страховки, и повел парней в доки. Ночевать было решено на яхте.
Добравшись до ремонтных доков, Генри был приятно поражен. Рабочие уже успели установить на яхту лазерную спарку и теперь лихо монтировали в грузовом трюме кассетники для бомбометания. Удивленно посмотрев на перемазанных сажей и смазкой Дика и Лану, он с усмешкой спросил:
– Вы сколько бригад уже расстреляли?
– Зачем? – не понял Дик.
– Чтобы заставить остальных так быстро работать, – усмехнулся в ответ Генри.
– Ни одной, – улыбнулась в ответ Лана. – Просто я рассказала парням, что мы идем на Грендаль, и если у нас ничего не получится, то Грендаль может прийти в лигу. Семьи есть у всех, и далеко не у всех они находятся здесь.
– Короче, она воспользовалась примером старика и довела все рабочую смену до истерики. По-моему, в ней погибла великая трагическая актриса. Это надо было видеть! Слезы, беспомощно сложенные руки, в общем, полный набор. Я чуть из кресла от хохота не вывалился, – вполголоса рассказал ему Дик. – А что у вас?
– Порядок. Завтра закончим проверку всех систем, и можно будет экипироваться.
Задумчиво кивнув, Дик спросил после короткого молчания:
– Может, один скафандр надеть мне?
– Нет, – решительно ответил Генри. – Не обижайся, старина, но это невозможно.
– Почему? – мрачно спросил Дик.
– Ну хотя бы потому, что для этого его нужно перепрограммировать, а это не так просто.
– Там моя дочь, – тихо прорычал Дик.
– Я отлично это помню, дружище, – кивнул Генри, – именно поэтому на поверхности будем мы втроем.
– Не вижу связи, – угрюмо проворчал Дик.
– Старина, ты когда-нибудь пользовался тяжелым боевым скафандром? – устало спросил Генри.
– Нет, но, думаю, это не сложнее, чем управляться с обычным космическим, – пожал плечами Дик.
– Ошибаешься, старина, – покачал головой Генри, – намного сложнее. Даже мне, носившему его десятки раз, придется потратить как минимум два дня на полную адаптацию.
– Не говоря уже о том, что мы будем делать на самой планете, – неожиданно добавил Эндрю.
– И что же такого вы собираетесь делать, чего не смогу сделать я? – неожиданно разозлился Дик.
– Работу мясников, – жестко ответил Алекс, глядя ему в глаза.
– Я не хотел тебе этого говорить, старина, но, чтобы добиться нужного результата, нам придется превратиться в кровавых монстров, которых они испугаются по-настоящему. Так, чтобы при виде наших фигур они из серых сразу превращались в зеленых. Мы это умеем, ты – нет. Разница в подготовке. Именно то, чего тебе не хватает, чтобы идти со мной, хотя, видит бог, лучшего напарника я бы не пожелал, – тихо добавил Генри, положив руку ему на плечо.
– А что тогда делать мне? – растерянно спросил Дик.
– Летать. Так, как умеешь только ты. Утюжить дюзами их головы и следить, чтобы нас не пытались расстрелять при помощи тяжелого вооружения с оставшейся яхты. К орудиям сядет Лана. Ее реакции на порядок превосходят человеческие. Кроме того, она тоже рейнджер.
– Похоже, ты давно все продумал, – проворчал Дик, посмотрев в глаза другу.
– У меня было время, – чуть усмехнулся Генри.
– Нужно будет установить дополнительные баки, – неожиданно сказала Лана. – При такой загрузке, и в режиме зависания, наша малышка начнет лопать топливо, как эсминец.
– Хорошая мысль, – тут же согласился Дик, направляясь к мастеру, руководившему работами.
Через полчаса рабочие разошлись по домам, и в доке наступила полная тишина. Разойдясь по своим каютам, бойцы, недолго думая, завалились спать. Подъем был назначен на шесть утра. Ровно в половину седьмого в док, с лязгом, шумом и топотом ввалилась бригада рабочих, и все началось сначала.
Засверкала сварка, завизжали вибропилы и дрели. Рабочие с криками и руганью подтаскивали к яхте кассетники, загружали дополнительные баки и протягивали кабели управления.
Дирижировал всем этим упорядоченным хаосом мастер. Заметив вышедшего из яхты Дика, тут же ухватил его за рукав, принявшись что-то втолковывать, яростно тыча пальцем то в груды железа, то в принесенные с собой чертежи.
Махнув на них рукой, Генри повел своих бойцов в лабораторию. Быстро проверив оставленные вечером метки, он удовлетворенно кивнул и, отперев дверь, вошел в помещение. Убедившись, что за время их отсутствия компьютер полностью закончил диагностирование электронных схем, но достал из своего неизменного ранца какие-то приспособления и, перевернув скафандр лицом вниз, принялся скручивать спинную броню.
Удивленно посмотрев на его действия, десантники повторили его действия, предвкушая очередную для себя новость. Сняв броню, Генри пристроил одно из своих приспособлений на свободное пространство, и принялся осторожно переключать на него генератор скафандра.
Первым такого издевательства над сверхточным оборудованием не выдержал Эндрю.
– Командир, что это будет?
– Это будет усиление наших энергетических запасов ровно в три раза, – усмехнулся в ответ экс-капитан.
– Как это? – растерялся десантник.
– Вот смотри. Это три оружейных энергетических кристалла. А вот это кристалл, который я снял у тебя на глазах. Разницу видишь?
– Ну конечно, – пожал плечами Эндрю, – энергоемкость этого кристалла меньше, чем любого из оружейных.
– Верно, – кивнул головой Генри, – но это еще не все. Генератор скафандра не просто преобразует тепловую энергию наших тел в электрическую. Он еще и подзаряжает кристалл, который работает как конденсатор, не позволяя генератору подавать энергию скачками. Мой прибор, не только повторяет эти действия. Он еще и переключает подачу энергии с кристалла на кристалл. Короче говоря, пока первый кристалл работает, третий заряжается. Когда мощность кристалла упадет ниже определенной отметки, прибор сам переключит потребление на следующий, а генератор на подзарядку посаженного. Понятно?
– Вполне, – уверенно кивнул Алекс. – С этой штукой нам не нужно будет искать место для замены кристаллов. Это почти что вечный двигатель.
– Ну, вечного в этом мире нет ничего, – усмехнулся в ответ Генри, – но перегрузок мы теперь можем не бояться.
Быстро проделав такие же манипуляции со скафандрами бойцов, Генри в очередной раз запустил систему диагностирования. Чтобы не торчать впустую у компьютера, Алекс, недолго думая, влез в симулятор скафандра и принялся отрабатывать приемы передвижения и борьбы в доспехах.
Одобрительно кивнув, Генри отправил Эндрю за кофе для всех и принялся вносить изменения в схему диагностики. Когда оба бойца уже озверели от бесконечного ожидания и довели симулятор до замыкания логических цепей, Генри наконец, разогнулся и, посмотрев на них усталыми глазами, скомандовал:
– Все, парни. Готово. Можно смело уходить в железо.
Разом повеселевшие бойцы дружно кинулись к своим скафандрам. Процесс облачения десантника в эти доспехи очень напоминал тот, которым пользовались средневековые рыцари. Скафандры были разобраны на составляющие, и каждый из бойцов постепенно натягивал на себя каждую из снятых частей.
Первыми были одеты ноги. Огромные сапоги с шарнирными сочленениями. На них снизу были одеты и закреплены так называемые трусы. Нижняя часть скафандра, закрывавшая тело бойца от паха до поясницы.
Потом, при помощи друзей, надевались рукава. Длинные перчатки, которые закрывали руки. Только после этого надевалась кираса. Подключение перчаток проводилось через горловину скафандра. В последнюю очередь надевался шлем. Проверив крепления и разъемы, бойцы включили скафандры и провели полную их диагностику. Это был обязательный ритуал. Отказ любой из систем в бою означал смерть бойца.
Убедившись, что все сделано правильно и скафандры работают как часы, бойцы молча переглянулись и дружно сдвинули головы, звонко столкнувшись забралами шлемов. Это тоже был ритуал. Этим людям не нужны были слова. Они и так прекрасно понимали, что, уйдя с базы, любой из них мог больше никогда не увидеть ее снова.
Разобрав ранцы и оружие, группа еще раз окинула лабораторию прощальным взглядом и, развернувшись, дружно затопала по коридору в сторону штаба базы. По давно заведенному порядку все уходящие на задание перед вылетом заходили к генералу. Если он на тот момент находился на базе.
Увидев вошедших бойцов, дежурный штаб-лейтенант удивленно развел руками:
– Вы же давно в отставке, парни. К чему эти ритуалы?
– То, что мы в отставке, не повод, чтобы нарушать старые правила. А ритуал, это не для других. Это прежде всего, для себя, – твердо ответил Генри, распахивая дверь кабинета.
Генерал, что-то тихо обсуждавший со стариком Сталком и пожилым полковником медицинской службы, удивленно замолчал, увидев открывающуюся без стука дверь, но, разглядев, кто именно вошел и по какому поводу, решительно поднялся, механически одергивая мундир. Вошедшие бойцы молча смотрели на человека, много раз отправлявшего их на задания. Генерал ответил им твердым, прямым взглядом и, чуть кивнув, приложил напряженные пальцы правой руки к виску.
Кивнув в ответ, бойцы развернулись и покинули кабинет. Растерянно смотревший на эту сцену Сталк решился нарушить наступившую тишину.
– Что это было? Разве они улетают уже сегодня?
– Завтра, – коротко ответил генерал.
– Тогда почему они в скафандрах? И зачем приходили? Может, все-таки удовлетворите мое любопытство, генерал?
– К скафандрам им придется еще пару дней привыкать, – тяжело вздохнув, ответил за генерала полковник, медленно опускаясь в кресло. – И снимут они их только после окончания операции. А приходили они потому, что очень давно на нашей базе пошло поверье, если перед тяжелой операцией группа зайдет сюда и получит благословение генерала, то с задания вернутся все.
– Благословение генерала?! – удивленно переспросил Сталк. – Что за дремучее средневековье? Никогда бы не подумал, что рейнджеры так суеверны.
– Не стоит смеяться над тем, чего не понимаете, – мрачно ответил ему генерал.
– Я на этой базе служу уже тридцать пять лет. Видел этот ритуал сотни раз, но все равно каждый раз комок в горле. Поймите, мистер Сталк, это тоже живые люди, и они хотят жить. Но они уходят на задания, даже если знают, что не вернутся, – тихо проговорил полковник.
– Простите, господа, – растерянно проговорил старик. – Простите старого дурака. Мне действительно лучше пореже открывать рот. Хотя бы пока я нахожусь здесь.
– Просто воспринимайте все, что видите, как данность, а не как экзотику, – посоветовал ему генерал с грустной улыбкой.

Десантники шли по базе ровным размашистым шагом. Сами того не замечая, они расположились построением под названием «полет ворона», когда командир группы идет впереди, а остальные члены тройки по бокам, с отставанием в полшага. Все десантники, попадавшиеся им навстречу, привычно останавливались и, приняв классическую стойку, десантник на отдыхе, ноги на ширине плеч, руки сложены на животе, уцепившись большими пальцами за ремень, провожали группу молчаливыми взглядами.
Бойцы шли молча, отбросив все сторонние мысли и чуть кивая всем, кто остановился проводить их. Слух об экспедиции группы давно уже разнесся по базе, и многие десантники с удовольствием приняли бы в ней участие. Слишком часто грендалиане принимали участие в пиратских налетах и разбойничьих нападениях. У многих на этой базе был к ним свой счет.
К тому времени, когда бойцы добрались до своей яхты, все работы на ней уже были закончены, и теперь проводилась подгонка и калибровка орудий. Загрузив в кассетник стальные муляжи, рабочие отошли в сторону, и Дик медленно поднял яхту в воздух.
Сделав несколько пробных виражей над базой, он взял курс на полигон. Разогнав машину почти до сверхзвуковой скорости, Дик переключил управление орудиями на консоль Ланы и, связавшись с вышкой управления учебной базы, попросил выбросить мишени.
В ту же минуту на мониторе наведения вспыхнули несколько точек, означавших появление противника. С легкой усмешкой Лана положила длинные, нежные пальцы на пульт управления, и четыре лазерных спаренных лучемета заговорили хором. Следом за ними вступила импульсная пушка, а еще через секунду яхта окуталась жарким маревом силового щита.
Пролетев над обломками мишеней, Дик заложил вираж, сделавший бы честь настоящему истребителю, и на бреющем полете прошелся над полигоном еще раз. Уловив его намерение, Лана чуть повела кистями рук, и стальные болванки, заменявшие настоящие бомбы, посыпались на землю. Каждая из них легла рядом с останками мишеней. Эту новость Дику сообщил наблюдатель, отслеживавший результаты стрельб.
С уважением покосившись на Лану, Дик одобрительно кивнул головой и, сбросив скорость, повел машину обратно в док. Оставалось только загрузить в яхту настоящие бомбы и заправить запасные баки.
Яхта была полностью готова и к долгому полету, и к тяжелому бою. Мощности генераторов хватало даже с избытком, поэтому, выйдя в открытый космос, Дик с полной уверенностью мог отключить двигатели и вести яхту на плазменных генераторах.
Мастерски посадив машину, Дик заглушил двигатели и вышел из яхты. Первым, что бросилось ему в глаза, оказались три фигуры, закованные в стальную броню. Откинув забрало, Генри медленно подошел к другу и тихо спросил:
– Ну, как?
– Порядок, – улыбнулся Дик, не сдержав довольной улыбки. – Стопроцентное попадание из всех видов оружия. Движки тянут как проклятые, а мощности генераторов столько, что мы на них смело летать можем, без ущерба для огневой мощи.
– Значит, не врал старый черт, когда обещал из яхты истребитель сделать, – усмехнулся в ответ Генри.
– Какой старый черт? – удивленно спросил Дик.
– Главный механик с яхты Сталка. У деда столько разработок и придумок, что можно даже крейсер заставить, как истребитель, разгоняться, – пояснил Генри.
– То-то он вокруг яхты месяц отирался, – весело протянул Дик и, посмотрев на друга, спросил: – Грузимся и взлетаем?
– Завтра. С утра, – коротко ответил Генри.
Кивнув в ответ, Дик вызвал мастера рабочей бригады и приказал грузить боевые снаряды. Связавшись с генералом, Генри доложил ему о результатах полета и пробного испытания нового оборудования и назначил время отлета. Еще через четыре часа мастер сообщил Дику, что яхта полностью заправлена и загружена боезапасом.
Ровно в семь утра в док вошли генерал и старик Сталк. Заметив их появление, бойцы вышли из яхты и, встав широким полукругом, молча посмотрели на провожающих. После нескольких минут молчания генерал тихо произнес только одно слово:
– Удачи.
– Верните их, – сказал старик срывающимся голосом. – Любой ценой, любыми средствами. Верните.
Кивнув в ответ, бойцы развернулись и по одному скрылись в чреве яхты. Положив руку на плечо старику, генерал заставил его отступить назад и долгим взглядом смотрел, как тяжелая машина величественно выходит из дока и набирает скорость, скрываясь в облаках.

* * *

Прокладывая курс до Грендаля, Дик не стал изобретать велосипед и в очередной раз просто направил яхту по кратчайшей траектории. Этот перелет должен был отнять у них еще пять дней. Маяк, установленный на яхте похитителей, уже два дня мигал именно в этой точке, обозначавшей проклятую планету.
Сам полет до планеты прошел без особых проблем. Только раз их пытался остановить случайно встреченный патрульный крейсер, но, получив от Генри личный код и сигнал «срочно, секретно», тут же отвалил в сторону, пожелав им удачи.
Но на орбите Грендаля их остановили категорическим приказом, с угрозой уничтожения. Удивленно посмотрев на полученный ответ, Генри мрачно хмыкнул и велел Дику состыковаться с патрульным эсминцем, командир которого требовал личной встречи.
Мастерски подогнав яхту к военному кораблю, Дик, не мудрствуя лукаво, перебросил шлюзовой рукав прямо к рубочному люку эсминца. Это была наглость. Рубочный люк открывался только при посещении корабля вышестоящим командованием. Усмехнувшись в ответ на его хитрую улыбку, Генри захлопнул забрало шлема и, отложив бластер, шагнул в рукав.
По большому счету в тяжелом скафандре рукав ему был не нужен, но раскрывать свои козыри раньше времени он не собирался. Все их действия фиксировались камерами наблюдения. Даже само нежелание капитана эсминца принять переданные ему коды от полковника внешней разведки было вопиющим нарушением всех правил, и теперь, если он осмелится не открыть рубочный люк, ему придется отвечать за свои действия перед трибуналом лиги.
Возможной агрессии со стороны флотских Генри не боялся. Чтобы пробить тяжелый скафандр, морякам пришлось бы использовать оружие, стрельба из которого в закрытом помещении могла привести к катастрофическим последствиям. Сам Генри был вооружен только любимым штурмовым пистолетом и десантным кинжалом, больше напоминавшим короткий меч, с монохромной заточкой и функцией виброрезака.
После решительного стука закованной в сталь перчаткой рубочный люк открылся, и Генри вошел в шлюзовую камеру. Когда автоматика уравняла давление, внутренняя дверь открылась, и в грудь десантнику уперлись стволы двух лазерных винтовок. Это уже была не просто наглость. Это был вызов.
Недолго думая, Генри сжал стволы направленных на него ружей и, резко вырвав их из рук моряков, просто согнул оба дула, уперев приклады в пол. Приведя оружие в негодность, он сгреб обоих стрелков за шкирки и, приподняв, понес в рубку.
Могучим пинком вышибив стальной люк рубки, он вошел в святая святых любого корабля. Растерянно вскочившие вахтенные офицеры разинули от удивления рты. Увидеть десантника в тяжелом скафандре удавалось далеко не всем. Держа двух взрослых мужчин, как нашкодивших котят, Генри обвел рубку мрачным взглядом и, разглядев бледного от бешенства майора, шагнул к нему.
– Вы на этой лоханке старший? – спросил Генри, намеренно нанося оскорбление.
– Эта лоханка является боевым кораблем флота лиги! – дрожащим от злости голосом ответил майор.
– Нет, майор. С того момента, как вы решились нарушить устав, этот корабль превратился в лоханку. И если вы сейчас же не объясните мне своего поведения, я разнесу ее на атомы вместе с вами и всем тем дерьмом, которое скопилось здесь за то время, пока вы болтаетесь на этой орбите.
– У меня есть категорический приказ совета лиги не допускать посадки на планету посторонних судов.
– Вы не выполнили свой приказ, майор. Не далее как три недели назад с планеты взлетели три яхты. А неделю назад вернулась одна.
– Этого не может быть! – яростно воскликнул майор.
– В совет лиги были доставлены записи, подтверждающие мои слова. А на вернувшуюся яхту лично мной был установлен маяк, который и привел меня сюда. Это тоже известно совету. Подробности вам не нужны. Они вас не касаются. А теперь, либо вы перестаете мне мешать, либо отправляетесь под суд. Решайте быстрее. У меня нет времени на долгие рассуждения.
– Значит, я все-таки не ошибся, капитан, – неожиданно сказал один из офицеров, молоденький лейтенант с юношеским пушком на щеках.
– В чем ты не ошибся, сынок? – моментально развернулся к нему Генри.
– Немедленно заткнись, сопляк! – заорал взбешенный майор. – И поставьте, наконец, моих матросов на пол, – добавил он, поворачиваясь к Генри.
Осторожно поставив парней на палубу, Генри молча подтолкнул их к выходу и, развернувшись к майору, сгреб его за грудки. Матросы, избавившись от объятий этого страшного человека, быстренько затопали к выбитому люку, надеясь оказаться от него как можно дальше.
– Не смей оскорблять младшего офицера, мразь, – прорычал Генри, встряхивая майора как куклу. – Говорите, лейтенант. Что вы видели? Но предупреждаю, каждое ваше слово будет передано в трибунал лиги.
Напряженно кивнув, лейтенант встал и, вытянувшись в струнку, вздрагивающим от волнения голосом доложил:
– Восемнадцатого числа прошлого месяца, находясь на боевом дежурстве, я заметил три объекта, покинувших поверхность планеты. Я доложил об этом майору, но он ответил, что у грендалиан нет космических кораблей, и это мне просто померещилось от напряжения и усталости. Четвертого числа этого месяца я также заметил приближение неизвестного объекта и снова доложил о нем, на что мне было отвечено, что это просто кусок космического мусора. Так как полет объекта был очень прямолинеен.
– Это все? – мрачно спросил Генри.
– Все, господин полковник.
– Спасибо, сынок, – кивнул Генри и, переведя взгляд на майора, спросил: – Ну, а ты что добавишь, пиратский прихвостень?
– Бред! Мальчишка просто пытается выслужиться. Немедленно поставьте меня на палубу и уберите руки. Вы арестованы и будете содержаться под стражей до выяснения вашей личности.
– Нет, приятель. Это ты арестован, и будешь содержаться под стражей, – усмехнулся в ответ Генри, переключая коммуникатор на внешнюю связь. – Дик, закачай кислород в рукав и прикажи ребятам приготовить наручники. У меня тут очень интересный экземпляр образовался.
– Понял, выполняю, – последовал короткий ответ.
Обведя мрачным взглядом растерянных офицеров, Генри шагнул к консоли управления артиллерийским огнем и выдрал чипы управления из гнезд. Бросив их на стол, он хмуро усмехнулся и добавил:
– Извините, ребята, но в сложившихся обстоятельствах я не могу никому доверять. Вы мальчики грамотные, часиков через пять-шесть систему перезагрузите, и все будет в порядке. Просто я пытаюсь избежать ненужных жертв.
Развернувшись, он вынес майора в коридор и зашагал с ним к рубочному шлюзу. Висящий в его стальном кулаке майор тщетно пытался вырваться, яростно молотя кулаками по предплечью скафандра. Успокоился он только после того, как Генри пообещал выбросить его в открытый космос, проходя по стыковочному рукаву.
Всю дорогу до яхты Генри внимательно рассматривал майора, пытаясь вспомнить, кого он ему напоминает. Так и не вспомнив, где видел это лицо, Генри шагнул в шлюз яхты и, передав арестованного в руки своих бойцов, прошел в ходовую рубку.
Присев в кресло, он с улыбкой посмотрел на Дика и сказал:
– У тебя есть ровно четыре часа, чтобы убраться с орбиты и войти в атмосферу планеты. Потом за действия наших бравых морячков я не отвечаю.
– За это время, я успею не только с орбиты убраться, но еще и кофе попить, – усмехнулся в ответ Дик, разгоняя яхту. – Куда идем?
– На маяк, – решительно ответил Генри, – нужно лишить их возможности сбежать.
– Хочешь закончить все здесь и сейчас? – повернулся к нему Дик.
– Да. Мне это надоело. Пора решить все вопросы и раздать все долги, – решительно ответил Генри.
Согласно кивнув, Дик лихо вбил в навигационный компьютер данные маяка и, переключившись на автопилот, отправился пить кофе, как и обещал. Усмехнувшись его нахальству, Генри поднялся, собираясь выйти следом за ним, но в этот момент в рубку вошла Лана.
Заметив у нее в руках ящик с инструментами, Генри отступил в сторону и удивленно спросил:
– Что собираешься ремонтировать, сестра?
– Хочу быстренько подготовить себе более удобное место для работы. Сниму кресло и прикручу пару ремней.
– А почему только сейчас? – не понял Генри.
– В полете оно могло потребоваться, а теперь это только мое место, – хищно улыбнулась Лана, ловко откручивая крепежные болты.
Согласно кивнув, Генри оставил ее готовиться к бою и вышел в кают-компанию. Взяв из лотка кухонного робота стаканчик кофе, Генри медленно отхлебнул напиток и посмотрел на друга. С Диком явно что-то происходило.
– Что тебя мучает, старина? – тихо спросил Генри у друга.
– Я боюсь, – так же тихо признался Дик. – Боюсь, что мы опоздали. Нужно было догнать их в космосе.
– И что потом? – устало спросил Генри. – Состыковаться они бы нам не дали. Взять яхту на абордаж без этих доспехов нам бы не удалось. Нас расстреляли бы еще на подходе. Единственное, что мы могли сделать, это заставить их зависнуть и мешать дальнейшему передвижению. Патовая ситуация. Более того, озверевшие грендалиане могли выйти из подчинения людей и просто убить девочек.
– Думаешь, они еще живы? – с надеждой спросил Дик.
– Думаю, да. По большому счету тем, кто все это затеял, нужны не они, а мы. Ты, я и старик.
– Почему ты так решил?
– Старик имеет слишком большой вес в играх ВП. Ты обеспечиваешь его безопасность и много знаешь, а я уже много лет у них как бельмо на глазу.
– Значит, они искали нас? – удивленно спросил Дик.
– Думаю, они хотели захватить всех. С семьями. Уничтожив нас с тобой, они имели бы все шансы заставить старика плясать под их дудку. Ведь у них в руках остались бы девочки и дети.
– И чего бы они добивались? – мрачно спросил Дик.
– Не знаю, – задумчиво покачал головой Генри. – На этот вопрос могут ответить только те, кто все это затеял.
– Как будем действовать?
– Подходим к яхте, уничтожаем двигатели, высаживаемся и начинаем устраивать ад. После моей команды проводите бомбардировку поселения, и идете следом за нами. Будь готов в любой момент забрать нас с поверхности и быстро взлететь. Ну, а на поверхности будем работать мы.
Кивнув головой, Дик бросил пустой пластиковый стакан в мусоросборник и направился в рубку. Шагнув в небольшое помещение, Дик растерянно замер, удивленно рассматривая учиненный в рубке погром. За то время, пока он пил кофе, Лана успела снять с крепежей кресло и вынести его в грузовой отсек. Теперь вместо кресла у консоли стояла низенькая железная конструкция, отдаленно напоминавшая табуретку. К полу были прикручены несколько ремней.
Сидевшая на этом сооружении Лана оглянулась на звук шагов и, увидев Дика, весело улыбнулась:
– Заходи, капитан.
– Что тут было? – растерянно спросил Дик.
– Обустроила себе рабочее место, – весело ответила она.
– А разве в кресле не удобнее? – развел руками Дик.
– Маленькое оно мне, – смущенно ответила Лана. – Сделано под человека. Мое седалище в нем еле умещается, а при маневрах оно вообще обломиться может. Ты хоть представляешь, сколько я вешу?
– Ну, думаю, немого меньше, чем твой медвежонок, – усмехнулся в ответ Дик.
– Вот именно, немного, – усмехнулась в ответ Лана, – взрослая особь нашей расы весит в среднем около четырехсот килограммов. Плюс-минус пара десятков. А эта железяка сварена на совесть. Плохо только, что ремни пришлось наобум прилаживать.
– Надеюсь, при маневрах они не оборвутся, – проворчал Дик, с сомнением рассматривая широкие ремни, опутавшие бедра Ланы.
– Сняты с грузового парашюта, – ответила на его вопрос Лана. – Опять все бедра и задница в синяках будут, – вздохнула она и с непостижимой женской логикой добавила: – Ладно, плевать, главное, теперь у меня консоль прямо перед носом, а не в районе лодыжек.
Растерянно махнув рукой, Дик уселся на свое место и, пробежавшись пальцами по клавиатуре навигационного компьютера, вызвал Генри в рубку.
Прогрохотав стальными сапогами по железу коридора, Генри ввалился в рубку и с порога спросил:
– Что?
– Сигнал маяка идет из точки, расположенной ниже уровня поверхности. Не задай я координаты на сотню метров выше, влепились бы прямо в кучу камней, – быстро пояснил Дик, тыча пальцем в экран.
– Понятно, – кивнул Генри, – подземный ангар. Сестра, первый удар импульсной пушкой, потом срежешь с нее двигатели. По силовой установке и генераторам не бить. Под ними расположены каюты экипажа. Десантирование будем проводить в момент атаки. Дик, выведешь яхту на высоту тридцать метров, скорость сорок километров. Лана, работаешь как ювелир. Девочки могут быть на яхте.
– Есть, командир, – кивнула Лана, переключая режимы мощности на орудиях.
– Сделаем, – отозвался Дик, не отрываясь от монитора.
Вернувшись в кают-компанию, Генри по коммуникатору вызвал свою группу. Обведя вошедших бойцов внимательным взглядом, он тихо спросил:
– Ну, что, парни? Готовы стать кошмаром этой планеты? Повторяю еще раз, кто хочет или не чувствует себя уверенным, может остаться.
– Готовы, капитан, – коротко кивнул в ответ Алекс.
– Работаем, командир, – поддержал его Эндрю.
– Тогда забудьте, что они живые и могут испытывать боль. С того момента, как мы окажемся на поверхности, они должны испытывать только страх. Дикий, животный. Только так мы сможем вернуть их. В любом другом случае мы их только погубим.
– Сделаем, командир, – тихо отозвался Эндрю сквозь плотно сжатые зубы.
– Тогда всё. Десантируемся на ходу. Маяк расположен под землей. С яхтой разберутся Дик и Лана. На нашу долю остается самая грязная работа.
– Как всегда, – усмехнулся в ответ Алекс, поправляя ремень бластера.
– И еще, – неожиданно добавил Генри. – Спасибо. За всё. Вот теперь точно всё.
В этот момент Дик по громкой связи объявил минутную готовность, и бойцам стало не до разговоров. Быстро пробежав к аварийному люку, расположенному в грузовом отсеке и выходящему под брюхо яхты, десантники захлопнули забрала шлемов и, быстро проверив оружие, приготовились к десантированию.
Яхта заметно сбросила скорость, и Дик начал десятисекундный отсчет. При слове «пять» Генри распахнул аварийный люк. Широкие створки плавно поднялись в отсек. С командой «пошел» Генри первым шагнул в открывшийся проем, прыгнув в направлении, обратном движению яхты, чтобы максимально погасить скорость.
Приземлившись на полусогнутые ноги, он покатился по каменистой земле, гася силу удара. Следом за ним из люка яхты выскочили еще две фигуры, и спустя минуту вся группа уже собралась в нескольких километрах от точки расположения маяка.
Грузовой люк закрылся, и пологий холм прямо по курсу яхты окутался пылью и дымом. Выстрел из импульсной пушки снес холм, обнажив скрывавшиеся под ним бетонные конструкции. Следующий выстрел вскрыл ангар, как консервную банку, сметя все перекрытия и взлетные ворота.
Лана действительно работала как ювелир. Один выстрел из лазерной спарки с хирургической точностью срезал с яхты маршевый двигатель, моментально приведя ее в негодность. Дик аккуратно вывел яхту на новую точку атаки, и второй двигатель с грохотом обрушился на бетонный пол ангара.
Подбежавшие к искалеченной яхте десантники, не тратя времени на попытку аккуратно вскрыть замок входного люка, просто вынесли его залповым выстрелом из трех бластеров. Выдержать такой массированный огонь могла только броня боевого корабля. Да и то не долго.
Ворвавшись в яхту, десантники моментально обыскали все помещения и, вытащив на улицу двух пойманных грендалиан и одного человека, приступили к допросу.
– Где женщины, которых вы похитили на Оливере-три? – спросил Генри, наступая на ногу ближайшему грендалианину.
Скривившись от боли, тот попытался ударить Генри кулаком, но Алекс крепко держал его за локти. Не повторяя вопроса, Генри поднял ногу и одним резким ударом расплющил ступню пленника. Взвыв то боли, тот выругался и быстро что-то зачирикал на своем языке.
– Не надо мне врать, что ты не понимаешь межязыка, – ответил ему Генри, расплющивая ему вторую ступню.
– Я не знаю! – завопил грендалианин, понимая, что этот мягкотелый будет уродовать его до тех пор, пока не получит ответ на свой вопрос. – Их увели куда-то на планету.
– Кто знает, куда их увели? – спросил Генри, беря пленника за плечо.
– Не знаю, я только пилот! – завопил в ответ грендалианин.
– Теперь ты только падаль, – ответил Генри, с силой сжимая руку.
Стальной экзоскелет скафандра был рассчитан на развитие хватательного усилия в шесть тонн. Кость пленника превратилась в мелкое крошево. Оставив искалеченного пленника выть в объятиях Эндрю, Генри развернулся ко второму грендалианину. В подробностях разглядев, что он сделал с первым пленным, грендалианин совсем не желал для себя такой же участи.
Не дожидаясь, когда его начнут рвать на части, пленник заговорил. В подробностях рассказав, кто и когда увел пленниц, он попытался спасти свою жизнь. Но он ошибся. Внимательно выслушав все, что пленник ему рассказал, Генри подошел поближе и, с усмешкой сказав: «Я тебе верю», – просто перерезал ему горло.
Сделал он это так, что даже бывалых десантников несколько покоробило. Ухватив пленного за плечо, он приложил кинжал к шее грендалианина и, включив виброрезак, одним долгим, медленным движением отделил голову от тела. Повернувшись к последнему пленнику, человеку, Генри стиснул его голову пальцами и, медленно сжимая их, спросил:
– Где пленницы?
– Их увели во дворец кланов. Больше я ничего не знаю. Пощадите! – завопил пленник, почувствовав, как кости его черепа начинают трещать, а глаза вот-вот вылезут из орбит.
– А кого ты пощадил, приведя этих зверей на мою планету? – спросил его Генри, одним движением сворачивая ему шею.
Повернувшись к десантникам, Генри скомандовал:
– Идем к ближайшему поселению. Брось эту падаль, Алекс. У нас нет времени на сопли.
Молча отшвырнув искалеченного пилота, Алекс развернулся и, посмотрев на вторую жертву, спросил:
– Что будем делать в поселке?
– Уничтожать. Всех подряд. Ищите загоны для рабов. Будем освобождать всех, кто там окажется, и направлять сюда. Если кто-то успеет убежать, не преследовать и не стрелять. Нам нужен слух. Пусть бегут и разносят весть о нас всем подряд. Но тех, кто сопротивляется, уничтожать. И никакой жалости. Людей эти людоеды не щадят.
Кивнув в ответ, десантники перевели оружие в походное положение и приготовились к долгому бегу. Тем временем Генри связался с яхтой.
– Дик, в какой стороне ближайшее поселение?
– Тридцать километров на северо-восток, – последовал быстрый ответ.
– Следуй за нами, – ответил Генри и, развернувшись, понесся в указанном направлении.
Благодаря скафандрам, к поселению десантники подбежали уже через два часа. Не останавливаясь и не вступая в переговоры, они ворвались в поселок, с ходу принявшись уничтожать все живое на своем пути. Растерявшиеся от неожиданности жители попытались организовать хоть какое-то подобие сопротивления, но десантники не давали им опомниться.
Вооруженные воины клана встретили бойцов на подходе к главному зданию. Выстроившись в две шеренги, они принялись расстреливать их из своих примитивных ружей, стрелявших круглыми стальными шарами диаметром около двух сантиметров. Единственным достоинством этого оружия была скорострельность.
Недолго думая, вконец озверевший Генри схватил какого-то подростка за ноги и, орудуя им как дубиной, принялся крошить черепа воинов. Шедшие за ним десантники не отставали, уничтожая все живое, что попадало им под руки. Грендалиан окончательно проняло, когда у них на глазах Эндрю схватил взрослую особь и просто разорвал ее пополам, взяв за ноги.
Ворвавшись в главное здание, так называемый клановый дом, десантники уничтожили всех приближенных к главе клана, а его самого выбросили в окно, предварительно раздавив ногой череп. В подвале здания бойцы нашли клетки для рабов и, выломав решетки, выпустили всех, кто там был. Увидев на кухне почти разделанное женское тело, подвешенное за ноги к потолочной балке, бойцы окончательно рассвирепели и принялись крушить все подряд.
В том же подвале, в самом углу, десантники нашли и клановый инкубатор. Грендалиане действительно по многим своим параметрам походили на рептилий. Теплообмен организма, живучесть, кожные покровы и способ размножения у них были похожи на такие же параметры пресмыкающихся. Но, будучи более высоко организованными, грендалиане усиленно заботились о своем потомстве. В каждом клане был инкубатор, куда все беременные самки клана откладывали свои яйца. В инкубаторе поддерживалась постоянная температура и влажность, а за состоянием яиц следили старые, опытные самки, регулярно осматривая и переворачивая их.
Обычно каждая самка откладывала не более трех яиц за всю жизнь. Именно поэтому плотность населения на планете была не высокой, а уничтожение детеныша, не имеющего своего первого боевого шрама, каралось смертью. Все эти нюансы десантников не интересовали. Они пришли сюда вернуть своих близких, и поэтому все эмоции и моральные устои были оставлены ими на яхте.
Вскинув бластеры, десантники несколькими выстрелами уничтожили всю кладку, для верности бросив в инкубатор гранату и захлопнув дверь. Выйдя за пределы поселения, Генри связался с яхтой и приказал Дику сбросить на оставшиеся руины одну бомбу. Этого должно было хватить, чтобы от поселка остались одни воспоминания.
Отведя бывших рабов в сторону, Генри быстро объяснил им, что происходит и в какую сторону им идти. Проследив за действиями яхты, он велел Дику передать координаты уничтоженной яхты на эсминец и приказать выслать спасательный шаттл для эвакуации людей. Сами десантники уже неслись к следующему поселению.
Взрыв и клубы черного дыма в нескольких десятках километров от их жилья насторожили обитателей поселка. На всякий случай они даже закрыли центральные ворота, выставив на стенах, окружавших город, наблюдателей. Но это не спасло их от разгрома. Подбегая к поселению, бойцы с ходу дали залп по воротам и, не останавливаясь, ворвались в город.
Это поселение было намного больше предыдущего, и даже имело какое-то тяжелое вооружение, но воспользоваться им жители не успели. Десантники пронеслись по городу как ураган, сметая все на своем пути. Оставляя за собой лишь трупы и ужас от происходящего. Увиденное на кухне в уничтоженном поселке вытравило из бойцов любую жалость к этим существам.
Схватив главу клана, Генри, недолго думая, переломал ему все конечности и приступил к допросу. Тем временем бойцы продолжали уничтожать всех, кто попадался им на пути. Вскоре из живых аборигенов в замке остался только сам глава клана и пара его отпрысков. То, что это именно его детеныши, Генри не сомневался. Их одежда, манера держать себя и многочисленная свита говорили сами за себя.
– Где дворец всех кланов? – спросил Генри, наступая сапогом на руку грендалианина в месте перелома.
– Как вы посмели войти сюда?! – завопил в ответ упрямый вождь.
Генри сделал знак Алексу, и тот, не задумываясь, перерезал глотку старшему из детенышей, постаравшись сделать это так, чтобы хлынувшая кровь как следует обдала папашу.
– Следующий будет умирать очень медленно, – проинформировал вождя Генри, ломая ему конечность еще раз.
Эндрю, стоя у окна, расстреливал пытавшихся пробиться во дворец воинов из бластера.
– Командир, по-моему, они так и не поняли, с кем имеют дело, – сказал он, не отрываясь от своего увлекательного занятия.
– Ну, так объясни им более доходчиво, – огрызнулся Генри, продолжая втаптывать вождя в пол замка.
Мрачно усмехнувшись в ответ, Эндрю перевел мощность бластера на режим беспрерывной стрельбы и прожег в толпе атаковавших широкую просеку. Добавив туда пару гранат для наглядности, он высунулся по пояс в окно и, с удовлетворением оглядев дело своих рук, коротко резюмировал:
– Ну, вот так-то лучше будет. А то совсем обнаглели.
Полураздавленный вождь начал говорить только после того, как Алекс оторвал руку его младшему детенышу. Глядя на Генри ненавидящим взглядом, он тихо прохрипел:
– Я с самого начала был против, чтобы они сделали это. Я знал, что даже мягкотелые могут быть очень опасны, если задеть их слишком сильно. Но они меня не послушали. Я не знаю, куда увели твоих самок, но ответы на свои вопросы ты сможешь получить только после того, как доберешься до самых сильных кланов. Это все, что я знаю. Дворец, это самое большое здание на восток отсюда. Я бывал на ваших кораблях и знаю вашу терминологию. А теперь убей нас обоих. Только быстро.
– Как скажешь, приятель, – усмехнулся в ответ Генри, отсекая ему голову.
Алекс тут же проделал то же самое с детенышем, и десантники отправились в подвал, искать клетки рабов и инкубатор. Расстреляв попутно еще два десятка грендалиан, бойцы вывели из клеток около сорока человек и, уничтожив инкубатор, вышли из города.
Указав освобожденным направление, где их должен подобрать шаттл, Генри отдал команду Дику. Две бомбы стерли с лица планеты город, оставив от него одни руины. Дав еще пару выстрелов по уцелевшим строениям, Лана закончила разгром, и Генри повел свою команду дальше.
Двое суток десантники утюжили поселения вокруг дворца кланов, наводя ужас на аборигенов. Было уничтожено восемь городов и пять мелких поселков. Освобождено более трех сотен человек, основную массу которых составляли женщины. Мясо.
Генри даже не пытался выходить на контакт с вождями, ожидая их ответных действий. Утром третьего дня они наступили. Группе была устроена засада. Несколько кланов, объединившись, попытались уничтожить десантников, при помощи ловушек и тяжелого оружия, очевидно снятого с какого-то корабля.
Первым большое скопление грендалиан заметил Дик. Сверив данные сканеров, он связался с Генри и поставил его в известность о готовящемся нападении.
– Тем лучше, – прорычал в ответ Генри и, чуть сменив направление, прибавил шагу.
Пройдя по каменистой осыпи и поднявшись на вершину холма, десантники с ходу атаковали флаг засевших в засаде грендалиан. Лана поддержала его огнем импульсной пушки, разметав собранное наспех войско по окрестным камням.
Выявив вождей, бойцы уничтожили их снайперским огнем и продолжили движение. Уже через час они догнали большой караван уходящих из поселения аборигенов. Не вступая в переговоры, десантники уничтожили огромный термофургон с яйцами и принялись вырезать весь караван, методично поливая его огнем.
К вечеру того же дня дорогу им заступил старый грендалианин с белым флагом в руках. Этот абориген был действительно старым. Его серая кожа свисала складками и, потеряв свой насыщенный цвет, отливала зеленью, отчего грендалианин выглядел не просто старым, а даже каким-то замшелым.
Обведя стоящих перед ним десантников внимательным взглядом блеклых, слезящихся глаз, он перевел взгляд на Генри и проговорил хриплым, надтреснутым голосом:
– Она была права, когда говорила, что ты придешь. Ты действительно пришел, воин со шрамом. Но ты пришел так, как захотел сам, а не так, как мечтала она.
– Что ты имеешь в виду, старик? – хмуро спросил Генри.
– Ты не потерял голову и помчался следом за их кораблем. Ты смог сохранить рассудок и приготовиться к бою. Ты воин. Я это понял сразу. Многие вожди это поняли. Этого не поняла только она и те, кому разум затмила мечта о безграничной власти.
– Ты много говоришь, старик, но я еще не услышал ничего интересного, – мрачно отозвался Генри.
– Идем со мной, воин. Большой совет собрался и готов обсудить с тобой сложившуюся ситуацию.
– Если ты решил завести нас в еще одну ловушку, то лучше откажись от этой затеи. Я не буду угрожать тебе смертью. Ты стар и не боишься ее, но существует большая разница, как умереть. В бою с врагом или воя от боли и ползая по камням, собирая свои внутренности, – жестко ответил Генри.
– Ловушек не будет. У тебя слишком мощная поддержка, – ответил старик, кивком головы указав на зависшую неподалеку яхту. – А подыхать, как гурт, не хочу даже я, – медленно добавил он.
Гуртами грендалиане называли местных зверьков, отдаленно смахивавших на земных крыс, но более противных. Эти животные не имели шерсти, нападали стаями и были ядовиты. Самое неприятное заключалось в том, что яд гуртов не убивал, а только парализовывал жертву. После чего стая сжирала ее, еще живую, трепещущую, но лишенную любой возможности к спасению.
– Веди, старик, – кивнул Генри после короткого раздумья.
Развернувшись, старый грендалианин медленно зашагал в сторону кланового дворца. Отстав на десяток шагов, десантники направились следом.
– Так мы сутки ползти будем, – проворчал Эндрю, покосившись на командира.
– За поворотом меня ждет машина, – неожиданно проговорил старик, словно услышав слова десантника.
Удивленно глянув ему в спину, Эндрю перевел взгляд на Алекса. Бойцы говорили по внутренней связи, двигаясь с закрытыми забралами шлемов. Услышать сказанное Эндрю старик просто не мог. Неожиданно оглянувшись, старик хмыкнул и добавил:
– Я давно живу на свете и хорошо знаю, о чем думают молодые воины. Много сил, много желаний, но мало рассудка и очень мало терпения. Молодежь везде одинакова. Что у нас, что у вас, что у гердов. Да и стар я уже, чтобы пешком долго ходить. Тяжело стало.
– Похоже, ты успел поболтаться по галактикам, старик, если так хорошо знаешь другие расы, – настороженно спросил Генри.
– Я побывал во многих мирах, – криво усмехнулся в ответ старик, – сначала это был пиратский капер, потом охрана торговых судов, потом судно «людоедов», а потом опять пираты. Я много повидал.
– И где тебе больше всего понравилось? Небось у «людоедов»? – не удержался Эндрю.
– Нет, – покачал головой грендалианин, – у купцов. Там было интереснее. Меньше воинской славы, но больше миров. Купцов не боятся, а значит, есть возможность не только повоевать, а еще и посмотреть, как живут другие. В других мирах. Иногда я очень жалею, что из-за нашей глупости мы оказались в изоляции.
– А скольких людей ты убил, старик? – вступил в разговор Алекс.
– Многих, – коротко ответил грендалианин. – Но я всегда старался убивать только в честном бою.
– Почему? – удивился Эндрю.
– А как иначе заработать славу воина. Я ведь был воином, а не убийцей по желанию и найму. Воин убивает в бою, а убийца из-за угла. У него нет славы. Есть только цель и договор.
– Трудно тебе поверить, старик. Особенно хорошо зная твоих соплеменников, – усмехнулся в ответ Генри.
– Знаю, – кивнул в ответ старик. – Но это моя жизнь. И это правда. В этом мне нет смысла врать.
За разговором они добрались до поворота, и усталым глазам десантников предстал странный аппарат на четырех колесах. Рама, лавки вместо сидений, руль и открытый всем ветрам мотор внутреннего сгорания. Задумчиво обойдя эту конструкцию, Генри удивленно посмотрел на грендалианина и, усмехнувшись, сказал:
– Похоже, этот рыдван твой ровесник, старик.
– Он стар, но еще бегает, – пожал костистыми плечами старик и медленно залез на водительское место.
Десантники загрузились в это чудо местного автостроения, и старик уверенно повел свой шарабан по узкой дороге. Сверяясь с показаниями сканера, Генри отслеживал маршрут движения. Убедившись, что абориген действительно везет их в сторону кланового замка, Генри связался с Диком и приказал ему быть готовым к любой каверзе. В том, что их попытаются уничтожить, он даже не сомневался.
Проведя в дороге почти час, они наконец подъехали к пятиэтажному широкому строению с узкими окнами и стенами толщиной в четыре метра. Это действительно был замок. Перед широкими воротами, ведущими во внутренний двор, был расставлен ряд кресел. Дальше все пространство было запружено огромным количеством вооруженных грендалиан.
Обведя это столпотворение задумчивым взглядом, Генри с ухмылкой спросил у старика:
– Здесь всегда так, или это от того, что твои сородичи наконец поняли, что чувствуют люди, когда разоряют их дома?
– Сейчас здесь собрались самые могущественные кланы. От их решения будет зависеть, как ты поступишь дальше, – пожал плечами старик.
Подогнав свою машину к площади, он заглушил двигатель и, повернувшись к Генри, сказал:
– Дальше вы пойдете сами. Я свое дело сделал.
– Тебе поручили привезти нас сюда только потому, что ты старик, и, если мы убьем тебя, это будет не самая большая потеря? – усмехнулся в ответ Алекс.
– Я самый старый житель этой земли и отец вождя самого большого клана, – ответил старик с неожиданным достоинством, – меня попросили вмешаться только потому, что я много путешествовал и умею разговаривать с людьми, не вызывая их ненависти.
– Впервые твои соплеменники поступили мудро, – ответил Генри, не сводя глаз с толпы, – посмотрим, что сделают дальше, и насколько вообще хватит их мудрости.
Бойцы проверили оружие и дружно шагнули на расстеленную прямо в пыли ткань густого синего цвета. Присмотревшись, Эндрю неожиданно понял, что это было одно целое сплошное полотнище. Не поверив собственным глазам, он присмотрелся получше и, убедившись, что не ошибся, принялся быстро фиксировать все на камеру скафандра.
Увидев, что люди взошли на полотнище, грендалиане разом замолчали и расступились, освобождая проход вождям. Не доходя десятка шагов до ряда кресел, Генри остановился. Вышедшие из замка вожди подошли к креслам и, чинно рассевшись, молча уставились на десантников.
Не поднимая забрала, Генри принялся рассматривать их в ответ. В воздухе повисла напряженная тишина. Эта пауза тянулась бесконечно долго. Не выдержав, один из вождей неожиданно прорычал:
– Как вы посмели ступить на нашу землю с оружием в руках?!
Сообразив, что первый раунд переговоров они уже проиграли, остальные вожди угрюмо посмотрели на самого нетерпеливого.
– Я пришел сюда забрать то, что принадлежит мне, и что ваши соплеменники осмелились украсть, – ответил Генри, стараясь, чтобы его голос звучал ровно.
– Мы ничего не воруем! – подскочил заговоривший вождь вместе с креслом. – Мы берем все в бою.
– Вранье. Моих женщин вы забрали, как воры. Прокравшись в дом, когда там не было хозяина.
– Ты осмеливаешься спорить со мной, мясо? – взревел вождь, вскакивая на ноги и хватаясь за лучевой пистолет.
Не меняя позы, Генри всадил ему в грудь заряд из бластера. С такого расстояния сгусток плазмы прожег грендалианина насквозь, уничтожив заодно и стоящего за ним воина.
– Вы позвали меня разговаривать или оскорблять? Пока что я ничего кроме глупости не слышал, – проговорил Генри, включив усилители звука, встроенные в скафандр, на полную мощность.
Растерянно посмотрев на погибшего, грендалиане дружно перевели взгляды на десантников. На костистых, маловыразительных лицах аборигенов было написано неверие.
– Ты осмелился убить вождя на глазах у всех, – медленно произнес один из сидевших.
– Если вы не выполните все мои требования, я уничтожу всех на этой планете, – мрачно пообещал ему Генри.
– Чего ты хочешь? – мрачно спросил вождь.
– Вы вернете мне моих женщин, отдадите всех рабов и сдадите мне человека, который нашел пристанище на вашей планете шесть лет назад. Это тоже женщина.
– Ты много хочешь, человек. У меня есть другое предложение. Ты отдаешь нам свое оружие, доспехи, получаешь своих женщин и улетаешь. В противном случае мы их убьем. Но не просто убьем, а прикажем выпотрошить, зажарить и подать нам сюда, чтобы ты мог видеть, как мы будем есть твоих самок. А, чтобы ты не сомневался, что это именно они, с них снимут кожу целиком. С живых.
– Если это случится, я не просто уничтожу все живое на этой планете. Я выжгу ее дотла, а потом уничтожу и саму планету, не оставив даже первородного яйца, – ответил Генри так, что вздрогнули все стоявшие рядом.
– Похоже, ты не веришь, что жизнь твоих самок висит на волоске? – неожиданно вскочил на ноги один из вождей. – Я сам, лично сдеру с них шкуры, – проговорил он, шагнув вперед.
Выстрел Генри разнес ему голову, окатив всех сидящих потоками крови и мозгов.
– Сестра, укороти эту башенку, – приказал Генри, переводя ствол бластера на растерянно замерших вождей.
Ответом ему послужило мощное шипение лазерной спарки. Удар пришелся на самую верхушку замка. Раскаленные камни брызнули в разные стороны с силой шрапнели. Зазвучали крики и стоны раненых и контуженых. Не давая им опомниться, Генри шагнул к освободившемуся креслу и, легко переставив его, уселся, держа оружие в руках.
– В присутствии хозяев рабы должны стоять! – не выдержал оскорбления, еще один вождь.
Вскочив на ноги, он бросился к сидящему Генри, выхватывая из ножен кинжал. Его перехватил Эндрю. Сжав плечо вождя, он, не задумываясь, повторил то, что сделал Генри с одним из пленных. Включив в кинжале виброрезак, он просто отсек вождю голову. Отбросив тело, десантник пинком отправил голову вождя в толпу.
– Кто-то хочет еще что-нибудь сказать? – жестко усмехнулся Генри.
– Ты не сможешь уничтожить целый народ, – мрачно проговорил вождь.
– Спроси об этом у тех, кто уже потерял и дома и кладку, – усмехнулся в ответ Генри. – Вас слишком мало, чтобы противостоять мне. Сделайте то, что я сказал, и сохраните своих еще не вылупившихся детенышей. Попытаетесь причинить моим женщинам вред, и потеряете всё. Даже планету. Вас больше не будет. Нигде, никогда.
– Чтобы собрать всех рабов, нам потребуется много времени, – нехотя ответил вождь.
– Начни с главного. С остальным я готов подождать, – усмехнулся в ответ Генри.
Молча кивнув, вождь повернулся к одному из воинов и что-то быстро прочирикал.
– Приготовьтесь, парни, они не могут сдаться так просто. Возможно, придется работать, – быстро пробормотал Генри по внутренней связи.
Десантники тут же подобрались, внимательно отслеживая перемещения толпы и действия вождей. Толпа раздвинулась, и по широкому проходу в сторону сидящих направилась целая процессия. Пятеро грендалиан, шагая в одну шеренгу, шли по проходу, наведя на людей свои лучевые винтовки. Следом за ними вели пленниц.
Шею Натали и Сенди сжимали веревочные петли, концы которых держали в руках конвоиры. В свободной руке каждого конвоира был лучевой пистолет, нацеленный в спину пленницы. Процессию замыкали еще трое воинов.
Выведя пленниц на площадь, грендалиане остановились и выжидательно посмотрели на вождя. Повернувшись к десантнику, тот внимательно посмотрел на Генри и, чуть усмехнувшись, сказал:
– Стоит мне только шевельнуть пальцем, и они умрут…
В ту же секунду Генри взмыл со своего кресла и, развернувшись, сделал два выстрела. Оба конвоира рухнули с простреленными головами. Не останавливаясь, Генри подскочил к вождю и, уперев еще горячий ствол бластера ему в лоб, тихо прошипел:
– Ну, так шевельни им, и сдохнешь первым, животное.
Растерянно замерев, вождь посмотрел в глаза десантнику и, чуть заметно вздрогнув, громко произнес:
– Отпустите их.
Конвоиры сняли петли с шей девушек и отступили в сторону. Почувствовав свободу, обе жертвы похищения дружно бросились к десантникам.
– Эндрю, отведи их к яхте. Дик, садись, – коротко скомандовал Генри, не отводя ствола от головы вождя. – Где та баба? – жестко спросил десантник у вождя, усиливая нажим ствола.
– Сейчас приведут, – прохрипел тот, чувствуя, как трещат под напором оружия шейные позвонки.
– Сколько тебе нужно времени, чтобы привезти всех рабов? – продолжал напирать Генри.
– Неделя, – ответил вождь.
– Три дня. Ты соберешь их за три дня, вождь, и, если я узнаю, что кто-то попытался не вернуть хотя бы одного работника, хоть одну самку, я вернусь, и начну убивать.
– Ты неправильный мягкотелый, – неожиданно вздохнул вождь.
– Главное, что ты сам в этом убедился, – усмехнулся в ответ Генри.
– Ты злой. А значит, очень опасный. Знаешь, мне даже жаль, что ты мягкотелый. Будь ты воином, ты стал бы настоящим вождем, – проворчал грендалианин.
В это время в проходе появилась еще одна процессия, на этот раз состоявшая только из двух индивидов. Грендалианина и высокой, прекрасно сложенной женщины, которую воин тащил за роскошные золотистые кудри.
– Немедленно убери руки, животное! – визжала, отбиваясь, женщина. – Куда ты меня тащишь? Ты хоть представляешь, что с тобой сделает твой вождь, когда узнает, как ты посмел со мной обращаться?!
Идти в полусогнутом состоянии ей было неудобно, и кричащая женщина спотыкалась на каждом шагу. Ее рывки крики и угрозы вывели воина из себя. Вздернув женщину за волосы вверх, грендалианин отвесил ей полновесную оплеуху, прорычав:
– Заткнись, мясо!
Охнув от боли и неожиданности, женщина замерла, глядя на грендалианина расширенными от удивления глазами. Внезапно, заметив за спиной воина людей в боевых скафандрах, она вздрогнула и попыталась скрыться в толпе. Не давая ей опомниться, грендалианин развернулся и поволок женщину к сидящим вождям.
Не останавливаясь, воин приблизился к стоящему с оружием на изготовку Алексу и, недолго думая, швырнул женщину ему под ноги. Растянувшись на полотнище, женщина вскрикнула и, недоуменно оглянувшись, попыталась подняться. Поставив ногу ей на поясницу, Алекс придавил женщину к земле, коротко приказав:
– Лежать.
Бегом, подтащив освобожденных пленниц к быстро приземлившейся яхте, Эндрю почти внес их вовнутрь и, заперев в ближайшей каюте, снова выскочил на улицу. В ту же минуту Дик поднял машину в воздух. Убедившись, что главное сделано и женщины в безопасности, Генри отступил от вождя и, медленно опустив бластер, громко сказал:
– С ней были еще люди. Где они?
– За ними отправили воинов. Скоро привезут. Если хочешь, можешь пройти в замок и отдохнуть, – хмуро ответил вождь, глядя на Генри непонятным взглядом.
– Не знаю, что ты задумал, вождь, но лучше сразу откажись от своих замыслов. Это сохранит жизни многих твоих воинов. Я не буду устраивать поединков. Я просто прикажу выжечь здесь все орудийными залпами, – настороженно ответил Генри.
– Я это понял, – устало кивнул головой грендалианин. – Больше ничего не будет. Мы приняли твои условия. Этот бой ты выиграл. Но это еще не конец всей битвы.
– Битвы не будет. До тех пор, пока в лиге есть такие, как мы, люди, вам никогда не стать победителями, – усмехнулся в ответ Генри.
– Если она не врала, то очень скоро таких, как вы, не будет, – ответил вождь, кивком головы указывая на придавленную к земле женщину.
– Ну, это мы еще посмотрим, – усмехнулся в ответ Генри.
К площади подкатил еще один автомобиль и, лихо развернувшись, затормозил у самого края покрывавшего площадь полотнища. Из закрытого кузова машины выпрыгнули два грендалианина. Следом за ними оттуда был выброшен человек со связанными руками. Воины и не подумали подхватить пленника в полете, вследствие чего тот со всего маху рухнул прямо на землю.
Раздался глухой удар, и связанный вскрикнул от боли. Поставив его на ноги, воины пинками погнали человека к собравшимся вождям. Презрительно швырнув пленника рядом с лежащей женщиной, воины развернулись и молча смешались с толпой.
– Из тех, кто пришел с ней, это последний, – кивнул на лежащего вождь, – еще одного ты убил возле яхты. Ты не просто злой. Ты еще и умный. У меня было два готовых пилота. Одного ты убил, а второго превратил в ненужный кусок мяса. Теперь, даже если мы сможем добыть корабль, его некому будет водить.
– Чем она смогла купить вас, вождь? – неожиданно спросил Генри. – Неужели ты и вправду поверил, что, получив доступ к космическим технологиям, вам удастся подчинить себе всю лигу?
– Мы не стали бы подчинять себе лигу, – покачал головой вождь. – Совершая тайные вылеты, мы смогли бы постепенно увеличить мощь нашего оружия. Получить новые технологии и, самое главное, увеличить количество наших особей. Ты сумел сорвать этот план, когда начал уничтожать наши кладки. В один прекрасный день вы бы проснулись и увидели, что ваши лучшие курортные планеты заселены нашими воинами, ваши лучшие работники стали нашими рабами, а ваши самки откармливаются на мясо. Все нужно было держать в тайне, но она не смогла удержаться. Не знаю, что ты ей сделал, но ее ненависть не уступает ее амбициям.
– Она всегда была просто злобной сукой, – усмехнулся в ответ Генри. – Если бы не ее глупость и злобность, этот план вполне мог бы осуществиться.
– Значит, ты действительно уничтожил столько грендалиан только ради этих двух самок? – растерянно спросил вождь.
– А ты думал, что примчался сюда за ней? – спросил в ответ Генри.
– Я решил, что они твои враги, и ты прилетел сюда отомстить и уничтожить их.
– Я прилетел сюда, чтобы забрать своих женщин, и заодно разобраться с этой тварью, – ответил Генри. – А теперь прикажи вывести сюда всех рабов. Мне надоело торчать здесь.
– За рабами из дальних кланов уже поехали. Тех, кто есть здесь, ты можешь забрать, их уже вывели за стены дворца, – нехотя ответил вождь.
– Эндрю, проверь. Если рабов вывели, попроси их оглядеться и убедиться, что собрали всех. После этого отведи их в сторону и дождись шаттла. Дик, проверь сканером наличие посторонних и поторопи моряков. У нас мало времени.
Подойдя к лежащим на земле пленникам, Генри взял женщину за руку и без долгих церемоний поставил на ноги. Заглянув в забрало шлема, женщина вздрогнула и оскалилась в бессильной злобе. Генри с мрачным удовлетворением рассматривал пленницу.
Ее можно было бы назвать красивой, но злобная гримаса исказила тщательно вылепленные пластическими хирургами лицо. Высокие скулы, большие, миндалевидные глаза небесно-голубого цвета, чувственные, полные губы, узкий, с мягкими обводами подбородок. Все это Генри охватил одним взглядом и медленно перевел глаза на тело женщины, оценив и высокую грудь, и осиную талию, и широкие крепкие бедра.
– Тело красивое, а душа уродливая, – презрительно произнес он. – То, что сделали хирурги, видно, а своего-то что осталось?
Не зная, что ответить, женщина промолчала. Ей было страшно. Наверное, впервые за всю ее жизнь она по-настоящему испугалась. Столько лет пытаться уничтожить человека, и вдруг столкнуться с ним лицом к лицу. Да еще и оказавшись его пленницей. Судорожно всхлипнув, она не нашла ничего лучше, как пролепетать:
– Я требую своего адвоката.
Не удержавшись, Генри захохотал. Громко, во весь голос, сбрасывая напряжение всех этих недель и забывая обо всех ужасах и крови. Он смеялся и не мог остановиться. Через несколько минут, заставив себя успокоиться только усилием воли, он развернулся и решительным шагом направился к месту предыдущей посадки яхты.
Дик посадил машину и, едва дождавшись, когда десантники взойдут на борт, снова поднял яхту в воздух. Не теряя времени, Генри поволок свою добычу в грузовой отсек, где уже томился в ожидании решения свой судьбы майор. Втолкнув пленницу в отсек, Генри достал наручники и, быстро защелкнув их на тонких запястьях, приковал ее к проходящей по стене стальной трубе.
В этот момент Дик, догадался включить в отсеке свет. Разглядев сидящего в углу майора, пленница раскрыла от удивления рот, изумленно выдохнув только одно слово:
– Ты?!
– Как видишь, я, – скривился в ответ майор.
– Кажется, вы знакомы, – усмехнулся Генри, внимательно рассматривая обоих.
Пленники промолчали, со злостью покосившись на экс-капитана. Устало махнув рукой, Генри закрыл отсек и направился в кают-компанию. Дик успел перегнать яхту к толпе бывших рабов и подобрать Эндрю. Шаттл уже был на подходе. В ту же секунду, как экс-капитан переступил порог, навстречу ему кинулась Натали.
– Генри! – завопила она, повиснув у него на шее.
Медленно откинув забрало, Генри с удовольствием вдохнул чистый воздух яхты и, поцеловав жену, осторожно отодвинулся в сторону. Окинув ее внимательным взглядом, он вздохнул и, присев на стул, тихо спросил:
– Как ты?
– Почти нормально, – весело отозвалась Натали, пытаясь пристроиться ему на колени. – Синяки, ссадины. Жрать хочется, а в остальном нормально.
– Тогда объясни мне, как вы обе оказались в такой ситуации? – мрачно спросил Генри, посмотрев на жену тяжелым взглядом.
– Может, ты сначала снимешь это дурацкое железо, а потом будешь мне всякие вопросы задавать? – растерянно проворчала Натали.
– И где вы вообще так долго были? – сварливо спросила Сенди.
– Вам обеим лучше заткнуться и вести себя потише, – неожиданно раздался голос Дика.
Стремительно войдя в кают-компанию, Дик, окинул дочь долгим, усталым взглядом и снова заговорил:
– Ваше глупое упрямство поставило под удар всех. Нас с Генри, старика и этих вот ребят. Я не говорю уже о гердах. Зак лежит в реанимационном танке, а Лана до сих пор мучается головной болью. Вам было сказано сидеть в арсенале и не высовываться.
– Но, папа! – попыталась было выступить Сенди.
– Я сказал, заткнись! – рявкнул в ответ Дик. – Мне надоело твое тупое упрямство. Я терпел твои выходки, пока ты болела, но теперь, после выздоровления, пора уже научиться жить в ладу с людьми, а не вести себя как капризный ребенок. Вам обеим много раз говорилось, что есть вещи, в которых вы ничего не соображаете, а значит, молча делайте то, что говорят профессионалы. Без всяких оговорок и самодеятельности.
– Но ведь мы хотели помочь?! – попыталась возмутиться Натали.
– Мы прекрасно обошлись бы и без вашей помощи, – решительно ответил Дик.
– Но…
– Они правы, Натали, – негромко прервала ее возмущение Лана. – Они действительно правы. Будь мы с Заком вдвоем, нам было бы намного проще. Мне не пришлось бы оставаться в пещере, прикрывая вас, и Зак не был бы ранен. Вдвоем мы бы их просто уничтожили. Это я виновата, что послушала вас и не заставила укрыться в арсенале. Это было неправильно.
– Ну, хорошо. Мы виноваты, – вздохнула Натали, вызвав возмущенный вздох Сенди. – Но это не значит, что вы можете теперь унижать нас.
– Это значит, что вы должны не просто молча слушать все, что мы вам выскажем, а еще и, извинившись, принять это к сведению, – порычал Дик.
– Извиняться?! – взвилась в ответ Сенди.
– Да, – рявкнула в ответ Лана. – И не просто извиняться, а просить прощения за все то, что им пришлось пережить из-за вашего ослиного упрямства. Эти скафандры, девочка моя, они будут таскать на себе еще как минимум неделю. А твой дед, Натали, вынужден был лечь в госпиталь на регенерацию, чтобы иметь силы заботиться о твоих детях. Вы даже представить себе не можете, что им пришлось сделать, чтобы вытащить вас из плена.
– Я понимаю, что это было сложно… – растерянно протянула Сенди, но Дик не дал ей договорить.
– Сложно?! Да им пришлось сделать невозможное!
– Нам, старина, – тихо проговорил Генри, глядя на жену, – нам. Вся эта операция удалась только потому, что у нас собралась полная команда. Пилот, стрелок и десантная группа.
– Мы с Ланой были только прикрытием, – пожал плечами Дик, – вся грязная работа досталась вам троим.
– Ну, к этому мы уже давно привыкли, – усмехнулся в ответ Алекс.
– Похоже, вы обе так и не поняли, что ваши жизни могли закончиться в желудках грендалиан? – мрачно посмотрел на женщин Дик.
– В каком смысле? – растерянно спросила Сенди, глядя на отца удивленным взглядом.
– В прямом. Сейчас на орбите находится эсминец, на борту которого собралось около пятисот человек, бывших рабов грендалиан. Мы можем состыковаться с ним, чтобы дать вам возможность узнать все самим, – жестко ответил Дик, не сводя с дочери тяжелого взгляда.
Испуганно поежившись, Сенди растерянно посмотрела на Лану, но не дождавшись от нее поддержки, тихо сказала:
– Надеюсь, ты не пытался так пошутить?
– Мы еще вернемся к этому разговору дома, – многообещающе поворчал Дик.
– Ты правда не можешь снять эту штуку? Хотя бы на время? – тихо спросила Натали, осторожно коснувшись лица мужа кончиками пальцев.
– Нет, – покачал головой Генри.
– А что это за бабу ты притащил на яхту? – неожиданно спросила Натали без всякого перехода.
– Эта баба и есть главная виновница всех наших бед, – усмехнулся в ответ Генри.
– И что ты собираешься с ней делать? – неожиданно насупилась Натали. – Надеюсь, ты не собираешься тащить ее в суд через всю вселенную?
– Еще не решил, – криво усмехнулся Генри, чтобы немножко позлить жену.
Прожив с ним почти шесть лет, Натали продолжала впадать в ярость, как только в радиусе десяти метров от ее мужа оказывалась хоть одна женщина старше шестнадцати и моложе семидесяти лет.
– Что значит, еще не решил? – тут же подскочила Натали, принимая свою любимую позу, уперев кулачки в бедра.
– По закону она числится в межпланетном розыске лиги, и как законопослушный гражданин, я обязан сдать ее полиции. Но, исходя из того, что вся эта операция, включая наше присутствие на планете, по большому счету нелегальна, то я действительно не знаю, что с ней делать, – пожал плечами Генри.
– Он же просто дразнит тебя, Ната, – влезла в разговор Сенди. – Они давно уже все решили.
– Откуда ты знаешь? – удивленно развернулась к ней Натали.
– Я хорошо представляю, как мыслит эта банда головорезов, – пожала Сенди плечами.
– Ни хрена ты не знаешь, самодовольная дура, – неожиданно вызверился Эндрю и, круто развернувшись, направился в свою каюту.
– Что это с ним? – растерянно спросила Сенди, проводив закованную в броню фигуру десантника недоуменным взглядом.
– Ты действительно маленькая, самодовольная дура, – ответила ей Лана. – Знаешь, что это такое? – ткнула она пальцем в потеки, покрывавшие скафандр Алекса. – Это кровь грендалиан, которых они вынуждены были разрывать голыми руками, чтобы заставить их бояться и добиться вашей выдачи. Эндрю пошел в этот рейд только ради тебя, а ты даже не удосужилась сказать им спасибо.
– Это правда? – растерянно спросила Натали, внимательно присматриваясь к скафандру мужа.
– Правда, – нехотя проворчал Генри, бросив на Лану укоризненный взгляд.
– Вы… вы… я… мне… – попыталась было возмутиться Сенди, но Лана не дала ей собраться с мыслями.
– Заткнись. Закрой рот и молчи до тех пор, пока не будешь готова сказать что-то умное. А до тех пор заткнись.
– Я же не знала, – неожиданно разрыдалась девушка.
– Это не повод для того, чтобы попусту обижать людей, спасших тебе жизнь, – безжалостно ответила герда.
Плюхнувшись на стул, Сенди в голос, от души заревела. Тяжело вздохнув, Лана поставила рядом с ней еще один стул и, усевшись, просто пересадила девушку к себе на колени. Прижав коротко стриженную голову Сенди к своей груди, она принялась баюкать ее, как маленькую.
Уткнувшись носом в могучее плечо Ланы, девушка начала что-то ей объяснять, путаясь в слезах и соплях. Поглаживая ее по голове, Лана что-то тихо шептала ее в ухо, пытаясь успокоить. Недоуменно посмотрев на эту сцену, Генри вздохнул и, тяжело поднявшись, направился в свою каюту, взяв жену за руку. Алекс к тому времени уже успел испариться, словно пройдя сквозь стену.
Не спеша пройдя по гулким коридорам яхты, он вошел в свою каюту и, усевшись на койку, с легкой усмешкой посмотрел на жену. Ответив ему недоуменным взглядом, Натали обвела каюту взглядом и недовольно сморщила носик.
– Давно надо было переделать ее в приличное судно, – проворчала она.
– Может, ты наконец заткнешься и поцелуешь меня? – неожиданно спросил Генри.
– А ты больше не будешь на меня злиться? – лукаво улыбнулась Натали.
– Наши с тобой разборки потерпят до дома, – ответил Генри, ничего не обещая.
– Значит, продолжение будет? – огорченно спросила она.
– Обязательно, – пообещал Генри. – Я успокоюсь только тогда, когда ты извинишься перед всеми и получишь ремня по заднице.
– Надеюсь, последнее будет не публично? – усмехнулась в ответ Натали.
– Не публично, но будет, – усмехнулся в ответ Генри.
– В таком случае перед экзекуцией я надену эротичное белье, – ответила она, устраиваясь на коленях и целуя мужа долгим, нежным поцелуем.
– Мне было так страшно, – тихо сказала она, оторвавшись от него. – Сначала я думала, что нас просто убьют. Потом, уже на яхте, решила, что они будут требовать выкуп. Но когда они понеслись непонятно куда, а нас заперли в каюте, я поняла, что дело плохо.
– Где вас держали? – быстро спросил Генри.
– В каком-то подвале. Они ничего не требовали, ничего не спрашивали. Нас просто заперли, и все. Два раза в день приносили еду и раз в день выводили на прогулку, заставляя бродить по какому-то скотному двору. Даже работать не заставляли.
– Других людей ты не видела?
– Нет, – покачала головой Натали.
– Вас били? – неожиданно спросил Генри, заметив, как она скривилась, неудачно повернувшись.
– Несколько раз, – нехотя кивнула Натали. – Им казалось, что мы слишком медленно выполняем команды и слишком много говорим.
– Ну, последнее вполне справедливо, особенно в отношении Сенди. Язык, как помело. Быстрее мысли работает, – криво усмехнулся Генри.
– Это защитная реакция, – попыталась оправдать ее Натали. – За время своей болезни она привыкла так защищаться.
– Вот именно, за время болезни. А теперь-то ей зачем это нужно? Тем более что на нее никто не нападет, – не согласился с женой Генри.
Натали открыла рот, чтобы еще что-то добавить, но тут по громкой связи раздался голос Дика.
– Командир, похоже, у нас проблемы, – коротко информировал он.
Моментально пересадив жену на койку, Генри вскочил на ноги и бегом помчался в рубку. Влетев в помещение, он едва успел остановиться, чуть не раздавив сидевшую у пульта стрелка Лану.
– Что? – быстро спросил он, бросив взгляд на монитор.
– Взлетающий шаттл обстреляли из ручного оружия, – быстро доложил Дик.
– Уничтожить, – коротко приказал Генри Лане.
Кивнув, женщина с легкой усмешкой коснулась клавиш мягким, почти нежным движением. Лазерная спарка коротко прошипела, и приземистое, квадратное здание, из которого стреляли по взлетавшему шаттлу, превратилось в груду мусора. Быстро переключив рацию яхты на внешнее воздействие, Генри склонился над микрофоном и громко произнес:
– Я предупреждал, вождь, никаких шуток. В следующий раз я уничтожу ваш дворец кланов вместе со всеми, кто в нем есть.
Повернувшись к Дику, Генри спросил:
– Они всех забрали?
– Да, – кивнул в ответ Дик.
– Тогда зафиксируй место и уводи нас на орбиту. Переночуем там, а утром вернемся. Придется прикрывать морячков, пока они не вывезут всех.
Быстро вбив данные в навигационный компьютер, Дик повел яхту вверх, плавно выводя ее на орбиту планеты.

* * *

Те временем в кабинете генерала Ванколенна бушевала настоящая буря. Секретарь совета лиги лично разносил генерала как нашкодившего мальчишку. Точнее, пытался это делать.
– Как вы могли передать им такое оборудование? – вопил секретарь, потрясая пухлым кулаком перед носом генерала.
– А как я мог его не передать? – спросил генерал с олимпийским спокойствием. – Деньги на счет базы были перечислены в тот же день. Приказ за подписью председателя совета и вашей не оставляет места для толкований. Какие ко мне претензии?
– Нужно было тянуть время. Проверять документ. Послать запрос с требованием подтверждения, – не унимался секретарь.
– В этом не было необходимости. Мистер Сталк слишком известная фигура в лиге, чтобы у меня могли возникнуть какие-то сомнения, – пожал плечами генерал, переводя взгляд на маленькую камеру наблюдения и убеждаясь, что все сказанное фиксируется.
– Вы не должны были передавать им такое мощное оружие и скафандры, – в очередной раз повторил секретарь, взволнованно бегая по кабинету.
– Не понимаю, что вас так не устраивает? – усмехнулся генерал уголками губ. – Это же не ядерные заряды. Ребята проводят спасательную экспедицию. Заберут своих девушек и вернутся. Думаю, разносить планету на атомы им не будет необходимости.
– Спасательная экспедиция?! – завопил секретарь. – Да этот ваш сумасшедший капитан начнет уничтожать на планете все живое, дорвавшись до такого мощного оружия.
– Во-первых, бывший капитан. Он давно уже в отставке. А во-вторых, это полковник внешней разведки, подотчетный в своих действиях только совету лиги. И в-третьих, он уже был на Грендале, и планета до сих пор цела. Именно благодаря ему и его группе мы получили все необходимые сведения об аборигенах и о наличии на планете рабов людей, – жестко ответил генерал.
– Да каких рабов?! – презрительно рассмеялся секретарь. – У грендалиан нет космических судов. Откуда там возьмутся рабы?
– Оттуда же, откуда у них появилось и лучевое оружие. От пиратов. Записи камер слежения боевых скафандров не оставляют никаких сомнений в том, что это правда. И я не понимаю, почему совет лиги до сих пор не предпринял никаких спасательных операций? – жестко ответил генерал.
– О каких операциях речь, генерал? Это будет вмешательством во внутренние дела планеты и расы. Совет лиги с огромным трудом добился хрупкого мира с этими извергами, а вы говорите о каких-то операциях? Это можно прямо расценивать как измену лиге.
– Измену? – мрачно повторил генерал, медленно поднимаясь на ноги. – Измену? Да как ты смеешь, вонючий хорек, обвинять меня в измене?! Меня, прошедшего все круги ада, создавшего службу косморейнджеров, подготовившего людей, способных решить любую боевую задачу? Мои парни дрались на всех планетах лиги, спасая ваш кошелек и ваши вонючие задницы от разорения и полного уничтожения. И после этого ты смеешь обвинять меня в измене? Это ты изменник и предатель. Ты и такие, как ты, прикрывающие красивыми словами свое бездействие. На этой проклятой планете больше полутора тысяч рабов людей. Большинство из которых женщины. Эти людоеды пускают их на мясо, а вы сидите и красиво рассуждаете. Это ваша страусиная политика ведет лигу к развалу и хаосу.
Сообразив, что ляпнул глупость, секретарь попытался разрядить обстановку, но генерал уже разошелся. Не слушая его слабых попыток что-то произнести, генерал просто орал на секретаря совета лиги, как сержант на плацу, муштрующий новобранцев:
– Сидя в своем дворце, вы и понятия не имеете о настроениях на планетах, которые посещали ваши проклятые грендалиане. Нужно было с самого начала не слушать ваше тупое блеяние, а направлять туда взвод моих парней. Даже если бы это спасло только одну жизнь, это нужно было сделать. Хотя бы ради поддержания имиджа лиги.
– Но, генерал, лига не вмешивается во внутренние дела планет, не входящих в нее, – сумел вставить секретарь.
– Это и не было бы вмешательством. Это была бы спасательная операция, после которой им больше не захотелось бы обращать людей в рабов, – ответил генерал, медленно успокаиваясь.
– Но теперь уже поздно говорить об этом, – снисходительно пожал плечами секретарь, – думаю, если даже там и было несколько человек, они давно уже погибли.
– Там есть рабы. Это совершенно точно, – рыкнул в ответ генерал, – то, что грендалиане выбрались в открытый космос, означает только одно. Кто-то продал им эти технологии, и я даже догадываюсь, кто именно. Ну, ничего. Мои парни отправились туда, а значит, найдя рабов, они вытащат их оттуда.
– Но каким образом? – насторожился секретарь.
– На орбите Грендаля постоянно дежурит эсминец, с приказом задерживать все пытающиеся приземлиться на планету суда. Это, кстати, еще один повод устроить серьезное разбирательство. Каким образом три яхты смогли попасть на планету, потом взлететь с нее, а потом одна из них вернулась обратно. Я еще доберусь до капитана этого эсминца. А пока полковник заставит этих флотских шевелиться.
– Но офицеры флота не подчиняются офицерам внешней разведки, – развел руками секретарь.
– Штафирка, – презрительно усмехнулся в ответ генерал. – Статус офицера внешней разведки дает полковнику право приказывать любому военному, от солдата до равного ему по званию. И если только ваш капитан попытается не выполнить приказ, то будет расстрелян, как предатель и дезертир. Это правило, одно из многих, которые были введены во время пиратских войн. Вы могли и не слышать о них.
– Я действительно не слышал о них, – растерянно пробормотал разом побледневший секретарь. – Бедный мальчик, – тихо добавил он.
– О ком это вы? – насторожился генерал.
– Так. В общем. Думаю, капитан этого эсминца молодой, подающий надежды офицер из хорошей семьи. Столкнувшись с вашими головорезами, он может попытаться проявить характер и может погибнуть.
– Ничего с ним не случится, если он выполнит приказ полковника. Все офицеры армии и флота знают о статусе внешнего разведчика. А вообще, я не совсем понимаю вашего отношения к моим парням. Это лучшие бойцы лиги. Элита, способная совершать невозможное. Когда на ваших личных планетах возникают восстания, бунты и другие недоразумения, а полиция только разводит руками, вы бежите ко мне. А как возникает необходимость освободить из рук людоедов жену одного из них, так сразу вспоминают про политику. Вам не кажется это странным?
– Генерал, вы сравниваете несравнимое, – пожал плечами секретарь, – интересы целой планеты и интересы одного лица, это огромная разница.
– Иными словами, кошелек члена совета намного важнее, чем жизнь одной женщины, – жестко усмехнулся генерал.
– А чего вы хотите, генерал, – неожиданно ответил секретарь, перегнувшись через стол и глядя ему прямо в глаза. – Люди, это просто тупое, бестолковое стадо, которое нуждается в таких, как мы. В людях, способных этим стадом управлять. И наше благополучие является залогом их спокойной, сытой жизни. Так неужели вы думаете, что я забеспокоюсь, если грендалиане съедят несколько сотен самок из этого стада? Плевать. Главное, чтобы само стадо оставалось спокойным и покорным, продолжая работать и приносить нам доход. А ваш полковник своим крестовым походом перебаламутит все это болото, и нам снова придется придумывать какую-нибудь бредятину, для оправдания его действий. Отзовите его. Немедленно.
– И как много членов совета придерживаются такого мнения? – тихо спросил генерал.
– К сожалению, не много. Но, будучи секретарем совета, я легко могу контролировать вопросы, которые стоит остальным членам совета знать, а о которых им знать совсем не стоит.
– Вот как?
– Конечно, – усмехнулся секретарь с видом превосходства, – ведь именно я составляю повестку дня и легко могу положить любой запрос под сукно. Отзовите своих зверей, генерал.
– Вон отсюда! – рявкнул в ответ генерал, сопровождая свои слова решительным жестом.
– Что? – растерянно переспросил секретарь.
– Я сказал, вон отсюда! – прорычал генерал, снова поднимаясь. – И учтите, если я еще раз увижу вас на своей базе, прикажу арестовать и посадить под замок.
– Ты еще пожалеешь об этом, солдафон, – прошипел секретарь, вихрем выскакивая из кабинета.
Выпроводив незваного гостя, генерал тяжело опустился в кресло и, задумчиво посмотрев на стоящий перед ним комплекс секретной связи, медленно набрал код доступа и код вызова яхты «Задира». Это была яхта, переданная капитану внешней разведки, как личный транспорт Генри Джаскеру.
Дождавшись ответа, генерал с удивлением увидел ответившего ему Дика.
– Как дела? – спросил генерал, не зная, как разговаривать с этим человеком.
– Почти порядок, генерал, – устало отозвался Дик. – Наших забрали, теперь пытаемся освободить всех остальных.
– И много их? – растерянно спросил генерал.
– Много. Даже больше, чем мы представляли.
– Как собираетесь действовать?
– Привлекли к операции спасательный шаттл эсминца. На нашей скорлупке мы даже третью часть не заберем.
– Где Генри? – спросил генерал, удивленно присвистнув.
– Спит. Парни трое суток на ногах. Не знаю, как они такое выдержали.
– Как это было? – тихо спросил генерал.
– Страшно, – тихо ответил Дик. – Страшно и кроваво. Меня до сих пор от увиденного мутит. А я боевой офицер, а не институтка. Трое суток постоянного бега и боев. Ваши парни просто стальные, генерал.
– Проблемы были? – спросил генерал, облегченно вздохнув.
– Об этом он вам сам доложит, – осторожно ответил Дик. – Я просто не знаю, что он собирается делать и что можно доверить этому ящику, – указал он пальцем на комплекс связи.
Согласно кивнув, генерал пожелал им удачи и отключился. Устало потерев ладонями лицо, он медленно поднялся и, заперев кабинет, медленно побрел к выходу с базы. Закончился еще один сложный день. Единственное, что его по-настоящему радовало, так это известие о новой победе его бойцов. Старый волк не потерял былой хватки, а клыки у него по-прежнему острые.
Генерал Ванколлен в последнее время вообще стал частенько сожалеть о том, что так легко согласился отпустить своего Берсерка. Боевой офицер, которому в бою сопутствует удача, это почти талисман любой группы смертников. Генерал надеялся со временем передать ему свой пост, но своим побоищем, устроенным во время рассмотрения действий его группы в одной из операций, Берсерк поставил крест на своей карьере.
Хотя, с другой стороны, из-за своего гипертрофированного чувства справедливости Берсерк мог наломать дров. Как, например, в сегодняшнем случае. Заяви этот сноб подобное капитану, его бы уже хоронили. И даже, возможно, по частям.
«А может, махнуть на все рукой и действительно подать в отставку», – неожиданно подумал генерал, садясь в служебный глидер. Дети выросли и живут своей жизнью. Жена каждый день плешь проедает, что ей надоело жить рядом с казармами. Уйти на пенсию, переселиться в бухту к своему бывшему подчиненному и зажить спокойной, тихой жизнью, грея старые кости на солнышке.
Бывший капитан слов на ветер не бросает. Не откажет в клочке земли старому сослуживцу. Но кому передать бригаду? Кто может быть достаточно дипломатичным, чтобы не ссориться с советом лиги, и не загубить всю службу? Тот же Генри, с его бешеным характером, запросто мог ввалиться на заседание совета лиги с оружием в руках и пустить всех лордов в расход, узнав о сокращении численности бригады и урезанном содержании.
Так и не придя к окончательному решению, генерал отбросил мысли об отставке и переключился на более насущные проблемы. В условиях снижения финансирования он уже не мог позволить себе регулярно поощрять своих ребят за удачно выполненные задания. Да и заданий становилось все меньше.
Новых планет давно уже не открывали, пираты притихли. Последний очаг опасности, Грендаль, и тот утихомирили. Воевать по большому счету стало не с кем. Но это не повод для того, чтобы ликвидировать самую боеспособную часть лиги. Генерал никак не мог понять, чего добивался секретарь совета, сам совет лиги. Слишком все было запутанно. Шли какие-то подковерные игры, которых сам генерал терпеть не мог.
Единственное, что его сейчас волновало, это как сохранить бригаду и не дать втянуть себя и своих бойцов в политические интриги, которые пытались им навязать. В том, что они есть, генерал ни секунды не сомневался. Недаром же на базу заявился сам секретарь совета.
Но почему он так настойчиво требовал вернуть Генри? Почему не хотел, чтобы группа попала на планету? Что может связывать секретаря совета и опальную жену опального члена совета? В том, что такая связь существует, генерал перестал сомневаться в тот момент, когда секретарь пожалел капитана эсминца. Как он там выразился? Молодой человек из хорошей семьи? А хорошая семья для такого сноба, это семейство какого-нибудь лорда, входящего в совет лиги. Это стоит проверить.
Придя к такому решению, генерал облегченно перевел дух и, откинувшись на спинку сиденья, выглянул в окно глидера. Вечерний город жил своей жизнью. Сияли неоновые вывески и рекламы, в огромных витринах веселых домов под красными фонарями сидели красотки на любой вкус и кошелек, откровенно демонстрируя предлагаемый товар. В переулке кого-то били, из бара выбрасывали очередного дебошира. В общем, все, как всегда. Обычная ночная жизнь, обычного города.
Только в затылочной области, в ямке, куда так удобно всаживать заряд из пистолета, у генерала неожиданно появилось ощущение острого, холодного гвоздя. Так бывало всегда, когда ему предстояло что-то особо каверзное или опасное. Эдакий звоночек из ниоткуда, предупреждавший его и предлагавший быть повнимательнее. От неожиданности генерал даже оглянулся, окидывая внимательным взглядом идущие следом машины.
Не заметив ничего особенного, генерал покосился на своего водителя и осторожно переложил служебный лучевик из кобуры в карман. Так его проще и быстрее было доставать. Несмотря на возраст и чин, генерал регулярно посещал тир и проходил полосу препятствий, стараясь держать себя в надлежащей форме. Благодаря этому он продолжал оставаться опасным противником.
Не оглядываясь на своего шефа, водитель откинул крышку небольшого тайника и, достав оттуда штурмовик, сунул его за пояс. Этот парень возил генерала уже много лет. Получив серьезную травму в одной из схваток с пиратами, он не мог больше продолжать службу в линейных частях, но продолжал оставаться хорошим бойцом. Именно поэтому генерал и забрал его во внутреннюю службу, посадив за штурвал своего служебного глидера.
– Что-то заметил? – негромко спросил водителя генерал.
– Ничего, но что-то свербит у меня в части тела, ответственной за нюх, – пожал плечами водитель.
– Вот и у меня свербит, – нехотя признался генерал.
– Ну, значит, крутим головами на все стороны света и держим ушки локаторами, – усмехнулся водитель, лихо вписываясь в крутой вираж магистрали.
– Где собираешься машину оставить? – задумчиво спросил генерал.
– Вернусь на базу. Поставлю в дежурном гараже. Там постоянно наши с оружием дежурят, – ответил водитель, обходя неспешно летящий грузовик.
– Правильно, – одобрил генерал, – и еще, утром, по дороге за мной нигде не останавливайся. Как говорится, береженого, бог бережет.
– Нужно было пару ребят из дежурной смены взять, – задумчиво отозвался водитель.
– Это уже лишнее, – поморщился генерал. – Мы с тобой и сами не беззубые.
– Это-то верно, но отвечать нужно так, чтобы у противника больше никакого желания не возникало, еще раз соваться, – мрачно отозвался водитель.
– Не пори горячку, может, мы зря всполошились? – попытался отсудить пыл водителя генерал.
– А тот гусь из совета лиги, что выскочил от вас как ошпаренный? Такие обид не прощают, – покачал головой водитель.
– Господи! Вы уже и это знаете? – удивленно развел руками генерал.
– Да он с такой рожей на базу ломился, что дежурный по КП едва сдержался, чтобы с лестницы его не спустить. Он, видите ли, член совета лиги, секретарь чего-то там, лорд хрен поймешь какой и все должны в его присутствии вставать и все его капризы исполнять на полусогнутых. Парень на КП молодец, не растерялся. Я, говорит, простой офицер, и всяких там лордов знать не знаю и знать не хочу, а навытяжку встаю только перед своим непосредственным начальством, как того требует устав. А все остальные могут о такой чести только мечтать. Я, говорит, нахожусь на службе и при исполнении, то есть с оружием, а значит, имею право любого постороннего положить мордой в пол, если он вызывает у меня подозрения. Вы бы видели рожу этого гуся! – рассмеялся водитель, вспомнив указанные события.
– То-то он у меня в кабинете слюной брызгал и кипятком писал, требуя немедленно дежурного под арест отправить, – усмехнулся в ответ генерал.
– Похоже, и вы с него спесь малость сбили, шеф? – не удержался от вопроса водитель.
– Сбить-то сбил, да как бы не пришлось пожалеть об этом, – устало отозвался генерал.
– Он и вправду может вам проблем подкинуть?
– И серьезных, – вздохнул генерал, – вплоть до отставки.
– Ого! – присвистнул водитель. – Так может, его опередить?
– Как это? – не понял генерал.
– Ну, городишко у нас криминальный. На улицах неспокойно, а он одет дорого, золотишко на пальцах блестит. Пристукнут наркоманы в переулке да ограбят. Всякое бывает, – с усмешкой произнес водитель, выруливая на нужную улицу.
– Я смотрю, вы, ребятки, у меня совсем со скуки охренели, – растерянно отозвался генерал, рассматривая своего водителя неверящими глазами. – Мне только криминала на базе не хватало.
– А при чем тут база? – деланно удивился водитель. – Я же говорю, наркоманы, в переулке.
– Да не ходят такие люди по переулкам, – отмахнулся генерал. – Вот уж точно, не умеешь, не берись.
– Тут и уметь нечего, – уверенно отозвался водитель. – Главное, следов не оставить. А уж это мы умеем.
– Вот именно. Умеете. Убить и ограбить человека, не оставив следов, практически невозможно. А тем более наркоманам. Так чисто могут сработать только наши. Ну, или наемные профи. А это уже след. Забудь эту идею, – решительно приказал генерал.
– Не могу, шеф. Не получится. Без вас вся наша служба развалится, – ответил водитель и, помолчав, добавил: – Да и я пропаду. Кому инвалид нужен?
– Ну, отставка это еще не смерть, – растерянно ответил генерал. – В крайнем случае заберу тебя с собой. Заработков больших не обещаю, но и с голоду помереть не дам.
– А ребята? А служба? Что с бригадой будет? Столько лет мучиться, создавать, и все псу под хвост? – отозвался водитель.
– Да погоди ты панихиду заказывать! – разозлился генерал, – еще ничего не известно. Меня тоже просто так не сковырнешь.
– В общем, так, шеф, – неожиданно отозвался водитель, – не знаю, что там за игры в высших сферах, но база давно уже от слухов гудит. Если чего нам не понравится, парни за оружие возьмутся. А наша бригада, в полном составе, да еще и с оружием, это им не пиратский налет.
– И многие таких взглядов придерживаются? – пораженно спросил генерал.
– Все. Когда Берсерк свою группу на Грендаль повел, офицеры большое собрание созвали. Вы тогда со стариком в госпитале были. Хотели сначала ему на помощь идти, да потом решили, что шуму много будет. Но если нашу службу ликвидировать вздумают, вот тогда все и поднимутся.
– Вы хоть понимаете, что это бунт? – почти простонал генерал, хватаясь за голову.
– Не будет никакого бунта, шеф. Будет простой переворот. Быстро, легко, изящно, как мы это умеем. Бригада, в полном составе, в боевых скафандрах, с полной выкладкой, высаживается на Терре, захватывает дворец совета, арестовывает совет и утверждает новый. Никто даже ахнуть не успеет, как все будет сделано.
– Вы уже и спланировать все успели? – безнадежно махнул рукой генерал.
– Дело-то знакомое, – пожал плечами водитель.
– И кого же вы в совет сажать собрались? – не удержался от вопроса генерал.
– Вас, старика вашего, Сталка. Есть еще пара кандидатур.
– И как, по-вашему, это воспримут флот, морпехи и остальные войска?
– Нормально. Им тоже несладко. Пенсии грошовые, карьеру непонятно кто делает, а нормальные, боевые офицеры по дальним гарнизонам гниют. Штабные зажрались так, что без пистолета в строевую часть и не зайдешь. Даже у нас. Вашего приказа, и то не воспринимают.
– Та-ак! – многообещающе протянул генерал. – А они об этом знают?
– Кто же им скажет? – презрительно усмехнулся в ответ водитель. – Это же штабные.
– Ладно, – подвел итог генерал. – Со штабными завтра разберемся. Устрою им очередную проверку на полигоне. А насчет всего остального, забудьте. Я своего согласия на такую авантюру не дам.
– Не зарекайтесь, шеф, – усмехнулся в ответ водитель. – Парни могут быть очень настойчивыми.
– Ну, не силой же они меня в совет посадят, – пожал плечами генерал.
– Зачем же силой? – усмехнулся в ответ водитель. – Найдутся весомые аргументы, перед которыми даже вы не устоите.
– Да ну тебя, – отмахнулся генерал, – совсем обалдели.
Выбравшись из остановившегося у дома глидера, генерал захлопнул дверь и решительно зашагал к подъезду, растерянно прокручивая в памяти разговор с водителем. Он мог ожидать от своих головорезов всего, но только не подготовки к перевороту.
И самое смешное, что у офицеров, планировавших эту операцию, все могло получиться. Их хорошо готовили. И к таким операциям в том числе. В том, что рядовой состав, не задумываясь, пойдет за офицерами, генерал даже не сомневался. Солдаты шли за ними в такие передряги, что отправиться на захват Терры для них будет легкой прогулкой.
Войдя в квартиру, генерал попросил жену сварить кофе и, пройдя в свой кабинет, просто рухнул в кресло. Сказать, что он был растерян, значило не сказать ничего. Его офицеры, люди, которых он сам готовил, решили устроить переворот. В этих растрепанных чувствах его и застала жена, принесшая кофе.

* * *

Забрав с планеты всех освобожденных рабов, перегруженный эсминец срочно вызывал все патрульные корабли, находившиеся в этом секторе галактики. На открытый призыв откликнулись шесть кораблей, оставивших патрулирование и в срочном порядке взявших курс на орбиту Грендаля.
По команде Генри всех бывших рабов должны были доставить на Терру, где им должны были оказать помощь в возвращении в родные места. А пока они втроем проводили опрос пострадавших, фиксируя все сказанное на камеры корабля и своих скафандров. С каждой записи делались две копии, одну из которых Генри планировал отправить генералу, как доклад о действиях группы, а другую в оперативный штаб войск лиги.
Натали, попытавшаяся было присутствовать при опросах, не выдержала через час. За каждой рассказанной историей стояла личная трагедия каждого из почти двух тысяч бывших рабов. Сенди, продержавшаяся на десять минут больше, сбежала с эсминца и, перебравшись на яхту, сорок минут рыдала на шее у Дика.
В тот же вечер они обе публично извинились перед близкими, а мрачно сопевший в углу кают-компании Эндрю удостоился настоящего поцелуя.
Четверо суток Генри с парнями занимались только тем, что опрашивали бывших рабов, посвящая этому занятию все свободное время. На вопрос Ланы, что делать с пленными, Генри отмахнулся, заявив:
– Пусть сидят, потом решим. Корми раз в сутки и хватит.
– А не мало? – с сомнением спросила Лана.
– Не на мясо их откармливаем. Меньше гадить будут, – рыкнул в ответ Генри и, захлопнув забрало, шагнул в стыковочный рукав, соединявший яхту с эсминцем.
Корабли уже неделю болтались на орбите планеты, дожидаясь подхода других кораблей флота. Наконец, еще через два дня они прибыли, и капитаны кораблей, собравшись на эсминце, устроили военный совет. Генри начал с того, что провел офицеров по коридорам, где содержались бывшие рабы, и дал им послушать несколько рассказанных историй.
Основная масса бывших рабов была способна перенести долгий перелет. В серьезной медицинской помощи нуждались в основном мужчины. Изможденные, замученные непосильной работой, они больше напоминали ходячие скелеты, чем нормальных людей. Но каждый из них мечтал только об одном, оказаться как можно дальше от этой страшной планеты. Даже если это будет последний перелет в их жизни.
Были и приятные моменты в прибытии патрульных кораблей. Двое моряков нашли среди женщин похищенных пиратами сестер. После такой встречи капитаны кораблей смотрели на группу десантников с нескрываемым уважением.
В тот же вечер капитаны всех кораблей отправили в штаб лиги доклады об увиденном и получили разрешение на перевозку пострадавших на Терру. Патрульный эсминец остался на орбите, для дальнейшего несения службы. Убедившись, что всех освобожденных забрали, Генри облегченно вздохнул и, вернувшись на яхту, завалился спать.
Все это время десантники держались только на выдержке и характере. Видевшая все своими глазами Натали даже не пыталась возмущаться его невниманием к своей персоне. Больше того, она даже не побоялась шикнуть на случайно загремевшую какой-то железкой Лану. Улыбнувшись в ответ, та только пожала плечами и ответила:
– Если они рухнули спать, то здесь можно дискотеку устраивать. Главное, не стрелять и не включать тревогу, а то спросонок затоптать могут. У них же сразу рефлекс сработает. Тревога, значит по местам согласно боевому расписанию. Понесутся, не открывая глаз.
– Похоже, ты тоже так носилась, – усмехнулась в ответ Натали.
– И не один раз, – улыбнулась Лана.
– Каково это, служить в таких войсках? – неожиданно спросила Натали.
Женщины прошли в кают-компанию и, рассевшись за столом, замолчали.
– Трудно, – неожиданно ответила Лана. – Не женское это дело, война.
– Но ты же служила?! – недоуменно произнесла Сенди.
– Мне деваться некуда было, – грустно пожала плечами Лана. – Людям в этом плане проще. Не стало своей планеты, можешь уехать на другую. А нам даже уехать некуда было. Работы для таких как мы немного. Грузчиком в порту или шахтером в забой. А женщине еще тяжелее. Даже проституткой не стать.
– Но почему вас не хотят брать на работу? Вы же отлично разбираетесь в горном деле, – удивилась Натали.
– Большие мы. Нам даже забой увеличивать надо. А это значит, что нужно тратиться на более длинные и мощные крепи, увеличивать подачу кислорода в забой. Проблем много, и ради одного герда этого никто делать не будет. Н выгодно. А хорошую бригаду не собрать. Нас слишком мало осталось.
– Погоди. Я помню, Генри рассказывал, что ваша планета была очень тяжелая, с очень сложными условиями жизни? – неожиданно спросила Натали.
– Верно, – кивнула Лана.
– А если вам подобрать планету, на которой схожие условия, но очень много редкоземельных металлов, как думаешь, твои соплеменники откликнуться. Согласятся на переезд?
– Думаю, да. Но кто будет настолько щедр, чтобы подарить нам целую планету? – грустно усмехнулась Лана.
– У нашей корпорации есть одна такая, – задумчиво ответила Натали. – Наши геологи открыли ее лет двадцать назад. Условия, конечно, дикие. Кислородная атмосфера, но вся планета это сплошная пустыня и камень. Водоносные слои залегают на глубине километра. Днем жара за пятьдесят, а ночью может даже подморозить. Жить на поверхности практически невозможно. Но ведь вы существа подземные. У вас должно получиться.
– Должно. Раз есть вода, то должны быть и животные, – задумчиво ответила Лана. – Но как быть с оборудованием? Сами мы его купить не сможем. Слишком дорого. Нужен еще будет транспорт, запчасти.
– Есть у меня одна идея, – задумчиво ответила Натали, – только нужно будет все с дедом обсудить. Он в этих делах лучше меня соображает.
– Попробуй, – с сомнением протянула Лана. – Он, конечно, старик хороший, но просто так отдать целую планету существам, которым ничем не обязан, это, по-моему, даже для него слишком.
– Посмотрим, – азартно ответила Натали.
– Но ты так и не рассказала, что такое служить в спецназе, – неожиданно вернулась Сенди к начатой теме.
– И что именно ты хочешь узнать? – удивленно спросила Лана.
– Чем больше, тем лучше, – неопределенно ответила девушка.
– Думаешь, это поможет тебе лучше понять Эндрю? – понимающе улыбнулась Лана.
– Ну, и это тоже, – смутилась Сенди.
– Не надо. Оставь эту тему. Ты ему очень нравишься. Он тебе, похоже, тоже. Ну, так и стройте свои отношения будущим. А его прошлое оставь в покое. Поверь, вы от этого только выиграете. Оба. Пойми, ведь прошлое есть у всех. Но строить свои отношения нужно с того момента, как познакомилась с человеком. Все, что было у него до тебя, не имеет к тебе никакого отношения. Он так жил, и это была его жизнь.
– Но ведь зачастую прошлое накладывает на человека свой отпечаток, – возразила Сенди.
– И что? – пожала плечами Лана. – Такой отпечаток есть у всех. Вот ты, например. Брат и отец называют тебя Ежиком. А знаешь почему?
В ответ Сенди неопределенно пожала плечами.
– Да потому, что ты при встрече даже с уже знакомым человеком сразу начинаешь топорщить иголки и колоться. Зачем? Я понимаю, за время своей болезни ты выбрала себе такой защитный механизм, чтобы избавиться от жалости окружающих. Но теперь-то к чему колоться. Ты красивая молодая девушка. На тебя обращают внимание мужчины, и это естественно. Так и должно быть.
– Почему? – неожиданно спросила Сенди.
– Дурацкий вопрос, – пожала плечами Натали, – если на тебя не обращают внимания, значит, ты либо уродина, либо полная дура и это написано у тебя на лбу. Женщина должна нравиться. Это заложено в нас природой. А вообще, тебе пора уже самой разобраться в себе, к кому тебя больше тянет, к мужчинам или к женщинам.
– Еще чего?! – возмущенно вскинулась Сенди.
– Не шипи, – отмахнулась Натали, – я не раз видела таких женщин, и ничего страшного в этом нет. Главное, вовремя это понять и не портить жизнь другим.
– Нет. В моем случае все не настолько плохо, – криво усмехнулась Сенди.
– Ну и слава богу, – усмехнулась в ответ Натали. – Тогда перестань шипеть, как раскаленная сковородка, и царапаться. Учись быть женщиной в полном смысле этого слова.
– И что же это значит? – ехидно усмехнулась Сенди.
– Это значит заботиться о семье, доме, ждать мужа со службы или работы, и получать удовольствие, создавая свой маленький мир.
– А карьера? – не отставала Сенди.
– Если ты хочешь строить карьеру, забудь о семье. Служить двум богам нельзя.
– Но ведь многие это совмещают, – возразила Сенди.
– Они пытаются это совмещать, – пожала плечами Натали, – в конечном итоге получается так, что, строя карьеру, они теряют семью. Детьми занимаются няньки, бабки. Муж, не видя жены, отправляется искать утешения на стороне, и в один прекрасный день она вдруг понимает, что все ее внешнее благополучие не более чем яркая вывеска, за которой пустота. Бывают, конечно, исключения, но очень редко.
– А ты не жалеешь о своей карьере? – спросила Сенди у Натали.
– Нет. Я всегда мечтала иметь детей. Лично для меня это намного важнее, – решительно ответила Натали.
– Значит, вы считаете, что мне не стоит напоминать Эндрю о его прошлой жизни? – неуверенно спросила девушка.
– Конечно, нет, – кивнула Лана. – Поверь мне, в его прошлом было много такого, что он с удовольствием постарается забыть. Эти парни повидали такое, что вам обеим на три жизни хватит. Кровь, боль, потеря друзей, это не те темы, на которые им хочется говорить.
– Что тебя пугает, Сенди? – удивленно спросила Натали. – Эндрю спокойный, умный парень. Может быть очень заботливым, а главное, он честный. Он из категории тех парней, с которыми чувствуешь себя защищенной. Понимаешь, эта троица, как бетонная стена, за которой ты всегда можешь спрятаться. Любой из них, не задумываясь, бросится в любую драку, если только увидит, что тебе что-то угрожает.
– Они умеют ценить тепло, уют и доброе к себе отношение, – тихо добавила Лана. – Слишком долго они были всего этого лишены.
В коридоре послышались гулкие шаги, и в кают-компанию вошли десантники. С подозрением посмотрев на импровизированный девичник, они дружно протопали к кухонному роботу и, взяв по стаканчику кофе, расселись на свободные места.
– Что обсуждаем? – спросил Генри, сделав пару глотков кофе.
– Так, женские дела, – с невинной мордашкой пожала плечами Натали.
– Понятно. Значит, нас, – усмехнулся в ответ Генри.
– С чего ты взял? – откровенно удивилась она.
– Ты всегда принимаешь самый невинный вид, когда хочешь что-то скрыть от меня. А что вы можете скрывать здесь, на яхте? Только разговоры о мужиках.
– Логично, – кивнула головой Сенди.
– Просто я хорошо знаю свою жену, – улыбнулся в ответ Генри.
– Ну, знаешь, – попыталась возмутиться Натали, – это уже даже неприлично! Я женщина и у меня могут быть свои маленькие тайны. А ты со своей логикой и наблюдательностью вытаскиваешь их наружу, да еще и препарируешь.
– Ничего я не препарирую, – отмахнулся Генри, прихлебывая кофе. – Просто как любой нормальный мужик, я должен быть готов к любой неожиданности и знать, как на нее реагировать.
– Хочешь сказать, что ждешь от меня подвоха? – возмущенно поднялась Натали.
– Не подвоха, а неожиданности. Ты у меня настоящая женщина, а значит, сама не знаешь, что выкинешь в следующую минуту, – усмехнулся в ответ Генри.
– А разве это так плохо? – лукаво улыбнулась Натали, разом успокоившись.
– Никто и не говорит, что это плохо, – усмехнулся Генри, протягивая руку к жене.
Недолго думая, Натали перепорхнула к нему на колени и, устроившись поудобнее, недовольно проворчала:
– Как мне это железо надоело.
– А как нам оно надоело? – усмехнулся в ответ Генри. – Но пока до дома не доберемся, придется терпеть.
– А почему так долго? – удивленно спросила Сенди.
– Чтобы снять этот фрак, нужны специальные инструменты и транспортное оборудование. Знаешь, сколько он весит? – вступил в разговор Эндрю.
– Ну, килограмм двести точно, – задумчиво протянула девушка.
– Почти угадала, – усмехнулся Алекс, – без малого полтонны.
– Потому мы и стараемся пользоваться мебелью очень аккуратно, – улыбнулся Генри, заметив неверящий взгляд жены.
– Господи, – ахнула Натали, – как же вы ходите?
– Как-то, – усмехнулся в ответ Генри и моментально захлопнул забрало.
Собиравшаяся хлопнуть его по лбу жена растерянно опустила руку и, не выдержав, звонко расхохоталась. Рассмеявшись в ответ, Генри снова поднял забрало и, осторожно обняв жену, нежно чмокнул ее в нос. Медленно поднявшись, он посмотрел на своих бойцов и, вздохнув, нехотя проворчал:
– Передохнули? Тогда пошли работать. У нас еще пара преступников в трюме сидит.
Недовольно сморщившись, парни бросили стаканчики в мусоросборник и потопали следом за командиром. В коридоре их догнал Дик.
– Что будем делать дальше, старина? – остановил он Генри, ухватив его за локоть.
– Прокладывай курс на Оливер и увози нас домой, дружище. Торчать тут больше нет никакого смысла, – усмехнулся Генри.
Радостно улыбнувшись, Дик стремительно развернулся и помчался в рубку. Ему, как и остальным, не терпелось вернуться домой. Из кают-компании вышла Лана и, присоединившись к группе, тихо сказала:
– У меня к ним свой счет.
Молча кивнув, Генри развернулся и направился в грузовой отсек. Войдя в большое, темное помещение, стены которого еле освещали дежурные лампы, Генри связался с Диком:
– Старина, освети нам трюм, – попросил он и, дождавшись, когда вспыхнут яркие галогеновые лампы, громко сказал: – Итак. Знакомьтесь, друзья. Супруга бывшего члена совета лиги, а ныне персона, объявленная в межпланетный розыск, а также мой личный враг, леди Аманда Вудстворк. Капитан эсминца «Неустрашимый», саботажник, дезертир и предатель, майор Салеван, он же кузен и, по совместительству, любовник Аманды. Я долго не мог вспомнить, отчего мне показалось таким знакомым ваше лицо, майор. Только увидев ее, я понял, что к чему. Фамильное сходство. Породу, ее не спрячешь. Ну, что? Сами заговорите, или мне для начала кому-нибудь что-нибудь сломать? Высказывайтесь, не стесняйтесь. В нашем отеле исполняется любой каприз клиента.
– Хватит издеваться, капитан, – зло оскалился майор. – Вы не станете нас пытать. Мы являемся военнопленными и требуем к себе соответствующего отношения.
– А кто вам сказал, что вы военнопленные? – удивленно развел руками Генри. – Вся эта операция проводилась почти нелегально. Мы сюда прибыли, чтобы освободить своих женщин, а то, что в довесок к ним попались вы, уже частности. Более того. Вы, майор, боевой офицер, классный пилот, и вполне можете попытаться бежать, захватив нашу яхту. Вследствие чего и будете убиты. А вашей кузины здесь вообще нет. Никто из нас ее не видел. Ведь это так, друзья? – повернулся он к своей группе.
Ответом ему послужили кривые ухмылки десантников. Посмотрев на них растерянным взглядом, майор перевел взгляд на любовницу и вздрогнул. Лицо Аманды было искажено такой нескрываемой ненавистью, что превратилось в гротескную маску.
– Подонок! Тупое быдло! Тварь! Таких как ты нужно держать в ошейнике и на цепи, – прошипела она, с трудом поднимаясь на ноги.
– Ну, это все лирика. Не существенно, – усмехнулся в ответ Генри, пропустив оскорбления мимо ушей. – Сейчас меня интересуют совершенно другие вещи. Начнем с самого начала. Как, где и когда вы связываетесь с пиратами? Я жду.
– Вы и это знаете? – растерянно произнес майор, растерянно пряча глаза.
– Не нужно быть гением, чтобы понять, что яхты, на которых они прибыли на Оливер, угнаны пиратами. А если учесть, что перед тем, как прийти сюда, я говорил со всеми освобожденными, то картина становится более чем ясной. Так я жду ответа на свой вопрос, – настойчиво произнес Генри.
– И какие у меня шансы? – мрачно спросил майор.
– Пытаетесь торговаться? – заинтересованно спросил Генри и, повернувшись к бойцам, весело произнес: – Смотрите, парни. Классический, матерый оборотень, пытающийся выторговать себе жизнь. Не важно, что, как, главное жить.
– Все верно, – мрачно кивнул майор, – но вы не ответили на мой вопрос.
– А шансы у вас, друг мой, самые непонятные, – покачал головой Генри. – Все будет зависеть от того, что я услышу.
– Так не пойдет, – мотнул головой майор. – Я рассказываю вам все, а вы высаживаете нас где-нибудь на окраине лиги. Остальное уже наши проблемы.
– И где именно вы хотите оказаться? – задумчиво спросил Генри.
– Лучший вариант это пояс Стального Льва, – быстро ответил майор, внимательно вглядываясь в непроницаемое лицо Генри.
– Значит, мы не всех пиратских прихвостней оттуда вымели, – мрачно усмехнулся Генри. – Ну, а теперь послушайте мое предложение, господин майор. Вы расскажете мне всё. От начала и до конца. И вы это сделаете либо добровольно, либо под давлением. В случае, если придется применить меры убеждения, у меня не будет никакой необходимости сохранять вам жизнь. Как вам такое предложение?
– Не пойдет, – решительно отказался майор.
– Как вы относитесь к своей кузине, майор? – неожиданно спросил Генри.
– А какое отношение это имеет к делу? – насторожился майор.
– Как вы отнесетесь к тому, что я попрошу парней над ней немножко поработать? – жестко усмехнулся Генри.
– Вы же офицер. Мужчина. Неужели вы опуститесь до того, чтобы пытать женщину? – попытался сыграть на самолюбии Генри майор.
– Я спецназовец, майор. Головорез. И значит, я буду делать то, что нужно, чтобы решить поставленную задачу, – усмехнулся в ответ Генри, и от этой усмешки майору стало неуютно.
– Не смей ему ничего говорить, – неожиданно прошипела женщина.
– Помолчи, Аманда! – резко оборвал ее майор. – Ты уже сделала все, что могла. Так что помолчи.
– Он не посмеет меня пытать! – с вызовом выкрикнула она.
Мрачно усмехнувшись, Генри шагнул было вперед, но ему на плечо неожиданно легла тяжелая рука Ланы.
– Не пачкайся, брат. Я сама это сделаю, – усмехнулась она и, быстро подойдя к пленнице, недолго думая, сломала ей палец.
Вскрикнув от боли, Аманда растерянно посмотрела на стоящую перед ней огромную женщину и, неожиданно всхлипнув, заплакала.
– Хватит! – вскрикнул майор, пытаясь вырваться из наручников. – Хватит. Я вижу, что шансов у нас не много. Вам нет нужды это доказывать.
– Не смей, – неожиданно закричала его любовница. – Не смей ничего говорить этим животным!
– Перестань, Аманда. Научись, наконец, проигрывать, – устало произнес майор, усаживаясь на железо пола. – Что именно вы хотите знать?
– Где базируются пираты? Сколько их? Сколько судов? Что планируют делать? – принялся задавать вопросы Генри.
– База в поясе Стального Льва. Пояс астероидов растянут на сорок парсеков и выходит за территорию границы лиги. Базы расположены там. Сам пояс пираты не трогают, чтобы не привлекать внимания властей. Всего шесть баз по тридцать кораблей среднего класса. Планы простые. При помощи грендалиан захватить несколько курортных планет и образовать свое собственное государство.
– Утопия, – презрительно хмыкнул Эндрю и, смутившись, бросил быстрый взгляд на Генри.
– Присоединяюсь к предыдущему оратору, – кивнул Генри, не сводя глаз с майора. – При первой же попытке захвата планеты по тревоге была бы поднята наша бригада. После этого вам осталось бы только молиться, чтобы десантники были не сильно злыми.
– Не надо держать нас за идиотов, – криво усмехнулся майор, – к тому времени у вашей службы хватало бы своих забот.
– Вот как? И каких же именно, позвольте полюбопытствовать? – быстро спросил Генри.
– Не знаю, – покачал головой майор, – это уже не мой уровень.
– А чей?
– До этих людей вам все равно не добраться, – усмехнулся майор.
– Ну, решать это предоставьте нам, – резко ответил Генри. – Кто это?
– На этот вопрос я буду отвечать, только попав в руки официальных властей. Можете рвать меня на части, больше я ничего не скажу.
– Хорошо, – задумчиво ответил Генри, – вы попадете в руки властей.
Развернувшись, Генри дал знак своим парням и вышел из отсека. Закрыв люк, группа потянулась за ним. Быстро пройдя в рубку, Генри опустился в кресло второго пилота и, задумчиво посмотрев на друга, тихо сказал:
– Меняем курс, старина. Идем в Туманность сверхновой, на базу.
– Появилось что-то интересное? – настороженно спросил Дик.
– Появилось, старина. И даже очень. Похоже, вся эта история касается не только нас, а всей лиги.
– Неужели все настолько плохо?
– Даже хуже, чем мы думаем, – вздохнул Генри. – Похоже, дело вылезает на самые верхи.
– ВП? – мрачно спросил Дик.
– Угу, – так же коротко отозвался Генри. – Кажется, у кого-то из наших лордов разыгрался комплекс Наполеона.
– Хочешь скинуть его генералу?
– Парень потребовал передать его официальным властям, – с усмешкой пожал плечами Генри. – Командир бригады косморейнджеров, куда уж официальнее?
– А если учесть, что, попав в лапы ваших зверей, он расскажет даже то, чего не знает, то из нашего майора выйдет просто замечательный свидетель, – усмехнулся в ответ Дик, забивая в навигационный компьютер данные базы. – А что собираешься делать с бабой?
– Избавимся от майора, потом займемся ею, – махнул рукой Генри.
– Не хочешь сбросить ее туда же?
– Нет. В этом случае она легко выкрутится. И все начнется сначала. После взлета с базы заставлю ее прогуляться по доске. На этом все закончится, – мрачно ответил Генри.
Развернув яхту на новый курс, Дик поднял скорость до трех четвертей от максимальной и, переключив управление яхтой на автопилот, вышел из рубки. Разобравшись, что делать с пленниками, десантники снова улеглись спать.

Двое суток полета прошли спокойно. Утром третьего дня, если так можно назвать время подъема, объявляемого на судне, тревожный баззер поднял всех мощным сигналом. Спустя пару минут Дик, Генри и Лана были в рубке. Алекс и Эндрю заняли позицию у шлюзовой камеры. Девушки закрылись в кают-компании, устроившись в разгрузочных гамаках. Этому их научила Лана, объяснив, что делать в случае объявления тревоги.
Влетев в рубку, Дик с ходу запрыгнул в кресло пилота и лихо забарабанил пальцами по клавишам компьютера, выводя на экран монитора причину объявленной тревоги. Перед тем как вылететь с базы, Дик каким-то образом умудрился получить у офицеров, занимавшихся обслуживанием транспорта десантников, программу, обеспечивавшую распознавание всех вооруженных объектов, встречаемых в космосе.
Программа была новая, сверхсекретная, и использовалась только на кораблях спецназа. Каким образом ее удалось получить Дику, для Генри так и осталось загадкой. На все расспросы он только загадочно усмехался и давал уклончивые ответы.
Тревога оказалось не ложной. В нескольких километрах от «Задиры» параллельным курсом шло неопознанное судно. Проведя классификацию по военной системе лиги, Дик удивленно присвистнул.
– Торпедный катер категории «Б». Пять торпедных аппаратов, две лазерных спарки, импульсная пушка. Серьезные ребятишки.
– На связь выходили? – быстро спросил Генри.
– Даже не пытались, – покачал головой Дик. – Зато вовсю пытаются нас сканировать.
– Ну, это сколько угодно, – усмехнулся в ответ Генри, – не много же они увидят.
– Это почему? – удивленно обернулся Дик.
– Наша малютка имеет под внешней обшивкой свинцово-кадмиевый слой, экранирующий любой вид излучения. В ней нам никакая радиация не страшна, не то что луч сканера.
– Чего же ты раньше не сказал? – растерялся Дик.
– Да как-то к слову не приходилось, – ответил Генри.
– Ладно, сейчас это не важно. Самое смешное, что эти ребята тянут за нами на последнем издыхании. Судя по выхлопу, двигатели выдают полную мощность и еще немножко.
– А мы?
– Нам-то как раз есть, чего добавить, – усмехнулся Дик с довольным видом.
– Тогда подождем. Посмотрим, что они предпримут, – усмехнулся Генри, поправляя лежащий на коленях бластер.
– Оставил бы ты эту железку парням, – поворчал Дик, – тут и так не повернуться.
– Не ворчи, – отмахнулся Генри, – начнем работать, вам двоим будет где разгуляться.
– Командир, предупредительный залп, – оборвала их веселье Лана, моментально переключая поток энергии на защитный экран.
Яхту едва слышно тряхнуло. Навигационный компьютер пискнул и, подправив курс, выдал сообщение о небольшой погрешности в движении.
– Из чего это они нас? – спросил Генри, повернувшись к Лане.
– Импульсная пушка. Ребята не мелочатся.
– Командир. Вызов, – коротко сообщил Дик.
– Включай и говори сам. Я побуду за экраном, – быстро отозвался Генри.
Кивнув головой, Дик, переключил комплекс связи на прием.
– Неизвестная яхта. Приказываю вам остановиться и лечь в дрейф. В противном случае вы будете уничтожены, – тут же раздалось из динамиков комплекса.
– Я капитан яхты «Задира» Дик Вильямс. Кто вы такие и на каком основании требуете нашей остановки? – возмущенно ответил Дик.
– Слушай меня внимательно, капитан Дик. Ты немедленно ляжешь в дрейф и прикажешь своим пассажирам приготовить к досмотру все имеющиеся у них вещи и багаж. В случае сопротивления вы будете уничтожены.
– Ваши действия подпадают под действие закона о пиратских экипажах. Я вынужден буду подать сигнал SOS.
– Только попробуй. А насчет действий, это ты правильно угадал. Надеюсь, тебе больше ничего пояснять не нужно? – послышалось в ответ.
Вопросительно посмотрев на Генри, Дик чуть заметно пожал плечами. Медленно кивнув, Генри сделал пальцами знак ложиться в дрейф. Чуть кивнув, Дик, развернулся к пустому монитору и ответил:
– Хорошо. Дайте нам погасить скорость. Мы ложимся в дрейф, – и отключил связь.
– Зачем, командир? – удивленно спросила Лана.
– Против залпа пяти торпед не устоит даже наш щит, – пояснил Генри. – Дай им состыковаться, а потом заблокируй коридор, – приказал он Дику.
– Хочешь встретить их у шлюзовой камеры? – догадался Дик.
– Грешно не использовать возможности наших костюмчиков, – зло усмехнулся Генри.
– Их там человек сто пятьдесят, – предупредила его Лана.
– А нас целых трое, – ответил ей Генри и, выскочив в коридор, бегом понесся к шлюзовой камере.
Переключив коммуникатор скафандра на внутреннюю связь яхты, он попросил Дика:
– Дай им перебросить рукав, и как только дойдут до середины, открой оба люка.
– Решил устроить им большую прогулку? – усмехнулся в ответ Дик.
– Ну не пускать же их на борт. У нас в кают-компании не прибрано, – усмехнулся в ответ Генри.
Слышавшие их диалог десантники весело усмехнулись, переведя оружие в боевое положение.
– Готовы, парни? – спросил Дик чуть напряженным голосом.
– Давай, старина, – ответил Генри, и в ту же секунду коридор, в котором находилась шлюзовая камера, был заблокирован двумя упавшими стальными переборками. Крепкие перегородки из легированной стали отсекали участок коридора от всех остальных помещений на случай выхода из строя шлюзовой камеры.
Захлопнув забрала шлемов, десантники встали плечом к плечу перед дверью шлюзовой камеры, взяв оружие на изготовку. Тем временем Дик, плавно снижал разгон яхты, удерживая ее на прежнем курсе. Погасив скорость, он включил маневровые двигатели, полностью останавливая машину.
Почувствовав, что яхта остановилась, Генри глубоко вздохнул и тихо произнес:
– Внимание, парни, скоро начнется шоу.
– По крайней мере, хоть детенышей мочить не придется, – усмехнулся в ответ Алекс.
– Это точно, – поддержал его Эндрю, – тут только взрослые звери будут.
– Кончай базар. Работаем по полной программе. Пленных не брать, своих девать некуда, – прервал их беседу Генри.
– Работаем, командир, – отозвался Алекс с усмешкой.
– Внимание, парни, рукав пошел, – тихо сообщил Дик спустя несколько минут после остановки.
Переведя бластеры на полную мощность импульса, десантники подобрались и приготовились к горячей встрече гостей.
Дав пятисекундный отсчет, Дик при цифре «один» прижал пальцем клавишу открывания дверей шлюза. Ответом ему послужил дружный залп из трех тяжелых бластеров.
Включив камеру наблюдения в блокированном коридоре, Дик с удовлетворением наблюдал, как сгустки раскаленной плазмы сметают пиратов. С малого расстояния включенные на полную мощность бластеры прожигали тела нападавших насквозь, уничтожая сразу по несколько человек одним выстрелом.
В несколько секунд вся абордажная команда была уничтожена, и десантники бросились в контратаку. Вихрем пронесясь по стыковочному рукаву, они ворвались в шлюзовую камеру и, несколькими выстрелами приведя ее в негодность, ринулись сразу по трем коридорам.
Не ожидавшие такой вопиющей наглости пираты попытались организовать хоть какое-то подобие сопротивления, но было уже поздно. Проходя по коридорам, десантники оставляли после себя только трупы. Все лифты, переходы на другие уровни и трапы приводились в негодность.
Уничтожив все живое не уровне шлюза, десантники принялись за другие уровни. Растерянный капитан капера не знал, что предпринять. Стартовать, оборвав стыковочный рукав, он не мог. Открытые двери шлюзовой камеры могли вызвать декомпрессию и разрыв всего корабля. Блокировать весь уровень он не мог. Не позволяла конструкция корабля.
Убедившись, что все идет по плану, Генри быстро распределил роли:
– Эндрю, трюм, Алекс, верхний уровень, встречаемся в рубке, – быстро скомандовал он, врываясь на следующий уровень капера.
Убедившись, что подчиненные его правильно поняли, Генри на время позволил себе забыть о них, полностью сосредоточившись на отчаянно отстреливающихся пиратах. Ходовая рубка, мозг любого корабля, охранялась особенно крепко, но это не помешало Генри прокатиться по коридорам паровым катком.
Оборонявшиеся пираты сделали стандартную для невоенных людей ошибку, посчитав забрало шлема самой слабой частью скафандра. На самом деле защищавшее лицо и голову десантника забрало было его самой крепкой частью. Относительно слабыми местами можно было назвать его сочленения.
Легко уклоняясь от шипящих лучей лазерных винтовок, Генри метким огнем уничтожал пиратов одного за другим. Зеркальное забрало легко выдерживало удар лазерного луча, рикошетом перенаправляя его в стены и потолок корабля.
Наконец, эта бесконечная дуэль Генри просто надоела, и он, выпрямившись во весь рост, пошел врукопашную. Это стало последней каплей. Увидев, с какой легкостью это страшилище проламывает грудные клетки, ломает кости и сворачивает шеи, пираты бросили оружие и попытались унести ноги в спасательных капсулах. Но тут их встретила Лана.
Огнем сразу из всех четырех спаренных пушек она расстреливала капсулы как в тире, не давая им даже включить двигатели. Это было полное уничтожение. Ворвавшись в рубку, Генри легким ударом по голове привел капитана капера, дородного мужчину средних лет, в состояние уверенной прострации и, подключившись к навигационному компьютеру судна, принялся скачивать всю имеющуюся там информацию.
– Командир, верхний уровень чист, – доложил Алекс.
– Хорошо. Эндрю, что у тебя? – встревоженно спросил Генри.
– Командир, вам лучше увидеть это самому, – тихо ответил десантник.
По его тону Генри понял, что парень столкнулся с чем-то, что вывело его из равновесия. Приказав Алексу спуститься в рубку, Генри закончил перекачку информации и, убедившись, что выжал из компьютера все, всадил в него заряд из бластера.
Передав пленного капитана под опеку подошедшего Алекса, Генри отправился на поиски Эндрю. Своего бойца он нашел в трюме капера. Десантник растерянно бродил среди огромных штабелей каких-то ящиков, отдаленно напоминавших большие гробы. Присмотревшись, Генри неожиданно понял, что это такое.
Криогенные камеры, в которых перевозили людей в состоянии глубокой заморозки. Погруженное в такую камеру тело подвергалось моментальной заморозке до температуры минус двести градусов при помощи жидкого кислорода. После разморозки и недолгой адаптации человек мог спокойно жить дальше. В армии такие камеры использовались для доставки тяжело раненных в госпиталь, для помещения в реанимационный танк.
Для чего такие камеры использовались пиратами, Генри даже не сомневался. Это был корабль «людоедов». Захваченные пленники погружались в состояние анабиоза и доставлялись в подпольные госпитали, где их расчленяли на органы. В таком состоянии пленники не могли сопротивляться, не требовали ухода и кормежки. Да и помещалось их в трюме намного больше.
– Все полные? – мрачно спросил Генри у повернувшегося к нему Эндрю.
– Почти. Вон там два десятка пустых. Похоже, эти камеры недавно закуплены. Вон те десять еще даже не использовались, – ответил десантник звенящим от злости голосом.
– Что делать будем, командир? – растерянно спросил Алекс, втащив в трюм так и не пришедшего в себя капитана.
– В «Задиру» это все не поместится, а бросить их здесь я не могу, – тихо ответил Генри.
– Тогда остается только буксир, – развел руками Эндрю.
Аварийная система капера начала подавать сигналы об утечке кислорода. Мрачно посмотрев на пленного, Генри сделал Алексу знак приподнять его и хлопнул пару раз по физиономии. Старое испытанное средство помогло и в этот раз. Промычав что-то нечленораздельное, пират открыл осоловелые глаза и, с трудом разглядев стоящую перед ним фигуру, вздрогнул.
– Добрались-таки, твари, – проворчал он с нескрываемой ненавистью. – Откуда вы только взялись, такие шустрые?
– Из твоих кошмаров, подонок, – яростно прорычал Генри, сжимая пальцами его нижнюю челюсть. – В камерах все живые?
– А зачем мне трупы? – криво усмехнулся пират.
– Где госпиталь?
– Не знаю.
– Алекс, пальцы правой руки, медленно, по одному, – приказал Генри.
Усмехнувшись в ответ, Алекс принялся ломать пирату пальцы. Взвыв от боли, пират попытался вырвать руку из стального захвата десантника.
– Вы что творите, гады! – закричал он, чувствуя, что экзекуция продолжается. – Схватили, так тащите в суд.
– Я тебе и суд, и судья, и палач в одном лице, мразь, – жестко ответил Генри. – Где база? Куда вез товар?
Сообразив, что это не полиция и не просто флот, пират растерянно переводил взгляд с одного десантника на другого.
– Вы кто? – растерянно спросил он, так и не найдя подходящего ответа на этот вопрос в своем арсенале.
– Группа косморейнджеров. Последний раз спрашиваю, куда вез людей? – устало произнес Генри.
Вздрогнув, пират растерянно покачал головой и, баюкая на груди покалеченную руку, мрачно ответил:
– Тогда понятно, как вам троим удалось весь экипаж положить. Ладно, чего теперь темнить, все равно ведь все выбьете.
– Это верно, – мрачно поддержал его Эндрю, демонстративно сжимая стальной кулак.
– Все живые. Даже раненых нет. Везли к поясу астероидов. Хотели добрать до полного комплекта и решили прихватить вас. В поясе ящики перегружают в другой транспорт и увозят. Куда, не знаю. Этого никто из капитанов не знает. Они всегда сами забирают товар.
– Кто они и что за транспорт? – быстро спросил Генри.
– Люди. Все в одинаковой униформе. В охране звери с Грендаля. Транспорт, один большой грузовик типа линкора. Все камеры обслуживают и меняют они. Твой парень прав. Те десять ящиков совершенно новые.
– Как погружали в анабиоз?
– Схема отработанная, – усмехнулся капитан. – Загоняем в коридор и по одному пропускаем мимо каюты врача. Укол транквилизатора, и через три минуты можно спокойно грузить.
– Что за препарат?
– Что-то на основе димедрола, точно не знаю. Это тоже привозили вместе с ящиками. Купец говорил, что за эту штуку даже штрафа не положено. В любой аптеке купить можно. Нам лишний раз светиться ни к чему.
– Сколько всего судов курсирует? – задал Генри последний вопрос.
– Пять, теперь уже четыре, – ответил пират, быстро исправившись.
– Зачем им столько органов? – не удержался Эндрю.
– Богачей много. Жить все хотят, – пожал плечами пират.
– Получается, у них широкая сеть? – задумчиво спросил Генри.
– А вот этот вопрос не ко мне. Об этом я и понятия не имею, – ответил пират, истово качая головой.
– Я тебе верю, – ответил Генри, одним движением сворачивая пирату шею. – Берем это корыто на буксир, – решительно сказал он, направляясь на шлюзовой уровень.
Пройдя в стыковочный рукав, Генри связался с Диком и, коротко обрисовав ему ситуацию, попросил приготовить буксирный фал. Приготовив все необходимое для работы в невесомости, десантники вернулись в шлюзовую камеру. Виртуозно работая маневровыми двигателями, Дик перегнал яхту к носу капера и снова заглушил двигатели.
Выйдя из шлюза, десантники зачалились страховочными лонжами и, оттолкнувшись от корпуса яхты, медленно поплыли к зависшему кораблю. Закрепив буксирный фал, они вернулись на яхту.
Включив маршевые двигатели, Дик осторожно сдвинул яхту с места и принялся медленно набирать ход. Убедившись, что буксируемое судно послушно следует за яхтой, он развернулся к другу и тихо спросил:
– Много их там?
– Полный трюм, – мрачно ответил Генри.
– С таким грузом мы еще дня четыре до базы ползти будем, – вздохнул Дик.
– Предлагаешь оставить их там? – криво усмехнулся Генри.
– С ума сошел?! – возмутился Дик. – Просто ставлю тебя в известность.
– Мог и не напрягаться, – устало ответил Генри. – Другого выхода все равно нет.
– Что с тобой, старина? – спросил Дик, растерянно посмотрев на друга.
– Устал я, дружище. Староваты мы с тобой для таких передряг.
– Может, хватит прибедняться? – усмехнулся в ответ Дик. – Хотя в том, что ты устал, я даже не сомневаюсь. До сих пор не могу понять, как вы все до сих пор не свалились после такого напряжения?
– А почему мы спим, как сурки? – вопросом на вопрос ответил Генри.
– Вот и вали спать, – в тон ему ответил Дик. – Вы свое дело сделали, с остальным мы и без вас справимся.
– Даже спорить не буду, первый после бога, – усмехнулся в ответ Генри и, тяжело поднявшись, медленно побрел в свою каюту.
Встретившая его на пороге Натали быстро поцеловала мужа и, попросив разрешения отмыть от крови скафандр, пока он будет спать, отправилась за щеткой и специальным составом, которым чистили сантехнику. К тому моменту, когда она вернулась, Генри уже крепко спал.

* * *

Следующие четыре дня пути до базы прошел спокойно. Десантники только и делали, что спали, просыпаясь только, чтобы поесть. Удивленные таким режимом девушки атаковали Лану вопросами. С трудом убедив их, что с мужчинами все в порядке и таким образом они восстанавливаются после всех своих подвигов, Лана чуть ли не за уши вытащила их обеих в кают-компанию и решительно потребовала оставить десантников в покое.
Сенди и Натали успокоились только после того, как Лана пообещала запереть их в отдельной каюте и не выпускать до тех пор, пока парни не проснутся. Пытавшейся спорить с ней Натали она пообещала в довесок надрать уши. Сообразив, что бывшая десантница не шутит, Натали с мрачным видом пообещала не мешать Генри отдыхать.
Выйдя на орбиту сверхновой, Дик разбудил приятеля. Связавшись с генералом, Генри быстро изложил проблему.
Услышав, что они умудрились притащить на базу, генерал выдал такую тираду, что десантники просто заслушались.
В течение следующих двух часов были подняты по тревоге три взвода спецназа, а на орбиту выведены шесть челноков, в которые они принялись грузить криокамеры. Пользуясь случаем, Генри перетащил на яхту три новых камеры и, пристроив их в грузовом отсеке, с довольным видом вернулся в рубку.
– Куркуль, – рассмеялся Дик, услышав о его авантюре. – На кой черт тебе эти ящики?
– Пусть стоят. Жрать не просят, – усмехнулся в ответ Генри, готовя доклад генералу.
– Майора сдашь? – тихо спросил Дик.
– Придется, – мрачно отозвался Генри, – может всплыть такое, что моих полномочий просто не хватит. А у генерала свои каналы есть.
– На то он и генерал, – пожал плечами Дик. – А шлюху?
– А что шлюху? – не понял Генри.
– Не хочешь и ее спихнуть генералу?
– Ну уж нет, – хищно оскалился Генри. – Эта тварь мне много лет нервы на кулак наматывала. Сделаю, как сказал. Допрос третьей степени и прогулка по доске.
– А если майор начнет торговаться из-за нее?
– Это только его проблемы, – усмехнулся в ответ Генри.
Быстро набрав текст официального отчета, Генри снабдил его всей полученной информацией и, связавшись с генералом, попросил его прислать кого-нибудь за пленником. Через час с яхтой попросил стыковки челнок службы внутренней безопасности, на котором прибыли три офицера.
Попросив их подождать, Генри выволок из трюма скованного майора и, швырнув его в руки прибывшим, передал одному из офицеров свой отчет. Лихо откозыряв, офицеры вернулись в челнок. Спустя еще два часа на связь с яхтой вышел сам генерал. На вызов ответил Генри.
С усмешкой посмотрев на бывшего подчиненного, генерал заговорил:
– Не знаю, как тебе это удается, старина, но даже твое самоуправство идет на пользу делу. Через неделю у меня доклад в совете лиги о делах бригады, и то, что ты умудрился притащить, будет настоящей бомбой. С такими фактами я не только бригаду сохраню, но еще и денег из них выбью для очередной модернизации. А вот с морячком придется повозиться. Он преподносит твои действия на эсминце почти как пиратский налет.
– Ну, да. Списанная яхта против боевого эсминца. Хороши вояки, ничего не скажешь, – рассмеялся в ответ Генри.
– Это понятно, – кивнул с усмешкой генерал, – но ты был в боевом скафандре. Улавливаешь разницу?
– Нет. Не думаю, что ему было бы проще, если бы я пришел в обычной форме. Это же аксиома. Тем более что копия съемки всех моих действий прилагается. Включая доклад того лейтенанта.
– Доклад, безусловно, убойный, это бесспорно, – вынужден был согласиться генерал. – Но это не отменяет тот факт, что ты был в скафандре.
– И что? Я направлялся проводить спасательную операцию. Он не принял мой личный код офицера внешней разведки и попался.
– Сынок, ты уж определись, кем ты был в этой истории, – усмехнулся в ответ генерал, – частным лицом или офицером внешней разведки?
– Одно другому не мешает, – усмехнулся в ответ Генри. – Изначально я действовал как частное лицо, но, получив бесспорные доказательства, что на планете есть рабы, вынужден был использовать свой статус.
– В этом случае ты должен были отправить мне свой отчет и дождаться подкрепления, – ответил ему генерал.
– В случае если есть прямая угроза жизни людей, офицер внешней разведки может и обязан предпринять все действия для ее ликвидации. Что и было проделано моей группой, – иронично ответил Генри, цитируя наизусть устав.
– Годится, – усмехнулся в ответ генерал, – думаю, мне не придется выдергивать тебя на Терру, чтобы убедить некоторых снобов, что все было сделано по правилам.
– А разве есть доказательства обратного? Или грендалиане выдвинули лиге ноту протеста против моих действий? – ехидно поинтересовался Генри.
– В том-то и дело, что они сидят тихо, как мыши, и даже не пытаются возмущаться, – задумчиво отозвался генерал.
– Ну, несмотря на их индустриальную отсталость, дураками их назвать нельзя, – развел руками Генри, – они же прекрасно понимают, что такое количество рабов не может остаться незамеченным. А значит, и возмущаться им нет резона. Это можно расценивать как откровенно враждебные действия против населения лиги.
– Сынок, ты часом на пенсии курсы юристов не заканчивал? – неожиданно поинтересовался генерал.
– Нет, а что? – удивленно ответил Генри.
– Уж больно лихо ты начал такие вопросы разруливать, – весело усмехнулся генерал. – На всякий случай будь готов вылететь на Терру для личного доклада совету. Кто знает, как оно все может обернуться?
– Да ну их всех к черту! – проворчал в ответ Генри. – Надоели. Пусть сами разбираются.
– Не ворчи, – отмахнулся генерал. – Эти снобы такого наразбирают, что мы потом год разгребать будем.
– Та-ак, – мрачно протянул Генри, – похоже, проблемка повисла, и неслабая, раз вы так мрачно все воспринимаете, – предположил он, не сводя с генерала внимательного взгляда.
– Угу, – кивнул в ответ генерал, делая пальцами знак, означающий общую тревогу.
– Есть симптомы болезни? – мрачно спросил Генри.
– Угу, – в очередной раз кивнул генерал.
– Может, мне стоит спуститься? – задал Генри вопрос, намекая на личную беседу.
– Это уже лишнее, – быстро ответил генерал, делая знак «опасность рядом».
– Неужели все настолько плохо?
– Я и сам удивлен, что болезнь так запущена, – кивнул генерал.
– Главное, чтобы вы сами не заразились этой инфекцией. Возможно, это смертельный вирус, – сказал Генри, пытаясь сказать, что генералу угрожает серьезная опасность.
– Я попробую сделать прививку, – улыбнулся в ответ генерал, показывая Генри наградной штурмовой пистолет, на который он заменил свой штатный лучевик. – Да и санитары рядом есть, – добавил он, чуть смещая экран монитора и показывая Генри стоящего рядом десантника.
Присмотревшись, Генри узнал личного водителя генерала, человека умного и преданного ему до гробовой доски.
– Хорошо. Я буду ждать вызова, но думаю, с этим придется разбираться вам. Не мой размерчик, – ответил Генри, намекая на высокий статус подозреваемых.
– Догадываюсь, – поморщился генерал.
– Вдумчиво побеседуйте с нашим гостем, он знает намного больше, чем говорит, – не удержался Генри.
– С ним уже говорят, – усмехнулся генерал, – для этого дела я выбрал лучших специалистов. Привлек даже наших медиков инфекционистов.
– Ну, тогда мне там точно делать будет нечего, – усмехнулся Генри, сообразив, о ком идет речь. – Ваши эскулапы этот вирус из-под земли выдерут, если он там есть.
– Да есть он, есть, – устало вздохнул генерал. – Тут каша покруче армированного бетона заваривается. Ладно, это уже мои проблемы. Ты главное, не пропадай, и будь пока в зоне доступа.
– Само собой, генерал, – с готовностью кивнул Генри. – Я сейчас прямым ходом домой. К детям. Соскучился, сил нет, – смущенно добавил он.
– Вот и займись своими бандитами, – усмехнулся в ответ генерал. – О дне моего выступления я тебе отдельно сообщу.
– Добро, – кивнул в ответ Генри и, попрощавшись, отключился.
Задумчиво посмотрев на сидящего рядом Дика, он чуть усмехнулся и, легонько хлопнув его по плечу, сказал:
– Поехали домой, старина. Мы свое дело сделали.
– Ну, наконец-то, – с усмешкой проворчал Дик, запуская двигатели и вводя в компьютер данные родной планеты.
Покинув орбиту, яхта «Задира» вышла в открытый космос и, презрев все правила и указания, понеслась в сторону планеты Оливер-три. Быстро рассчитав скорость и время перелета, Дик с довольным видом повернулся к другу.
– Трое суток, и мы дома.
– Отлично, – усмехнулся в ответ Генри. – Можно будет снять парадный фрак и запереться в спальне с женой.
– А дети? – деланно возмутился Дик.
– Лана присмотрит, – хитро прищурился Генри.
– А разве ей с мужем запереться не захочется? – ехидно поинтересовался Дик.
– У них это несколько по-другому, – развел руками Генри. – Только в определенный период месяца.
– Как это? – не понял Дик.
– Лучше спроси об этом своего медвежонка, – немного смутился Генри, – не могу я обсуждать такие вещи за их спинами. Захотят, сами расскажут.
– А тебе-то такие подробности откуда известны? – не унимался Дик.
– У меня с Ланой кровные узы. А от братьев у гердов секретов нет. Я ведь не только с ней, но и с ее соплеменниками в рейды ходил. Вот тогда и узнал.
– Хочешь сказать, что они при тебе… – не поверил Дик.
– Нет, конечно, – возмутился Генри, – просто, чтобы я не удивлялся и не впал в панику, мне популярно все объяснили и попросили оставить их на пару дней в покое. Понимаешь, когда у них случается такой период, они ничего делать не могут. В общем, сам Зака потом расспросишь, – решительно закончил разговор Генри.
– Ну, по крайней мере, теперь я понимаю, почему он на обычных женщин как на пустое место смотрит, – проворчал Дик.
– Он на них так смотрит, потому что человеческие женщины не выделяют в такой период особый фермент, который заставляет его железы внутренней секреции приходить в возбуждение, – весело ответила Лана, входя в рубку.
– Ты все слышала? – смущенно спросил Генри.
– Ну, вы и не скрывались, – усмехнулась в ответ Лана, – но в любом случае я тебе благодарна, брат, что ты не стал ничего пояснять, а отправил его к Заку. Было бы неприятно знать, что ты готов обсуждать такие вещи без нашего участия.
– Я, может, и скотина, но не до такой степени, – пожал плечами Генри, забыв, что в скафандре этого делать не стоит.
В итоге, получив полный набор гудения, сигналов, возмущенного пищания и горловиной шлема по носу в дополнение, он растерянно почесал пострадавшую часть тела и возмущенно проворчал:
– Вот все зло от вас.
Звонко рассмеявшись в ответ, Лана уселась на свое место стрелка и, повернувшись к Дику, принялась пояснять:
– Все дело в том, что строение половых органов гердов совершенно не похоже на человеческое. Да, мы живородящие. Мы нашиваем детей, как и вы, но при этом ходим чуть дольше стандартного года. Но все упирается в нашу среду обитания. Из-за повышенной гравитации мужские гениталии у самцов полностью скрыты. Проявляются они только тогда, когда самец учует фермент, выделяемый самкой, готовой к зачатию. Тот же механизм и у самок. Тайное становится явным, только когда приходит время. А так как это бывает только пару дней в стандартный месяц, то сам понимаешь, почему герды самки никогда не бывают проститутками. У меня, такой период был перед самым вылетом. Так что еще пару недель мы проведем спокойно. Вот в чем брат действительно прав, так это в том, что, когда мы в паре, и выпадают такие дни, работать мы действительно не можем. Это сильнее любого герда. По одному еще справляемся, а в паре – лучше не мешать. Самец в такой момент и зашибить может.
– А вот этого даже я не знал, – удивленно проворчал Генри.
– Тебя это не касается, брат, – покачала головой Лана, – ты родственник. В крайнем случае просто отвернешься, и все. А вот чужие, – она пальцем указала на Дика, – это недопустимо. Не обижайся, Дик, несмотря на все наше дружеское расположение, в такие моменты вы становитесь чужими просто потому, что вам это все слишком долго объяснять. Да и по крови даже ты все равно остаешься чужим.
– Вы хоть какой-нибудь сигнал на двери в такие дни вешайте, – растерянно проворчал Дик, – а то припрешься не вовремя и получишь от медвежонка по пустой башке.
В очередной раз звонко расхохотавшись, Лана согласно качнула головой.
– Ладно, попрошу Зака над входом красный фонарь повесить. Будем зажигать в определенные дни. Главное, чтобы никто ничего не перепутал.
– Тогда повесь лучше желтый, – рассмеялся в ответ Генри.
Услышав их смех, в рубку заглянула Натали. Недоуменно посмотрев на мужа, она пожала плечами и спросила:
– Куда теперь несемся и по какому поводу веселье?
– Летим домой. А смеемся над одним армейским анекдотом, – улыбнулся в ответ Генри и, поднявшись, вышел в коридор.
Обняв жену, он нежно поцеловал ее в губы и прошептал:
– Никак не могу дождаться, когда мы снова окажемся дома.
– О чем это вы, мужчина, говорите? – притворно удивилась она. – Мне ваши намеки совершенно непонятны.
– Ну, что вы, мэм, какие намеки? – подхватил ее игру Генри. – Мы люди простые, казарменные. Консерваториев не кончали. Нам в одно предложение два смысла никак не запихнуть. Мы чего думаем, то и ляпаем.
– Вы прямо так и хотите мне сказать, что по прибытию домой попытаетесь меня совратить? – изобразила удивление Натали.
– Как это попытаемся? – развел руками Генри. – Ничего мы и пытаться не будем. Сразу значит к делу, и точка. Главное, детей угомонить.
– Как, сэр, у вас и дети есть?
– Да была где-то парочка, – задумчиво почесал Генри в затылке.
– Так мало?
– Вот я и хочу привлечь вас к решению этого вопроса.
– Вы так любите детей?
– Ага, но еще больше я люблю сам процесс.
– Да вы, батенька просто хам! – возмутилась Натали, делая вид, что пытается вырваться из его объятий. – Мне с вами и говорить-то про такое смутительно, не то чтобы прям вот так сразу целоваться.
– Вот я и предлагаю от слов к делу переходить, – ответил он, в очередной раз целуя жену.
Эту идиллию прервал Алекс, прошедший в кают-компанию. Взглянув на подчиненного, Генри неожиданно помрачнел и, отодвинув жену, направился следом за Алексом. Войдя в кают-компанию, он вызвал по коммуникатору Эндрю и, посмотрев на жену, тихо попросил:
– Родная, оставь нас не надолго, пожалуйста. Нам осталось решить еще одно не очень приятное дело. После этого я буду в полном твоем распоряжении.
– Обещаешь? – лукаво улыбнулась Натали.
– Обещаю, – улыбнулся Генри в ответ, – и, пожалуйста, придержи при себе Сенди. Вам это лучше не видеть и не знать.
Сообразив, что мужчины опять собираются сделать что-то экстраординарное, Натали молча кивнула и вышла в коридор. Переведя взгляд на друзей, Генри в очередной раз вздохнул.
– Пойдем, разберемся с этой стервой? – догадался Алекс.
Генри молча кивнул.
– Допрашивать будем? – деловито поинтересовался Эндрю.
– Смысла нет, – задумчиво отозвался Генри, – все равно соврет.
– Кто знает? Может, попытается выторговать себе свою шкуру? – качнул головой Алекс.
– Посмотрим, – махнул рукой Генри и решительным шагом направился в трюм.
Войдя в грузовой отсек, он попросил Дика включить свет и мрачным взглядом посмотрел на пленницу. Годы изгнания не прошли для нее даром. Без регулярных омолаживающих процедур ее кожа потеряла свою девичью упругость и приобрела желтоватый оттенок. Некогда идеальная фигура начала приобретать возрастные изменения. А несколько дней, проведенных в плену, окончательно стерли прежний лоск.
Теперь это была обычная озлобленная женщина, измученная тяжелым положением и долгой неизвестностью, со следами былой красоты на лице. Синяки и ссадины, которыми ее наградили при аресте ее бывшие покровители, не добавляли ей очарования.
Ответив Генри таким же мрачным взглядом, Аманда хрипло спросила:
– Что, решил поиздеваться перед тем, как в полицию сдать?
– Это от тебя зависит, – мрачно ответил Генри. – Не хочу обещать того, чего делать не буду. Не будет никакой полиции.
Все кончится здесь. Сегодня. Но как это будет, зависит от тебя.
– Ты дурак, если решил, что мой любимый кузен позволит тебе решить все самому. Первое, что он сделает, попав в руки властей, это выдвинет требование о моей безопасности, – презрительно усмехнулась она.
– Нет, – усмехнулся в ответ Генри, – это ты дура, если решила, что я сдал его обычной полиции. Это дело службы внешней разведки. Дело касается внешней безопасности лиги, а значит, не будет никакой полиции. Ему сейчас не до тебя. Свою бы шкуру спасти.
– Где он? – быстро спросила Аманда, испуганно облизнув внезапно пересохшие губы.
– Я уже сказал, в службе внешней разведки. Там из него вытянут все, до последнего слова. Правда, каким он после этого станет, вот вопрос.
– Применение сыворотки правды запрещено, – неуверенно проговорила она.
– В момент, когда создана угроза всей лиге в целом, такие мелочи никого не интересуют, – усмехнулся в ответ Генри. – Более того, ведь кроме него и нас, о том, что ты арестована, никто не знает. В общем, расклад такой, или ты поешь, как канарейка, и тогда я все сделаю быстро и безболезненно, или мы начинаем рвать тебя на части.
– На яхте твои бабы. Я же буду орать. Громко, истошно. Как ты потом будешь смотреть им в глаза? – попыталась выкрутиться Аманда.
– Любая, самая добрая женщина моментально превращается в фурию, когда кто-то угрожает ее детям. Ты создала угрозу детям двух семей. Хочешь, я позову их матерей сюда и расскажу им, что ты собиралась сделать с их детьми? Думаю, после того, что они сделают с тобой, ты будешь счастлива попасть в руки к нам, – жестко усмехнулся Генри.
Вздрогнув от представленной перспективы, Аманда оглядела стоящих перед ней десантников и в очередной раз передернулась. Это движение отозвалось резкой болью в сломанном пальце. Рука уже успела распухнуть и приобрести синеватый оттенок.
Судорожно сглотнув, она ненадолго задумалась и быстро проговорила:
– Хорошо. Можешь спрашивать. Чувствую, что ты не успокоишься, пока не получишь от меня все ответы.
– Это ты правильно чувствуешь, – усмехнулся в ответ Эндрю.
– Мальчики, а может, сначала развлечемся? – неожиданно улыбнулась она, медленно облизывая губы. – А то пока я среди этих зверей сидела, мне даже расслабиться не с кем было. Одни слабаки и трусы рядом.
– Надеешься, что после этого мы не решимся применить суровые методы? – усмехнулся в ответ Алекс.
– Я не прикоснулся бы к тебе даже в том случае, если бы ты оказалась последней женщиной в лиге, – презрительно усмехнулся Генри. – Лучше начинай говорить.
– Что ты хочешь услышать? – устало отозвалась она.
– Все. Начни с того момента, когда ты начала преследовать меня и, главное, за что?
– Все просто, – пожала плечами Аманда. – Ты спутал мне карты. Я долго готовила почву, чтобы выпихнуть это ничтожество, моего мужа в председатели совета лиги. А ты своим мордобоем спутал мне все карты. Он оказался в реанимационном танке перед самыми выборами председателя. Было от чего впасть в ярость. Ну, а потом, когда все, кого я посылала за твоим скальпом, регулярно проваливались, это стало делом принципа. Я никак не могла поверить, что один человек способен противостоять такому количеству покушений, да еще и уничтожать всех нападавших. Когда я узнала, что лорд Адамс умудрился получить в свою команду вашу троицу, то решила использовать этот шанс. Помимо всего прочего, нанятые в порту бандиты должны были привезти мне данные геологоразведки. Эта планета золотое дно. Но ты и тут умудрился мне нагадить, передав все данные этому старому мешку с костями, Сталку.
– А ты решила, что я принесу их тебе? – усмехнулся в ответ Генри. – Ничего хорошего я от тебя не видел.
– Знаю. Но когда он явился в совет с заявкой на разработку планеты, я чуть не взбесилась от злости. Мы пытались остановить его, но ты снова мне помешал. Каждый раз, как только я выстраивала нужную мне комбинацию, появлялся ты и все ломал.
– Нужно было оставить меня и мою семью в покое, – пожал плечами Генри, – жила бы своей жизнью, не пытаясь уничтожить нас, глядишь, и все бы получилось.
– Я никому не позволяю становиться у меня на пути, – гордо ответила она, пытаясь выпрямиться в полный рост и принять горделивую позу. Но сжимавшие запястья наручники быстро привели ее в чувство. Снова покорно сникнув, она продолжила: – Старик умудрился добиться специального расследования в совете, после чего мне пришлось скрываться. Но я не растерялась и не опустила руки. Мне удалось выстроить новую комбинацию, которая должна было привести меня на вершину власти. Сделать королевой в собственном королевстве. Но ты опять мне помешал.
– Я уже говорил, нужно было оставить меня в покое, – усмехнулся в ответ Генри.
– Мне нужно было проверить, как будут действовать эти звери, работая в команде. Их заданием было не устраивать побоище, а, захватив твою семью, быстро покинуть планету. Я рассчитывала, что, впав в свою пресловутую ярость, ты бросишься следом за ними. Мне и в голову не могло прийти, что старик сумеет убедить совет выдать тебе эти скафандры. Вам должны были помешать.
– Кто?
– Теперь это не важно. Тебе до этого человека все равно не добраться, – пожала она плечами. – Оставь этот вопрос своей разведке. Главное не в этом. Я хотела создать государство, в котором буду единовластной королевой. Во владения которой входили бы самые лучшие планеты лиги. Лига сгнила. Она давно уже превратилась в гниющий труп, который развалится на части от первого же сильного толчка. И этим толчком должно было послужить создание моего королевства. Но ты опять мне помешал. Ненавижу! Раб! Подонок! Плебей! – последние слова она выкрикнула, оказавшись не в силах сдержать эмоции.
Презрительно усмехнувшись в ответ, Генри посмотрел на своих парней и сделал им знак взять пленницу. Быстро разомкнув наручники, парни взяли ее под руки. Развернувшись, Генри направился к шлюзовой камере. Остановившись перед стальной внутренней дверью, он повернулся и, задумчиво посмотрев ей в глаза, тихо сказал:
– Ты глупая, злобная тварь, не способная ценить элементарных вещей. Все, что тебя интересует, это власть. Несмотря на свое прекрасное образование, ты просто глупая двоечница, так и не сумевшая извлечь пользы из уроков истории. Все диктаторы погибали не своей смертью.
– Что ты собираешься со мной делать? – настороженно спросила она.
– Ты хотела стать королевой. То есть возродить древнейшую форму правления. Раз ты такая любительница исторических аналогий, придется тебе подыграть и, пользуясь терминологией твоих любимых пиратов, заставить тебя прогуляться по доске.
– Ты обещал сделать все быстро, – дернулась было Аманда.
– В том случае, если ты расскажешь мне что-то такое, чего я не знаю. Ты сказала много, но при этом не сказала ничего. Это был твой выбор.
Отвернувшись, Генри нажал кнопку открытия тамбура, и десантники просто закинули свою жертву в шлюз. Ударившись о противоположную дверь, Аманда медленно сползла по ней на пол и, тихо подвывая, попыталась выползти обратно.
Дверь шлюза захлопнулась, отсекая тамбур. Автоматика уравняла давление, и внешняя дверь открылась. Содрогавшееся в агонии тело выбросило в открытый космос. Убедившись, что камера освободилась, Генри закрыл внешний люк и, устало вздохнув, тихо сказал:
– Ну, вот и все, парни. От главного врага мы, наконец, избавились. Остальное придется сделать нашим парням.
– Что остальное? – удивленно спросил Алекс.
– Старина, ты, похоже, не слушал, что она сказала, – удивленно посмотрел на него Генри, – в совете нас должны были остановить любыми путями. Понимаешь, что это значит?
– Откровенно говоря, не совсем, – задумчиво отозвался Алекс.
– Любыми, означает вплоть до физического устранения.
– Не стали бы они в совете стрельбу устраивать, – с сомнением отозвался Алекс.
– Нет, конечно. Достаточно было просто арестовать нас, а потом пристрелить при попытке к бегству. Старый прием.
– А арестовывать за что? – не унимался Алекс.
– Да за что угодно, – не выдержал Эндрю, – за то, что ворвались в совет лиги без приглашения, за скандал, там учиненный, просто за то, что рылом не вышли.
– Это точно, – поморщился Генри, – мы для них не более чем быдло. Стадо, которое можно презирать и пинать, как захочется.
– Так, может, стоит их самих как следует пнуть? – криво усмехнулся Алекс.
– Боюсь, что к этому все и идет, – задумчиво отозвался Генри, – надеюсь только, что не придется пинать весь совет. Это может привести лигу к самым неожиданным последствиям.
– Например? – не отставал от него Алекс.
– Бунты, восстания, анархия, одним словом. Ни одно государство не может существовать без власти.
– Ладно, ну их к чертям с их проблемами. Нам и своих хватает, – неожиданно подвел итог разговора Эндрю и, решительно развернувшись, направился в кают-компанию, где женская половина населения яхты коротала время за разговорами.
Одобрительно кивнув, Генри направился следом за ним.

* * *

Генерал Ванколлен внимательно просматривал только что полученный видеодоклад. Это были материалы допроса майора Салевана. Генерал прокручивал пленку уже в третий раз, не веря собственным ушам. Все, что говорил майор, было настолько дико, что генерал не мог в это поверить.
Несколько членов совета лиги решили возродить монархию, захватив лучшие планеты, входившие в состав лиги. Получивший порцию секретной фармакологии майор подробно рассказывал все планы участников заговора. То и дело в рассказе звучали имена самых разных людей, облеченных серьезной властью. Имея на руках такие документы, генерал должен был немедленно что-то делать. Но как и что именно, он плохо себе представлял.
Передавать такую бомбу в руки кому-либо из членов совета было просто опасно. Генерал давно уже вышел из того возраста, когда человек рискует кому-либо доверять и готов на необдуманные поступки. Единственное, что регулярно приходило ему на ум, это офицерское собрание. Мнение тех, кому он действительно мог верить.
Самое страшное, что одно из имен, произнесенных майором, было именем человека, отвечавшего за безопасность лиги. Именно он принимал окончательные решения о приобретении тех или иных видов оружия или вооружения, выбивал из совета лиги деньги на содержание армии и должен был заботиться о сохранении самых боеспособных ее частей.
Кроме того, на руках у генерала были только показания арестованного майора. Никаких вещественных доказательств, документов, перехваченных разговоров и тому подобных данных не было и взять их было неоткуда. Все, что генералу оставалось делать в подобной ситуации, это взять совет лиги под особый контроль, приведя заговорщиков в чувство силой оружия.
В очередной раз тяжело вздохнув, генерал отключил компьютер и, заперев кабинет, направился к выходу из штаба. В затылок ему тут же пристроились двое десантников. Как генерал ни настаивал на сохранении тайны своих подозрений, его водитель сделал по-своему.
Уже на следующий день за генералом ловко и ненавязчиво принялись ходить по пятам двое офицеров, делая вид, что им просто по пути. О своей охране генерал узнал, когда увидел, как его глидер сопровождает от самой базы боевая машина с лазерным лучеметом на крыше.
Это дежурство несли свободные от боевой вахты офицеры. Это было их личное время, и запретить им развлекаться таким образом генерал просто не мог. Он мог заставить их оставить в покое боевую технику, но они и тут успели найти выход. Каждый раз это была другая машина, и на все запреты ему могли вполне резонно возразить, что проводятся ходовые испытания боевой техники.
Присутствие на базе секретаря совета лиги тоже не добавляло ему благодушия. Пользуясь своим статусом, он регулярно посещал базу, пытаясь совать нос во все дела. Но если штабные лизоблюды испытывали перед чиновником душевный трепет, то боевые офицеры тут же начинали прикидываться тупыми служаками, весь лексикон которых состоял из уставных приказов и ненормативной лексики.
В итоге, промучившись с ними несколько дней, секретарь плюнул на эту затею и ограничил свое общение только служащими штаба. Тихо порадовавшись этому событию, генерал предупредил службу внутренней безопасности и постарался сделать так, чтобы все новости этот чинуша узнавал в последнюю очередь, а еще лучше не узнавал вообще.
Так, например, о разгрузке почти пятисот криогенных камер он узнал только после того, как в госпиталь были срочно направлены продукты и одеяла. Пользуясь условиями боевой тревоги, генерал запретил допуск на базу всех посторонних лиц, вплоть до своего особого распоряжения.
Трое суток секретарь бродил у ворот базы, как волк вокруг овчарни. На все его выпады и требования дежурные офицеры отвечали дежурными фразами, ссылаясь на приказ генерала и боевую тревогу. После того, как один из дежурных пообещал применить оружие, если секретарь немедленно не покинет территорию КП, чиновник принялся донимать генерала звонками.
Эту проблему генерал решил еще проще, спихнув все внешние входящие звонки на адъютанта. Сообразив, что таким образом ничего не узнает, чиновник принялся вызванивать тех, с кем успел наладить какие-то отношения. Но тут в игру вступила команда офицеров внутренней безопасности.
Посадив под арест за нарушение режима нескольких особо болтливых писарей, они блокировали коммутатор штаба, переведя все звонки на своих телефонистов. База превратилась в крепость, находящуюся в осаде. Как объяснить такое небрежение к статусу одного из самых высокопоставленных лиц лиги, генерал даже не задумался. Это было проще всего.
На базе был объявлен карантин. Люди, поступившие в госпиталь в состоянии глубокого анабиоза, были тщательно обследованы и на каждого был составлен отдельный файл о состоянии его здоровья. То, что все размороженные оказались здоровы, порадовало генерала, но не являлось поводом для снятия карантина.
Только получив тщательно подготовленный и по всем правилам зарегистрированный отчет, генерал, наконец, снял карантин и разрешил допустить на базу секретаря. В кабинет генерала тот влетел не просто разъяренным. Чиновник был в бешенстве.
С порога начав орать, он топал ногами и брызгал слюной до тех пор, пока генерал, устав слушать этот бред, не рявкнул в ответ.
– Хватит орать! Сядьте и помолчите!
Испуганно вздрогнув, чиновник растерянно опустился в кресло и уставился на генерала недоумевающим взглядом. Не давая ему опомниться, генерал продолжил:
– Все предпринятые мною меры были продиктованы необходимостью и соображениями безопасности мирного населения. Одному из наших судов удалось захватить корабль «людоедов» и освободить всех пленников. Люди были погружены в состояние глубокого анабиоза, и мы не знали, каково состояние их здоровья. Поэтому я вынужден был закрыть базу на карантин и провести их полное обследование.
– В каком состоянии находится судно, на котором их нашли? – задумчиво спросил секретарь совета.
– Корпус цел, но вся внутренняя начинка требует ремонта, – пожал плечами генерал.
– Жаль, – мрачно отозвался чиновник, – используя этот транспорт, вы могли бы быстро переправить освобожденных людей на Терру.
– Воспользуемся одним из крейсеров флота, – небрежно пожал плечами генерал. – Все равно на орбите без дела болтаются.
– Я могу поговорить с кем-нибудь из этих людей? – осторожно спросил чиновник.
– Я бы советовал вам пока отложить такой разговор. То, что карантин снят, не означает, что мы можем расслабиться и потерять бдительность. Нужно быть очень осторожным. Кто знает, носителями каких болезней могут оказаться эти люди. Не стоит шутить с собственным здоровьем, – отозвался генерал с мрачным видом.
Задумчиво посмотрев на него, секретарь с недовольным видом кивнул и задал следующий вопрос:
– Что слышно о вашей спасательной экспедиции?
– О моей? – удивленно переспросил генерал. – Скорее, это экспедиция мистера Сталка.
– Давайте не будем играть словами, – зло оскалился чиновник, – что вам известно?
– Ничего, – пожал плечами генерал. – Они не выходили на связь с того момента, как покинули базу. Думаю, мы услышим о них только после того, как задача будет решена, а супруга моего офицера окажется в безопасности.
– То есть вы хотите сказать, что эти головорезы никому не подотчетны и их никто не контролирует? – резко спросил чиновник.
– Совершенно верно, – усмехнулся в ответ генерал, – я не могу требовать отчета от человека, ушедшего на пенсию. А как полковник службы внешней разведки он подотчетен только совету.
– В таком случае я имею полное право его допрашивать и отдавать распоряжения, – радостно подскочил секретарь.
– Нет, – качнул головой генерал, – я же сказал, только совету. Всему совету. Понимаете?
– Хотите сказать, что со мной одним он говорить не станет? – спросил чиновник с явным раздражением.
– Ни с кем из членов совета по отдельности он говорить не будет. Только со всем советом сразу, – еще шире усмехнулся генерал.
– А чему вы так радуетесь, генерал? – злобно спросил чиновник.
– Тому, что в лиге есть сила, которая подчиняется не конкретному лицу, а всему совету разом, – пожал плечами генерал. – Такие люди станут именно тем булыжником, о который споткнется любой заговор.
– О каком заговоре вы говорите? – тут же насторожился чиновник.
– Ни о каком, – пожал плечами генерал, – так, рассуждаю гипотетически.
– Ах, гипотетически, – мрачно протянул чиновник, одарив генерала взглядом, полным откровенной ненависти.
Ответив чиновнику спокойным, ясным взором, генерал с усмешкой наблюдал, как взбешенный чиновник, вскочив с кресла, стремительным шагом покидает его кабинет. Дождавшись, когда тяжелая, звуконепроницаемая дверь захлопнется, генерал устало перевел дух и вызвал офицера внутренней безопасности.
Уже через полчаса он ставил задачу широкоплечему, поджарому полковнику, обеспечивавшему внутреннюю безопасность базы и всей бригады спецназа.
Главное, было не допустить утечки информации о благополучном завершении спасательной операции, данных о захваченном корабле. В том, что секретарь совета попытается сделать все, чтобы не допустить попадания этой информации в совет, генерал даже не сомневался.
Сообразив, о чем идет речь, полковник весело усмехнулся и, с довольным видом потерев ладони, ответил:
– Ради такого гостя я для обеспечения его безопасности специальных ребят отряжу. Пусть рядом с ним походят. Посмотрим, кто из штабных после этого посмеет язык распустить.
Одобрительно кивнув, генерал отпустил офицера. И вот теперь, с легкой улыбкой вспоминая события этих сумасшедших дней, генерал медленно прошел к своему глидеру и, устало опустившись на сиденье, коротко распорядился:
– Поехали домой.
Молча кивнув, водитель запустил двигатель и аккуратно вывел машину на магистраль. В хвост генеральскому глидеру тут же пристроился боевой глидер с тремя офицерами в салоне. Убедившись, что машина сопровождения не отстает, водитель одобрительно кивнул и прибавил газу.
Подогнав машину к самому подъезду, водитель плавно притормозил и, повернувшись, озабоченно спросил:
– Может сказать, чтобы кто-то из парней поднялся с вами, генерал?
– Это еще зачем? – удивленно спросил тот.
– Ну не нравится мне вся эта история с секретарем совета, – мрачно отозвался водитель. – Не верю я ему.
– И я ему не верю, но это не повод поднимать панику, – ответил генерал, медленно вылезая из машины. – Оставь парней в покое. Дай им расслабиться и отдохнуть от казармы, – добавил генерал, захлопнув дверцу и повернувшись к своему водителю.
Кивнув с таким видом, словно генерал сам совал голову в петлю, водитель плавно тронул машину с места. Глидер сопровождения тут же тронулся следом. Благодарно кивнув сидящим в салоне бойцам, генерал вошел в подъезд.
Свернув за угол, водитель быстренько притер глидер к краю дороги и, выскочив из машины, легким шагом направился к остановившейся машине сопровождения. Боковое стекло глидера опустилось, и сидевший за штурвалом офицер быстро спросил:
– Предложил?
– Предложил, а толку-то? – пожал плечами водитель. – Он же упрямый как бульдозер. Все о вас беспокоится. Дай им отдохнуть от казармы. Как будто если его не станет, эти самые казармы вообще останутся.
– Ладно, что делать будем? – прервал его излияния офицер.
– А, что тут можно сделать? – недоуменно пожал плечами водитель. – Если только кто-то из вас останется в подъезде дежурить, а остальные здесь, за углом на подхвате. Смена каждые два часа. Все как обычно.
– Толково, – одобрил его предложение офицер, переглянувшись с напарниками. – Так и сделаем.
Пожелав им удачи, водитель сел в глидер и, ловко влившись в поток машин, исчез за поворотом. Разбив остаток вечера и ночь на часы дежурства, офицеры быстро распределили порядок заступления на вахту. Первым дежурить выпало офицеру, сидевшему за штурвалом.
Проверив оружие, он выскользнул из машины и, быстро перебежав улицу, вошел в подъезд. Поднявшись на нужный этаж, он выбрал укромный закуток возле пожарного щита и, прислонившись к стене, приготовился ждать.

Войдя в квартиру, генерал неожиданно насторожился. Дверь он открыл своим ключом, но жена всегда слышала его шаги и выходила, чтобы встретить и забрать у него китель. В этот раз она не вышла, изменив старой доброй привычке.
Женаты они были уже больше тридцати пяти лет. Их семья родилась из простого знакомства в ночном клубе. Он, молодой лейтенант, только что получивший погоны. Она, юная практикантка, заканчивающая обучение в медицинском университете. Получив вместе с погонами назначение на одну из захудалых планет, молодой тогда еще лейтенант Ванколлен веселился с друзьями однокурсниками на всю катушку.
Это был их последний день на Терре, где он учился. Они случайно встретились глазами. В толпе, где весело отплясывало разом три сотни молодых людей, их взгляды встретились, и они пропали. Оба. Набравшись смелости, он пригласил ее танцевать, и с тех пор они не расставались.
Получив в университете разрешение на переезд, она просто поехала следом за ним. Там, на искусственном спутнике пятой планеты в созвездии желтого карлика они тихо поженились. С тех пор было многое. Разные планеты, базы, госпиталя. Вместе они пережили всё. Радости и горести, взлеты и падения. Выросли дети. Подрастают внуки.
Только одно осталось неизменным за все эти годы. Она встречала его со службы, в коридоре, помогая снять китель. Не встретил его и их общий любимец, французский бульдог Лори. Этого члена их семьи им подарили друзья, после отъезда младшей дочери на учебу.
Супруга генерала, Сандра, посвящала ему все свое свободное время. Не поленившись найти хорошую школу для дрессировки животных, она прошла с ним весь курс обучения и смогла научить Лори не только приносить тапочки, но и бесстрашно бросаться на защиту хозяев.
В том, что Лори делал это действительно бесстрашно, генерал убедился после того, как Лори в одиночку сумел порвать двух наркоманов, посмевших напасть на Сандру в парке, куда они вышли на прогулку.
Насторожившись, генерал бесшумно отложил в сторону папку с документами и, достав из кармана штурмовик, шагнул в общий зал. Тишина в квартире просто оглушала. Неожиданно из гостевой спальни раздался странный, тихий стон. Осторожно перемещаясь вдоль стены, генерал прокрался к двери и, встав за стенкой, медленно толкнул дверь. Хорошо смазанные петли бесшумно повернулись, открывая взгляду генерала тщательно ухоженное нутро комнаты.
На полу, в луже собственной крови лежал верный Лори. Быстро проскользнув в комнату, генерал присел над раненым псом. Длинная резаная рана пересекала бок, а на широкой груди генерал заметил еще одну, колотую рану. Схватив с кровати подушку, генерал быстро снял с нее наволочку и туго перевязал раны собаки.
Вот теперь он был уверен, что что-то случилось. Оставив собаку, генерал выскользнул в коридор. Сжимая в руке штурмовой пистолет, генерал медленно, комната за комнатой обходил квартиру. Добравшись, наконец, до собственного кабинета, он прижал ухо к замочной скважине.
В комнате что-то происходило. Слышалась какая-то возня и звуки падения чего-то легкого. Кабинет явно обыскивали. Быстро, тихо, почти профессионально. Но это никак не беспокоило генерала. Все, что его сейчас волновало, это только жена. Разделавшись с собакой, нападавшие могли недолго думая расправиться и с ней.
Единственным, что утешало генерала, было то, что тела он так и не нашел.
Значит, она была еще жива. Замерев перед закрытой дверью, генерал судорожно размышлял, что делать. Случись это лет пятнадцать назад, он, даже не задумываясь, влетел в кабинет с оружием в руках и сумел бы положить всех. Но сегодня это было бы самоубийством. Погибнуть и не спасти жену генерал не мог.
Отступив обратно в зал, он присел за углом дверного проема и, пинком перевернув стул, приготовился к стрельбе. От мощного удара ногой дверь кабинета распахнулась, и в коридор выскочили трое. За их спинами генерал успел различить фигуру жены. Ее связали и, втащив в комнату, бросили на пол.
Дальше генералу стало не до подробностей. Сжав пистолет двумя руками, он вскинул оружие и трижды нажал на спуск. В отличие от обычного лучевика, штурмовой пистолет не требовал времени на накопление энергии и его скорострельность зависела только от мастерства стрелка.
Именно поэтому офицеры спецназа предпочитали именно это оружие, мирясь с такими его недостатками, как вес, габариты и температура ствола. После десятка выстрелов он нагревался до такого состояния, что убрать его в кобуру сразу означало загореться самому.
Трое нападавших рухнули на пол с прожженными телами. Басовитому рявканью штурмовика ответило змеиное шипение двух лучевиков, и в квартире завязалась перестрелка.
Офицер, устроившийся у пожарного щита, тренированным ухом различив выстрелы из знакомого оружия, пулей метнулся к знакомой двери и, приготовив оружие, осторожно повернул ручку двери. К его радости, прочная стальная дверь оказалась незапертой. Генерал, отвлекшись на несообразности, творившиеся в его доме, забыл их запереть.
Бесшумно войдя в квартиру, офицер вызвал подмогу и, упав на пол, быстро пополз в сторону схватки. Чуть высунувшись из-за угла, он быстро оценил позицию и, выдав короткий условный свист, легко перекатился на спину.
Из такого положения, лежа навзничь и видя цель в перевернутом виде, стрелять было тяжело, но он был профессионал. Два выстрела почти слились в один. Один из нападавших рухнул с простреленной головой. Второй, матерясь и завывая, пытался перехватить лучевик оставшейся рукой.
Толчком с плеч вскочив на ноги, офицер метнулся в кабинет и, ударом ноги опрокинув бандита на спину, быстро подобрал оружие. Из зала появился генерал. Скособочившись и прижимая руку к правому боку, он кое-как доковылял до лежащей на полу жены и, медленно опустившись на колени, осторожно прижал пальцы к ее шее, пытаясь нащупать пульс.
В квартиру ворвались офицеры, вызванные из машины. Быстро осмотрев все комнаты, они подхватили генерала на руки и просто понесли его вниз, не обращая внимания на все возражения и требования поставить его на место.
Третий офицер, взяв супругу генерала на руки, быстрым шагом направился следом за ними. Усадив генерала в глидер, один из офицеров вернулся в квартиру и принес в машину смертельно раненого Лори. Едва дождавшись, когда на заднее сиденье положат жену генерала, офицер, исполнявший роль водителя, поднял машину в воздух и понесся в сторону базы, выжимая из двигателей все возможное.
Один из офицеров вернулся обратно в квартиру и, закрыв двери, подошел к последнему из бандитов. Внимательно осмотрев опаленные края раны, он чуть усмехнулся и с мрачным удовлетворением произнес:
– Не все так страшно, как кажется. Смерть от потери крови и болевого шока тебе не грозит. Если сможешь меня как следует заинтересовать, будешь жить дальше. Без руки, но живой. В противном случае ты труп.
– Ты должен вызвать полицию, – хрипло отозвался бандит.
– Ничего я не должен. Вы напали на генерала, человека военного, а это значит, что дело автоматически переходит в разряд угрозы безопасности лиги. Не будет никакой полиции. Говори, или я начну рвать тебя на части, – проговорил офицер с милой улыбкой, от которой бандиту стало еще хуже.
– Ни на какого генерала мы не нападали. Зашли в квартиру следом за старухой. Решили ограбить, – сделал попытку выкрутиться бандит.
Не переставая улыбаться, офицер поднял руку с пистолетом и, недолго думая, раздробил бандиту палец на оставшейся руке. Взвыв, как проклятая душа, бандит задергался и попытался ударить его ногой. Легко перехватив удар, офицер, ни секунды не задумываясь, сломал и ее. Только на этот раз о собственное колено.
– Попробуешь еще что-нибудь или заговоришь? – спросил он, не переставая улыбаться.
– Чего ты все время лыбишься? Что ты скалишься, садист? – спросил бандит, с нотками истерики в голосе.
– Однажды, несколько лет назад, я попал в плен к пиратам, – ответил офицер, не переставая улыбаться. – Я уже простился с жизнью, когда наши парни смогли добраться до этого места и отбить меня. В отличие от тебя, мне не сломали только позвоночник и череп. Все остальные кости в моем теле были сломаны. Единственное, что я мог сделать, чтобы показать им свое презрение и веру в друзей, это улыбаться. С тех пор, как только возникает опасная ситуация, я начинаю улыбаться, и улыбаюсь до тех пор, пока меня не остановят. Но тебе не повезло. Кроме нас, тут никого нет, поэтому улыбаться я перестану не скоро.
– Ты с базы, – растерянно произнес бандит, рассматривая цивильную одежду офицера. – Вы все с базы. Я должен был сразу догадаться, что все не так просто. Как только он начал стрелять из своего штурмовика. Я должен был догадаться.
– Но ты не догадался, – развел руками офицер, – теперь ты знаешь, что мы все с базы, и должен хорошо понимать, что я с тобой сделаю, чтобы узнать то, что знаешь ты. Сам заговоришь, или попробуешь себя в амплуа мазохиста?
– Хорошо, – сдался бандит, – спрашивай.
– Зачем вы пришли?
– Мы должны были забрать все документы, которые обнаружим в кабинете, и передать их заказчику. Всех обитателей квартиры мы должны были под видом ограбления убрать. Но все с самого начала пошло не так. Сначала на нас бросился этот проклятый пес. Успел порвать двоих прежде, чем его прирезал Шрам. Потом сам Шрам перестарался. Врезал старухе так, что она отрубилась, не успев назвать код замка на сейфе. Ну, а потом уже и сам генерал явился, да еще и с такой пушкой в кармане. Ну, а в довесок еще и вы появились.
– Кто заказчик?
– Не знаю, – покачал головой бандит.
Офицер медленно поднял руку с пистолетом, намереваясь еще что-нибудь ему сломать.
– Я действительно не знаю, как его зовут, – быстро заговорил бандит, – видел только один раз, мельком.
– Как выглядит?
– Высокий, седой хлыщ, одет дорого, на пальцах гайки с блестяшками. Сразу видно, не наш гусь, а жирный, аж сало капает.
– Жирный, в смысле толстый, – растерянно спросил офицер.
– Богатый, – усмехнулся в ответ бандит. – Сало капает, значит, денег не считает.
– Узнать его сможешь? – быстро спросил офицер.
– Мне этого гуся светить резона нет, – пожал плечами бандит, – он все равно выкрутится, а мне потом от него по всей галактике бегать придется. Я же говорю, сало капает. За такую капусту он всю вашу базу деловым заказать может.
– Сала не хватит, – презрительно усмехнулся в ответ офицер. – Вы на нашем генерале впятером облажаться сумели. А представь, если мы от нечего делать начнем на планете порядок наводить. По-своему, – пояснил он, кивнув головой на лежащие в комнате трупы.
– Ну, то, что вы звери еще те, давно известно, но от выстрела в спину никто не застрахован, – философски ответил бандит.
– Если мы решим навести здесь порядок, вы будете очень сильно удивлены, – весело отозвался офицер, – на это дело мы пойдем с полной выкладкой. Такое вам и в кошмарном сне не приснится. В общем, так. Пойдешь со мной и опознаешь этого гуся.
– Эй, эй, командир, мы так не договаривались. Никуда я не пойду, – принялся возражать бандит, делая попытку отодвинуться от него подальше.
– Пойдешь. И не просто пойдешь, а поскачешь вприпрыжку, только чтобы я с тебя не принялся с живого шкуру сдирать.
Испуганно посмотрев на стоящего перед ним офицера, бандит судорожно сглотнул и хрипло проворчал, отводя глаза:
– А ведь ты можешь.
– Ты даже не представляешь, дружок, сколько всего я могу, когда дело касается службы.
– Шизанутый. Не, точно про вас говорят, что вы все на башку пробитые. Хотя, если то, что ты мне про пиратов напел, правда, то я, наверное, и сам бы шизанулся, – растерянно проворчал бандит.
Молча улыбаясь в ответ, офицер расстегнул рубашку и медленно развел полы в стороны, обнажая торс. Охнув от неожиданности, бандит растерянно смотрел на его покрытое шрамами тело.
– Точно не впустую бакланил, – покачал он головой и, тяжело вздохнув, сказал: – Ладно, раз так карта легла, придется гуся светить. Только многого не жди. В рожу я его помню, но как зовут и откуда взялся, понятия не имею.
– Не бойся. Мне, главное знать, кто это. Остальное уже наши заботы, – улыбнулся в ответ офицер, связываясь с базой.
Уже через час в квартире генерала был наведен идеальный порядок. Трупы вывезли на базу. В квартире было оставлено два бойца, для пресечения неожиданных визитов, а оставшегося бандита спрятали в госпитале, заперев в отдельный бокс.
Сам генерал был помещен в реанимационный танк. Его супруга обошлась порцией обезболивающего и дозой успокоительного. Тяжелее всего пришлось Лори. Смелый пес потерял много крови и теперь болтался в питательном растворе реанимационного танка, по соседству со своим хозяином.
Базу снова закрыли на карантин. Растерянный секретарь метался по узкому коридору КП, требуя немедленно связать его с генералом, на что получал неизменный ответ, что генерал в срочном порядке покинул базу и связаться с ним невозможно.
Убедившись, что ничего не добьется, чиновник покинул КП, предупредив дежурного, что вечером отбывает на Терру и это последняя возможность для генерала поговорить с ним лично. Ответив, что при первой же возможности передаст эти слова генералу, дежурный снова уткнулся в комплекс связи, делая вид, что ужасно занят.
Спустя две недели начальник медицинской службы базы, наконец, выпустил генерала из своих цепких лап, заставив его заодно пройти полный курс омоложения и регенерации. Добравшись до своего кабинета, генерал первым делом связался с супругой и, узнав, что с ней все в порядке, облегченно перевел дух. Своего пса он увидел, как только вылез из реанимационного танка.
Узнав, что один из нападавших жив и готов опознать заказчика, генерал приказал немедленно привести его. Увидев серого от боли и лекарств инвалида, генерал растерянно посмотрел на сопровождавших пленника офицеров. Ответив ему спокойными, уверенными в своей правоте взглядами, офицеры молча усадили пленника за стол и, отступив в сторону, замерли каменными изваяниями.
Сообразив, что обречен теперь вечно терпеть их присутствие, генерал мрачно вздохнул и перевел взгляд на пленного. Задумчиво пощелкав клавишами, он, недолго думая, вывел на экран фотографию секретаря совета лиги и, развернув монитор к бандиту, спросил:
– Это он?
Удивленно посмотрев на генерала, бандит покачал головой и молча кивнул.
– Ну и порядочки у вас, – не удержавшись, поворчал бандит, – знаете врага в лицо и даже не пытаетесь устранить. Да при ваших возможностях я бы уже всей лигой заправлял.
– Вот именно поэтому ты и сидишь в своей крысиной норе, а не командуешь бригадой, – сморщившись, ответил генерал.
– Так-то оно так, – неожиданно легко согласился бандит, – да только простым людям все это странно.
– Что именно? – не понял генерал.
– Куча здоровых, тренированных мужиков сидят на базе и носа не высовывают, а пираты, и «людоеды» снова на трассы вылезли. Нам деловым это все, конечно, на руку, но уж больно народ злой стал. Многие стали оружие покупать. Даже полицию вызывать перестали. Палят во все, что движется. Я, например, никогда в своей жизни глидеры не угонял, а тут однажды, иду по улице среди белого дня, смотрю, новая модель. Ну, вот только из магазина. Подошел просто глянуть. Так в меня из лучевика. С ходу, не разговаривая. Чуть не убил, сволочь. Добром это не кончится.
– Не кончится, – задумчиво кивнул генерал, переводя многозначительный взгляд на своих офицеров. – А скажи-ка мне, приятель, вы все деньги за мой скальп получить успели?
– Только задаток, – покачал головой бандит.
– Жаль. Ну, да ничего не попишешь, – развел руками генерал. – Придется тебе немножко побыть мертвым.
– Это как? – насторожился бандит.
– Это не больно, – усмехнулся в ответ генерал. – Дадим вашему шефу, или кто он там у вас, получить с должника всю сумму. Вы же должны были меня убить? Вот я и объявлюсь убитым. Ну, а то, что во время нападения я успел всех вас положить, так это почти правда. Покажем всем мой труп, ваши тела, и посмотрим, что они будут делать, – задумчиво протянул генерал, кивая на экран.
– А какой мне с этого навар? – нагло усмехнулся бандит.
– Простой, – коротко ответил генерал, – после окончания дела я прикажу тебя отпустить, и даже пинка на прощание не дам. Сделаешь себе новую ксиву, или как там это у вас называется, и сможешь спокойно жить дальше, ни от кого не прячась.
– Чтобы ксиву сделать, серьезный сахар нужен, – криво усмехнулся бандит.
– А вот это только твои проблемы. Я тебя в гости не звал. Знал, на что шел. Не хочешь так, настоящим трупом вместе со своими корешами ляжешь, – жестко ответил генерал.
– Ну, что вы за народ, военные, – мрачно качнул головой бандит, – ну никакой гибкости. Или – или. Чуть что, сразу за оружие хватаетесь.
– А ты хочешь что-то предложить? – с усмешкой спросил генерал.
– Хочу, – решительно ответил бандит, – меня в наших кругах хорошо знают. Вы мне сделаете новые бумаги, а я за это буду посредником между вами и теми, кто сюда всякое ненужное возит.
– А какой нам с этого навар? – спросил генерал, используя фразу самого бандита. – Это работа полиции. Мы в такие дела не лезем.
– На планету оружие свозят, – тихо ответил пленник. – Его по схронам уже столько, что можно всю твою бригаду вооружить. Рыбаки его уже не стесняясь по кабакам предлагают. Некоторым деловым это совсем не нравится. Полиция не чешется, им на это дело наплевать. Да и не потянут они. Тут серьезная сила нужна.
– А тебе-то до этого что за дело? – заинтересованно спросил генерал.
– Никому лишняя кровь не нужна. Если начнется заваруха, мочить будут всех без разбора. А это уже страшно. Ты пойми, генерал. Сейчас у нас есть свой тихий бизнес, с которого мы все потихоньку кормимся. А начнется пальба, все к черту полетит. Сделаешь мне ксиву, а я тебя на схроны выведу. Заодно и рыбаков как следует причешешь.
– И что же это за бизнес такой? – задумчиво спросил генерал.
– Всего понемногу, – пожал плечами бандит, – бабы, защита, дури малость. Но главное, что у нас все тихо.
– Если у вас все так тихо, что же вы за мокруху взялись? – не удержался генерал.
– Жадность сгубила, – поморщился бандит, – уж больно жирный кусок этот гусь предложил. Да еще и все, что у тебя на хате хапнем, должно было нашим стать. Ну, мы за тобой походили, посмотрели, что ты в хорошем доме живешь, и решили сыграть. Да, видать, не все увидели, – тяжело вздохнул бандит.
– Ладно, подумаем, – подвел черту генерал, делая офицерам знак увести пленного.
Откинувшись в кресле, он задумчиво посмотрел на закрывшуюся дверь и, дотянувшись до внутреннего коммуникатора, попросил своего заместителя связаться с начальником планетарной полиции и выяснить, что ему известно о контрабанде оружия.
Спустя полчаса тот доложил генералу, что такие слухи действительно бродят, но оперативных данных на этот счет у полиции нет. Поблагодарив его, генерал с мрачным видом включил комплекс спецсвязи и набрал личный код яхты «Задира».

* * *

К этому моменту яхта уже давно приземлилась на Оливере-три, и счастливые родители смогли, наконец, обнять своих отпрысков. Счастливое спасение девушек было отмечено с большим размахом. Даже старик Сталк позволил себе пару глотков бренди, решительно отмахнувшись от испуганного кудахтанья внучки.
Не обошлось, конечно, и без казусов. Увидев рядом с детьми Марианну, Натали с ходу насупилась и, сурово сдвинув брови, мрачно посмотрела на мужа. В ответ тот сделал вид, что ничего не замечает, и, подхватив детей на руки, тепло поздоровался с девушкой.
Натали открыла было рот, чтобы начать возмущаться, но, увидев, что Алекс вместо приветствия целует девушку, снова закрыла его, сообразив, что чего-то явно не знает. Тем временем Генри, прижав детей к груди, весело спросил у нее:
– Я думал, вы вернулись к своей прежней работе, Анна.
– В казино все еще ремонт, да и возвращаться туда мне, честно говоря, совсем не хочется. Я решила, что мистеру Сталку не помешает моя помощь, и он ее сразу принял, – мило улыбнулась девушка, даже не делая попытки отклеиться от Алекса.
– Я уже через два часа понял, что мне с вашей бандой не справиться, – весело улыбнулся старик, удерживая ладонь Генри двумя руками. – Если бы не Анна, не знаю, чем бы все это закончилось.
– Знакомьтесь, девочки, – наконец вспомнил Генри, – это моя супруга и мать этих малолетних экстремистов, Натали. Это Анна, подруга Алекса, человек, сумевший справиться с ними в наше отсутствие.
Вежливо улыбнувшись девушке, Натали забрала у мужа детей и решительно отправила их умываться. После игры на пляже песок с них просто сыпался. Посмотрев им вслед, старик улыбнулся и, развернувшись к внучке, устало вздохнул:
– Ну, крутая и самостоятельная, сколько еще тебе нужно найти приключений на свою задницу, чтобы наконец понять, что есть вещи, в которые тебе лучше не соваться?
– Дед, я тебя умоляю, ну хоть ты не начинай! – неожиданно взмолилась Натали. – Я давно уже все поняла и извинилась перед ними. Лучше расскажи, как ты тут без нас?
– Плохо, – решительно ответил старик. – Извелся весь. Ты же знаешь, такие стрессы давно уже не для меня.
– Дед! Пожалуйста! – скривилась Натали, собираясь в очередной раз зарыдать.
– Иди сюда, дуреха, – проворчал старик неожиданно ласковым голосом, и Натали бросилась к креслу.
Уронив голову ему на колени, Натали громко, от души зарыдала. Ласково поглаживая ее по голове, старик тихо приговаривал:
– Ну, кого ты удивлять собралась. Он же всю жизнь только и делал, что воевал. Для него это уже давно стало обыденностью. Твой сын давно уже лучше тебя стреляет, а ты за оружие. Сиди ты дома и не суйся, куда не просят. Твое место – за мужем. Благо есть за кого спрятаться.
Алекс еще в начале этой сцены быстро увел Анну к себе в дом. Эндрю и Сенди давно уже уединились, а Дик и Лана отправились проведать Зака. Кое-как успокоившись, Натали утерла мокрые щеки и, повернувшись к мужу, спросила, лукаво улыбнувшись:
– Мистер, вы собираетесь вылезать из этого железа, или ждете, когда я заведу любовника?
– Только попробуй, – усмехнулся Генри, показывая ей окованный сталью кулак. – Вот тогда деду точно придется детям няньку на постоянной основе нанимать.
– Да уж, девочка. Вот чего бы я тебе категорически не советовал делать, так это подобной глупости, – усмехнулся старик, заговорщицки подмигивая Генри.
– Мужики, ну могу я чисто по-бабьи глупость ляпнуть? – иронично рассмеялась Натали, прижимаясь к мужу.
– Можешь, – кивнул в ответ старик, – но не часто. А то в привычку войдет.
На пляж начали выходить все обитатели лагуны. С улыбкой посмотрев на своих закованных в скафандры бойцов, Генри весело спросил:
– Где костюмчики поставим, парни?
– Может, стоит их на яхте хранить? – внес свое предложение Алекс.
– Не годится, – тут же возразил Эндрю, – яхта в порту, а мы здесь. Нужно поставить их так, чтобы в любой момент можно было использовать. Где-то в бухте.
– Точно, – поддержал его Генри, задумчиво осматривая дома.
К стоящим присоединилась чета гердов. Огромный Зак, все еще прихрамывая после ранения, медленно подошел к Генри и, неожиданно опустившись на здоровое колено, громко прогудел:
– Прости, брат. Видит Светлая мать, я дрался…
– Ты совсем с ума сошел?! – завопил Генри, кидаясь поднимать герда на ноги. – Очнись, брат. Мы с Ланой давно уже все решили. Встань немедленно, не позорь меня, – быстро проговорил Генри и, пользуясь мощностью скафандра, просто поднял герда в воздух, ухватив подмышки, как ребенка.
– Ты правда не сердишься? – растерянно спросил его огромный Зак, даже не делая попыток освободиться.
– Сестра, я думал, это тебя по голове стукнули, но, похоже, ему тоже досталось, – усмехнулся Генри, посмотрев на Лану.
– Поставь его на землю, брат, а то батареи посадишь, – усмехнулась в ответ Лана.
– Тогда объясни ему сама, что мы давно уже все решили, – проворчал Генри, осторожно ставя герда на песок.
– Она говорила, – неожиданно смутился герд, – да только я не поверил. Решил, что это ее ты простил, а за мою вину еще спросишь.
– Перестань, брат. В клане беду на части не делят, – ответил Генри, твердо глядя в глаза Заку. – Лучше скажи, в твоем арсенале места на три таких костюмчика хватит?
– Я лучше сделал, – радостно усмехнулся в ответ Зак. – Пока вы там воевали, я успел под ваше барахло отдельную пещеру пробить. Джесси мне рассказал, что вы умудрились на базе выбить, вот я и решил, что комнатушка может пригодиться.
– Надеюсь, с высотой правильно рассчитал? – усмехнулся в ответ Генри.
– Не сомневайся, брат. Все сделано, как положено. Потом, если захочешь, я отдельные ходы к каждому из домов проведу. Прямо туда. Чтобы в случае чего, можно было, не выходя на улицу бежать и экипироваться.
– Ты это серьезно, брат? – растерянно спросил Генри.
Его удивление было неподдельным. Это была высшая степень доверия у гердов. Даже проживая кланами, они обустраивали отдельные пещеры для каждой семьи, и пробивали отдельные ходы только для очень близкой родни. Генри перевел растерянный взгляд на Лану и, получив от нее утвердительный кивок, растроганно произнес:
– Даже не знаю, что и ответить на такое предложение, брат.
– Просто скажи да, брат, – смущенно проворчал Зак, бросая быстрый взгляд на жену.
– Соглашайся, брат, – тихо добавила Лана, беря мужа под руку.
– Конечно, да, – растерянно улыбнулся Генри, не зная, что еще добавить.
– Тогда пошли, помогу вам разоблачиться, – весело предложил Зак.
– Да уж. Без вашей помощи тут не обойтись, – проворчал Генри, направляясь в пещеры гердов.
Трое бойцов дружно зашагали ко входу, радуясь возможности избавиться наконец от изрядно надоевших скафандров. Недоуменно посмотрев им вслед, Натали растерянно перевела взгляд на деда и, по привычке уперев кулачки в бедра, возмущенно произнесла:
– А я? Как это вообще понимать?
– Рот закрой, курица, – проворчал в ответ старик. – Сколько раз тебе повторять, не знаешь, не понимаешь, помолчи и дождись, когда будет возможность спросить. А то встала! Подбоченилась! Лучше беги домой и ванну мужу приготовь, да на стол собери.
– Дед, ты чего? – спросила Натали, уставившись на старика удивленным взглядом.
– Ничего, – мрачно проворчал старик, – плохо я тебя воспитал. Неправильно. Вышла замуж, так будь добра не амбиции свои глупые выпячивать, а о семье думать. Ты вот стоишь тут, возмущаешься, а у тебя дети непонятно чем заняты, и муж сейчас придет. После месяца в скафандре. А в нем, между прочим, ни помыться, ни в туалет толком не сходить.
– Ой, – растерянно подскочила Натали, – точно! Дед, какой же ты у меня умный, – быстро протарахтела она и, чмокнув старика в морщинистую щеку, бегом понеслась по пляжу.
– То-то, – ласково прошептал старик, весело наблюдая, как его внучка летит к дому.
Войдя в пещеры, Генри остановился и вопросительно посмотрел на Зака. Рукой указав дальнейшее направление, Зак вошел в просторную пустую пещеру и, разведя руками, с гордостью спросил:
– Ну, как?
– Здорово! – восхищенно откликнулся Эндрю.
– Извини, Зак. А ты уверен, что свод выдержит? – удивленно спросил Алекс.
– Не сомневайся, – усмехнулся Зак с ноткой превосходства, – это был естественный свод. Я только убрал отсюда все лишнее.
– Никогда не задавай герду таких вопросов, если не хочешь нажить себе смертельного врага. В таких делах они никогда не ошибаются. Все наши горные инженеры любому герду и в подметки не годятся, – с усмешкой пояснил Генри, показывая Заку большой палец.
– Я не в обиде, – весело отозвался Зак, подмигивая растерявшемуся Алексу. – Он всего этого не знает, да и, прежде чем сказать, извинился.
– Ладно, парни. Давайте разоблачаться, – улыбнулся Генри, – сестра, принеси простыни, пожалуйста.
– Все уже готово, брат, – улыбнулась в ответ Лана. – Для меня эта процедура давно уже не секрет.
– Это точно, – усмехнулся в ответ Генри, пытаясь открутить соединения горловины скафандра.
Спустя два часа, разложив составные части скафандров на просушку и вентиляцию, десантники, завернувшись в простыни, быстро снимали внутреннюю прокладку доспехов, нуждавшуюся в обязательной стирке. Запах в пещере стоял соответствующий. Молодые бойцы, смущенно поглядывая на Лану, пытались незаметно извлечь из доспехов сантехнические приспособления.
Заметив их смущение, Генри весело подмигнул Лане и, повернувшись к бойцам, сказал:
– Парни, вы не на светском приеме, а Лана не девушка из пансиона. Она такой же боец, как и вы. Работайте спокойно. Все это она уже видела и не один раз.
– То, что она все это видела, совершенно не значит, что она должна все это нюхать, тем более в собственном доме, – тихо проворчал Алекс, быстро откручивая трубки отвода продуктов жизнедеятельности.
– Спасибо за заботу, приятель, но мой Зак сделал все так, чтобы во всей остальной пещере ничего не чувствовалось, – улыбнулась в ответ Лана.
Огромный Зак подтвердил это заявление молчаливым кивком, мотнув кудлатой башкой так, словно хотел кого-то боднуть. Сосредоточенно сопя, он пытался приладить снятые части скафандра на специально сделанную подставку. Убедившись, что все держится крепко и легкодоступно, он медленно отступил в сторону и, с гордостью оглядев дело своих рук, вопросительно посмотрел на Генри.
– Отлично сделано, брат, – одобрительно кивнул Генри, осмотрев крепления.
Собрав все, что требовало немедленной обработки и чистки, десантники поплотнее завернулись в выданные им огромные простыни и, попрощавшись с хозяевами, направились по домам. Первым делом им сейчас требовалось большое количество воды.
Погрузившись в заботливо приготовленную Натали ванну, Генри блаженно застонал и прикрыл глаза, испытывая неземное наслаждение. Спустя еще почти час он, наконец, выбрался из ванны и, пройдя в комнату, встал на весы. Задумчиво посмотрев на быстро мелькавшие цифры, он с мрачным видом протянул:
– М-да. Придется в очередной раз отъедаться.
Не сдержав любопытства, Натали взглянула на цифры и растерянно охнула. Переведя взгляд на фигуру мужа, она неожиданно прижала ладони к лицу и тихо проговорила:
– Милый, ты же весь просто высох!
– Издержки долгой носки скафандра, – пожал плечами Генри. – К сожалению, это всегда так.
Он действительно сильно потерял в весе. Под покрытой шрамами кожей не осталось практически ни капли жировой прослойки. Только кожа и мышцы. Широкие плечи и грудь казались обтянутыми пергаментом. Некогда загорелая кожа приобрела нездоровый желтоватый оттенок.
Мрачно осмотрев себя в зеркале, Генри неопределенно хмыкнул и, почесав в затылке, проворчал:
– Ну, по крайней мере, теперь ты хорошо знаешь, что такое наша служба.
Прижавшись всем телом к мужу, Натали уткнулась носом ему в грудь и прошептала:
– Прости меня. Милый, родной, прости меня, дуру.
– Перестань, солнышко, – тихо ответил Генри, ласково целуя жену, – все в порядке, милая. Все уже давно закончилось.
– Мама, а почему вы не целуетесь по-настоящему? – неожиданно прозвучал вопрос, и на них с любопытством уставились две нахальные рожицы.
От души расхохотавшись над заданным вопросом, Генри подхватил детей на руки и закружил их по комнате. Смущенная Натали так и не нашлась, что ответить. Это было впервые, когда дети сумели поставить ее в тупик своим вопросом.
После ужина, уложив детей спать, супруги, наконец, смогли в полной мере заняться друг другом. Это была их ночь. Успокоились они только под утро. Расслабленно лежа на плече мужа, Натали сонным голосом неожиданно спросила:
– Милый, а почему я не могла помочь тебе снять скафандр?
От неожиданности Генри даже проснулся. Весело рассмеявшись, он нежно чмокнул жену в ушко и с улыбкой ответил:
– Ну, по крайней мере, я теперь понимаю, в кого наши дети.
– Что ты имеешь в виду? – удивленно спросила Натали.
– Их вопросы, – усмехнулся в ответ Генри, – все дело в том, что эти костюмы очень тяжелые, и на базе мы надеваем их при помощи специальных механизмов. Здесь их нет, поэтому вместо подъемников пришлось использовать гердов. А, кроме того, они бывшие солдаты и знакомы с самым разным оборудованием.
– Мне иногда кажется, что с Ланой тебе интереснее, чем со мной, – нехотя проворчала Натали.
– Глупости, – пожал плечами Генри. – Нас, конечно, многое связывает, но это совсем не то, что есть между тобой и мной. Это действительно родственные отношения. Например, сегодня днем Зак оказал мне самое большое доверие, которое только существует у гердов. А это дорогого стоит.
– Ты про переход из дома в арсенал? – вспомнила Натали.
– Да. Свободный доступ в свои личные пещеры герды предоставляют только очень близким, кровным родственникам.
– Получается, они тебе очень верят?
– Да. И такое доверие заслужить очень сложно.
– Почему?
– Несмотря на все свое благодушие, они достаточно скрытные существа. Вся их жизнь, а тем более личная, проходит под покровом тайны. Многие наши ученые готовы были применить силу, лишь бы получить такие сведения. Но до сих пор тайны их интимных отношений толком никто не знает.
– Кроме тебя, – утвердительно сказала Натали, легонько кусая его за плечо.
– Ай! Совсем озверела? Решила в грендалиане податься? Кусаешься как зверюга, – проворчал Генри, охнувший от неожиданности этого нападения.
– А ты признавайся. Знаешь или нет? – насела на него Натали с тихим рычанием.
– Только в теории, – честно ответил Генри.
– Это она тебя посвятила?
– Нет. Я же говорил. У нас на базе их было трое. Пара и Лана. Мне с ними много раз приходилось на задания выходить. Так и узнал.
– Смотри у меня, мужчина с прошлым, – пригрозила Натали мужу.
– Это женщина бывает с прошлым, а про мужчину говорят – опытный, усмехнулся в ответ Генри. – Ладно, грамотейка, давай поспим. Скоро наши бандиты поднимутся. Будем весь день ползать, как сонные мухи, новых вопросов не оберемся, – проворчал он, устраиваясь поудобнее и закрывая глаза.
– Спи, родной, – тихо прошептала Натали, ласково погладив шрам на его щеке.
Через минуту он действительно уже спал. Подперев голову рукой, Натали с интересом рассматривала мужа, словно видела впервые. Генри не знал, что она часто вот так ранним утром, неожиданно проснувшись, долго и внимательно разглядывает его. Словно пытаясь запомнить каждую черточку его лица. Она никогда не делилась с ним своими мыслями, которые приходили ей в голову в такие моменты. Откровенно говоря, она и сама не могла понять, о чем думает. Просто ей было хорошо и спокойно. Как было когда-то в детстве.

Утро началось с противного зуммера комплекса связи. Моментально проснувшись, Генри спрыгнул с кровати и, метнувшись в кабинет, быстро включил связь. Единственным человеком, который мог решиться разбудить его в такое время, был генерал Ванколлен.
– Привет, старина, – кивнул генерал, увидев знакомое лицо. – Не знаю, что у вас там сейчас, утро или вечер.
– Раннее утро, – ответил Генри сонным голосом.
– Похоже, я тебя разбудил? Извини.
– Ничего страшного, – махнул рукой Генри. – Что у вас случилось?
– Многое, старина. И я даже не знаю, как на все это реагировать.
– Начните по порядку, генерал, – разом проснувшись, посоветовал Генри.
– Меня пытались убить, – коротко ответил генерал. – Почти неделя в реанимационном танке. Пытались вырезать всю семью, даже Лори. Один из нападавших жив. Заказчик, лицо, которое пыталось помешать вам получить нужную бумагу.
От неожиданности Генри удивленно присвистнул.
– Вот именно, – кивнул в ответ генерал. – Из танка я вылез только сегодня утром и сразу же узнал еще более интересные новости. На планете устроили перевалочную базу оружия. Контрабандисты продают его всем желающим.
– А почему вы решили, что это именно перевалочная база? – задумчиво спросил Генри.
– А что еще? – удивился генерал. – Зачем на планете такая куча оружия?
– Не думаю, что все так просто, – покачал головой Генри. – Если учесть все то, что нам стало известно, это очень логично выстраивается в схему попытки закрытия базы. Большое количество оружия, наша форма, и вот вам причина. Военные обнаглели, перепились и устраивают на планете погромы с применением оружия. Несколько расстрелянных баров, пара десятков трупов, большой резонанс в прессе – и как следствие, решение совета о закрытии базы и роспуске бригады.
– Проклятье! – генерал в сердцах грохнул кулаком по столу. – А я старый дурак, никак не мог понять, чего это он так вьется вокруг базы, особенно в день, когда было совершено нападение. Ты прав, дружище. На все сто. Что предлагаешь?
– Ну, решать, конечно, вам, но я бы принял ответные меры. В нашем стиле. Жестко, быстро. Так, чтобы никто и охнуть не успел.
– А я собирался сказаться убитым и дождаться их реакции, – задумчиво ответил генерал.
– А если это и должно стать сигналом к выступлению? Самый подходящий момент. Командующий бригадой погиб, головорезы неуправляемы. Человека, который смог бы их обуздать, нет. Это даже скорее может прозвучать как ответ базы на ваше убийство. Озверевшие спецназовцы устроили разборки с местными бандитами в своем стиле, при этом, как обычно в таких случаях, пострадало много мирного населения.
– Черт! Вовремя я тебе позвонил. Что ж, значит, пора выходить из небытия и поднимать бригаду по тревоге. Устроим на планете большую чистку, – решительно произнес генерал и, подумав, добавил: – Будь осторожен. Они вполне могут попытаться достать и тебя.
– Спасибо, генерал. Я учту, – кивнул в ответ Генри.
– Не уходи от темы. Если придумаешь еще что-нибудь, сразу выходи на меня. В любое время. Уж очень они все интересно придумали. Я один могу за всем и не уследить.
– Я буду на связи, генерал, – решительно ответил Генри, доставая из комплекса устройство удаленной связи.
Одобрительно кивнув головой, Генри отключил комплекс и вышел на кухню. Натали, готовившая завтрак, с любопытством поинтересовалась:
– Какие новости от генерала?
– Невеселые, – мрачно отозвался Генри. – Его пытались убить. И, похоже, вся эта история еще не закончилась.
Испуганно охнув, Натали выронила нож и прикрыла рот ладошкой.
– Ну, вот, жди мужика в гости, – усмехнулся Генри, поднимая нож.
В этот момент у входной двери раздался звонок. На ходу запрыгивая в штаны, Генри быстро вышел в холл и распахнул дверь. На пороге стояло кресло старика Сталка. Весело улыбнувшись, Генри посторонился, пропуская его в дом.
– Ну, лежебоки, прелюбодеи, выспались? – весело спросил старик, бодро влетая на своей площадке в холл.
– Почти, – усмехнулся в ответ Генри, – а вам чего не спится в такую рань?
– В моем возрасте жалко тратить время на сон, молодой человек, – наставительным тоном произнес старик и, тут же рассмеявшись, добавил: – Откровенно говоря, так спокойно я давно уже не спал. Не поверишь, но я проснулся с таким ощущением, словно лет двадцать разом сбросил.
– Ну и слава богу, – улыбнулся в ответ Генри. – Пойдемте завтракать. Там Ната что-то такое выдумывает, что у меня уже минут пятнадцать от запахов слюнки текут.
Согласно кивнув, старик бодро направился на кухню. Увидев деда, Натали радостно чмокнула его в щеку и выставила на стол еще один прибор. С аппетитом уплетая ее стряпню, старик между делом поинтересовался, чем они собираются заниматься. Удивленно переглянувшись, молодежь растерянно пожала плечами.
Хитро усмехнувшись, старик внес оригинальное предложение. Рестораны и клубы давно уже не интересны и надоели. Он решил заказать в одном из своих ресторанов мясо для барбекю и шашлык. Чтобы приготовить все это прямо на пляже. Тем более что герды не смогли бы отправиться в ресторан вместе со всей компанией. Слабое в дневном свете зрение и отсутствие в ресторанах подходящей мебели сделали бы такой поход мучением для этих существ. Благодарно кивнув, Генри с удовольствием принял такое предложение, тем более что им не придется расставаться с детьми.
Вином старик обещал их обеспечить из своих запасов. Натали удивленно посмотрела на деда и спросила:
– Дед, я заметила, что в последнее время ты становишься транжирой. Раньше я за тобой такого не замечала.
– А на кого еще тратить все накопленное, как не на собственных детей и на их верных, проверенных бедой друзей, – пожал плечами старик. – С собой в могилу я все это не заберу. Так почему бы не воспользоваться и не пожить в свое удовольствие, хотя бы то недолгое время, которое мне осталось?
– Дед, ты опять за старое? – возмутилась Натали.
– Перестань, девочка. Рано или поздно это случится. Так почему бы не устроить веселый праздник. Не эту скучную тусовку для снобов, а простую, задорную вечеринку. С музыкой, пальбой и битьем посуды.
– Дед! Да ты прямо какой-то разудалый гвардеец, а не почтенный столп общества. Я не говорю уже о твоих выражениях, – весело рассмеялась Натали.
– Вот уж не думал, что вырастил такую зануду, – не остался в долгу старик. – И как только ты ее терпишь? – повернулся он к Генри.
– А вот это уже прямое оскорбление. Вот назло тебе сегодня напьюсь и буду вести себя не как почтенная мать семейства, а как отвязная студентка. Вплоть до танцев на столе, – скорчила рожицу Натали в ответ старику.
– А вот этот вопрос будешь решать с ним, – тут же нашелся старик, ткнув пальцем в Генри.
Посмеиваясь над их перепалкой, Генри показал жене кулак, не переставая жевать. Покончив с едой, мужчины вышли на крыльцо, а Натали отправилась будить детей. С удовольствием вдохнув свежий морской воздух, старик задумчиво посмотрел на Генри и тихо сказал:
– Давно я так не высыпался. Но мне почему-то кажется, что ты о чем-то размышляешь.
– Похоже, вы уже успели меня хорошо изучить, старина, – усмехнулся в ответ Генри.
– У вас есть очень приметная привычка. Когда вы начинаете о чем-то думать, то машинально поглаживаете шрам на щеке. Я давно это заметил, – пожал плечами старик.
– Вы наблюдательны, Джесси, – улыбнулся Генри, – все верно. Сегодня утром я говорил с генералом. Наш с вами старый знакомый, секретарь совета, организовал покушение на генерала. Все обошлось, но это должно было оказаться не простым покушением. Я склоняюсь к мысли, что это должен был быть знак криминальным структурам или появившимся на планете пиратам о начале бунта. На планету в большом количестве свезли оружие. После устроенного ими погрома базу вынуждены были бы закрыть.
– Кто? – растерянно спросил генерал.
– Совет лиги. Огромное количество тренированных людей, которыми никто не управляет, это прямая угроза спокойствию и порядку. Проще закрыть базу и расформировать всю бригаду, чем устраивать долгое и нудное разбирательство, которое все равно закончится ничем.
– И что генерал собирается делать? – быстро спросил старик.
– Я посоветовал ему нанести упреждающий удар, – вздохнул Генри.
– А это возможно?
– Вполне, – пожал плечами Генри, – поднять бригаду по тревоге, блокировать все ключевые точки планеты и устроить грандиозную проверку всех злачных мест.
– Ну, если ваши ребята будут в таких же скафандрах, то, думаю, это вполне реально, – задумчиво протянул старик.
– Это более чем реально, тем более для целой бригады, – задумчиво ответил Генри.
– Такая акция, бесспорно, сорвет их планы, но я не думаю, что этим все закончится, – с теми же интонациями протянул старик.
– Это верно. Мне почему-то кажется, что основные ударные силы собраны на границе, в поясе астероидов.
– С чего вы это взяли? – быстро спросил старик.
– Во всех навигационных компьютерах это место было помечено. Я успел внимательно просмотреть все добытые записи. На всех кораблях это место было зашифровано и помечено особым знаком. На яхтах, которые мы смогли остановить здесь, на эсминце, и на «людоеде». Везде это место было. И капитан «людоеда» сказал, что все пираты свозят свою добычу туда. Значит, основная база где-то там, в поясе. Пожалуй, теперь мне становится понятно, почему грендалиане так покорно согласились отдать всех рабов. Голод им не грозит. После извлечения нужных органов останки отправляются на Грендаль. Прямая поставка свежезамороженных продуктов. А они за это поставляют бойцов. Сильные, выносливые, не боящиеся боли, за таких солдат любое государство готово будет многое им простить, – вслух размышлял Генри.
– Пожалуй, вам стоит рассказать о своих мыслях генералу, – ответил ему старик, мрачно глядя в открытое море.
– Так и сделаю, – решительно ответил Генри, быстрым шагом направляясь в дом.
Быстро связавшись с генералом, Генри посвятил его в свои измышления. Внимательно выслушав, генерал мрачно посмотрел на своего бывшего подчиненного и, вздохнув, проворчал:
– Рано я тебя отпустил. Надо было оставить инструктором на базе, не пришлось бы сейчас с этой железкой беседовать.
– В этом случае я бы ничего не узнал, – улыбнулся в ответ Генри.
– Тоже верно, – усмехнулся в ответ генерал и быстро спросил: – Что предлагаешь?
– Рейд. Две трети бригады, после зачистки планеты, отправить в пояс астероидов, а одну треть к Терре. На всякий случай.
– И что они будут там делать? – удивленно спросил генерал. – На орбите болтаться?
– Возьмут планету, а дворец совета в частности, под особую охрану, со всеми надлежащими мерами, – пожал плечами Генри.
– На то, чтобы устроить такой беспредел, мне нужны очень серьезные причины, – растерянно проворчал генерал.
– Забота о безопасности членов совета совсем не мелочи. А, кроме того, по нашим оперативным данным, в лиге готовится переворот, плюс почти три тысячи человек отправленных туда после освобождения из рабства и пиратского плена. Чем не причина? Граждане озлоблены, обездолены, оторваны от своих домов, дел, родственников. Кто знает, во что это может вылиться? – пожал плечами Генри.
– Согласен, – криво усмехнулся генерал, – что ж, рискнем погонами в очередной раз. Я уже дал команду на подготовку. База собрана по тревоге, в шесть утра начинаем.
– Удачи, генерал, – улыбнулся Генри.
– Спасибо, но не надейся, что так легко от меня отделаешься. Ты и твоя команда будете нужны мне на Терре.
– Когда? – мрачно спросил Генри.
– Как только закончим зачистку. Лететь нам примерно одинаково, так что держи свою посудину под парами. Как только группа будет сформирована, получите отмашку.
– Но что я там буду делать? Я же в отставке, – удивленно поворчал Генри.
– Группу поведет твой старый знакомый, майор, Веселый Роджер. Ты будешь при нем советником и координатором. Как полковник внешней разведки.
– Роджер парень правильный, умный. Не думаю, что ему может потребоваться нянька.
– Это все верно, но только до тех пор, пока он не начнет улыбаться, – мрачно ответил генерал.
– А если я озверею? – тихо спросил Генри.
– Вот и присмотрите друг за другом, чтобы один не озверел, а другой улыбаться не начал, – решительно ответил генерал, давая отбой.
Вошедшая в конце его разговора с генералом Натали с мрачным видом посмотрела на мужа и тихо спросила:
– Уезжаешь?
– Не скоро, – чуть улыбнулся Генри, обнимая жену.
– Все так серьезно?
– Очень, милая.
– А кто такой этот Веселый Роджер, за которым ты присматривать должен?
– Один из наших офицеров. Однажды ему не повезло, и он попал в плен к пиратам. Вся группа погибла, а его контузило. Пираты знали, кто он, и принялись издеваться над ним. Единственное, что ему оставалось, когда они последовательно ломали ему все кости, это улыбаться. Мы отбили его через трое суток. Случайно. Наткнулись на группу кораблей и решили провести досмотр. В ответ они открыли стрельбу. Когда его грузили в реанимационный танк, в теле, кроме черепа и позвоночника, не было ни одной целой кости. Но он продолжал улыбаться. С тех пор его так и прозвали, Веселый Роджер.
– А почему Веселый Роджер?
– Так в древности назывался пиратский флаг. На черном поле человеческий череп с перекрещенными костями или саблями.
– Юмор висельников, – проворчала Натали, содрогнувшись от услышанного.
– Юмор людей, привыкших ходить в обнимку со смертью, – тихо ответил Генри. – Он с тех пор всегда улыбается, как только складывается опасная или просто тревожная обстановка.
– Это будет опасно? – тихо спросила Натали.
– Нет, мы даже скафандры брать не будем. Я поеду только советником, а парни в качестве моей охраны.
– С каких это пор ты стал нуждаться в охране? – удивилась Натали.
– Статус, – поморщился в ответ Генри. – Входя в зал совета, я обязан соблюдать определенный протокол. Или я офицер, и должен явиться в парадной форме. Или я советник, и тогда, мне положена личная охрана, для перемещения по городу. Сам я за штурвал садиться не могу. Мое дело думать.
– Ну и хорошо. По крайней мере, я буду знать, что ты там не один, – сделала Натали неожиданный вывод.
Рассмеявшись, Генри поцеловал жену и предложил вместе обойти всех друзей, чтобы сообщить им радостную новость о вечеринке.

* * *

Ранним утром планета Туманности сверхновой была разбужена появлением на улицах городов огромного количества боевой техники и вооруженных людей в тяжелых боевых скафандрах. По всем каналам связи было объявлено о введении чрезвычайного положения и просьба ко всем мирным жителям не покидать своих домов.
Работали только службы скорой помощи и аварийные бригады, но и они перемещались только в сопровождении десантников. В течение всего следующего дня десантники переворачивали все планетарное дно, проводя обыски и аресты.
Арестовывались все, у кого было найдено больше трех единиц стрелкового оружия. Было ликвидировано сорок вооруженных банд, семь складов контрабандного оружия, огромное количество комплектов военной формы и многое другое.
Все, кого находили рядом со складами оружия, тут же подвергались жесткому допросу с применением психотропных веществ. Десантникам нужна была информация, и они получали ее, не стесняясь в средствах. Любой, кто пытался оказать хоть малейшее сопротивление аресту, немедленно уничтожался. Хотя нужно отдать десантникам должное, они старались стрелять по конечностям.
После чего очень многие гонористые бандиты стали пожизненными инвалидами. Попутно было уничтожено три десятка лабораторий по производству наркотиков, вывезено около двух тонн готовых наркотиков и куча другого добра, которое было запрещено к свободной продаже.
На орбите планеты были арестованы четыре судна, капитаны которых не смогли дать внятного объяснения о характере своего груза и месте его происхождения. Основная масса экипажей этих судов оказалась в межпланетном розыске за те или иные преступления.
Полиция стонала от количества навалившейся на нее работы и откровенно пыталась спихнуть все на проводивших аресты десантников. Но после того, как генерал пригрозил расстрелять всех арестованных, с зубовным скрежетом взялась за дело. Суды были завалены работой на многие месяцы вперед.
Спустя сутки десантники покинули города так же неожиданно, как появились. А еще через день с военного космодрома стартовали все имевшиеся в наличии корабли. Растерянные штабисты потерянно бродили по опустевшим коридорам штаба лиги, не зная, что делать и как реагировать на все произошедшее.
На время отсутствия командования в штабе распоряжалась служба внутренней безопасности. Уже через час после взлета эскадры полковник, командовавший этой службой, принялся наводить драконовские порядки. Теперь любой несанкционированный звонок по внешней связи мог повлечь за собой серьезное разбирательство.
Перепуганные до икоты штабисты покорно сдали все свои личные коммуникаторы и подписали документы, которые предупреждали их о личной ответственности за разглашение военной тайны.
Журналисты, которых десантники в самом начале акции пинками и прикладами тоже разогнали по углам, теперь носились по городам с высунутыми языками, пытаясь выяснить хоть что-то. Любого офицера, выходившего с базы, тут же атаковали вопросами и требованием рассказать правду, но те только пожимали плечами и ссылались на служебную тайну.
Самые настырные из шакалов пера пытались следовать за вылетевшей эскадрой на служебных яхтах, но их быстренько загнали обратно на орбиту, дав несколько предупредительных выстрелов и оторвавшись на скорости.
Такое небрежение к их статусу неприкасаемых привело журналистов в бешеную ярость. Но излить ее он смогли только на страницах газет и в нескольких язвительных выпадах в телепередачах. База хранила гордое и таинственное молчание.
Генерал решил не дробить силы бригады, а действовать последовательно. Спустя полторы недели после взлета с базы бригада спецназа обрушилась на пояс астероидов всей своей армадой. Не обращая внимания на сигналы навигационных компьютеров о пересечении границы лиги, боевые корабли полностью блокировали пояс и выбросили десант.
Три десятка пиратских кораблей, попытавшихся прорваться сквозь блокаду, были уничтожены прямо на взлете. Еще два десятка пиратов попытались дать десантникам бой прямо в ангарах и скрытых базах, но корабли поддержали бойцов огнем, и пираты вынуждены были сдаться. Только в одном месте за границей лиги, на самом большом астероиде, больше напоминавшем небольшую планету, располагавшемся в середине пояса, пираты продолжали сопротивляться.
Подойти на расстояние прямого удара боевые корабли не могли, и десантникам пришлось применить массированный залповый огонь из бластеров, чтобы пробиться сквозь заградительный огонь пиратов. Уничтожив основные огневые точки, десантники прорвались на сам астероид и тут столкнулись с новой проблемой.
Как выяснилось, сам астероид был полым. От огромного космического булыжника осталась только внешняя оболочка. С тем, что было внутри, бойцам еще предстояло разобраться. После недолгих размышлений на поверхность астероида была установлена ядерная мина направленного действия.
Одного-единственного взрыва оказалось достаточно, чтобы десантники вломились прямо в недра этого космического ореха. Теперь дело пошло намного проще. Тяжелые скафандры легко выдерживали не только прямое попадание из тяжелого стрелкового оружия, но и любые виды радиационного излучения.
Чего нельзя было сказать о простых космических скафандрах. Несколько сотен пиратов, пытавшихся в этих костюмчиках сдержать разъяренных бойцов, десантники просто смели с дороги. Быстро наложив на пробоину в коре астероида пластырь, чтобы избежать полной разгерметизации, десантники ринулись в нижние ярусы этого сооружения, быстро продвигаясь к его центру, где, судя по всему, находился главный центр управления этим комплексом.
В том, что это не просто ремонтная база, десантники убедились очень быстро. Занимая ярус за ярусом, они находили целые заводские линии по ремонту и изготовлению различного оборудования для космических кораблей и оружия. На четвертом ярусе бойцы нашли и фабрику смерти, где изгои с медицинским образованием изымали органы у захваченных пиратами людей.
Здесь же, в нескольких шагах от прозекторской, содержались и жертвы этой чудовищной фабрики. Окончательно озверевшие от увиденного десантники расстреляли всех, кто попался им на глаза в белом халате. Всех пленных снабдили легкими скафандрами и начали выводить на поверхность.
Бойцы врывались во все помещения подряд, вытаскивая в коридоры и переходы всех, кто там находился. Времени на разбирательство не было. Не оставляя за спиной никого, кто мог бы хотя бы помыслить о сопротивлении, десантники вычищали астероид от населения.
Только добравшись до центра этой удивительной планеты, бойцы убрали оружие и пошли врукопашную. Теперь им требовалось захватить всех, кто имел хоть какое-то отношение к управлению планетой живьем. Но им пришлось столкнуться с достойным противником.
Навстречу отложившим оружие десантникам высыпали грендалиане. Размахивая оружием, похожим на древние абордажные сабли, эти существа бросились в атаку. Уже после первых же ударов, принятых на стальные предплечья, десантники поняли, что дело обернулось намного сложнее, чем казалось вначале.
Сабли оказались изготовлены по последнему слову техники. Режущая кромка оружия была снабжена монохромной заточкой.
– Кинжалы! – раздался яростный крик генерала, наблюдавшего за ходом боя из своего командирского катера.
Моментально сообразив, о чем идет речь, десантники выхватили боевые кинжалы, и дело пошло веселее. Помимо монохромной заточки, боевой кинжал имел функцию виброрезака. После первых же серьезных столкновений кинжалов с саблями грендалиане оставались без оружия.
Их сабли были изготовлены кустарным способом и в целях экономии подвергались специальной обработке только режущей частью. В остальном это была обычная легированная сталь.
Командовавшие этой гигантской фабрикой люди были настолько уверены в своей неуязвимости и недоступности базы для посторонних, что не успели привести в действие механизм самоуничтожения. А теперь, после того как десантники добрались до центра, им такого шанса никто предоставлять не собирался.
Занявшие удобные позиции снайпера метким огнем отбрасывали от пультов управления и компьютеров всех, кто пытался нажать хоть одну кнопку. Оставшиеся без оружия грендалиане дрогнули. Теперь им нечего было противопоставить закованным в стальную броню бойцам, но сдаваться эти существа не собирались.
Как бешеные, они продолжали бросаться на атакующих десантников, норовя вцепиться зубами в сталь. Генерал принял единственно правильное в такой ситуации решение. Чуть отступив, бойцы вскинули бластеры, и разъяренная толпа внеземных существ была уничтожена тремя залпами раскаленной плазмы.
Только теперь спецназовцы смогли ворваться в центр управления базой и захватить всех, кто проводил управление и координацию. Эти пленные были немедленно переправлены на генеральский катер. Десантники, недолго думая, принялись скачивать всю информацию. Но ее оказалось столько, что генералу пришлось отдать приказ демонтировать все системные блоки и переправить их на эскадру.
Вычистив этот космический орешек до донышка, бойцы заминировали все ключевые узлы фабрик и, подняв со стапелей все способные перемещаться корабли, отошли от астероида. Минеры включили импульсный сигнал, и пояс астероидов заволокло огромным количеством пыли. База прекратила свое существование.
Проверив запасы топлива и системы жизнеобеспечения трофейных кораблей, десантники принялись переводить на них всех освобожденных из плена. По самым первым прикидкам, их оказалось более шести тысяч человек. Мужчины, женщины и даже дети. Все в возрасте от двадцати пяти до тридцати пяти лет. Здоровые, без каких-либо генетических отклонений.
Именно таких людей отбирали для своих клиентов «людоеды». Любой орган на черном рынке стоил не менее пятидесяти тысяч кредитов. За такой куш «людоеды» готовы были рискнуть чем угодно, даже собственными жизнями.
Проблема трансплантологии давно уже вызывала долгие и яростные споры в правящих кругах лиги. После стремительного выхода человечества в открытый космос и успешного применения терраформирования население лиги принялось быстро расселяться по всем галактикам.
Прирост населения вызвал в свою очередь и другие, вполне естественные проблемы. В том числе и большой спрос на рынке донорских органов. Долгие споры власть предержащих о возможности изъятия органов у погибших насильственной смертью и этических сторонах этого вопроса привели к быстро разросшемуся черному рынку органов.
«Людоедов» отлавливали, уничтожали как бешеных зверей, но они все равно были. Даже несмотря на то, что и среди пиратов они были самой презираемой кастой. На всех пиратских базах «людоедов» сторонились и старались загнать их корабли в самые дальние и неудобные доки. Цена на любую запчасть для «людоедов» резко взлетала на несколько порядков, но они все равно были.
Основную массу освобожденных десантникам удалось перевезти на огромное судно. По военной классификации типа линкор. Выделив две роты спецназовцев для управления и обеспечения безопасности на трофейных кораблях, эскадра направилась на Терру.
Уже после первых же допросов генерал получил неопровержимые доказательства причастности к этой базе нескольких высших чиновников лиги. Конечно, предстояло еще много работы, чтобы пройти по всей криминальной цепочке, но это уже было дело полиции.
После короткого раздумья генерал решил все-таки вызвать на Терру и Генри с его группой. Этим парням было известно много такого, что могло повлиять на ход расследования этого заговора. С тяжелым сердцем генерал включил комплекс связи и принялся вызывать экс-капитана.

* * *

Следующий после возвращения экспедиции день был полностью посвящен хлопотам по подготовке к празднику.
Старик Сталк загонял рядовых охранников корпорации до полубессознательного состояния. К вечеру праздничный стол был накрыт прямо на пляже. Несколько мест было отведено специально для гердов.
Наконец, все обитатели бухты расселись по местам, и старик, на правах самого старшего в этой разношерстной компании, поднял свой бокал. Произнеся тост за здоровье людей, сумевших совершить невозможное, старик пригубил свой бокал, и веселье начало раскручиваться.
Очень скоро народ расслабился, шутки стали более раскованными, а многие начали усаживаться в более свободных позах. Друзья пили, ели, танцевали и смеялись, чувствуя себя самыми счастливыми людьми на свете.
С наступлением сумерек охрана включила специально привезенные фонари на солнечных батареях, и веселье продолжилось. Даже детей никто не стал загонять в постель, дав им возможность от души поноситься по пляжу и вволю поплескаться на мелководье.
Только Генри и Дик периодически окидывали море и темноту неба внимательными взглядами. Несколько раз переглянувшись, друзья отошли в сторонку и, несколько минут помолчав, задали друг другу один и тот же вопрос:
– Опять?
Недоуменно посмотрев друг на друга, друзья невесело рассмеялись и снова принялись внимательно рассматривать черное небо.
– Схожу-ка я домой. Прихвачу кое-что, – задумчиво потянул Генри.
– Я уже прихватил, – проворчал Дик, отбрасывая полу легкой куртки и демонстрируя другу лучевой пистолет.
– А, я, похоже, слишком расслабился, – недовольно поморщился Генри.
– Брось, старина, – отмахнулся Дик, – не можешь же ты постоянно быть настороже.
– Должен, – коротко ответил Генри. – Это моя семья, я просто должен быть постоянно настороже.
Быстро пробежав к дому, он вихрем влетел в арсенал и, прихватив с полки свой любимый штурмовик, побежал обратно. Его короткого отсутствия никто не заметил. Молодежь весело отплясывала на песке, а старик, в окружении гердов, что-то увлеченно вещал.
Быстро переглянувшись, друзья не спеша присоединились к веселью. Чуть улыбаясь, Генри наблюдал, как Натали, раскрасневшаяся от вина, весело танцевала с Алексом, Эндрю, Анной и Сенди. Эта четверка принялась танцевать уже после третьего бокала. Заводилой, как ни странно, оказалась Сенди.
Неожиданно Дик насторожился и, отойдя чуть в сторону, принялся внимательно вслушиваться в ночь. Заметив его настороженность, Генри тоже отошел к самой кромке прибоя и, подняв голову, прислушался. Следивший за ними краем глаза старик прервал свой рассказ и, извинившись перед удивленными гердами, направил свою площадку к замершему на песке Дику.
– Что происходит, Дик? – тихо спросил старик, подгоняя свою площадку вплотную к нему.
– Кто-то упорно кружит на глидере вокруг бухты, – мрачно отозвался Дик.
– Давно?
– Уже минут десять.
– Может, какие-нибудь особо любопытные туристы? – предположил старик.
– Может, – пожал плечами Дик, не прекращая своего наблюдения. – Вот только туристы не стали бы гасить габаритные огни машины.
– Как быть? – встревоженно спросил старик.
Не обращая на него внимания, Дик, связался с дежурной бригадой охраны и приказал немедленно взлетать. Задачу своим парням он поставил далеко не обычную. Найти кружащий над бухтой глидер и вынудить его приземлиться. После чего задержать пассажиров для дальнейшего выяснения их планов.
Кто находится в глидере и с какой целью оказался в бухте, Дика не интересовало. Вся территория бухты являлась частной собственностью, и полеты любых транспортных средств без разрешения владельцев были запрещены.
Через минуту в небо взмыли три машины охраны. Заметив взлетающие машины, Генри быстрым шагом направился к веселящимся друзьям. В то же время кружившая над пляжем машина резко пошла вниз. Зависнув в нескольких метрах над водой, глидер развернулся к пляжу правым боком и из открытого окна ударил лучевой пулемет.
Серия пульсирующих лучей ударила в песок рядом с танцевавшими. Бойцы успели подхватить своих подруг и броситься на песок. По ходу дела Алекс успел подставить подножку Натали, ловко уронив ее на песок. Взвившись в воздух, Генри выхватил штурмовик и всадил четыре заряда в борт глидера.
Машину повело. Стрелок, так и не прекративший пальбу, качнул стволом лучемета, поливая все свободное пространство пляжа раскаленными струями огня. Генри перекатом ушел в сторону и снова выстрелил. К нему присоединился Дик, и под перекрестным огнем зависший над водой глидер начало мотать из стороны в сторону.
Шальным выстрелом Генри обожгло правое плечо. Выронив пистолет, он упал на песок и, ругаясь сквозь зубы, перехватил его левой рукой. Бойцы успели увести женщин за деревья. Машины охраны насели на атакующий глидер, и в воздухе завертелся самый настоящий воздушный бой.
Подбитая машина не могла долго выдержать максимальные нагрузки и во время очередного виража двигатель отказал. Глидер нападавших заглох и стремительно рухнул на мелководье. Привстав на одно колено, Генри навел пистолет на лежащую в воде машину.
Успевший сбегать в арсенал Зак выволок из пещеры мощный галогеновый фонарь. Яркий луч выхватил из темноты упавший глидер. Из покореженной кабины медленно выбирались два помятых индивида. Подбежавшая служба охраны моментально скрутила обоих и, защелкнув на запястьях наручники, погнала на берег, по пути награждая увесистыми тумаками.
Нападавших выволокли на берег и поставили на колени. Зажимая рукой плечо, Генри подошел к нападавшим и, мрачно оглядев обоих, перевел взгляд на Дика.
– Кто-нибудь их знает? – громко спросил Дик, оглядывая подчиненных.
Все участвовавшие в захвате нападавших охранники молча закачали головами.
– Кто такие? – хриплым от боли голосом спросил Генри.
– Неважно, – криво усмехнулся один из пленных, – поймали, так передавайте полиции.
– Не будет никакой полиции, мерзавец, – яростно ответил Дик, пиная его в челюсть.
Удар тяжелого ботинка стер улыбку с лица пленника. Выплюнув на песок зубы и кровь, он злобно покосился на стоящих перед ним друзей и мрачно пообещал:
– А вот за это ты мне еще и за моральный вред заплатишь, падаль.
Следующий удар нанес сам Генри. Это был классический футбольный удар, отправивший бандита в глубокий нокаут.
– Ты так и не понял, козел, что полиции не будет. Мы разберемся с тобой сами. По-своему. Тащите их в скалы, – приказал он охранникам.
Подхватив пленных, охранники волоком потащили их в небольшую пальмовую рощу, затерянную среди скал. Установившуюся над бухтой тишину неожиданно пронзил громкий крик Натали:
– Де-ед!
Круто развернувшись, Генри увидел жену, стремительно бегущую по песку в сторону берега. Не раздумывая ни секунды, Генри бросился следом. Подбежав к перевернутому креслу, он упал на колени и, шипя сквозь зубы от боли в простреленном плече, осторожно перевернул тело старика на спину.
Случайный выстрел пробил легкое, чуть-чуть не зацепив сердце. Старик был еще жив, но спасти его они уже не могли. С трудом подняв слабеющую руку, он погладил внучку по щеке и тихо прошептал:
– Жива. Слава богу. Нашу породу так просто не убьешь. Детей береги и помни, он – твоя стенка. Только с ним ты сможешь жить так, как хочешь. Жаль, еще одного правнука увидеть не смогу. А ты, капитан, сбереги их. И себя заодно. Не плачьте, я хорошую жизнь прожил. Внучку вырастил, правнуков увидел, состояние нажил. Теперь это все ваше. Слышишь, Дик, и вы двое, – он перевел взгляд на стоящих рядом гердов, – будете свидетелями. Все мое состояние переходит к ним. Обоим. А если разойдутся, то к правнукам. Только так. И главное, никогда не спорь с ним, Тата. Он лучше знает. Поверь старику. Детей берегите, – тихо прошептал старик и, сделав последний вздох, замер.
– Дед… Дед, не надо, пожалуйста, – срывающимся голосом произнесла Натали и в голос, по-бабьи завыла.
Крепко обняв жену за плечи, Генри силой отвел ее в сторону от тела и, повернувшись, попросил гердов:
– Вызовите полицию и «скорую».
Передав жену на руки женщинам, он велел им уйти в дом и увести всех детей. Вернувшись к охранникам, он с ненавистью посмотрел на пленных и тихо приказал:
– Уведите их в рощу и заткните рты. После отъезда полиции я с ними сам разберусь.
– Сэр, но вам нужно в госпиталь. Вы ранены, – осмелился напомнить ему один из охранников.
– Переживу, – отмахнулся Генри. – И не такое бывало.
Круто развернувшись, он вернулся на пляж. Вдали уже завывали сирены полиции и «скорой помощи». Они с Диком встретили прибывшие бригады прямо на пляже. Погрузив тело в глидер с красным крестом на борту, бригада медиков отправилась восвояси. А полиция принялась осматривать сбитый глидер и задавать дурацкие вопросы.
Мрачно глядя в глаза молодому детективу, Генри коротко и внятно рассказал, что нападение было совершено после наступления темноты. Куда делись нападавшие, он не знает, и кто это может быть, понятия не имеет.
Выслушав эту историю, детектив затянулся дешевой сигарой и, выпустив дым прямо в лицо Генри, нахально ответил:
– Надеетесь, что я поверю в эту историю? Где нападавшие? Не вздумайте брать закон в свои руки и устраивать самосуд. Сядете в тюрьму. Теперь, когда старика не стало, некому будет покрывать ваши похождения.
Яростно сверкнув глазами, Генри сгреб детектива за шкирку здоровой рукой и, встряхнув как крысу, с силой ударил коленом в живот. Моментально разогнув скрючившегося от боли полицейского, он нанес еще один удар головой в лицо и тихо прошипел:
– Слушай меня внимательно, ты, подонок. На этой планете я буду делать то, что сочту нужным, а ты, щенок, будешь стоять передо мной навытяжку и даже дышать станешь только по моему приказу. Это я тебе как полковник внешней разведки обещаю. А теперь забирай своих олухов и проваливай отсюда, пока я тебя не арестовал.
Услышав звание и статус, дававшие Генри право действительно посадить детектива под арест, бравый полицейский моментально увял и принялся что-то бормотать о своем незнании статуса Генри. Отбросив его в сторону, Генри мрачно посмотрел на топтавшихся в стороне полицейских и громко приказал:
– Забирайте этого болвана, и чтобы я вас здесь больше не видел. Завтра я сам поговорю с начальником планетарной полиции.
Услышав имя своего главного начальства, офицеры быстренько погрузили незадачливого детектива в глидер и моментально ретировались. Подойдя к другу, Дик проводил их взлет мрачным взглядом и тихо сказал:
– Правильно. Сами разберемся. Старик подстраховался, призывая нас в свидетели. Завещание давно уже лежит у его нотариуса. Пойдем, я тебе плечо перевяжу. Кровь сочится.
Молча кивнув, Генри последовал за другом. Он не хотел выяснять, как это получилось, и почему Дик не успел вытащить старика из кресла. Все было ясно и так. Это был случайный выстрел. Устало опустившись в одно из пустующих кресел, Генри терпеливо перенес процедуру перевязки и, получив укол обезболивающего, поднялся на ноги.
– Попроси Лану забрать детей, а Зака пришли в рощу, – сказал он Дику.
Не дожидаясь ответа, Генри прошел в рощу, где шестеро охранников с мрачными лицами приглядывали за связанными пленниками. Резким движением оторвав скотч, которым им заклеили рты, Генри приказал поставить обоих на ноги и, долгим, мрачным взглядом оглядев обоих, тихо сказал:
– Значит так, уроды. Есть два варианта развития событий. Первый. Вы рассказываете мне все, что я должен знать, и умираете быстро, без боли. И второй. Вы начинаете упрямиться, и тогда я буду рвать вас на части. По очереди. Рано или поздно один из вас заговорит. Но умирать вы будете очень долго. Так долго, что сами начнете просить меня о смерти. Я бывший косморейнджер. Надеюсь, никому не надо объяснять, что это такое? Эти парни служили в моей команде, – кивнул он на стоящих рядом Алекса и Эндрю.
– Ты обязан передать нас властям! – истерично выкрикнул один из нападавших.
– Я ничего и никому не обязан. Это моя планета. И я буду делать то, что сам решу, – презрительно усмехнулся в ответ Генри.
– Чтобы вы не питали глупых иллюзий, парни, скажу так, – неожиданно вступил в разговор Эндрю, – два часа назад вы убили первого владельца планеты. Теперь планета перешла во владение его внучки, а это ее муж. Выводы делайте сами.
– Ты не станешь нас пытать, – неуверенно ответил самый говорливый из бандитов, – мы же орать будем. Громко. А у тебя здесь дети.
– До чего же вы все примитивные, – усмехнулся в ответ Генри. – Детей увели спать. Далеко. Так что можешь орать сколько влезет. Ну, а ты чего молчишь, гнида? – неожиданно повернулся он ко второму бандиту.
– Сэр, кажется, вы ему челюсть сломали, – осторожно пояснил один из охранников.
– Ну, вот с него и начнем, – усмехнулся в ответ Генри, и от этой усмешки поежились даже охранники. – Вы, парни, можете возвращаться на свои места. Вам это все видеть ни к чему. Плохо спать будете.
Неуверенно переглянувшись, охранники медленно потянулись к выходу из рощи. Навстречу им, с пляжа, вошли Дик и Зак. Узнав, что Генри приказал им вернуться на места, Дик молча кивнул и посторонился, пропуская своих парней. Подойдя к молча стоящим десантникам, Дик со злостью посмотрел на бандитов и, ни слова не говоря, пнул ближайшего в колено.
Послышался тихий хруст, и пленник вскрикнул от резкой боли, заваливаясь на напарника. Шагнувший следом из темноты Зак, недолго думая, нагнулся и, подняв упавшего, просто шваркнул его животом о ближайшую пальму. Упав на песок, бандит хрипло закашлялся, пытаясь восстановить дыхание и расслабить сведенные судорогой мышцы.
– Похоже, так мы до утра возиться будем, – мрачно проворчал Генри, внимательно следя за реакцией второго бандита. – Брат, у тебя в хозяйстве не найдется случайно пары метров трубы, диаметром миллиметров сто – сто двадцать?
– Есть. А зачем тебе? – удивленно пробасил Зак.
– Сделай, пожалуйста, для меня одну вещь. Возьми трубу и один конец свари так, чтобы получился круглый конус. Ниже острия, сантиметров на тридцать, просверли пару отверстий, чтобы можно было вставить кусок арматуры, как ограничитель. Сможешь?
– Не проблема, – пожал плечами Зак, – дай мне полчаса, и все будет.
Удивленно почесывая в затылке, гигант быстрым шагом направился в свою пещеру. Растерянно посмотрев на Генри, Дик спросил:
– Что это за конструкцию ты придумал?
– Древнейшее орудие казни, – равнодушно ответил Генри, – кол. Малыш воткнет его в песок, а мы посадим одного из этих деятелей задницей на острие. Насаживаться на него он будет под собственным весом. Медленно. А когда доберется до ограничителя, остановится. Думаю, он нам все расскажет, только чтобы я не выдергивал поперечину. Долгая смерть. И далеко не самая приятная. Чувствовать, как стальная труба медленно пробивает все твои внутренности.
– Ты не посмеешь, – испуганно отозвался лежащий на песке бандит.
Медленно подойдя к нему вплотную, Генри резко ударил его по второму колену. Раздался очередной хруст, и бандит снова взвыл от боли.
– Командир, а можно я разомнусь? – неожиданно спросил Алекс, подходя ко второму бандиту.
– Действуй, приятель, только учти, он должен быть в сознании, – ответил Генри, делая приглашающий жест.
– Будет, – усмехнулся в ответ десантник, нанося бандиту удар в нижний свод ребер слева.
Тихий хруст и хриплое оханье сразу сказало Генри, что его подчиненные еще не утратили былых навыков. Рассвирепевший Алекс обрабатывал хрипевшего от боли бандита, как манекен. Через пять минут боец сделал короткий перерыв и, повернувшись к Эндрю, попросил:
– Подержи этого.
– Лучше подержи его сам. Я тоже разомнусь, – усмехнулся в ответ Эндрю, с хрустом сжимая пудовые кулаки.
– Как скажешь, старина, – усмехнулся в ответ Алекс, поднимая пленника.
Второй боец ни в чем не уступал своему старому другу. Спустя пять минут такой обработки оба бандита, плюясь кровью, извивались от боли на песке. Генри, замерший как изваяние, мрачно взирал на эту картину. Бандиты продолжали молчать.
– Ну. Теперь моя очередь веселиться, – тихо сказал Генри, делая парням знак поднять бандитов.
На это зрелище стоило посмотреть. Медленно, с расстановкой, Генри выдал полный набор классических, боевых ударов, каждый из которых ломал очередную кость. Он действовал так, словно проводил занятие по рукопашному бою среди своих бойцов на базе.
Их развлечения прервал Зак. Выйдя на уже забрызганную кровью площадку, он с удивленным видом протянул Генри заказанную им конструкцию. Одобрительно кивнув головой, тот попросил Зака воткнуть ее в песок.
Растерянно пожав плечами, тот легко загнал ее в землю, почти до половины. Вставив в трубу ограничитель, Генри повернулся к друзьям и, ткнув пальцем в бандита со сломанной челюстью, сказал:
– Тащите сюда молчуна. Второго посадите так, чтобы все видел.
Десантники подтащили извивающегося от страха бандита к Генри, и они втроем ловко водрузили его на кол. Истошный вопль разорвал тишину, повисшую над лагуной. Увидев, что сделали десантники, Зак с усмешкой пожал плечами и, повернувшись к Генри, пробасил:
– Сказал бы сразу, что собираешься делать, я бы трубу потолще взял.
– Зачем? – не понял Генри.
– А от этой он, похоже, только удовольствие получает, – усмехнулся в ответ гигант.
– Ну, может, ты и прав, – пожал плечами Генри, – но если выдернуть стопор, думаю, удовольствие закончится.
– Давай, – усмехнулся Зак, – а я, еще сантиметров через тридцать, его за шиворот придержу. Чтоб не сразу подох.
– Отлично, – кивнул Генри, шагнув к колу.
– Стойте! – истошно завопил тот. – Я скажу. Все скажу, только снимите меня отсюда. Я больше не могу.
Он действительно больше не мог терпеть. Чувствуя, как на совесть заточенное жало кола разрывает ему внутренности, бандит понял, что эти люди всегда делают то, что обещали. Теперь единственной мыслью, заполнившей все его существо, была только мысль об избавлении от этого страшного насеста.
– Кто вас послал? – спросил Генри, кладя руку на ограничитель.
– Имени я не знаю. Знаю только, что он какая-то шишка в совете лиги. Он очень зол на вас и заплатил за ваши скальпы огромные деньги.
– Кого именно он заказал?
– Всех. Мы должны были уничтожить всех. Вас, детей, старика и этих, здоровых. Всех, – ответил бандит хриплым шепотом. От крика он сорвал голос.
– Сними его, брат, – попросил Генри, отступая в сторону. – А ты что скажешь? – повернулся он ко второму бандиту.
– Ничего, – мрачно отозвался тот.
– Поменяй их местами, брат, – добавил Генри.
– Идиот! Лучше начни говорить. Это не те люди, которые остановятся, – хрипло посоветовал напарнику снятый с кола бандит.
Упав на бок, он хрипло, со стоном дышал, пытаясь справиться с болью.
– Приятно, когда тебя начинают правильно оценивать, – жестко усмехнулся Генри, делая гиганту знак продолжать экзекуцию.
Спустя минуту очередной крик потряс лагуну. Придерживая бандита за плечи, Зак с усмешкой посоветовал:
– Чем впустую орать, лучше начни говорить. Легче сдохнешь.
– Хорошо! – завопил бандит, чувствуя, как скользкий от крови кол разрывает ему промежность. – Мы из личной охраны секретаря совета. Он требовал ваши скальпы и обещал подарить эту планету нам. Ведь кроме ваших детей на нее больше наследников нет.
– Это верно, – мрачно кивнул Генри. – Но почему вы решили, что у вас получится то, что не вышло у десятка ваших предшественников?
– Мы не знали, что вы уже успели вернуться с Грендаля. По нашим прикидкам, здесь должны были находиться только старик и дети. Устранив их, мы бы дождались вашего возвращения и устроили в пещере засаду. Но когда увидели, что вы все здесь, решили убрать всех одним махом, – быстро проговорил лежащий на песке бандит.
– Значит, секретарь совета лиги? – мрачно переспросил Генри.
– Да. Вы чем-то сильно ему помешали, и он решил, что можете помешать снова. Он решил устранить и вас, и старика, и генерала.
– Ну, с генералом у него тоже ничего не вышло, – усмехнулся в ответ Дик. – А вот смерти старика я вам, подонки, никогда не прощу.
– Ты злишься так, словно он твой близкий родственник, Дик Вильямс, начальник службы безопасности, – криво усмехнулся лежащий бандит и тут же зашелся в хриплом крике боли.
Стоявший за ним Алекс с размаху пнул его по разорванной промежности.
– Этот человек сделал для меня больше, чем весь ваш вонючий совет, вместе взятый, – зло проговорил Дик, присев над бандитом и приподняв его голову за волосы.
– Сейчас вы повторите свои слова под запись, или я продолжу веселье, – сказал Генри, доставая из кармана коммуникатор.
– Мы так не договаривались, – попытался возразить лежащий.
– Хочешь снова на кол? – жестко усмехнулся Дик.
– Хорошо, – сдался бандит. – Вас все равно не переспоришь.
– Это верно, – усмехнулся в ответ Алекс, хватая его за шиворот и рывком поднимая на ноги.
В ответ раздался очередной крик боли.
– Давай их мне, – сказал Зак, одним движением снимая бандита с кола.
Легко держа обоих пленников за шкирки, как напроказивших котят, Зак встал так, чтобы на лица бандитов падал свет фонаря, и приготовился к съемке. Дав им отдышаться, Генри начал запись.
– Сегодня пятнадцатого числа, текущего месяца, мной, полковником службы внешней разведки Генри Джаскером, совместно с моими сослуживцами были захвачены два преступника, пытавшихся устроить массовое убийство мирных граждан лиги. После допроса третьей степени, проведенного в полевых условиях, арестованные готовы давать показания. Кто вас послал?
– Мы действовали по приказу секретаря совета лиги лорда Маркуса Гривса.
– Откуда вам известно, кто именно заказал вам это преступление?
– Мы служим в его личной охране.
– Какое вознаграждение вам было обещано?
– После смерти владельца планеты Джесси Сталка и всех его наследников планета должна была перейти под протекторат совета. После чего ее обещали передать нам.
– Кого конкретно вы должны были убить?
– Всех проживающих в бухте, принадлежащей Генри Джаскеру. Включая его самого.
– В бухте проживают женщины, дети и гуманоидные существа с планеты Герда. После уничтожения этой планеты все герды находятся под особым эдиктом совета лиги. Их вы тоже должны были убить?
– Да. Нам было приказано уничтожить всех. Включая даже детенышей гердов.
Услышавший это Зак чуть вздрогнул и едва слышно выругался.
– Вы понимаете, что все сказанное вам будет использовано в суде против вас, и ваше признание означает назначение максимально возможного в таких случаях наказания? Расстрела.
– Да. Понимаем, и даем эти показания добровольно.
– Что это значит?
– Мы не хотим больше быть поверженными допросу третьей степени.
Генри отключил запись и, быстро просмотрев полученным материалы, устало посмотрел на пленников.
– И что теперь? – негромко прогудел Зак, бросая бандитов на песок.
– А что теперь? – переспросил Генри и, отступив на шаг, добавил: – Теперь все.
Два выстрела из штурмовика практически слились в один. Обоим бандитам он прострелил головы. Повернувшись к Дику, Генри устало попросил:
– Вызови охранников. Пусть избавятся от трупов и наведут тут порядок. Нехорошо получится, если дети найдут тут такой свинарник. Брат, выдерни кол и припрячь его где-нибудь. Кто знает, вдруг опять пригодится?
Недолго думая, гигант выдернул трубу из песка и, перевернув несколько раз, ткнул острием в ближайшую дюну, очищая от крови и нечистот. Вызванные охранники притащили с собой пластиковые мешки и, запихнув в них трупы, добавили окровавленного песка. Закинув тела в глидер, они направились в открытое море.
Мрачно посмотрев им вслед, Генри тяжело вздохнул и, повернувшись к друзьям, тихо сказал:
– Не знаю как вы, парни. А я после похорон отправляюсь на Терру. Не важно, есть там наши или нет, но разборки с этим подонком я устрою самые суровые. Теперь у меня к нему свой счет.
– Даже не мечтай, что полетишь туда один, – усмехнулся в ответ Дик.
– Командир, скафандры надевать? – спросил Алекс, быстро переглянувшись с Эндрю.
– Что это за экипаж без стрелка? – спросил Зак, уперев кулаки в бока. – Я только кресло с твоего разрешения переделаю, и летим.
– Ну, значит, наш бой еще не закончен, – усмехнулся Генри и тихо добавил: – Спасибо, друзья. За всё.
– Командир, мы команда. Экипаж «Задиры». По-другому и быть не может, – улыбнулся в ответ Эндрю.
– Хорошо. Тогда закончим со скорбными делами, а потом начнем раздавать долги. Все, какие накопились и какие остались. Раз и навсегда, – решительно отозвался Генри и, развернувшись, направился к дому Дика.
Туда женщины увели убитую горем Натали.

* * *

Дозвониться до Генри генералу удалось только через день после окончания зачистки пояса астероидов. Собравшийся было устроить бывшему подчиненному разнос генерал поперхнулся первыми же словами, увидев на экране монитора мрачное лицо Генри.
– Что? – коротко спросил он.
– Этот подонок, секретарь совета, заказал нас всех. Работали его охранники. Старик погиб. Случайный выстрел, – коротко поведал генералу Генри.
– Что собираешься делать?
– Завтра последний сбор. Вся группа вылетает на Терру. Парни пойдут в скафандрах. Для выступления в совете лиги я надену парадную форму.
Генерал задумчиво посмотрел на Генри. Это означало, что он собирается выступать как официальное лицо. Как полковник внешней разведки, человек, имеющий этот статус после выхода в отставку из боевых частей лиги.
– Для такого обвинения требуются серьезные доказательства, – тихо сказал полковник.
– Они у меня есть.
– Вы смогли взять кого-то живьем, – подскочил генерал вместе с креслом.
– Да, но заговорили они только после того, как я начал их спрашивать очень серьезно.
– Эти свидетели должны были остаться в живых! – почти взвыл генерал.
– После допроса третьей степени? – мрачно усмехнулся Генри. – Есть запись, которая была сделана уже после допроса. Все снято по правилам. И по большому счету меня это не интересует. Если начнет выкручиваться, я пошлю ему свой вызов.
– Ты с ума сошел?! – растерялся генерал. – Посылать вызов члену совета, дворянину? Да он просто рассмеется тебе в лицо.
– После моей прилюдной пощечины ему не то что смеяться, улыбаться будет сложно, – мрачно отозвался Генри.
– Похоже, ты уже все решил? – устало спросил генерал.
– Да. Я не смогу смотреть в глаза собственным детям, если не уничтожу эту погань.
– Хорошо, – решившись, ответил генерал, – дождись нас. Мы идем на Терру. Не пори горячку. У меня тоже есть пара тузов в рукаве. Думаю, вдвоем, мы сможем припереть его к стенке. Кто у тебя в команде?
– Все те же, только вместо Ланы стрелком идет ее муж, Зак.
– Похоже, герды тебя любят, – грустно усмехнулся генерал.
– Это взаимно. Простые, добрые ребята. Все легко и по-человечески, без подлости и ударов в спину.
– Ладно, – кивнул генерал, – тогда увидимся на Терре.
Отключив связь, генерал тяжело поднялся и медленно прошел в рубку. Увидев высшее начальство, дежурная смена начала было вставать, но генерал жестом вернул их на место. Пройдя к консоли капитана, он несколько минут рассматривал навигационные данные полета, а потом спросил капитана:
– Как долго мы будем плестись до Терры таким ходом?
– Еще восемь суток, – коротко ответил тот. – Если бы не пассажирский транспорт, дошли бы за пять.
– Сколько кораблей не несут освобожденных и пленных?
– Четыре, исключая наш катер.
– Передай им, два катера несут службу по конвоированию каравана на Терру, а оставшиеся два следуют за нами. Кто именно, подберешь сам, главное, чтобы на марше они от нас не отставали. Полный ход. Идем на Терру.
– Что-нибудь случилось, генерал? На вас лица нет, – осторожно спросил капитан катера.
– Помнишь Генри Берсерка? На него совершено нападение. Точнее, на всю его семью. Этот псих поднял по тревоге свою команду, с которой высаживался на Грендаль, и направляется в совет лиги. Выяснять отношения с одним из его членов.
– Ну, если Берсерк решил устроить кому-то серьезный мордобой, он это сделает, – пожал плечами капитан. – Тогда, может, нам и торопиться не стоит? Пока долетим, глядишь, а он уже и переворот сам устроил. Останется только своих людей в совет посадить.
– Шуточки, – неодобрительно проворчал генерал. – Он не переворот, он массовое смертоубийство устроит. Двое из его команды будут в боевых скафандрах. Представляешь, что начнется во дворце совета, когда они ввалятся туда без спроса?
– Охрана дворца прекратит свое существование, – небрежно пожал плечами капитан.
– И если бы только они, – криво усмехнулся генерал. – Самое неприятное, что помимо этого секретаря, есть еще несколько членов, у которых рыло в пушку. Но Генри, похоже, о них ничего не знает.
– А вот это, очень плохо, – согласно кивнул капитан.
– Вот потому-то я и тороплюсь, – кивнул головой генерал и коротко приказал: – Исполняйте.
– Есть, – коротко ответил капитан и вышел на связь с кораблями конвоя.
Уже через десять минут генеральский катер заметно прибавил ход. Рядом с ним, с отставанием в полкорпуса, параллельным курсом шли два тяжелых десантных корабля. Три батальона бригады были готовы к десантированию по первой команде.
Узнав, кто именно входит в состав этих частей, генерал одобрительно кивнул головой. Это были опытные, проверенные бойцы, каждый из которых побывал не в одном десятке переделок. Несмотря на возраст и большую занятость, генерал старался регулярно бывать в казармах и лично беседовать с бойцами. Многих он знал в лицо.
На третьи сутки полета три боевых корабля внезапно были атакованы небольшой эскадрой странных кораблей. Растерявшиеся было от такой наглости десантники быстро развернулись в боевой ордер и принялись колошматить наглецов из всего имевшегося бортового оружия.
Через полчаса от нападавших остались жалкие ошметки. Десантные корабли выбросили абордажные команды, и вскоре перед генералом предстали шестеро пиратов. Удивленно посмотрев на стоящих перед ним людей, генерал спросил:
– Вы, господа, похоже, белены объелись, если решились напасть на десантные корабли?
– Нас обманули, – мрачно проворчал один из пленников. – Сообщили, что идет большой караван. А на малом катере летит большая шишка, за которую лига заплатит большие деньги.
– Лихо же вас подставили, – рассмеялся генерал, – кто-то очень хотел одним ударом убить двух зайцев. Избавиться и от вас, и от меня. В любом случае тот, кто вас послал, остается в выигрыше.
– Почему? – растерялись пленные.
– Расчет простой, – пожал плечами генерал, – пославший вас человек хорошо знает тактику спецназа. Мы пленных не берем. А если учесть мощность нашего вооружения, то у вас не было никаких шансов. Вас спасло, господа, только мое любопытство. Я решил вживую посмотреть на тех болванов, которые осмелились атаковать десантные корабли.
– Почему вы в этом так уверены? – недоверчиво произнес один из пленников.
– В чем именно? – с усмешкой переспросил генерал.
– В том, что нас специально отправили на смерть?
– Оглянитесь вокруг, старина, – усмехнулся генерал, – три боевых корабля раздолбали вашу паршивую эскадру за какие-то минуты.
– А может, это просто мы поторопились и напали не на те корабли. Вполне возможно, что караван есть.
– Есть, – весело улыбнулся генерал, – скажу даже больше, он движется следом за нами. Но весь фокус в том, что почти весь этот караван состоит из точно таких же боевых кораблей. Их там целая эскадра. Нарвись вы на них, вас раздолбали бы еще быстрее.
– Почему мы должны вам верить? – не унимался пират.
– А я и не собираюсь вас уговаривать. Верить мне вы совсем даже не должны. Я удовлетворил свое любопытство, а значит, вы, господа, мне больше не нужны. По закону лиги о пиратстве на космических трассах вы будете расстреляны. А так как мы все еще находимся в космосе, то вас просто вышвырнут за борт.
– И вы не хотите узнать, кто нас послал? – растерялся упрямый пират.
– Нет. Я это и так знаю.
– Вы уверены?
– Вполне, – пожал плечами генерал.
– Но ведь по тому же закону расстрел может быть заменен на пожизненное заключение, – быстро проговорил пират, облизывая пересохшие губы.
– Только в том случае, если обвиняемый идет на сотрудничество и серьезно помогает расследованию, – небрежно отмахнулся генерал.
– Если я назову заказчика и опознаю его в суде, это будет считаться сотрудничеством?
– Вполне, но я должен быть уверен, что это будут не просто голословные обвинения, – ответил генерал небрежным тоном, не сводя глаз с пирата.
– Отправьте солдат на мою яхту. Пусть вскроют сейф. В нем доказательства.
– Какие именно?
– Два десятка записей моих переговоров с заказчиком. Он регулярно выводил нас на большие караваны.
– И вы решили сделать эти записи, чтобы иметь на него материал? Хотели его шантажировать? – догадался генерал, иронично усмехаясь.
Опустив голову, пират молча кивнул.
– Шифр замка сейфа? – спросил генерал.
– Сорок пять вправо, пятнадцать влево и десять вправо. Десятисекундная задержка.
– Сюрпризы есть?
– Только если неправильно набрать код, – тихо отозвался пират.
Быстро связавшись с группой, прочесывавшей останки пиратской эскадры, генерал передал им данные, и спустя полчаса в рубку шагнул один из десантников. Коротко отдав честь, он выложил на стол алюминиевую коробку. Подождав, пока металл нагреется до приемлемой температуры, генерал попросил одного из десантников вынести коробку и вскрыть ее в шлюзовой камере, предварительно закрыв забрало шлема.
– Зачем это? – не понял пират.
– Вы, старина, судя по всему, очень ловкий малый, и вполне можете додуматься сунуть в эту коробку какую-нибудь ампулу с отравляющим веществом. Я не настолько доверчив, чтобы вскрывать ее в рубке.
– Жить хотите? – криво усмехнулся пират.
– Окажись я здесь один, вскрыл бы коробку сам, но здесь находятся мои люди, за жизнь которых я отвечаю.
– Там только записи, – проворчал пират после короткого молчания.
– Тем лучше для вас, – пожал плечами генерал.
– Что теперь с нами будет? – неожиданно спросил один из молчавших до этого пиратов.
– С вами? – переспросил генерал. – А вот вы-то мне как раз совсем не нужны. Ваш капитан купил себе жизнь. А вы предпочли отмолчаться.
– Так не пойдет, – неожиданно вступился за своих людей пират. – Вы бережете своих людей, а я хочу сберечь своих. Хотя бы тех, кто остался, – добавил он, окидывая взглядом стоящих рядом пиратов.
– Это хорошо. Но если вы питаете надежду на побег, лучше забудьте об этом сразу. И сами погибнете, и людей своих погубите. По большому счету вы мне больше не нужны. У охраны будет приказ стрелять на поражение. Как видите, я стараюсь играть честно. У вас есть только один шанс выжить и отыграться за своих людей. Второго не будет.
– Я это понял, – проворчал, понурившись, пират. – Я опознаю заказчика. Главное, чтобы после этого вы не заставили нас прогуляться по доске.
– Я же сказал, я играю честно, – твердо ответил генерал.
По команде генерала пленных увели в трюм и, не снимая наручников, заперли в карцере. Такие помещения имелись на всех боевых кораблях лиги.
Закончив зачистку остатков пиратской эскадры, корабли снова набрали ход и устремились к Терре.
Чтобы хоть как-то убить время в полете, генерал принялся просматривать полученные записи. Достав из коробки первый попавшийся кристалл, он вставил его в личный коммуникатор и включил воспроизведение.
Вахтенная смена десантников, несших службу у приборов слежения и компьютеров, была поражена. После двух первых минут просмотра генерал отбросил на стол выключенный коммуникатор и разразился такой тирадой, что вся вахта дружно бросила своих занятия и удивленно воззрилась на генерала.
Поупражнявшись в изящной, но сплошь ненормативной словесности минут пять, генерал грохнул кулаком по столу и, поднявшись, вышел из рубки. Восхищенно переглянувшись, вахтенные офицеры с уважением посмотрели ему вслед.
Пройдя в свою каюту, генерал достал из тумбочки коробку сигар и, открыв ее, мрачно уставился на ровные ряды толстых темно-коричневых цилиндров. Не удержавшись, генерал достал одну сигару и, аккуратно обрезав конец, медленно раскурил ее. Он отлично понимал, что сознательно нарушает один из самых строгих регламентов полетов.
На борту любого космического судна курение было строго воспрещено. Система жизнеобеспечения могла не справиться с большим количеством табачного дыма. Но сейчас ему срочно нужно было успокоиться. Любым способом, любым путем. Потому что то, что ему только что стало известно, выходило за все мыслимые рамки человеческого понимания.
Бродя по каюте из угла в угол и, яростно жуя сигару, генерал то и дело громко восклицал:
– Ну ему-то зачем это все нужно?! Неужели мало того, что уже есть?!
В таком состоянии его и застал верный адъютант, осторожно заглянувший в каюту.
– Чего тебе? – мрачно спросил генерал, заметив в дверях юного, но уже побывавшего в переделке лейтенанта.
Этого юношу генерал забрал в свою команду после того, как нашел его в госпитале. Парень лишился ноги и, медленно ковыляя на костылях по коридорам госпиталя, проклинал все на свете. Это ранение отняло у него все надежды на карьеру и обеспеченную жизнь. Поговорив с ним около часа, генерал приказал начальнику медицинской службы заказать лучший протез и после выписки направить его в штаб.
С тех пор лейтенант стал его правой рукой. Даже на одной ноге он успевал сделать больше, чем его предшественник на двух.
– Ваш коммуникатор, генерал, – ответил адъютант, осторожно протискиваясь в каюту и выкладывая на стол брошенный генералом прибор.
– Спасибо, – буркнул генерал, посмотрев на прибор так, словно тот лично был виноват во всех бедах.
– Генерал, может, принести бренди? – тихо предложил лейтенант.
– А у тебя есть? – проявил генерал вялый интерес.
– Одну минуту, – кивнул разом повеселевший адъютант, исчезая за дверью.
Спустя пять минут он появился снова, неся в руках небольшой поднос с кофе, тонко нарезанным лимоном и небольшой деревянный ящичек. Расставив все это на столе, адъютант с видом шамана, совершающего свое первое камлание, открыл ящик и извлек из него бокал и бутылку роскошного бренди.
Аккуратно налив напиток в бокал, юноша чуть улыбнулся и, отступив в сторону, сделал приглашающий жест. Заинтригованный донельзя генерал присел к столу и взял бокал. Осторожно понюхав напиток, он с удивлением посмотрел на адъютанта и медленно пригубил бокал.
Сделав глоток, генерал поставил бокал на стол и, растерянно посмотрев на юношу, спросил:
– Признавайся, змей, кого ты умудрился ограбить, пока я занят был. Такой напиток стоит больше моей зарплаты.
– Это подарок для вас, – улыбнулся в ответ адъютант.
– От кого? – разом насторожился генерал.
– Мистер Сталк, в последний свой визит, оставил для вас этот несессер и ящик бренди из собственных запасов. Сказал, что сами вы не возьмете, и поэтому передает через меня.
– Старый хитрец, – грустно улыбнулся генерал, – он всегда умел добиться своей цели.
– Умел? – удивленно переспросил адъютант.
– Неделю назад его убили, – кивнул генерал.
– Господи! – тихо ахнул юноша и быстро перекрестился.
– Мне он казался чем-то вечным, – тихо проговорил генерал, – до отставки Генри Берсерка мы с ним были знакомы только шапочно. Несколько раз встречались в совете лиги. Но однажды он остановил меня в коридоре дворца и напрямик спросил, что я могу сказать о Генри. Тогда я не понял, зачем ему это, но когда он признался, что взял Генри к себе на работу, а его внучка имела глупость влюбиться в этого психа, я понял, что для него это важно. С тех пор мы регулярно встречались и перезванивались. Ведь только благодаря его весу в финансовом мире лиги мне удалось очистить базу от оборотней, готовых за деньги устранить любого. Даже собственного соседа по казарме, – неожиданно ударился в воспоминания генерал.
– Похоже, вы успели подружиться, – тихо ответил адъютант.
– Он был из той редкой породы людей, которых деньги не портят. Он прекрасно помнил, с чего начинал, и всегда говорил, чем выше взлетаешь, тем больнее падать. Это была одна из его любимых поговорок. Наверное, именно поэтому он не стеснялся общаться с людьми и старался держаться с ними на равных. При его возможностях и средствах он давно мог бы жить на любой из своих планет единолично, оставив рядом только слуг. Но ему это было не нужно. Живи сам и давай жить другим, любил повторять он. Это было залогом его благополучия. Все работники на его заводах и фирмах всегда получали жалованье выше, чем у любого другого хозяина. Он был требовательным, но справедливым и щедрым. За работу в его фирмах держались.
– Да, – тихо согласился адъютант, – впечатления жмота или сноба он не производил. Наоборот, всегда был вежлив и очень доброжелателен.
Молча достав из несессера еще один бокал, генерал разлил бренди и, подняв бокал, повернулся к адъютанту.
– Давай помянем его. Таких людей почти не осталось. Надеюсь, душа его сейчас в райских садах.
Мужчины молча выпили и, мрачно переглянувшись, промолчали. Говорить было не о чем. Будучи правой рукой генерала, адъютант прекрасно знал всех, кто когда-либо попадал в его кабинет. Это были разные люди, но очень немногих генерал вспоминал с такой теплотой.
Дождавшись, когда генерал допьет кофе, лейтенант ловко убрал посуду и бесшумно скрылся за дверью. Выпитый бренди и выкуренная сигара сделали свое дело. Генералу удалось, наконец, расслабиться и привести мысли в порядок. Снова обретя душевное равновесие, генерал снял китель и, усевшись в кресло, принялся досматривать записи.

* * *

Проводив после похорон деда мужа и всю команду «Задиры» на космодром, Натали решила заняться делами корпорации. Назначив на следующий день совещание совета директоров, она решила довести задуманное когда-то дело до конца, тем более что сам старик был не против такого решения повисшего вопроса.
Войдя в конференц-зал корпорации и, ведя за руку сына, Натали машинально фиксировала настороженные и даже неприязненные взгляды директоров. Все собравшиеся были вынуждены прилететь на Оливер по ее приглашению. Спорить с наследницей могущественного клана не решился никто.
Пройдя по залу, Натали подошла к креслу, предназначенному главе корпорации, и, поздоровавшись, непринужденно уселась. Грег молча встал за ее плечом. Медленно обведя взглядом всех сидящих за столом, Натали заговорила:
– Прежде всего, господа, я хочу поблагодарить вас за ваш приезд. Как вы знаете, мой дед пал жертвой нападения на нашу бухту. У нападавших была цель. Уничтожить всех, кто там проживает, включая детей. Только благодаря умению и мастерству моего мужа и мистера Дика все остальные остались живы. Я сообщаю вам эту информацию, чтобы пресечь любые инсинуации по этому поводу. На сегодняшний день мой муж отправился на Терру, чтобы наказать того, кто осмелился сделать подобный заказ. А теперь я скажу о том, для чего я вас здесь собрала. Как вам должно быть хорошо известно, открытая нашей геологической экспедицией планета под названием Самум вот уже пятнадцать лет является головной болью всех аналитиков корпорации. Жизнь на поверхности планеты невозможна, из-за постоянных сильных ветров и песчаных бурь. Повышенная гравитация тоже не добавляет оптимизма. Но планета богата разными редкоземельными металлами, от платины до палладия. Поэтому я приняла решение передать эту планету для постоянного проживания существам с планеты Герда.
Ее слова произвели впечатление оплеухи. Чинно сидевшие за столом директора разом загомонили, переходя на крик и личности. С легкой улыбкой на губах Натали наблюдала за этим бедламом, давая им выговориться и выпустить пар.
Постепенно крики возмущения стихли, и осанистые холеные мужчины расселись по местам.
– Вы не можете решать этот вопрос в одиночку. Это касается всей корпорации, – возмущенно выкрикнул один из директоров.
– Я могу решать этот вопрос. Заявка оформлена на имя моего деда, а я его прямая наследница, – улыбнулась в ответ Натали.
– Наследница? Девчонка! – выкрикнул в ответ директор. – Твое место на кухне. Обзавелась детьми, так сиди дома и не лезь в серьезные дела. Решила она! Да кем ты себя возомнила?!
Распаляясь, он поднялся с кресла и, размахивая руками, надвинулся на сидящую в кресле женщину. Неожиданно злость на холеном лице мужчины сменилась растерянностью. Испуганно вытаращившись, он растерянно смотрел мимо Натали, куда-то за ее кресло.
Медленно повернувшись, Натали, к собственному ужасу, увидела пятилетнего Грега, уверенно целившегося в вопившего директора из лучевого пистолета. Это оружие Генри лично переделал для детей, обучая их стрельбе. Как и когда мальчишка успел спереть его из арсенала и главное, умудрился принести с собой, Натали так и не поняла.
Медленно отступая назад, распоясавшийся директор осторожно опустился в кресло и, украдкой стерев выступивший на лбу пот, с вымученной улыбкой спросил:
– Молодой человек, я надеюсь, ваше оружие игрушечное, в противном случае я буду вынужден подать на вас в суд, – он быстро огляделся, ища поддержки у соседей и пытаясь обратить все в шутку.
Вместо ответа, сорванец метким выстрелом разнес вдребезги стоявшую на журнальном столике вазу. Ловким, отработанным жестом он поставил оружие на предохранитель и, сунув его за пояс, с очень серьезным видом произнес:
– Я, может, еще и маленький, но ругать мою маму не дам никому. Еще раз закричишь на нее, пристрелю.
Давясь душившим ее смехом, Натали усилием воли взяла себя в руки, и с нескрываемой гордостью за отпрыска произнесла:
– Как видите, господа, клан Сталков жив. Мой сын, может быть, и очень юн, но что такое быть настоящим мужчиной, он впитал с молоком матери. Это гены, господа. Мужские гены.
– Растет такой же головорез, как и его папаша, – проворчал напуганный директор.
Молча протянув руку, Натали взяла у сына пистолет и, прицелившись в голову хаму, жестко ответила:
– Если ты, быдло, осмелишься еще раз оскорбить его отца, я тебе сама мозги вышибу.
– Ну, знаете ли, – возмутился еще один из директоров, – это уж слишком. Мало того что вы осмеливаетесь принимать решения, не посоветовавшись с советом, еще и оружие сюда притащили.
– Вы хотите покинуть совет? – быстро спросила Натали. – Нет проблем. Можете идти, но учтите, что уйдете вы не только из этого зала, но и из корпорации.
– Я являюсь держателем акций, – возразил директор.
– И что? Я готова выкупить у вас эти акции, – небрежно пожала плечами Натали.
– Если я решу продать их, то только по их биржевой стоимости, а не по номиналу.
– Я согласна, – улыбнулась в ответ женщина.
– Это будет стоить вам три миллиона кредитов, – ехидно улыбнулся директор.
– Пошлите за акциями, – ответила Натали, роясь в своей сумочке, – надеюсь, мой чек вы примите?
– Приму, – мрачно ответил он, вставая.
– Кто-то еще хочет продать мне свои акции? – повернулась Натали к остальным.
Восемь из двенадцати директоров отправились за своими акциями. Спустя три часа сделка была завершена. Дождавшись их ухода, Натали повернулась к оставшимся в конференц-зале мужчинам.
– А вы, господа, не хотите покинуть этот корабль?
– Я являюсь членом этого совета вот уже двадцать лет и прекрасно знаю, что Сталки ничего не делают просто так. Вы достойная ученица своего деда, – улыбнулся в ответ высокий, осанистый старик, с гривой длинных, седых волос. В профиль он неуловимо напоминал старого, но еще полного сил ястреба. – Вы ведь не сказали всего, что хотели сказать. Эти болваны, – он небрежно кивнул в сторону ушедших, – так и не услышали главного.
– Теперь и не услышат, – усмехнулась Натали.
– Надеюсь, Джесси передал вам не только свой характер, но и чутье на выгодную сделку, – улыбнулся старик.
– Посмотрим, – улыбнулась в ответ Натали.
– Ну, а теперь расскажите нам самое главное, – усаживаясь поудобнее, сказал старик.
– Как известно, все герды непревзойденные горняки. Они прекрасно разбираются в рудах и приспособлены для жизни под землей. Передав им планету в вечное пользование, я обеспечу их всем необходимым для работы и добычи руд. Скажем, оформив это длительной рассрочкой. Некоторую часть оплаты мы будем получать рудой, обеспечивая наши заводы работой, а оставшуюся часть деньгами. Таким образом все наши производства будут получать более дешевое сырье, а акционеры хорошие дивиденды. Сами герды получат планету, которую они, после выплаты всех долгов, смогут смело называть своей. По-моему, это выход.
– А они? Они согласятся на такую сделку? – задумчиво поинтересовался старик.
– Узнаем, – пожала плечами Натали. – Я уже разослала приглашение всем гердам посетить Оливер для решения этого вопроса.
– Вам известно, где они проживают? – удивленно спросил старик.
– Я поступила проще. Купила эфирное время на межпланетном телецентре и подала объявление. Они будут транслировать его в течение недели на все планеты лиги.
– Это же бешеные деньги!
– Да, обошлось недешево, – легко согласилась Натали.
– Я и не знал, что у вас столько свободной наличности, – задумчиво ответил старик.
– Я воспользовалась не только своими деньгами. Мой муж решил поддержать меня в этом начинании.
– Ваш муж так богат?
– Мой муж человек скромных запросов, – улыбнулась Натали, – он и понятия не имеет, что за время нашего супружества я успела сделать из его сравнительно небольших сбережений больше ста миллионов, инвестируя их в различные предприятия.
– Позвольте вам не поверить, ни одно предприятие не выдает таких процентов за такой малый срок.
– Одно нет. Но если их много, и если умело играть на бирже, то все вполне реально.
– То есть вы просто задались целью сделать его богачом? – усмехнулся старик.
– Именно так, – мило улыбнулась в ответ Натали.
– Что ж, ему повезло, – развел руками старик.
– Так что вы решили? – решительно спросила женщина.
– Поступайте, как сочтете нужным, – решительно кивнул старик, – пожалуй, это действительно будет самое удачное решение проблемы.
Весело улыбнувшись, Натали поднялась и пожала руки всем оставшимся директорам. Получив добро на все действия, полностью развязавшим ей руки, она с энтузиазмом взялась за дело.
Уже через месяц в соседних скалах были вырублены десятки пещер, в которых должны были расселить всех прибывающих на планету гердов.
А они действительно начали прибывать. По одиночке, по двое. Натали организовала постоянное дежурство транспорта для гигантов в космопорту, использовав для этой цели глидер Зака. Природное чувство клана заставило всех прибывающих гердов принять участие в подготовке новых пещер, и вскоре неподалеку от бухты появился самый настоящий отель для гигантов.
Добродушные и неприхотливые в быту, они легко уживались по три, четыре особи в каждой пещере. Только парам отводились отдельные пещеры. Спустя шесть недель после памятного спора в корпорации поток прибывающих гердов иссяк. В бухте собралось больше двух тысяч особей обоего пола.
Растерянная Натали поинтересовалась у Ланы, почему их так мало. Улыбнувшись в ответ, та быстро пояснила, что многие герды, имеющие связь с ближайшими соседями, просто выбрали одного делегата, который прибыл на Оливер узнать, для чего их собирают. Узнав в чем дело, они просто свяжутся с соплеменниками и все им передадут.
Убедившись, что ждать больше некого, Натали назначила большое собрание на ближайший вечер. В сумерках она, в сопровождении Ланы, вышла к устроенным рядом с бухтой пещерам и, взобравшись на большой валун, обвела внимательным взглядом стоящих перед ней гигантов.
Огромные, неимоверной силы существа доброжелательно рассматривали ее своими узкими, вертикальными зрачками. Мысленно пожелав себе удачи, Натали глубоко вздохнула и начала говорить.
Услышав ее предложение, обычно сдержанные герды дружно охнули и начали переглядываться. Добродушные гиганты не могли поверить, что кому-то есть дело до их беды. Вот уже долгие годы они направляли в совет лиги просьбы о предоставлении им любой, пусть даже самой захудалой планеты, но все их просьбы оставались без ответа.
После короткого совещания один из гердов, судя по седой голове и жутким шрамам на лице, самый старший на этом необычном собрании, подошел к Натали и, заглянув ей в глаза, негромко прогудел:
– Я давно живу среди людей и знаю, они ничего не дают просто так. В чем твоя выгода?
Быстро прикинув свои шансы, Натали решила играть в открытую.
– Эта планета давно уже открыта нашей корпорацией, но из-за тяжелых условий люди не могут ее освоить. Эта задача для вас. Мы заключим соглашение с вашими старейшинами, по которому часть стоимости оборудования и транспорт вы будете оплачивать рудой, а все остальное, после продажи сырья, деньгами. Это и есть моя выгода.
– И на сколько лет ты готова отдать нам эту планету?
– В вечное пользование, – решительно ответила Натали.
– Ты готова поверить другим?
– Что значит другим? – не поняла она.
– Так называли нас те, кто не желал иметь с нами дело, – пояснила Лана.
– Я не знала, – растерянно пожала плечами Натали. – Я не знала и не хочу знать этого слова, – решительно продолжила она. – Я знаю только одно. Мой муж считает гердов братьями. Вот она, – Натали пальцем указала на стоящую рядом Лану, – кровная сестра моего мужа. И ее муж в данный момент отправился вместе с моим мужем разобраться с человеком, который принес в наш дом беду. Не знаю как для вас, а для меня родственники моего мужа это и мои родственники.
– Это правда? – повернулся к Лане старый герд.
– Да, старейший. Ее муж спас мне жизнь и поделился своей кровью. Он мой кровный брат, – выпрямившись и вскинув голову, гордо ответила Лана.
– Он странный человек, – задумчиво отозвался старый герд.
– Мы служили в спецназе, – пояснила Лана.
– Понятно, – кивнул герд. – Но как ты будешь оформлять все это? – повернулся он к Натали.
– Только официально, – решительно ответила та. – Я не хочу, чтобы кто-то, из жадности или по глупости, осмелился снова лишить вас собственной земли. Я передам вам планету в вечное пользование и перешлю копию этого документа в совет лиги и регистрационную палату. В договоре будет еще один пункт. После оплаты всех полученных вами механизмов и оборудования, вы сможете выкупить планету. Не важно, у меня или у моих детей.
– Думаешь, они согласятся? – криво усмехнулся старый герд.
– Даже не сомневаюсь. Мои дети растут вместе с детьми Ланы. Они вместе играют, вместе едят и даже иногда вместе спят. В них никогда не будет злобы или неприятия вашего народа.
– Ты так легко позволяешь своим детям играть с маленькими гердами? – удивился старик. – Ведь наши дети намного сильнее ваших. Они могут случайно причинить им вред. Ударить или просто уронить.
– Это просто дети, старейший, – резко ответила Натали, начавшая уже уставать от этого разговора, – они спорят, ссорятся, даже иногда дерутся. Но это не значит, что они ненавидят друг друга. После ссоры они снова мирятся и продолжают вместе играть. Они могут играть в нашем доме, в доме Ланы, и мы обе знаем, что наши дети всегда присмотрены, накормлены и в безопасности. Потому что я никогда не посажу своих детей за стол, оставив ее детей голодными. То же самое сделает и она. Мне очень жаль, что люди смогли обидеть тебя так сильно, что ты не можешь теперь поверить в искренность моих слов. Но если ты не веришь мне, то поверь ей. И поверь своим глазам, – с этими словами Натали развернулась и пальцем показала старому герду на пляж, где продолжали носиться дети под присмотром Анны. – Сейчас они набегаются, и Анна отведет их в пещеру к Лане. Спать. И не потому, что я не готова принять их в своем доме, а потому, что я знаю, что вам вреден яркий дневной свет. Именно поэтому я и назначила встречу в такое время.
– Я это заметил, – чуть улыбнувшись, кивнул в ответ герд.
– Все, что она сказала, правда, старейший, – решительно поддержала ее Лана. – Мы живем в этой бухте уже шесть лет. Именно благодаря ее мужу я смогла обрести семью. Именно благодаря им мы живем так, как жили бы на Герде. Все, что мы имеем, мы получили только благодаря им. Обоим.
– Не горячись, девочка, – тихо прогудел старый гигант, – я не говорил, что не верю тебе. Я хоть и стар, но еще не выжил из ума. Я все увидел. И ваших детей, и те пещеры, в которых живешь ты, и те, которые вы приготовили для нас. Тебе повезло. Ты не только получила друзей, дом и семью, но и смогла выполнить свой долг перед Великой матерью. Многие из нас лишены этого счастья.
– Именно поэтому я и хочу, чтобы вы согласились и смогли зажить такой же жизнью, – растерянно ответила Лана.
– А ты сама собираешься переезжать? – неожиданно спросил герд.
– Да, – решительно ответила Лана. – Я хочу, чтобы мои дети выросли так, как им назначено Великой матерью. На своей планете и среди своего народа.
– Но тогда тебе придется покинуть своих друзей.
– Переезд это не смерть, – пожала плечами Лана, – при желании мы всегда сможем приехать и навестить их.
– Хорошо, – решил старик, – дай нам время связаться с нашими близкими. Думаю, через несколько дней ты получишь ответ.
– Конечно, – улыбнулась в ответ Натали. – Я буду ждать сколько потребуется.
Облегченно переведя дух, она бросила на Лану благодарный взгляд и принялась осторожно слезать со своей импровизированной трибуны. Заметив ее неловкость, старый герд просто взял ее на руки и осторожно опустил на землю.
– Спасибо, – смущенно пробормотала Натали.
– Не стоит, – качнул косматой головой герд, – это я должен тебя благодарить. Скажу тебе по секрету, даже если те соплеменники, кто сейчас отсутствует здесь, откажутся, мы все, кто был здесь, согласимся на твои условия.
– Но почему? – растерялась Натали.
– Потому, что ты первая и единственная, кто, имея в руках возможность, решить все техникой, вспомнила о нашей беде. И если документ будет составлен так, как ты обещала, то клянусь Великой Светлой матерью, твои фабрики никогда не будут стоять без сырья.
Услышав клятву старого герда, стоявшая рядом с Натали Лана тихо охнула. Старик поклялся клятвой, которую не мог нарушить ни один герд, и то, что он взял на себя такую ответственность, означало только одно. Их предложение принято.
Бросив на подругу удивленный взгляд, Натали гордо выпрямилась и с достоинством ответила:
– Я из клана Сталков. Мы никогда не изменяли своему слову. Прежде чем делать вам такое предложение, я хорошенько все обдумала.
– Я вижу, – устало улыбнулся старик. – Я хотел бы поговорить с тем, кто научил тебя так дорожить своим словом.
– К сожалению, теперь это невозможно, – тихо ответила она, стараясь сдержать набежавшие слезы, – недавно его убили.
– Поэтому наш соплеменник отправился с твоим мужем? – задумчиво спросил герд.
Натали молча кивнула.
– Мы мирный народ и всегда старались избегать крови, – тихо заговорил герд, – но бывают моменты, когда причиненное зло нельзя оставлять безнаказанным. Пусть Светлая мать поможет им отомстить.
На этот раз пришла очередь растеряться Лане.
– Не смотри на меня так, девочка, – повернулся к ней старик, – если бы придерживались таких взглядов изначально, наша родная планета была бы цела. Но мы не хотели сражаться, надеясь, что люди, зовущие себя пиратами, образумятся и перестанут вмешиваться в нашу жизнь. Но как видишь, этого не случилось. Мы слишком долго покорно склоняли головы и потеряли все, что когда-то имели. Не только богатство и дома, а даже саму планету. Мой тебе совет, воспитай детей правильно. Чтобы они знали, что свой дом нужно защищать с оружием в руках. И в этом нет греха. Великая мать поймет и простит их.
– Спасибо, старейший, – тихо ответила Лана, – мы с мужем долго спорили, как их учить. Но все дело в том, что мы оба были солдатами. А значит, вся наша жизнь была связана с оружием.
– Вы жили так, как могли жить. Не вы выбирали свой путь. Мы все жили так, как могли, а не так, как хотели. Весь наш грех, вся наша глупость заключалась в том, что мы пытались мерить людей нашими мерками. А нужно было смотреть и учиться. Учиться их меркам и их законам.
– Старейший, вы говорите странные и страшные вещи, – вздохнула Лана.
– Я говорю правду, опираясь на опыт прожитых лет, – тяжело вздохнул герд. – Идите. Теперь вам нужно только немного подождать. Ответ скоро будет.
– Да, старейший, – покорно ответили женщины и, дружно развернувшись, направились в пещеру к Лане.
Всю дорогу до дома Лана молчала, тщательно обдумывая все, что услышала. Войдя в пещеру, она заглянула в спальню детей и, убедившись, что вся пятерка дружно сопит носами, досматривая десятый сон, осторожно закрыла дверь. Вернувшись в большой зал, как они называли пещеру, где обычно принимали гостей, Лана налила себе кофе и, устало опустившись в кресло, задумчиво посмотрела на Натали.
– Что-то не так? – удивленно спросила Натали.
– Нет. Просто я никак не могу понять, почему он осмелился дать тебе клятву, которую может произносить только глава клана.
– Ну, может, он и есть глава клана? – рискнула предположить Натали.
– Он говорил от имени всех гердов, – покачала головой Лана. – Здесь что-то не так. Похоже, я со своей службой просто выпала из нашей жизни и теперь что-то упускаю.
– Мне трудно судить, – пожала плечами Натали, – я ничего не знаю о вашем устройстве вертикали власти.
– Точно! – радостно воскликнула Лана. – Власть. Теперь я вспомнила. После того, как случилась большая беда, среди гердов ходили слухи, что в живых остался кто-то из правящего дома.
– Погоди, – растерянно остановила ее Натали, – так у вас была монархия?
– Нет. Точнее, не совсем так. Старейшие кланов собирались на совет и выбирали самый достойный клан, который руководил всеми остальными и решал вопросы торговли. Самые серьезные вопросы решались на совете кланов. Когда началась пиратская война, кто-то из правящего клана требовал поднять молодежь на защиту планеты, но старейшие клана остановили его, ссылаясь на наши обычаи. А когда планеты не стало, все старейшие проклинали свою глупость.
– Это все интересно, но какое отношение это имеет к нам? – удивленно спросила Натали.
– Прямое. Если этот старик из правящего дома, то нам очень повезло.
– Почему? – не поняла Натали.
– Он уже дал слово. Это значит, что все герды, что были на собрании и слышали его слова, пойдут за ним на Самум.
– Но ведь их очень мало, – развела руками Натали.
– Почти две тысячи гердов, это такая сила, о которой ты даже понятия не имеешь. Мы с Заком вдвоем соорудили эти пещеры за несколько месяцев почти что вручную. А у них будет все необходимое оборудование.
– Выходит, у нас получилось? – радостно спросила Натали.
– Выходит, так, – улыбнулась в ответ Лана.
Проговорив еще почти час, усталые, но довольные подруги разошлись спать.
Всю следующую неделю Натали внимательно наблюдала за гердами, стараясь не попадаться им не глаза. Она извела Лану вопросами и извелась сама, ожидая ответа.
Эту неделю она посвятила тщательной разработке и подготовке договора. Ей очень хотелось сделать все так, чтобы этот контракт стал настоящим шедевром ее карьеры. Но еще больше ей хотелось показать гердам, что она не желает их обманывать.
Наконец, договор был готов. Это был документ на семидесяти страницах, где прописывались буквально все действия сторон. Заставив Лану ознакомиться с этим документом, она в течение трех часов пытала подругу вопросами, требуя найти в нем все возможные изъяны.
Не выдержав, та, в конце концов, послала ее подальше, заявив, что идеальных контрактов нет и быть не может и решать за старейших она не имеет права. Что им может не понравиться в этом договоре, одна Великая мать знает.
Растерянно теребя в руках бумаги, Натали плюхнулась в кресло и, мрачно посмотрев на подругу, тихо сказала:
– Пойми, мне очень хочется, чтобы все сложилось по-хорошему. Чтобы будущее и твоего народа и моих детей было простым, не омраченным разными спорами и непониманием.
– Ты заглядываешь так далеко вперед? – позвучал от входа вопрос, и в зал вошел старый герд.
– Я уже говорила, что не хочу, чтобы герды снова лишились своей планеты из-за чьей-то глупости или пустого недомыслия, – смущенно ответила Натали.
– Ты очень добрая девочка, если задаешься такими вопросами, – улыбнулся герд, медленно опускаясь в одно из кресел.
– Я всего лишь хочу, чтобы у моих друзей, наконец, появилась родина. Пусть не настоящая, но своя, – ответила Натали, склоняя голову в знак благодарности за комплимент.
– Благодаря вам, тебе и твоему мужу, у них есть такое место. Чего нельзя сказать о многих наших соплеменниках.
– Как вас понять? – растерялась Натали.
– Очень многие из них перебиваются временными заработками. Именно поэтому сюда и приехали только по одному представителю от любой группы, где есть больше трех гердов. Им просто не на что было ехать.
– Простите, – тихо прошептала Натали. – Я не знала этого.
– Тебе не за что извиняться, девочка. Ты и не могла этого знать, – тяжело вздохнул герд. – Но это может создать нам серьезную проблему.
– Какую? – не поняла она.
– Как вывезти всех остальных на Самум?
– Так вы согласны? – растерялась Натали.
– Дай-ка мне это, – улыбнулся в ответ герд, указывая на контракт.
Медленно пролистав документ, он отложил его в сторону и, посмотрев на Натали долгим, задумчивым взглядом, снова заговорил:
– Я вижу, ты постаралась сделать все, чтобы сдержать свое слово. Это хорошо. Значит, мы не напрасно надеялись и молились. Мы подпишем этот документ, и я даже не стану его читать. Порукой твоей честности станет твое слово. Но у нас есть одно условие. Твои друзья не поедут с нами, а останутся здесь. Рядом с тобой. Если ты обманешь нас, то будешь вынуждена каждый день смотреть им в глаза и знать, что обманула и их. Ты согласна?
– Но как же так? Ведь это они навели меня на эту мысль. Это они мечтали снова зажить своей настоящей жизнью, а теперь получается, что вы отказываете им в этом?
– У каждого герда существует долг перед своим народом. И каждый герд исполнит его, даже если это сделает его несчастным. Твои друзья имеют то, чего лишены очень многие герды. Теперь у них есть возможность помочь своим соплеменникам. Эта семья станет залогом благополучия всех гердов. Так ты согласна?
– Конечно. Просто для меня это звучит дико. Ведь в первую очередь я старалась для них, а получается, что я лишаю их мечты, – растерянно пролепетала Натали.
– Нет, – улыбнулся в ответ герд, – ты не лишаешь их мечты. Наоборот, ты воплощаешь ее в жизнь. Ведь они мечтали о планете не только для себя, а для всего своего народа. Эта мечта исполнится. Но им придется исполнить свой долг до конца. Вот и все. Тем более что им никто не запрещает посещать нас. А в определенный момент их детям даже придется приехать на Самум.
– Зачем? – не поняла Натали.
– Чтобы многому научиться и подобрать себе пару. Ты же не хочешь, чтобы они так остались бездетными?
– О господи! Нет конечно! – всплеснула руками Натали.
– Значит, мы договорились?
– Старейший. Это их дом. И это их жизнь. Я, конечно, согласна на ваши условия, но вопрос, оставаться им или нет, думаю, могут решить только они сами. Кроме того, здесь только Лана. А ведь есть еще и ее муж, Зак.
– С твоего разрешения, хозяйка бухты, я останусь здесь, чтобы лично поговорить с Заком, – с достоинством склонил седую голову герд.
– Конечно, – пожала плечами Натали, – вы можете жить здесь, сколько сочтете нужным, старейший.
– Спасибо. Ну а теперь давай вернемся к нашим насущным проблемам.
– Если вы говорите о проблеме перевозки ваших соплеменников, то я вижу только один выход. Вы составляете списки. На какой планете сколько гердов, и я просто оплачиваю их перелет сюда, на Оливер. Единственное, что меня настораживает, где их размещать?
– Это самый простой и быстрый выход, – кивнул головой герд, – все потраченные тобой деньги мы вернем вдвое.
– Постойте, – воскликнула Натали, – я же не ростовщик. Мне не нужно ничего больше того, что мы с вами оговорили.
– Верно, ты не ростовщик. Но ты и не должна решать за нас нашу проблему. Ты и так дала нам больше, чем мы хотели. Смотри на это, как на выгодную сделку. Ты вложила деньги – и получила выгоду.
– Но… – начала было спорить Натали.
– Хватит, девочка, – остановил ее герд, – мы перед тобой в большом долгу. Я сказал свое слово, а ты его слышала.
– Как хотите, – покорно вздохнула Натали. Характер у этого герда был тверже алмаза. – Старейший, могу я спросить?
– Конечно.
– Почему вы говорите за всех? Ведь герды жили своими, отдельными кланами?
– Я последний из правящего дома, и все, кто приехал сюда, знают это. Кроме того, я самый старый из всех ныне живущих гердов. От всех когда-то многочисленных кланов остались только жалкие остатки. Многих больше вообще нет. Но герды остались. До тех пор, пока жив хоть один герд, мы живы. А теперь, когда у нас есть своя планета, мы сможем возродить все наше племя.
– Надеюсь, что так и будет, – кивнула Натали, – но вы не сказали, куда собираетесь девать всех тех, кто еще будет приезжать?
– Когда ты будешь готова отправить на планету первую партию поселенцев?
– Думаю, через неделю они смогут вылететь. Все необходимое соберут на наших фабриках. Подходящий корабль можно будет вызвать прямо сейчас.
– Тогда можешь начинать. На нем полетят все, кто сейчас здесь есть. Останутся только четверо. Я и еще трое женщин, которые будут заниматься приемом и обустройством прибывающих.
– Хорошо. Значит, сегодня же я свяжусь с центральным офисом и прикажу подготовить все необходимое оборудование, – решительно ответила Натали, легко поднимаясь с кресла.
Молча кивнув, старик медленно поднялся и, улыбнувшись женщинам, вышел из пещеры. Растерянно посмотрев на молча сидевшую Лану, Натали тихо сказала:
– Прости, сестра. Я не думала, что они могут выдвинуть такое условие.
– Ты не виновата, – покачала головой Лана. – Знаешь, я даже рада, что все так сложилось. Здесь у нас есть свой дом. Какая никакая, но налаженная жизнь. А там? Начинать все сначала? Боюсь. Устала я от всех этих переездов. Надеюсь, это не разрушило каких-то твоих планов?
– С ума сошла? Честно говоря, я сначала даже обрадовалась, когда услышала, что вам нужно остаться.
– А потом?
– А потом расстроилась за вас.
– Ну, значит, исполнение нашего долга не будет тяжелым, – улыбнулась Лана, обнимая подругу.
– Дуреха, – ласково обозвала ее Натали, – как же я тут без вас со своими сорванцами справляться буду? – тихо рассмеялась она, смаргивая слезы.

* * *

Несмотря на скорость, которую развивали боевые корабли в открытом космосе, генерал все-таки опоздал на встречу с командой Генри. Яхта «Задира» уже второй день болталась по орбите Терры, раздражая своим присутствием все силы планетарной безопасности. За это время их уже дважды пытались проверить полиция и таможня, но каждый раз, нарвавшись на личные коды офицера внешней разведки, вынуждены были оставить эту затею.
Появление на орбите еще и двух десантных кораблей тяжелого класса не добавило им энтузиазма. Тем более что эти граждане не стали утруждать себя какими-либо кодами и запросами, а просто десантировались на поверхность планеты на боевых челноках, моментально блокировав все космодромы планеты.
От массового уничтожения силы безопасности и полицию спасла только их нерасторопность. Когда до них, наконец, дошло, что что-то идет не так, десантники уже были на планете. Воспользовавшись всеобщей суматохой и неразберихой, яхта «Задира» потихоньку приземлилась и, выпустив в порту трех человек, затихла.
Генри шел по бетону космодрома, твердо глядя перед собой. В парадной форме косморейнджера, увешанный орденами и медалями всех мыслимых и немыслимых видов и расцветок, полученных в самых разных уголках лиги. Среди его наград нашелся даже орден Светлой Матери. Высший орден давно уже не существующей планеты Герда.
Эндрю успел втихаря шепнуть другу, что людей, удостоенных таких орденов, на всю лигу насчитывается всего пятеро. Из них трое высшие политические деятели, сумевшие наладить с гердами дружеские отношения. При полном параде парни не видели своего командира ни разу. Генри не любил красоваться своими наградами.
Парадную форму он надел только после того, как появились десантные корабли, и карусель разоблачения заговора закрутилась по полной. Увидев его выходящим из своей каюты в полном параде, десантники невольно подтянулись и, сами того не сознавая, приняли уставную стойку.
Даже привычный ко всему Дик невольно встал и растерянно покачал головой, рассматривая этот иконостас. Увидевший высший знак своей родины Зак, выпрямился во весь рост и почтительно склонил голову, как это принято у гердов, когда они приветствуют вождя правящего дома.
Смущенно посмотрев на друзей, Генри растерянно развел руками:
– Да вы чего, мужики? У вас же у каждого этих цацек, как у дурака махорки.
– Так да не так, – усмехнулся в ответ Дик. – Я, например, такого в своей жизни не видел, аж в глазах рябит.
– Да уж, мои три десятка висюлек на этом фоне явно теряются, – поддержал его Зак.
– Да ну вас, – отмахнулся Генри, – нашли из-за чего ахать. Я же не виноват, что в совет нужно являться со всеми полученными наградами.
– Да при чем тут совет?! – с пол-оборота завелся Дик. – Мы все участники боевых действий, но никогда такого количества наград не видели. Это нас и удивляет. А он, совет. Ну, ничего, вот вернемся домой, засядем у Малыша в гостях за бутылочкой, повесим твой китель на стену и заставим тебя о каждой награде отдельно рассказать, – весело пообещал он.
– Боюсь, бутылочкой тут не обойдешься, – покачал головой Алекс.
– Да уж. Тут, пока до конца рассказа доберешься, можно до белой горячки дослушаться, – с улыбкой поддержал его Эндрю.
– Не знаю, как насчет всего остального, а вот насчет ордена Светлой Матери я должен услышать, – без улыбки произнес Зак. – Странно, что Лана мне не сказала.
– Повода не было, наверное, – пожал плечами Генри. – Вот вернемся обратно, расскажу, – твердо пообещал он Заку.
– Ты обещал, – тут же поймал его на слове Зак.
– Договорились, – улыбнулся в ответ Генри.
– Как будешь действовать? – перешел к делу Дик.
– Сейчас встретимся с генералом и отправимся во дворец совета. Парни идут со мной. А вы держите машину под парами и будьте на связи. Вполне возможно, что нас попробуют арестовать.
– Ну, пусть попробуют, – проворчал в ответ Зак, усаживаясь в кресло стрелка и нежно поглаживая кнопки управления огнем.
– Вот-вот, – поддержал его Алекс, поправляя ремень бластера.
– В любом случае секретаря совета я положу, – мрачно добавил Эндрю.
– Тихо, парни, – осадил их Генри, – звереть сегодня только моя привилегия.
– Но… – начал было Дик.
– Тихо, я сказал, – рыкнул Генри, и все дружно замолчали. – Я разберусь, – негромко добавил он, оглядывая друзей.
Шествуя по территории космодрома в сопровождении двух десантников в полной боевой выкладке, Генри чувствовал себя так, словно принимал парад. Все попадавшиеся ему навстречу бойцы тут же вытягивались в струнку и торжественно отдавали честь.
Подойдя к генеральскому катеру, Генри связался со своим бывшим начальником и доложил, что готов действовать. В ответ генерал попросил дать ему еще пять минут на подготовку. В это время грузовая аппарель катера откинулась, выпуская на бетон боевой глидер генерала.
Спустя несколько минут по трапу спустился и сам Ванколлен. Как и Генри, генерал был в парадном мундире, увешанном боевыми орденами и медалями.
Поздоровавшись, сослуживцы окинули друг друга ироничными взглядами.
– Ни дать ни взять, два павлина на официальном приеме, – усмехнулся генерал.
– Это точно, – кивнул в ответ Генри.
Офицеры уселись в глидер. Бойцы охраны заняли места согласно боевому расписанию, и мощная машина лихо понеслась ко дворцу совета.
– Все взял? – повернулся к Генри генерал.
– Все, – коротко ответил тот, демонстрируя генералу коммуникатор с добавочным жестким диском памяти.
– Неплохо, – кивнул головой генерал, – а мои наработки придется транслировать прямо с катера. Чтобы притащить это все в зал совета, потребуется грузовик. Пришлось взять только основное.
– Теперь это не важно. Я знаю, кто там заправляет, и он мне ответит за всё, – жестко произнес Генри.
– Не пори горячку, – осадил его генерал, – он там не один.
– Остальные ваши, – мрачно ответил экс-капитан, – но секретарь только мой. Смерти старика я ему не прощу.
– Собираешься драться с ним? – растерянно спросил генерал.
– Сделаю все, чтобы он вынужден был принять мой вызов.
– Похоже, ты настроен решительно, – устало проворчал генерал.
– Нельзя прощать подобное. Если мы не избавимся от этого подонка, то потом так и будем всю оставшуюся жизнь прятаться.
– Ну, сумели же мы загнать твою заклятую подругу в самую глубокую дыру, которая нашлась в галактике, – недовольно ответил генерал.
– И чем это кончилось? – мрачно пожал плечами Генри. – Она умудрилась организовать бойню даже сидя там. Нет. Таких врагов нужно устранять. Раз и навсегда. А еще лучше сразу всю семейку. Чтобы некому было потом мстить.
– Совсем озверел? – растерянно отозвался генерал. – Решил возродить обычай кровной мести?
– Откровенно говоря, при подробном рассмотрении это была не такая уж и плохая штука. До тех пор, пока ты никого не тронул, тебя не тронут.
– Похоже, ты действительно окончательно взбесился, – махнул рукой генерал.
– Нет, – покачал головой Генри, – просто мне надоело прятаться. От одной твари я уже избавился, избавлюсь и от второй.
– В каком смысле избавился? – растерянно переспросил генерал.
– В прямом, – пожал плечами Генри.
– Да расскажи ты толком, – зарычал генерал.
– Слишком мало времени на подробности. Скажу только, что нам удалось выдернуть с Грендаля не только рабов, но и Аманду Вудстворк.
– И где она? – мрачно спросил генерал.
– Узнал все, что мог, и вышвырнул за борт, – пожал плечами Генри.
– Кто еще знает, что она была у тебя?
– Только грендалиане и моя команда. Был, правда, еще ее пилот, но тому свернули шею даже, не доходя до «Задиры». Ну, и ее кузен, ваш овощ, майор.
– А то, что она находится в межпланетном розыске, для тебя уже совсем ничего не значит? – нехотя спросил генерал.
– Ничего, – усмехнулся Генри. – Все эти розыски, расследования и суды не более чем профанация. Все дружно поохают, покрутятся на галактическом телевидении, а потом просто сошлют ее на собственную планету, не дав даже тюремного срока. А уж там она быстренько найдет способ начать снова гадить всем подряд.
– Псих ненормальный, – проворчал генерал. – Если эта история всплывет в совете, тебе несдобровать.
– Пусть докажут, – усмехнулся Генри. – Нет ни свидетелей, ни доказательств, ни даже тела.
– И в этом твоя удача, – вздохнул генерал.
За разговором они не заметили, как глидер подрулил к парадному входу во дворец совета. Рядом с парнями дворцовой охраны стояли двое десантников в тяжелых скафандрах. Охранники то и дело с опаской поглядывали на десантников.
Им не дали даже опомниться. Рота десанта просто блокировала весь дворец, откровенно предупредив охранников, что любое хамство с их стороны будет пресекаться только один раз и очень твердым способом. После того, как одному из самых упрямых сторожей моментальным ударом приклада сломали челюсть, остальные охранники сразу присмирели.
Покинув глидер, офицеры одернули форму и, быстро переглянувшись, решительно шагнули во дворец. Стоявшие рядом с охранниками десантники моментально подтянулись и встретили начальство четким отданием чести.
Разглядев генеральские погоны и огромное количество наград Генри, охранники невольно подтянулись и, проводив вошедших уважительными взглядами, вопросительно посмотрели на стоящих рядом десантников.
– Это кто такие? – осторожно протянул один из них.
– Командующий нашей бригадой, генерал Ванколлен, и легенда всего спецназа, Генри Берсерк, – пояснил молодой десантник с явным благоговением в голосе.
– А почему легенда? – удивленно спросил второй охранник.
– Ты его китель видел? – ответил вопросом на вопрос десантник.
– Да уж, железа там навешано килограмм на пять, если не больше, – усмехнулся охранник, и тут же охнул от тяжелого подзатыльника.
– За каждый грамм этого железа заплачено кровью, – прорычал десантник, – это вам не ваши индюки надутые.
– Одно то, что он, имея столько наград, до сих пор жив, уже само по себе легенда, – поворчал второй десантник. – С таким командиром группы на любое задание идти одно удовольствие.
– Почему? – растерялся охранник.
– Дураки вы, – отмахнулся первый спецназовец. – Вернуться с боевого задания живым – удача, а возвращаться с них регулярно, не просто удача, а настоящее везение, пусть даже и раненым.
– А, что, часто не возвращаются? – осторожно спросил ушибленный охранник, почесывая пострадавший затылок.
– Часто, – вздохнул отвесивший ему оплеуху десантник.
Пройдя через холл к пункту охраны, генерал одобрительно кивнул вытянувшимся в струнку десантникам и, вежливо поздоровавшись с сидевшими за пультом охранниками, шагнул сквозь рампу металлоискателя.
Осторожный прибор, способный определять все виды оружия и взрывчатки, взвыл как проклятая душа.
– Генерал, у вас есть оружие, – утвердительным тоном произнес один из охранников.
– Конечно, – кивнул в ответ генерал. – Я офицер войск специального назначения и не выхожу без оружия.
– Вам придется оставить его здесь, – решительно ответил охранник.
В этот момент сквозь рампу пошел Генри. Металлоискатель снова взвыл.
– Вам тоже придется оставить оружие, – не терпящим возражения тоном сказал ему охранник.
– Сынок, ты хоть соображаешь, с кем разговариваешь? – спросил генерал так, что охранник вздрогнул и заметно побледнел.
– Это наша работа, генерал, – развел руками второй сторож.
– А это мое именное, наградное оружие, и изымать его у меня никто не имеет права, – решительно ответил генерал. – А, кроме того, эти четверо десантников пойдут со мной в качестве нашей личной охраны. Вы и у них потребуете оружие?
– Генерал, мы не можем их пропустить, – растерянно пробормотал охранник.
– Ты дурак, сынок, – устало ответил генерал. – Положите их мордами в пол и не давайте подняться, пока все не кончится, – приказал он стоявшим рядом с охранниками бойцам.
В одно мгновение оба охранника были скручены и уложены лицами вниз. Запястья и лодыжки обоих были скованы наручниками, причем наручники на руках были пропущены за наручниками, защелкнутыми на лодыжках. Таким образом, они были лишены возможности не просто шевелиться, а даже разогнуть ноги. Прохрипев несколько ругательств, охранники затихли.
Следом за командирами сквозь рампу прошли бойцы охраны, и вся делегация дружно зашагала к залу совета. Опережая их, к дверям зала пробежали шестеро десантников. За углом коридора послышалась какая-то возня. Повернув за угол, делегация увидела, как двое десантников уносят от дверей четверых скрученных охранников. Остановившись перед роскошной, красного дерева дверью, генерал повернулся к подчиненным.
– Значит так, парни. Никакой самодеятельности. Действовать только по моей команде. Генри, держи себя в руках. Не стоит убивать всех подряд. Поверь мне, там есть и вполне достойные люди. Наручники взяли? – спросил он у стоявших рядом бойцов.
Получив в ответ дружный кивок, генерал глубоко вздохнул и, чуть улыбнувшись Генри, решительно шагнул к дверям. Бойцы ловко распахнули высокие створки, и вся группа решительным шагом вошла в зал совета.
Сидевшие в роскошных, обитых натуральной кожей резных креслах члены совета вздрогнули и растерянно уставились на вошедших. Не останавливаясь, группа прошла к столу председателя совета.
– Как это понимать, генерал? – удивленно спросил председатель. – Ваши люди блокировали все космодромы, арсеналы полиции и сил планетарной безопасности, да еще и дворец совета. Что все это значит?
– Это значит, господин председатель, что я пытаюсь избежать ненужных жертв и предотвратить угрозу развала лиги, – решительно ответил генерал. – По нашим оперативным данным, в лиге готовился переворот, после которого на ее территории должно было возникнуть королевство.
– Что это за бред? – скривился в ответ секретарь совета.
– Отнюдь, – усмехнулся в ответ генерал. – После моей смерти пираты и криминальные элементы на Туманности сверхновой должны были выступить в роли моих людей. Для этого на планету в большом количестве было свезено контрабандное оружие и военная форма. После чего, по решению совета, самая боеспособная часть войск лиги была бы распущена. После этого роспуска пираты могли бы смело начинать экспансию на все курортные планеты лиги. Они стали бы опорной базой для пиратских эскадр. При поддержке бойцов грендалиан захватчикам легко удалось бы уничтожить опорные базы флота и морской пехоты. Их снабжали самой надежной и свежей информацией. Имея на руках огромное количество личных планет, заводов, штампующих вооружение и сырьевых баз, заговорщики могли смело объявлять себя новыми властителями нового королевства. Только одно непонятно, кто же все-таки должен был стать королем? – иронично произнес генерал.
– Кажется, вы, генерал, окончательно спятили, – проворчал секретарь. – После покушения на вас вы начали воспринимать все в очень мрачном свете.
– А откуда вы знаете, что на меня было совершено покушение? – быстро спросил генерал. – Я этого не говорил. Я сказал: после моей смерти.
– Ну, раз вы стоите здесь живым и здоровым и рассказываете нам все эти сказки, значит, покушение было неудачным, – быстро нашелся секретарь.
– Это еще не все, – усмехнулся в ответ генерал. – Моей бригаде удалось уничтожить пиратскую базу в поясе астероидов. Большой фабрики смерти больше не существует. И именно там я нашел все необходимые мне доказательства связи некоторых членов совета с пиратами и подготовки к перевороту. Чего вам не хватало, господа? Чего вам еще желать? Вы и так имеете всё. В буквальном смысле этого слова. Власть совета практически ничем не ограничена. Все ваши прихоти исполнялись моментально. Неужели этого мало?
– Кого именно вы имеете в виду, генерал? – удивленно спросил один из членов совета. – К кому из нас обращен ваш вопрос?
– Хорошо, – вздохнул генерал, – думаю, больше нет смысла разыгрывать эту комедию. Откровенно говоря, я надеялся, что, узнав о появлении во дворце моих бойцов, эти люди найдут достойный для себя выход и избавят нас всех от необходимости предавать гласности всю эту гнусность. Не получилось. Жаль. В таком случае я вынужден объявить: лорд Маркус Гривс, лорд Джеймс Райли, лорд Майкл Стен, лорд Александр Сикорский, вы арестованы по обвинению в подготовке переворота, связи с пиратами и как заказчики убийств множества граждан лиги.
За креслом каждого из названных членов совета выросли десантники и, положив на плечи обвиняемым тяжелые, окованные сталью руки, пригвоздили их к местам.
– Генерал, каждое ваше слово должно иметь неопровержимое доказательство. Такие обвинения не могут быть голословны, – серьезным тоном проговорил член совета, спрашивавший генерала, к кому он обращает свой вопрос.
– Вы, безусловно, правы, лорд Морган, – кивнул ему генерал. – Итак, начнем по пунктам. Мое первое обвинение относится к подготовке переворота. Сейчас на коммуникатор совета будет транслированы записи с компьютеров, которые были захвачены моими бойцами в поясе астероидов. На них поочередно появятся все названные мной люди. Думаю, одного этого вполне достаточно, чтобы выдвинуть подобное обвинение. Далее, вы увидите копии записей с флагмана пиратского корабля, на которых наш уважаемый господин секретарь передает пиратам данные по большим торговым караванам судов, которые те могут захватить. Сам капитан флагмана захвачен живым и готов опознать своего заказчика. Ну, и напоследок я предъявлю вам копии записей допроса исполнителя нападения на меня лично. Он также жив и опознал заказчика убийства по фотографии. Надеюсь, этих документов вполне достаточно?
– Кроме того, существуют показания двух убийц, взятых нами живыми, которые прямо называют имя секретаря совета, как прямого заказчика убийства вашего старого друга, Джесси Сталка, – вступил в разговор Генри.
– Джесси убит?! – растерянно повернулся к нему лорд Морган.
– К сожалению да, – кивнул Генри.
– Я вас помню, молодой человек, – неожиданно сказал Морган, – вы были здесь вместе с Джесси, когда он требовал выдать ему разрешение на покупку военного оборудования. Тогда была похищена его внучка.
– У вас хорошая зрительная память, сэр, – вежливо улыбнулся Генри.
– Вам удалось спасти ее? Если не ошибаюсь, это ваша жена?
– Все верно, – кивнул Генри. – Мне удалось спасти жену и дочь моего друга. Мы высадились на Грендаль и вынудили совет кланов отдать их.
– Здорово! – весело улыбнулся Морган. – Отличная работа, капитан.
– Благодарю вас, сэр, – снова улыбнулся Генри.
– Чему ты радуешься, старый дурак? – неожиданно завизжал секретарь совета. – Эти проклятые головорезы обвиняют четырех членов совета черт знает в чем, а ты готов лизать им задницы?
– Заткнись, Маркус, – презрительно ответил лорд, – ты всегда был идиотом. Твоя неуемная жажда власти привела тебя на край могилы. Скажу честно, мне даже не нужно просматривать все эти документы, чтобы поверить в твою виновность. Я сижу в этом совете уже больше четверти века и знаю каждого из вас как облупленного. Вам всегда чего-то не хватало. Вам было мало власти, мало денег, мало покорности. Вам всегда хотелось иметь не слуг, а рабов.
– Кому бы говорить, – презрительно отозвался секретарь совета, – ты, пират, потомок старинного пиратского рода.
– Да, мой далекий предок действительно был пиратом, – усмехнулся в ответ лорд Морган, – но я всегда старался, чтобы люди, работающие на меня, жили в достатке. В отличии от вас. Это ваша политика, выжать из человека все соки и выбросить его на улицу. Подыхать. Именно поэтому и я, и Джесси Сталк всегда имели доходы в полтора раза больше ваших.
– Нашел, чем гордиться, – презрительно усмехнулся секретарь.
– Итак, господа, я надеюсь, вы закончили выяснять отношения, и готовы ознакомиться с обвинительными документами? – прервал их полемику генерал.
– Запускайте свое кино, генерал, – усмехнулся лорд Морган, опускаясь в кресло.
– Я протестую! – завопил секретарь, пытаясь вскочить на ноги. – Это произвол! Вы не имеете права задерживать членов совета! Пусти меня, – рявкнул он десантнику, удерживавшему его за плечо в кресле.
Бросив быстрый взгляд на генерала, боец, не получивший никаких прямых указаний, угомонил секретаря совета самым простым и доступным для себя способом. Врезав ему кулаком под лопатку. Не самый сильный удар надолго выбил из расходившегося секретаря дыхание, заставив его угомониться.
– Немедленно приструните своих головорезов, генерал! – злобно оскалился секретарь, не делая при этом резких движений.
– Вам четверым, господа, лучше замолчать и постараться не совершать необдуманных поступков, – усмехнулся в ответ генерал. – Ребята у меня все битые, раненые, а многие даже контуженые. Прибьют сдуру, и даже обвинения предъявлять некому будет.
– Что это значит? – не понял секретарь.
– Вы же сами сказали, головорезы, – пожал плечами генерал и, включив коммуникатор, коротко приказал: – Запускайте.
На экранах мониторов, стоявших перед каждым креслом, замелькали кадры захвата астероида. Когда членам совета показали прозекторскую, где людей разделывали на органы, трансляцию пришлось остановить. Многим членам совета срочно потребовалось посетить туалетные комнаты.
Кадры боя сменили записи, добытые в центре управления астероидом. На этот раз осуждающие взгляды несколько раз обращались в сторону арестованных. Когда дело дошло до записей, где капитан пиратской эскадры получал данные о составе и численности очередного каравана, лорд Морган попросил остановить трансляцию и, поднявшись с кресла, медленно подошел к секретарю совета.
Несколько минут мрачно посмотрев ему в глаза, старик неожиданно отвесил ему оглушительную пощечину.
– Подонок! – яростно проговорил он. – В этом караване летела моя внучка. Из-за нападения она потеряла ребенка.
Пройдя к своему месту, он не стал садиться, а, развернувшись к остальным членам совета, громко произнес:
– Господа, как старейший член совета лиги я выношу на голосование вопрос о лишении этих господ иммунитета членов совета. Доказательства вины всех четверых более чем серьезные. Думаю, ни у кого из присутствующих в этом зале сомнений по этому поводу не возникает.
Быстро переглянувшись, члены совета дружно закивали головами.
– Прекрасно, – продолжил Морган, – в таком случае я прошу голосовать, кто за то, чтобы господа обвиняемые были лишены данного иммунитета, прошу поднять руки.
Медленно обведя взглядом сидевших за столом членов совета, Морган быстро подвел итог:
– Единогласно. Что ж, меня очень радует, что совет еще не разучился чистить свой мундир, – и, повернувшись к генералу, добавил: – Они ваши, генерал. Не стоит продолжать демонстрировать эту мерзость. Нам всем и так ясно, как глубоко пали эти люди.
– Пали? – взъярился секретарь. – Мы не пали, мы оказались жертвами гнусных инсинуаций генерала и его прихвостней. Вы можете лишить нас иммунитета, но мы все равно продолжаем оставаться дворянами. А это значит, что судить нас могут только равные нам по происхождению. Плебеи, – презрительно фыркнул он, обведя взглядом генерала и Генри.
Бросив быстрый взгляд на генерала, Генри решительно шагнул вперед.
– Дуэльный кодекс лиги гласит, офицер имеет право бросить вызов любому, даже человеку выше его по статусу и происхождению. Ты, подонок, осмелился заказать убийство меня и всей моей семьи. Я тебя вызываю. Оружие выберешь сам.
– Я не опущусь до драки с отбросом, – презрительно ответил секретарь.
Недолго думая, Генри отвесил ему пощечину. От резкого удара бывшего спецназовца голова секретаря дернулась, а щека покрылась багровым пятном.
– Вы не имеете права бить арестованного, – прошипел в ответ секретарь.
– Пока вы только задержаны, – усмехнулся в ответ генерал.
Не вдаваясь в подробности, Генри отвесил ему еще одну оплеуху. С другой стороны, для симметрии.
– Выбирай оружие, – тихо проговорил Генри, чувствуя, как кровь ударяет в голову, а глаза застилает красный туман ярости. Еще намного, и он станет берсерком.
– Я не стану драться с плебеем, – дрогнувшим голосом ответил секретарь.
– Станешь, – пообещал ему Генри, нанося еще одну пощечину, – станешь, или я забью тебя до смерти прямо в этом кресле.
– Хорошо! – выкрикнул секретарь после пятой оплеухи. – Я выбираю шпаги.
Все находившиеся в зале совета дружно ахнули. Этим древним оружием в лиге мало кто владел. Искусство владения шпагой преподавали только дворянам. Всем моментально стал понятен расчет секретаря. Только генерал весело усмехнулся и заговорщицки подмигнул обеспокоено посмотревшему на него лорду Моргану.
Хорошо знавший своего офицера генерал не стал во всеуслышание объявлять, что офицеры спецназа учились не только стрелять и взрывать. Их обучали рукопашному бою, бою на кинжалах и фехтованию. Мотивировка этому была самая простая, в руках спецназовца оружием должно быть всё. От обычной дубины до суповой ложки.
Кроме того, коллекционируя старинное оружие, Генри, сам того не желая, настолько увлекся, что научился владеть любым видом холодного оружия. Единственное, что сейчас настораживало генерала, так это отсутствие у Генри постоянных тренировок.
Сообразив, что секретаря ждет очень неприятный сюрприз, лорд Морган повернулся к одному из десантников и негромко попросил:
– Дружище, в соседней комнате на стене висят две боевые рапиры. Старинное оружие. Настоящие. Будьте так добры, принесите их сюда.
Получив утвердительный кивок от генерала, десантник громко протопал в указанную комнату и через минуту вернулся в зал, неся две абсолютно одинаковых рапиры. Положив их на стол, перед Морганом, он медленно отступил в сторону.
Взяв в руки оружие, Морган внимательно осмотрел оба клинка и тихо произнес:
– Отличное оружие. Настоящая толедская сталь. Исторические клинки. Ручная работа. Таких больше нигде нет. Это оружие повидало многое. Им сражались ради имени прекрасных дам, им защищались от нападения, им наказывали подлецов. Надеюсь, и в этот раз они послужат орудием возмездия.
Выйдя из-за стола, лорд Морган медленно прошел на середину зала и, взяв рапиры за клинки, медленно поднял гарды на уровень груди. Быстро сняв парадный китель, Генри передал его одному из стоявших рядом солдат и, подойдя к лорду, взялся за ближайшую к себе рукоять.
Нехотя поднявшийся из кресла секретарь сбросил свой френч и, подойдя к Моргану, взял оставшуюся рапиру. Разжав пальцы, лорд быстро отступил на несколько шагов назад и громко спросил:
– Господа, вам нужно время на подготовку?
– Я готов, – коротко ответил Генри.
– Мне нужно разогреться, – быстро ответил секретарь, бросая на Моргана ненавидящий взгляд.
– У вас есть пять минут, – ответил лорд, добровольно взявший на себя обязанности третейского судьи.
Изящным жестом откинув, белоснежный манжет рубашки, он засек время. Отступив на несколько шагов, Генри плавными движениями размял мышцы и замер в выжидательной позе. Секретарь совета принялся взмахивать рапирой, пробуя оружие на вес и проверяя баланс. Сделав несколько пробных выпадов, он мрачно посмотрел на свои ноги и, недолго думая, принялся разуваться.
– Надеюсь, твои ботинки не скользят? – тихо спросил генерал, подойдя к Генри вплотную.
– Порядок, командир, – жестко усмехнулся Генри, чуть смещая ноги по лакированному мозаичному паркету зала.
– Ты хоть представляешь, что с этим шампуром делать, – встревоженно спросил генерал, внимательно наблюдая за противником Генри.
– В общих чертах, – усмехнулся в ответ экс-капитан, покачивая клинок в руке, чтобы почувствовать его баланс.
– Как ты мне надоел! – проворчал генерал с усталым вздохом. – Учти, убьют, больше мне не звони.
– Договорились, – кивнул головой Генри, вопросительно глядя на лорда Моргана.
– Время, – громко объявил он, дождавшись, когда секундная стрелка пересечет заданную отметку.
– Удачи, старина, – тихо сказал генерал, хлопнув Генри по плечу.
Кивнув в ответ, тот молча направился к середине зала. Противники сошлись напротив стоящего с платком в руке лорда Моргана. Медленно отступив назад, Морган вытянул руку и, отпустив платок, скомандовал:
– Начинайте, господа! И да поможет вам бог!
Криво усмехнувшись в ответ на эту древнюю формулировку, секретарь совета быстро встал в классическую фехтовальную стойку. Чуть улыбнувшись, Генри плавно развернул корпус на носках ног и, встав к противнику вполоборота, слегка согнул колени, держа рапиру прямо перед собой, под углом в сорок пять градусов от вертикали.
Заметив его необычную стойку, секретарь явно воспрял духом. Так мог стоять только человек, знавший о правилах классического фехтования только понаслышке. Это означало, что теперь он сможет уничтожить этого проклятого десантника на глазах у всего совета, и никто не посмеет его ни в чем обвинить. Генри сам бросил ему вызов, заставив выбрать оружие.
Усмехнувшись почти весело, секретарь сделал пробный выпад, целя в правое плечо противника. Не делая движений оружием, Генри быстро согнулся, уведя корпус с линии атаки. Заметив, что его рапира осталась недвижима, секретарь уверился в своих предположениях и снова атаковал.
На этот раз нанося уколы сразу на двух уровнях. В бедро и в грудь. Он явно был когда-то очень неплохим фехтовальщиком, но возраст и спокойная, сытая жизнь сделали свое дело. Секретарь двигался недостаточно быстро. В итоге оба этих удара Генри снова пропустил мимо цели, моментально переставив ногу и прогнувшись в пояснице назад.
Сообразив, что таким образом ничего не добьется, секретарь отступил назад и приготовился к новой атаке. Он должен был победить. Любой ценой, любыми средствами, он должен был уничтожить этого капитана, ставшего камнем преткновения всех его планов.
Сделав обманное движение клинком, он быстро шагнул вперед и стремительным росчерком клинка попытался достать противника. Вместо того, чтобы отступить, как рассчитывал противник, Генри быстро шагнул вперед, лишая его пространства для маневра, и сильным ударом эфеса в челюсть отправил секретаря на пол.
Отлетев от удара в сторону, секретарь встряхнул головой, разгоняя туман пред глазами, и осторожно потрогал саднящую челюсть. Взглянув на окровавленные пальцы, он медленно слизнул с них собственную кровь и начал медленно подниматься.
Этот проклятый десантник все делал не так, но при этом на полу оказался он, секретарь совета лиги. В прошлом лучший фехтовальщик дворянского клуба, куда допускались только люди, имевшие безупречную родословную.
Бросив быстрый взгляд на откровенно смеющихся над ним людей, секретарь глубоко вдохнул и стремительным броском попытался достать Генри. Снизу, прямо от самого пола, его рапира метнулась в живот противника.
Моментально извернувшись, Генри размашистым ударом отвел клинок в сторону и обратным движением полоснул секретаря по груди. Отточенный до бритвенной остроты кончик рапиры распорол кожу, оставив длинный болезненный разрез, тут же набухший кровью.
Откатившись в сторону, секретарь коснулся рукой груди и неверящим взглядом посмотрел на собственную кровь. Этого просто не могло быть. Этот никчемный, ничего не умеющий головорез умудрился пролить первую кровь. Родовая гордость ударила секретарю в голову покрепче молодого вина, до которого секретарь был так охоч.
Вскочив на ноги, секретарь шагнул вперед и принялся наносить стремительные удары, совершенно не заботясь о защите. Впервые с начала дуэли в зале зазвенела сталь. Уйдя в глухую оборону, Генри даже не пытался атаковать, ловко парируя все уколы противника.
Задумчиво смотревший на это действо лорд Морган быстро подошел к генералу и, не отрывая взгляда от поединка, тихо спросил:
– Он когда-нибудь держал в руках рапиру?
– Не знаю. А что? – удивленно пожал плечами генерал.
– Такое впечатление, что он хорошо владеет рубящим оружием, а о рапире знает только в общих чертах, – быстро ответил лорд.
– С чего вы это взяли? – растерянно спросил генерал.
– Вижу, – коротко ответил Морган, – не забывайте, генерал, я все-таки дворянин, и со шпагой хорошо знаком.
– Будем надеяться, что он знает, что делает, – тяжело вздохнул генерал.
– Вот этого я и боюсь, – быстро ответил Морган. – Ваш капитан очень рискует. Если он применит какой-нибудь прием, не имеющий отношения к фехтованию, я вынужден буду остановить поединок. А это значит, что этот подонок сможет в очередной раз выйти сухим из воды.
– Ну, это вряд ли, – криво усмехнулся генерал.
– Что вы задумали? – настороженно спросил Морган.
– Ничего, – с невинным видом развел руками генерал.
– Ладно, будем надеяться, что ваш парень действительно знает, что делает, – чуть пожал плечами Морган, не отрываясь от поединка.
Звон стали в зале совета стоял такой, что все свидетели невольно морщились и прикрывали уши руками. В какой-то момент секретарь совета позволил себе раскрыться больше, чем требовалось, чем тут же воспользовался Генри, нанеся моментальный удар эфесом в грудь. Прямо в обильно кровоточащую рану.
Вскрикнув от резкой боли, секретарь отлетел к столу совета и, упав на него спиной, с трудом выпрямился. Переводя дыхание, он быстрым взглядом попытался оценить ущерб, который по его прикидкам должен был быть нанесен. Но то, что он увидел, ему совершенно не понравилось.
Белоснежная парадная рубашка экс-капитана свисала лохмотьями с широких плеч, но покрытая многочисленными шрамами кожа была целой. Нигде не было даже царапины. Секретарь совета растерялся. Этого не могло быть. Этого не должно было быть. Ведь он атаковал десантника с максимальной для себя скоростью. Так, как когда-то его учили самые лучшие учителя фехтования.
Но это было. И это было именно так. Быстро сорвав с плеч остатки рубашки, Генри небрежным жестом отбросил их в сторону. Все находившиеся в зале совета невольно ахнули, увидев огромное количество шрамов, покрывавших торс десантника.
– Господи, спаси и помилуй нас от такого! – пробормотал лорд Морган, истово перекрестившись.
– Что это с вами, лорд Морган? – спросил генерал, пряча улыбку.
– В жизни такого не видел, – растерянно проворчал Морган, кивая на Генри.
– А вы думали, что все рассказы о моих парнях это просто легенды?
– Во всяком случае, откровенно говоря, я считал их несколько преувеличенными, – отозвался Морган с некоторым смущением.
– Если хотите, то после окончания этого дела можете приехать к нам на базу и попросить любого из моих бойцов раздеться. Они все носят шрамы. Думаю, после этого ваш скепсис будет развеян.
– После сегодняшнего дня я готов поверить во все, что говорят о ваших бойцах, – мрачно отозвался Морган.
Тем временем поединщики сошлись вновь, и Моргану стало не до разговоров. На этот раз в атаку пошел Генри. Полностью игнорируя все каноны и правила, он раз за разом наносил противнику широкие резкие удары, словно собираясь рассечь его на части.
Взмахи рапиры превратились в сплошное размытое пятно стали, вырисовывавшее в воздухе свистящую горизонтальную восьмерку. Внимательно следивший за поединком Алекс моментально узнал старинный прием мечного боя, под романтическим названием «крылья бабочки».
Легкая рапира просто летала в руке бывшего спецназовца, быстро загоняя секретаря совета в угол. Он просто не знал, как остановить этот стальной знак бесконечности. Пару раз попытавшись принять удар рапиры на клинок, он с трудом удержал оружие в руке. Сила противника, помноженная на угловую скорость, чуть не лишила его оружия.
Мечась из стороны в сторону, секретарь лихорадочно искал выход из создавшегося положения. Медленно отступая, он сам загнал себя в угол, лишив свободы перемещения. Тем временем Генри, загнав противника в угол, одним резким движением остановил клинок и моментально нанес несколько быстрых уколов.
Два из них секретарь успел отбить. Следующий пронзил ему левое плечо. Не останавливаясь, Генри всадил клинок ему прямо в грудь. Громко охнув, секретарь выронил рапиру и, прижав ладони к груди, растерянно смотрел на вытекающую из под них кровь.
Пробив грудину, старинный клинок прошел рядом с сердцем мерзавца, отклонившись в сторону. Подвела гибкость лезвия. Рана была смертельной, но не настолько, чтобы противник умер сразу. Выдернув клинок из раны, Генри мрачно посмотрел на медленно оседающего секретаря и, повернувшись к членам совета, громко спросил:
– Господа члены совета, поединок окончен. Я жду вашего решения.
– Поединок был проведен по всем правилам и нарушений дуэльного кодекса не было, – громко ответил лорд Морган.
– Противник мертв. Я удовлетворен, – ответил ему Генри фразой из кодекса.
Устало опустив плечи, он медленно шагнул к генералу, когда сидевшие за столом лорды неожиданно хором вскрикнули и начали вскакивать на ноги. Моментально развернувшись, Генри вскинул рапиру, надеясь отвести удар, но смертельно раненный секретарь сделал то, чего никто не ожидал.
Собрав последние силы, он незаметно подобрал оброненное оружие и нанес удар снизу вверх, от самого пола. Войдя в брюшину слева, клинок пронзил тело Генри, выйдя из спины, над правой почкой. В зале совета повисла мертвая тишина. Это был подлый удар. В спину.
– Змея останется ядовитой до тех пор, пока не отсечешь ей голову, – громко проговорил экс-капитан и неожиданно взревел так, что у всех присутствовавших кровь застыла в жилах.
Одним резким движением вскинув легкий клинок, Генри нанес мощный рубящий удар по шее противника. Всю злость, всю ненависть, все силы своего бешеного сердца бывший десантник вложил в один-единственный удар.
Старинный клинок не подвел. Воздух взвыл, когда узкое, хищное лезвие стремительно метнулось вниз. Отсеченная голова секретаря с глухим стуком упала на паркет. Из гладкого разреза горла мощными толчками выплеснулась кровь, заливая все вокруг. Дернувшись в агонии, обезглавленное тело тяжело рухнуло на пол.
Медленно повернувшись, Генри нашел взглядом своих бойцов и, чуть улыбнувшись, хрипло попросил:
– Выдерните из меня этот вертел. Ходить мешает, – и медленно осел на пол.
Подскочившие к нему бойцы успели подхватить Генри на руки. Быстро уложив его на стол совета. Трясущимися руками включив коммуникатор, генерал потребовал немедленно привезти врача. Кто-то из подчиненных на том конце попытался доказать ему, что привезти врача быстро они не смогут. На что генерал пообещал лично разжаловать в рядовые и выгнать из бригады с позором любого, кто не сделает все возможное для исполнения приказа.
Как ни странно, но присутствие духа сохранил только старый лорд Морган. Шагнув к генералу, он крепко взял его за локоть и, решительно развернув к себе, твердо сказал:
– Не порите горячку, генерал. Здесь есть реанимационные танки. Один из них принадлежит лично мне, и он полностью в вашем распоряжении, вместе с его обслуживающим персоналом.
– Где он? – тут же ухватил за плечи лорда Алекс.
– Я покажу. Несите его за мной, – решительно ответил Морган.
Четверо бойцов осторожно подхватили Генри на руки и быстро понесли за ним. Не выдержав старческой скорости лорда, Алекс просто подхватил его на руки и, прорычав:
– Говори, куда бежать, – стремительно понесся по коридору.
Следом за ним громко топали бойцы, несущие Генри. Привычные ко всяким неожиданностям десантники умудрялись даже бежать в ногу, чтобы лишний раз не встряхнуть раненого. Лорд Морган только успевал давать указания, где куда сворачивать.
Увидевший эту странную процессию, один из распорядителей дворца кинулся наперерез несущимся десантникам, пытаясь остановить их. Не снижая скорости, Алекс просто врезался в него окованным сталью плечом, отбросив бедолагу в сторону с такой силой, что его просто впечатало в стену.
Влетев в госпитальный коридор, Алекс пронесся к указанной двери и, одним пинком снеся ее с петель, ворвался в кабинет, уставленный реанимационными танками.
– Третий с краю, – сказал Морган, ткнув пальцем в свою собственность.
Следом за несущими Генри бойцами в кабинет вбежали несколько врачей. Быстро поставив Моргана на ноги, Алекс, недолго думая, сгреб ближайшего эскулапа за шиворот и, приставив к его голове бластер, приказал:
– Включай третий танк.
Растерянно что-то заблеявший врач испуганно посмотрел на Моргана.
– Поторопитесь, доктор. Эти ребята не бросают слов на ветер. Включайте аппаратуру и срочно окажите помощь этому человеку. И учтите, ваша жизнь зависит от того, выживет ли он, – быстро сказал Морган, с опаской поглядывая на разъяренного Алекса.
Молча кивнув, врач быстро пробежал к указанному танку и принялся стремительно вводить общие параметры раненого. Через минуту дисплей ожил и выдал надпись с требованием загрузить раненого. Повернувшись к десантникам, врач мрачно посмотрел на торчавшую из живота Генри рапиру и, покачав головой, произнес:
– Нужно срочно извлечь из него эту штуку.
– Ну так чего вы стоите? – разозлился Морган. – Извлекайте.
Растерянно посмотрев на него, врач неуверенно взялся за рукоять. Примерившись, он попытался вытянуть ее, но сил явно не хватало. В ответ на его движение Генри тихо застонал.
– Отойди, – решительно отодвинул врача Алекс и, повернувшись к бойцам, скомандовал: – Держите его крепче. Зафиксируйте туловище.
Руки в стальных доспехах оплели тело экс-капитана, и Алекс, ухватив эфес, одним резким движением вырвал рапиру из тела. Хрипло вскрикнув, Генри выгнулся и обмяк. Бойцы тут же опустили тело в питательный раствор. Дав врачу зафиксировать на теле Генри все необходимые датчики, они решительно оттеснили врачей в сторону, принявшись самостоятельно раздевать раненого.
Убедившись, что процесс регенерации пошел, и жизни Генри уже ничто не угрожает, Алекс оставил у реанимационного танка двух бойцов, собрал все снятые с командира вещи и, повернувшись к Моргану, предложил:
– Сэр, позвольте, я доставлю вас в зал совета так же, как принес сюда.
– Не стоит, дружок, – весело усмехнулся Морган, – я, конечно, старик, но пройти такой путь своими ногами еще способен. Кроме того, я хотел бы поговорить с вами по дороге. Если, конечно, вы, юноша, не против.
– Если ваши вопросы не касаются службы, то я не против, – усмехнулся в ответ Алекс.
– Отлично, – радостно потер руки Морган и, сделав приглашающий жест, направился в коридор.
Выйдя из лаборатории, Алекс подстроился под неторопливый шаг попутчика и вопросительно посмотрел на Моргана.
– У меня к вам несколько не совсем обычных вопросов, молодой человек, – медленно начал Морган. – Первый. Скажите пожалуйста, вы женаты?
– Сейчас нет. Но дома меня ждет девушка, с которой мы собираемся пожениться. А что?
– С вашего разрешения я потом поясню вам суть своих вопросов. Итак, продолжим. Вы хорошо знаете своих офицеров?
– Конечно. Со многими из них я ходил на задания, – удивленно ответил Алекс.
– И все они имеют такое же количество шрамов, как ваш Генри?
– Многие. Поймите, сэр, шрамы, это далеко не все. Все наши офицеры, да, в общем-то, и все мы, носим шрамы не столько на теле, сколько в душе и в мозгах. У каждого из нас своя, как бы это правильно сказать? Фишка. Бзик, если хотите. У капитана прозвище Берсерк. У моего друга Говорун. Как только начинается заваруха, он начинает шевелить губами. Беззвучно. У одного нашего майора кличка Веселый Роджер. Он улыбается в бою. У меня Щелчок.
– А почему Щелчок? – удивленно спросил Морган.
– А я перед боем начинаю пальцами щелкать. Вот так, – Алекс сложил пальцы щепотью и ловко щелкнул средним пальцем по мякоти большого. Стальная перчатка отозвалась гулким звоном.
– И что в этом плохого? – пожал плечами Морган.
– Ничего, но эти бзики появляются не просто так. Это последствия тех психологических травм, которые нам пришлось перенести. А во всем остальном мы такие же люди, как и все остальные. Просто в чем-то более грамотные, а в чем-то неграмотные.
– Пожалуй, я бы сказал не приспособленные, – задумчиво ответил Морган. – Но меня сейчас больше интересует другое. Как много среди ваших бойцов людей семейных?
– Почти нет, – грустно усмехнулся Алекс.
– Как это? В смысле почему? – растерялся Морган.
– Наша служба не то дело, которое располагает людей к созданию семьи. Мы постоянно на боевом дежурстве. Карьера идет кое-как, жалованье не ахти, а пенсия так просто смех. Только чтобы с голоду не сдохнуть. Кому такие сокровища нужны? Любая нормальная женщина ищет человека, способного прокормить ее и детей, а не повод быстренько стать вдовой и остаться с грошами на руках.
– То есть, подводя итог всему сказанному, огромное количество молодых, здоровых мужчин, можно сказать, элитный генофонд лиги, находится в полном загоне? – развел руками Морган.
– Ну, если рассматривать эту проблему со стороны демографического состояния лиги, то так оно и есть, – усмехнулся в ответ Алекс.
– Я вынужден рассматривать именно так эту проблему, – мрачно отозвался Морган. – Недавно мне на стол попал отчет одного научно-исследовательского института. Так вот, наши демографы в полной панике. Люди стремительно вырождаются. Требуется приток свежей крови. Обновление генофонда. А у нас куча здоровых мужиков, вместо того чтобы обзаводиться семьями, пользуются услугами проституток и гибнут в каких-то непонятных войнах, о которых никто толком ничего не знает.
– Все верно, – усмехнулся в ответ Алекс.
– То есть, если значительно увеличить денежное содержание ваших бойцов и повысить им пенсии, то вопрос будет решен? – не унимался Морган.
– Этого мало, – тряхнул головой Алекс. – Нужен социальный пакет, программа адаптации к гражданской жизни, гарантии лиги, на случай гибели бойца, ну и тому подобные вещи. Я слабо в этом разбираюсь. Думаю, ваши аналитики под руководством нашего генерала смогут найти нужную комбинацию.
– Согласен. А для пробы я срочно вызову сюда свою внучку, – хитро прищурился Морган.
– Зачем? – не понял Алекс.
– Проблемы не обошли стороной и меня. Она семь лет была замужем за одним парнем из благородной семьи. Потом, во время нападения на караван пиратов, потеряла ребенка. Долго лечилась. Врачи сказали, что все ее репродуктивные способности восстановлены, но детей они так и не дождались.
Я настоял, чтобы ее муж тоже сходил к врачу. В итоге выяснилось, что проблема не в ней, а в нем. После развода она так и не смогла найти подходящего мужчину. Один импотент, другой извращенец. Одним словом, вырожденцы. Вот я и решил, пока ваша бригада тут хозяйничает, я под это дело и ее пристрою.
– А вам не кажется, что решать эту проблему подобным способом несколько цинично? – растерянно произнес Алекс.
– Что тут циничного? – откровенно удивился Морган, – приедет, посмотрит, пообщается. Глядишь, кто-то из ваших парней и придется ей по вкусу. Я же не предлагаю ей ложиться под всю бригаду.
– В любом случае, пока мы в этих железках, дальше разговоров дело не пойдет, – ответил Алекс, выразительно постучав себя пальцем по шлему.
– Господи! Да и не надо. Я просто хочу познакомить ее с нормальными, здоровыми мужиками, способными не только изящно чушь пороть, а еще и дело делать. У меня до сих пор перед глазами стоит довольное лицо Джесси Сталка, когда он гордо хвалился своими правнуками.
– Да уж, детки у нашего капитана получились, что надо. Крепкие, здоровые, настоящие сорванцы, – весело усмехнулся Алекс, вспомнив лихую компанию, с воплями носившуюся по всей бухте.
– Вот-вот, и я таких же хочу, – со вздохом ответил Морган.
– Вся проблема в том, что этот брак будет мезальянсом, – с усмешкой ответил Алекс, тщательно выговаривая незнакомое слово.
– Да плевать мне, чем оно будет, – решительно отмахнулся Морган. – В конце концов, чем я хуже Джесси?
– Ну, вы лорд, а он просто богатый человек, – задумчиво ответил Алекс.
– Скажу вам по секрету, дружище. Если любой, самый древний род как следует потрясти, то в самом его начале обязательно обнаружатся простолюдины. Это только кажется так, древний род, родословное древо. Чушь собачья. Любую, самую древнюю кровь периодически просто необходимо разбавлять свежей, здоровой кровью. Иначе род просто выродится. Это аксиома.
– А что на это скажут ее родители? – продолжал подливать масла в огонь Алекс.
– А кто их спрашивать-то будет, – недоуменно ответил Морган. – Как я скажу, так и будет. А попробуют тявкнуть, оставлю без наследства. Да я могу и еще проще сделать. Поселить ее на одной из своих планет и перебраться туда самому. Разделю все имущество пополам, и пусть они бултыхаются в этом болоте сами, а я буду правнуков воспитывать.
– Такое впечатление, что вы с мистером Сталком вместе это все планировали, – усмехнулся Алекс.
– К сожалению, нет, – вздохнул Морган, – из-за этих вечных заседаний я так и не выбрался посмотреть, как он устроился. Откровенно говоря, я ему немного завидую. Плюнул на все, отдал внучку за боевого офицера, дождался правнуков и умер спокойно, зная, что его дело будет продолжено. Я тоже так хочу.
– Ну, это уж вам решать, – усмехнулся в ответ Алекс.
За разговором они дошли до зала совета. Распахнув дверь зала, Алекс вежливо пропустил вперед Моргана и, войдя следом за ним, направился прямиком к генералу. Увидев их, Ванколлен развернулся и, решительно отодвинув наседавших на него лордов, направился к бывшему десантнику.
– Как там? – быстро спросил он, заглядывая Алексу в глаза.
– Жив. Состояние стабильное, по показаниям компьютера, полная регенерация закончится через полторы недели.
– Понятно, – мрачно кивнул генерал, – значит, дней через пять вылезет и снова начнет мотать мне нервы.
– Чем это? – удивленно спросил Алекс.
– Своими вечными недомолвками и выходками, – мрачно проворчал генерал.
– Если бы не его выходки, мы бы так и сидели на базе, ни черта не зная, – усмехнулся в ответ Алекс.
– А то я сам этого не знаю? – проворчал генерал.
– Тогда перестаньте ворчать попусту, и давайте займемся делом, – предложил Алекс.
– Ну, ты, сынок, сильно то не зарывайся, – растерянно отозвался генерал, – я понимаю, что теперь ты в отставке и командовать тобой мне не с руки, но я все еще командую этой бригадой, а значит…
– Генерал. Я отлично помню, кто командует бригадой, и все, что вы для нас сделали, но сейчас, вам просто требуется хорошая встряска. Вы слишком взволнованы.
– Что, так заметно? – недовольно проворчал генерал.
– Угу, – коротко кивнул Алекс.
– Ладно, может, ты и прав, – тяжело вздохнул Ванколлен и, повернувшись к одному из сопровождавших его офицеров, приказал: – Грузите этих подонков. Будем содержать их в одном из кораблей. На орбите.
– Это противоречит всем правилам содержания обвиняемых! – завопил бывший председатель совета.
Конвоировавшие арестованных десантники скрутили их и в полусогнутом состоянии поволокли к выходу. Не обращая внимания на крики и попытки сопротивления, десантники увезли их на космодром и, погрузив в боевые челноки, подняли на орбиту.
К тому времени все доставленные с астероида люди уже были переправлены на поверхность Терры, где ими занялись работники миграционной службы, под руководством офицеров спецназа. В течение трех суток все попавшие на Терру под охраной офицеров армии получили все необходимые документы и определенную сумму денег для первоначального обустройства.
Дождались своего часа и те, кого привезли с Грендаля много недель назад. Чиновники из миграционной службы не торопились с оказанием помощи бывшим рабам. Жаловаться на них людям, не имеющим никаких документов, и более того, давно уже считавшиеся погибшими, было некуда. Их никто не стал бы слушать.
Быстро разобравшись, что это за люди, офицеры спецназа продержали чиновников под стволами своих бластеров почти сутки, за которые работники службы могли покинуть свое рабочее место только на небольшой перерыв. Все возражения чиновников моментально пресекались ударами прикладов.
Только когда поток освобожденных схлынул, чиновникам позволили перевести дух. Попытки чиновников из департамента планетарной безопасности избавить миграционную службу от внезапно навалившейся работы, привели к тому, что их просто спустили с лестницы.
Разозленные нежеланием чиновников помочь людям вернуться к своим семьям, десантники наводили порядок самыми привычными для себя способами. Не принимая никаких объяснений и возражений, они просто выбивали из чиновников все необходимые документы.
За время пребывания десантников на Терре все так или иначе пострадавшие от действий пиратов люди получили все необходимые документы и компенсации. Не вдаваясь в подробности юридических дебрей, десантники просто ставили чиновников перед выбором: решенный вопрос или прикладом в морду.
Все это безобразие закончилось тем, что простые граждане Терры начали обращаться к первым попавшимся десантникам по всем вопросам подряд. Узнавший об этом генерал Ванколлен тут же приказал организовать центр по оказанию помощи населению, куда могли обратиться все желающие.
Пользуясь случаем и неразберихой в совете, генерал выдал негласное распоряжение, провести в рядах полиции и сил планетарной безопасности большую чистку. Десантники брали под арест любого чиновника, на которого находился хоть какой-то материал. Заодно вычищалось и планетарное дно.
Торговцы дурью, сутенеры, рэкетиры, воры, убийцы, весь цвет криминального мира был выметен в течение одной недели. Не маясь особыми моральными терзаниями, спецназовцы пускали в ход оружие при первой же попытке сопротивления.
Спустя неделю два трофейных транспорта были полностью забиты арестованными бандитами и проворовавшимися чиновниками. Выделенные генералом двадцать офицеров несколько дней подряд проводили проверку всех собранных материалов.
Наконец, арестованных рассортировали на две группы. По тяжести их преступлений. Проворовавшиеся чиновники и преступники всех мастей были собраны на одном корабле, а люди, оказавшиеся под арестом из-за собственной глупости или недомыслия, на другом. В первом же транспорте оказались и бывшие члены совета лиги.
Планетарный суд Терры лихорадочно готовился к рассмотрению огромного количества дел, когда на дальней орбите неожиданно прогремел мощный взрыв. Корабль, временно превращенный в тюрьму для задержанных, вспыхнул огненным шаром.
По чистой случайности это оказался именно тот корабль, на котором содержались люди, совершившие тяжкие преступления. В тот же день все СМИ Терры разразились настоящей истерикой. Срочно строились предположения, высказывались самые различные догадки, но официальная версия оказалась самой простой.
Устроивший официальную пресс-конференцию генерал со спокойным и непробиваемым видом поведал на всю лигу, что была совершена попытка угона корабля, но предвидевшие подобное развитие событий спецназовцы оборудовали корабль специальным устройством, которое приводило в действие неизвлекаемую мину, расположенную непосредственно в ходовой рубке.
По замыслу военных, установленная мина должна была послужить захватчикам вполне логичным и неоднозначным предупреждением, что пытаться угнать корабль не стоит. Вполне очевидно, что запустившие двигатели угонщики не вняли этому предупреждению, за что и поплатились.
Единственное, что в этой истории действительно огорчает генерала, так это гибель шести его бойцов, несших боевую вахту на этом корабле. Как и каким образом арестованным удалось попасть в ходовую рубку, остается загадкой, разгадать которую теперь не представляется возможным.
На просьбу репортеров назвать имена погибших бойцов, генерал ответил категорическим отказом, сославшись на то, что его парни погибли во время проведения спецоперации, подробности которой разглашению не подлежат.
Сообразив, что военные в очередной раз провели их, репортеры предприняли попытку провести свое расследование, но, натолкнувшись на глухое молчание десантников, вынуждены были отступить.

Не оправдав надежд генерала, Генри покинул реанимационный танк только на десятый день после своего ранения. В очередной раз отплевавшись от питательного раствора и отмыв его с тела, Генри связался со своими парнями, потребовав немедленно принести его одежду.
Дружной гурьбой ввалившись в госпитальный коридор дворца, десантники приветствовали появление голого как Адам экс-капитана дружными криками, перепугав до икоты весь обслуживающий персонал. Пришедший вместе с ними лорд Морган наблюдал за этим действом с огромным интересом.
Заметив его среди закованных в сталь десантников, Генри удивленно покрутил головой и, хмыкнув что-то неопределенное, принялся одеваться. Вместо испорченной во время дуэли рубашки неожиданно обнаружилась совершенно неуставная, шелковая, похожая по фасону.
Удивленно покрутив ее в руках, Генри вопросительно посмотрел на друзей:
– Это что за ерунда? Неужели генерал пожалел одной рубашки со склада? – проворчал он, недовольно сморщившись.
– Простите, Генри, – выступил вперед Морган, – откровенно говоря, генерал здесь совершенно ни при чем. Это я позволил себе такую вольность и приказал купить вам похожую по фасону рубашку.
– Спасибо, конечно, но зачем? – удивленно пожал плечами Генри.
– Скажем так, – с лукавой ухмылкой ответил Морган, – в знак моего уважения к вашему мужеству.
– Простите, сэр, но о каком мужестве идет речь? – растерянно спросил совершенно сбитый с толку Генри.
– Я говорю о вашем совершенном неумении владеть шпагой, – улыбнулся Морган. – Я заметил, что вы неплохо владеете рубящим оружием, но с колющим знакомы только поверхностно.
– С чего вы это взяли? – насупился Генри.
– Я дворянин, – просто ответил старый лорд. – Кроме того, вы и сами очень красноречиво подтвердили мое предположение, снеся голову этому подонку одним ударом.
– Этого я уже не помню, – ответил Генри, разом помрачнев.
– Ну, это и не удивительно, – пожал плечами Морган. – Я говорил со своим врачом, под наблюдением которого вы находились. Обычно после такого ранения не выживают.
Даже притом, что раненый оказался в реанимационном танке в первые же пять минут. Слишком велики были причиненные повреждения. Очень много внутренних органов было пробито клинком.
– Я ничего не помню не поэтому, – тихо отозвался Генри, натягивая подаренную рубашку. – Просто я в очередной раз впал в ярость. Давненько со мной такого не случалось.
– Но это вполне естественно, – развел руками Морган.
– Вы не все знаете, сэр, – вежливо ответил Генри. – Мое боевое прозвище Берсерк. Знаете, что это такое?
Классическое образование старого лорда оказалось на высоте. Удивленно посмотрев на Генри, он растерянно пробормотал:
– Вы хотите сказать, что можете впадать в такое состояние?
– Да, – устало кивнул головой Генри. – Бешеный выброс адреналина, полное отключение сознания и чистая, незамутненная ярость во всем блеске ее проявления. Дикое рычание, безумный взгляд и полное нежелание организма умирать. В таком состоянии я, можно сказать, неуязвим.
– Вы просто феноменальны, капитан, – растерянно проворчал Морган.
– Только не говорите мне, что это подлежит срочному и тщательному изучению, иначе я опять взбешусь, – криво усмехнулся Генри.
– Даже не собираюсь, – замахал руками Морган. – У меня для вас совершенно другое предложение.
– Вот как? – удивленно сказал Генри, бросив быстрый взгляд на стоящих рядом друзей.
– Да. Я хочу предложить вам работу. Вам и всей вашей команде.
– В таком случае я предлагаю пойти куда-нибудь и перекусить, – ответил Генри. – После этого аквариума у меня в желудке пусто, как в кармане у горького пьяницы.
– Конечно, – с готовностью ответил Морган, – я приглашаю вас в лучший ресторан Терры. Уж хороший обед вы точно заслужили.
– Мы вам очень признательны, сэр, но работа в этих скафандрах накладывает ограничения не только на личную жизнь, но и на режим питания, – грустно улыбнулся в ответ Алекс.
– Сделаем так, – решительно произнес Генри. – Вы, ребята, отправляетесь на «Задиру» и скидываете костюмчики. Зак вам поможет. А мы с вами, сэр, сейчас найдем любой достаточно приличный ресторан, в котором перекусим и поговорим о делах. Ну, а уж вечером, если ваше предложение останется в силе, можно будет и в ресторан сходить.
– Независимо от итога нашего разговора, мое предложение останется в силе, – решительно ответил Морган, – но с небольшим дополнением. Через три часа прилетает моя внучка. Если вы не против, она придет вместе со мной.
– Мужчина не может быть против общества красивой женщины просто по определению, – галантно произнес Генри.
– Черт возьми, ну наконец-то я оказался в обществе настоящих мужчин, – рассмеялся Морган, тряхнув в воздухе кулаком от избытка чувств.
Рассмеявшись, десантники отправились приводить себя в порядок и готовиться к вечернему рауту. Выйдя из дворца совета, Морган вызвал свой глидер и решительно приказал водителю ехать к ресторану «Империал».
– Так о чем вы хотели поговорить со мной, сэр? – спросил Моргана экс-капитан.
– Я долго думал, как суметь навести порядок на своей планете и при этом обеспечить постоянную безопасность моей семьи. Пример Джесси стал лучшим из того, что я смог найти, – задумчиво ответил Морган.
– Я не совсем вас понимаю, – пожал плечами Генри. – В чем заключается работа, о которой вы говорили?
– Расскажите, как вам удалось вычистить планету Сталка, – попросил Морган.
– Это длинная история, к тому же не очень приятная, – пожал плечами Генри.
– Что вы имеете в виду, говоря «не очень приятная»? – не унимался Морган.
– Мне пришлось пойти не просто на применение силы, а на физическое уничтожение всех глав мафиозных кланов. Единственное, что оправдывает мои действия, так это их попытка уничтожить меня.
– То есть вы просто опередили их?
– Именно.
– Отлично. Просто все дело в том, что я очень хочу повторить успешный опыт моего старого друга и выдать внучку за одного из ваших бойцов. Поселить их на своей родовой планете и, отдав ему в руки всю планетарную безопасность, спокойно воспитывать правнуков.
– Похоже, в определенном возрасте это мечта становится навязчивой для всех серьезных мужчин, – усмехнулся Генри.
– Вас это удивляет?
– Нет. Я прекрасно помню, как Джесси радовался, получив первого правнука, – вздохнул Генри.
– Вот и я хочу такой же простой, человеческой радости. Вы даже представить себе не можете, Генри, как мне надоели все эти насквозь фальшивые друзья, двуличные знакомые и весь их бесконечный снобизм, – грустно сказал Морган.
– И вы готовы переступить через все социальные нормы и предрассудки? – удивленно спросил Генри. – Ведь этот брак будет обречен на гонение. Вы и ваша внучка готовы к тому, что вас подвергнут остракизму?
– Господи, Генри, – всплеснул руками старик, – ну какое гонение? Какой остракизм? Кому гонять? Этой кучке снобов и извращенцев, не способных даже детей бабе сделать? Пусто только попробуют, – решительно пристукнул он кулаком по креслу, – по уши в землю вобью.
– Ну, всех не вобьете, – махнул рукой Генри. – Общественное восприятие очень сильно влияет на семейный климат. Поверьте, я это знаю. В первые два года нам было очень тяжело. Все закончилось тем, что моя жена с головой ушла в заботы о детях, оставив так называемое общество. Пока был жив старик, они просто боялись выступать, а теперь, боюсь, мне придется кое-кому пощупать на прочность физиономию.
– Ну, по закону, планета перешла в полное ваше владение, так что, кому не нравится, может выметаться, – хитро прищурился Морган.
– Вы правы. Пожалуй, придется так и сделать, – задумчиво кивнул Генри.
– Вот я и хочу обеспечить себе спокойную старость и позаботиться о внучке, – продолжил свою линию Морган. – Скажу вам по секрету, Генри, вся эта братия давно уже начала вырождаться. Даже в поколении моих детей нет достаточно сильных людей. У всех у них по одному, максимум по двое детей. А уж те и вообще бесполезны. Пресыщенность, вседозволенность и повальное увлечение модными наркотиками привели к тому, что детей просто стало некому делать.
– Как это? – растерялся Генри.
– А вот так. Они просто не способны на такое простое дело, как зачатие.
– При всем уважении, сэр, я просто не могу в это поверить, – проворчал Генри, глядя на старика растерянным взглядом.
– Как ни прискорбно это признавать, но это правда, – тяжело вздохнул Морган. – Как, по-вашему, почему старый лис Джесси так и не стал лордом? При его деньгах и связях купить себе титул раз плюнуть. Скажу больше, ему это предлагали. И знаете, что он ответил?
– Понятия не имею, – пожал плечами Генри.
– Послал их всех подальше. Он заявил им прямо в глаза, что не собирается становиться снобом и отдавать свою единственную внучку за какого-нибудь извращенца. Добавив, что ему нужны здоровые правнуки, которые смогли бы продолжить его дело. Каково, а?
– Да уж, неожиданно, – усмехнулся Генри, – хотя, зная старика, я, в общем-то, не удивлен. Он всегда умел быть резким.
– Дело не в резкости и не в упрямстве. Старый лис был умен как черт. Нужно отдать ему должное, он умел предвидеть ситуацию.
– Не всегда, – рассмеялся Генри. – В ситуации с моим и Натали знакомством он промахнулся.
– Как это? – не поверил Морган.
– Он сам признался, что был в ярости, узнав о чувствах внучки ко мне.
– Ну, это нормально, – махнул рукой Морган, – как и любой другой сумасшедший дед, он считал, что его внучка достойна только самого лучшего. Но, судя по всему, Натали оказалась мудрее него, выбрав вас.
Глидер подрулил ко входу в роскошное заведение и, сбросив скорость, плавно остановился. Выйдя на улицу, Морган решительно зашагал прямо вовнутрь ресторана, не обращая внимания на суетливо кланявшуюся обслугу. Усевшись за отдельно стоявший столик, он повернулся к Генри и с улыбкой предложил:
– Заказывайте все, что захотите. Это мой ресторан, – и повернувшись к подскочившему метрдотелю, сказал: – Мне, как обычно.
Со вздохом сожаления Генри попросил принести ему молочный коктейль с большим количеством сахара. Заметив растерянный взгляд Моргана, он с мрачным видом развел руками:
– После реанимационного танка мне ничего другого нельзя. Такой диеты я буду вынужден придерживаться еще неделю.
– Господи, как же вы все это выдерживаете? – растерянно спросил Морган.
– А куда деваться? – пожал плечами Генри. – Так чего же вы хотите от меня?
– Я хочу нанять всю вашу команду для очистки моей планеты от криминала, – решительно ответил Морган.
– Понятно, – тяжело вздохнул Генри.
– К кому же еще обращаться, как не к человеку, однажды уже сделавшему такое? – развел руками Морган.
– Это, конечно, верно. Но все дело в том, что в моем случае мне помогал мой друг и начальник службы безопасности корпорации, постоянно живший на планете. Если бы не он, мне пришлось бы тяжко.
– Начальник моей службы безопасности тоже постоянно живет на планете, и окажет вам всяческое содействие.
– Думаю, вам лучше поступить по-другому, – задумчиво ответил Генри. – Узнайте у генерала, кто из ребят собирается выходить в отставку, и наймите на работу сразу несколько человек. Это будет команда. Все рядовые и офицеры бригады хорошо знают друг друга и не раз бывали вместе на различных заданиях. Эта группа и станет вашей ударной бригадой. А если вы еще и позволите им поселиться на вашей планете постоянно, передав им землю в собственность, то получите самую настоящую группу быстрого реагирования, которая будет решать все вопросы с криминалом.
– Судя по всему, именно на таком принципе построена ваша группа? – тут же спросил старик.
– Да. Сталк подарил мне в собственность бухту на Оливере-три, а я поселил там всех своих друзей. Так и получилось, что и мы, и дети, и старик живем в отдалении от всех поселений, но при этом бухта самое безопасное место на всей планете.
– А вы могли бы порекомендовать кого-то из тех, кого сами хорошо знаете? – спросил Морган.
– Я не знаю, кто из них собирается покинуть службу, – ответил Генри.
– Ну, это я узнаю, – махнул рукой Морган.
– Тогда давайте сделаем так. Вы узнаете, кто выходит в отставку, а я постараюсь их правильно охарактеризовать, – предложил Генри.
– По рукам, – улыбнулся в ответ Морган.
Обед прошел в разговорах на общие темы. Покончив с едой, они снова сели в глидер и вернулись во дворец совета. Уже в холле их встретил усталый и раздраженный генерал.
– Где тебя носит, Генри? Что за манера исчезать в самый неподходящий момент? – набросился на Генри генерал.
– Простите, но это моя вина, – выступил вперед Морган, – я похитил его прямо из госпитального комплекса. Мы просто съездили пообедать.
– Только вылез? – спросил генерал, кивнув в ответ головой.
– Два часа назад, – ответил Генри.
– Как себя чувствуешь?
– Откровенно говоря, как старая развалина, – скривившись, признался Генри.
– Возраст, старина, – вздохнул генерал, – пожелания есть?
– Домой хочу.
– Потерпишь. Ты мне еще нужен, – не терпящим возражения тоном ответил генерал.
– Зачем? Мы же вроде все закончили, – удивленно ответил Генри.
– Еще не все, – устало покачал головой генерал, – всплывает много непонятного.
– Чего именно?
– Их связи, финансовые потоки, в общем, нужно подчищать хвосты.
– Ну, для этого есть служба безопасности и полиция. Не будем же мы за них все делать? – откровенно возмутился Генри.
– Эти уроды будут работать только в том случае, если над ними с дубиной стоять, – отмахнулся генерал.
– Тогда зачем они вообще нужны? – пожал плечами Генри.
– Ты, похоже, совсем работать не хочешь, – недовольно проворчал генерал.
– Генерал, это не наше дело. Мы ликвидировали основную угрозу, избавили лигу от очередной войны, а с остальным пусть разбираются силы планетарной безопасности. Давайте перекинем им все наши наработки и возьмем на себя функцию контроля. Не выполнят, сядут за решетку сами.
– А где ты раньше был, такой умный? – усмехнулся в ответ генерал.
– Пытался не сдохнуть, – усмехнулся в ответ Генри.
– Не обижайся, – извинился генерал, – просто я от всех этих дел так устал, что сам уже не знаю, что говорю.
– Тем более пора заканчивать, – решительно ответил Генри.
Взглянув на часы, Морган извинился и, оставив их препираться дальше, быстро направился к выходу. Удивленно посмотрев ему вслед, генерал недоуменно спросил:
– Куда это он помчался?
– В космопорт. Внучку встречать, – ответил Генри.
– Вот только баб мне тут и не хватало, – проворчал генерал, – и так вся бригада на слюну изошла. Парни совсем озверели в своих железках.
– Не сомневаюсь, – усмехнулся Генри, – я своих уже отправил раздеваться.
– Не поторопился?
– Не думаю, что кто-то решится напасть на меня, когда на планете целая бригада головорезов. Тем более что вы уже успели хорошенько зачистить дно.
– Аналитик, блин, – с усмешкой проворчал генерал.
– Я вполне серьезно говорю, генерал. Нам пора убираться отсюда, – решительно сказал Генри.
– Да знаю, я. Знаю, – устало отозвался генерал, – просто после всего, что мы тут наворотили, мне все это бросать жалко.
Сейчас момент такой, когда можно выжать из совета все, что душе угодно, а дашь им опомниться, так снова начнут бюджет урезать.
– Ну, это вряд ли, – покачал головой Генри. – Они там не полные идиоты и прекрасно понимают, не будет нас, не станет и их. Особенно после этого заговора.
– Ну, посмотрим, – задумчиво отозвался генерал, – покрутимся тут еще пару дней, а там видно будет. Может, ты и прав.
– Мне вот интересно, все спецназовцы такие куркули, или только мы с вами, – неожиданно рассмеялся Генри.
– О чем это ты? – не понял генерал.
– Только и смотрим, где бы чего прихватить и в кубышку сунуть.
– Ну, я-то понятно, в какую кубышку складываю, а ты? – растерянно спросил генерал.
– Вы в бригаду, а я в свою группу, – пожал плечами Генри, – по принципу, в хозяйстве все пригодится.
– Только не говори мне, что успел пару криогенных камер спереть, пока людей вывозили, – сказал генерал, подозрительно покосившись на бывшего подчиненного.
– Три штуки, – с нескрываемой гордостью ответил Генри.
– Вот уж точно куркуль, – рассмеялся в ответ генерал. – Чем планируешь заняться?
– Сейчас съезжу на «Задиру», поработаю на тренажерах, а вечером я приглашен на ужин.
– И кто же это тебя пригласил? – насторожился генерал.
– Наш старый знакомый, лорд Морган, – пожал плечами Генри.
– Так, – задумчиво проворчал генерал, – если сопоставить приезд его внучки, твое приглашение на ужин и его усиленный к тебе интерес, то возникает вполне законный вопрос. Ты решил обзавестись гаремом?
– Вот уж чего мне и даром не надо, так это гарема, – рассмеялся в ответ Генри, – одной ревнивицы за глаза хватает, а если их сразу две будет, так проще сразу повеситься.
– Это точно, – усмехнулся в ответ генерал.
– Один вопрос, генерал. Кто из наших парней собирается выходить в отставку?
– На сегодняшний день только Веселый Роджер и его тройка. А с чего вдруг такой интерес?
– Надеюсь, удерживать их вы не собираетесь?
– Надо бы, да боюсь, не получится, – скривился генерал. – Похоже, наш улыбчивый друг уже на грани.
– Тогда не удерживайте их. Скажу вам по секрету, Морган решил повторить опыт старика Сталка. Хочет выдать внучку замуж за одного из наших бойцов и с его помощью решить вопрос с криминалом на собственной планете. Понимаете, к чему я клоню?
– Похоже, ты стал законодателем моды, – иронично усмехнулся генерал.
– Какой моды? – не понял Генри.
– На наших парней. Меня уже второй день достают несколько девиц из благородных семейств просьбами познакомить их с кем-нибудь из моих офицеров.
– Так это же здорово! Чем не повод заставить благородных лордов прибавить нашим парням пенсии?
– Нет, ты точно решил сводником заделаться, – рассмеялся генерал.
– Это очень хорошая возможность надавать по рукам межпланетному криминалу. Наши парни начинают контролировать службу планетарной безопасности и постепенно наводят порядок. А бригада поддерживает их в случае необходимости.
– Было бы здорово, так ведь эти кошки не замуж за них рвутся, – махнул рукой генерал.
– Лиха беда начало, – усмехнулся в ответ Генри. – Молитвами лорда Моргана наших ветеранов будут расхватывать, как горячие пирожки. Особенно если нам удастся привести в чувство серьезные криминальные кланы.
– В таком случае всех ветеранов я буду направлять на инструктаж к тебе, – ехидно отозвался генерал.
– Согласен, – рассмеялся Генри.
– Пошли в кабинет, там поговорим, – с усмешкой сказал генерал, направляясь в сторону зала совета.
– Вам во дворце уже и кабинет выделили? – удивился Генри.
– Морган настоял, – нехотя ответил генерал.
Пойдя в выделенный генералу кабинет, ветераны расселись за массивным старинным столом, и генерал вызвал своего адъютанта. Тот появился в кабинете так, словно просочился сквозь стену.
– Неси сюда свой волшебный ящичек от старика, – сказал ему генерал, и адъютант, понятливо кивнув, исчез, чтобы вновь появиться в кабинете спустя несколько минут.
Ловко расставив на столе поднос с кофе и лимоном, он осторожно водрузил на столешницу деревянный ящик и, откинув боковую стенку, расставил бокалы. Затем, достав оттуда же бутылку бренди, разлил напиток по бокалам.
Достав из ящика коробку сигар, генерал взял бокал и, посмотрев на Генри, тихо сказал:
– Давай выпьем с тобой, старина, за то, что у нас все получилось.
– С удовольствием, – улыбнулся в ответ Генри, медленно раскуривая сигару.
Глотнув бренди, он удивленно посмотрел на генерала.
– Что? Знакомый напиток? – усмехнулся тот в ответ.
– И даже очень, – грустно ответил Генри.
– Последний подарок старика, – вздохнул генерал, – коробка сигар и ящик роскошного бренди.
– А ведь это знаковый подарок, генерал, – грустно улыбнулся Генри, – в самом начале нашего знакомства старик сказал мне, что угощает таким образом только тех, кто ему симпатичен. А еще лучше друзей.
– Я не знал, – тихо отозвался генерал. – Жаль. Хороший был старик.
– Он был настоящий, – ответил Генри. – Старик, инвалид, а характер, как кремень. Даже в своем кресле не мог больше трех минут на месте посидеть. Вечно крутился на нем туда-сюда, словно расхаживал. Никогда не забуду, как он пытался с ребятами в догонялки играть.
Неожиданно для себя генерал заметил предательски блеснувшие глаза Генри. Помолчав, он тихо спросил:
– Похоже, ты успел привязаться к нему?
– Кроме жены и детей, у меня больше никого нет. Он нам обоим сумел каким-то непостижимым образом заменить отцов. Даже мне. Про себя я называл его Джесси Большое Сердце. Знаете, он по-настоящему обрадовался, когда узнал, что мои парни решили поселиться в бухте. Даже взял на себя расходы по постройке домов. Он умел быть щедрым, хотя частенько сам себя называл жадным.
– Ты так и не рассказал мне, как было на Грендале, – неожиданно сменил тему генерал.
– Как и должно было быть. Грязно, кроваво, жестоко.
– Поясни.
– Что тут пояснять? – пожал плечами Генри. – Высадились на маяк. Уничтожили яхту. Уничтожили всех пилотов. И начали убивать все живое, что попадалось на пути, начиная от взрослых особей и заканчивая яйцами.
– Вы уничтожали их кладки? – мрачно спросил генерал.
– Да. Не забывайте, генерал. У них была моя жена. И я готов был уничтожить не только несколько кладок, а даже выжечь всю планету.
– Я прекрасно помню, с чего все началось. Но все дело в том, что Грендаль прислал через дежурный эсминец просьбу о переговорах. Что это значит, я не знаю, но они хотят говорить с мягкотелым, заставившим их уступить. То есть с тобой.
– Мне только послом на Грендале осталось стать, – криво усмехнулся Генри.
– Надо будет, станешь, – категорично ответил генерал.
– Черта с два, – вскинулся Генри. – Я этих людоедов видеть не могу. И потом, для этого есть целый департамент, вот пусть и развлекаются.
– Им не нужны простые дипломаты. Им нужен ты, – мрачно отозвался генерал.
– И какого черта им нужно? – ответил Генри таким тоном, что генерал вздрогнул.
– Хотят пересмотреть свои отношения с лигой.
– А при чем тут я? Этот вопрос решает совет лиги, а не один пенсионер.
– Не прибедняйся, – криво усмехнулся генерал, – мне бы с полсотни таких пенсионеров, и можно было бы всю лигу до зеркального блеска отчистить.
– Устал я, командир. Правда. Башка вон вся седая уже. Да и силы уже не те. Лет десять назад я после такого ранения вылез бы из танка дней через пять, а теперь только через полторы недели очухался.
– Знаю, дружище, – тихо вздохнул генерал. – Все знаю. Но департамент внешних сношений требует твоего присутствия.
– Ну и пусть себе требует, – пожал плечами Генри, – я на пенсии. Всё. Точка.
– Без тебя их даже не планету не пустят.
– Что, так и сказали?
– Так и сказали.
– Ну, так им же хуже. Значит, вообще никаких переговоров не будет.
– Хотя бы встреться с этими индюками.
– Зачем? Уж если я имею наглость отказать вам, то их я просто с лестницы спущу.
– По крайней мере, они отстанут от меня.
– А какое отношение к этому имеете вы? Это была спасательная операция. Я действовал на свой страх и риск. И вообще, я в отставке. Какого черта я должен лезть в это дело?
– Вот им это и объяснишь. Откровенно говоря, я и сам не все знаю. Ты же отлично знаешь наших дипломатов, они будут долго молчать, прежде чем ничего не скажут. Они ввалились в этот кабинет вчетвером и почти час канифолили мне мозги, напирая на то, что затронуты интересы лиги, и твое присутствие крайне важно. Я честно пытался объяснить им, что ты давно уже свободный человек и приказывать тебе я не имею никакого права. Все закончилось тем, что они просто выжали из меня обещание поговорить с тобой. Что я и делаю.
– Отлично. Можете с чистой душой сообщить им, что меня это не интересует, и в ближайшие дни я улетаю домой. Мне все это надоело до смерти. Я соскучился по жене и детям, и времена, когда я мотался по всем галактикам лиги, давно миновали.
– Ты решительно настроен на отказ? – осторожно спросил генерал.
– Вам-то что за дело до всего этого? – ответил Генри вопросом на вопрос, понимая, что старый хитрец ничего не делает просто так.
– М-да. Плохо долго иметь дело с одними и теми же людьми, – усмехнулся генерал. – Ты меня уже с полуслова просчитываешь. Есть интерес. И должен признаться, серьезный. Грендаль не та планета, на которую можно махнуть рукой. Это прирожденные солдаты. Пираты это давно поняли, а мы все ушами хлопаем. Мне нужен человек, который мог бы оказаться в самой гуще этих переговоров. Я должен знать, о чем наши индюки с ними договорятся.
– Ну, так отправьте с ними десяток бойцов со спецоборудованием, – пожал плечами Генри.
– Да пойми ты, упрямая башка, без тебя этих переговоров вообще не будет.
– Вот и слава богу. Этих зверей нельзя выпускать в космос. Это просто опасно.
– Чем? Мотивируй, – решительно потребовал генерал.
– Выбравшись в космос, они расползутся по разным планетам и, быстренько освоившись, начнут плодиться. Даже сейчас у них встала серьезная проблема перенаселения. Надеясь на скорую экспансию, они сохраняли все яйца. Я видел кладки. Они очень большие. Это значит, что они имели постоянный и серьезный источник питания.
– И я даже догадываюсь, какой, – мрачно кивнул генерал.
– Вот именно, – кивнул Генри. – Сейчас на Грендале бегают сотни детенышей, которых нужно чем-то кормить. Мы лишили их постоянных поставок мяса, и появилась серьезная угроза голода. Все эти переговоры, не более чем попытка избавиться от большого количества взрослых особей. Они начнут наниматься в частную охрану, селиться на разных планетах, и очень скоро мы получим очень серьезную угрозу не только безопасности, а самого существования лиги. Население этих планет будет просто съедено или порабощено. Выход только один. Полностью блокировать планету и не давать им вылезти в космос.
– Все логично, – задумчиво отозвался генерал, – но с чего ты взял, что им грозит голод?
– Я знаю их систему хозяйствования. Еще в те времена, когда я болтался по их планете, добывая информацию, серьезного сельского хозяйства у них не было. Каждый клан кормил себя сам.
– Ты уверен, что кладки действительно были большими?
– Да. Они действительно были большими. Это-то меня и толкнуло на то, чтобы устроить эту бойню.
– Странно. Насколько нам известно, каждая самка откладывает не больше трех яиц за всю жизнь. И вдруг большие кладки. Странно.
– Ну, учитывая их крепкие связи с пиратами, они вполне могли найти какое-то средство, стимулирующее размножение.
– Возможно, но не обоснованно, – ответил генерал.
– Я не собираюсь больше ничего обосновывать и никуда ехать тоже. Я отправляюсь домой.
– Ты офицер внешней разведки… – начал было генерал.
– Положить документы на стол? – с усмешкой спросил Генри.
– В этом случае ты лишишься не только оружия, которое нахапал у меня на складе, но и своей «Задиры».
– Я покупаю яхту. Назовите цену, – жестко ответил Генри. – Я никому не позволю себя шантажировать.
– Черт, а ведь ты и вправду готов положить документы на стол, – растерянно проворчал генерал.
– Вы не ответили на вопрос, генерал, – зло отозвался Генри.
– Прости, старина, – примирительно ответил генерал, – просто меня действительно волнует эта чертова планета.
– Я ответил на все ваши вопросы, генерал, – мрачно сказал Генри. – На Грендаль я не полечу.
– Хорошо. Встретишься с этими индюками из департамента и можешь лететь домой, – вздохнул генерал.
– Я ни с кем не собираюсь встречаться. Могу составить официальный доклад. Никого уговаривать и убеждать я не собираюсь.
– Все-таки завелся, – покачал головой генерал. – Зря ты так. Я не хотел ссориться.
– Я тоже, но шантажа от вас никак не ожидал. Вернувшись, домой, я действительно выкуплю «Задиру» и переоборудую ее по-своему.
– А я думал, ты давно уже это сделал, – удивился генерал.
– Я сделал из нее боевую машину. Для решения вполне определенных задач.
– А что будет теперь?
– Переделаю жилые каюты и сделаю из нее прогулочную яхту, с набором серьезного оружия.
– Тогда можешь начинать. Яхта изначально была проведена как списанная и переданная тебе в собственность. Похоже, ты даже в документы не заглядывал.
– Зачем? – пожал плечами Генри. – Мне хватало личных кодов.
– Дурень упрямый, – грустно усмехнулся генерал, – неужели ты и вправду решил, что я позволю себе так оскорбить своего лучшего офицера?
– Не знал, что я лучший, – смущенно ответил Генри.
– А почему я тогда терплю все твои выходки столько лет подряд? Как ни крути, а ты всегда был лучшим. Даже несмотря на свой упрямый, несносный характер.
– А может, именно благодаря ему я и стал лучшим? – усмехнулся Генри.
– Да черт тебя разберет, осел упрямый, – махнул рукой генерал. – Когда в гости-то позовешь? Хоть посмотрю, как ты там устроился.
– Так полетели прямо отсюда. Свяжитесь с супругой, пусть вылетает сама, а вы с нами, на «Задире». Отдохнете, в море побултыхаетесь.
– Не искушай, змей, – рассмеялся генерал, – соглашусь ведь.
– Так соглашайтесь. Ребята бойцов и сами выведут. А вам отпуск совсем не помешает.
– Уболтал, черт языкастый, вернемся на базу, возьму отпуск и приеду, – махнул рукой генерал.
– Отлично! – радостно подскочил Генри. – На рыбалку съездим, с семьей познакомлю, на маленьких гердов посмотрите, в казино сходим.
– Все, все, согласен, – замахал руками генерал, – беру отпуск и еду.
– Вы обещали, – поймал его на слове Генри.
– Обещал, – кивнул генерал.
Взглянув на часы, Генри поднялся, собираясь, как и планировал, отправиться на яхту. Но в этот момент дверь распахнулась, и на пороге объявились несколько строго одетых господ, которые яростно и напористо требовали от адъютанта немедленной встречи с генералом.
Удивленно посмотрев на своего начальника, Генри развернулся и шагнул вперед. Набрав полную грудь воздуха, экс-капитан рявкнул так, что рвавшихся в кабинет посетителей просто снесло в сторону:
– В чем дело?
Привычный к подобным командам адъютант моментально развернулся и, приняв уставную стойку, бодро доложил:
– Генерал, чиновники из департамента внешних сношений требуют встречи с вами. Разрешите впустить, или сообщить, что вы заняты?
– Впусти, – мрачно проворчал генерал, бросив на Генри выразительный взгляд.
Четко развернувшись через левое плечо, адъютант ровным тоном произнес:
– Можете войти, господа, но учтите, что генерал очень занят.
Заметно растеряв весь свой напор, чиновники по одному просочились в кабинет, с опаской поглядывая на Генри. Подойдя к столу, они, все четверо выстроились полукругом и выжидательно уставились на генерала.
– Я вас внимательно слушаю, господа. Но учтите, у меня действительно мало времени, – иронично произнес генерал, попыхивая сигарой.
– Это заметно, – скривился один из чиновников, намекая на стоящие на столе бокалы.
– Именно так. Как видите, нет даже времени сходить в ресторан и как следует отметить наш маленький праздник. Все приходится делать на ходу, – не растерялся генерал.
– Нас интересует только один вопрос. Вы говорили со своим офицером?
– Говорил.
– И?..
– Что и? Он откровенно послал меня к черту, вполне резонно напомнив, что он давно уже в отставке.
– Хотите сказать, что ваш подчиненный посмел отказаться? – растерянно переспросил чиновник.
– Я же сказал, он давно уже не мой подчиненный, – раздраженно повторил генерал. – Он не хочет больше ничего знать о грендалианах, и, откровенно говоря, я его прекрасно понимаю. Впрочем, вы можете спросить его сами. Он перед вами. Позвольте представить господа, Генри Джаскер, капитан косморейнджеров в отставке, – чуть усмехнувшись, сказал генерал, указывая пальцем на стоящего в стороне с сигарой в зубах Генри.
Растерянно повернувшись, чиновники удивленно уставились на Генри. В кабинете повисло молчание. Наконец, один из чиновников опомнился и, шагнув вперед, с радостной улыбкой протянул Генри руку:
– Очень приятно, капитан, что такие герои лиги продолжают оставаться в строю. Лиге снова нужна ваша помощь.
– Лига может катиться к черту, и вы все вместе с ней, – жестко ответил Генри, не подавая руки чиновнику. – Я в отставке и не собираюсь в очередной раз подставлять свою голову ради ваших дурацких амбиций. Разбирайтесь сами. Я возвращаюсь домой.
– Но, капитан, вы не можете отказаться. Вы просто обязаны лететь на Грендаль, – удивленно залопотал чиновник.
– Я же сказал, пошел к черту, козел, – ответил Генри, решив играть роль тупого, наглого вояки.
– Вы обязаны подчиняться приказам, капитан, – резко произнес один из чиновников.
– А это видел? – с веселой злостью ответил Генри, скручивая кукиш и поднося его к самому носу чиновника. – Хватит с меня ваших поганых приказов. Я давно в отставке и могу делать только то, что сам захочу.
– Но, капитан, – вступил в разговор другой чиновник. – Вы единственный, кто хорошо знает, как думают эти существа, и кого они начали уважать по-настоящему. У нас впервые появился серьезный шанс наладить с ними нормальные дипломатические отношения. Поймите, это очень важно.
– И чего же в этих людоедах такого важного, что вы вдруг начали кипятком писать? – спросил Генри, придерживаясь своей роли.
– Наладив серьезные дипломатические отношения с их правительством, мы сможем положить конец их участию в пиратских нападениях.
– Вы все просто идиоты, – презрительно усмехнулся Генри. – У этих зверей нет правительства. Все серьезные вопросы они решают на большом клановом совете, а людей считают не более чем рабами. С ними нельзя договариваться. Они всегда найдут способ забыть о любом договоре.
– Тогда зачем они все это затеяли? – развел руками чиновник.
– Они пытаются выбраться в открытый космос. Как только вы заключите с ними хоть какой-то договор, они тут же начнут самым официальным способом наниматься на работу в охрану, армию и тому подобные структуры. Расселившись по планетам, они быстренько расплодятся, и уже через несколько лет все наши лучшие планеты окажутся просто захвачены этими рептилиями. Без войн и особого кровопролития.
– Почему вы так считаете?
– Я был на Грендале, когда освобождал свою жену. Я все видел и могу с уверенностью утверждать – это их план захвата лиги.
– Мы так не считаем, – решительно возразил самый молодой из чиновников.
– А мне плевать, как именно вы считаете. Не верите слову человека, видевшего все своими глазами, так поезжайте туда сами и посмотрите.
– Тогда ответьте, почему они хотят говорить именно с вами?
– Да потому, что я сумел стать не менее кровожадным, чем они сами. Эти твари уважают только силу и жестокость.
– Тогда вы тем более должны отправиться на планету и помочь нам в переговорах.
– Я никому ничего не должен. А уж тем более вам. Я отправляюсь домой. А вам я дам один, первый и последний совет. Хотите сохранить лигу, закройте планету и забудьте о них. В противном случае вы потеряете всё.
– Хорошо. Давайте поговорим как деловые люди. Сколько вы хотите за эту поездку? Назовите вашу цену, – произнес молодой чиновник, доставая из кармана чековую книжку.
– Убери, или получишь в морду, – свирепо порычал Генри. – Я интересов лиги не продаю.
– Вы не поняли, капитан. Я говорю не о сотнях, а о тысячах кредитов, – не унимался чинуша.
Шагнув вперед, Генри коротко, без замаха, нанес молодому человеку такой удар, что того просто подкинуло в воздух. Нелепо взмахнув руками, чиновник рухнул на пол в глубоком нокауте.
– Денег не хватит меня купить, сопляк, – проворчал Генри, отступая в сторону.
– Вы напали на государственного чиновника при исполнении им своих служебных обязанностей, – твердо произнес самый старший из группы.
– Хотите подать на меня в суд? – развернулся к нему Генри. – Что ж, попробуйте. Я буду ждать ваших адвокатов.
– Вам придется ответить за ваши действия в суде, – продолжал напирать чиновник.
– Если сможете найти меня, – усмехнулся в ответ Генри. – Я сегодня же вылечу на свою планету и введу запрет на въезд всех представителей власти лиги. Любого ранга.
– У вас есть своя планета? – растерялся чиновник.
– Капитан Джаскер, законный муж Натали Сталк. Внучки недавно погибшего Джесси Сталка, – ответил генерал, даже не скрывая улыбки на лице. – Думаю, вам придется сильно потрудиться, чтобы начать это дело. Не говоря уже о том, чтобы добиться его ареста. Кроме того, если об этом узнают парни из моей бригады, ваш департамент просто перестанет существовать.
– Это угроза, генерал? – развернулся к нему старший.
– Избави бог! – всплеснул руками генерал. – Предупреждение. Насколько мне известно, чиновников очень не любят, и если мои парни прознают, что живую легенду всех войск спецназа собираются судить за обычную плюху какому-то чиновнику, вам не поздоровится.
Задумчиво опустив взгляд, чиновник несколько минут что-то усиленно обдумывал. Наконец, придя к какому-то решению, он спросил у Генри:
– Хорошо, а что тогда нам ответить грендалианам? Ведь они требуют встречи именно с вами.
– Скажите, что я взял отпуск и улетел со своей семьей в неизвестном направлении. Я вольная птица и вполне могу это сделать.
– По-вашему, они в это поверят?
– Это только их проблема, – пожал плечами Генри.
– Скажите, капитан. Почему вы так упираетесь? Почему вы не хотите пойти нам навстречу?
– Я уже назвал вам причины, – пожал плечами Генри. – Они рвутся в космос, и если вы им это позволите, то лига прекратит свое существование.
– Но откуда у вас такая уверенность?
– Я же сказал. Я был там и видел все своими глазами.
– Жаль. Жаль, что вы настроены так категорично, – сказал чиновник и, круто развернувшись, вышел из кабинета.
Следом за ним потянулись и остальные. Даже ушибленный молодец вышел в коридор на своих ногах, с трудом найдя свою чековую книжку. Удивленно посмотрев им вслед, Генри повернулся к генералу.
– Как вам это нравится? Обязан, должен. Совсем обнаглели, – проворчал он.
– Ты, конечно, волен поступать, как сам захочешь, но на твоем месте я бы туда слетал, – задумчиво ответил генерал.
– Зачем? – пожал плечами Генри.
– Но ведь зачем-то грендалиане требуют именно тебя?
– Я догадываюсь, зачем, – устало отозвался Генри. – Я заставил их отступить. А они такого не забывают.
– Думаешь, хотят взять реванш? – вопросительно выгнул бровь генерал.
– Даже не сомневаюсь. Это каста воинов. А я заставил уступить вождя клана. Он наверняка мечтает взять реванш или как следует посчитаться со мной.
– Ну, будем надеяться, что они не сделают самой большой глупости в своей жизни и не вздумают высадиться на планету без сопровождения моих парней, – мрачно произнес генерал.
– Если и сделают, невелика потеря. Кучка упрямых дураков, – махнул рукой Генри.
– Может, ты и прав, – вздохнул генерал. – Как же мне все это надоело, старина.
– Не сомневаюсь, генерал, – кивнул в ответ Генри.
– Когда собираешься улетать?
– Как только приду в себя, – махнул рукой Генри.
– Судя по тому, как ты приложил этого индюка, уже завтра, – усмехнулся генерал.
– Это я просто разозлился, – рассмеялся в ответ Генри. Раздался вежливый стук в дверь, и адъютант доложил, что генерал желает видеть лорд Морган.
– Быстро он, – проворчал генерал, бросив быстрый взгляд на часы.
Адъютант пригласил Моргана войти, вежливо распахнув дверь. В кабинет быстро вошел Морган, в сопровождении молодой, изящной женщины лет тридцати. Весело поздоровавшись с присутствующими, Морган повернулся и, взяв женщину под руку, с улыбкой представил ее офицерам:
– Господа, моя внучка, Саманта. Девочка, познакомься, генерал Ванколлен и полковник службы внешней разведки, герой очень многих войн, капитан спецназа, Генри Джаскер, по прозвищу Берсерк.
– Интересное прозвище, – улыбнулась она, протягивая Генри руку и удивленно рассматривая огромное количество его наград. – Похоже, вы умудрились начать воевать прямо с младенчества.
– Почему вы так решили? – удивился Генри.
– Я столько наград даже у высших офицеров флота не видела.
– На что лига никогда не скупилась, так это на блестящие побрякушки, – усмехнулся в ответ Генри, внимательно всматриваясь в нее.
Яркая брюнетка среднего роста, с длинными, чуть вьющимися волосами, спортивной фигурой и породистым, с тонкими чертами лицом. Общее впечатление портили нос с легкой горбинкой и тонкие, твердого очертания губы. Большие карие глаза смотрели на Генри с явным интересом.
После короткого размышления Генри твердо пришел к выводу, что его Натали намного интереснее, а главное, красивее Саманты. Осторожно пожав узкую изящную ладошку женщины, он решил откланяться.
Услышав, что он собирается уходить, Морган поспешил напомнить, что вечером он ждет встречи. С улыбкой ответив, что обязательно приедет, Генри отправился искать Веселого Роджера.
Узнав у дежурного офицера, где именно находится майор, Генри решительно зашагал в сторону подсобных помещений дворца. Уже подходя к служебным коридорам, он услышал, как майор жестко отчитывает кого-то из дворцовой обслуги. Подойдя поближе, он увидел, как майор с самым свирепым видом наседает на какого-то бедолагу, забывшего запереть дверь черного хода.
Взяв приятеля за локоть, Генри медленно развернул его к себе и, сделав парню знак исчезнуть, с улыбкой сказал:
– Хватит прислугу кошмарить, ты мне нужен.
– Совсем от рук отбились, – проворчал в ответ майор, – проходной двор из дворца устроили.
– Ну, так посади там пару местных сторожей и успокойся, – посоветовал ему Генри, – все равно мы скоро улетаем.
– У тебя что-то случилось? – настороженно спросил его майор.
– Нет. Но дело у меня к тебе, Влад, самое серьезное. Ты ведь выходишь в отставку?
– Собираюсь, – кивнул головой Влад Микушевич.
– Да еще и вместе со своей тройкой. Верно?
– Да.
– Хорошо. Вас отпустят. А дело у меня к тебе вот какое. Сегодня вечером ты отправишься со мной. В ресторан. Я познакомлю тебя с членом совета, лордом Морганом. Он ищет людей, способных очистить его планету от криминала. Не крути носом, я на гражданке тоже с этого начинал, – добавил Генри, заметив его недовольную мину. – Это работа, и работа серьезная. Тем более что с тобой будет твоя тройка. Остальное тебе наш шеф расскажет. Но не вздумай становиться в позу и заявлять, что для бывшего спецназовца это унизительно. Поверь, на нашу пенсию не проживешь. Я пробовал, знаю. И самое главное. Морган ищет для своей внучки мужа. Из наших. Не смотри на меня так. Она будет на ужине. Присмотрись к ней. А там видно будет. Может, и сложится.
– Слушай, Генри. Я ведь Веселый Роджер, не забыл? – растерянно ответил майор, опешивший от таких перспектив.
– А я Генри Берсерк. И что дальше? – пожал плечами экс-капитан. – Ты выходишь на пенсию. И чем быстрее ты это поймешь, тем легче тебе будет жить дальше.
– Но ведь она настоящая леди, – развел руками майор.
– Дружище, скажу тебе по секрету. Голышом она ничем от обычной бабы не отличается. Не побоюсь показаться циничным, но они такие же бабы, как и все, и хотят того же, что и любая нормальная женщина. Крепкого мужа и детей.
– Ну, тебе виднее, – усмехнулся в ответ майор. – Она хоть ничего? – неожиданно спросил он.
– А вот с этим сам разберешься. Я тебе ее не навязываю. Только советую, тем более что сам старик только двумя руками за.
– А он-то здесь при чем? – не понял майор.
– Он все это и затеял. Уж очень ему правнуков хочется. Я тебе потом все расскажу. Скажу только, что если она тебе понравится, можешь смело приступать к осаде крепости. Добро от старика давно уже получено.
– Ну ты даешь! – восхищенно покрутил головой майор. – Мне бы такое и в голову не пришло.
– Дерзай, майор. Если у тебя получится навести порядок на его планете, то считай, что все наши ветераны уже имеют постоянную работу почти по профилю. Все. До вечера.
Попрощавшись с растерянным майором, Генри быстро вышел на улицу и, взяв дежурный глидер, попросил отвезти его на космодром. Знавший его в лицо молодой боец весело усмехнулся и, лихо вырулив на магистраль, понесся по указанному адресу.
Найдя «Задиру» там же, где и оставил, Генри взошёл на борт и тут же попал под перекрестный огонь вопросов друзей. Не отвечая на них, он просто стиснул Дика в объятиях. От объятий Зака у него затрещали все кости.
– Пусти, медведь, задушишь, – рассмеялся Генри, с трудом выдираясь из могучих рук герда.
– Как ты, старина? – спросил Дик, внимательно оглядывая Генри.
– Живой. Остальное не важно, – отмахнулся Генри.
– Ну и напугал же ты нас, – покачал головой Дик. – Медвежонок собирался по дворцу из пушки шарахнуть. Еле удержал.
– Не спускать же им такой подлости безнаказанно, – смущенно пробасил огромный герд.
– А мы и не спустили, – улыбнулся в ответ Генри. – Как парни, разделись?
– Порядок, отмываются, – усмехнулся Зак.
– Отлично, вечером они мне понадобятся.
– И в какую заваруху ты опять влез? – иронично спросил Дик.
– Никаких заварух. Теперь только интриги, – решительно ответил Генри.
– Ах да! Ты же теперь значимая личность. С настоящими лордами ужинаешь, – рассмеялся Дик.
– Старина, как бы я хотел сейчас лететь домой. Ты даже не представляешь. Но появилась возможность пристроить наших ребят на такую же работу, как у меня, а значит, я должен уболтать этого лорда до состояния полной прострации.
– Сударь, да вы прямо самый настоящий дворцовый интриган, – рассмеялся в ответ Дик.
– Ох, старина. Если бы не наши парни, мы бы уже неслись домой. Соскучился. Да и устал я от всех этих забав, – вздохнул Генри.
– Верю, старина, – кивнул в ответ Дик. – Сколько еще тут торчать планируешь?
– Не знаю. Это не от меня зависит. Там еще генерал что-то крутит, да департамент внешних сношений на хвосте повис. Мечтают заставить меня слетать на Грендаль.
– Это еще зачем? – растерялся Дик.
– Звери выдвинули предложение о переговорах, но с обязательным моим присутствием.
– Как это?
– Понятия не имею. Мне самому генерал по секрету рассказал.
– Надеюсь, маршрут движения ты им очень обстоятельно описал?
– Не то слово. В подробностях. Но это же чиновники. Они по-хорошему не понимают.
– Ну и?..
– Ну, и пришлись не просто описать, но и подтолкнуть, – развел руками Генри.
– Поняли?
– Откровенно говоря, не уверен.
– Им же хуже, – усмехнулся Дик.
– Ладно. Разберемся. В принципе, я приехал поработать на тренажере, принять душ и переодеться. А то чувствую себя, как павлин в стае индюков.
– Давно пора, – одобрил Дик. – Не стоит парадный мундир просто так таскать. Тем более с орденами. Не праздник.
– Оставь все в каюте брат, я потом почищу, – неожиданно предложил Зак, не сводивший взгляда с ордена Великой Матери.
– Спасибо, брат, но я и сам не безрукий, – растерялся Генри.
– Я просто хотел… – запнулся Зак, не зная как объяснить Генри, что очень хочет прикоснуться к этому ордену.
Заметив его взгляд, Генри неожиданно для себя понял, что он хочет сказать.
– Я буду очень благодарен, брат. Если тебе, конечно, не сложно, – осторожно ответил Генри, решив принять его предложение.
– Я сделаю это с удовольствием. Это честь, брат, – ответил Зак с непонятной торжественностью.
Молча кивнув, Генри направился в свою каюту. Быстро скинув мундир, он переоделся в спортивное трико и направился в тренажерный зал. В течение двух часов он исходил потом на самых разных тренажерах, пытаясь вернуть мышцам силу и пластичность.
Приняв душ и переодевшись в гражданский костюм, он вошел в кают-компанию. Коротавшие время за кофе и разговорами бойцы встретили его веселыми улыбками. Не было только Зака. Заметив это, Генри недоуменно посмотрел на Дика.
– Что это на нашего Медвежонка нашло? – тихо спросил он друга.
– Мы тут с ним поболтали по душам, – задумчиво ответил Дик, – он сказал, что таких орденов вообще было немного, а из людей их всего пятеро получили за всю историю Герды. Последние ордена были вручены людям за неделю до уничтожения планеты. А вручили их бойцам, которые успели предотвратить первые попытки захвата планеты. Получается, что ты за его родину дрался?
– Все верно, – тяжело вздохнул Генри. – Пираты несколько раз пытались взять Герду под свой контроль. Погибло много больших. Мы каждый раз выбивали их с планеты. В последнем столкновении меня тяжело ранило. Пробултыхавшись в танке почти месяц, я снова оказался на Герде. Как оказалось, мне удалось отбить их атаку на правящий дом. Я и понятия не имел, куда они так рвутся. Просто дрался и все. В том же бою ранили и одного из молодых гердов, так сказать, принца. Я был в скафандре и успел прикрыть его от взрыва. Лицо здорово изуродовало, но остался жив. Вот за это я орден и получил.
– А тебя сильно шарахнуло? – спросил Дик.
– Скафандр на списание ушел, – грустно усмехнулся Генри. – Так и не знаю, что с ним потом стало. Самое удивительное, мне даже имени его не сказали.
– Его звали Карат, – тихо прогудел Зак, входя в кают-компанию. – Это был мой двоюродный дядя. По нашим меркам это близкий родственник.
– Так ты из правящего дома? – удивленно спросил Генри.
– Да. Я был почти мальчишкой. Меня и многих других отправили учиться в разные учебные заведения лиги. Прямо перед самым взрывом.
– М-да, – растерянно протянул Дик, – переплетает же судьба жизни?!
– Это точно, – кивнул Генри, не зная, что еще можно тут сказать.
Зак осторожно опустился на стул, сжимая в руках китель Генри. Аккуратно разложив его на коленях, он осторожными, почти нежными движениями принялся поглаживать главный орден своей погибшей родины. Друзья молчали, понимая, что горе могучего герда не описать словами.
Промолчав почти четверть часа, Генри посмотрел на часы и, поднявшись, внимательно посмотрел на своих бойцов.
– Готовы, парни?
– Давно уже, – с усмешкой ответил Алекс.
– Тогда пошли. Только не забудьте стволы прихватить.
– Обидеть хочешь, командир? – рассмеялся Эндрю, отбрасывая полу модного френча.
Справа на поясе была подвешена кобура быстрого извлечения с торчащим из нее штурмовиком.
– Научил на свою голову, – с усмешкой проворчал Генри.
Тройка бойцов дружным шагом направилась к выходу. Пройдя через территорию космопорта, они взяли такси и направились обратно к дворцу совета. Дорога прошла в полном молчании. Им предстояла не боевая операция, а самый обычный ужин в ресторане. Единственное, что требовалось от бойцов, быть настороже. Все разговоры и интриги предстояло вести их командиру.
Высадившись у парадного входа дворца, Генри решительно направился вовнутрь. Задумчиво остановившись на ступенях, он внимательно посмотрел на парней и быстро произнес:
– Значит так, друзья. Рты на замке, ушки локаторами и тщательно сканируем все вокруг. Все остальное предоставьте мне.
– А когда было по-другому, командир? – рассмеялся Эндрю.
– Занимайся своими интригами, шеф, с остальным мы разберемся, – кивнул Алекс.
Друзья быстро прошли через холл и, поднявшись на второй этаж, вошли в приемную генерала. Увидев их, адъютант быстро отложил какие-то бумаги и, поднявшись, чуть заметно хромая подошел к Генри. Отведя его в угол, он воровато оглянулся и тихо начал рассказывать:
– Капитан, не знаю, как вам это сказать, но на генерала сильно давят из-за вашего отказа лететь на Грендаль. После вашего ухода эти чинуши опять приходили. Не знаю, о чем они говорили, но после их визита генерал был сам не свой.
– Так, – мрачно произнес Генри, – похоже, они решили нарваться на грубость. Что ж, в следующий раз, как только они появятся, просто скажи, что меня можно найти на Оливере-три. Пусть отправляются туда и попробуют уговорить меня сами. Я их встречу по-своему. Генерал свободен?
– Работает, но думаю, вас он примет, – ответил адъютант, быстро проходя в кабинет генерала.
Доложив, что в приемной находится Генри и его команда, адъютант предложил им войти.
Устало кивнув бойцам, генерал отодвинул бумаги и, потерев ладонями, красные от усталости глаза, спросил:
– Готовы к знаменательному рауту?
– Генерал, они опять приходили? – спросил Генри, не сводя с него внимательного взгляда.
– Уже доложил? – усмехнулся генерал.
– Он прав. Вы не должны позволять этим чиновникам давить на себя.
– И что ты предлагаешь? Спустить их с лестницы?
– Это было бы самое правильное решение, – усмехнулся Генри. – Наведите тень на плетень, нагоните туману. Мол, по оперативным данным, присутствие гражданских лиц на планете категорически не приветствуется, в случае неисполнения, вся ответственность ложится на них. Слово ответственность для них страшнее пистолета.
– Боюсь, не в этот раз. Как мне удалось узнать, на Грендале обнаружены серьезные залежи золота. Вот они теперь и рвутся заключать контракты и договора.
– И откуда такие данные? – настороженно спросил Генри.
– Источник неизвестен. По непроверенным данным, это показания корабельного сканера.
– Не нравится мне это неожиданное открытие, – задумчиво проворчал Генри.
– Думаешь, деза? – удивленно спросил генерал.
– Даже не сомневаюсь. Уж очень все это вовремя. И золото, и приглашение к переговорам. Не люблю я таких совпадений.
– Я тоже, – задумчиво отозвался генерал, – но как доказать им, что никакого золота на планете нет?
– Это, конечно, проблема, – с усмешкой протянул Генри, – при слове золото у наших чиновников моментально отшибает все думательные функции организмов.
– Вот это точно, – усмехнулся генерал.
– В любом случае нужно сделать все, чтобы ни один людоед не выбрался за пределы планеты. Сейчас это самая основная наша задача.
– Может, предложишь, как это сделать?
– Проще всего заменить дежурный эсминец парой наших кораблей. Полностью блокировать планету и запретить любое проникновение туда.
– А ведь это мысль, – весело отозвался генерал. – После предательства командира эсминца мы просто обязаны ввести такие меры.
– Странно только, что мы не сделали этого раньше, – в тон ему ответил Генри.
– Ничего странного. Мне требовались все силы для ликвидации пиратской базы на астероиде. А после для того, чтобы блокировать Терру. Все вполне логично. Проблемы решают по мере их сложности и важности.
– В дополнение к этому имеет смысл повести очередное сканирование планеты. Думаю, на ваших складах найдется нужное оборудование, – усмехнулся Генри.
– Ты всерьез надеешься, что чиновники поверят тому, что мы им скажем? – с усмешкой спросил генерал. – Они услышали волшебное слово. После этого им можно объяснять на словах, на пальцах, на молекулярном уровне. Бесполезно. Они не поверят, даже если тыкать их в бумаги носом.
– Тогда остается только один вариант, не пускать их туда под угрозой полного уничтожения.
– Придется в очередной раз объясняться с советом, – тяжело вздохнул генерал.
– Ну, теперь-то я думаю, это не проблема, – пожал плечами Генри.
– Хочется верить, – усмехнулся генерал.
Неожиданно вошедший адъютант доложил, глядя на Генри:
– Капитан, лорд Морган передал через наших парней, что ожидает вас внизу. В холле.
– Спасибо, дружище, – кивнул, поднимаясь Генри.
– Будь осторожен, – кивнул ему генерал, возвращаясь к своим бумагам.
Бойцы быстро спустились в холл. Там уже собрались все участники этого раута. Морган, Саманта и Веселый Роджер. Подойдя к собравшимся, Генри быстро представил своих друзей. У Моргана заметно округлились глаза, когда он услышал прозвище майора.
– Откуда такое прозвище, мистер Влад, – не удержалась от вопроса Саманта.
– Это длинная и не очень приятная история, – поморщился Влад.
– Не думаю, что вам будет это интересно. Особенно перед едой, – быстро добавил Генри.
– Это было так страшно? – продолжала допытываться Саманта.
– С чего вы взяли? – удивленно спросил Влад.
– Дед сказал, что вы, мистер Генри, весь покрыты шрамами. Я видела ваши награды. Значит, умея впадать в ярость, вы заслужили свое прозвище. Если следовать той же логике, то, вспоминая историю, можно предположить, что вы, Влад, тоже заслужили свое прозвище, участвуя в какой-то кровавой истории.
– Вы очень умны, Саманта, – ответил Влад с заметным уважением в голосе.
– Если мужчина говорит женщине, что она умница, это значит, что она полная дура, – весело усмехнулась Саманта.
– Я сказал, умны, а не умница, – улыбнулся в ответ Влад. – По-моему, это большая разница.
– Господа, я предлагаю перенести нашу беседу в ресторан. Думаю, там мы сможем поговорить в более приятной обстановке, – весело предложил Морган, с удовольствием заметив, что между Самантой и Владом завязалась оживленная беседа.
Вся компания загрузилась в лимузин Моргана, и роскошная машина плавно понесла их по магистрали. Несмотря на скафандр, в длиннющем лимузине легко поместился даже Влад. Генри постарался сделать все, чтобы Саманта как бы случайно оказалась на сиденье рядом с майором.
Заметив его неуклюжие попытки, Морган заговорщицки улыбнулся и потихоньку показал Генри большой палец. Усмехнувшись в ответ, Генри осторожно перебрался поближе к нему и, усевшись рядом, тихо сказал:
– Если вы не имеете ничего против моего совета, сэр, то обратите внимание на это парня. Он и его тройка собираются выйти в отставку. А четверо бойцов спецназа это очень серьезная сила.
– Даже не сомневаюсь, – так же тихо отозвался Морган, – и, похоже, он нравится Саманте. На данном этапе это меня интересует больше всего.
– Простите, мистер Морган, но я никак не могу понять, почему вы вдруг решили обратить внимание на наших бойцов? Ведь есть еще флот, морская пехота. А во флоте служат многие отпрыски знатных семей.
– Постой расчет, Генри, – пожал плечами старый лорд, – несмотря на все свое благородство, титул и тому подобную муру, я еще и делец. Получив в свое распоряжение такого бойца, я могу спокойно передать ему все управление безопасностью планеты и, отойдя от дел, заняться семьей.
– Но она ваша внучка. А вы обрекаете ее на изоляцию от всего, к чему она привыкла, – попытался возразить Генри.
– Скажу вам по секрету, Генри, моя идея оказалась заразной. Несмотря на весь свой снобизм, вся эта свора крокодилов далеко не дураки. Они умеют слушать и делать выводы. Моя теория относительно старой крови показалась им правильной, и они все решили повторить мой опыт, независимо друг от друга. Если, конечно, у меня получится. Так что ваши опасения насчет изоляции необоснованны. А самое главное заключается в том, что ваши парни действительно умеют ценить дом, семью и все, что с этим связано.
– Ну, с этим трудно не согласиться, – пожал плечами Генри.
– Я готов нанять этих ребят, раз вы говорите, что они способны решить мою проблему.
– Это сработанная группа, сэр. Они понимают друг друга с полувзгляда. В нашем деле это очень важно.
– Не сомневаюсь, – кивнул Морган. – И в связи с этим, у меня есть один вопрос. Что сделать сначала? Назначить Влада на должность или подождать, чтобы увидеть, во что выльется их роман?
– Думаю, будет лучше, если он сначала начнет работать. Помимо того, что это позволит ему лучше устроиться в гражданской жизни и не чувствовать себя нищим, он сможет со спокойной совестью уделять вашей внучке определенное внимание, не считая каждый грош. Пенсия отставника это не более чем возможность не умереть с голоду в какой-нибудь трущобе.
– А, кроме того, я смогу лучше присмотреться к нему. И это станет для него дополнительным стимулом все делать, как следует, – добавил Морган.
– Один совет, сэр. Не пытайтесь обращаться с ними как со своими наемными работниками. Если он чего-то не говорит или не сделал, значит, он не уверен в правильности вашего решения или информация не проверена. Могут быть и другие варианты, но главное, не пытайтесь на них давить. В этом случае вы их потеряете. Всех.
– Н Генри, я, в конце концов, нанимаю их на работу, – удивленно развел руками Морган.
– Верно, – легко согласился Генри, – но все дело в том, что мы привыкли работать автономно. Нас этому специально учили. Поэтому требовать от нас ежедневного отчета и распекать, как провинившихся школьников, означает потерять работников. Учтите это. Мы привыкли получать задание и выполнять его, опираясь только на самих себя. А докладываем мы только после исполнения задания.
– Круто, – задумчиво протянул Морган. – Но я надеюсь, это не означает, что они будут делать только то, что захотят сами?
– Они будут делать то, чего вы от них хотите, но своими методами. От вас требуется только одно. Правильно поставить задачу. Объяснить, чего именно вы хотите. Чего ждете. А все остальное только их дело. Это и есть автономность.
– Пожалуй, мне стоит это запомнить, – задумчиво ответил Морган, почесав переносицу.
Лимузин плавно остановился у роскошного здания. Охранник распахнул дверцу, и пассажиры начали вылезать на улицу. Появление в ресторане лорда Моргана в сопровождении такой разношерстной компании вызвало в зале большой ажиотаж. Особенное оживление вызвала фигура майора в тяжелом скафандре.
Рассевшись за заранее заказанным Морганом столиком, компания сделала заказ. Очень скоро, после нескольких бокалов вина, компания разбилась на несколько маленьких групп, оживленно беседовавших между собой. Морган, внимательно следивший за внучкой и Владом, несколько успокоился и переключил свое внимание на Генри. Тем временем между Веселым Роджером и Самантой завязался оживленный разговор.
Женщина заметно расслабилась и дала волю своему любопытству. Влад, вынужденный сохранять трезвую голову, отвечал на ее расспросы так, словно гулял по минному полю.
Идиллию разрушил неожиданно появившийся индивид высокого роста. Судя по роскошной, сшитой на заказ одежде и блестевшим на пальцах перстням, это был один из знаменитых местных богачей. Генри, никогда не обращавший внимания на телевизионные передачи и статьи о богатых и знаменитых, перевел удивленный взгляд на Моргана.
Мрачно скривившись, Морган привычно изобразил на лице улыбку и, медленно поднявшись, повернулся к пришельцу.
– Лорд Семенс, не ожидал вас увидеть.
– Решил заехать, поужинать. А заодно убедиться, что мне сказали правду.
– Какую именно? – изобразил удивление Морган.
– Что вы решили принять в свою знаменитую, известную на всю лигу семью какого-то безродного головореза, – громогласно ответил лорд.
Лучше бы он этого не говорил. Все сидевшие за столом бойцы, отшвырнув стулья, моментально оказались на ногах. Неосторожного лорда мгновенно скрутили и, ткнув лицом в пол, заставили замереть, уперев в затылок ствол пистолета.
Все сидевшие в зале растерянно замолчали. Такого святотатства они еще не видели. Хладнокровие сохранили только Генри, Морган и, как ни странно, Саманта. Сделав бойцам знак поднять лорда на ноги, Генри шагнул вперед. Заглянув в глаза благородного сноба, он несколько минут молча рассматривал его. От этого тяжелого, полного презрения взгляда лорд Семенс заметно занервничал.
– Вы не лорд, – громко сказал Генри, – вы просто дурак.
– Я лорд Семенс, не смейте разговаривать со мной в таком тоне, – попытался вскинуться скрученный в бараний рог лорд, но голос его звучал испуганно, а под конец фразы вообще дал петуха.
– Вы действительно дурак, Семенс, – поддержал экс-капитана Морган. – Эти люди регулярно спасают не только лигу, но и каждого из нас от гибели. Иногда даже ценой собственных жизней. Знаешь, я не удивлюсь, если в один прекрасный день они вдруг откажутся защищать тебя. Это будет справедливо.
– Они не посмеют отказаться. Им за это платят, – с испуганной усмешкой ответил Семенс.
– Не так много, чтобы рисковать жизнью ради такого урода, как ты, – жестко усмехнулся Морган.
– Выбросьте эту тварь на улицу, – презрительно приказал Генри.
– Стойте, – решительно остановила бойцов Саманта.
Спецназовцы удивленно посмотрели на нее, но, заметив жест Генри, остановились. Медленно подойдя к висящему в сильных руках лорду, женщина размахнулась и влепила ему оглушительную пощечину.
– Лучше общаться с безродными головорезами, чем с такими извращенцами, как ты. По крайней мере, они знают, что нужно нормальной женщине, – произнесла она с таким нескрываемым презрением, что все слышавшие эту фразу разразились дружным хохотом.
Убедившись, что продолжения не будет, бойцы выволокли несчастного лорда в холл и просто спустили с лестницы.
– Похоже, мы нажили себе еще одного заклятого друга, – криво усмехнулся Генри.
– Не обращайте внимания на этого дурака, – небрежно отмахнулся Морган, – его отец купил себе титул, и теперь, после его смерти, этот бывший купчишка пыжится и пытается всех убедить, что он самый настоящий лорд. А сам умудрился промотать все папенькино наследство. Нищ, как церковная крыса, и кроме глупого гонора ничего.
– Будем надеяться, что у него не хватит наглости попытаться отомстить вам, – задумчиво произнес Генри.
– Ни наглости, ни ума у него на это недостанет, – весело усмехнулся Морган.
Вся остальная часть ужина прошла спокойно. Решительную компанию никто больше не решился побеспокоить. Покинув ресторан, компания дружно направилась во дворец совета.
Бойцы должны были вернуться на службу, а Морган и Саманта собирались забрать что-то из кабинета лорда, после чего отправиться домой. Только Генри и его команде еще предстояло добираться до космодрома. Ночевать они решили на «Задире».

Всю следующую неделю генерал не отпускал Генри от себя ни на шаг. Они решали разнообразные вопросы, кого-то ругали, кого-то хвалили, на кого-то нагоняли страху. От всех этих дел у Генри давно уже голова шла кругом. Еще через два дня он просто взмолился, прося генерала отпустить его домой.
Вырваться ему удалось только после того, как он пообещал генералу пристрелить первого же провинившегося чиновника. Отпустить экс-капитана генерал пообещал ровно через неделю. После того, как они уладят все финансовые вопросы с советом лиги.
С трудом дождавшись, когда по бригаде, наконец, объявят общий сбор, Генри помчался на космодром, едва успев попрощаться с генералом и лордом Морганом. Уже подъезжая к порту, Генри связался с Диком и приказал запускать двигатель.
Спустя три часа яхта «Задира» вышла на орбиту и исчезла в открытом космосе. А еще через шесть часов с орбиты Терры ушла вся армада тяжелых десантных кораблей.
Дик гнал яхту по старой доброй привычке. Напрямик. Весь путь до Оливера-три должен был занять не более пяти дней. Вся группа веселилась и шутила, предвкушая долгий отдых от схваток и боев. Даже грустивший все последние дни Зак сумел отбросить хандру и принять участие в общем веселье.
За сутки до прибытия «Задиры» на Оливер Генри разбудил неожиданный вызов генерала. Быстро включив комплекс связи, Генри ответил.
Услышав знакомое: «Я вас слушаю, генерал», Ванколлен криво усмехнулся и, кивнув в ответ, заговорил:
– У меня плохие новости, старина. Мы опоздали. Эти тупые чинуши решили лететь на Грендаль на свой страх и риск. Им удалось добиться встречи с клановыми вождями. Дежурный эсминец попытался задержать их, но они сумели добиться своего, предъявив им коды разрешения от совета лиги. После высадки на планету трое чиновников вступили в переговоры с вождями. Еще через сутки с их яхты поступил сигнал смертельной опасности. Яхта взлетела с планеты и ушла в неизвестном направлении. Что там было, что произошло с чиновниками и где они теперь, неизвестно.
– Эти тупые уроды садились на планету? – спросил Генри, зло скалившись.
– Да. Яхта совершила посадку неподалеку от дворца кланов.
– Нужно срочно разослать все данные и коды сигналов их яхты по всем космодромам лиги. Всем патрульные корабли должны получить команду на уничтожение этой яхты. На ней звери.
– Ты совсем озверел? На каком основании я должен отдать такой приказ?
– Хотя бы на том, что они нарушили указ совета лиги, – огрызнулся Генри.
– Не пройдет, – покачал головой генерал.
– Да какая разница, на каком основании их уничтожат? Сообщите, что на яхте находятся опасные преступники, что это пираты, «людоеды», черти в ступе. Их нужно остановить любой ценой.
– Не ори, – поморщился генерал, – это я и без тебя знаю. Лучше подумай, куда они могли направиться?
– Понятия не имею, – пожал плечами Генри. – Если их просто захватили, то они могут направиться куда угодно. А если это сделали… – Генри неожиданно замолчал, словно испугавшись собственных мыслей.
– Что?! Что ты придумал? – быстро спросил генерал, хорошо зная своего капитана.
– Если яхту захватил вождь, которого я заставил отступить, то они сейчас уже на Оливере-три, – медленно произнес Генри.
– Только не это! – охнул генерал. – Неужели они рискнут и готовы пойти на такое безумство?
– Я уже говорил, это племя воинов. Они не знают страха и не боятся смерти. Это сильные, свирепые и смертельно опасные твари. Они не прощают обид, и всегда готовы отыграться.
– Я беру один транспорт и срочно беру курс на Оливер, – решительно сказал генерал.
– Не успеете, – мрачно отозвался Генри. – Остается только надеяться, что они дождутся моего возвращения. По большому счету им нужен я, а не дети.
– В любом случае я меняю курс, – резко ответил генерал. – Кроме того, ты меня сам в гости звал. Или уже отказываешься? – попытался пошутить он.
– Вам я всегда рад, генерал, – улыбнувшись одними губами, отозвался Генри.
– Вот и хорошо. Беру взвод парней и выдвигаюсь, – кивнул генерал и, махнув на прощание рукой, отключился.
Быстро пройдя в ходовую рубку, Генри нашел Дика и, не вдаваясь в подробности, потребовал выжать из двигателей все, что они могут дать. Растерянно посмотрев на друга, Дик быстро замолотил пальцами по клавишам навигационного компьютера.
– Что случилось, старина? – спросил он, заставив яхту нестись со скоростью истребителя.
– Есть данные, что звери могут пожаловать к нам в гости, – ответил Генри, не сводя взгляда с монитора. – Сколько времени нам потребуется, чтобы добраться домой при такой скорости?
– Часов шесть-восемь, – растерянно ответил Дик. – Осталось только молиться, чтобы двигатели выдержали такую нагрузку.
– А если нет?
– До планеты мы доберемся и на генераторах, но вот сесть не сможем. Они на такие маневры не рассчитаны, – вздохнул Дик.
– Должны выдержать, – решительно ответил Генри. – Если нет, купим движки от межпланетных баллистических ракет.
– Зачем? – не понял Дик.
– Затем, что это будет мой последний полет, – ответил Генри так, что вздрогнули все, кто успел собраться в рубке.
Услышав, что их может ждать на планете, бойцы молча развернулись и, позвав за собой Зака, ушли. Не обращая на происходящее вокруг никакого внимания, Генри не сводил взгляда с монитора навигатора.
– Что планируешь делать? – тихо спросил Дик.
– А что тут можно планировать? – пожал плечами Генри. – Доберемся до места, там видно будет.
– Пойдем пока кофе выпьем, – мрачно предложил Дик. – Время еще есть.
Нехотя кивнув, Генри поплелся следом за ним в кают-компанию.
Друзья молча бродили из угла в угол, не зная, чем занять свободные часы. Спустя полтора часа после объявления этой тревоги в кают-компанию вошли бойцы, полностью облаченные в тяжелые скафандры.
Посмотрев на них благодарным взглядом, Генри тихо сказал:
– Спасибо, парни. Но ведь ваши термокостюмы еще сырые. Кожу натрете.
– Плевать, – отозвался Алекс без тени улыбки, – лучше натертая шкура, чем гибель близких.
– Не так уж и сильно она трет, – качнул головой Эндрю.
– Нужно было феном просушить, – устало сказал Генри, поглядывая на часы.
– Уже скоро, брат, – тихо прогудел Зак, сжимая огромные кулаки. – Но на этот раз я иду с вами.
Посмотрев ему в лицо, Генри заметил, что огромный герд успел вставить в глаза контактные линзы, позволявшие ему при помощи темных очков действовать на ярком солнце почти так же эффективно, как в темноте. Кивнув в ответ, Генри тихо сказал:
– Потом ведь глаза болеть будут, брат.
– Там моя семья, – коротко ответил гигант.
– Куда будем садиться? – спросил Дик, переводя разговор в деловое русло.
– Не будем распугивать всю планету. Данные не проверенные. Садимся в порту. Тем более что глидер Медвежонка должен быть на стоянке, – ответил Генри после короткого раздумья.
– Согласен, – кивнул Дик, – тем более что на этом звере Малыш умеет маневрировать как никто другой.
Уже подлетая к планете, Дик, заранее попросил освободить коридор для посадки и, не выходя на орбиту планеты, направил яхту к космопорту по пологой дуге. Ловко посадив машину на давно уже зарезервированное место, он отключил двигатель и, ласково похлопав по панели управления, тихо сказал:
– Отдохни, родная. Тебе сегодня досталось.
Быстро собрав вещи, друзья почти бегом понеслись к оставленному на стоянке глидеру. Запрыгнув в кресло пилота, Зак моментально запустил двигатель и, дождавшись, когда все рассядутся, стремительно поднял машину в воздух. Не обращая внимания на сигналы патрульной машины и истошные крики в громкоговоритель о нарушении правил вождения, Зак свечкой поднял тяжелый глидер на нужный уровень и понесся прямо к бухте.
Растерявшиеся от такой наглости полицейские попытались броситься в погоню, но очень скоро отстали. Догнать машину Зака можно было только на спортивном болиде. Десять минут сумасшедшего полета, и гигант, заложив крутой вираж, заставил машину зависнуть над пляжем. Окинув быстрым взглядом бухту, Генри мрачно выругался.
Все словно вымерло. Ни в домах, ни на пляже, ни у входа в пещеры никого не было.
– Садимся, – коротко приказал Генри.
Мягко посадив машину прямо на песок, Зак заглушил двигатель и первым выскочил на улицу. Быстро оглядевшись, Генри перевел взгляд на бойцов. Не дожидаясь приказа, они уже включили встроенные в скафандры сканеры и быстро проверяли всю окружающую местность.
Чуть щелкнув пальцами, Алекс подал знак, что в роще за скалами, где они допрашивали убийц старика, кто-то есть. Кивнув в ответ, Генри подал сигнал рассредоточиться и медленно двинулся в указанном направлении. Осторожно прокравшись к скале, за которой начиналась роща, Генри опустился на колено и, чуть выглянув, быстро осмотрелся.
Нырнув обратно за скалу, он чуть щелкнул пальцем по микрофону коммуникатора и тихо сказал:
– Они все здесь. В клетках. Охрана шесть особей с лучевиками. Схвачены все. Есть еще несколько гердов. Откуда они взялись, я не знаю.
– Поняли, командир, попробуем их блокировать сразу со всех сторон, – тихо отозвался Алекс. Эндрю подтвердил полученную задачу двойным щелчком.
Дика Генри отправил с ними. Зак остался прикрывать самого Генри. Дождавшись, когда бойцы выйдут на позиции, Генри вздохнул и медленно вышел из-за скалы. Заметив его, грендалиане быстро зачирикали между собой. Потом один из них, закинув винтовку на плечо, бегом направился в дальний угол рощи.
Окинув клетки быстрым взглядом, Генри отметил про себя, что все пленники живы и размещены по группам. Натали и дети, Лана и дети, Сенди и Анна, четверо гердов, по двое в каждой клетке, и четверо чиновников еще в одной. Каким образом им удалось притащить сюда столько клеток для рабов, Генри решил узнать позже.
Заметив Генри, самый молодой из чиновников вскочил на ноги и, радостно замахав руками, принялся орать:
– Капитан! Капитан, мы здесь. Пожалуйста, заставьте их освободить нас!
– Заткнись, кретин, – с ненавистью прошипел Генри. – Плевать мне на вас, тупые уроды. Сначала я должен освободить свою семью и друзей, а вами пусть занимается служба планетарной безопасности. Козлы упертые.
– Но, капитан, вы не можете нас так бросить! – растерянно проблеял чиновник.
– Посмотрим, что я могу, а что нет, – зловеще пообещал ему Генри.
Тем временем из большой пластиковой палатки вышел еще один грендалианин и, быстрым шагом подойдя к ряду клеток, с усмешкой посмотрел на Генри. Достав из поясной сумки какой-то прибор, он поднял его над головой и, шагнув к Генри, сказал:
– Ну, вот мы и встретились, неправильный мягкотелый. Ты не захотел принять мое предложение о встрече, и я решил сам приехать к тебе. Знаешь, что это такое?
– Сканер жизненных параметров, – мрачно отозвался Генри, понимая, что ему не просто так показывают этот прибор.
– Правильно. Я подключил его к взрывателю мин, расположенных под этими клетками. Если ты выстрелишь, они погибнут.
– Это я уже понял, – кивнул Генри.
– Но это еще не все. Ты можешь их спасти. Сейчас нашу с тобой встречу видят все вожди кланов на моей планете. Там, в палатке, установлен комплекс связи, а его камеры я приказал расположить по всему пляжу. Остановить мины могу только я. Введя код и отключив сканер.
– И чего ты хочешь взамен? – спросил Генри, сжимая в ладонях бластер.
– Схватки. Мы сойдемся с тобой один на один. Так, как должны сражаться воины. На саблях.
– Зачем тебе это? Хочешь меня убить, так возьми винтовку и стреляй, я даже не попытаюсь увернуться. К чему все эти сложности?
– Я хочу, чтобы все вожди увидели своими глазами, что любой, самый тренированный мягкотелый ничего не стоит против настоящего воина. Только так ты сможешь спасти свою семью. Иначе они все умрут.
– А после этого мои друзья сотрут твою планету в космическую пыль, – мрачно пообещал Генри.
– Может быть, – кивнул вождь, – такое вполне может быть, но необязательно. Ведь это будет геноцид. А ваши власти никогда этого не допустят.
– Моим друзьям нет никакого дела до властей. Ты видел мою яхту. Ты знаешь, на что она способна. Так представь теперь, что будет с твоей планетой, если в эту яхту загрузить много ядерных боезапасов и, разогнав ее по орбите, направить на поверхность планеты. От твоей проклятой родины не останется даже первородного яйца.
– Они могут попытаться, – криво усмехнулся грендалианин, – но кто пойдет на такой риск? Кто решится отдать свою жизнь, даже ради такой настоящей мести?
– Я, не сходя с этого места, могу назвать двоих, не считая себя самого, – пожал плечами Генри.
– Но что это даст? Ведь своих близких они все равно не спасут, – усмехнулся вождь после короткого раздумья. – Я предлагаю тебе решить все здесь и сейчас. Только мы с тобой. Или ты боишься?
– Дело не в страхе, – покачал головой Генри. – Я не верю тебе. Ты сделаешь вид, что отключил мину, а как только почувствуешь, что проигрываешь, убьешь их.
– Ты не веришь слову воина? – растерялся вождь.
– А ты веришь? – моментально нашелся Генри. – Ты поверишь мне, что я сойдусь с тобой в схватке, если ты их отпустишь?
– Будь ты один, я бы пошел на это, – задумчиво произнес грендалианин, – но вас много, и я не хочу рисковать. Те двое в железных доспехах были с тобой там, на моей планете. Я знаю, как они умеют стрелять.
– Тогда я предлагаю другой вариант, – сделав вид, что думает, ответил Генри, – все это касается только нас двоих. Отпусти женщин, детей и больших. Эти четверо пусть останутся у тебя. Так и я буду спокоен, что им ничего не угрожает, и ты сможешь использовать заложников.
– Капитан, вы с ума сошли! – растерянно воскликнул один из чиновников.
– Заткнись, болван, – рыкнула на него Лана, внимательно слушавшая переговоры.
– Это выход, – задумчиво кивнул вождь, – и ты готов дать мне такое слово?
Медленно сняв с плеча ремень бластера, Генри передал его Заку и, повернувшись к вождю, громко произнес, глядя прямо в камеру комплекса связи:
– Я сойдусь с тобой в схватке на саблях, если ты отпустишь всех детей, женщин и больших, оставив себе только четырех заложников.
Недоверчиво посмотрев на него, грендалианин сделал воинам знак выпустить из клетки девушек. Сенди и Анна быстро проскользнули за спину Зака и, получив от него короткое указание скрыться в пещере, кинулись туда сломя голову.
Следующими выпустили Лану и маленьких гердов. Подхватив самого младшего на руки, женщина стремительным шагом скрылась за скалой, бросив на мужа только один, полный любви и тревоги взгляд.
Незнакомых гердов выпустили всех разом. Устало разогнувшись, седой герд посмотрел на вождя и тихо пробасил:
– Глупую игру ты затеял, вождь. Этого человека тебе не победить, – и развернувшись, медленно, с достоинством направился за скалу.
Остались только Натали и дети. Глядя Генри в глаза, грендалианин медленно подошел к клетке и, положив руку на замок, с усмешкой произнес:
– Что, мягкотелый, страшно? А что, если я передумаю и убью их прямо сейчас? Или решу отдать тебе других людей?
– Я дал слово и назвал условия, на которых я готов с тобой драться. Ты не изменишь правила, иначе потеряешь честь воина, – ответил Генри, не дрогнув ни одним мускулом.
– Там, на Грендале, я сказал тебе, что жалею, что ты мягкотелый. Я хотел бы видеть тебя вождем одного из наших кланов, – с усмешкой ответил вождь, не сводя с Генри взгляда. – Ты прав. Я не хочу потерять честь. Они твои, – добавил он, решительным жестом распахнув клетку.
Быстро выбравшись на песок, Натали подхватила на руки дочь и, взяв за руку сына, быстро направилась к Заку. Неожиданно вырвавшись, маленький Грег подбежал к грендалианину и с размаху пнул его по колену. Не ожидавший такого нападения вождь покачнулся и не упал только потому, что успел вцепиться в дверь клетки.
– Грег, иди с мамой, – резко приказал Генри, у которого волосы зашевелились на затылке от напряжения.
Медленно выпрямившись, вождь удивленно посмотрел вслед медленно идущему по песку мальчишке и неожиданно громко расхохотался.
– Это действительно твой сын, неправильный мягкотелый. Если у меня и были какие-то сомнения, то теперь я в этом уверен.
– От свирепого парда не может родиться гурт, – пожал плечами Генри.
– Ты хорошо знаешь мою родину, воин, – удивленно сказал вождь.
– Я четыре стандартных месяца ходил по твоей планете. Рассматривал и изучал вас. Бродил под самым носом у твоих воинов, а они ничего не заметили, – усмехнулся Генри в ответ.
– Я слышал об этом, – мрачно кивнул вождь, – но всегда считал это враньем.
– Это правда. И я один из тех, кто это сделал, – с гордостью ответил Генри.
– И ты можешь это доказать?
– А, откуда, по-твоему, я так хорошо знаю, как вы называете своих животных, где в ваших домах расположены кухни и где искать инкубаторы?
– Такое мог узнать только тот, кто видел это, – задумчиво протянул вождь. – Что ж, ты меня убедил. Тем лучше. Значит, я убью одного из главных шпионов лиги.
Сделав приглашающий жест, грендалианин молча направился на пляж. Повинуясь его знаку, один из воинов вынес из палатки две одинаковые сабли и, воткнув их в песок, быстро отбежал в сторону.
– Выбирай, – усмехнулся вождь, показывая на клинки.
– Надеюсь, это настоящее оружие, и они не сломаются от первого же хорошего удара? – ответил Генри, подходя к торчащим их песка саблям.
– Это лучшее оружие моей родины, – гордо ответил вождь. – На них нет ни монохромной заточки, ни виброрезака, ни прочих извращений, придуманных для мягкотелых. Только добрая сталь. Это оружие ковалось вручную, в давние времена, еще когда мать моей матери только мечтала отложить свое первое яйцо. Это настоящее оружие воинов.
– Что ж, если это правда, то сражаться таким оружием честь для любого воина, – кивнул Генри, выдергивая из песка ближайшую к себе саблю.
Отойдя в сторону, он быстро снял френч и рубашку. Отдав одежду Заку, он тихо сказал:
– Как только начнем, уходи в пещеру и приготовься. Я этим зверям не верю. Постарайся спасти их.
– А ты, брат?
– За меня не бойся, – улыбнулся Генри. – Я же берсерк.
Молча кивнув, Зак перекинул одежду Генри через локоть и быстро отступил в сторону. Увидев его исполосованный шрамами торс, вождь несколько минут внимательно рассматривал их, а потом медленно склонил голову.
– Я не ошибся. Ты действительно воин и вождь. Мне жаль, что мы стали врагами, и я горжусь, что у меня есть такой враг.
– Жаль, что не могу ответить тебе так же, вождь. Для меня ты и твои соплеменники не больше, чем просто людоеды. И клянусь первородным яйцом, я не хотел этой вражды. Потому и не ответил на твое приглашение, – со всей возможной учтивостью ответил Генри.
– Я знаю. А что касается еды, едите же вы яйца, так почему бы нам не есть людей? – криво усмехнулся грендалианин.
– Наш разговор становится философским, – усмехнулся Генри.
– Тогда давай начнем, и пусть все увидят, какая раса сильнее, – ответил вождь, делая шаг вперед и вскидывая саблю.
Прыгнув вперед, Генри нанес ему несколько быстрых рубящих ударов. Несмотря на крепкую, жесткую шкуру, грендалианин оказался гибким и очень быстрым. Он ловко парировал все удары и быстро перешел в атаку. Противники закружили по песку, стараясь поставить противника лицом к солнцу.
Внимательно следя за противником, Генри краем глаза успел заметить, что все его бойцы успели сменить места дислокации и теперь держат под прицелом бластеров всех пришельцев. Даже Дик умудрился перебраться на другую скалу, оставшись незамеченным.
Генри легко взмахнул тяжелой саблей, выписывая ее кончиком длинную петлю. Вождь решительно принял удар на сильную часть клинка и, отбросив саблю противника, нанес резкий горизонтальный удар по груди Генри.
Прогнувшись в пояснице, Генри попустил удар над собой и тут же нанес ответный, возвращая клинок из того положения, в котором тот оказался после толчка. Раскрывшийся грендалианин не успел ничего сделать.
Старинный клинок распорол ему кожу на ребрах, оставив длинный, кровоточащий порез. Отскочив в сторону, вождь бросил быстрый взгляд на рану и одобрительно кивнул головой:
– Хорошо сделано, мягкотелый, но это ничего не значит.
– Это только начало, вождь. Поверь, сегодня ты будешь сильно удивлен, – зло усмехнулся Генри, чувствуя, как красный туман застит глаза.
– Клянусь первородным яйцом, ты все больше мне нравишься, – рассмеялся вождь, делая шаг вперед.
– Не могу ответить тебе тем же, – усмехнулся Генри и, шагнув навстречу, сделал то, чего в бою холодным оружием делать не стоит.
Не дав грендалианину разорвать дистанцию, он шагнул еще ближе и, перехватив предплечье с оружием на левую руку, ударил противника эфесом в лицо. Рухнув на песок, вождь потряс головой и, выплюнув на песок выбитые зубы, криво усмехнулся:
– Похоже, ты сказал правду, мягкотелый. Я действительно удивлен.
Резко вскинув ноги, он одним движением извернулся и вскочил на ноги. Не прекращая движения, он стремительно бросился вперед, пластая воздух стремительными ударами клинка. Отпрыгнув вбок, Генри начал быстро парировать удары, стараясь отбросить саблю противника в сторону, чтобы самому нанести удар.
Но этот грендалианин был действительно силен. Несмотря на текущую из раны кровь и разбитый рот, он упорно продолжал наступать, стараясь измотать противника и нанести смертельный удар. Почувствовав, что теряет над собой контроль, Генри сделал то, что всегда дела в таких случаях.
Отбросив все посторонние мысли, он просто погрузился в свою злость с головой, отдавшись не мыслям, а чувству. И эта злость превратила его в машину для убийства. Внезапно пропали усталость и беспокойство за семью, все волнения за друзей. Осталась только ярость. Чистая, не тронутая никакими эмоциями и волнениями.
Яростно взревев, Генри стремительным ударом отбросил клинок противника и нанес два резких удара. Грудь вождя в очередной раз окрасилась кровью. Не давая ему опомниться, Генри пошел в атаку. Взмахи его сабли стали резче и короче, словно он не сражался, а рубил какое-то препятствие.
Грендалианин с трудом успевал отводить его удары, с каждым разом делая шаг назад. На это Генри применил другой прием, который в сабельном бою не применяется. Как только вождь пытался увести его клинок дальше необходимого, он не тратил время на замахи, а просто старался достать противника обратным движением клинка.
Это стоило грендалианину еще нескольких царапин. Окончательно рассвирепев, он выкрикнул что-то на своем языке и бросился вперед. Нанося удары каждый раз на другом уровне, он старался любой ценой дотянуться до противника.
В какой-то момент Генри раскрылся, и вождь успел полоснуть его по груди. Не обращая внимания на рану, Генри снова перешел в атаку. Удары сыпались на грендалианина как град. Еле успевая парировать удары, он бросил быстрый взгляд на рану на груди Генри и растерялся.
Рана, нанесенная его саблей, не кровоточила. От удивления вождь не успел вовремя развернуть клинок, и сабля Генри перерубила ему руку, как сухую ветку. Хрипло вскрикнув, грендалианин упал на колени, сжимая обрубок правой руки левой.
Не останавливаясь, Генри вскинул саблю и сделал шаг вперед.
– Ты сам маракс, – прохрипел вождь, вскидывая голову.
Хрипло рассмеявшись в ответ, Генри размахнулся и одним ударом снес ему голову. Следившие за поединком грендалиане дружно вскрикнули и разразились грозными криками. Один из молодых воинов вскинул лучевую винтовку и тут же рухнул, сраженный метким выстрелом Алекса.
Это стало сигналом. Десантники уничтожали всех грендалиан без разбора. Спустя несколько минут все было кончено. Быстро обойдя всех уничтоженных противников, бойцы убедились, что все в порядке и правки не требуется. Быстро собрав все оружие, они направились было к стоящему на пляже Генри, как вдруг, слегка покачнувшись, он рухнул на песок лицом вниз.
– Командир! Генри! Брат! – раздался над бухтой разноголосый крик, и к лежащему с разных сторон бросились друзья.
Как ни странно, но первым к нему успел подбежать огромный герд. Упав на колени рядом с телом Генри, Зак осторожно перевернул его на спину и, прижав огромные пальцы к артерии на шее, облегченно вздохнул:
– Живой. Отойдите, я сам, – рыкнул он на столпившихся рядом бойцов и, взяв Генри на руки, быстро понес его в пещеру.
Вбежав в гостевой зал, он одним движением смахнул с дивана все вещи и, осторожно уложив Генри, выскочил в соседнюю комнату. Услышав, что в пещеру кто-то вошел, из арсенала выглянула Лана. Увидев встревоженных бойцов, она тихо спросила:
– Что?
– Там все закончилось, но командир… – растерянно ответил Алекс.
– Что командир? – шагнула к нему Лана.
– Рана пустякова, а он как труп лежит, – быстро ответил ей Эндрю.
Круто развернувшись, Лана стремительно направилась в зал. Услышавшая только последние слова Натали выскочила из арсенала и с криком «Генри!» бросилась следом за ней. Ухватив ее за плечи, Лана просто передала Натали на руки Заку и склонилась над лежащим Генри.
Быстро осмотрев рану и нащупав пульс, она осторожно оттянула ему веко и, медленно выпрямившись, облегченно улыбнулась:
– Все в порядке. Он просто спит.
– Как спит?! Что значит спит?! – не поняла Натали, от удивления даже перестав брыкаться.
Подойдя к мужу, Лана забрала у него Натали и, просто сунув ее подмышку, как тряпичную куклу, вышла из зала, сказав Заку:
– Приготовь ванну и выгони всех отсюда. Ему сейчас нужен покой.
Выйдя на улицу, она осторожно поставила Натали на ноги и, не давая ей начать возмущаться, быстро объяснила:
– Он впал в свое знаменитое состояние ярости. Видела у него порез на груди, из него даже кровь не течет. Такое состояние отнимает у него все силы. Он победил, а теперь, после драки, организм просто отключился для восстановления. Зак сейчас приготовит ванну, и парни вымоют его. Потом мы уложим его в гостевой пещере и оставим в покое. Через пару дней он проснется, и все будет в порядке.
– Откуда ты все это знаешь? – ревниво спросила Натали.
– Однажды я уже видела его в таком состоянии. Мы были на задании, и он в очередной раз спас мою бестолковую башку. Но после боя мне пришлось нести его до точки сбора на себе. Очнулся он только через три дня. Мне повезло, что он был в легком скафандре. В боевом я бы его не утащила.
– Но с ним действительно все в порядке? – настороженно спросила Натали.
– Тебе, сестра, я бы врать не стала. Тем более в таком деле, – очень серьезно ответила Лана.
Из пещеры раздались тяжелые шаги, и на пороге появился старый герд. Внимательно посмотрев на испуганную Натали, он неожиданно опустился на левое колено и, взяв руку женщины, поцеловал ее.
– Что с вами? Что вы делаете? – растерянно пролепетала Натали, пытаясь вырвать руку.
– Прости меня, сестра, – тихо прогудел герд. – Прости, что не поверил тебе. Но видит Светлая мать, я не знал, что ты его жена.
– Чья? – не поняла Натали. – Вы знаете Генри? – сообразила она.
– Твой муж спас мне жизнь, сражаясь за нашу планету. Эти шрамы память о том дне. Ты знала, что твой брат носит орден Светлой Матери? – повернулся он к Лане.
Растерянно покачав головой, та тихо ответила:
– У нас не принято было рассматривать чужие награды, да и в парадном мундире я его видела всего дважды, да и то мельком.
– Этот орден вручил ему мой отец. Жаль, что я не знал этого раньше.
Вышедший из пещеры Зак растерянно смотрел на старого герда. Шагнув ближе, гигант тихо позвал его хриплым от волнения голосом:
– Карат. Неужели Великая мать смилостивилась над нами?!
– Зак. Живой! – тихо отозвался старый герд, сжимая родственника в объятиях.
– Этого быть не может! – растерянно пролепетала Лана, от неожиданности садясь прямо на песок.
– Чего не может быть? – окончательно растерялась Натали. – Что вообще происходит?
– Это мой двоюродный дядя, – ответил Зак, утирая глаза. – Мы не виделись с тех пор, как погибла наша планета. И как выясняется, твой муж спас ему жизнь.
– Ну ни хрена себе! – охнула Натали от избытка чувств. – Детективчик.
– Ты еще не все знаешь, Зак. Она отдала нам свою планету. Самум. Теперь мы можем жить так, как жили когда-то, – улыбнулся старый герд, с нежностью глядя на смущенную Натали.
– Это правда? – растерянно спросил Зак.
– Ну, на некоторых условиях, конечно, – смущенно пробормотала Натали, пряча глаза.
– Девочка, да твои условия это чудо по сравнению с тем, что вся лига вообще ничего не хотела делать, – громко рассмеялся Карат.
– Это все хорошо, но как быть с Генри, – решительно вернулась Натали к самой главной теме.
– Я уже сказал, – ответила, поднимаясь, Лана, – сейчас они вымоют его и уложат в постель. Только не требуй, чтобы мы перенесли его домой. Я постелю ему в дальней комнате, и пусть спит. Дома ему обязательно будут мешать. Все, что ему сейчас нужно, это полный покой. Можешь устроиться рядом, но с одним условием, не трогать и не будить.
– Ванна готова, – коротко кивнул Зак и, развернувшись, решительно направился в пещеру.
Дик, умудрившийся, наконец, успокоить дочь, отправился помогать гердам.
Покончив с мытьем, они осторожно перенесли его в приготовленную спальню и, прикрыв двери, вернулись в общий зал. Неугомонная детвора уже вовсю носилась по пляжу.
Вернувшись в зал, Дик подошел к Натали и, усевшись рядом, попросил:
– А теперь расскажи мне, как вы умудрились вляпаться в такую передрягу? И где вся ваша охрана?
– Я их отпустила, – тихо ответила Натали, виновато опустив голову.
– Что значит отпустила? – не поверил своим ушам Дик. – Ты в своем уме, девочка? Тебе мало одного приключения? Да как ты могла?!
– Мне стало их жалко. Они целыми днями торчали на солнце и просто теряли время. Я и решила, что они могут использовать его с большей пользой.
– Дура! Им за это деньги платят, – рявкнул в ответ Дик. – А теперь из-за твоей глупости мне придется их всех уволить.
– Но за что? – растерялась Натали, забыв даже обидеться на дуру.
– Они оставили объект без охраны, и даже не поинтересовались, все ли здесь в порядке.
– Это я виновата. Пообещала вызвать их сразу, как только что-то пойдет не так, – тяжело вздохнула Натали.
– Ну, с тобой пусть твой Генри разбирается, а вот с теми болванами я разберусь по-своему, – мрачно произнес Дик. – Рассказывай дальше.
– Четыре дня назад за скалой приземлилась яхта. К нам пришли двое и, представившись чиновниками из департамента внешних сношений, попросили меня сказать, где находится Генри и как с ним связаться. Я ответила, что его сейчас нет, и я не знаю, когда он вернется. И пока они заговаривали мне зубы, эти звери успели схватить Анну и ребят. После этого пришлось сдаться всем. Они пообещали убить детей, если хоть кто-то без команды шевельнется. Женщин гердов они заставили принести и собрать клетки, после чего заперли нас в них.
– Вы просидели в клетках четыре дня? – мрачно спросил Дик.
– Да. Больше всего мы боялись, что они проголодаются и решат кого-то съесть.
– Значит, все началось с чиновников? – переспросил Дик.
– Да, – устало кивнула Натали.
– Хорошо. Отдыхай пока, – тяжело вздохнул Дик и, поднявшись, позвал с собой Зака.
Следом за ними вышел и старый Карат. Пройдя в рощу, Дик подошел к клетке с чиновниками и, окинув их мрачным взглядом, спросил:
– Что, уроды, решили, что вы самые умные?
– Послушайте, мистер. Перед вами четверо чиновников…
– Да знаю я, что вы за дерьмо, – резко ответил Дик, – и мне плевать, кто вы такие. Меня интересует только один вопрос, как получилось, что вы начали прислуживать этим людоедам?
– Они направили в лигу предложение о пересмотре прошлых договоров. К тому же один из них проболтался, что разговор пойдет о разработке золотоносного месторождения. В департаменте решили, что такой шанс упускать нельзя. Единственным их условием было обязательное присутствие капитана Джаскера. Но он имел наглость отказаться. И мы решили лететь сами. Прибыв на орбиту, мы вышли с ними на связь и сказали, что капитан улетел куда-то вместе с семьей, и найти его мы сейчас не можем, но для него оставлено сообщение, и он, возможно, к нам присоединится. Они сделали вид, что поверили нам, и предложили высадиться для переговоров. Что мы и сделали. Но как только наши представители оказались на планете, их тут же схватили и, угрожая убить, заставили посадить яхту. Потом они погрузили в яхту свои клетки и, дав нам координаты планеты, приказали лететь сюда. Остальное, я думаю, вы уже знаете, – усталым голосом поведал самый старший из чиновников.
– Знаю, – задумчиво кивнул Дик, – но откуда у них координаты планеты? Эти звери ничего не понимают в космической навигации.
– Я не знаю, – фальшиво смутился чиновник.
– Вся хохма в том, что координаты планеты могли знать только те, кто знает, где именно живет его семья, – сказал Дик с неожиданной злостью. – Вы, твари, притащили их сюда, подвергнув опасности наши семьи.
– Ну, хорошо, хорошо. Да, мы испугались и начали помогать им, – неожиданно согласился молодой чиновник, – но мы же не солдаты. Мы обычные люди и не умеем терпеть боль и пытки. Мы виноваты. Но это не значит, что вы можете уподобляться им и продолжать держать нас в клетке.
– С ними нужно что-то решать, – повернулся Дик к гердам. – Если Берсерк очнется и застанет их здесь, мы замучаемся скалы от крови отмывать.
– А что тут решать? – пожал плечами Зак. – Клетка заминирована. Кодов мы не знаем. Выход один. В грузовик и подальше отсюда.
– Эй, вы не можете просто вывезти нас в пустыню. Вы обязаны спасти нас! – заволновался молодой.
– Да пропади ты пропадом, тварь, – ответил Дик и неожиданно плюнул ему в лицо.
Отойдя в сторону, он задумчиво посмотрел на старого друга.
– Куда предлагаешь их вывезти?
– Подальше в море, – усмехнулся в ответ Зак. – Прости, Карат, но щадить людей, которые ради спасения собственной шкуры подвергли опасности детей, я не могу и не хочу.
– Ты прав, Зак. Таких нельзя щадить. Тем более что это твои и его дети, – неожиданно согласился старый герд. – Подгоняй грузовик. Я помогу, – решительно закончил он.
Кивнув в ответ, Зак развернулся и быстро исчез за скалой.
– Эй, так вы собираетесь освободить нас? – растерянно спросил старший чиновник. – Откройте, наконец, клетку.
– Только когда будем уверены, что это не повредит окружающим, – решительно ответил Дик. – Здесь вокруг наши дома и наши дети. Так что посидите пока там.
– Но послушайте! – возмутился молодой. – Вы заботитесь о каких-то домах, детях, и ничего не пытаетесь делать. Это уже даже смешно.
– А ты, подонок, лучше вообще заткнись, а то я случайно забуду о вас совсем. И надолго, – мрачно пообещал ему Дик.
Зак подогнал грузовой глидер к самому проходу между скал и, заглушив двигатель, вылез. Два огромных герда, не особо напрягаясь, просто подняли клетку вместе с сидевшими в ней людьми и, поставив ее в кузов глидера, залезли туда сами.
Дик уселся за штурвал машины и, плавно подняв ее в воздух, медленно полетел над морем. Отогнав глидер на несколько километров в открытое море, он сбросил скорость и, повернувшись к Заку, сделал знак начинать.
Открыв борт, герд с мрачной усмешкой посмотрел на испуганно притихших чиновников и сказал:
– Молитесь, если умеете. Вы попытались спастись ценой жизни моих детей. Герды такого не прощают.
– Вы не можете этого сделать! – завопил самый молодой. – Вы не имеете права! Это самосуд! Если вы считаете нас виновными, вызовите полицию. Подайте на нас в суд!
– Мы тебе и суд, и палачи, – коротко ответил Карат, берясь за свой край клетки.
Широко размахнувшись, могучие гиганты запустили клетку в далекий полет. Плюхнувшись в воду, клетка подняла тучи брызг и моментально затонула. Закрыв борт, Зак уселся и, кивнув Дику, вопросительно посмотрел на старика. Медленно опустившись на скамью, Карат сотворил короткую молитву, тихо добавив:
– Хоть и подонки, а все равно живые души.
Пожав плечами, Зак не стал вдаваться в подробности. Быстро развернув глидер, Дик подогнал его к стоянке и, заглушив двигатель, вылез. Друзья молча зашагали ко входу в бухту. Удивленно посмотрев на Зака, Дик тихо спросил:
– Признайся старина, ты действительно не мог простить им, что они пытались прикрыться детьми, или с нашим психом переобщался?
– Знаешь, пообщавшись с братом, я неожиданно понял, что он делает правильно, когда избавляется от таких подонков раз и навсегда. Больше у них не будет возможности повторить такой подвиг. Ведь нас просто может не оказаться рядом. Ну, а дети это само собой.
– Пойми, друг, – неожиданно развернулся к Дику старый герд, – нас и так почти не осталось. И в этих детях наше будущее. А будущим рисковать нельзя.
– Я не осуждаю вас, друзья. Просто с годами я стал понимать, насколько хрупкая это штука, человеческая жизнь, – устало отозвался Дик.
– Это значит, что ты мудреешь, – улыбнулся в ответ Карат. – А вообще, именно поэтому и нужно избавляться от подонков, чтобы хорошие люди могли жить спокойно.

Следующие три дня прошли в сплошных хлопотах по наведению порядка в лагуне. Дик, вызвав сразу всю команду охранников, устроил им такой разнос, что парни носились по пляжу как угорелые, стараясь во всем угодить своему свирепому начальнику.
К вечеру третьего дня, наконец, очнулся и Генри. Медленно вылезя из огромной постели, он кое-как натянул штаны и босиком вышел на пляж. Увидев мужа, Натали завопила от радости так, что огромная Лана, не удержавшись на ногах, плюхнулась на пятую точку.
Подлетев к Генри, Натали стиснула его в объятиях и тут же потащила кормить. И так не страдавший излишним весом Генри здорово похудел. Весело носившиеся по пляжу дети радостно повисли на нем, чуть не уронив на песок.
С трудом остановив ошалевшую от радости Натали, Лана сумела втолковать ей, что кормить мужа сейчас можно только бульоном. Сообразив, что от нее требуется, Натали вихрем унеслась на кухню.
Неожиданно над бухтой зависли четыре боевых глидера со знаками спецназа на бортах. Плавно опустившись на песок, машины заглохли. Из командирского глидера выбрался генерал и, к удивлению всех собравшихся, лорд Морган.
Подойдя к Генри, генерал окинул его мрачным взглядом и, заметив свежий порез, скривился:
– Опять досталось?
– Ерунда. Царапина, – усмехнулся в ответ Генри, – простите, что не встаю, но я только сегодня в себя пришел.
– Сиди ты спокойно, вояка, – проворчал генерал, опускаясь на соседний стул. – Рассказывай, что тут было?
В нескольких словах поведав генералу свои приключения, Генри попросил Лану принести из дома грендалианские сабли. Задумчиво покрутив в руках оружие, генерал осторожно положил клинки на стол и с усмешкой проворчал:
– Ну, по крайней мере, твоя коллекция здорово пополнится.
– Всего-то на пару клинков, – небрежно отмахнулся Генри.
– Позвольте и мне внести свой вклад в вашу коллекцию, – с усмешкой ответил Морган, быстро разворачивая сверток, который он принес с собой из глидера. – Генерал рассказал мне, что вы коллекционируете старинное оружие, и я решил, что все это должно принадлежать вам.
Ловко распустив крепкий шнур, неугомонный лорд отбросил в стороны края упаковочного пластика, и перед Генри оказались три клинка. Две рапиры, памятные ему по дуэли с секретарем совета, и древний японский клинок. Именно такой, какие описывались во всех каталогах и коллекционных буклетах. Такого у Генри еще не было.
Растерянно посмотрев на Моргана, Генри пробормотал:
– Они же стоят целое состояние!
– Знаете, Генри, – весело усмехнулся Морган, – есть вещи намного ценнее денег. Одна из них дружба. Признаюсь откровенно, мне очень хочется считать вас своим другом.
– Спасибо, сэр, – ответил Генри, пожимая протянутую руку.
– Тогда зовите меня просто Ларри, – попросил Морган.
– Договорились, – улыбнулся Генри.
Поговорив с Генри еще полчаса, генерал поднялся и отправился к своему глидеру, чтобы отправить десантников обратно на базу. Сам он решил остаться и погостить на планете.
Перехватив генерала на пляже, Морган оттащил его в сторону и тихо спросил:
– Скажите, генерал, если это, конечно, не секрет. В каком возрасте ваши люди обычно выходят на пенсию?
– Здесь нет секрета, – пожал плечами генерал. – Все зависит от самого бойца. От того, как часто ему приходилось выходить не задания и участвовать в боевых стычках. В среднем это тридцать пять, тридцать шесть лет.
– А сколько сейчас Генри?
– Сорок два.
– Получается, что по вашим, боевым меркам, он просто старик?
– Получается, – грустно улыбнулся генерал.
– Тогда объясните мне, как он и его команда умудряются проворачивать такие операции?
– Поймите, Морган. Просто это народ такой. Ну, вот такие они, – развел руками генерал.
– Какие такие? – не понял Морган.
– Неугомонные, – с улыбкой ответил генерал.